Судья: Оплетина Е.С. №44-га- 24/2019

Судебная коллегия:

ФИО1 – докладчик

ФИО2

ФИО3

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Пермского краевого суда

город Пермь 24 мая 2019 года 

Президиум Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Заборского Я.В.,

членов президиума Бузмаковой О.В., Нечаевой Н.А., Челомбицкого И.Р., Змеевой Ю.А.

при секретаре Лепихиной Н.В.

рассмотрел гражданское дело по административному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «СВЕЗА Уральский» к Государственной инспекции труда в Пермском крае, главному государственному инспектору труда (по правовым вопросам) Д., главному государственному инспектору труда (по охране труда) Т. о признании незаконным предписания в части по кассационной жалобе общества с ограниченной ответственностью «СВЕЗА Уральский» на апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Пермского краевого суда от 16.01.2019.

Заслушав доклад судьи Пермского краевого суда Титовца А.А., пояснения представителя административного истца ООО «СВЕЗА Уральский» ФИО4, поддержавшей жалобу, президиум

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «СВЕЗА Уральский» (далее – ООО «СВЕЗА Уральский») обратилось в суд с административным исковым заявлением к Государственной инспекции труда в Пермском крае с требованиями о признании незаконным предписания № 216/2018/3/22 от 20.06.2018 в части.

Определением суда от 12.09.2018 к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены главный государственный инспектор труда (по правовым вопросам) Д., главный государственный инспектор труда (по охране труда) Т. 

В обоснование заявленных требований ООО «СВЕЗА Уральский» указало, что по результатам выездной проверки, проводимой Государственной инспекцией труда в Пермском крае, в отношении ООО СВЕЗА Уральский» вынесено предписание № 216/2018/3/22 от 20.06.2018 об устранении нарушений трудового законодательства, с которым административный истец в части не согласен, а именно со следующими пунктами предписания:

1. Устранить нарушение требований ч. ч. 1, 2 ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации – работнику С. произвести оплату в повышенном размере не менее 4 процента тарифной ставки (оклада) за 2018 г. за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, до 13.07.2018;

2. Устранить нарушение требований ст. ст. 40, 41, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации – в п. 3.2.2 коллективного договора организации указать, что сроки выплаты заработной платы устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка, коллективном договоре или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена, до 27.07.2018;

3. Устранить нарушение требований ст. ст. 40, 41, 133, 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации – в п. 3.2.6 коллективного договора указать, что минимальная месячная заработная плата работников устанавливается в размере, не ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения Пермского края либо минимального размера оплаты труда (МРОТ);

4. Устранить нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – трудовые договоры работников от 01.03.2018 № 4 Б., от 08.05.2018 № 8 Ш., от 08.05.2018 № 9 С., от 18.05.2018 № 10 З. дополнить условием – дата начала работы;

5. Устранить нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57, ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации – в срочном трудовом договоре от 08.05.2018 № 8 с работником Ш. (п. 1.3 трудового договора) более подробно указать обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора: указать Ф.И.О. основного работника и причина его отсутствия на работе. Также исключить из срочного трудового договора дату его окончания 01.01.2019;

6. Устранить нарушение абз. 6 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – в трудовых договорах от 01.03.2018 № 4 Б., от 08.05.2018 № 9 С. указать гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте;

7. Устранить нарушение требований абз. 8 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – в трудовом договоре от 08.05.2018 № 9 С. указать условия труда на рабочем месте в соответствии с картой аттестации по должности экономист;

8. Устранить нарушение требований ч. 4 ст. 189, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации - в п. 5.2 правил внутреннего трудового распорядка более подробно указать в какой месяц выплачивается какая часть заработной платы; в текущий месяц, либо в месяц, следующий за отработанным.

Полагают, что вышеприведенные положения предписания противоречат требованиям трудового законодательства и влекут нарушение прав общества, возлагая на него обязанности по их необоснованному устранению.

Решением Ленинского районного суда г. Перми от 03.10.2018 предписание Государственной инспекции труда в Пермском крае № 216/2018/3/22 от 20.06.2018 признано незаконным в части пунктов:

1. В срок до 13.07.2018 устранить нарушение требований ч. ч. 1, 2 ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации - работникам Б., С. произвести оплату в повышенном размере не менее 4 % тарифной ставки (оклада) за 2018 г. за работу с вредными и (или) опасными условиями труда;

2. В срок до 27.07.2018 устранить нарушение требований ст. ст. 40, 41, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации - в п. 3.2.2 коллективного договора организации указать, что сроки выплаты заработной платы устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка, коллективном договоре или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена;

3. Устранить нарушение требований ст. ст. 40, 41, 133, 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации – в п. 3.2.6 коллективного договора указать, что минимальная месячная заработная плата работников устанавливается в размере, не ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения Пермского края либо минимального размера оплаты труда (МРОТ);

4. Устранить нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – трудовые договоры работников от 01.03.2018 № 4 Б., от 08.05.2018 № 8 Ш., от 08.05.2018 № 9 С., от 18.05.2018 № 10 З. дополнить условием – дата начала работы;

5. Устранить нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57, ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации – в срочном трудовом договоре от 08.05.2018 № 8 с работником Ш. (п. 1.3 трудового договора) более подробно указать обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора: указать Ф.И.О. основного работника и причина его отсутствия на работе. Также исключить из срочного трудового договора дату его окончания 01.01.2019;

6. Устранить нарушение абз. 6 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – в трудовых договорах от 01.03.2018 № 4 Б., от 08.05.2018 № 9 С. указать гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте;

7. Устранить нарушение требований абз. 8 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – в трудовом договоре от 08.05.2018 № 9 С. указать условия труда на рабочем месте в соответствии с картой аттестации по должности экономист;

8. Устранить нарушение требований ч. 4 ст. 189, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации – в п. 5.2 правил внутреннего трудового распорядка более подробно указать в какой месяц выплачивается какая часть заработной платы: в текущий месяц, либо в месяц, следующий за отработанным.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Пермского краевого суда от 16.01.2019 решение Ленинского районного суда г. Перми от 03.10.2018 отменено в части признания незаконным предписания Государственной инспекции труда в Пермском крае № 216/2018/3/22 от 20.06.2018 в части пунктов 1, 2, 3, 5 в редакции «обязания устранения нарушений абз. 3 ч. 2 ст. 57, ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации – срочном трудовом договоре от 08.05.2018 № 8 с работником Ш. (п. 1.3 трудового договора) более подробно указать обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора», 6,7,8.

В указанной части принято новое решение, которым отказано в удовлетворении требований ООО «СВЕЗА «Уральский» о признании незаконным предписания Государственной инспекции труда в Пермском крае № 216/2018/3/22 от 20.06.2018 в части пунктов 1, 2, 3, 5 в редакции «обязания устранения нарушений абз. 3 ч.2 ст. 57, ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации – в срочном трудовом договоре от 08.05.2018 № 8 с работником Ш. (п. 1.3 трудового договора) более подробно указать обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора», 6,7,8.

В остальной части решение оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе, поступившей в Пермский краевой суд 12.03.2019, заявитель просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Пермского краевого суда от 16.01.2019. Указывает, что выводы суда апелляционной инстанции противоречат фактическим обстоятельствам дела. Государственным инспектором труда вынесено предписание, не относящееся к его компетенции. Суд апелляционной инстанции, признавая пункты 2, 8 предписания законными, неверно применил положения ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации. Пункт 3 предписания является незаконным, поскольку в коллективном договоре формулировка приведена в соответствии со ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации и отвечает требованиям законодательства. Отсутствие в коллективном договоре формулировки: «… либо минимального размера оплаты труда (МРОТ)», не влечет нарушение прав работников и не является очевидным нарушением трудового законодательства, требующим немедленного устранения. В трудовом законодательстве отсутствует обязанность работодателя указывать Ф.И.О. основного работника и причину его отсутствия на работе, в связи с чем полагает п. 5 предписания незаконным. Суд апелляционной инстанции необоснованно признал требование п. 6 предписания в части устранения нарушения требований абз. 8 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре от 01.03.2018 Б., поскольку данное требование работодателем выполнено. В трудовом договоре С. предусмотрены все необходимые гарантии, в соответствии с результатами оценки условий труда на рабочем месте. Спор об установлении или изменении индивидуальных условий труда конкретному работнику относится к категории индивидуальных трудовых споров, которые рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами. Государственный инспектор труда вынес оспариваемое предписание по вопросу, который не относится к его компетенции, поэтому является незаконным. Судом апелляционной инстанции нарушены нормы процессуального права, поскольку административный истец был извещен надлежащим образом о назначении слушания на 26.12.2018 в 13:20, при этом судебное заседание состоялось 16.01.2019. 

Для проверки доводов, изложенных в кассационной жалобе, 04.04.2019 истребовано дело, которое поступило в Пермский краевой суд 05.04.2019. 

Определением судьи Пермского краевого суда от 06.05.2019 кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Пермского краевого суда. 

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом. Административные ответчики, заинтересованные лица в судебное заседание не явились, о причинах неявки не уведомили. В соответствие с ч. 2 ст. 326 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Согласно ст. 328 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход административного дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум считает, что такого характера нарушения норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, допущены судом апелляционной инстанции.

Судом первой инстанции установлено, что на основании распоряжения от 08.05.2018 № 59/12-546-18-И в отношении ООО «СВЕЗА Уральский» проведена выездная проверка, по результатам которой составлен Акт № 216/2018/2/22, содержащий указание на выявленные нарушения:

1. В нарушение требований ч. ч. 1, 2 ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации работникам Б., С. в 2018 году не производилась оплата в повышенном размере. В тоже время в соответствии с картами аттестации по должностям водитель и экономист, на которые соответственно были приняты указанные работники, общая оценка условий труда - класс 3.1 вредные 1 подкласс. В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации: минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными) условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

2. В нарушение требований ст. ст. 40, 41, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективном договоре организации (п. 3.2.2) неправильно указано, что сроки выплаты заработной платы предусматриваются положением об оплате труда работников на предприятии. В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации: заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который начислена.

3. В нарушение ст. ст. 40, 41, 133, 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективном договоре организации (п. 3.2.6) неправильно указано, что устанавливать минимальную месячную заработную плату работников в размере, не ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения Пермского края. В тоже время с 01.03.2018 федеральный минимальный размер оплаты труда (МРОТ) установлен в размере 11 163,00 руб. (ст. 1 Федерального закона от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ (ред. от 07.03.2018) «О минимальном размере оплаты труда»), а прожиточный минимум трудоспособного населения в Пермском крае - 10804,00 руб. (постановление Правительства Пермского края от 07.02.2018 № 51-п). Таким образом, региональное ограничение минимальной заработной платы не может быть менее федерального МРОТ.

4. В нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовых договорах работников от 01.03.2018 № 4 Б., от 08.05.2018 № 8 Ш., от 08.05.2018 № 9 С., от 18.05.2018 № 10 З., вместо даты начала работы указано: «Работник принимается на работу дата». В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации: обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: дата начала работы. Следовательно, в трудовом договоре должно быть однозначно указана - дата начала работы.

5. В нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57, ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации при заключении с работником Ш. срочного трудового договора от 08.05.2018 № 8 (п. 1.3 трудового договора) в договоре не указаны подробно обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом или иным федеральным законом. Так, в срочном трудовом договоре указано только, что «на период отсутствия основного работника», но не указаны Ф.И.О. основного работника и причина его отсутствия на работе. Также указан срок срочного трудового договора с 10.05.2018 по 01.01.2019, а из пояснений представителя работодателя было установлено, что работник Ш. принята на должность работника, который находится в отпуске в связи с материнством. Таким образом, указание окончания срока в данном срочном трудовом договоре нарушает право основного работника на досрочный выход на работу, предусмотренный трудовым законодательством. 18.05.2018 Ш. была переведена с должности контролер склада на должность контролер МТС с сохранением условия о срочности трудового договора (п. 2 дополнительного соглашения). В дополнительном соглашении также не содержится Ф.И.О. основного работника и причина его отсутствия на работе. Условие заключения срочного трудового договора должно быть прописано более подробно.

6. В нарушение требований абз. 6 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовых договорах от 01.03.2018 № 4 Б., от 08.05.2018 № 9 С. не указаны гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте. В тоже время по должностям водитель и экономист, на которые соответственно были приняты работники, общая оценка условий труда - класс 3.1 вредные 1 подкласс. В трудовом договоре от 01.03.2018 № 4 Б. (п. 3.1) также указано, что «класс условий труда: 3 класс - вредные условия труда 1 степень». В соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации: минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

7. В нарушение требований абз. 8 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре от 08.05.2018 № 9 С. не указаны условия труда на рабочем месте. В тоже время, в соответствии с картой аттестации по должности экономист, на которую была принята С., общая оценка условий труда - класс 3.1 вредные 1 подкласс.

8. В нарушение требований ч. 4 ст. 189, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации в правилах внутреннего трудового распорядка (п. 5.2) не корректно указаны дни выплаты заработной платы. Не указано в какой месяц выплачивается какая часть заработной платы: в текущий, либо в месяц, следующий за отработанным.

20.06.2018 главным государственным инспектором труда Т. (по охране труда) выдано предписание № 216/2018/3/22 (получено представителем Общества 20.06.2018), в котором указано на необходимость устранения нарушений:

1. В срок до 13.07.2018 устранить нарушение требований ч. ч. 1, 2 ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации - работникам Б., С. произвести оплату в повышенном размере не менее 4 процента тарифной ставки (оклада) за 2018 г. за работу с вредными и (или) опасными условиями труда;

2. В срок до 27.07.2018 устранить нарушение требований ст.ст. 40, 41, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации - в п. 3.2.2 коллективного договора организации указать, что сроки выплаты заработной платы устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка, коллективном договоре или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена;

3. Устранить нарушение требований ст. ст. 40, 41, 133, 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации - в п. 3.2.6 коллективного договора указать, что минимальная месячная заработная плата работников устанавливается в размере, не ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения Пермского края либо минимального размера оплаты труда (МРОТ);

4. Устранить нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – трудовые договоры работников от 01.03.2018 N 4 Б., от 08.05.2018 № 8 Ш., от 08.05.2018 № 9 С., от 18.05.2018 № 10 З. дополнить условием - дата начала работы;

5. Устранить нарушение требований абз. 3 ч. 2 ст. 57, ст. 59 ТК РФ – в срочном трудовом договоре от 08.05.2018 № 8 с работником Ш. (п. 1.3 трудового договора) более подробно указать обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора: указать Ф.И.О. основного работника и причина его отсутствия на работе. Также исключить из срочного трудового договора дату его окончания 01.01.2019;

6. Устранить нарушение абз. 6 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации - в трудовых договорах от 01.03.2018 № 4 Б., от 08.05.2018 № 9 С. указать гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте;

7. Устранить нарушение требований абз. 8 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации – в трудовом договоре от 08.05.2018 № 5 С. указать условия труда на рабочем месте в соответствии с картой аттестации по должности экономист;

8. Устранить нарушение требований ч. 4 ст. 189, ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации - в п. 5.2 правил внутреннего трудового распорядка более подробно указать в какой месяц выплачивается какая часть заработной платы: в текущий месяц, либо в месяц, следующий за отработанным. 

Признавая незаконным предписание, суд первой инстанции исходил из нарушения государственным инспектором своей компетенции, поскольку тот фактически разрешил индивидуальный трудовой спор относительно выплат денежных сумм, причитающихся при работе с вредными и (или) опасными условиями труда, подлежащий разрешению комиссией по рассмотрению трудовых споров либо судом (п. 1), что конкретные сроки выплаты заработной платы работникам в ООО «СВЕЗА «Уральский» предусмотрены, соответственно нарушений требований ч. 3 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации не допущено (п.п. 2, 8), что нарушений прав конкретных работников при проведении проверки выявлено не было (п. 3), что доказательств, свидетельствующих о том, что работники приступили к исполнению своих должностных обязанностей с иных дат, не имеется (п. 4), что данный пункт соответствует требованиям ст.ст. 57, 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации (п. 5), что из карты аттестации рабочего места по условиям труда водителя, общая оценка условий труда 3.1, гарантии и компенсации предусмотрены в вид дополнительного отпуска 12 рабочих дней, продолжительность рабочей недели 40 час., что отражено в п. 3.2, 3.6 трудового договора, в части указания гарантий и компенсаций в трудовом договоре, заключенном с работником С. такой необходимости не имеется, поскольку с ней заключено дополнительное соглашение (п. 6), что на момент принятия С. на работу вредные и (или) опасные условия труда по световой среде, установленные в карте аттестации рабочего места по условиям труда в 2013 году работодателем фактически были устранены, что подтвердила проведенная в период с марта по июль 2018 года новая оценка условий труда (п. 7).

Проверяя законность и обоснованность принятого решения суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции, отменил решение в части.

Отменяя решение в части признания пункта 1 предписания незаконным, суд апелляционной инстанции руководствовался ст. 352, абз. 15 ст. 357, ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что работникам Б., С., имеющим в соответствии с картами аттестации рабочего места класс условий труда 3.1, в силу положений ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации размер тарифной ставки должен быть увеличен на минимальный размер, составляющий в силу закона - 4%.

Отменяя решение в части признания пунктов 2, 8 предписания незаконными, суд апелляционной инстанции руководствовался ст. ст. 41, 136 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что работодателю вменено нарушение не по установлению дней выплаты заработной платы, а по несоответствию его изложению требованиям трудового законодательства.

Отменяя решение в части признания пункта 3 предписания незаконным, суд апелляционной инстанции руководствовался ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации исходил из того, что понятие прожиточного минимума и минимального размера оплаты труда не тождественны.

Отменяя решение в части признания п. 5 незаконным в части возложения обязанности устранить нарушения абз. 3 ч. 2 ст. 57, ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации - в срочном трудовом договоре от 8.05.2018 с работником Ш. более подробно указать обстоятельства (причины) послужившие основанием для заключения срочного трудового договора, суд апелляционной инстанции руководствовался ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации и исходил из того, что трудовом договоре отсутствуют обстоятельства, послужившие основанием для заключения срочного трудового договора.

Отменяя решение суда первой инстанции в части признания пункта 6 предписания, суд апелляционной инстанции руководствовался ст. ст. 3, 14, п. 1 ст. 15 Федерального закона Российской Федерации от 28.12.2013 № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», исходил из того, что трудовой договор, заключенный с С. от 08.05.2018 не содержит указания на условия труда на рабочем месте.

Отменяя решение суда первой инстанции в части признания пункта 7 предписания, суд апелляционной инстанции руководствовался абз. 6 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что заключенный договор с С. от 08.05.2018 и дополнительное соглашение от 11.05.2018, а также трудовой договор от 01.03.2018 с Б. не содержит четкого и конкретного указания гарантий и компенсаций, предоставляемых работнику в связи с работой во вредных условиях.

С такими выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям. 

В соответствии с абзацем 1 части 1 статьи 356 Трудового кодекса Российской Федерации федеральная инспекция труда осуществляет федеральный государственный надзор и контроль за соблюдением работодателями трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, посредством проверок, выдачи обязательных для исполнения предписаний об устранении нарушений, составления протоколов об административных правонарушениях в пределах полномочий, подготовки других материалов (документов) о привлечении виновных к ответственности в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Абзацем 6 части 1 статьи 357 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что государственные инспекторы труда при осуществлении федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, имеют право предъявлять работодателям и их представителям обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, о восстановлении нарушенных прав работников, привлечении виновных в указанных нарушениях к дисциплинарной ответственности или об отстранении их от должности в установленном порядке.

Согласно ч. 2 ст. 357 Трудового кодекса Российской Федерации в случае обращения профсоюзного органа, работника или иного лица в государственную инспекцию труда по вопросу, находящемуся на рассмотрении соответствующего органа по рассмотрению индивидуального или коллективного трудового спора (за исключением исков, принятых к рассмотрению судом, или вопросов, по которым имеется решение суда), государственный инспектор труда при выявлении нарушения трудового законодательства или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, имеет право выдать работодателю предписание, подлежащее обязательному исполнению. Данное предписание может быть обжаловано работодателем в судебном порядке в течение десяти дней с момента его получения работодателем или его представителем.

В соответствии с Конвенцией N 81 Международной организации труда «Об инспекции труда в промышленности и торговле» от 11.07.1947, ратифицированной Российской Федерацией 11.04.1998, инспектору труда не предоставлено право выносить обязательные для исполнения работодателем предписания по трудовым спорам. 

По смыслу данных положений закона при проведении проверок государственный инспектор труда выдает обязательное для исполнения работодателем предписание только в случае очевидного нарушения трудового законодательства. Трудовые споры, в том числе, неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда) рассматриваются в рамках статей 381-397 ТК РФ комиссиями по трудовым спорам или судами.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение в части оспаривания пункта 1 предписания государственного инспектора труда, суд апелляционной инстанции ограничился выводом, что работникам Б., С., имеющим в соответствии с картами аттестации рабочего места класс условий труда 3.1, в силу положений ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации размер тарифной ставки, должен быть увеличен на минимальный размер, составляющий в силу закона – 4%, указанная выплата в минимальном размере не осуществляется. 

Согласно ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации оплата труда работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливается в повышенном размере.

Минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

Из материалов дела следует, что до принятия работника С. на работу по трудовому договору от 08.05.2018, 07.03.2018 проведено исследование специальных условий труда по световой среде и установлено, что в кабинете на рабочем месте «Экономист» установлены светодиодные лампы, при этом в 2013 году на момент аттестации рабочего места по условиям труда по разделу «Световая среда» были установлены люминесцентные лампы, что и явилось основанием для установления класса вредности по световой среде, а в карте № 382 специальной оценки условий труда «Экономист» на дату составления 27.07.2018 класс условий труда установлен 2 (допустимый) и не требует дополнительных гарантий и компенсаций

Федеральным законом от 28.12.2013 N 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» регулируется отношения, возникающие в связи с проведением специальной оценки условий труда, а также с реализацией обязанности работодателя по обеспечению безопасности работников в процессе их трудовой деятельности и прав работников на рабочие места, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Судебная коллегия не проанализировала положения Федерального закона от 28.12.2013 N 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» относительно того, с какого времени характеристики условий труда применяются в правоотношениях с работником с целью предоставления ему гарантий и компенсаций применительно к установленным фактическим обстоятельствам, в связи с чем вывод об очевидности выявленного государственным инспектором труда нарушения работодателем норм трудового права не является обоснованным.

Также президиум отмечает, что в отношении Б. административный истец ООО «СВЕЗА Уральский» пункт 1 предписания не обжаловал и доказательства того, что Б. такая доплата с 01.03.2018 по дату проверки производилась, не представлял. 

В соответствии с частью 6 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей (часть 1 статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации).

Содержание и структура коллективного договора определяются сторонами (часть 1 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации). В коллективный договор могут включаться обязательства работников и работодателя, в том числе по выплате пособий и компенсаций, экологической безопасности и охране здоровья работников на производстве, другие вопросы, определенные сторонами (часть 2 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 44 Трудового кодекса Российской Федерации изменение и дополнение коллективного договора производятся в порядке, установленном настоящим Кодексом для его заключения, либо в порядке, установленном коллективным договором.

В соответствии ч. 1 ст. 36 Трудового договора Российской Федерации представители работников и работодателей участвуют в коллективных переговорах по подготовке, заключению или изменению коллективного договора, соглашения и имеют право проявить инициативу по проведению таких переговоров.

Пунктом 8.3 коллективного договора предусмотрено, что в случае изменения законодательства Российской Федерации, хозяйственного и финансового состояния предприятия, в других случаях изменения и дополнения в коллективный договор в течение срока его действия могут вноситься только по взаимному соглашению сторон совместным решением работодателя и профсоюзного комитета протокольно через совместную комиссию с обязательным доведением до сведения трудового коллектива.

Пунктом 3.2.2. коллективного договора установлено, что работодатель обязуется производить выплату работникам заработной платы каждые полмесяца в сроки, в сроки предусмотренные Положением об оплате труда работников на предприятии.

Пункт 5.2 Правил внутреннего трудового распорядка в редакции приказа от 22.08.2016 №22/08-01 ШР предусматривает, что работодатель обязан выплачивать первую часть заработной платы не позднее 25 числа каждого месяца, фиксированной суммой (пять тысяч рублей), сокращаемой пропорционально фактически отработанному времени; вторую часть заработной платы не позднее 10 числа за январь – ноябрь месяцы каждого месяца (при совпадении дня выплаты с выходными или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится в предшествующий рабочий день) за декабрь месяц – по 12 число (л.д. 74-86). 

Делая вывод о признании пункта 2 предписания законным, суд апелляционной инстанции исходил из того, что работодателю вменено нарушение не по установлению дней выплаты заработной платы, а по несоответствию его изложению требованиям законодательства, однако не учел, что коллективный договор принимается не единолично работодателем, а с равноправным участием трудового коллектива, поэтому изменения или дополнения в него вносятся в соответствии с положениями ст. ст. 36, 44 Трудового кодекса Российской Федерации, пункта 8.3 коллективного договора. При этом глава 7 Трудового кодекса Российской Федерации не устанавливает, что положения коллективного договора должны излагаться в точном соответствии с формулировками норм трудового законодательства, иных нормативно-правовых актов, содержащих нормы трудового права, поэтому требование государственного инспектора труда по существу основано на толковании норм трудового права об допустимом объеме достигнутого соглашения между представителями работодателя и работников.

Согласно ст. 12 Трудового договора Российской Федерации действие коллективного договора, соглашения во времени определяется их сторонами в соответствии с настоящим Кодексом (ч.6).

Локальный нормативный акт вступает в силу со дня его принятия работодателем либо со дня, указанного в этом локальном нормативном акте, и применяется к отношениям, возникшим после введения его в действие. В отношениях, возникших до введения в действие локального нормативного акта, указанный акт применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие (ч. 7).

Локальный нормативный акт либо отдельные его положения прекращают свое действие в связи с:

истечением срока действия;

отменой (признанием утратившими силу) данного локального нормативного акта либо отдельных его положений другим локальным нормативным актом;

вступлением в силу закона или иного нормативного правового акта, содержащего нормы трудового права, коллективного договора, соглашения (в случае, когда указанные акты устанавливают более высокий уровень гарантий работникам по сравнению с установленным локальным нормативным актом) (ч.8).

В соответствии с соглашением от 25.09.2017 срок действия коллективного договора продлен по 30.04.2018 (л.д. 67). Сведений о том, что данный локальный нормативный акт являлся действующим на момент проверки, в материалах дела не имеется. Оценки данному обстоятельству судом апелляционной инстанции не дано. 

Кроме того следует отметить, что согласно ч. 2 ст. 64 КАС РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда по ранее рассмотренному им гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

В материалах дела имеется решение Ленинского районного суда г.Перми от 21.02.2018 по административному иску ООО «СВЕЗА Уральский» к Государственной инспекции труда в Пермском крае о признании незаконным предписания № 7-4222-17-ОБ/318/279/3 от 24.11.2017. 

Указанным предписанием на ООО «СВЕЗА Уральский» была возложена обязанность устранить нарушения ч. 6 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации, однако суд пришел к выводу о том, что коллективным договором, положением об оплате труда работников ООО «СВЕЗА Уральский» определены конкретные сроки выплаты заработной платы работникам, то есть нарушения ч. 3 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации со стороны работодателя не нашли своего подтверждения (л.д.131 -134).

Вопрос о том, имеет ли данное решение Ленинского районного суда г. Перми от 21.02.2018. преюдициальное значение по отношению к спору о признании пункта 2 предписания № 216/2018/3/22 незаконным, судом апелляционной инстанции не исследован. 

Отменяя решение суда в части и признавая пункт 3 предписания законным, суд апелляционной инстанции исходил из того, что понятие прожиточного минимума и минимального размера оплаты труда не тождественны. 

Между тем пунктом 3.2.6 коллективного договора предусмотрено, что минимальная месячная заработная плата работников устанавливается в размере не ниже прожиточного минимума трудоспособного населения Пермского края. 

В соответствии с пунктом 3.2.10 коллективного договора условия оплаты труда, определенные коллективным договором, локальными нормативными актами предприятия, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными Трудовым кодексом Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами (л.д. 58).

Так минимальный размер оплаты труда по Российской Федерации с 01.01.2018 равен 9489 руб., с 01.05.2018 - 11163 руб., а прожиточный минимум для трудоспособного населения в Пермском крае с 01.01.2018 по 31.12.2018 составил 10804 руб.

Суд апелляционной инстанции указанные обстоятельства не проверил, оценки данным обстоятельствам относительно нарушения прав работников не дал, а также не учел действие локального нормативного акта во времени и порядок внесения в него изменений. 

Абзацем 4 части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательными для включения в трудовой договор является дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом;

Согласно абзаца 2 части 1 статьи 59 ТК РФ срочный трудовой договор заключается на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы.

В пункте 1.1 срочного трудового договора № ПФК-8501 № 8 от 08.05.2018, заключенного с Ш., указано, что работник принимается на работу 10.05.2018 на должность контролер склада для исполнения трудовой функции в соответствии с должностной инструкцией. 

В пункте 1.3 трудового договора указано, что трудовой договор заключен на определенный срок с 10.05.2018 по 01.01.2019. На период отсутствия основного работника (л.д. 45-46). 

Таким образом, п. 5 предписания сводится к толкованию вышеприведенных законоположений о достаточности информации о причине заключения с работником срочного трудового договора, т.е. формализованности причины или фактическом ее раскрытии, и относится к субъективному моменту достижения соглашения о существенных условиях данного трудового договора между его сторонами. В спорном случае минимальные требования к указанию причины, в соответствии с которыми трудовой договор был заключен с Ш. на определенный срок согласно Трудовому кодексу Российской Федерации, соблюдены, в связи с чем данные обстоятельства подлежали оценке на предмет очевидности нарушения трудовых прав работника.

Давая оценку доводам ООО «СВЕЗА Уральский» и представленным по делу доказательствам, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что пункт 6 предписания является незаконным, указав, что необходимости устанавливать гарантии и компенсации за работу с вредными условиями труда с указанием характеристик условий труда на рабочем месте не имеется, поскольку сторонами были подписаны дополнительные соглашения к трудовому договору, а вредные условия на рабочем месте С. фактически устранены. 

При тех же обстоятельствах суд апелляционной инстанции, основываясь на формальных условиях – наличие карты аттестации рабочего места С., сделал противоположный вывод о признании пункта 6 предписания законным.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в трудовом договоре Б. гарантии и компенсации за работу с вредными условиями отражены. В апелляционной жалобе доводов об отмене решения суда в части нарушения норм Трудового кодекса Российской Федерации в отношении этого работника не приведено. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение в данной части, указал на отсутствие четкого и конкретного указания гарантий и компенсаций. 

Между тем характеристики условий труда на его рабочем месте в трудовом договоре Б. (л.д. 47-48) указаны. Пунктом 3.1 трудового договора предусмотрено, что предоставляемое работнику рабочее место имеет характеристики согласно карте аттестации рабочего места по условиям труда: класс условий труда - 3 класс, вредные условия труда - 1 степень. 

В соответствии с пунктом 3.2 трудового договора Б. устанавливается доплата и дополнительные компенсации согласно характеристикам рабочего места, указанным в пункте 3.1 трудового договора. В размере и на условиях утвержденных локальными нормативными актами работодателя, но не менее норм установленных законодательством Российской Федерации: - дополнительный отпуск за работу во вредных и опасных условиях труда, в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации на момент предоставления отпуска. Согласно пункту 3.6 трудового договора работник Б. имеет право на ежегодный дополнительный отпуск 14 календарных дней за работу во вредных условиях. В соответствии с абз. 5 пункта 4.1 трудового договора за выполнение обязанностей, предусмотренных условиями трудового договора, работнику Б. выплачивается доплата в размере % от тарифной ставки за работу во вредных условиях труда в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и с результатами аттестации рабочих мест или специальной оценки условий труда, локальными нормативными актами работодателя. 

При этом, не соглашаясь с решением суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции в мотивировочной части апелляционного определения не изложил условия трудового договора, и не дал им толкование, не привел доказательств, на основании которых отверг выводы суда первой инстанции. Тем самым суд апелляционной инстанции допустил существенное нарушение норм процессуального права, устанавливающих правила доказывания в административном процессе и правила исследования и оценки доказательств.

Если суды при рассмотрении дела не исследуют его фактические обстоятельства по существу, ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы, право на судебную защиту, как неоднократно констатировал Конституционный Суд Российской Федерации, оказывается существенно ущемленным (постановления от 6 июня 1995 года N 7-П, от 13 июня 1996 года N 14-П, от 28 октября 1999 года N 14-П, от 22 ноября 2000 года N 14-П, от 14 июля 2003 года N 12-П, от 12 июля 2007 года N 10-П).

Делая вывод о признании пункта 7 предписания законным, суд апелляционной инстанции исходил из того, что заключенный договор с С. от 08.05.2018 и дополнительное соглашение от 11.05.2018 не содержит четкого и конкретного указания гарантий и компенсаций, предоставляемых работнику в связи с работой во вредных условиях. При этом апелляционное определение не содержит результатов оценки доказательств того, что вредные и (или) опасные условия труда по световой среде, установленные в карте аттестации рабочего места по условиям труда в 2013 году, работодателем были устранены, была проведена новая оценка.

Между тем от установления обстоятельств, с которыми связана обязанность работодателя устанавливать гарантии и компенсации работнику, зависит вывод суда о наличии или отсутствии индивидуального трудового спора, подлежащего рассмотрению комиссией по рассмотрению трудовых споров либо судом.

Судом апелляционной инстанции при проверке законности постановления нижестоящего суда, в нарушение требований статей 308 и 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, указанным обстоятельствам оценки не дал.

В силу ч. 4 ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации правила внутреннего трудового распорядка - локальный нормативный акт, регламентирующий в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами порядок приема и увольнения работников, основные права, обязанности и ответственность сторон трудового договора, режим работы, время отдыха, применяемые к работникам меры поощрения и взыскания, а также иные вопросы регулирования трудовых отношений у данного работодателя.

В соответствии с частью 6 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Суд первой инстанции, признавая пункт 8 предписания незаконным, принял во внимание, что совокупность положений локальных нормативных актов (п. 3.2.2 коллективного договора, Положения об оплате труда) не свидетельствует о наличии нарушений норм трудового законодательства. 

Согласно пункту 5.2 Правил внутреннего трудового распорядка в редакции приказа от 22.08.2016 № 22/08-01 ШР предусматривает, что работодатель обязан выплачивать первую часть заработной платы не позднее 25 числа каждого месяца, фиксированной суммой (пять тысяч рублей), сокращаемой пропорционально фактически отработанному времени; вторую часть заработной платы не позднее 10 числа за январь – ноябрь месяцы каждого месяца (при совпадении дня выплаты с выходными или нерабочим праздничным днем выплата заработной платы производится в предшествующий рабочий день) за декабрь месяц – по 12 число (л.д. 74-86). 

Суд апелляционной инстанции, признавая пункт 8 предписания законным, указал на то, что работодателю по существу вменено нарушение не по установлению дней выплаты заработной платы, а по несоответствию его изложения требованиям трудового законодательства. 

В акте проверки от 20.06.2018 № 216/2018/2/22 указано, что в нарушение требований ч. 4 ст. 189, ч. 4 ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации в правилах внутреннего трудового распорядка не корректно указаны дни выплаты заработной платы (л.д. 15-17).

Однако из Правил внутреннего трудового распорядка однозначно следует, что фиксированная часть платится в текущем месяце, окончательная часть в следующем месяце за расчетным (л.д. 74-86). 

Судебная коллегия не учла, что в данном случае ссылка государственного инспектора труда на некорректную формулировку п. 5.2 Правил внутреннего трудового распорядка сводится исключительно к толкованию локального нормативного акта, а не указывает на нарушение норм трудового права.

Доводы жалобы о том, что административный истец не был извещен надлежащим образом, не нашли своего подтверждения, не могут являться основанием для отмены апелляционного определения, поскольку из протокола судебного заседания следует, что 26.12.2018 объявлен перерыв в судебном заседании до 14:50 16.01.2019, в связи с чем оснований для извещения у суда не имелось. 

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального права являются существенными, повлияли на исход дела и без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно ст. 328 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации влечет отмену обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное и разрешить дело в зависимости от установленных обстоятельств в соответствии с правильным применением приведенных в настоящем постановлении норм материального и процессуального права.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 329 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, президиум Пермского краевого суда

п о с т а н о в и л:

апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Пермского краевого суда от 16.01.2019 отменить.

Дело направить на новое апелляционное рассмотрение в Пермский краевой суд.

Председательствующий - подпись