дело № 2-РЕ-54/2025

УИД 14RS0014-03-2025-000072-96

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 сентября 2025 г. пгт. Пеледуй

Ленский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Санникова В.А., при секретаре судебного заседания Немчиновой Т.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Муниципальному казенному учреждению «Центр культуры п. Пеледуй» муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия) о взыскании компенсации морального вреда, компенсации за задержку выплаты заработной платы (премии за май 2025 г.), почтовых расходов, 

с участием истца ФИО1, представителя истца – адвоката Пласкеевой О.П., представителя ответчика ФИО2,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, первоначально просила суд признать незаконными и отменить приказы Муниципального казенного учреждения «Центр культуры п. Пеледуй» муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия) № от 23.05.2025 «О применении дисциплинарного взыскания в виде выговора», № от 23.05.2025 «О неначислении премии» и отменить их, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей. 

29.09.2025 в ходе рассмотрения дела представитель истца – адвокат Пласкеева О.П. предоставила письменные уточнения исковых требований, в которых истец просит исключить из первоначальных признание незаконными и отмене приказов № от 23.05.2025, № от 23.05.2025, дополнив требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, требованием о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы (премии за май 2025 г.) в порядке ст. 236 ТК РФ в размере 1 356 рублей 80 копеек, почтовых расходов в размере 76 рублей. 

В обоснование требований истец указала, что с 31.12.2014 работает у ответчика в должности 

<

данные изъяты>. Приказом № от 23.05.2025, ей за неисполнение должностных обязанностей объявлен выговор. Указанный приказ о дисциплинарном взыскании считает незаконным, поскольку в нарушение ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ), перед его применением объяснение у нее не отбиралось, а также с докладной запиской № от 21.05.2025 послужившей основанием для его издания, не ознакомлена. При этом в связи с указанным нарушением на основании приказа № от 23.05.2025 ей не начислена премия за май 2025 г. Полагает, что претензии работодателя к ней о неисполнении должностных обязанностей не имеют под собой оснований, поскольку связаны с ее отказом исполнять обязанности кассира после отказа других работников собирать наличные денежные средства, в отсутствие документов, подтверждающих прием денежных средств у лиц, посещающих платные мероприятия учреждения. После этого директор ФИО2 начала придираться к ней по любому поводу, удалила из рабочей группы социального мессенджера «WhatsApp», закрыв доступ к обмену информацией о внутренней работе учреждения, все указания и распоряжения директора ей пересылает художественный руководитель, издает унижающие ее честь и достоинство, и деловую репутацию приказы об уборке ею территории от листьев и мусора (при наличии в штате учреждения уборщицы и дворника) в рабочее время, а также о сокращении ей рабочего времени, вынуждает уволиться.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – МКУ администрация ГП «Поселок Пеледуй» муниципального района Ленский район Республики Саха (Якутия) (или администрация муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия)) надлежаще извещенное о дате и времени рассмотрения дела, в лице Главы направило ходатайство о рассмотрении дела без их участия.

В судебном заседании представитель истца – адвокат Пласкеева О.П., на заявленных требованиях настаивала, по доводам, изложенным в иске в редакции уточнения, дополнительно указав, что до принятия дисциплинарного взыскания работник не имел возможности подать объяснения по факту претензий работодателя, а работодатель, возложенные на него обязанности отобрать это объяснение, не исполнил. Кроме того, оспариваемый приказ о дисциплинарном взыскании не содержит ссылки на неисполнение ФИО1 трудового договора, должностной инструкции, иных локальных актов. В тексте приказа не конкретизирован проступок, что влечет не установление виновного поведения. Процедура и порядок наложения дисциплинарного взыскания также не соблюдены. Что касается даты совершения проступка, как и даты обнаружения проступка – в приказе таких сведений нет. Основанием приказа указана докладная записка в адрес главы муниципального образования. Данный документ не является документом, на основании которого можно было бы привлечь работника к дисциплинарной ответственности. Кроме того, сама дата вынесения приказа, не соответствует фактической. Работник не может быть заранее, до наступления события и даты привлечения к дисциплинарной ответственности получить этот приказ. На первом судебном заседании говорилось, что это были какие-то проекты, сегодня уж говорится, что это были оригинальные документы. Работник должен ознакамливаться в приказами позднее, а не наперед. 

Также полагает, что акт об отказе от уведомления истца от 23.05.2025 появился после ее обращения в суд в обоснование якобы правильности на тот момент действий работодателя. 

Кроме того, указала, что если бы приказы были отменены 30.06.2025 и работник об этом знал, то в судебном заседании он бы не участвовал и иска бы не было. Однако, работодатель и не пытался отменять эти приказы. Первый документ был направлен в суд без даты, номера, просто суд поставили в известность, что приказ отменен. Про лишение премии не было сказано ничего. Только 04.09.2025, а не ранее, работник увидела этот приказ, когда его принесли из суда. Если приказ был отменен, то работнику премия начислена только в ходе исполнения определения суда 12.09.2025. Ранее работодатель этого делать не собирался. Соответственно все это время работник считал себя необоснованно виновным, привлеченным к дисциплинарной ответственности и необоснованно лишенным премии, претерпевал нападки со стороны работодателя, то есть, испытывал моральный вред, необоснованно и незаслуженно. Сам приказ не основан на фактах неисполнения работником должностных обязанностей. То есть, работодатель захотел и без оснований применил к работнику дисциплинарное взыскание. Ни один довод, относительно того, что работник не исполняет свои должностные обязанности не нашел своего подтверждения в судебном заседании. Относительно отзыва ответчика сообщила, что в нем указана общая картина, но ни одного документа, свидетельствующего, что истец каким-то образом нарушила свой трудовой договор или должностную инструкцию, не указано. Просто сделана ссылка, за такой короткий промежуток времени – с февраля по май, на практически негативное отношение работодателя к работнику и негативная оценка деятельности и ее работы без учета мнения детей и родителей. То есть, работодатель не доказал факт законности и правомерности применения в отношении истца дисциплинарного взыскания, а также лишения ее премии. Вина работника не зафиксирована работодателем и вообще обязанность доказывания лежит исключительно на работодателе, чего в судебном заседании сделано не было. Незаконным и необоснованным наложением на работника дисциплинарного взыскания ей причинен моральный вред, она продолжает лечение, у нее имеется заболевание. Ссылка работодателя на заболевание истца, и ее обязанность его лечить, безосновательна. Предпринимали попытку урегулирования спора миром, но на их условиях заключить соглашение работодатель не согласен. 

Истец ФИО1 ссылалась на амбиции директора, указала на факты, по ее мнению определенным образом характеризующие ее и свои субъективные суждения относительно методов ее руководства.

Представитель ответчика – ФИО2 с иском не согласилась, указывая, что оспариваемый приказ отменен до подачи истцом иска в порядке самоконтроля и перестал нарушать права истца. По мнению ответчика, требования ФИО1 не содержат обоснования взыскания компенсации морального вреда, в нем не отражены понесенные истцом нравственные или физические страдания, их характер, длительность и тяжесть, как они взаимосвязаны с действиями ответчика. Просила отказать в удовлетворении исковых требований в части требований о взыскании морального вреда полностью, в остальной части требований иск признала, при этом указала, что сумма возмещения в размере 50 000 рублей в редакции мирового соглашения предоставленной ими, включала в себя все требования, при этом от заключения его на условиях истца отказались. 

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, представленные в материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

В силу положений ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров. 

Дисциплинарным проступком признается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (ч. 1 ст. 192 ТК РФ). 

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям. 

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ст. 192 ТК РФ). 

При этом в Трудовом кодексе РФ закреплен ряд положений, направленных на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием привлечения к дисциплинарной ответственности, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания. 

Так, в ст. 193 ТК РФ предусмотрены гарантии для работника: до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (ч. 1, 2); дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников (ч. 3); дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров (ч. 7). 

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч. 6 ст. 193 ТК РФ). 

При этом приказ работодателя о применении дисциплинарного взыскания должен содержать указание на конкретные факты, свидетельствующие о неисполнении или ненадлежащем исполнении работником трудовых обязанностей, его вину. 

Из материалов дела следует, что ФИО1 с 31.12.2014 состоит в трудовых отношениях с муниципальным казенным учреждением «Центр культуры п. Пеледуй» муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия) в должности 

<

данные изъяты>, что подтверждается копией трудового договора (Т.1, л.д. 14-16, 160-163). 

Приказом работодателя (ответчика) № от 23.05.2025 ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. 

Основанием его вынесения послужила докладная записка директора ответчика – ЦК п. Пеледуй ФИО2 главе поселения исх. № от 21.05.2025. При этом подпись истца об ознакомлении с указанным приказом, а также с докладной запиской в них отсутствует (Т.1, л.д.12, 157, 97-100). 

В части касаемой работника ФИО1 указано, что в течение мая 2025 г. была проведена проверка документации и качество выполнения ею работы, выявлено: 

1.отсутствует положение клубного формирования; 

2.отсутствует план работы клубного формирования; 

3.программа клубного формирования;

4. Паспорт клубного формирования имеет ряд замечаний: 

-количество участников клубного формирования фактически не соответствует действительности, что подтверждается количеством выставочных работ на протяжении 4 месяцев; 

-паспорт деятельности клубного формирования пересматривается ежегодно, перед началом творческого периода. Вносятся изменения при необходимости. Утверждается соответственно в этот же период. Представленный к проверке ПДКФ не утвержден. Подписи отсутствуют; 

5 годовой план работы клубного формирования имеет ряд серьезных нарушений: 

-руководитель клубного формирования составляет годовой план организационно-творческой работы и представляет его на утверждение руководителю учреждения перед началом творческого периода, представленный лист не имеет признаков официального документа. План включает в себя: тему занятий, даты проведения, место проведения. Все необходимые параметры – отсутствуют. 

Журнал учета посещаемости не соответствует действительности, а именно: согласно представленного ФИО1 журнала учета посещаемости 1 мая 2025 г. проведены занятия с детьми. Но по факту в указанный день - выходной день. Здание было закрыто с 30.04.2025 по 02.05.2025. 03 мая 2025 г. ФИО1 не выполнила поручение директора, не явившись на мероприятие «дискотека». 

Указано также, что по результатам совещания 16.05.2025 в Ленском управлении культуры по данной проблеме, установлено, что нагрузка данных работников не соответствует занимаемой. Был предложен ряд организационных мероприятий, принято решение о применении дисциплинарного взыскания в виде выговор, в том числе в отношении ФИО3 (Т.1, л.д. 97-100).

Из материалов дела следует, что работодатель не затребовал от работника объяснение в письменной форме перед вынесением указанного приказа о дисциплинарном взыскании, допустив грубое нарушение трудовых прав работника. 

Также ФИО1 и ее представитель – адвокат Пласкеева О.П. пояснили суду, что с указанной докладной запиской истец не была ознакомлена, ее содержание ей стало известно в ходе рассмотрения настоящего иска в суде. 

Докладная записка выступает внутренним документом, прямой обязанности предоставлять ее работнику закон не устанавливает. 

Вместе с тем, в приказе о привлечении ее к дисциплинарной ответственности отсутствует указание на существо и обстоятельства совершенного проступка, в чем конкретно он выразился, за какие конкретно виновные противоправные действия или бездействие работник привлечена к ответственности.

С учетом разъяснений, данных в абзаце первом пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», а также правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в пункте 9 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 9 декабря 2020 года, работодатель обязан предоставить доказательства, свидетельствующие о том, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине работника, являвшиеся поводом к привлечению его к дисциплинарной ответственности, а также доказательства соблюдения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности и того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что составление приказа № от 23.05.2025 о привлечении ФИО1 без описания вменяемого ей дисциплинарного проступка, времени и места его совершения (объективной, субъективной его стороны) нарушает право работника знать, за какой дисциплинарный проступок на нее наложено дисциплинарное взыскание, нарушает такие общие принципы дисциплинарной ответственности, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм, поскольку простое перечисление в оспариваемом приказе факта неисполнения ею трудовых обязанностей не позволяет, не только установить состав проступка, совершенного непосредственно истцом, но и ее вину в его совершении, при том, что вина является обязательным условием привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и ее наличие должен доказать работодатель.

При таких обстоятельствах суд полагает, что муниципальным казенным учреждением «Центр культуры п. Пеледуй» муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия) нарушен порядок привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Приказом работодателя (ответчика) № от 23.05.2025 ФИО1 не начислена и не выплачена премия по итогам работы за май 2025 г. на основании приказа № от 23.05.2025, а также п. 4.1 раздела 4 Положения «О премировании работников МКУ «Центр Культуры п. Пеледуй» от 28.02.2020. При этом подпись истца об ознакомлении с указанным приказом в нем также отсутствует (Т.1, л.д.13). 

Согласно акта № от 23.05.2025 составленного в 11 час. 00 мин. ФИО1 отказалась от ознакомления с приказами: № от 23.05.2025 (Т.1, л.д. 96). 

Как пояснила истец в ходе рассмотрения дела, фактически она с указанными приказами была ознакомлена за день до их вынесения – т.е. 22.05.2025. Представитель ответчика ФИО2 данный факт не отрицала. 

В этой связи суд приходит к выводу, что в указанной части (ознакомление работника с приказом о применении дисциплинарного взыскания) работодателем нарушений не допущено, поскольку работник ознакомлен с приказами, но перед их вынесением. При этом получив их копии (в не установленный судом день), с приложением их к иску в последующем. 

ФИО1 23.05.2025 обратилась в прокуратуру Ленского района Республики Саха (Якутия), в ответе на обращение от 23.06.2025 истцу разъяснена ст. 60 ТК РФ, а также указано, что по условиям ее трудового договора осуществление функций по сбору денежных средств за вход на культурное мероприятие не входит в ее обязанности, вместе с тем указанные действия связаны с организацией и проведением праздничного мероприятия. Что входит в ее трудовые обязанности (Т.1, л.д. 55). 

При этом суд отмечает, что согласно разъяснения УФНС России по Республике Саха (Якутия) от 07.07.2025 согласно пункту 3 распоряжения Правительства РФ № 2949-р от 12.11.2020 дискотека входит в перечень услуг населению без применения контрольно-кассовой техники, МКУ ЦК п. Пеледуй вправе не применять контрольно-кассовую технику (Т.1, л.д.204-205). 

Также в этот же день (23.05.2025) истец также обратилась в Государственную инспекцию труда в Республике Саха (Якутия) (Т.2, л.д.20) на что ею получен ответ от 07.06.2025 о направлении предостерижения в адрес работодателя о недопустимости нарушения обязательных требований по вопросам: не соблюдения требований ст.74 ТК РФ в виде изменений условий трудового договора по инициативе работодателя, без оснований, недопустимости принуждения работодателем к выполнению дополнительной работы, недопустимость привлечения к дисциплинарной ответственности без предоставления объяснения работником, а также за отказ от выполнения дополнительной работы, недопустимости лишения премии за пределами периода, когда работник был привлечен к дисциплинарной ответственности, в том числе, как и лишение премии без имеющихся на то оснований, недопустимости дискриминации по труду. 

30 июня 2025 г. приказом № в числе прочих в связи с неправильным оформлением во избежение нарушений трудового законодательства отменены приказы № от 23.05.2025 (л.д. 158). 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 сообщила, что оспариваемые до уточнения иска приказы истцом вынесены в нарушение порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности, что послужило основанием для их отмены, признав допущенные нарушения. 

Таким образом, отменяя в добровольном порядке указанные приказы после принятия вышеуказанных мер органами трудовой инспекции по жалобе истца, работодатель признал их незаконными, в связи с чем, суд считает, что негативные последствия для работника работодателем устранены.

Вместе с тем, устранение рассматриваемого нарушения трудовых прав работника произошло не с даты принятия приказа об отмене приказов о взысканий и не начислении премии – 30.06.2025 и не до подачи истцом настоящего иска в суд (15.08.2025), а позже. 

Как следует из материалов дела, о вынесении приказа № от 30.06.2025 истцу стало известно лишь 25.08.2025, то есть, в ходе рассмотрения заявленного иска судом, соответственно, спустя 95 календарных дней (с 22.05.2025 по 25.08.2025) при том, ответчик не доказал факт более раннего ознакомления истца с указанными приказами. 

Разрешая заявленные требования о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ст. 21 ТК РФ). 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). 

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»). 

Судом достоверно установлено, что при привлечении истца к дисциплинарной ответственности ответчиком допущены нарушения его трудовых прав, что является основанием для возмещения работнику морального вреда. 

В ходе рассмотрения дела суд предоставил сторонам возможность разрешить спор миром, однако, как следует из их устных пояснений данных 15.09.2025, 22.09.2025, 29.09.2025 (Т.1, л.д.206-207, 228, Т.2. 22-29) а также представленного и не подписанного (не согласованного) с истцом проекта мирового соглашения б/д, в редакции ответчика (Т.1 247-248), денежные средства в размере 50 000 рублей в счет предъявленных требований, включают в себя компенсацию морального вреда, компенсацию по ст. 236 ТК РФ и почтовые расходы. Расходы истца на оплату услуг представителя в них не включены. При этом, суд отмечает, что представитель истца в судебном заседании 15.09.2025 озвучивала в качестве возможного условия включение в сумму требований расходов на представителя в размере 60 000 рублей, на, что представитель ответчика ФИО2 согласилась заключить мировое соглашение. Однако на судебном заседании 22.09.2025 представитель истца отказалась обсуждать условия мирового соглашения, отметив, что стороны к его заключению не придут. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, длительность периода нарушения трудовых прав истца, учитывая, что добровольная отмена приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и не начислении премии ответчиком произведена по инициативе работодателя, но после вмешательства органов трудовой инспекции по жалобе истца, более того, с приказом об отмене указанных приказов истец ознакомлена в суде в ходе производства по настоящему делу, а также характер и степень нравственных страданий, которые истец претерпевал в результате необоснованного привлечения к дисциплинарной ответственности, выразившихся в эмоциональных переживаниях, необходимости приобретения успокоительных препаратов без рецепта врача, а также нахождение на листке нетрудоспособности в количестве 9 дней (с 15.07.2025- 23.07.2025), 10 дней (с 28.07.2025 по 06.08.2025) (Т.1, л.д.25-28), 9 дней (с 18.09.2025-26.09.2025) стационарное лечение в Н. (т.1. л.д.241-242) при этом принимая во внимание степень вины работодателя, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 17 000 руб., что будет отвечать требованиям разумности и справедливости. 

Расчет истца в части размера компенсации за задержку выплаты заработной платы (премии за май 2025 г.) в порядке ст. 236 ТК РФ судом проверен и признается правильным. Так, начало начисления процентов исходя из действовавшей на тот момент ключевой ставки, приходится на дату, следующую за днем получения заработной платы за май 2025 г. – с 07.06.2025 (л.д.239) по 12.09.2025 – дату перечисления премии истцу за май 2025 г. (л.д. 198) в размере 1 356 рублей 80 копеек. 

Несение почтовых расходов истца в размере 76 рублей подтверждено материалами дела (л.д. 61, 240). 

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

Поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, то с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального района «Ленский район» Республики Саха (Якутия) в размере 3 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к Муниципальному казенному учреждению «Центр культуры п. Пеледуй» муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия) удовлетворить частично. 

Взыскать с муниципального казенного учреждения «Центр культуры п. Пеледуй» муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия) 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 17 000 (семнадцать тысяч) рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы (премии за май 2025 г.) в размере 1356 рубля 80 копеек, почтовые расходы в размере 76 рублей. 

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 отказать. 

Взыскать с муниципального казенного учреждения «Центр культуры п. Пеледуй» муниципального образования «поселок Пеледуй» Республики Саха (Якутия) 

<

данные изъяты> в доход бюджета муниципального района Ленский район Республики Саха (Якутия) государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) через Ленский районный суд Республики Саха (Якутия) (ПСП пгт. Пеледуй) в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья В.А. Санников