Дело № КОПИЯ

Поступило в суд 12.04.2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Центральный районный суд 

<

адрес>

в составе:

председательствующего Л.В. Поротиковой,

при секретаре Е.С. Пуховской,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 ичу об отмене приза об увольнении, изменении формулировки увольнения, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ИП ФИО2 об отмене приза об увольнении, изменении формулировки увольнения, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ работал у ИП ФИО2 в должности юриста, по условиям, заключенного между сторонами трудового договора, продолжительность ежедневной работы составляла 4 часа, оклад составлял 10 000 руб., в том числе был предусмотрен районный коэффициент в размере 2 500 руб., работал в отделе первичного приема, руководителем данного отдела являлся ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ вечером, почувствовав недомогание, истец посредством телефонного сообщения сообщил своему непосредственному руководителю ФИО3 о том, что заболел и не сможет выйти на работу ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ истец к врачу не обращался, принимал меры к самостоятельному лечению, ДД.ММ.ГГГГ не почувствовав улучшение своего состояния он обратился к врачу, который открыл ему листок нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истец вышел на работу и предъявил руководителю листок нетрудоспособности, узнал, что его отсутствие на работе ДД.ММ.ГГГГ было расценено руководителем как прогул, в результате чего приказом руководителя от ДД.ММ.ГГГГ он был уволен за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей.

С причиной его увольнения истец не согласен, считает, что с учетом специфики выявленного у него ДД.ММ.ГГГГ заболевания, является очевидным факт того, что ДД.ММ.ГГГГ он равно как и ДД.ММ.ГГГГ был нетрудоспособен. Считает, что уведомление своего непосредственного руководителя ФИО3 о причинах своего отсутствия на работе ДД.ММ.ГГГГ должно было быть расценено работодателем как уважительная причина отсутствия на работе.

Также указал, что при его увольнении, работодатель не выплатил ему заработную плату, в связи с чем просил суд признать приказ от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и отменить его; изменить формулировку его увольнения на увольнение по собственному желанию, внеся соответствующие исправления в трудовую книжку; взыскать с ответчика в свою пользу задолженность по заработной плате, компенсацию за неиспользованный отпуск, а также компенсацию морального вреда.

В ходе рассмотрения дела, истец неоднократно уточнял исковые требования, согласившись с расчетом ответчика в части размера невыплаченной заработной платы, окончательно просил суд признать приказ от ДД.ММ.ГГГГ незаконным и отменить его; изменить формулировку его увольнения на увольнение по собственному желанию, внеся соответствующие исправления в трудовую книжку; взыскать с ответчика в свою пользу задолженность по заработной плате в размере 3 182,81 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 6 776,32 руб., пособие по больничному листу в размере 362,97 руб., компенсацию морального вреда в размере 9 000 руб. (л.д.120,121).

Истец в судебном заседании, поддержав доводы, изложенные в иске, считал, что уведомление ФИО3 о своем отсутствии на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ ввиду его плохого самочувствия является уважительной причиной. Настаивал на том, что ФИО3 был его непосредственным руководителем, потому что таковым его представлял при трудоустройстве ФИО2 Не оспаривал факт того, что ФИО3 не давал своего согласия или разрешения на отсутствие истца на работе ДД.ММ.ГГГГ, рекомендовал обратиться к врачу, но данные пояснения ФИО3 истец расценил для себя как разрешение своего отсутствия. Не оспаривал факт того, что ранее по подобным вопросам, связанным в том числе с отсутствием на рабочем месте, он в письменном виде обращался к ФИО2, однако в этот раз он решил обратиться с таким вопросом именно к ФИО3 Не оспаривал факт того, что имел возможность оформления своего нетрудоспособного состояния ДД.ММ.ГГГГ, однако никаких мер к тому не предпринял. Также пояснил, что при его увольнении, работодатель ФИО2 пытался вручить истцу заработную плату, причитающуюся выплате при увольнении, однако от ее получения отказался, будучи не согласным ни с ее размером, ни с основанием своего увольнения. Утверждал, что денежные средства он не брал, если бы взял, то обязательно поставил бы свою роспись об этом в платежной ведомости. Так же пояснил, что сторона ответчика вводит суд в заблуждение относительно того, что расчет с ним по заработной плате был произведен ДД.ММ.ГГГГ, т.к. в указанный день он не работал, находился дома, в подтверждение чему представил нотариально заверенную переписку со своей знакомой, утверждал, что попытка передачи ему заработной платы была ДД.ММ.ГГГГ. При этом пояснил, что трудовую книжку он получил ДД.ММ.ГГГГ в присутствии свидетелей, однако по настоянию ФИО2 дату в книге выдаче трудовых книжек поставил ДД.ММ.ГГГГ, в подтверждение данному факту представил аудиозапись данного разговора с руководством. Также пояснил, что накануне его увольнения на работе возник конфликт, связанный с поступлением в отношении него жалобы со стороны клиента, ввиду чего считал, что работодатель просто воспользовался удобным случаем и уволил его ввиду возникших неприязненных отношений, если бы не это увольнение, он бы уволился по собственному желанию. Настаивал на удовлетворении заявленных требований. 

Представитель истца в судебном заседании полностью поддержал позицию истца и настаивал на удовлетворении заявленных истцом требований. 

Ответчик ИП ФИО2 с исковыми требованиями не согласился, в судебном заседании пояснил, что является единственным руководителем, все юристы компании подчиняются непосредственно ему, действительно у него имеется два отдела, отдел первичного приема и отдел представителей, однако начальников данных отделов не имеется. ФИО3, также как и ФИО1 являлись штатными юристами, он как руководитель не уполномочивал ФИО3 на принятие каких-либо кадровых решений, в том числе решений о возможности отсутствия кого-либо из работников на рабочем месте. Пояснил, что ему об отсутствии истца на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ стало известно на следующий рабочий день (понедельник) из докладной записки ФИО3, в связи с чем, он как руководитель, после выхода ФИО1 с больничного, обнаружив, что ДД.ММ.ГГГГ не было включено в период нетрудоспособности истца, получив письменное объяснение от ФИО1, пришел к выводу о совершении истцом грубого нарушения трудовой дисциплины и принял решение об увольнении истца за прог

<

адрес>, что ДД.ММ.ГГГГ истца полностью рассчитали по заработной плате, однако истец, получив деньги, отказался расписываться в платежной ведомости чему были свидетелями его работники, что подтверждается актом. Пояснил, что увидев как истец уходит из его кабинета с деньгами не расписавшись при этом в их получении, он как руководитель не предпринимал никаких мер чтобы его остановить или вернуть деньги, т.к. сумма денежных средств, полученных истцом особой значимости для него не имела. 

Представитель ответчика ФИО4 (л.д.64) в судебном заседании, поддержав доводы, изложенные в отзыве (л.д.42-47,138-141) пояснил суду, что истец был уволен законно, нарушений процедуры его увольнения не было, ответчиком надлежащим образом зафиксировано отсутствие истца на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ без уважительных причин к тому, т.к. листок нетрудоспособности подтверждал лишь уважительность отсутствия истца на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что в случае наличия у истца заболевания ДД.ММ.ГГГГ последний имел возможность обращения к врачу, вызова скорой помощи, вызова врача на дом, чего им сделано не было. Кроме того, настаивал на том, что ФИО3 непосредственным руководителем ФИО1 не являлся, таковым в организации ответчика является лишь ФИО2, однако истец, своего руководителя о причинах отсутствия на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в известность не ставил. Факт сообщения ФИО3 о состоянии истца ДД.ММ.ГГГГ не может быть расценен в качестве одобрения со стороны руководителя не явки истца на работу ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, ФИО3, получив от истца данное сообщение, рекомендовал истцу обратиться к врачу и не давал разрешения отсутствовать на рабочем месте. Считал, что на момент увольнения истца, ему к выплате причитались заработная плата за март 2019 года, пособие по больничному листу, компенсация за неиспользованный отпуск. Указал, что данную сумму истец получил наличными денежными средствами ДД.ММ.ГГГГ при его увольнении, однако от подписи в соответствующем платежном документе, подтверждающем выдачу ему заработной платы истец отказался, о чем стороной ответчика составлен соответствующий акт. На основании изложенного считал, что оснований для удовлетворения требований истца не имеется.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, изучив представленные в материалы дела диски с аудиозаписью, заслушав свидетелей, приходит к следующему выводу.

В силу статьи 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

Согласно абз. 1 ст. 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Согласно п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В силу подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В соответствии с абз. 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В соответствии со ст. ст. 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям. К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 1 ст. 81 настоящего Кодекса.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. п. 38, 39 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте.

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места; за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный).

Согласно ч. 1 ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с Трудовым кодекса Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 и ФИО1 был заключен трудовой договор №, по условиям которого ФИО1 был принят на должность юриста; рабочее место работника располагается по адресу: 

<

адрес>; заработная плата состоит из оклада в размере 10 000 руб. и надбавки виде районного коэффициента в размере 2 500 руб. (л.д.3-7,11-14,197).

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было заключено дополнительное соглашение, по условиям которого были внесены изменения в заработную плату истца, увеличен оклад до 12 000 руб., предусмотрена надбавка в размере 3 000 руб. и районный коэффициент (л.д.62).

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами было заключено дополнительное соглашение, по условиям которого были внесены изменения в заработную плату истца, увеличен оклад до 15 000 руб., предусмотрена надбавка в размере 3 750 руб. и районный коэффициент (л.д.63).

ДД.ММ.ГГГГ истец отсутствовал на рабочем в течении целого рабочего дня, что подтверждается актом об отсутствии работника на рабочем месте и не оспаривается самим истцом (л.д.48,147).

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к врачу отоларингологу ООО «Центр лечебно-профилактических заболеваний», который поставил истцу диагноз «острый ринофарингит», открыл листок нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8-10). 

По требованию работодателя, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в письменном виде сообщил о причинах своего отсутствия на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ, сославшись на плохое самочувствие и уведомление об этом ФИО3 (л.д.61).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был уволен по пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – прогул (л.д.58). 

Не соглашаясь с увольнением, истец в подтверждение своей позиции о надлежащем уведомлении работодателя о причинах своего отсутствия на рабочем месте, представил в материалы дела нотариально заверенную переписку истца с ФИО3 (л.д.66-80), из содержания которой усматривается, что истец действительно ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ сообщал ФИО3 о своем плохом самочувствии, на что получил рекомендацию обратиться в больницу и оформить листок нетрудоспособности. 

Из буквального содержания, представленной переписки, очевидно усматривается, что ФИО3 не давал истцу разрешение (одобрение) отсутствовать на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ, рекомендовал обратиться к врачу и надлежащим образом оформить листок нетрудоспособности.

Довод истца о том, что из содержания данного разговора с ФИО3, он для себя сделал вывод об одобрении его отсутствия на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ без надлежащего оформления своего состояния нетрудоспособности не нашел своего подтверждения, является домыслами истца. 

Кроме того, истец являлся работником ИП ФИО2, следовательно его непосредственным руководителем являлся ФИО2, а не ФИО3, что подтверждается нижеследующим. 

Так, согласно правилам внутреннего трудового распорядка (л.д.101-113), официальным представителем работодателя является ФИО2, только работодатель вправе принимать решения о применении к работникам дисциплинарного взыскания, решать вопросы о их увольнении.В организации ответчика действительно имеется отдел первичного приема, однако непосредственным руководителем всех отделов является ФИО2, т.к. согласно п. 2.1 трудового договора, заключенного с истцом его руководителем указан ИП ФИО2, сведений о его подчиненности иному лицу в договоре не имеется. 

ФИО3 был принят на работу к ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ на должность юриста (л.д.93-98), размер его оклада, указанный в трудовом договоре был аналогичным окладу истца. Должностные обязанности ФИО3 полностью идентичны должностным обязанностям истца (л.д.134-147).

В подтверждение своей позиции о том, что ФИО3 был непосредственным руководителем истца, последний представил в суд служебные записки, составленные истцом и адресованные руководителю отдела первичного приема ФИО3 (л.д.36,37).

В опровержение данной позиции истца, ответчиком были представлены заявления, служебные записки истца, в том числе с просьбой об отсутствии на рабочем месте, адресованные ИП ФИО2 (л.д.49-55).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 пояснил суду, что является штатным юристом компании, руководителем отдела не является, права принимать решения относительно отсутствия работников на рабочем месте не имеет, такими полномочиями со стороны руководителя ФИО2 не наделялся. В период работы истца в организации ответчика, будучи боле опытным работником, мог подсказывать истцу к кому подойти с тем или иным вопросом. Не оспаривал факт того, что ДД.ММ.ГГГГ истец сообщал ему о том, что приболел, на что он, как рядовой сотрудник, рекомендовал истцу оформить листок нетрудоспособности, разрешений не выходить на работу он истцу не давал и не мог сделать такового. Утром ДД.ММ.ГГГГ истец также сообщал ему о своей болезни, на что он также рекомендовал ему обратиться к врачу. Оспаривал наличие своей подписи на документах, представленных истцом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец не представил достоверных доказательств того, что предпринял все возможные меры к уведомлению своего руководителя о причинах своего отсутствия на работе, извещение своего коллеги ФИО3 о намерении не выйти на работу, не может быть расценено судом в качестве одобрения со стороны руководителя отсутствия истца на рабочем месте, кроме того, представленные в материалы дела доказательства не позволяют суду прийти к выводу, что ФИО3 был непосредственным руководителем истца.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что факт отсутствия ФИО1 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ подтверждается материалами дела и стороной истца не оспаривается, а также учитывая, что доказательств уважительности причин отсутствия на работе в указанный день истцом суду не представлено, принимая во внимание, что процедура применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем соблюдена, суд приходит к выводу о том, что увольнение истца в силу подп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ является законным и обоснованным.

Проверяя соразмерность примененного дисциплинарного взыскания тяжести совершенного проступка, суд полагает, что наложенное на истца взыскание в виде увольнения за прогул соразмерно тяжести совершенного им проступка и обстоятельствам, которые стали причиной невыхода на работу (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", согласно которым при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работника.

В пункте 53 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Предусмотренная ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность работодателя затребовать письменное объяснение направлена на необходимость выяснения до применения дисциплинарного взыскания всех обстоятельств совершения дисциплинарного проступка, наличия уважительных причин, исключающих возможность применения дисциплинарного взыскания. Данная обязанность работодателем выполнена.

Из пояснений истца следует, что он не вышел на работу ДД.ММ.ГГГГ, потому что плохо себя чувствовал, однако при этом истец, имея к тому все возможности не предпринял никаких мер к оформлению листка нетрудоспособности, к обращению к врачу, к вызову врача на дом и т.

<

адрес> отметить, что истец в судебном заседании не оспаривал факт того, что имел возможность оформить листок нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ, обратиться к врачу, однако никаких мер к тому не предпринял не имея к тому уважительных причин. Таким образом, уважительных причин отсутствия истца на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ не установлено.

Довод истца о том, что ДД.ММ.ГГГГ он был нетрудоспособен, что по его мнению подтверждается справкой врача от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.137) суд находит не состоятельным. Так из содержания данной справки усматривается, что жалобы на физическое недомогание могли возникнуть у ФИО1 за пару дней до его обращения к врачу, однако в данной справке с достоверностью не отражено, что состояние истца было настолько болезненным, что в силу такового он был нетрудоспособен. К содержанию данного документа суд относится критически, т.к. осмотр ФИО1 ни ДД.ММ.ГГГГ, ни ДД.ММ.ГГГГ врачом не производился, выводы врача, указанные в данном документе носят вероятностный характер. Кроме того, врач составивший данный документ непосредственный осмотр ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не производил, его лечащим врачом не являлся. 

В соответствии с Порядком выдачи листков нетрудоспособности, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ N 624н документом, удостоверяющим временную нетрудоспособность граждан и подтверждающим их временное освобождение от работы, является листок нетрудоспособности.

Представленная истцом справка подтверждает лишь возможность его недомогания ДД.ММ.ГГГГ и не свидетельствует об уважительности отсутствия на рабочем месте в течение целого рабочего дня.

Кроме того суд считает необходимым отметить, что уважительность неявки на работу вследствие заболевания, при отсутствии листка нетрудоспособности, возможна лишь в случае когда работник по объективным причинам лишен возможности посещения врача и открытия листка нетрудоспособности, однако таких обстоятельств судом не установлено. Так из материалов дела и установленных по делу обстоятельств усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ был рабочим днем, следовательно медицинские учреждения работали в обычном режиме, кроме того, истец мог предпринять иные меры к фиксированию своего болезненного состояния, в том числе путем вызова врача на дом. 

Дав оценку объяснениям работника и представленной им справке, отсутствию листка временной нетрудоспособности по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, учитывая, что к моменту совершения истцом прогула между работником и работодателем уже сложились негативные отношения, связанные с поступлением на истца жалобы со стороны клиента, суд приходит к выводу, что плохое самочувствие истца само по себе не свидетельствует о невозможности исполнять трудовые обязанности и не подтверждает уважительность отсутствия на рабочем месте в течение всего рабочего дня.

Положениями части 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, однако из материалов дела следует, что истец пренебрег приведенными выше обязанностями. Даже при условии того, что истец, считая ФИО3 своим непосредственным руководителем сообщил последнему о своем заболевании, разрешения со стороны руководителя отсутствовать на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 дано не было, ФИО3 четко указал истцу о необходимости оформления листка нетрудоспособности, однако ФИО1, пренебрегая своими обязанностями, никаких мер к исполнению обязанности по надлежащей фиксации нетрудоспособного состояния ДД.ММ.ГГГГ не предпринял. 

Таким образом суд приходит к выводу о законности увольнения истца и отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в части признании приказа о его увольнении незаконным, а также об отсутствии основания для внесения исправления в запись о его увольнении в трудовой книжке. 

Согласно ст. 84.1 ТК РФ в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. 

В силу ст. 56 ГПК РФ на работодателе лежит обязанность представить доказательства, подтверждающие своевременность выплаты заработной платы, отсутствие или наличие задолженности по заработной плате, выплаты полного расчета при увольнении работника. Ведение бухгалтерского учета, начисление оплаты труда и ее выплата возлагается исключительно на работодателя.

Из материалов дела усматривается, что размер заработка истца составлял 7 500 руб. в месяц, что подтверждается соответствующими документами (л.д.59,60,154,155). Как пояснили стороны, заработная плата выдавалась дважды в месяц бухгалтером ФИО5 наличными денежными средствами, за получение заработной платы работники расписывалась в соответствующих платежных ведомостях. Указанное подтверждается в том числе и письменными материалами дела (л.д.85-92,99-100,156-193). 

По расчету сторон, размер заработной платы, причитающийся выплате истцу при его увольнении составляет 10 322,10 руб., что подтверждается соответствующими документами и не оспаривается сторонами. 

При решении вопроса о взыскании с ответчика в пользу истца указанного размера заработка выяснению подлежит лишь вопрос, связанный с фактическим получением истцом данной заработной платы, т.к. спора о размере заработной платы между сторонами не имеется. 

В подтверждение свое позиции о расчете истца при увольнении, сторона ответчика представила акт от ДД.ММ.ГГГГ, подписанный ФИО2, двумя юристами ФИО3 и ФИО6, а также бухгалтером ФИО5, о получении истцом денежной суммы в размере 10 855,34 руб. (л.д.148) и отказе истца от подписания соответствующего платежного документа (л.д.56).

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля бухгалтер ФИО5 подтвердила, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 забрал денежные средства в размере 10 855,34 руб., однако будучи недовольным в основании его увольнения, категорически отказался от подписи в платежной ведомости, все это происходило в присутствии ФИО2, ФИО3 и ФИО6 Аналогичные показания в части получения истцом ДД.ММ.ГГГГ заработной платы дал в судебном заседании свидетель ФИО3 и ответчик ФИО2

В опровержение позиции ответчика о том, что ДД.ММ.ГГГГ истец получил расчет при увольнении, но отказался расписываться в платежной ведомости, истец представил в суд заверенную нотариусом его переписку со своей знакомой, из содержания которой усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ с 17-45 часов он находился у себя дома (л.д.125- 134).

Кроме того, в подтверждение отсутствия истца на работе ДД.ММ.ГГГГ стороной истца были представлены свидетельские показания ФИО7, пояснившей, что ДД.ММ.ГГГГ она работала у ответчика в должности офис-менеджера и точно помнит, что Сирина в тот день на работе не было.

Кроме того, судом в качестве свидетеля был допрошен свидетель ФИО8, который в спорный период времени работал у ИП ФИО2, т.к. это подтверждается записями в трудовой книжке. Так указанный свидетель пояснил суду, что точно помнит, что ДД.ММ.ГГГГ на ресепшене офис-менеджером была свидетель ФИО7, точно помнит, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на работе не было. Также пояснил, что 02 или ДД.ММ.ГГГГ он был приглашен в качестве свидетеля в кабинет директора, вместе с ним в кабинете директора директора находился ФИО2, ФИО1, ФИО6, бухгалтер Серопян, а также Ганжа. В присутствии всех этих людей он видел и слышал как ФИО1 предлагали получить приказ о его увольнении за прогул, Сирин возражал относительно формулировки его увольнения. Также пояснил, что в этот день ФИО1 расчет по заработной плате не получал, никто ему денежные средства не передавал, истец никаких денежных средств не получал. 

Исходя из положений ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой обязанность по доказыванию факта отсутствия задолженности перед работником по заработной плате возлагается на работодателя, суд с учетом всех установленных по делу обстоятельств, учитывая, что свидетели со стороны истца, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, дали пояснения, из которых усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на работе не было, а также пояснили, что при обстоятельствах, абсолютно схожих с теми, о которых суду поясняли суду свидетели со стороны ответчика и сам ответчик, связанных с попыткой вручить истцу приказ об увольнении, заработная плата истцу не выдавалась, принимая во внимание, что свидетели со стороны истца в подчинении у ответчика не находятся, а свидетели со стороны ответчика находятся в прямом подчинении ответчика, принимая во внимание представленную истцом переписку, подтверждающую, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он находился дома, приходит к выводу, что сторона ответчика не представила суду бесспорных и достоверных доказательств того, что в день увольнения истца, последний получил расчет по заработной плате, потому считает, что требования истца о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате в размере 10 322,10 руб. (согласно просительной части уточненного иска) подлежат удовлетворению. 

Тот факт, что в книге учета выдачи трудовых книжек стоит подпись истца в получении и трудовой книжки ДД.ММ.ГГГГ (л.д.151-153) не опровергает вышеуказанные судом обстоятельства, т.к. истец пояснил что по настоянию руководителя при получении данной трудовой книжки он указал ДД.ММ.ГГГГ, однако фактически трудовую книжку он получил ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается его заявлением о выдаче трудовой книжки датированным ДД.ММ.ГГГГ (л.д.238), а также показаниями двух свидетелей ФИО9 и ФИО10, присутствовавших при выдаче истцу трудовой книжки и подтвердивших факт ее передачи истцу именно ДД.ММ.ГГГГ, допрошенных судом.

На основании ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлено нарушение ответчиком трудовых прав истца, то указанное обстоятельство является достаточным для взыскания компенсации морального вреда.

Вместе с тем суд не находит оснований для взыскания этой компенсации в сумме 9 000 руб. и считает, что с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда, в связи с нарушением трудовых прав истца, в размере 1 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-197 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО2 ича в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 10 322,10 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 руб.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд через Центральный районный суд 

<

адрес> в течение месяца с даты подготовки решения в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья подпись Л.В. Поротикова 

ВЕРНО

Подлинное решение подшито к материалам дела №, находящимся в Центральном районном суде 

<

адрес>

Судья Л.В. Поротикова