№ 2-81/2019

Решение

 

Именем Российской Федерации

22 мая 2019 г. г. Реутов

Реутовский гарнизонный военный суд в составе председательствующего АлиеваР.А., при секретаре судебного заседания Шуваловой Т.В., с участием представителя истца – войсковой части № старшего лейтенанта ФИО1, ответчика Цесаря Р.И., рассмотрев воткрытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску командира войсковой части № к военнослужащему указанной воинской части капитану Цесарю Р.И. о привлечении кматериальной ответственности и взыскании с него денежных средств, 

установил:

командир войсковой части № обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с Цесаря 41 808 рублей в счет возмещения причиненного материального ущерба.

В обоснование исковых требований истец указал, что в период с 5 апреля по 25 октября 2017 г. Цесарь проходил военную службу в должности помощника начальника отделения кадров войсковой части №, а с 30 октября 2017 г. вдолжности помощника начальника штаба построевой части войсковой части №. 

В соответствии с заключением административного расследования, утвержденным временно исполняющим обязанности командующего Восточным округом войск национальной гвардии Российской Федерации генерал-лейтенантом Бойко от 9 февраля 2019 г., по факту незаконного расхода денежных средств, связанных с выплатой денежного довольствия в связи с непринятием своевременных мер по увольнению с военной службы подполковника ФИО5, установлена вина Цесаря в непринятии должных мер по своевременному увольнению ФИО6, в период исполнения им обязанностей помощника начальника отделения кадровс 24 сентября по 26 октября 2017 г., в связи с чем ответчик подлежит привлечению к ограниченной материальной ответственности в соответствии с Федеральным законом от 12 июля 1999 г. № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» на сумму причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет, то есть на сумму 41 808 рублей. 

Представитель истца ФИО1 требования иска поддержал ипросил суд их удовлетворить и привлечь Цесаря к ограниченной материальной ответственности. При этом пояснил, что из-за бездействий должностных лиц войсковой части №, в том числе и ответчика, сумма реального ущерба возникшего в результате несвоевременного увольнения ФИО7 с военной службы составила 844 786,59 рублей. 

Ответчик требования иска не признал и пояснил, что он проходил военную службу в должности помощника начальника отделения кадров войсковой части №, указаний от командования по подготовке каких-либо документов на увольнение ФИО8 ему не поступало и что указанные действия выполняются им только пораспоряжению вышестоящего командира либо при поступлении документов ссоответствующими резолюциями. При этом он в период с 15 мая по 5 июня 2017 г. находился на стационарном лечении с последующим предоставлением 60 суток отпуска по болезни, а затем с 7 по 15 августа 2017 г. находился на стационарном лечении. Он также пояснил, что в ходе административного расследования и по его результатам его вина не установлена и при её проведении у него объяснения не отбирались. Ответчик также пояснил, что иззаключения по материалам административного расследования видно, что обстоятельством, повлекшим необоснованное удержание № на военной службе и выплату ему в этот период денежного довольствия, является непринятие необходимых мер по выполнению п. 11 ст. 9 Положения о порядке прохождения военной службы командиром соединения и его помощником по кадрам – начальником отделения кадров. 

Выслушав объяснения сторон и исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части № от5апреля 2017 г. № ответчик Цесарь, назначенный на должность помощника начальника отделения кадров войсковой части №, зачислен в списки личного состава указанной воинской части. 

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от25октября 2017 г. № Цесарь исключён из списков личного состава указанной воинской части с26 октября 2017 г. 

Из выписки из приказа командира войсковой части № от28 октября 2017 г. № видно, что ответчик с 28 октября 2017 г. зачислен в списки личного состава указанной воинской части. 

Согласно выписным эпикризам Цесарь в период с 15 мая по 5 июня 2017 г. ис7по 15 августа 2017 г. находился на стационарном лечении. 

Факт предоставления ответчику 60 суток отпуска по болезни после выписки 5июня 2017 г. из госпиталя представитель истца не отрицал.

Как следует из докладной записки начальника отдела финансового контроля иаудита Восточного округа войск национальной гвардии Российской Федерации, командующему указанным округом предложено назначить административное расследование определить точную сумму ущерба, причинённого неправомерным удержанием ФИО9 на военной службе, и установить виновных лиц, подлежащих привлечению к материальной и иной ответственности.

Согласно контракту от 21 июня 2017 г. с ФИО10 заключен контракт о прохождении военной службы сроком на один год.

Из выписки из приказа командира войсковой части № от 30 июня 2017 г. № полковника ФИО11 усматривается, что с ФИО12 заключён контракт опрохождении военной службы сроком на один год, с 21 июня 2017 г. 

В соответствии с протестом военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона требуется внести изменения в вышеназванный приказ, отменив п. 1 этого приказа в части касающейся заключения с ФИО2 нового контракта опрохождении военной службы, поскольку последний по состоянию здоровья признан военно-врачебной комиссией не годным квоенной службе и подлежит увольнению.

Как следует из объяснений ФИО13, он каких-либо распоряжений ответчику о подготовке документов на увольнение своенной службы ФИО14 по состоянию здоровья, в связи с признанием его военно-врачебной комиссией не годным к военной службе, не давал.

Из объяснений ФИО15 видно, что заключение военно-врачебной комиссии о признании его не годным к военной службе поступило в воинскую часть в августе 2017 года. При этом впериод с июня 2017 года по конец ноября 2017 года ФИО16 находился в основном и дополнительном отпусках и на стационарном лечении.

Факт нахождения ФИО17 в отпусках и на стационарном лечении подтверждается выписками из приказов командира войсковой части № от 21 июня 2017 г. №, от 22 августа 2017 г. №, от 21 сентября 2017 г. № и от 20 ноября 2018 г. №, а также свидетельством о болезни от 16 июня 2017 г. №. 

В соответствии с выпиской из приказа командующего Восточным военным округом войск национальной гвардии Российской Федерации от 12 декабря 2017 г.№ ФИО18 зачислен в распоряжение начальника Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской федерации поПриморскому краю.

Согласно выписке из приказа начальника Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской федерации по Приморскому краю от 19 декабря 2017 г. № ФИО19 зачислен в списки личного состава указанного Управления.

Как следует из выписки из приказа командующего Восточным округом войск национальной гвардии Российской Федерации от 8июня 2018 г. №, ФИО20 уволен с военной службы по состоянию здоровья, в связи с признанием его военно-врачебной комиссией не годным к военной службе.

В соответствии с п. 39 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. № (далее – Устав), приказ – распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, соблюдения тех или иных правил или устанавливающее какой-либо порядок, положение.

Приказ может быть отдан в письменном виде, устно или по техническим средствам связи одному или группе военнослужащих. Приказ, отданный в письменном виде, является основным распорядительным служебным документом (нормативным актом) военного управления, издаваемым на правах единоначалия командиром воинской части.

В соответствии с п. 41 Устава приказ (приказание) должен соответствовать федеральным законам, общевоинским уставам и приказам вышестоящих командиров (начальников). Отдавая приказ (приказание), командир (начальник) не должен допускать злоупотребления должностными полномочиями или их превышения.

При этом п. 44 Устава предусматривает, что командир (начальник) несет ответственность за отданный приказ (приказание) и его последствия, за соответствие содержания приказа (приказания) требованиям статьи 41 настоящего Устава и за непринятие мер по обеспечению его выполнения.

Анализируя приведенные нормы права, следует придти к выводу о том, что исключительно командир при издании приказа отвечает за его соответствие нормам действующего законодательства, в связи с чем именно командир несет ответственность, как за соответствие своего приказа нормам действующего законодательства, так и за последствия, которые может повлечь отданный им приказ.

Согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 12 июля 1999 г. № 161-ФЗ«О материальной ответственности военнослужащих» настоящий Закон устанавливает условия и размеры материальной ответственности военнослужащих и граждан, призванных на военные сборы, за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также порядок возмещения причиненного ущерба.

Часть 1 ст. 3 вышеуказанного Закона, устанавливает, что военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Из изложенного следует, что основанием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности являются его виновные действия (бездействие), в результате которых военному ведомству был причинен реальный ущерб.

Исходя из смысла статей 26, 27 и 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 г. № 1237, а также требований статей 39, 95 Устава, издание приказов входит в исключительную компетенцию командира (начальника) воинской части.

Действительно в соответствии с требованиями пп. 1, 4 ст. 4 Федерального закона «Оматериальной ответственности военнослужащих» за ущерб, причиненный понеосторожности при исполнении обязанностей военной службы, военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, несут материальную ответственность вразмере причиненного ими ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет. Командиры (начальники) воинских частей, виновные в незаконном увольнении военнослужащего с военной службы, незаконном назначении военнослужащего на должность, непредусмотренную штатом воинской части, несут материальную ответственность заущерб, причиненный излишними денежными выплатами, произведенными врезультате незаконного увольнения военнослужащего, незаконного назначения надолжность, в размере причиненного ущерба, но не более трех окладов месячного денежного содержания и трех месячных надбавок за выслугу лет.

Вместе с тем из анализа приведенных выше правовых норм следует, что материальную ответственность за ущерб, причиненный излишними денежными выплатами в связи с неправомерным удержанием военнослужащего на военной службе, несут непосредственно командиры (начальники) воинских частей, виновные в удержании военнослужащего, то есть командиры (начальники), обладающие всей полнотой власти в отношении подчиненных, имеющие право издания приказов обувольнении военнослужащих с военной службы.

Что же касается ненадлежащего исполнения ответчиком своих служебных обязанностей, связанных с проведением мероприятий, предшествовавших увольнению ФИО21 с военной службы, то его оценка возможна лишь в рамках иных видов юридической ответственности. При этом истцом не представлены доказательства дачи указаний ответчику о подготовке документов на увольнение ФИО22.

Не представлены истцом суду доказательства вины Цесаря в несвоевременном представлении ФИО23 увольнению с военной службы. 

Кроме того, в судебном заседании установлено, что Цесарь указаний опредставлении ФИО24 к увольнению с военной службы не получал. При этом впериод с 15 мая по 5 июня 2017 г. ответчик находился на стационарном лечении споследующим предоставлением 60 суток отпуска по болезни, а затем с7по15августа 2017 г. находился на стационарном лечении.

В силу ст. 33 Устава одним из основных принципов строительства Вооруженных Сил Российской Федерации, руководства ими и взаимоотношений между военнослужащими является единоначалие, которое заключается в наделении командира (начальника) всей полнотой распорядительной власти по отношению к подчиненным и возложении на него персональной ответственности перед государством за все стороны жизни и деятельности воинской части, подразделения и каждого военнослужащего. Единоначалие выражается в праве командира (начальника), исходя из всесторонней оценки обстановки, единолично принимать решения, отдавать в установленном порядке соответствующие приказы и обеспечивать их выполнение.

С учетом вышеизложенного, поскольку несвоевременное увольнение ФИО25 с военной службы произошло в связи с отсутствием на то указаний командира воинской части, следует придти к выводу о том, что в действиях ответчика отсутствует вина в причинении материального ущерба.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что, предъявляя иск опривлечении ответчика к ограниченной материальной ответственности, истец обязан был представить в суд доказательства вины ответчика впричинении ущерба воинской части.

Между тем, истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ, таких доказательств суду представлено не было, а потому в удовлетворении искового заявления воинскому должностному лицу надлежит отказать.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, военный суд

решил:

в удовлетворении иска командира войсковой части 3186 к военнослужащему указанной воинской части капитану Цесарю Р.И. о привлечении кматериальной ответственности и взыскании с него денежных средств отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через Реутовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий по делу Р.А. Алиев