Решение

Именем Российской Федерации

<

адрес> 21 августа 2023 года

Магасский районный суд Республики Ингушетия в составе: председательствующего федерального судьи Батхиева М.К., 

при секретаре Цичоевой Ф.А.,

с участием представителей: истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по Республике ингушетия о компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов,

установил:

Органом предварительного следствия в отношении истца было возбуждено уголовное дело в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. По данному факту ДД.ММ.ГГГГ он задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ. Постановлением Магасского районного суда РИ от ДД.ММ.ГГГГ истцу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца. ДД.ММ.ГГГГ он привлечен в качестве обвиняемого и ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Приговором Сунженского районного суда РИ от ДД.ММ.ГГГГ он осужден в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 года. Таким образом, в связи с незаконным предъявлением обвинения, относящегося к категории тяжкого преступления он был задержан и в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в связи с чем он находился под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (6 месяцев и 23 дней). Считает, что преступление, по которому он осужден (ч. 1 ст. 228 УК РФ) согласно ст. 15 УК РФ относится к категории по тяжести деяния, которое в соответствии со ст. 108 УПК РФ не является основанием для применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста. Данная мера процессуального принуждения при правильной квалификации преступления органом предварительного следствия и прокуратурой ко мне применяться не могла. Таким образом, в результате уголовного преследования по п.п. «а,б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, он незаконно находился под стражей и претерпевал нравственные страдания исходя из тяжести предъявленного наказания и возможности назначения наказания на длительный срок. Считает, что компенсация морального вреда в данном случае подлежит взысканию в его пользу не в порядке реализации права на реабилитацию, а в предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации порядке в связи с установлением факта нарушения личных неимущественных прав, поскольку избранная мера пресечения по категории дел небольшой тяжести привела к чрезмерному ограничению его права на свободу и личную неприкосновенность и причинила ему нравственные страдания, восполнение которых возможно в денежном выражении. С учетом перенесенных тяжелых нравственных и физических страданий, болью обиды и глубокими душевными переживаниями, объемом наступивших последствий, вызванных с незаконным нахождением под стражей в течение 207 дней, длительным нахождением в стрессовой, нервозной и психотравмирующей ситуации, а также невосполнимой утратой здоровья на психологическом и физическом уровне, оценивает моральный вред в размере 589536 руб, а также расходы на оплату услуг представителя размере 50000 руб. Считает, что данная сумма соответствует принципам разумности и справедливости, соразмерна причинённому ему вреду здоровью и степени понесенных физических и нравственных страданий.Просит удовлетворить требования искового заявления в полном объем на основании доводов, изложенных в нем. 

Извещенный о времени и месте судебного заседания истец ФИО3 в суд не явился, об уважительности причин неявки суду не сообщил.

ФИО1 поддержал требования истца, изложенные в исковом заявлении и просил их удовлетворить в полном объеме.

ФИО2 пояснил, что истец согласно приговору Сунженского районного суда РИ от ДД.ММ.ГГГГ осужден в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 228 УК РФ и не является согласно ст. 133 УПК РФ реабилитированным. А также указал, что приговором суда зачтен срок предварительного содержания под стражей по день провозглашения приговора, то есть с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы. 

Заслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, установлено следующее.

В силу ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется.

Провозглашенное в статье 22 (часть 1) Конституции РФ право на свободу включает, в частности, право не подвергаться ограничениям, которые связаны с применением таких принудительных мер, как задержание, арест, заключение под стражу или лишение свободы во всех иных формах, без предусмотренных законом оснований, санкции суда или компетентных должностных лиц, а также сверх установленных либо контролируемых сроков.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконным действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Из содержания данной конституционной нормы следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В соответствии с п.2 Постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 242.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации» Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46).

Из приведенных положений Конституции РФ, основанных на принципах правового государства, верховенства права, юридического равенства и справедливости, следует, что государство, обеспечивая лицам, пострадавшим от незаконного и (или) необоснованного привлечения к уголовной ответственности на любой стадии уголовного судопроизводства, эффективное восстановление в правах, обязано гарантировать им возмещение причиненного вреда, в том числе путем компенсации из средств государственного бюджета.

Конкретизируя конституционно-правовой принцип ответственности государства за незаконные действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, федеральный законодатель устанавливает порядок и условия возмещения вреда, причиненного такими действиями (бездействием). При этом, исходя из необходимости максимально возможного возмещения вреда, он должен принимать во внимание особенности регулируемых общественных отношений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П) и - с учетом специфики правового статуса лиц, которым причинен вред при уголовном преследовании, - предусматривать наряду с общими гражданско-правовыми правилами компенсации вреда упрощающие процедуру восстановления прав реабилитированных лиц специальные публично-правовые механизмы, обусловленные тем, что гражданин, необоснованно подвергнутый от имени государства уголовному преследованию, нуждается в особых гарантиях защиты своих прав. Тем более что при рассмотрении вопроса о возмещении вреда, причиненного гражданину в результате ошибочного привлечения к уголовной ответственности, действуют закрепленные в статье 49 Конституции Российской Федерации требования презумпции невиновности, исходя из существа которых на гражданина не может быть возложена обязанность доказывания оснований для возмещения данного вреда, непосредственно связанная с доказыванием невиновности в совершении преступления.

Частью 1 ст. 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Так, согласно ч. 3 ст. 133 УПК РФ право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

Из разъяснений, данных в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», следует, что к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в ч. 2 ст. 133 УГ1К РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого (абз. 1).

Если указанным лицам при этом был причинен вред, вопросы, связанные с его возмещением, в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 133 УПК РФ (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного с ч. 1 ст. 111 УК РФ на ст. 115 УК РФ, по которой данная мера пресечения применяться не могла), разрешаются в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (абз. 2 п. 4).

По смыслу вышеуказанных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, в тех случаях, когда обвинение по существу остается и изменяется лишь его объем, лицо не имеет права на реабилитацию. Вместе с тем не исключается возможность обращения осужденного в суд по вопросу о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 133 УПК РФ право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 данного Кодекса, имеет любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу, а согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, возмещается за счет казны РФ в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Такое правовое регулирование не исключает принятия судом решения о возмещении вреда, причиненного лицу незаконным применением к нему названной меры пресечения, в том числе в случаях, когда органом предварительного расследования или судом не приняты решения о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого, и не может рассматриваться как нарушающее права граждан, закрепленные в ст. 22 и 53 Конституции РФ (определения от ДД.ММ.ГГГГ N 242-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 47-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N1583-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ N 207-О).

Установлено, что органом предварительного следствия в отношении истца возбуждено уголовное дело в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. 

По данному факту ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ.

Постановлением Магасского районного суда РИ от ДД.ММ.ГГГГ истцу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца. Постановлением Магасского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде заключения под стражу продлена на 2 месяца, а всего до 4 четырёх месяцев. Постановлением Сунженского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде заключения под стражу продлена на 2 месяца, а всего до 10 месяцев и 6 дней, то есть до ДД.ММ.ГГГГ включительно.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 привлечен в качестве обвиняемого и ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Приговором Сунженского районного суда РИ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осужден в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 года. Время содержания истца под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ зачтено в срок отбывания наказания.

Обращаясь в суд, истец в качестве оснований заявленного требования ссылается на причинение ему морального вреда в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности по п.п. «а,б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, по которой была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и переквалификации действий содеянного на ч.1 ст.228 УК РФ (преступление небольшой тяжести), по которой данная мера пресечения применяться не могла (ст. 108 УПК РФ).

Преступление, по которому осужден истец, не относится, согласно ст. 15 УК РФ к категории по тяжести деяния, которые в соответствии со ст. 108 УПК РФ являются основанием для применения к заявителю меры пресечения в виде (заключения под стражу).

В силу ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ходе производство по уголовному делу был подвергнут мере процессуального принуждения в виде заключения под стражу и незаконно содержался под стражей (всего 207 дней). 

С учётом изложенного, суд считает, что требование ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, является обоснованным.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица которому причинен вред.

В силу ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно п. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В указанном случае установление вины должностных лиц не происходит. Действия правоохранительных органов и суда могут быть законными на момент совершения, но незаконными в конечном итоге.

Как разъяснено в п.38 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Постановление) моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу п.1 ст.1070 и абз.3 ст.1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Согласно п.39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абз. 3 и 5 ст.1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со ст.133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В п.42 Постановления указано, что судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным, или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий. 

Принимая во внимание судебную практику вышестоящих судов РФ (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ18-38, Определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ дело №, Определение СК по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ по делу №Г-14435/2020 [88-13919/2020], суды за один день содержания под стражей взыскивали сумму в размере 2000 руб. 

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

В пункте 30 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ.№ указано, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

С учетом данной нормы закона суд соглашается с доводом истца о необходимости применения индекса потребительских цен на товары и услуги в 

<

адрес>, находящиеся на официальном сайте Управления Федеральной службы государственной статистики по 

<

адрес> в виду давности вышеуказанной судебной практики (Определением СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 78-КГ18-38).

Исходя из требований разумности и справедливости суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 589 536 (пятьсот восемьдесят девять тысяч пятьсот тридцать шесть) рублей.

Компенсация морального вреда в данном случае подлежит взысканию в пользу истца не в порядке реализации права на реабилитацию, а в предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации порядке в связи с установлением факта нарушения личных неимущественных прав истца, поскольку избранная мера пресечения по категории дел небольшой тяжести привела к чрезмерному ограничению права истца на свободу и личную неприкосновенность и причинила ему нравственные страдания, восполнение которых возможно в денежном выражении.

При таких обстоятельствах, доводы представителя ответчика о том, что истец ФИО3 не является реабилитированным лицом и ему не полагается компенсация морального вреда, суд считает необоснованными. 

То обстоятельство, что приговором суда при исчислении наказания в виде ограничения свободы зачтено содержание истца под стражей, не может являться основанием для отказа в компенсации морального вреда, поскольку сам по себе факт содержания под стражей, как мера пресечения существенно ограничивающая права и свободы, при том, что такая мера не могла быть избрана исходя из тяжести содеянного, подтверждает нарушение личных неимущественных прав ФИО3

Также требование истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя являются обоснованными и соотносится с практикой по оплате юридических услуг по аналогичным делам в субъекте РФ. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В подтверждение понесенных расходов истцом суду представлена доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО1 представлял интересы истца ФИО3 в ходе судебного разбирательства по гражданскому делу. Согласно договору, на оказание юридических услуг и расписки от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО3 произвел оплату юридических услуг в размере 50000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

Исковое заявление ФИО3 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по 

<

адрес> о компенсации морального вреда и взыскании судебных расходов удовлетворить в полном объеме. 

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 589536 (пятьсот восемьдесят девять тысяч пятьсот тридцать шесть) рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей, а всего 639536 (шестьсот тридцать девять тысяч пятьсот тридцать шесть) руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Ингушетия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий: 

Копия верна: Судья