Дело № ДД.ММ.ГГГГ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд 

<

адрес>

в составе председательствующего судьи Ерчевой А.Ю.

при секретаре Васильевой Е.А.,

с участием истца ФИО2 и его представителя ФИО3,

представителя 3 лица Генеральной прокуратуры Российской Федерации, действующего на основании доверенностей, ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> гражданское дело по иску ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

Исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ следователем СО по 

<

адрес> СУ СК России по 

<

адрес> Свидетель №1 в отношении истца возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца избрана мера пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении. ДД.ММ.ГГГГ приговором мирового судьи судебного участка № Родниковского судебного района в 

<

адрес> истец признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, за что ему назначено наказание в виде обязательных работ на срок 200 часов. Апелляционным определением Родниковского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения, апелляционная жалоба истца-без удовлетворения. Постановлением президиума Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи судебного участка № Родниковского судебного района в 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Родниковского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменены. Уголовное дело в отношении истца прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, за истцом признано право на реабилитацию. В связи с уголовным преследованием истец испытал физические и нравственные страдания, которые выразились в том, что он находился в состоянии постоянного беспокойства, мучительных переживаний, нервного стресса. На начальном этапе расследования уголовного дела следователь подверг истца унизительной процедуре допроса, неоднократным вызовам в СО. На допросы истец был вынужден являться со своим малолетним сыном, поскольку на тот период времени он не посещал дошкольное учреждение. В силу избранной в отношении истца меры пресечения, он не мог свободно передвигаться по территории РФ, съездить со своей семьей в отпуск. Дополнительные страдания вызвало осознание неэффективности судебной системы, отсутствие защиты интересов личности со стороны государства. Полученная моральная травма до сих пор сказывается на психологическом состоянии здоровья истца, а воспоминания о допросах и судебных процессах периодически служат причиной бессонницы и депрессий. Получение достойной компенсационной суммы есть достижение справедливости, возможность испытать положительные эмоции, которых истец был лишен на протяжении всего срока уголовного преследования. Компенсация морального вреда-мера реабилитации потерпевшего. Истец считает, что справедливой, достойной компенсационной суммой за незаконное уголовное преследование является сумма в размере 1000000 рублей. 

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика за счет казны РФ в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 1000000 рублей.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования и пояснил, что в ходе предварительного следствия, длившегося июль-август 2017 года, его неоднократно допрашивали (4 раза), проводили с ним иные следственные действия, на которые он был вынужден являться со своим малолетним сыном, которого не с кем было оставить, поскольку сын не был устроен в дошкольное учреждение, на тот период времени его сыну было 2,6 года. Более всего истца унизило и повергло в сметение следственное действие-дактилоскопия, которое проводилось в присутствии ребенка. Поскольку на тот период времени истец не был трудоустроен, он осуществлял уход за ребенком. В период предварительного следствия истец пытался трудоустроиться, в чем ему было отказано в связи с наличием в отношении него возбужденного уголовного дела. На работу его супруге начались из следственных органов звонки, к которым ее работодатель относился с пониманием. Мать истца, узнав о наличии уголовного дела в отношении него, была сильно потрясена, перестала с ним общаться, пускать к себе домой. Со стороны следственных органов имела место компрометация истца, поскольку сотрудники полиции обращались к соседям, которых неоднократно опрашивали об истце. В связи с избранием в отношении него меры пресечения в период начала предварительного следствия, истец не мог выехать из города и за пределы территории 

<

адрес>, приехать на день рождение своей дочери, проживающей в Германии. Уголовное дело рассматривалось примерно 2 месяца мировым судьей, на судебные заседания истцу приходилось добираться в иной населенный пункт самостоятельно, затем уголовное дело рассматривалось примерно 1 месяц в суде апелляционной инстанции, где прошло 2 судебных заседания, и в последствии уголовное дело рассматривалось 

<

адрес> судом, где прошло 1 судебное заседание. Когда его сыну было уже 3,6 года, и он пошел в детский сад, сотрудники ФСИН, пытаясь исполнить вступивший в силу приговор, просто «вламывались» в жилое помещение истца и говорили о том, что он будет отбывать наказание в любом случае-с ребенком или без него, хотя он сообщил сотрудникам ФСИН, что им подана жалоба на судебные постановления, которая в скором времени будет рассмотрена 

<

адрес> судом. Однако, игнорируя данные обстоятельства, сотрудники ФСИН обратились в суд с представлением о замене истцу назначенного уголовного наказания наказанием в виде лишения свободы. В такой стрессовой обстановке истец жил 1,6 года, постоянно нервничая и переживая. В семье истца были скандалы в связи с данными обстоятельствами, его супруга постоянно находилась в эмоционально-повышенном состоянии. В период предварительного следствия у истца обострилась гипертония, он часто стал страдать повышенным артериальным давлением в связи с чем, обращался в клинику. Все вышеуказанные обстоятельства, незаконное уголовное преследование и привлечение к уголовной ответственности унизили истца, он испытал чувство бессилия перед системой, находился в ежедневных ожиданиях, переживаниях, его эмоциональное состояние было подорвано, но к психологу он не обращался. Кроме того, ему важно общественное мнение, которое у соседей и близких родственников могло измениться в связи с его уголовным преследованием, поскольку сотрудники полиции неоднократно приходили по месту жительства истца и опрашивали соседей относительно характеристики личности истца, пытаясь узнать о нем какую-нибудь отрицательную информацию (употребляет ли он спиртные напитки, скандалит ли он и т.п.). Таким образом, истец испытал моральный вред, который просил компенсировать ему в полном объеме. 

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал и пояснил, что право на реабилитацию истца участники процесса не оспаривают в связи с чем, у истца возникло право на компенсацию морального вреда. Истец испытал нравственные страдания не только в период его уголовного преследования и привлечения к уголовной ответственности, но и в период исполнения приговора. Исходя из длительности периода уголовного преследования, заявленный размер компенсации морального вреда не является завышенным. Так, с момента возбуждения уголовного дела до момента рассмотрения дела 

<

адрес> судом прошло 436 дней, в результате чего компенсация за каждый день уголовного преследования составляет 2293 рубля. Позиция ответчика относительно предложенной суммы компенсации-10000 рублей является циничной и не поддается критике с учетом всех обстоятельств дела. В связи с этим представитель истца просил удовлетворить заявленные требования в полном объеме. 

В судебное заседание представитель ответчика не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Согласно отзыву на исковое заявление от ДД.ММ.ГГГГ приговором мирового судьи судебного участка № Родниковского судебного района в 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ истец признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, с назначением наказания в виде обязательных работ на срок 200 часов. Апелляционным постановлением Родниковского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения. Постановлением Президиума 

<

адрес> областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Родниковского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отменены, уголовное дело в отношении истца прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, за истцом признано право на реабилитацию. Ввиду оправдания по реабилитирующему основанию истец имеет право на компенсацию морального вреда. Безусловно, уголовное преследование невиновного лица влечет причинение ему морального вреда, при определении размера которого необходимо учесть следующие обстоятельства. Истец указывает, что в связи с уголовным преследованием он испытал нравственные и физические страдания, которые выразились в том, что он находился в состоянии постоянного беспокойства, мучительных переживаний, нервного стресса. Не совершив преступления, он неоднократно являлся участником следственных действий. На допросы он был вынужден являться со своим малолетним сыном, т.к. оставить ребенка было не с кем. В силу избранной меры пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении, он не мог свободно передвигаться по территории РФ. Однако данные доводы истца ничем не подтверждены. Доказательств совершения в отношении истца должностными лицами государственных органов действий, превышающих обычную степень неудобств, связанных с уголовным преследованием, не имеется. Для соблюдения баланса между интересами потерпевшего и лица, подозреваемого в совершении преступления, органы внутренних дел обязаны были провести полную, всестороннюю проверку с целью установления всех обстоятельств дела и принятия решения по существу. Именно участие в следственных действиях дало возможность истцу доказать свою невиновность и избежать уголовной ответственности. Истцом также не доказан факт причинения нравственных страданий, вызванных ограничением свободы ввиду применения к нему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Избранная в отношении истца мера пресечения не является безусловным ограничением права на свободу передвижения, поскольку ее содержание заключается лишь в обязательстве лица не покидать место жительства без разрешения следователя или суда. Каких-либо сведений об обращении истца за подобным разрешением и отказе ему в этом не имеется. Истцом также не представлено доказательств необходимости покидать место жительства и, соответственно, доказательств связанных с этим неудобств. Само по себе формальное ограничение права истца на свободу передвижения не может служить основанием для взыскания в его пользу столь значительной суммы в счет компенсации морального вреда. Истец также указывает, что полученная моральная травма до сих пор сказывается на его психологическом здоровье. Однако истцом не доказан факт того, что именно в результате незаконного уголовного преследования у него ухудшилось состояние здоровья. Медицинские заключения, свидетельствующие об ухудшении состояния здоровья истца на протяжении осуществления в отношении него предварительного следствия, отсутствуют. Отсутствует и заключение эксперта о наличии причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья и уголовным преследованием. Таким образом, истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесенные им моральные страдания в заявленном размере. Сам факт привлечения к уголовной ответственности не является в силу ст. 61 ГПК РФ основанием для освобождения от доказывания причинения морального вреда и его размера. Учитывая изложенное, ответчик считает, что сумма компенсации морального вреда-1000000 рублей-не соответствует степени физических и нравственных страданий истца, не отвечает принципу разумности и справедливости, явно завышена. В связи с этим заявленные требования, по мнению ответчика, могут быть удовлетворены частично в сумме, не превышающей 10000 рублей, поскольку истцом не представлены доказательства причинения ему морального вреда в большем размере. 

В судебном заседании представитель 3 лица Генеральной прокуратуры Российской Федерации с заявленными требования согласен частично по основаниям, изложенным в отзывах на исковое заявление от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, и пояснил, что при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо исходить из требований разумности и справедливости, соразмерности взыскиваемой суммы последствиям нарушения, характера физических и нравственных страдания истца. Размер компенсации морального вреда подлежит существенному снижению, по мнению представителя 3 лица, а заявленные требования-частичному удовлетворению.

Суд, выслушав пояснения сторон, показания свидетеля, исследовав материалы дела, оценив в совокупности все представленные по делу доказательства, приходит к следующим выводам.

Статья 45 Конституции РФ закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод, право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами. 

К таким способам защиты гражданских прав в соответствии со ст. 12 ГК РФ относится компенсация морального вреда.

В силу ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействиями) должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Таким образом, для возмещения вреда по правилам ст. 1070 ГК РФ нет необходимости устанавливать вину должностного лица, вред компенсируется во всех случаях подтверждения факта причинения вреда, при наличии причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности, принятыми процессуальными мерами в ходе производства по делу и наступившими последствиями.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Судом установлено, что приговором мирового судьи судебного участка № Родниковского судебного района в 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ истец признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 139 УК РФ, за что ему назначено наказание в виде обязательных работ на срок 200 часов; до вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена истцу прежней. В резолютивной части приговора указано, что истец в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживался. 

ДД.ММ.ГГГГ апелляционным постановлением Родниковского районного суда 

<

адрес> приговор мирового судьи судебного участка № Родниковского судебного района в 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца, осужденного по ч. 1 ст. 139 УК РФ,-оставлен без изменения, апелляционная жалоба осужденного-без удовлетворения.

В связи с вступлением приговора мирового судьи в законную силу, он был обращен судом к исполнению. 

Постановлением президиума 

<

адрес> областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор мирового судьи судебного участка № Родниковского судебного района в 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Родниковского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении истца отменены, уголовное дело в отношении истца прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, за истцом признано право на реабилитацию. 

В связи с этим ДД.ММ.ГГГГ постановлением мирового судьи судебного участка № Ивановского судебного района в 

<

адрес> представление заместителя начальника ФКУ УИИ УФСИН России по 

<

адрес> о замене обязательных работ в отношении истца более строгим видом наказания-лишение свободы оставлено без рассмотрения по существу ввиду отсутствия оснований для дальнейшего производства по представлению должностного лица УИС. 

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пунктами 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса.

В силу ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

На основании ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, поскольку уголовное преследование в отношении истца прекращено по реабилитирующему основанию, суд приходит к выводу о наличии законных оснований к возложению на ответчика обязанности по выплате истцу компенсации морального вреда.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" указано, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В силу п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Таким образом, причинение морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием презюмируется.

Между тем, истец по данной категории дел полностью не освобожден от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела и в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязан представить доказательства, обосновывающие размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий. 

Из материалов дела следует, что истец ДД.ММ.ГГГГ допрашивался в качестве подозреваемого.

ДД.ММ.ГГГГ между потерпевшим ФИО5 и подозреваемым-истцом проведена очная ставка. 

ДД.ММ.ГГГГ истцу предъявлено обвинение в совершении преступления, и он допрошен в качестве обвиняемого. 

В тот же день истцу избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, что подтверждается обвинительным заключением, утвержденным прокурором 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, представленным истцом, в том числе, в обоснование проведения следственных действий с участием истца в рамках уголовного дела.

Таким образом, вопреки доводам истца и его представителя указанная мера пресечения избрана в отношении истца не с момента начала предварительного следствия, а в день предъявления истцу обвинения в совершении преступления. 

В ходе рассмотрения дела истец и его представитель ссылались на то, что на все следственные действия истец являлся со своим малолетним сыном-ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно свидетельству о рождении от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку на тот период времени ребенок не был устроен в детский сад.

Допрошенный в суде свидетель Свидетель №1 показал, что он является старшим следователем СО по 

<

адрес> СУ СК России по 

<

адрес> и в его производстве находилось уголовное дело в отношении истца, срок предварительного следствия по которому составил 2 месяца. Практически все следственные действия, проводимые им в рамках уголовного дела с участием истца, совершались в присутствии ребенка-сына истца, который иногда находился и в коридоре здания полиции. При этом истец пояснял, что ребенка ему оставить не с кем. Что касается дактилоскопии, то за давностью событий он не помнит, производилась ли она в присутствии ребенка. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении избрана в отношении истца в день предъявления ему обвинения в совершении преступления. С участием истца им были совершены такие следственные действия, как допрос подозреваемого, обвиняемого, очная ставка с потерпевшим, избрание меры пресечения, ознакомление с материалами дела.

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется, поскольку они стабильны, непротиворечивы, согласуются с материалами дела, заинтересованности в исходе дела не установлено. 

Таким образом, суд считает установленным факт явки истца в ходе предварительного следствия на часть следственных действий совместно со своим малолетним ребенком, который на тот период времени дошкольное образовательное учреждение-детский сад не посещал. 

В суде истец настаивал на том, что в связи с избранием ему меры пресечения он не мог покинуть пределы территории 

<

адрес> (съездить с семьей в отпуск, приехать на день рождение дочери, проживающей за границей). Однако данные доводы суд отклоняет, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств в подтверждение указанных обстоятельств. А именно, доказательств того, что истец обращался к следователю или суду с разрешением покинуть постоянное место жительства, в чем ему было отказано, а также доказательств планируемых поездок в период уголовного преследования, которые действительно пришлось отложить в силу осуществления предварительного следствия и судебного разбирательства по делу.

Вместе с тем, суд не находит законным избрание истцу указанной меры пресечения в связи с прекращением в отношении него уголовного дела по реабилитирующему основанию. 

Несостоятельными суд находит и доводы истца о том, что в период уголовного преследования ему незаконно было отказано в трудоустройстве в связи с наличием в отношении него возбужденного уголовного дела, поскольку данные доводы относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены. 

Истцом и его представителем не представлено также и доказательств того, что уголовное преследование каким-либо негативным образом отразилось на состоянии здоровья истца, в материалах дела какая-либо медицинская документация в обоснование доводов истца о развитии гипертонии на фоне уголовного преследования истца отсутствует. При этом факт наличия гипертонии до момента возбуждения в отношении истца уголовного дела, последний признал. 

В обоснование заявленной суммы морального вреда истец и его представитель ссылаются на принятие сотрудниками УФСИН попыток привести незаконный приговор мирового судьи в исполнение и выход сотрудников УИС с представлением о замене истцу наказания в виде обязательных работ более строгим видом наказания-лишение свободы, что, соответственно, не могло не причинить истцу в высокой степени нравственные страдания, при осознании факта того, что истец преступление не совершал, однако он уже привлечен к уголовной ответственности и реально может быть лишен свободы на определенный срок. 

Таким образом, факт причинения истцу морального вреда в результате его незаконного уголовного преследования нашел свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства, что, соответственно, влечет переживания, повышенную психическую нагрузку. 

Так, привлечение истца к уголовной ответственности, возбуждение в отношении него уголовного дела, совершение процессуальных действий в отношении истца в ходе производства по уголовному делу, избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, приведение приговора в исполнение, безусловно, свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав истца, как-то: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которого он не совершал, право не быть подвергнутым незаконно назначенному уголовному наказанию.

Незаконное уголовное преследование не может не сказаться негативно на обычном укладе жизни истца, приводит к стрессовому состоянию от непривычного для себя статуса подозреваемого, обвиняемого в уголовном деле.

Судом установлено, что нарушение прав истца порождало у него чувство страха, подавленности, унижения, он находился под воздействием психотравмирующей ситуации в течении более 1 года, претерпел глубокие нравственные страдания, длительное время был лишен возможности вести обычный образ жизни. 

Судом принимается во внимание, что возбуждение уголовного дела и привлечение истца к уголовной ответственности не могло не сказаться на его авторитете среди знакомых, коллег, отношениях в семье. Данные обстоятельства не могли не причинить истцу нравственные страдания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При этом суд учитывает обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости, которая должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна РФ формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются, как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Таким образом, определяя размер компенсации морального вреда, суд должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения последнего. 

Считая исковые требования о взыскании морального вреда обоснованными, суд при определении компенсации морального вреда учитывает характер и степень нравственных страданий истца с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности истца, его личность (зрелый возраст, трудоспособен, состоит в браке, имеет малолетнего ребенка), конкретные обстоятельства настоящего дела, продолжительность уголовного преследования (более 1 года 2 месяцев), количество проведенных следственных действий с участием истца и присутствие при данных действиях его малолетнего ребенка, избрание истцу меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, необходимость участия истца в судебном разбирательстве по рассмотрению уголовного дела по преступлению, которого он не совершал, основания прекращения уголовного дела, действия должностных лиц УИС, направленных на приведение незаконного приговора в исполнение, категорию преступления, в совершении которого истец обвинялся (небольшая тяжесть преступления), состояние здоровья истца (отсутствие фактов обращения за медицинской помощью и доказательств ухудшения состояния здоровья истца в период уголовного преследования), отсутствие доказательств препятствия трудоустройства истца в период уголовного преследования. Исходя из требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для частичного удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Суд определяет к взысканию размер компенсации в сумме 80000 рублей, поскольку считает, что данный размер соразмерен характеру и объему нравственных страданий, которые претерпел истец, отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. 

В удовлетворении остальной части иска истцу надлежит отказать.

Госпошлина с ответчика в доход бюджета муниципального района взысканию не подлежит в силу ст. 333.36 п. 1 п.п. 19 НК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 80000 рублей. 

В удовлетворении остальной части иска ФИО2 Ивановичу–отказать.

Решение может быть обжаловано в 

<

адрес> областной суд через Ленинский районный суд 

<

адрес> в течение месяца.

Судья Ерчева А.Ю.

Мотивированное решение изготовлено 29.01.2019