Дело № 2-502/2025 (2-6177/2024)

УИД 50RS0042-01-2024-009116-55

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 февраля 2025 г. г. Сергиев Посад

Сергиево-Посадский городской суд Московской области в составе председательствующего судьи Пчелинцевой С.Н., при секретаре П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО3, действующему в интересах несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки (л.д.3-4).

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве соответчика привлечена ФИО5, как законный представитель несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.162-164).

В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ во время проведения подготовки к судебному заседанию по рассмотрению иска ФИО2 к ФИО4 о признании ее доли в праве общей долевой собственности незначительной и прекращении ее права собственности на 27/200 долей квартиры с кадастровым номером №, находящейся по адресу: 

<

адрес>, ее представителем была приобщена выписка из ЕГРН на спорную квартиру, из которой следовало, что ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ произвела отчуждение своей доли путем заключения договора дарения несовершеннолетнему ФИО1 Считает, что данной сделкой нарушены положения ч. 1.1. ст. 30 ЖК РФ, поскольку собственник жилого помещения не вправе совершать действия, влекущие возникновение долей в праве собственности на это помещение, а обладатель доли в праве общей собственности на жилое помещение не вправе совершать действия, влекущие разделение этой доли в праве общей собственности, если в результате таких действий площадь жилого помещения, приходящаяся на долю каждого из сособственников и определяемая пропорционально размеру доли каждого из сособственников составит менее 6 кв.м. общей площади. Кроме того, считает, что сделка по отчуждению доли была совершена, когда квартира находилась в споре, что свидетельствует о злоупотреблении правом сторон сделки. Так же сослался на мнимость сделки, т.е. на совершение ее лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Просил суд признать договор дарения 27/200 долей квартиры, с кадастровым номером №, находящейся по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО1, недействительной (ничтожной) сделкой, и применить последствия недействительности в виде погашения регистрационной записи о переходе права собственности на доли к ФИО1 по этому договору дарения (л.д.3-4).

Истец ФИО6 в судебном заседании заявленные требования поддержал. Представитель истца ФИО7 в судебном заседании заявленные требования так же поддержала в полном объеме. Дополнительно представила письменные пояснения (л.д.167-168) из которых следует, что сделка договора дарения 27/200 долей квартиры, между ФИО4 и ФИО1, была совершена ДД.ММ.ГГГГ, когда отчуждаемые доли квартиры находились в споре, рассматриваемом Сергиево-Посадским городским судом МО, гражданское дело N №, что подтверждается Определением Сергиево-Посадского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. О том, что дело находится в споре, было известно ответчикам, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 получила исковое заявление, что подтверждается почтовым отслеживанием с идентификатором № Кроме того, ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ выдала доверенность на ведение дел в суде на имя ФИО8, который по указанной доверенности представлял интересы ФИО4 При этом ФИО4 в пункте 16 оспариваемого договора дает заверение о том, что указанная квартира в споре не состоит, что свидетельствует о ее злоупотреблении правом. В пункте 12 договора дарения квартиры стороны указывают на то, что в этой квартире проживает и зарегистрирована по месту жительства ФИО4, которая сохраняет право проживания и пользования квартирой. В связи с эти просила суд обратить внимание на то, что ФИО4 не проживает в спорной квартире почти двадцать лет, поскольку продала принадлежащую ей в спорной квартире комнату и переехала в 

<

адрес>, где приобрела себе квартиру. После выдачи ей ДД.ММ.ГГГГ свидетельства о праве на наследство по закону на спорную долю квартиры, она зарегистрировалась в ней, но никогда не проживала. О фактическом месте жительства законному представителю ответчика известно, поскольку из ее пояснений следует, что она часто общается с ФИО4, проявляет заботу о ней и т.

<

адрес>, стороны намеренно, указали в договоре недостоверные сведения, и тем самым злоупотребили своими правами. Кроме того, договор дарения должен заключаться без каких-либо условий, а условие о сохранении права проживания и пользования ФИО4 в квартире, в которой она не проживает, и долю в которой передала в дар другому лицу, свидетельствует о недействительности сделки.

Ответчик ФИО4, законный представитель ФИО3 – ФИО5 в судебное заседание не явились, обеспечили явку представителя по доверенности ФИО8 Представитель ответчиков в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д.144-145). В частности указал, что ответчики не нарушали положения ч. 1.1. ст. 30 ЖК РФ, так как в данном случае право собственности ФИО4 на 27/200 доли возникло в результате наследования после смерти матери ФИО9, т.е. правомерно. Совершение указанной сделки истцу вреда не причинило и не могло причинить. Вред истец обосновывает тем, что ему может быть отказано в иске о выкупе малозначительной доли в рамках находящегося на рассмотрении в Сергиево-Посадском городском суде дела № о признании доли незначительной. Однако данные требования никак не связаны с возможностью причинения вреда. Согласно заявленным требованиям ФИО2 просит признать долю незначительной и прекратить право ответчика с выплатой денежной компенсации. Таким образом, ФИО2 претендует на чужое имущество и готов выплатить за него компенсацию. В связи с этим даже если ему в иске будет отказано, то никакого вреда причинено ему не будет, поскольку у него никакого имущества не отнимут, он просто не получит чужое имущество, а останется при своих денежных средствах. Так же указал, что при совершении сделки дарения в пользу н/с ребенка отсутствует противоправная цель. ФИО4 68 лет и в силу возраста и состояния здоровья ей требуется периодический уход и помощь. ФИО5 в течение нескольких лет оказывает ФИО4 всяческую помощь и поддержку (приобретает продукты, готовит, прибирается, выручает в трудных ситуациях). При этом она сама одна воспитывает и растит малолетнего ребенка. Отец ребенка умер ДД.ММ.ГГГГ Так же ФИО4 не имеет собственных детей. ФИО1 по существу заменил ей своих внуков. Она очень его любит и относится как к родному. Исходя из вышеуказанных обстоятельств и отношения к малолетнему ребенку, как к внуку, ФИО4 решила подарить ФИО1 вышеуказанную долю в праве собственности на квартиру. При этом такое желание появилось у ФИО4 еще раньше, чем был предъявлен иск. Возможная альтернатива в качестве дарения денег (которые предлагает ФИО2 за долю) не будет соответствовать интересам ребенка, поскольку до достижения им совершеннолетия он не сможет распорядиться данными средствами. А с учетом инфляции за 10 лет деньги обесценятся. Так же при совершении сделки дарения отсутствует иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Указанная доля принадлежала ФИО4 на законных основаниях. В силу положений ст. 209 ГК РФ она имеет право распоряжаться данным имуществом. При этом само по себе желание ФИО2 выкупить указанную долю и обращение с иском в суд не может налагать ограничения на право распоряжений указанной долей. Так же указал на злоупотребление правами со стороны самого ФИО2, поскольку он хочет выплатить компенсацию не по рыночной, а по кадастровой стоимости, т.е. вместо действительной стоимости хочет приобрести долю по заниженной стоимости, тем самым нарушив права собственника. Оспаривал доводы истца о мнимости сделки, поскольку правовые последствия сделки достигнуты, право собственности на имущество передано н/с ФИО1, что подтверждается выпиской из ЕГРН. ФИО1, будучи малолетним, в силу своего возраста не может осуществить свои права на спорную квартиру, местожительство несовершеннолетнего избрано его законным представителем, он в силу возраста должен проживать с родителями. В связи с этим невозможно говорить о том, что ФИО1 не вступил во владение спорной долей, поскольку только после достижения совершеннолетия ФИО1 сможет и будет проживать в спорной квартире. Довод ФИО2 о том, что на долю ответчика приходится незначительная площадь, не влияет на вышесказанное, поскольку по договору производилось отчуждение доли в квартире общей площадью 42 кв.м., а не отчуждение квадратных метров. Так же сослался на то, что в настоящее время Сергиево-Посадским городским судом слушается дело по иску ФИО2 к ФИО1 о признании доли незначительной и выкупе указанной доли, т.е. ФИО6 не лишен права на выкуп малозначительной доли. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ранее в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных к нему требований, так как законным представителем несовершеннолетнего ФИО1 он не является. ФИО1 приходится ему внуком. У ФИО1 есть мать, а отец умер. Просил исключить его из числа ответчиков по делу.

Третьи лица: нотариус ФИО10, представитель Управления Росреестра, окружного управления социального развития № Министерства социального развития 

<

адрес> в судебное заседание не явились, извещались судом.

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему. 

Судом установлено, что истцу ФИО2 на праве собственности принадлежит 173/200 (346/400) доли в праве собственности на квартиру, с кадастровым номером №, расположенную по адресу: 

<

адрес> (л.д.7-9, 22-26). 

ФИО4 до ДД.ММ.ГГГГ принадлежали 27/200 долей в праве собственности на указанную квартиру на основании свидетельства о праве на наследство от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.146).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 подарила указанную долю н/с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Договор дарения удостоверен нотариусом Сергиево-Посадского нотариального округа ФИО10, зарегистрировано в реестре №. От имени ФИО1 действовала законный представитель ФИО5(л.д.158-159). ДД.ММ.ГГГГ Управлением Росреестра по МО была произведена регистрация права собственности на вышеуказанный объект недвижимости за №. 

Обратившись в суд, ФИО2 просит признать договор дарения недействительным по основаниям, предусмотренным ст. ст. 30 ЖК РФ, 10, 168, 170 ГК РФ ссылаясь на то, что данная сделка совершена в нарушении положений ч. 1.1. ст. 30 ЖК РФ о размере площади, приходящейся на долю, что она носит мнимый характер, что указанной сделкой нарушены права истца на выкуп указанной доли у ФИО4

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. 

Частью 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

Согласно части 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации. В соответствии с требованиями ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. В силу ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

В соответствии с ч. 2 ст. 246 ГК РФ участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего Кодекса. Согласно ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества, заключенный между гражданами, подлежит нотариальному удостоверению. 

Истец, оспаривая данную сделку, ссылается на нарушения положений ч. 1.1. ст. 30 ЖК РФ. Между тем, как указано в данной статье, собственник жилого помещения не вправе совершать действия, влекущие возникновение долей в праве собственности на это помещение, а обладатель доли в праве общей собственности на жилое помещение не вправе совершать действия, влекущие разделение этой доли в праве общей собственности, если в результате таких действий площадь жилого помещения, приходящаяся на долю каждого из сособственников и определяемая пропорционально размеру доли каждого из сособственников, составит менее шести квадратных метров общей площади жилого помещения на каждого сособственника. Сделки, заключенные с нарушением правил, предусмотренных настоящей частью, являются ничтожными. Положения настоящей части не применяются при возникновении права общей долевой собственности на жилое помещение в силу закона, в том числе в результате наследования по любому из оснований, а также в случаях приватизации жилых помещений. Поскольку, как установлено судом, право собственности ФИО4 на 27/200 долей возникло в результате наследования по закону после смерти матери ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ, то нарушений положений, установленных ч. 1.1. ст. 30 ЖК РФ в данном случае не имеется. 

Так же ФИО2 ссылается на то, что на момент отчуждения доля состояла в споре, что говорит о злоупотреблении правом. 

Судом установлено, что Сергиево-Посадским городским судом рассматривается гражданское дело №, в котором ФИО2 заявлены требования к ФИО4 о признании доли незначительной и прекращении права собственности с выплатой компенсации, что подтверждается определением суда от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.169). Между тем, само по себе заявление данных требований не связано с оспариванием зарегистрированного права и оспариванием документов, послуживших основанием для его регистрации. Фактически требования о признании доли малозначительной являются требованиями о выкупе доли, а не споре о правах на объект. 

Согласно ст. 37 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" в случаях, если право на объект недвижимости оспаривается в судебном порядке, в Единый государственный реестр недвижимости в срок не более пяти рабочих дней со дня приема органом регистрации прав соответствующего заявления вносится запись о том, что в отношении такого права заявлено право требования со стороны конкретного лица. Запись, содержащаяся в Едином государственном реестре недвижимости, о наличии заявленного в судебном порядке права требования в отношении зарегистрированного права на объект недвижимости при отсутствии иных причин, препятствующих осуществлению государственной регистрации прав на него, не является основанием для приостановления государственной регистрации прав на него и отказа в ее осуществлении, если иное не установлено федеральным законом. Таким образом, даже наличие спора в отношении зарегистрированного права само по себе не препятствует регистрации прав и заключению сделок. 

Частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Согласно разъяснениям, данным в пунктах 7 и 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом бремя по доказыванию недействительности сделки по указанным основаниям в силу статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагается на истца. Однако надлежащих и достоверных доказательств того, что сделка была совершена с целью причинения вреда ФИО2, в обход закона с противоправной целью либо совершено иное недобросовестное осуществление гражданских прав истцом не представлено. 

Суд считает, что совершение данной сделки не влечет причинения вреда истцу. Ссылка истца на то, что ему может быть отказано в иске о выкупе малозначительной доли, не может рассматриваться как причинение вреда. 

Доказательств того, что при совершении сделки по дарению доли в квартире ответчик преследовала противоправную цель, истцом суду также не представлено. Как следует из пояснений представителя ответчиков, ФИО4 подарила долю несовершеннолетнему ФИО1, так как не имеет родных внуков и относится к указанному ребенку как к своему внуку, поскольку его мать – ФИО5 длительное время оказывает ФИО4 помощь и поддержку при том, что одна воспитывает ребенка, отец которого умер ДД.ММ.ГГГГ. Указанные доводы истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не опровергнуты. 

Так же суд не находит, что при совершении сделки дарения имелось иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Указанная доля принадлежала ФИО4 на законных основаниях. В силу положений ст. 209 ГК РФ она имеет право распоряжаться данным имуществом. При этом само по себе желание ФИО2 выкупить указанную долю и обращение с иском в суд не может налагать ограничения на право распоряжений указанной долей. 

Таким образом, на основании оценки, представленных сторонами спора доказательств судом установлено, что доказательства, подтверждающие совершение оспариваемой сделки исключительно с целью причинения ущерба истцу, а равно и доказательств, свидетельствующие о злоупотреблении ответчиками правом, отсутствуют. 

Ссылку представителя истца на то, что в договоре дарения не допускается указание на сохранение права пользования квартирой со стороны одаряемого, суд считает несостоятельной, так как в договоре дарения не допускается включать условия о встречном обязательстве в виде обязанности одаряемого предоставить дарителю право дальнейшего проживания, поскольку это противоречит п. 1 ст. 572 ГК РФ, однако допускается согласно условиям договора дарения передача одаряемому доли в праве общей долевой собственности на квартиру с уже существующим обременением в виде проживания в ней дарителя на момент заключения договора. В Письме Росреестра от ДД.ММ.ГГГГ N 14-6723-ТГ/23 указано «если согласно условиям договора дарения жилое помещение/доля в праве общей собственности на него передается дарителем одаряемому в том виде "как оно есть" на момент заключения данного договора, то есть, например, с существующим "обременением" в виде проживания в этом помещении дарителя, отсутствуют основания для приостановления, отказа в государственной регистрации перехода права и права собственности/общей собственности одаряемого на основании этого договора дарения (при отсутствии иных причин, препятствующих осуществлению регистрационных действий)». 

Довод истца о том, что ФИО4 фактически в квартире не проживает суд считает не имеет правового значения по делу, так как ФИО4 зарегистрирована в квартире по месту жительства и как собственник имеет право пользования и проживания в данной квартире. Сохранение обременения в виде права проживания является правом дарителя. 

Оценивая доводы истца о мнимости сделки, суд исходит из следующего. Положениями п. 1 ст. 170 ГК РФ предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались, правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. Однако, истцом в нарушение положения ст. 56 ГПК РФ каких-либо достоверных доказательств, подтверждающих, что договор дарения спорного имущества является мнимой сделкой, то есть, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, суду не представлено. Доводы представителя истца о том, что ФИО4 сохранила право проживания и пользования данной квартирой, не могут свидетельствовать о мнимости сделки, поскольку целью сделки был переход права собственности. 

Согласно ст. 572 ГК РФ правовым последствием договора дарения является передача права собственности на имущество. При этом суд приходит к выводу, что при заключении оспариваемого договора волеизъявление ответчиков было направлено на установление между сторонами сделки именно тех гражданско-правовых отношений, которые были обусловлены договором. Истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ указанные обстоятельства не опровергнуты. 

Правовые последствия сделки достигнуты, право собственности на имущество передано н/с ФИО1, что подтверждается выпиской из ЕГРН. При этом суд учитывает, что ФИО1, будучи малолетним, в силу своего возраста не может осуществить свои права на спорную квартиру, место жительство несовершеннолетнего избрано его законным представителем, он в силу возраста должен проживать с родителями, а после достижения совершеннолетия ФИО1 сможет самостоятельно осуществлять свои права в отношении указанного имущества.

Также суд учитывает, что на момент совершения оспариваемой сделки данное недвижимое имущество в залоге не находилось, каких-либо ограничений по распоряжению спорным имуществом, в том числе, по запрету на его отчуждение, не имелось. Таким образом, распоряжение имуществом путем заключения оспариваемого договора являлось правомерным действием, возможность совершения которого не исключалась даже при наличии требований со стороны ФИО2 о признании доли незначительной; каких-либо допустимых и относимых доказательств, подтверждающих мнимость оспариваемого договора, стороной истца не представлено. Таким образом, в ходе судебного рассмотрения не нашли своего подтверждения доводы истца о том, что сделка по договору дарения носила мнимый характер и была направлена на достижение иных целей. 

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Судом установлено, что защита прав истца, не являющегося стороной спорной сделки возможна не только путем применения последствий недействительности ничтожной сделки, но и иным способом, что подтверждается наличием в производстве Сергиево-Посадского городского суда гражданского дела № по иску ФИО2 о признании доли незначительной. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО2 в полном объеме. При этом, требования, заявленные к ответчику ФИО3 не подлежат удовлетворению по тем основаниям, что указанный ответчик является ненадлежащим, поскольку согласно записи акта о рождении несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, его родителями являются – ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и мать – ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.150-151). Ответчик ФИО3,ДД.ММ.ГГГГ.р. не является родителем несовершеннолетнего и его законным представителем, в связи с чем требования к нему удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.56, 194-199 ГПК РФ, суд,РЕШИЛ:

В иске ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения о признании договора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий недействительности ничтожной сделки - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Сергиево-Посадский городской суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

В окончательном виде решение принято 05.03.2025 года

Судья С.Н. Пчелинцева