Судья фио Дело № 10-12513/25

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 августа 2025 года г. Москва

Апелляционная инстанция по уголовным делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Сиратегян В.К., при помощнике судьи Габрусевой А.И. 

с участием прокурора фио, 

осужденного ФИО1, его адвоката Маминова К.А., 

адвоката Филоновой О.Г. в защиту осужденного ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Матусевич Г.А., апелляционные жалобы осужденного ФИО2, адвокатов Маминова К.А., Героева А.Д., на приговор Бабушкинского районного суда г. Москвы от 8 сентября 2023 года, которым

ФИО1, ..., 

осужден за совершение преступления, предусмотренного п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года в колонии –поселении.

ФИО2 Н.М-Б., ...,

 осужден за совершение преступления, предусмотренного п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года в колонии –поселении.

Срок отбывания наказания осужденным ФИО1 и ФИО2 исчислен со дня прибытия каждого к месту отбывания наказания, при этом, время следования осужденных к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Взыскано с ФИО1 и ФИО2 солидарно в пользу фио в счет компенсации морального вреда сумма.

Изложив содержание приговора и существо апелляционных жалоб и представления, а также возражения на них, выслушав выступление осужденного ФИО1, его адвоката Маминова К.А., адвоката Филоновой О.Г., поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших против удовлетворения представления прокурора фио, просившей приговор суда изменить, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в совершении умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц по предварительному сговору, из хулиганских побуждений.

Преступление совершено в Москве 15 ноября 2018 года в отношении фио при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 и ФИО2 вину не признали.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 25 июня 2024 года приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 оставлен без изменения.

Кассационным постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 9 декабря 2024 года приговор и апелляционное постановление в отношении ФИО1 и ФИО2 изменены. В силу ч. 2 ст. 61 УК РФ признано смягчающим наказание обстоятельством осужденных их молодой возраст на момент совершения преступления. Назначенное каждому наказание по п.п. «г», «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ смягчено до 2 лет 6 месяцев лишения свободы. Взыскано в пользу потерпевшего В. в счет компенсации морального вреда с ФИО1 - сумма, с ФИО2 - сумма. На основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ постановлено зачесть в срок наказания ФИО2 время его задержания в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ с 16 декабря 2020 года по 17 декабря 2020 года включительно из расчета один день содержания под стражей за 2 дня нахождения в колонии-поселении, а также нахождение под запретом определенных действий с 18 декабря 2020 года по 15 января 2021 года включительно, из расчета два дня нахождения под запретом определенных действий за один день содержания под стражей. В остальной части судебные решения оставлены без изменения.

Кассационным определением Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2025 года апелляционное постановление Московского городского суда от 25 июня 2024 года и кассационное постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 9 декабря 2024 года в отношении ФИО1 и ФИО2 отменены. Уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Матусевич Г.А., не оспаривая доказанность вины осужденных, полагает, что приговор подлежит изменению в связи с несправедливостью назначенного наказания. Указывает, что суду надлежало оценить действия осужденных как хулиганство, поскольку наряду с прямым умыслом на причинение вреда конкретному лицу-фио, у осужденных имелся умысел на грубое нарушение общественного порядка с учетом места совершения преступления-учебного учреждения, то есть общественного места, и, тем самым хоть ФИО1 и Тумгоев не преследовали цель нарушить общественный порядок, но с очевидностью осознавали, что это неизбежно и относились к такому последствию безразлично, выражая тем самым явное неуважение к обществу. При этом действия потерпевшего фио суду надлежало оценить как противоправное поведение и учесть в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства, поскольку его поведение являлось малозначительным поводом, однако спровоцировавшего к совершению преступления. Кроме того, в приговоре суда отсутствует надлежащая мотивировка о невозможности применения ст. 73 УК РФ вопреки позиции государственного обвинителя и мнения потерпевшего фио, не настаивавшего на строгом наказания, пояснившего суду, что конфликт между ними исчерпан до направления уголовного дела в суд. Судом не учтено, что ФИО2 принимались меры к возмещению ущерба, что является обстоятельством, смягчающим ему наказание в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ. Просит применить ФИО1 и ФИО2 при назначении наказания положения ст. 73 УК РФ, учесть в качестве смягчающего Тумгоеву наказания возмещение ущерба в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчить ФИО1 и ФИО2 наказание до 2 лет 6 месяцев лишения свободы и на основании ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком в течение 03 лет; уточнить описательно мотивировочную часть приговора, исключив указание на «личную обиду и жажду мести превалирующими над данными обстоятельствами».

В суде апелляционной инстанции прокурор доводы представления не поддержал, просил приговор изменить, освободив ФИО1 и ФИО2 от назначенного наказания, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Маминов К.А. в защиту осужденного ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что приведенные в приговоре доказательства, подтверждающие виновность ФИО1 и ФИО2 - являются противоречивыми, не согласуются между собой и опровергаются другими доказательствами. Судом не устранены противоречия в показаниях потерпевшего о количестве нанесенных ему ударов в челюсть, а также иных повреждений на теле, судебное следствие проведено с обвинительным уклоном, не дана оценка показаниям ФИО1 о том, что Тумгоев не принимал участие в конфликте, по делу не приведено доказательств, что фио был причинен вред здоровью, который имел продолжительность более трех недель. Не нашли своего подтверждения квалифицирующие признаки «группой лиц по предварительному сговору» и из «хулиганских побуждений». Судом не мотивированно было отказано в предоставлении стороной защиты своих доказательств невиновности ФИО1 и ФИО2, отказано в вызове свидетелей и специалистов, приобщении письменных доказательств, в частности справки из травмпункта. Ссылается на оглашенные в судебном заседании показания свидетелей, которые подтвердили отсутствие у потерпевшего каких-либо телесных повреждений, обращает внимание, что не все доказательства, исследованные в судебном заседании, приведены и оценены в приговоре. Назначенное наказание защита считает чрезмерно суровым. Суд формально перечислил смягчающие обстоятельства, но не учел их при назначении наказания, не указал причину отказа в применении ст. 73 УК РФ. Гражданский иск удовлетворен необоснованно, поскольку причинение реального вреда здоровью потерпевшему не имело место. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней, адвокат Героев А.Д. в защиту осужденного ФИО2 ставит вопрос об отмене приговора, указывает на многочисленные нарушения уголовно-процессуального законодательства при возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 и проведении предварительного расследования, а также нарушения прав обвиняемого Тумгоева на защиту в судебном заседании в связи с отказом суда в вызове и допросе свидетелей защиты, приобщении письменных доказательств, свидетельствующих о его невиновности, суд не предоставил стороне защиты время для подготовки к судебным прениям,. Указывает, что судом не дана оценка исследованным доказательствам, не приведены мотивы, по которым часть доказательств отвергнута судом. Считает, что выводы эксперта о тяжести телесных повреждений, причиненных потерпевшему, не соответствуют критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, противоречат установленным судом обстоятельствам. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит отменить приговор, указывает, что приговор постановлен на противоречивых показаниях потерпевшего и судом эти противоречия не устранены, утверждает, что никакого конфликта между ним и потерпевшим не было, доказательств обратному, обвинением не представлено, он . При назначении наказания суд не учел мнение государственного обвинителя о применении ст. 73 УК РФ, не указав причины невозможности исправления подсудимых без реального лишения свободы.

В возражениях (заявлении) на апелляционные жалобы и апелляционное представление, потерпевший Вфио считает приговор законным и обоснованным, назначенное наказание заслуженным и справедливым, просит приговор не смягчать.

Проверив материалы дела, заслушав выступление участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, представления и возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 каждого в совершении преступления основаны на проверенных в судебном заседании материалах дела и подтверждены показаниями потерпевшего фио о том, что 12 ноября 2018 года, он переписывался в чате их потока и в ходе переписки, у него возник конфликт с ФИО1 После этого, ФИО1 и ФИО2 предложили ему выйти вместе с ними на лестничную площадку 6-го этажа, на что он согласился. Примерно в 10 часов 20 минут, 15 ноября 2018 года, между 5-м и 6-м этажами ФИО1 сразу нанес ему один удар кулаком правой руки в левую область лица (челюсть). От удара он пошатнулся, «поплыл», среагировать на удар не успел, так как не ожидал, что будет драка. Затем ФИО1 кинулся к нему в ноги, схватил их и повалил его на спину. После этого, ФИО1 сел на него сверху, не давая ему возможности сопротивляться и отражать удары. В это время ФИО2 Б. стоял рядом и наблюдал за происходящим, не предпринимая попыток остановить ФИО1 Оказавшись на полу, он в целях защиты, рефлекторно закрыл глаза и голову руками. После этого он почувствовал серию ударов в область лица и головы, а также в область корпуса. Удары наносились одновременно, из чего он сделал вывод о том, что ФИО1 и ФИО2 Б. наносили ему удары вдвоем, так как с учетом частоты и локализации ударов в область лица и головы, и корпуса не могли быть нанесены одновременно одним человеком. ФИО1 и ФИО2 Б. совместно нанесли ему не менее 10 ударов в область лица и головы, и корпуса. В этот же день он обратился в медицинский кабинет в университете, с жалобой на боль в левой нижней части челюсти. 16 ноября 2018 года, болевые ощущения только усиливались, появился отек на щеке и он принял решение обратиться в травмпункт по месту своего жительства. При обращении в ГАУЗ МО «Щелковская СП» врачами был произведен его осмотр и сделан рентген челюсти, поставлен диагноз «перелом челюсти». Лечение он проходил в домашних условиях, под контролем матери, имеющей медицинское образование. Больничный лист им не оформлялся, лекции и семинары он не пропускал, так как переживал за свою успеваемость. Процесс лечения и восстановления занял более 21 дня.

Исследованным судом первой инстанции протоколом осмотра предметов от 25 ноября 2018 года, в соответствии с которым с участием потерпевшего фио и в присутствии понятых был осмотрен телефон потерпевшего, в котором содержатся «скриншоты» переписки потерпевшего с ФИО1 в социальной сети «ВКонтакте», данная переписка отражает возникшие конфликтные отношения между потерпевшим и осужденным (том 1 л.д. 34-38).

Протоколом очной ставки, проведенный между потерпевшим фио и подозреваемым ФИО1, в ходе которой потерпевший Вфио подтвердил изложенные обстоятельства, пояснив о его избиении ФИО1 и ФИО2 Б. (т. 1 л.д. 84-89).

Показаниями свидетеля фио о том, что 15 ноября 2018 года он приехал вечером домой после работы и узнал, что его сына избили. Сын лежал в кровати. Он спросил у сына, что случилось. Его супруга пояснила, так как сыну было тяжело говорить, из-за болей в нижней челюсти, что его избили, состояние того было неудовлетворительное, сын испытывал сильную физическую боль. Позже ему сын пояснил, что на лестничной площадке в помещении университета его избили двое по малозначительному поводу. Говорить сын не мог, принимать пищу тоже не мог, говорил только «губами», был отек в нижней части лица. По назначению челюстно-лицевого хирурга жена накладывала фиксирующую повязку. Он сказал сыну, чтобы на следующий день он съездил в травмпукт. Утром 16 ноября 2018 года сын ему позвонил и сказал, что у него перелом челюсти. Он попросил сына скинуть ему на приложение «ватцап» снимки, что сын и сделал. Тогда он сказал, чтобы сын ехал в отделение полиции, куда он сам через некоторое время подъехал. В отделении он узнал, что фамилии тех, кто избил сына – ФИО1 и ФИО2. Некоторое время после травмы сын не ходил на учебу, точно сколько, он не помнит. Последствия продолжались значительное время после травмы. Какое точно количество переломов он не знает.

Заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 543-19 от 23 октября 2019 года, согласно выводам которой: «При изучении ортопантомограммы, выполненной согласно маркировке фио 16 ноября 2018 года, выявлены следующие повреждения: 1. Перелом правой ветви нижней челюсти. Линия перелома проходит между венечным и суставным отростками и открывается в области вырезки нижней челюсти. Сама вырезка деформирована вследствие смещения отломков. 2. Перелом нижней челюсти в области ее правого угла со смещением и расхождением отломков. 3. Перелом нижней челюсти в области 4 зуба на нижней челюсти слева, без смещения отломков. Линия перелома проходит через подбородочное отверстие. 4. Перелом нижней челюсти в области ее левого угла с захождением отломков. 

Повреждения, зафиксированные на ортопантомограмме, выполненной согласно маркировке фио 16 ноября 2018 года, относятся к переломам. Эти повреждения причинены ударными воздействиями твердого тупого предмета (предметов). В отсутствие сведений о повреждениях кожного покрова невозможно достоверно установить количество травмирующих воздействий, места приложения и направление действия сил. 

В предоставленных медицинских документах не содержится сведений о клиническом течении травмы, функциональных нарушениях, сопровождавших ее, исходе повреждений. При обычном течении такого рода переломы нижней челюсти влекут за собой расстройство здоровья сроком свыше трех недель (более 21 дня) и по этому признаку, в соответствии с п. 7.1 Приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расцениваются как вред здоровью средней тяжести.

Исходя из установленной давности образования переломов, зафиксированных на ортопантомограмме, выполненной согласно маркировке фио 16.11.2018 года (не более чем за 10 дней до проведения рентгенологического исследования) комиссия экспертов не исключает возможность их образования во время, указанное в описательной части постановления, то есть 15 ноября 2018 года (т. 1 л.д. 180-189).

Судом первой инстанции также исследована медицинская карта фио, в которой зафиксированы повреждения установленные на дату осмотра 16 ноября 2018 года в виде перелома нижней челюсти, угла слева, без смещения (т.2 л.д. 54-58).

Указанные доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности достаточности для постановления обвинительного приговора. 

Показания потерпевшего фио, свидетеля фио, изложенные в приговоре, согласуются между собой и другими доказательствами по делу. Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего, равно, как и свидетеля, при даче показаний в отношении осужденных, оснований для его оговора, равно как и существенных противоречий в их показаниях, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1 и ФИО2, судом апелляционной инстанции не установлено.

Суд в приговоре проанализировал и дал мотивированную оценку показаниям осужденных о недоказанности их причастности к причинению телесных повреждений фио, относящихся к категории средней тяжести, об отсутствии между ФИО1 и ФИО2 предварительного сговора на совершение преступления. Данные осужденными показания суд обоснованно отверг, основываясь на совокупности других доказательств по делу. Оснований не согласиться с указанными выводом у суда апелляционной инстанции не имеется.

Выводы суда первой инстанции о причинении потерпевшему фио, осужденными ФИО1 и ФИО2 средней тяжести вреда здоровью основаны на совокупности исследованных доказательств, подтверждающих факт избиения осужденными потерпевшего и нанесение ими ударов кулаками рук в область лица, челюсти и грудной клетки фио Данные обстоятельства подтверждаются как показаниями потерпевшего, так и показаниями свидетеля фио который в день совершения преступления видел состояние своего сына после избиения, медицинской картой фио, в которой зафиксированы повреждения в виде перелома нижней челюсти, угла слева, без смещения, заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы о локализации, механизме и тяжести выявленных у потерпевшего повреждений, протоколами очных ставок. При этом тот факт, что потерпевший Вфио не находился на лечении и не оформлял листок нетрудоспособности, а посещал лекции в университете и его лечение осуществлялось дома его матерью, не препятствует установлению степени тяжести вреда здоровью потерпевшего, поскольку в заключении экспертов в данном случае степень тяжести вреда здоровью установлена исходя из обычного течения такого рода перелома нижней челюсти, которое влечет за собой расстройство здоровья сроком свыше трех недель (более 21 дня) и по этому признаку, в соответствии с п. 7.1 Приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» расценено как вред здоровью средней тяжести.

Приведенное в приговоре заключение экспертов обоснованно признано судом первой инстанции относимым и допустимым доказательством, поскольку при производстве экспертизы в полной мере были соблюдены положения Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», требования главы 27 УПК РФ, из материалов уголовного дела следует, что производство судебной экспертизы было назначено надлежащими должностным лицом, поручено экспертам, которым разъяснены их права, а также они предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФ за дачу заведомо ложного заключения, экспертное заключение, вопреки доводам апелляционных жалоб, оформлено надлежащим образом, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ. Экспертами приведены материалы, используемые ими при проведении исследования.

В экспертном заключении выводы экспертов, каждый из которых имеет длительный стаж и опыт работы в соответствующих областях исследований, содержат ответ на каждый из поставленных перед ними вопрос, результаты проведенного исследования, указание на примененные методики, данные, полученные из представленных на экспертизу материалов, не содержат каких-либо противоречий, являются научно-обоснованными, ясными и понятными, согласуются с иными, исследованными судом первой инстанции, доказательствами по делу. Заинтересованность экспертов в результатах проведенной экспертизы не установлена. Оснований не доверять полученным в ходе производства экспертизы сведениям суд апелляционной инстанции не находит.

Вопреки доводам защитников, действующее законодательство предусматривает возможность проведения судебно- медицинской экспертизы на основании медицинских документов (их копий), предоставленных в распоряжение эксперта в установленном порядке и в отсутствии потерпевшего, что прямо закреплено положениями п.67 Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12 мая 2010 года № 346н. При этом доводы, что на экспертизу были предоставлены поддельные медицинские документы, являются голословными и не нашедшими своего подтверждения.

Каких-либо нарушений ст.ст. 195, 199 УПК РФ при назначении судебной экспертизы по медицинским документам фио, а также при направлении материалов, необходимых для ее производства, не установлено. В распоряжение эксперта были представлены все необходимые медицинские документы и материалы дела, в связи с чем оснований полагать, что заключение эксперта является неполным, а выводы не являются обоснованными и не отражают фактически имевшийся механизм полученных повреждений не имеется.

Предусмотренных ст. 207 УПК РФ оснований для назначения повторной экспертизы у суда первой инстанции не имелось. 

Что же касается представленного стороной защиты заключения специалистов фио, фио № 719/23 от 23.08.2023, которым было проведено рецензирование заключения экспертов № 543-19 от 23 октября 2019 года и указано о том, что изложенные экспертами выводы не являются полными и научно обоснованными и вызывают сомнения, данное заключение получило обоснованную критическую оценку суда, с которой суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку оценка допустимости и достоверности доказательств, в том числе заключения экспертв, является прерогативой суда. При этом обращает на себя внимание тот факт, что в распоряжение специалистов не были представлены оригиналы материалов уголовного дела и необходимых документов, их заключение носит общий, предположительный и неконкретный характер, без проведения соответствующих исследований. Помимо изложенного, рецензирование экспертной деятельности к полномочиям специалиста не относится, что следует из положений ст. 58 УПК РФ

В связи с чем, данное заключение специалистов не может свидетельствовать о недопустимости заключения экспертов, представленное стороной обвинения, и не может являться доказательством по настоящему уголовному делу, свидетельствующим об отсутствии состава преступления в действиях осужденных.

По ходатайству стороны защиты судом первой инстанции были оглашены показания свидетелей фио, фио, фио, фио, которые указали о том, что не видели повреждений у фио также пояснили о том, что он ходил на учебу и жалоб не высказывал, свидетель фио помимо изложенного указала, что видела у фио лишь отек на лице, о сути конфликта указанные свидетели что-либо пояснить не смогли.

Оценивая показания данных свидетелей, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что изложенные показания не опровергают установленных судом обстоятельств, поскольку указанные свидетели очевидцами преступления не являлись, их показания получены спустя длительное время после событий преступления, а именно в 2021 году, помимо изложенного данные показания не препятствуют установлению того факта, что несмотря на отсутствие видимых повреждений на лице потерпевшего, согласно медицинским документам и вышеприведённому заключению эксперта у потерпевшего фио была установлена травма в виде закрытого перелома нижней челюсти, при этом конфигурация лица не была изменена, что отражено в медицинской карте.

Вопреки утверждениям стороны защиты и осужденного ФИО2, все его доводы о непричастности к совершенному преступлению, о недопустимости собранных по делу доказательств, о допущенных в ходе предварительного расследования нарушениях уголовного-процессуального закона, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах, были предметом тщательной проверки суда первой инстанции и выводы суда относительно их несостоятельности подробно изложены в приговоре с указанием мотивов принятого решения.

Оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, для возвращения уголовного дела прокурору, а также препятствий для вынесения решения на основе данного обвинительного заключения не установлено. В обвинительном заключении по уголовному делу в отношении ФИО1 и ФИО2 в соответствии с требованиями ч.1 ст. 220 УПК РФ приведены существо обвинения, его формулировка, часть и статья УК РФ, предусматривающих ответственность за преступление, а также время, место и способ его совершения. 

Доводы жалоб о неполноте судебного следствия, необоснованном отказе в удовлетворении ходатайств стороне защиты, в том числе о приобщении и истребовании доказательств, нарушении прав осужденных на защиту, на справедливое разбирательство, обвинительном уклоне, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Судебное следствие проведено с соблюдением принципов всесторонности, полноты и объективности исследования фактических обстоятельств уголовного дела. Уголовное дело рассмотрено судом объективно и беспристрастно. Процедура допросов потерпевшего, свидетелей с точки зрения соответствия требованиям УПК РФ не нарушена, как следует из протоколов судебных заседаний, у стороны защиты и осужденных, имелась возможность задавать потерпевшему и свидетелю вопросы по обстоятельствам дела. Как видно из материалов дела, в том числе из протокола судебного заседания, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела, принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции и реализации права на защиту. Из протокола судебного заседания видно, что суд создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Все заявленные сторонами ходатайства, в том числе о вызове и допросе свидетелей, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от их значения для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и убедительной мотивацией. 

Как следует из протокола судебного заседания показания свидетелей фио, фио, фио, фио были оглашены по ходатайству стороны защиты, явка иных свидетелей, о которых указывал адвокат фио, в судебное заседание обеспечена не была. По окончании исследования представленных сторонами доказательств председательствующий в соответствии с ч.2 ст. 291 УПК РФ разрешил поступившие от сторон ходатайства. При этом отказы в удовлетворении ходатайств не свидетельствуют о нарушении права на защиту. Исходя из смысла закона неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения суда в предвзятости и необъективности.

Вопреки доводам стороны защиты ФИО2, в ходе рассмотрения дела по существу судом было предоставлено достаточно времени для подготовки осужденных к допросу, а также к прениям сторон, однако, как следует из протокола судебного заседания, ФИО2 от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, при этом ходатайств о предоставлении дополнительного времени для подготовки к допросу не заявлял, также отказался от участия в прениях сторон.

Таким образом, каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении права осужденного на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах дела не содержится. 

Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Утверждения в жалобах о проявлении судом обвинительного уклона в ходе судебного разбирательства, являются необоснованными.

Вопреки доводам жалоб, стороны были ознакомлены с протоколами судебного заседания, о чем свидетельствуют расписки адвокатов Маминова К.А. и Героева А.Д. о получении ими копий протоколов и аудиозаписей (т. 8 л.д. 125, 126, 233), поданные замечания на протоколы судебного заседания были рассмотрены, о чем имеются постановления суда об отклонении замечаний (т. 8 л.д. 128 - 132, 188 - 192). 

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в совершении умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью, вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Между тем, проанализировав имеющиеся доказательства, суд апелляционной инстанции полагает, что мотивом преступных действий в отношении потерпевшего послужило наличие конфликта и личных неприязненных отношений у ФИО1 и ФИО2 с потерпевшим фио Так при описании преступного деяния, в приговоре суд указал о том, что данное преступление совершено осужденными из личной обиды и жажды мести, исследованная судом первой инстанции переписка между осужденным ФИО1 и потерпевшим фио также свидетельствует о наличии между ними конфликта и личных неприязненных отношений, что исключает совершение преступления из хулиганских побуждений.

Исключая данный квалифицирующий признак суд апелляционной инстанции также считает необходимым исключить из описания преступного деяния указания о совершении ФИО1 и ФИО2 преступления из хулиганских побуждений, а также указание на то, что они, демонстрируя пренебрежительное отношение к общепринятым правилам поведения, морали и нравственности, осознавая, что их действия являются открытым вызовом общественному порядку, желали противопоставить себя окружающим и продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним, как противоречащие установленным обстоятельствам. 

Учитывая изложенное, действия осужденных ФИО1 и ФИО2 каждого подлежат квалификации по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что нанося неоднократно удары руками по лицу потерпевшего, ФИО1, являющийся спортсменом, занимающийся самбо, и ФИО2, имея физическое превосходство над потерпевшим, осознавали опасность своих действий для здоровья потерпевшего, то есть действовали умышленно.

О совершении ФИО1 и ФИО2 преступления группой лиц по предварительному сговору свидетельствует достигнутая между ними предварительная договоренность о совершении нападения на потерпевшего и его избиении, а также их действия, которые носили совместный и согласованный характер, были объединены единым умыслом, направленным на достижение единого результата - нанесение телесных повреждений потерпевшему.

Оснований для иной квалификации действий осужденных, в том числе по доводам апелляционного представления, а также для их оправдания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При назначении наказания осужденным ФИО1 и ФИО2 суд обоснованно руководствовался положениями ст. ст. 6, 7 и ч. 3 ст. 60, ст. 67 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности каждого из осужденных, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 судом на основании ч.2 ст. 61 УК РФ учтено наличие родственников, в том числе, пенсионеров, страдающих рядом заболеваний, его состояние здоровья, и наличие наград.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 судом на основании ч.2 ст. 61 УК РФ учтено, наличие родственников, в том числе, пенсионеров, страдающих рядом заболеваний, его состояние здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего назначенного осужденным наказания противоправность поведения потерпевшего, как об это указано в апелляционном представлении, не имеется, поскольку данные обстоятельства не нашли своего подтверждения. Переписка, возникшая в социальных сетях между потерпевшим и ФИО1 не могла причинить значительный ущерб интересам ФИО1 и ФИО2, а также их гражданским правам.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств содеянного, а также данных о личности каждого из осужденных, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о необходимости назначения ФИО1 и ФИО2 наказания в виде лишения свободы.

Выводы суда относительно назначения каждому из осужденных наказания в виде реального лишения свободы и отсутствии оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также ст.ст. 64, 73, 96 УК РФ, в приговоре мотивированы. С ними соглашается суд апелляционной инстанции, и также не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73, ст. 96 УК РФ. 

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы осужденным назначен правильно, в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Вместе с тем, из материалов уголовного дела усматривается, что ФИО1 и ФИО2 совершили преступление средней тяжести в восемнадцатилетнем возрасте, ранее к уголовной ответственности не привлекались, положительно характеризуются.

Однако при определении срока наказания в виде лишения свободы суд оставил без учета указанные данные о личности осужденных, а именно их молодой возраст, который, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает возможным признать смягчающим наказание обстоятельством и смягчить назначенное осужденным наказание, в том числе и с учетом уменьшения объёма обвинения.

Помимо изложенного, согласно требованиям, предусмотренным п. «б» ч.1 ст. 78 УК РФ, сроки давности привлечения к уголовной ответственности за совершение преступления средней тяжести составляют 6 лет. Преступление в отношении потерпевшего фио было совершено 15 ноября 2018 года. С учетом вышеизложенного срок давности по данному преступлению, предусмотренному п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, истек после вынесения приговора, в связи с чем ФИО1 и ФИО2 подлежат освобождению от наказания, назначенного по данному преступлению, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Кроме того, в соответствии со ст. 151 ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Из разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» и «О судебном приговоре», «О практике рассмотрения гражданского иска по уголовному делу» следует, что в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке.

Вышеприведенные положения закона о компенсации морального вреда и разъяснения о порядке его применения к лицам, причинившим такой вред преступными действиями, не учтены в должной мере судом при принятии решения по иску фио

Так, из материалов уголовного дела следует, что потерпевший Вфио заявил гражданский иск о взыскании с осужденных компенсации морального вреда в размере сумма. Между тем, в нарушение избранного порядка общую сумму компенсации суд не распределил между осужденными в долевом порядке в зависимости от их степени вины в совершении преступления, а взыскал солидарно.

Учитывая степень вины каждого из осужденных, суд апелляционной инстанции считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда с ФИО1 и ФИО2 в пользу потерпевшего в равной доле, то есть по сумма с каждого.

В остальном этот приговор суда является законным, обоснованным, оснований для его отмены или изменения по другим основаниям, в том числе и по доводам апелляционных жалоб и представления, не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Бабушкинского районного суда г. Москвы от 8 сентября 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2 М-Б. изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указания о совершении ФИО1 и ФИО2 преступления из хулиганских побуждений, а также указание на то, что они, демонстрируя пренебрежительное отношение к общепринятым правилам поведения, морали и нравственности, осознавая, что их действия являются открытым вызовом общественному порядку, желали противопоставить себя окружающим и продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним;

исключить из осуждения ФИО1 и ФИО2 пункт «д» ч. 2 статьи 112 УК РФ - квалифицирующий признак «из хулиганских побуждений»; считать ФИО1 и ФИО2 каждого осужденным по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ;

признать в силу ч.2 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством ФИО1 и ФИО2 их молодой возраст на момент совершении преступления и смягчить назначенное ФИО1 и ФИО2 каждому наказание до 2 лет лишения свободы;

на основании п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ освободить ФИО1 и ФИО2 М-Б. от назначенного наказания по п.«г» ч. 2 ст. 112 УК РФ в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности;

взыскать в пользу потерпевшего фио в счет компенсации морального вреда с ФИО1 – сумма, с ФИО2 М-Б. – сумма.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление, апелляционные жалобы - оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции, в порядке главы 47.1 УПК РФ. Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Кассационная жалоба и представление, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора. В случае пропуска срока кассационного обжалования, кассационные жалобы или представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий