Дело №21-538/2018

РЕШЕНИЕ

07 декабря 2018 года г. Оренбург

Судья Оренбургского областного суда Матыцина Е.И., при секретаре Масликовой К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании с применением средств видеоконференц-связи жалобу и дополнение к жалобе главного государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Оренбургской области ФИО на решение судьи Гайского городского суда Оренбургской области по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.4 ст. 5.27 КоАП РФ, в отношении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» г. Гая, 

установил:

постановлением главного государственного инспектора труда государственной инспекции труда в Оренбургской области от 24 августа 2018 года №56/12-7533-18-И/893 Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Городская больница» г. Гая (далее – ГБУЗ «Городская больница г. Гая, учреждение) признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст. 5.27 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 50 000 рублей.

Решением судьи Гайского городского суда от 10 октября 2018 года постановление главного государственного инспектора труда государственной инспекции труда в Оренбургской области от 24 августа 2018 года №56/12-7533-18-И/893 в отношении ГБУЗ «Городская больница» г. Гая отменено, производство прекращено на основании п.6 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ.

В жалобе, поданной в Оренбургский областной суд, главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в Оренбургской области ФИО, просит отменить решение суда, ссылаясь на его незаконность и оставить без изменения постановление должностного лица от 24 августа 2018 года. Указывает, что при длящемся административном правонарушении сроки, предусмотренные ч. 1 ст. 4.5 КоАП начинают исчисляться не со дня заключения трудового договора, а со дня обнаружения административного правонарушения, в связи с чем судьей неверно установлено время совершения административного правонарушения и неверно применены нормы ст. ст. 4.5, 24.5 КоАП РФ.

Изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы, выслушав лиц участвующих в деле - должностное лицо административного органа ФИО, защитника ГБУЗ «Городская больница г. Гая» ФИО2, потерпевшего ФИО1, прихожу к выводу об отсутствии правовых оснований для отмены постановления судьи районного суда в связи со следующим.

Частью 4 ст. 5.27 КоАП РФ предусмотрена ответственность за уклонение от оформления или ненадлежащее оформление трудового договора либо заключение гражданско-правового договора, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем, на юридических лиц в виде штрафа от пятидесяти тысяч до ста тысяч рублей.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права.

В соответствии с требованиями ст. 219 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда. 

Из абз. 14 ч. 2 ст. 212 ТК РФ следует, что работодатель обязан информировать работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

В соответствии со ст. 57 Трудового кодекса РФ обязательными для включения в трудовой договор являются условия, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу ч. 2 ст. 57 ТК РФ обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: 

условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте; условия труда на рабочем месте; другие условия в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. 

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на основании обращения работника ФИО1 о нарушении его трудовых прав и распоряжения руководителя Государственной инспекции труда в Оренбургской области от 04 июня 2018 года № 56/7-1138-18-ОБ-877/ВД-891/1 должностным лицом указанного органа в отношении ГБУЗ «Городская больница» г. Гая в период с 25 июня 2018 года по 28 июня 2018 года проведена внеплановая документарная проверка. 

По результатам проверки 28 июня 2018 года составлен акт проверки, из которого следует, что в нарушение ч.3 ст. 57 ТК РФ трудовой договор, заключенный с ФИО1 не дополнен недостающими обязательными условиями, а именно гарантиями и компенсациями за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, а именно: установлением продолжительности рабочего времени не более 39 часов; получением молока и других равноценных пищевых продуктов; правом на досрочное назначение трудовой пенсии; необходимостью проведения медицинских осмотров, характеристикой условий труда на рабочем месте. 

Вышеуказанные недостающие условия труда на рабочем месте не определены приложением к трудовому договору, в том числе отдельным соглашением сторон, заключаемым в письменной форме, которое является неотъемлемой частью трудового договора. 

Приведенные обстоятельства послужили основанием для привлечения учреждения постановлением должностного лица к административной ответственности, по ч.4 ст. 5.27 КоАП РФ в виде штрафа в размере 50 000 руб. 

Проверяя законность и обоснованность постановления должностного лица о привлечении ГБУЗ «Городская больница» г. Гая к административной ответственности по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, судья городского суда пришел к выводу об истечении срока давности привлечения учреждения к ответственности и прекращении производства по делу.

Установлено, что учреждение подвергнуто административному наказанию за ненадлежащее оформление трудового договора с работником ГБУЗ «Городская больница» г. Гая врачом анестезиологом - реаниматологом ФИО1

Как следует из материалов дела, трудовой договор с работником ГБУЗ «Городская больница» г. Гая ФИО1 заключен и оформлен 08 февраля 2012 года.

Согласно «Списку производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день», утв. Постановлением госкомтруда СССР от 25 октября 1974 года врачам по специальностям анестезиолог-реаниматолог предусмотрено предоставление дополнительного отпуска продолжительностью 18 дней и сокращенной продолжительности рабочего времени.

Как следует из разд.2 п.2.3 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 16 февраля 2009 года врачам анестезиологам - реаниматологам была предусмотрена выдача молока или других равноценных пищевых продуктов; п.20 ст. 27 главы 6 ФЗ от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» предусмотрено право на назначение досрочной трудовой пенсии; приложением №1 п. 2.5.1 п.17 Приказа от 12 апреля 2011 года № 302-н «Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при которых производятся обязательные предварительные и периодические осмотры» предусмотрены медицинские осмотры не реже 1 раза в год. 

Действующим законодательством на момент заключения договора все указанные в акте проверки гарантии и компенсации врачу анестезиологу-реаниматологу были предусмотрены.

Проведенной аттестацией в период с 18 мая 2012 года по 30 ноября 2013 года по должности врача анестезиолога –реаниматолога указанные гарантии и компенсации подтверждены.

Из пояснений потерпевшего ФИО1 допрошенного в судебном разбирательстве второй инстанции посредством видеоконференц-связи следует, предусмотренные гарантии и компенсации, в том числе выдача молока, начиная с момента заключения трудового договора, ему предоставлялись. 

В соответствии со ст. 72 ТК РФ любое изменение условий трудового договора допускается только по соглашению сторон, оформленному в письменной форме и подписанному сторонами трудового договора. 

Частью 3 ст. 57 ТК РФ установлено, что, если при заключении трудового договора в него не были включены какие-либо сведения и (или) условия из числа предусмотренных ч. 1 и 2 данной статьи, то это не является основанием для признания трудового договора незаключенным или его расторжения. 

Трудовой договор должен быть дополнен недостающими сведениями и (или) условиями. При этом недостающие сведения вносятся непосредственно в текст трудового договора, а недостающие условия определяются приложением к трудовому договору либо отдельным соглашением сторон, заключаемым в письменной форме, которые являются неотъемлемой частью трудового договора.

Учитывая, что условия труда врача анестезиолога-реаниматолога не изменялись с момента заключения трудового договора все гарантии и компенсации были предусмотрены на момент заключения договора – 08 февраля 2012 года, иных дополнительных гарантий и компенсаций не устанавливалось, в том числе после проведения аттестации, не указание предусмотренных гарантий и компенсаций в договоре не может являться длящимся правонарушением, учреждение допустило ненадлежащее оформление трудового договора с момента его заключения.

Доводы должностного лица, о том, что срок давности привлечения к ответственности необходимо исчислять с момента проверки, так как с 08 февраля 2012 года по 28 июня 2018 года не было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, основан на ошибочном толковании норм права. 

Объективная сторона правонарушения, ответственность за которое предусмотрена указанной выше нормой, состоит в том, что трудовой договор оформлен ненадлежащим образом.

Временем совершения этого административного правонарушения является дата ненадлежащего оформления соответствующего трудового договора. 

Таким образом, административное правонарушение, выразившееся в ненадлежащем оформлении трудового договора в нарушение ч. 2 и 3 ст. 57 ТК РФ длящимся признать нельзя. (Правовая позиция отражена в Постановлении Верховного Суда РФ от 01 ноября 2018 г. № 3-АД18-7, от 01 сентября 2017 г. № 7-АД17-1).

В соответствии с ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ (в редакции Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ) срок давности привлечения к административной ответственности за нарушение трудового законодательства составляет один год со дня совершения (обнаружения) административного правонарушения.

Вместе с тем данный Федеральный закон в части изменений, внесенных в ч. 1 ст. 4.5, ст. 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вступил в силу с 1 января 2015 года.

Согласно статье 4.5 КоАП РФ (в редакции, действовавшей на момент оформления трудового договора, до изменений, внесенных Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ) срок давности привлечения к административной ответственности за нарушение трудового законодательства составлял два месяца со дня совершения (обнаружения) административного правонарушения.

Лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения (ч. 1 ст. 1.7 КоАП РФ).

При этом в силу ч. 2 данной статьи закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, то есть распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено. 

Закон, устанавливающий или отягчающий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 421-ФЗ, которым срок давности привлечения к административной ответственности за нарушение трудового законодательства увеличен до одного года, не улучшает положение лица, в отношении которого возбуждено настоящее дело об административном правонарушении.

В случае рассмотрения дела с соблюдением срока давности привлечения учреждения к административной ответственности нарушение трудового законодательства, выразившееся в ненадлежащем оформлении трудового договора, допущенное до 1 января 2015 года, не может быть квалифицировано по ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, с учетом положений 1.7 КоАП РФ.

При таких обстоятельствах решение судьи Гайского городского суда подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь ст.ст. 30.6 - 30.8 КоАП РФ, 

решил:

постановление судьи Гайского городского суда Оренбургской области от 10 октября 2018 года по делу об административном правонарушении, 

предусмотренном ч. 4 ст. 5.27 КоАП РФ, в отношении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница» г. Гая оставить без изменения, а жалобу главного государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Оренбургской области ФИО - без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу со дня вынесения, может быть обжаловано в Оренбургский областной суд в порядке, установленном ст. 30.12 – ст. 30.19 КоАП РФ.

Судья Оренбургского 

областного суда Е.И. Матыцина