УИД: №

Дело №

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Усть-Куломский районный суд Республики Коми в составе судьи Мартынюк Т.В., при секретаре Чачиновой Т.С., 

с участием представителя административного ответчика ОМВД России по Усть-Куломскому району Республики Коми ФИО3, имеющего высшее юридическое образование, действующего по доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО4 к ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району Республики Коми, ОМВД России по Усть-Куломскому району Республики Коми, МВД Республики Коми, Министерству внутренних дел России, Министерству финансов Российской Федерации о признании действий (бездействия) должностных лиц незаконными, взыскании компенсации морального вреда за нарушения условий содержания под стражей, 

установил:

ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району Республики Коми взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., поскольку незаконными действиями (бездействия) должностных лиц ему причинены моральные страдания. В обоснование иска указал, что в ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ содержался в старом здании ИВС в 

<

адрес>, где имелись нарушения: в камерах ИВС отсутствовала холодная и горячая вода, поэтому не мог поддерживать личную гигиену; не было нормального санузла (вместо туалета отверстие в полу); не выдавались пригодные постельные принадлежности (матрас, подушка, одеяло, простынь, наволочек. Выдавали постельное бельё похожее на тряпки, с запахом плесени и гнили; в камерах отсутствовала вентиляция, из-за этого в камерах была повышенная влажность, на стенах грибок и плесень, имелись неровности на стенах-оштукатуренная шуба; в камерах отсутствовало нормальное освещение, был полумрак; отношение было хамским, не считали за людей, на все просьбы и жалобы кивали головой; отсутствовал дворик для прогулок; отсутствовал медицинский работник; в случае необходимости оказания медицинской помощи, она не была бы оказана.

Так же в период времени ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истец находился в новом здании ИВС 

<

адрес>, в котором так же имелись такие нарушения, как в камерах отсутствовали бачки для питьевой воды (бачки появлялись в камерах только по приезду комиссии), истец оставался без питьевой воды; вода из-под крана не пригодна для питья, приходилось постоянно просить дежурного принести воды; камера видеонаблюдения, которая охватывала зону туалета, т.к. перегородка санузла не превышает 1.5 метра и внутри еще имеется пьедестал, при отправлении естественных надобностей возникало чувство дискомфорта, при справлении естественных надобностей, запах исходил на всю камеру, стол стоит рядом с санузлом, когда кто-то ходил в туалет, приходилось дышать неприятным запахом; отсутствовало постоянное горячее водоснабжение; на одном этаже находятся комната для допросов и прогулочный дворик, дверь дворика закрывают на замок, надевают наручники; на жалобы никак не реагируют, ответственный лишь говорит, чтобы писал жалобы; медицинский работник появляется лишь при настойчивых просьбах; обыски в камерах производят без понятых, все вещи потом перевёрнуты, бывает, что не хватает документов; сотрудники могут что-нибудь подбросить. ФИО4 в иске указал просьбу рассмотреть дело без его участия

Определением суда в качестве соответчиков по делу привлечены ОМВД России по Усть-Куломскому району РК, МВД РК, МВД России, Минфин России.

Решая вопрос о виде судопроизводства, суд исходил из того, что из содержания заявления следует, что истец просит о взыскании компенсации морального вреда, связанного с нарушением условий содержания в изоляторе временного содержания, ненадлежащим материально-бытовым обеспечением, поэтому с учетом позиции, изложенной в кассационном определении Верховного Суда Российской Федерации от 25 августа 2021 года № 64-КАД-4-К9, судом принято решение о рассмотрении иска в порядке КАС РФ.

В судебном заседании административный истец ФИО4 не участвовал, о дате, времени и места рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайства о проведении ВКС не заявил, в иске изложив просьбу рассмотрения дела без его участия.

Истец указал в иске просьбу взыскания в ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району РК суммы компенсации морального вреда, вместе с тем ИВС относится к ОМВД и не является юридическим лицом, однако, с учетом неучастия в суде, и отсутствия возможности выяснить мнение истца о замене ответчика на надлежащего, судом принято решение о привлечении к участию в деле соответчиков. При описании позиции представителя ОМВД России по Усть-Куломскому району РК (отдельно такой ответчик как ИВС не указан, но самостоятельно его исключить суд не вправе, поскольку позиция стороны административного истца именно о взыскании с изолятора).

Представитель административного ответчика ОМВД России по Усть-Куломскому району РК ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал по доводам, указанным в письменных возражениях, просил в иске отказать. Заявил ходатайство о допросе в качестве свидетелей сотрудников ФИО1 и ФИО2

Представители МВД Республики Коми, Министерства внутренних дел России о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание своих представителей не направили. В письменном отзыве с исковыми требованиями ФИО4 не согласились, просили в удовлетворении отказать в полном объеме.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации участия в судебном заседании не принимал. О дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, представили письменные возражения. Просили в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказать, также указали, что не являются надлежащими ответчиками по делу.

Суд с учетом мнения участников процесса, пришел к выводу о возможности рассмотрения дела без участия административного истца, представителей МВД России, МВД РК, Министерства финансов РФ, признав их явку в судебное заседание необязательной. 

Свидетель ФИО7, занимающий должность 

<

данные изъяты> рассказал, что с ДД.ММ.ГГГГ работал в ИВС. Здание было деревянное, одноэтажное. Воду привозили в ИВС в ёмкостях (цистернах), носили её по ИВС, и по камерам, в том числе. Мылись задержанные в конце коридора, умывались в камере, был умывальник и ведро; имелся туалет двухместный в конце коридора, туалеты были отделены друг от друга глухой стеной от пола до потолка, туалет площадью 2 на 2 метра, дверь в туалет открывалась наружу. В ИВС был тэн литров на 40-50, вода горячая была. Задержанные имели возможность соблюдать гигиену, воды была и холодная, и горячая. Выдавались матрасы, постельное белье, подушки, матрасы и подушки увозили в больницу села для «прожарки», постельное белье стирали в прачечной по договору. С ДД.ММ.ГГГГ работает дезинфектор, в здании ИВС у неё был свой кабинет, в кабинете на полках различные вещества для дезинфекции в баночках. Сами сотрудники находились в здании ИВС вместе с задержанными и не допустили бы наличие мышей или крыс, т.к. нет разницы задержанные или работники полиции, ведь целый день и сотрудники, и задержанные находились там. Не было ни клопов, ни тараканов; клопам всё равно кого кусать, поэтому такого не допустили бы сами сотрудники ИВС. Человек при поступлении в ИВС мылся, его проверял врач на наличие педикулёза, в том числе. Вытяжка в камерах была - окошечко на улицу, на улице большой генератор. Внутри камер были дневное и ночное освещение, бочок, полка для книг, спальное место - нары, скамейка; затем нары поменяли на двухярусные кровати. Свет в камерах был хороший, задержанные читали. При измерении света в камерах предусмотрено и положено 150 люмминий, а в камерах было 180 л, МСЧ постоянное проверяли здание ИВС, указали бы на нарушения, если бы свет плохой был. Ведро в камеру ставили, поскольку в ночное время задержанные при необходимости ходили в туалет по-маленькому, утром дежурный по камере выносил ведро. Дежурство по камере было предусмотрено. ИВС находился в селе, некоторые и сейчас живут с ведром, центральная канализация и в настоящее время есть не везде. В камерах размещали правила внутреннего распорядка, задержанных с данными правилами знакомили, о чем в личной карточке задержанного делали отметку об ознакомлении. Постельное белье стирали в прачечной от центральной районной больницы, с ними был заключен договор оказания услуг; матрасы на прожарку возили в больницу, если не устраивало постельное бельё, то можно было использовать домашнее постельное бельё, которое приносили родственники задержанных по звонку сотрудника ИВС. ФИО4 помнит, потому что он находился в ИВС не один раз. Жалоб от него не поступало, ни дежурному, ни ответственному, ни прокурору, которые ежедневно посещали ИВС. По Правилам внутреннего распорядка задержанных знакомили с Правилами, о чем они расписывались в карточке, ФИО4 знакомили с ними, он знал о возможности направления жалобы, обращения или заявления. Дезинфекция проводилась постоянно, был дезинфектор. Медицинский работник так же есть. При водворении в ИВС, перед этапированием, и по требованию лица медицинский работник осматривает задержанных. Вентиляция в старом здании ИВС была, в конце коридора висел большой вентилятор, с улицы притягивал чистый воздух, другой - вытягивал на улицу. Ни плесени, ни грибка на стенах не было, побелку в камерах производили по мере загрязнения, т.к. если в камере курили больше, то стены были грязнее, их и белили. Прогулочный дворик был на территории ИВС, перед входом в старое здание, всего было 2 дворика, два входа. В ДД.ММ.ГГГГ открыли новое здание ИВС. Бачки для воды в камерах имеются постоянно, их моет дежурный по камере, из камер их не забирают, т.к. их негде хранить, в данных бачках задержанные наливают кипяченую воду (кипяченую воду с 22 до 6 часов не выдают по Приказу 950, поэтому её сливают в бачок, в случае необходимости в ночное время наливают из бачка). Видеокамера установлена в каждой камере напротив входной двери, обзор камеры не охватывает приватную зону, если лицо в кабинке, то видна его макушка, если присел, то не видно вообще. Высота перегородки 1.5 м. Новое здание ИВС строили по стандартам, в нём нет нарушений действующих норм. В камерах приточно-вытяжная вентиляция, вентиляция достаточная и в камерах не пахнет. В коридоре имеется бойлер на 80 литров на 2 камеры, вода горячая имеется постоянно. Материально не выгодно постоянно отключать бойлер, поэтому он постоянно работает, кроме тог, если его часто выключать он быстрее выходит из строя. Начальник отделения приходит в ИВС 2 раза в день, днем приходит с проверкой заместитель начальника полиции, ответственный ходит 2 раза в день, каждый день приходит и проверяет ИВС прокурор района, а потому возможность представить жалобу или заявления у находящихся в ИВС достаточно. Наручники одевают на задержанных, когда они выходят в прогулочный дворик, одна пара на задержанного, одна пара на руку задержанного и сотрудника ИВС; без наручников можно находится в камере, в комнате для адвоката, при встрече с родственниками, в суде, согласно Приказу 140 дсп. ИВС является режимным объектом. В ИВС постоянно находятся медицинские работники. Утром приходят, ведут медицинский журнал: от истца жалоб в новом ИВС не было, в журналах ничего не отражено. При утренней оправке дежурный, которого должны поменять докладывает вновь заступившему дежурному, что все здоровы, об этом указано в журнале. В случае, если кто-то заболел, об этом указывается в журнале, вновь заступивший дежурный решает эти вопросы. Согласно Приказу № 14-0 дсп производится личный обыск и досмотр вещей, обыск производят в присутствии лиц, возможно положили вещи не так аккуратно как было сложено, но специально никто их не раскидывает и не кидает, кладут на место.

Допрошенный в качестве свидетеля – сотрудник полиции ФИО2 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ состоял в числе членов комиссии при передаче старого здания ИВС, поскольку в настоящее время ИВС находится по другому адресу, здание новое. Описал старое здание ИВС – одноэтажное, деревянное, в камере решетка, нары, умывальник, остатки от светильников – 2 лампочки. Вентиляция над входной дверью, в конце коридора (у пожарного выхода большой вентилятор). Туалета в камерах не было, туалет в конце коридора, в туалет дверь, открывающаяся наружу. Силовой провод был. Вентиляция, пожарный выход в конце коридора. На территории ИВС перед зданием прогулочный дворик – две половины. В ИВС кабинет с полками и остатками химических веществ. Помещение для медосмотров (т.к. осталась старая табличка на дверях). В новом здании ИВС работают 2 фельдшера.

Суд, выслушав представителя административного ответчика ОМВД по Усть-Куломскому району РК, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, изучив представленные письменные и фото доказательства, приходит к следующему.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права (пункт 1).

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации) (пункт 4).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3 указанной нормы).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Конституция Российской Федерации гарантирует охрану достоинства личности государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению (статья 21). Государство обеспечивает потерпевшим компенсацию причиненного ущерба (статья 52). Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

Действия (или бездействие) органов государственной власти, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2009 года № 1005-О-О).

В соответствии со статьей 1067 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьей 151 ГК РФ и главой 59 ГК РФ.

На основании статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

К нематериальным благам, в силу пункта 1 статьи 150 ГК РФ, относится, в том числе и достоинство личности.

Закрепив в статье 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, законодатель не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16 октября 2001 года № 252-О).

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1). Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2). 

Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2013 года, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 03 июля 2013 года.).

Статьи 151 и 1069 ГК РФ во взаимосвязи со статьей 1099 ГК РФ направлены на реализацию, в частности, положений статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2008 года № 1012-О-О, от 24 октября 2013 года № 1663-О и др.).

Из конституционных и правовых норм, а также из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации следует, что содержание обвиняемого (подозреваемого) в исправительных учреждениях, следственных изоляторах в условиях, которые несовместимы с уважением его человеческого достоинства, и не соответствуют установленным законом нормам, влечет нарушение его неимущественных прав, гарантированных законом.

Рассматривая спорные периоды времени, о которых указано в иске, суд приходит к следующему. В ходе судебного следствия, согласно данным ИЦ МВД РК, по делу установлено, что постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 условное осуждение по приговору от ДД.ММ.ГГГГ отменено. ДД.ММ.ГГГГ приговором суда истец осужден, на основании ст. 70 УК РФ присоединен приговор от ДД.ММ.ГГГГ, назначено наказание в виде лишения свободы сроком 2 года 2 месяца. ДД.ММ.ГГГГ истец освобожден из мест лишения свободы по отбытии срока наказания. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 осужден к лишению свободы сроком 1 год 8 месяцев, ДД.ММ.ГГГГ освобожден. ДД.ММ.ГГГГ вновь осужден, назначено наказание в виде лишения свободы сроком 5 месяцев, ДД.ММ.ГГГГ освобожден по отбытии срока наказания. ДД.ММ.ГГГГ осужден к лишению свободы сроком на 1 год, ДД.ММ.ГГГГ освобожден с заменой лишения свободы на ограничение свободы. ДД.ММ.ГГГГ осужден к лишению свободы сроком 1 год 2 месяца, на основании ст. 70 УК РФ присоединен приговор от ДД.ММ.ГГГГ, итоговое наказание - лишение свободы сроком 1 год 3 месяца. ДД.ММ.ГГГГ арестован (согласно сведениям ИЦ МВД по Республике Коми). Таким образом, время содержания истца под стражей, о котором заявлено в административном иске, подтверждено. 

Порядок содержания в изоляторах временного содержания регулируется Федеральным законом N 103-ФЗ от 15 июля 1995 года "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

Федеральным законом определены порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Статья 9 указанного закона предусматривает, что изоляторы временного содержания органов внутренних дел являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

В силу статьи 16 вышеназванного закона в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерством внутренних дел Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (далее - Правила).

Согласно пункту 12 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД РФ от 22 ноября 2005 года N 950, принятым в изоляторы временного содержания подозреваемым и обвиняемым предоставляется информация о правах и обязанностях, режиме содержания под стражей, дисциплинарных требованиях, порядке подачи предложений, заявлений и жалоб.

Место содержания подозреваемых и обвиняемых подразумевает претерпевание определенных неудобств данными лицами в силу специфики самого места нахождения этих лиц. Доставленные истцу неудобства находятся в пределах неизбежного уровня переживаний, характерных для ограничения свободы, пребывания в специальных учреждениях.

Согласно п. 94 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 N 950, при ежедневном обходе камер представители администрации ИВС принимают от подозреваемых и обвиняемых предложения, заявления и жалобы как в письменном, так и в устном виде, предложения, заявления и жалобы, адресованные в прокуратуру, цензуре не подлежат и не позднее следующего за днем подачи предложения, заявления или жалобы рабочего дня направляются адресату в запечатанном пакете (п. 97 ПВР ИВС).

Пунктом 95 Правил определено, что предложения, заявления и жалобы, принятые в устной и письменной форме, записываются в соответствующий журнал регистрации, ведущийся в канцелярии территориальных органов МВД России или ИВС, и докладываются лицу, ответственному за их разрешение. 

В ходе рассмотрения дела установлен факт ознакомление лиц, содержащихся в ИВС с Правилами внутреннего распорядка.., поэтому лица, содержащиеся в ИВС, обладали информацией о распорядке дня, правилах поведения, порядке обращения и направления жалоб на возможные нарушения и недостатки при нахождении в изоляторе. Вместе с тем, не установлен факт обращения административного истца с жалобами или обращениями с указанием на возможные нарушения его прав, при наличии такой возможности. Поскольку изолятор временного содержания ежедневно неоднократно проверялся как сотрудниками ОМВД, так и прокурором района. 

Административным истцом указаны нарушения, которые, по его мнению, нарушали его права, следствием чего, является компенсация тех нравственных и физических страданий, которые он перенёс.

Согласно распределению бремени доказывания по данной категории дел, административным ответчиком в обоснование своей позиции представлены письменные и фотодоказательства, указаны ссылки на нормы закона и внутренние приказы, которые внимательно изучены судом. Вместе с тем, обращено особое внимание на то, что истец находился, в том числе, в старом здании изолятора, данное здание не эксплуатируется, документы, согласно срокам хранения, уничтожены, просили применить срок исковой давности, поскольку данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска. 

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу установлены Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее по тексту - Федеральный закон № 103-ФЗ), Правилами внутреннего распорядка изоляторов ременного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утверждённого приказом МВД России от 22.11.2005 № 950 (далее по тексту- Правила).

В соответствии со ст.23 ФЗ-103 подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Согласно ст. 4 Закона № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со ст. 9 Закона № 103-ФЗ изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и пограничных органов федеральной службы безопасности предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений. В ИВС в случаях, предусмотренных УПК РФ, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу.

В силу ст. 15 Закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Административный истец содержался в ИВС на законных основаниях. Также, совершая преступление, административный истец понимал, что последующее наказание (содержание под стражей) будет связано с ограничением его конституционных прав.

Здание ИВС, в котором содержался административный истец, располагалось по адресу: 

<

адрес>, одноэтажное, общей площадью 287, 9 квадратных метров нежилое, ДД.ММ.ГГГГ постройки (далее старое здание ИВС). С ДД.ММ.ГГГГ старое здание ИВС не используется. Решением Арбитражного суда Республики Коми по делу № от ДД.ММ.ГГГГ и постановлением Второго Арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции, оставившим без изменения это решение, старое здание ИВС передан Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Коми по акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ №.

В силу особенностей и условий местности в селе Усть-Кулом старое здание ИВС не было оборудовано центральным водоснабжением, вода поставлялась в емкостях, потребление которой осуществлялось путем использования умывальника для помывки, водогрейного тэна для употребления в горячем виде, а также разливалась в бачки по камерам. Аналогичным образом водопотребление осуществлялось, кроме ОМВД России по Усть-Куломскому району РК, и другими предприятиями организациями села. После кипячения вода в ИВС распределялась в бачки по камерам. Перебоев с водоснабжением не было, вода использовалась дополнительно для каждого заключенного под стражу в любое удобное время (при наличии кратковременных перебоев в районе с водоснабжением, сотрудники ИВС заблаговременно запасали необходимый объём воды, в потому отсутствия воды вообще не было). Помывка при помощи умывальника осуществлялась не только один раз в неделю согласно п. 47 ПВР, а по желанию каждого арестованного в удобное время. Согласно пункту 45 ПВР в камеры выдавались ведра и тазы, с помощью которых содержащиеся стирали одежду.

Так, в соответствии с пунктом 43 ПВР подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование. Бритвенные принадлежности (безопасные бритвы либо станки одноразового пользования, электрические или механические бритвы) выдавались подозреваемым и обвиняемым по их просьбе с разрешения начальника ИВС в установленное время не реже двух раз в неделю. Пользование этими приборами осуществляется этими лицами под контролем сотрудников ИВС.

В соответствии с пунктом 44 ПВР для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдавались: мыло хозяйственное; бумага для гигиенических целей; настольные игры (шашки, шахматы, домино, нарды); издания периодической печати, приобретаемые администрацией ИВС в пределах имеющихся средств; предметы для уборки камеры; уборочный инвентарь для поддержания чистоты в камере; швейные иглы, ножницы, ножи для резки продуктов питания (могут быть выданы подозреваемым и обвиняемым в кратковременное пользование с учетом их личности и под контролем сотрудников ИВС).

На основании п. 48 ПВР при отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдавались ежедневно с учетом потребности. В ИВС имелся кухонный блок для приготовления и раздачи горячей еды, которая предоставлялась лицам, содержащимся в ИВС. Холодная кипяченая и горячая вода предоставлялась арестованным сотрудниками ИВС дополнительно по желанию. Выдача горячей воды, кипяченой воды (питьевой) вышеуказанной категорией лиц не фиксировалось, так как это не предусмотрено законодательством. 

Камеры ИВС оборудованы холодным водоснабжением, что так же подтверждается представленными фотографиями камер, в которых содержался истец. В каждой камере имеется водопроводный кран, который находится в исправном состоянии. К каждому крану подсоединен смесительный кран, по которому из электрического водонагревателя марки «Thermex». Каждый водонагреватель, установленный в коридоре, подает горячую воду в две камеры. 

Установлено, что в здании ИВС туалет был огорожен стенами, выполненными из доски во всю высоту стены туалета, что подтверждается представленной фотографией. Такой туалет находился в конце коридора, на 2 человека, между собой кабинки разделены стеной от пола до потолка. Лица, находящиеся в ИВС не ограничивались в использование туалета и запросу выводились сотрудниками для осуществления естественных нужд, что подтверждается и показаниями свидетелей. Кроме того, в качестве исключения в ночное время для удобства задержанных выдавался бачок и, при необходимости по малой нужде, задержанные использовали его, а дежурный по камере выносил бачок утром. 

Доводы истца о том, что не было нормального туалета, суд не разделяет, поскольку туалет имелся, в старом здании ИВС в конце коридора, приватность соблюдалась; тот факт, что туалет деревянный, выгребная яма не следует расценивать как нарушение, поскольку изолятор расположен в сельской местности, где не имеется центральной канализации, в селе несколько домой (не более 10), которые имеют центральное отопление и центральную канализацию, поэтому расценивать наличие «деревенского туалета» как нарушение нельзя. Относительно отсутствия воды, данный факт ответчиком опровергнут, с учетом отсутствия центрального водопровода, воды имелась, привозная, которую разносили сотрудники, часть грели в тэне, часть воды использовалась как холодная; в камерах имелись умывальники, в конце коридоре имелась возможность помыться, то есть, при необходимости требования гигиены можно было соблюсти. 

Согласно пункту 45 ПВР камеры ИВС оборудуются приточной и/или вытяжной вентиляцией, индивидуальными нарами или кроватями.

Установлено, что в ИВС имелась приточная вентиляция, над дверью камер были специальные ниши, через специальное отверстие в конце здания ИВС при помощи генератора с лопастями нагнетался воздух, что подтверждается фотографией в материалах дела (генератор находился в конце коридора, над запасным выходом) и показаниями свидетелей. 

Установлено, что в ИВС в качестве работника был принят дезинфектор, у которого имелся кабинет в старом здании ИВС; сотрудники ИВС так же как и задержанные по административным и уголовным делам целый день находились в здании, а потому, как указано свидетелем, сотрудники милиции не допустили бы наличие плесени на стенах в здании, поскольку их наличие угрожало бы здоровью не только задержанных, но и действующих сотрудников. Кроме того, свидетели указали, что никогда не наблюдали плесени на стенах, стены были оштукатурены, при необходимости их белили. 

В соответствии с п. 45 Правил, камеры ИВС оборудуются, в том числе, индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; тазами для гигиенических целей и стирки одежды. 

В силу положений статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

Данных, свидетельствующих о превышении количества задержанных, в ходе рассмотрения дела не добыто. 

Как указано свидетелями, и подтверждается фотоматериалами в камерах имелись дневной и ночной свет, в нише над входной дверью располагалась лампочка для ночного света; при проверке МСЧ проверялась яркость ламп, которая должны была быть не менее 150 люм., а в действительности была 180л., то есть, выше нормы. Нары имелись, настилы были деревянные. 

Относительно грязного постельного белья, его ненадлежащего вида, судом установлено, что между ОМВД и прачечной был заключен договор для стирки постельного белья, кроме того, задержанным было разрешено при желании получать белье из дома. Относительно состояния матрасов, подушек, одеял, суд приходит к выводу об их надлежащем виде, поскольку в Усть-Куломской центральной районной больнице проводилась дезинфекция и «прожарка» матрасов, оснований не доверять показаниям сотрудником полиции относительно отсутствия работы с постельным бельём и матрасами, одеялами и подушками у суда не имеется. Сотрудники при выступлении в судебном заседании указали, что здании ИВС постоянно имелось отопление и вентиляция, а потому суд приходит к убеждению, что повышенной влажности быть не могло. Относительно неприятного запаха, спёртого воздуха, как и отмечено представителем ответчика, и свидетелями, задержанные как раньше, так и в настоящее время много курят, чего нельзя им запретить, а потому возможно запах сигарет пропитывал и постельное белье, и матрасы с подушками. 

В соответствии с приказом МВД России от 30.06.2012 № 655 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения» срок хранения документов деятельности ОМВД составляет от 5 до 10 лет, истец обратился с административным исковым заявлением спустя продолжительное время, когда письменные доказательства уже уничтожены. По мнению ответчика, обращение с административным исковым заявлением в суд по истечении столь длительного времени свидетельствует о несоответствии значимости и действительности, приведенных административным истцом в административном исковом заявлении нарушений содержания в ИВС тем физическим и нравственным страданиям, которые он претерпел.

Доводы истца о том, что отсутствовал прогулочный дворик опровергаются фотографиями и показаниями свидетелей, о том что на территории старого здания ИВС имелся прогулочный дворик, разделённый на две части; об этом так же указано представителем административного истца.

Доводы об отсутствии медицинского работника так же опровергнуты стороной административного ответчика, о чем свидетельствует ряд исследованных медицинских журналов, свидетельствующих о том, что истец был неоднократно осмотрен медицинским работником, жалоб на состояние здоровья с его стороны не поступало. Предположение истца о том, что в случае необходимости он бы не получил медицинскую помощь, не может быть положено в основу решения об удовлетворении иска, поскольку это не является установленным фактом, а является лишь предположением, доводом ФИО4 о возможных событиях, которых в действительности не происходило. 

Доводы истца о том, что со стороны сотрудников изолятора имело место хамское отношение так же не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения иска, поскольку как представитель ответчика, так и свидетель указали, что к задержанным относились одинаково, корректно, вежливо, ФИО4 не жаловался на какие-либо нарушения, связанные с обращением сотрудников полиции с ним. Возможно, такие выводы истцом сделаны сугубо по внутреннему убеждению; возможно, оказавшись в изоляции имели место некоторые внутренние психологические переживания, однако, это не свидетельствует о наличие нарушений со стороны сотрудников изолятора и не подтверждает их наличие. 

Относительно доводов иска о нарушениях, которые описаны ФИО4 и имели место, по его мнению, в здании нового ИВС, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующим выводам.

Периоды, указанные истцом в иске, когда ФИО4 находился в ИВС ОМВД России (в новом здании ИВС) подтверждаются сведения ИЦ МВД РК (ДД.ММ.ГГГГ) истец находился в новом здании ИВС. Данных о том, что он находился там незаконно в ходе рассмотрения иска не добыто, поэтому суд приходит к убеждению, что он находился в нем на законных основаниях.

Так, истец находился в новом здании ИВС с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №) с ДД.ММ.ГГГГ сентября по ДД.ММ.ГГГГ ( камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (камера №). То есть периоды его нахождения в ИВС краткосрочные и не превышали 8 дней. 

Здание ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району РК и введено в эксплуатацию ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 48 Правил в каждой камере установлены бачки с питьевой водой, что подтверждается фотографиями, показаниями свидетеля, представителя административного ответчика, материалами дела, свидетельствующими о наличии их на балансе отдела полиции. Доводы о том, что вода из-под крана не пригодна для питья повергаются протоколами исследований, свидетельствующих о том, что при исследовании проб воды, установлено, что вода в водопроводе питьевая, а не бытовая. 

Относительно камеры видеонаблюдения в камере, отсутствия приватности в туалете, суд исходит из нижеследующего.

Доводы административного истца о том, что он испытывал унижение из-за того, что туалет в камере имеет недостаточное, короткое ограждение, а напротив висит видеокамера, которая снимает человека, находящегося в туалете, не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия.

Согласно пункту 17.16 Свода правил - СП 12-95, введённых в действие протоколом МВД России от 12 февраля 1995 года, которым должен соответствовать ИВС, унитазы в камерах, карцерах, изоляторах размещаются в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. ФИО5 должна иметь перегородки высотой 1 м. от пола санитарного узла.

В ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району санитарные узлы в каждой камере отделены приватной зоной, представляющей собой металлическое ограждение с дверью для входа, стенами длиной 1,8 метра, высотой 1,5 метра и шириной 1,5 метра. Высота от пола камеры до пола санитарного узла составляет 49 сантиметров. Данное обустройство кабин, установленных в камерах, отвечает требованиям названных Правил.

Для выполнения возложенных обязанностей полиции ей предоставляется право использовать в своей деятельности видеотехнику, поэтому в каждой камере ИВС установлена одна видеокамера. В соответствии с Приказом МВД России от 25 июля 2011 года № 876 «Об утверждении специальных технических требований по инженерно-технической укрепленности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» средства видеонаблюдения используются как система мер, направленных на обеспечение правопорядка при содержании подозреваемых и обвиняемых путем постоянного наблюдения и контроля за их поведением в местах размещения. Согласно пункту 6.4 названного приказа системы видеонаблюдения устанавливаются для постоянного надзора в камерах и коридорах, в прогулочных дворах, в том числе, на крышах и стенах корпуса изолятора временного содержания и на территории, прилегающей к запретной зоне.

В ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району РК санитарные узлы в каждой камере отделены приватной зоной, представляющей собой металлическое ограждение с дверью для входа, стенами длиной 1,8 метра, высотой 1,5 метра и шириной 1,5 метра. Высота от пола камеры до пола санитарного узла составляет 49 сантиметров. Данное обустройство кабин, установленных в камерах, отвечает требованиям Правил.

В соответствии с Приказом МВД России от 25 июля 2011 года № 876 "Об утверждении специальных технических требований по инженерно-технической укреплённости изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел", средства видеонаблюдения используются как система мер, направленных на обеспечение правопорядка при содержании подозреваемых и обвиняемых путем постоянного наблюдения и контроля за их поведением в местах размещения. Согласно пункту 6.4 приказа системы видеонаблюдения устанавливаются для надзора в камерах и коридорах, в прогулочных дворах, в том числе, на крышах и стенах корпуса изолятора временного содержания и на территории, прилегающей к запретной зоне.

В камерах установлено видеонаблюдение, видеокамера расположена, относительно входа в камеру, на противоположной стороне, с учетом угла обзора видеокамеры, на видеозаписи фиксируется помещение всей камеры, а не именно зона приватности. Металлическое ограждение зоны приватности позволяет её использовать по назначению и не попадать в объектив видеокамеры. 

Поэтому доводы истца суд не разделяет. 

Доводы истца о том, что на него надевали наручники при выходе в прогулочный дворик, отсутствие реагирование сотрудниками изолятора при наличии жалоб с его стороны, обыски и возможный беспорядок после них, суд принимает во внимание, но не разделяет их, они не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения иска, опровергнуты стороной административного ответчика. 

В соответствии с пунктом 25 указанных Правил подозреваемые и обвиняемые, поступившие в ИВС, подвергаются личному обыску, дактилоскопированию и фотографированию, а их личные вещи - досмотру.

Подозреваемые и обвиняемые при поступлении в ИВС, перед отправкой за его пределы, при водворении в карцер, а также при наличии оснований полагать, что эти лица имеют предметы или вещества, запрещенные к хранению и использованию, подвергаются личному обыску. При этом тщательно осматривается тело обыскиваемого, его одежда, обувь, а также протезы. Подозреваемым и обвиняемым предлагается полностью раздеться, обнажить соответствующие участки тела. Пластырные наклейки, гипсовые и другие повязки проверяются совместно с медицинским работником. При обнаружении предметов, зашитых в одежде, ткань распарывается. Из обуви извлекаются супинаторы, металлические набойки.

Подозреваемым или обвиняемым оставляются только те предметы, вещи и продукты питания, которые им разрешается иметь при себе и хранить в камере в ассортименте, установленном настоящими Правилами. Личные вещи и предметы, оставляемые подозреваемым и обвиняемым, записываются в камерную карточку. Все остальные предметы, вещества и продукты питания принимаются на хранение либо уничтожаются, о чем составляется акт.

При выводе подозреваемых и обвиняемых из камеры к специалисту-фотодактилоскописту, врачу, следователю, защитнику, до и после свидания с родственниками и иными лицами, при переводе в другую камеру просматривается и прощупывается одежда и обувь подозреваемого или обвиняемого без его раздевания (пункты 28, 29 Правил). При указанных обстоятельствах, обыск лиц, содержащихся под стражей, является обязательным.

В соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 21 ФЗ «О полиции» сотрудник полиции имеет право применять средства ограничения подвижности для доставления в полицию, конвоирования и охраны задержанных лиц, лиц заключенных под стражу, лиц осужденных к лишению свободы, лиц подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста, а также в целях пресечения попытки побега, в случае оказания лицом сопротивления сотруднику полиции, причинения вреда окружающим и себе.

Порядок и принципы организации охраны, конвоирования и содержания подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, основы управления подразделениями и нарядами, выполняющими указанные функции, особенности несения службы, обязанности и права нарядов, а также действия личного состава при чрезвычайных обстоятельствах определяются Наставлением по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденным Приказом МВД РФ от 7 марта 2006 года N 140дсп.

В силу п. 12.17 приказа МВД по Республике Коми от 24.12.2021 № 526 «Об утверждении решения на охрану и конвоирование подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений на 2022 год», в соответствии с указанным наставлением по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденного приказом МВД России от 07.03.2006 № 140дсп, ИВС, конвойным подразделениям территориальных органов МВД России на районном уровне в Республике Коми организовать конвоирование подозреваемых и обвиняемых за пределами следственных изоляторов, камер ИВС и судов, спецавтомобилей исключительно с применением двух пар средств ограничения подвижности рук.

Данная мера направлена в целях профилактики от нападения на сотрудника полиции, а также попытки побега из-под стражи. Следовательно, вывод лиц, содержащихся в ИВС, из камер в средствах подвижности (наручниках) соответствует п. 6 ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции».

Установление фактов отсутствия стесненности условий содержания ФИО4, отсутствие непрерывного характера пребывания в камере, в связи препровождением его к следователю или в судебные заседания, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания по данному иску компенсации морального вреда, с учетом всей совокупности обстоятельств дела.

Нарушения, о которых указано в иске, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, стороной ответчика представлены допустимые и исчерпывающие доказательства, свидетельствующие о том, что надлежащие условий содержания ФИО4 как в стром здании, так новом здании ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району РК в спорные периоды времени, были соблюдены.

Те неудобства и дискомфорт, о котором указывает административный истец, возможно и испытывал истец, но это субъективное мнение истца, и не свидетельствует, что со стороны сотрудников изолятора имели место действия или бездействия не соответствующие нормам действующего законодательства и внутренним правилам, а потому оснований для взыскания компенсации в пользу истца не установлено. 

Пребывание гражданина в пенитенциарных учреждениях неизбежно связано с различными лишениями и ограничениями, поэтому не всякие ссылки административного истца на подобные лишения и ограничения объективируются в утверждение о том, что он подвергся бесчеловечному или унижающему достоинство обращению со стороны государства.

Следует учитывать, что на сотрудников ИВС, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и полномочий (ст. 10).

Нахождение лица в условиях содержания под стражей подразумевает претерпевание определённых неудобств в силу специфики самого места, которые в рассматриваемом случае находятся в пределах неизбежного, но допустимого уровня переживаний, характерных для ограничения свободы в спецучреждениях. 

Доводы административного истца о перенесённых переживаниях суд так же принимает во внимание, однако, в ходе судебного следствия по делу не установлены нарушения, допущенные сотрудниками ИВС, нарушений норм закона, которые явились бы основанием для взыскания компенсации морального вреда истцу. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в том числе, в определениях от 16.02.2006 № 63-0, от 20.03. 2008 № 162-0-0, от 23.03.2010 № 369-0-0, от 19.10.2010 № 1393-0-0 и от 23.04.2013 № 688-0, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, т.е. такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 12.04.1995 № 2-П, Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

С учетом приведенного правового подхода Конституционного Суда Российской Федерации, необходимо принимать во внимание, что как в Конституции Российской Федерации, так и в международном праве действует общая презумпция добросовестности в поведении органов государственной власти. 

Доводы ответчика, с указанием на положения ст. 62 КАС РФ, согласно которой лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом; и указание на то, что административным истцом не представлено никаких подтверждающих доказательств о ненадлежащих условиях содержания в ИВС, суд принимает во внимание, но не разделяет их, поскольку по данной категории дел бремя доказывания распределено по иному. Доказать, что действия сотрудников и условия содержания истца в ИВС соответствовали требованиям закона обязанность административных ответчиков.

Вместе с тем, следует отметить, что процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание. При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию.

В ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения доводы истца о том, что нахождение его в камерах ИВС в стесненных бытовых условиях превышают неизбежный уровень суровости, присущий содержанию под стражей. Несмотря на отсутствие водопровода, задержанным предоставлялась горячая и холодная вода без ограничений, туалет был в коридоре с требованиями приватности, ограничений в его посещении также не было. С учетом того, что здание располагалось в сельской местности, где не во всех учреждениях имеется центральное водоснабжения и канализация, не является нарушением отсутствие центрального водоснабжения и канализации. В камерах было достаточно места, освещения, имелась вентиляция, камеры проветривались, на окнах не было железных щитов, имелись металлические решетки. В камерах проводилась дезинфекция и дератизация (работал штатный дезинфектор в ОМВД), выдавались матрацы, подушки, одеяла, постельные принадлежности в надлежащем состоянии, при необходимости разрешали использовать домашнее постельное бельё. Указанные обстоятельства подтвердили допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО2 и ФИО7 Иные доказательства, в том числе, письменные ответчиками не представлены, поскольку документы уничтожены по истечении срока их хранения, что лишает ответчиков ссылаться на них в обоснование своих доводов.

Административным ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности, однако такой вывод не основан на законе. По общему правилу, установленному в части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации" от 08.03.2015 N 21-ФЗ (ред. от 24.07.2023), если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В Обзоре практики межгосударственных органов по защите прав и основных свобод человека № 3 (2020), Верховным Судом РФ приведен анализ Федерального закона от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», из которого следует, что новый Закон о компенсации, вступивший в силу 27 января 2020 года, предусматривает, что любой заключенный, утверждающий, что его или ее условия содержания под стражей нарушают национальное законодательство или международные договоры Российской Федерации, вправе обратиться в суд. Новизна Закона заключается в том, что заключенный может одновременно требовать установления соответствующего нарушения и финансовой компенсации за данное нарушение. Производство ведется в соответствии с Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. При этом подача иска напрямую доступна заключенному. Имеются два формальных требования: иск должен соответствовать общим процессуальным нормам, сопровождаться судебным сбором; быть поданным во время содержания под стражей или в течение трех месяцев после его прекращения, за исключением лиц, чьи жалобы находились на рассмотрении в настоящем суде в день вступления в силу Закона о компенсации, или чьи жалобы были отклонены по причине неисчерпания средств правовой защиты.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года № 494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения.

Поскольку административный иск ФИО4 подан в период его отбывания уголовной меры наказания в местах лишения свободы, оснований для вывода о пропуске им срока обращения в суд не имеется.

Решая вопрос о том является ли Министерство финансов РФ административным ответчиком по делу, суд принимает во внимание положения п. 3 ст. 125 ГК РФ и п. 3 ст. 158 БК РФ, поэтому приходит к выводу, что от имени Российской Федерации по настоящему делу выступает главный распорядитель средств федерального бюджета – МВД России, поэтому Министерство финансов России не является административным ответчиком, от ответственности и участия в деле его следует освободить.

Принимая во внимание, что административный истец при обращении в суд просил отсрочку уплаты госпошлины, данное ходатайство удовлетворено судом, ФИО4 предоставлена отсрочка уплаты госпошлины до окончания рассмотрения дела, учитывая, что в удовлетворении административных исковых требований ему следует отказать, руководствуясь нормами НК РФ, с него подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО4 к ИВС ОМВД России по Усть-Куломскому району Республики Коми, ОМВД России по Усть-Куломскому району Республики Коми, МВД Республики Коми, Министерству внутренних дел России, Министерству финансов Российской Федерации о признании действий (бездействия) должностных лиц незаконными, взыскании компенсации морального вреда за нарушения условий содержания под стражей в размере 200 000 рублей, отказать.

Взыскать с ФИО4 (паспорт гражданина РФ №) государственную пошлину в доход муниципального бюджета муниципального района «Усть-Куломский» в размере 300 рублей. 

Министерство финансов Российской Федерации от участия в деле освободить, поскольку оно не является процессуальным административным ответчиком по делу. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Усть-Куломский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья – Т.В. Мартынюк

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.