Дело №2-342-2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 сентября 2018 года г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Шевченко Л.Н.,

при секретаре Ехаловой Д.С.,

с участием истца ФИО1, представителей истца ФИО2. Седенко Н.Ф.. ответчика ФИО3. представителя ответчика ФИО4, представителя ответчика администрации Белгородского района ФИО5, в отсутствие ответчика ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Белгородской области, ответчика кадастрового инженера ООО «Пульсар» ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, администрации Белгородского района, ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Белгородской области, кадастровому инженеру ООО «Пульсар» ФИО6 об устранении препятствий в пользовании земельным участком и жилым домом путем демонтажа забора, устранении препятствий в установке забора, обустройстве водоотводящего желоба, оборудовании крыши хозпостроек снегозадержателями, запрете использования хозяйственного помещения, признании недействительными межевых планов и результатов межевания, определении местоположения смежной границы, установлении частного сервитута, о признании недействительным распоряжения администрации Белгородского района, взыскании судебных расходов и по встречному иску ФИО3 к ФИО1 об установлении смежной границы, установке системы водоотведения и снегозадержания, демонтажа отмостки, обязании не препятствовать в установлении отмостки, и обслуживанию хозяйственных построек, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 является собственником земельного участка площадью 1 025 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен).

Собственником смежного земельного участка по (адрес обезличен) №3 площадью 791 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен) является ФИО3

Дело инициировано иском ФИО1 Она, неоднократно уточняя исковые требования, просила признать недействительными межевые планы и результаты межевания земельного участка площадью 922 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен) от 28.04.2015 года и от 08.08.2017 года; установить смежную границу между земельным участком с кадастровым номером (номер обезличен) и земельным участком с кадастровым номером (номер обезличен) в соответствии с рекомендуемым расположением границ указанных земельных участков согласно экспертному заключению, подготовленному кадастровым инженером ООО «Альтаир» Т. 25.05.2018 года; снять с кадастрового учета земельный участок с кадастровым номером (номер обезличен); указать, что решение суда является основанием для органа кадастрового учета для внесения изменений в данные кадастрового учета в отношении земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) и земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен); установить частный сервитут в интересах ФИО1 на земельном участке ответчика для проведения работ по обслуживанию стены жилого дома шириной 0,45 м от отмостки и вдоль стены жилого дома; обязать ответчика не препятствовать в пользовании земельным участком при обслуживании глухой стены жилого дома путем демонтажа части забора, закрепленного за углы жилого дома, для прохода к отмостке на расстояние 0,55 м. и не препятствовать в установке забора вдоль стены жилого дома на расстоянии 0,55 м от стены жилого дома и по смежной границе палисадника, выходящего на (адрес обезличен); обязать ответчика обустроить водоотводящий тротуарный желоб размером 200 мм длиной 20 м вдоль смежной границы земельных участков, обеспечивающий отвод потока дождевой и талой воды за границы земельного участка на (адрес обезличен); обязать ответчика оборудовать снегозадержатели на скате крыши хозпостроек (гараж, сарай, баня); обязать ответчика запретить использовать помещение в хозблоке, расположенном на границе земельных участков, в качестве бани; взыскать с ответчика судебные расходы, состоящие из расходов на получение выписки из ЕГРН в размере 1500 рублей, технического паспорта в размере 474 рубля 72 копейки, расходов на строительно-техническую экспертизу и вызов эксперта в судебное заседание в размере 22833 рубля 72 копейки и 2400 рублей соответственно, расходов на землеустроительную экспертизу в размере 28560 рублей, расходов на услуги представителя в размере 50000 рублей, оплату госпошлины в размере 900 рублей.

В обоснование исковых требований истец сослалась на то, что первоначально спорные земельные участки принадлежали родителям истца и ответчика, которые при строительстве нарушили архитектурный план строительства: родители истца построили жилой дом, не отступив 1м от смежной границы, родители ответчика построили хозпостройки на огороде истца.

Смежная граница между земельными участками была согласована 30.08.2005 года К., прежним собственником земельного участка по (адрес обезличен) Границы были определены в соответствии со сложившимся порядком пользования: за домом истицы на расстоянии 0,45 м для обслуживания жилого дома был установлен забор, который разрывала стена хозяйственных построек ответчика, частично возведенных на земельном участке истца. Ответчиком ФИО3 при установке нового забора был захвачен земельный участок за домом истицы, сдвинуто ограждение в свою пользу, забор закреплен за угол жилого дома, тем самым увеличена площадь земельного участка ответчика по всей длине. Кроме того, ответчик умышленно чинит препятствия в пользовании истицей своим земельным участком и создает препятствия в доступе к глухой стене жилого дома, при этом нарушается целостность стены, так как под жилой дом направлен сток воды с территории двора ответчика. Ответчик, благоустраивая свою дворовую территорию, произвел укладку тротуарной плитки и поднял уровень двора выше отмостки вокруг жилого дома истицы, не установив соответствующего размера водослив, в результате чего вода попадает под жилой дом и приводит к разрушению отмостки и стены жилого дома.

15.10.2016 года в хозяйственном строении ответчика, частично расположенном на земельном участке истцы, произошел пожар, в результате которого был причинен ущерб насаждениям, находящимся на земельном участке истицы. Поскольку хозпостройки расположены с нарушением противопожарных требований, истец просит запретить использовать хозпостройку в качестве бани. Хозяйственные постройки ответчика не оборудованы системами водоотведения и снегозадержания, что влечет попадание атмосферных осадков с крыши хозблока на земельный участок истицы и заболачивание почвы.

Ответчиком был проведено межевание своего земельного участка в 2015 и в 2017 годах, площадь земельного участка увеличена с 791 кв.м. до 922 кв.м. и земельный участок поставлен на кадастровый учет с новым кадастровыми номером (номер обезличен), в результате такого межевания, часть земельного участка истца, на которой расположен жилой дом, налагается на земли общего пользования. При проведении межевания смежная граница с истцом не согласована.

Межевание земельного участка площадью 922 кв.м. проведено путем перераспределения земельного участка истца площадью 791 кв.м. и земель общего пользования, собственность на которые не разграничена площадью 131 кв.м. в соответствии со схемой расположения земельного участка на кадастровом плане территории Дубовского сельского поселения, утвержденной распоряжением администрации Белгородского района №1257 от 27.07.2017 года, которое истец просит признать незаконным, ссылаясь на то, что администрация Белгородского района при утверждении схемы не исходила из данных ГКН. Согласно межевому плану от 08.08.2017 года участки истца и ответчика не являются смежными, что не соответствует действительности.

Ответчик ФИО3 не признал исковые требования ФИО1 Предъявил встречный иск, уточнив исковые требования, просил установить смежную границу между земельными участками в соответствии с существующим в течение 38 лет порядком пользования согласно исполнительной съемке за 2018 год, обязать ФИО1 демонтировать отмостку жилого дома со стороны его земельного участка, не препятствовать в устройстве отмостки хозблока шириной не менее 0,55 м, глубиной не менее 0,6 м., высотой по цоколю строения (выше уровня грунта) с уклоном до высоты от грунта 0,05м по всей длине хозпостроек со стороны земельного участка истицы; обязать ФИО1 установить систему водоотведения и снегозадержания на крыше ее жилого дома - водоотводящий желоб диаметром 150 мм, снегозадерживающие устройства не менее 10м, взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей.

В обоснование возражений и встречных исковых требований ФИО3 сослался на то, что между прежними собственниками земельных домовладений сложился порядок пользования земельными участками. Граница дворовой территории с 1979 года проходила по забору от угла дома матери истицы до угла гаража, принадлежащего его отцу. В связи с ветхостью забора, он поставил на том же месте забор из листового металла. Смежная граница согласована К. в 2005 году, но на тот момент он не являлся собственником земельного участка по (адрес обезличен),3, поэтому указанный акт согласования нельзя признать законным. Споров о смежной границе между прежними собственникам и межу настоящими собственниками до 2015 года не возникало. Необходимость внесения изменений в координаты смежной границы возникла в связи с необходимостью устранения реестровой ошибки, в результате которой межевая граница пересекает жилой дом истца.

ФИО3 также указал, что он всегда предоставлял истице возможность обслуживать жилой дом со стороны его домовладения. За последние 2 года истица устроила отмостку глухой стены жилого дома, утеплила стену и «обшила» ее сайдингом, произвела реконструкцию кровли, подняв ее на 5 м со скатом в сторону его домовладения. 

Сток воды с территории двора он организовал устройством желоба, о том, что он не выполняет свои функции, истцом не представлено доказательств. В том, что строения как истца, так и ответчика расположены с нарушением требований противопожарной безопасности, его вины нет, поскольку строения возведены прежними собственниками. Однако, просил учесть, что деревья и другие насаждения на земельном участке истца также расположены с нарушением норм в непосредственной близости от принадлежащих ему хозпостроек.

В судебном заседании истец-ответчик по встречному иску и ее представители поддержали исковые требования, встречные исковые требования не признали. Просили восстановить срок на подачу иска к администрации Белгородского района о признании недействительным распоряжения администрации о перераспределении земель, полагая, что срок пропущен по уважительной причине, поскольку только в рамках данного дела они были ознакомлены с указанным распоряжением.

Ответчик-истец по встречному иску и его представитель иск не признали, поддержали встречные исковые требования.

Представитель ответчика администрации Белгородского района иск не признал, полагал, что истцом по неуважительной причине пропущен срок для обжалования данного распоряжения.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Белгородской области, кадастрового инженера ООО «Пульсар» ФИО6

Исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, оценив их в совокупности. суд признает исковые требования ФИО1 и встречные исковые требования ФИО3 обоснованными в части и подлежащими частичному удовлетворению.

Согласно свидетельству о праве собственности ФИО1 на основании договора купли-продажи от 07.11.2005 года принадлежит земельный участок площадью 1025 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), расположенный по адресу: (адрес обезличен). Земельный участок стоит на кадастровом учете с определением границ в системе координат кадастрового округа.

Смежный земельный участок, расположенный по адресу: (адрес обезличен), площадью 791 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), принадлежит на праве собственности ФИО3 

Прежними собственниками домовладений, которым были выделены земельные участки площадью по 600 кв.м., являлись Ш. (домовладение №1) и К. (домовладение №3).

В соответствии с актом комиссии сельского совета п. Дубовое от 09.12.1992 года были проведены обмеры земельных участков. Земельный участок К. по фасаду составил 20,45 м,, по задней меже 20м, по правой и левой меже 40,68м. Размер усадьбы Ш. по фасаду составляет 21,85 м, по задней меже 21,05м, по правой и левой меже 26,32м.

15.04.2003 года смежная граница между земельными участками была согласована с К. В соответствии с планом-схемой к акту согласования, межа проходит по стене жилого дома. 

В 2003 году К. дополнительно к имеющемуся земельному участку площадью 600 кв.м. выкупил земельный участок площадью 191 кв.м.

19.02.2004 года К. подарил своему сыну ФИО3 земельный участок площадью 791 кв.м. и расположенный на нем жилой дом с хозяйственными строениями и сооружениями.

Согласно акту от 30.08.2005 года смежная граница между земельными участками была согласована К., на тот момент не являвшимся собственником земельного участка №3 по (адрес обезличен).

В соответствии с заключением кадастрового инженера ФИО6 в межевом плане земельного участка №3 по (адрес обезличен) с кадастровым номером (номер обезличен), межевание проводилось с целью устранения кадастровой ошибки. В связи с тем, что была допущена кадастровая ошибка в сведениях ГКН о местоположении границ земельного участка, по предоставленным координатам вынести точки в натуру не представляется возможным, поэтому координаты земельного участка были пересчитаны в систему СК-31.

Государственный кадастровый учет земельного участка на основании данного межевого плана был приостановлен.

В соответствии с распоряжением администрации Белгородского района от 27.07.2017 года №1257, представленному в материалы дела 16.11.2017 года, произведено перераспределение земель, государственная собственность на которые не разграничена, и земельного участка ФИО3 площадью 791 кв.м., в результате чего площадь земельного участка составила 922 кв.м.

На заявление ФИО1 администрация Дубовского сельского поселения сообщила, что ФИО3 был согласован межевой план земельного участка и земель находящихся в муниципальной собственности с фасадной стороны. Согласно межевому плану интересы ФИО1 не затронуты, так как точки н2 и 2 не соприкасаются с границами ее земельного участка.

ФИО1 полагает, что распоряжение и приложение к нему - схема расположения земельного участка, не соответствуют действительности, так как между земельными участками сторон не имеется земель муниципальной собственности. Между тем, смежная граница земельного участка с нею не согласовывалась.

Земельный участок площадью 922 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен), образованный в результате перераспределения земель, поставлен на кадастровый учет в соответствии с межевым планом, подготовленным кадастровым инженером ФИО6 08.08.2017 года в системе координат кадастрового округа. ФИО1 акт о согласовании границ земельного участка не подписан.

По заключению кадастрового инженера точка 4 на спорной смежной границе является существующей, но программа выдает наложение, поэтому координаты были изменены, площадь сохранилась.

Государственная регистрация прав на этот земельный участок не осуществлена.

Согласно заключению экспертизы ООО «Альтаир» фактические границы земельных участков с кадастровыми номерами (номер обезличен) и (номер обезличен) не соответствуют границам, внесенным в ЕГРН. Границы земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) по данным ЕГРН заходят на фактические границы земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) в т.8 на 0,59м, в т.7 на 0,79 м., в т.11 -0,07м и в т.2 – 0,09м. последние два несоответствия не превышают среднеквадратичную погрешность. Граница земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) по данным ЕГРН пересекает жилой дом №1 в т.19 на 0,82 м., в т.20 - на 0,93м.

Эксперт пришел к выводу, что граница между спорными земельными участками в 2003-2004 году проходила по стене жилого дома №1 и стене хозпостроек домовладения №3.в дальнейшем при межевании, как земельного участка ответчика, так и земельного участка истца, были допущены кадастровые ошибки, что привело к наложению границ земельных участков.

Согласно исполнительной съемке, в результате выполненных натурных измерений земельных участков сторон установлено, что фактическое местоположение столбов навеса и металлического забора не соответствует границе земельного участка, содержащейся в ЕГРН, а расположение жилого дома №1 выходит за границы земельного участка

В соответствии с заключением экспертизы ФБУ ВРЦСЭ Минюста России от 19.04.2018 года отмостка шириной около 0,55 м, примыкающая к водоотводящему лотку дворового покрытия ответчика из тротуарной плитки жилого дома истицы, не имеет трещин, каких-либо видимых повреждений и разрушений. Уклон отмостки к лотку составляет 4%, что соответствует требованиям нормативных документов. На расстоянии 2,7м от забора домовладения №3 отмостка жилого дома №1 на небольшом участке имеет контруклон к стене, что не соответствует требованиям нормативных документов.

Покрытие дворовой территории домовладения №3 из тротуарной плитки выполнено таким образом, что отвод осадков с данного покрытия осуществляется по двум водоотводящим лоткам (водоотводящий желоб имеет ширину 140 мм и глубину 22 мм) и непосредственно по самому покрытию, имеющему уклон в сторону (адрес обезличен). Уклоны лотков способствуют отведению осадков за пределы дворовой территории. Осадки с отмостки жилого дома №1 отводятся в водоотводящий лоток домовладения №3. Возле угла стены жилого дома в месте примыкания к водоотводящему лотку отмостка расположена на 40 мм ниже данного лотка, в связи с чем осадки с дворового покрытия и осадки с отмостки могут в данном месте отводиться в сторону (адрес обезличен) не только по лотку, но и частично по отмостке. Явных предпосылок для попадания осадков под отмостку со стороны домовладения №3 не выявлено.

Однако, при значительном скоплении снега на отмостке непосредственно возле стены жилого дома, а также на территории смежного двора в непосредственной близости от отмостки, и его последующем таянии, возможно образование участков возле и на отмостке, в которых будет скапливаться влага, которая может проникнуть как под отмостку, так ки под стену жилого дома. Для предотвращения попадания влаги под отмостку необходимо своевременно убирать снег и следить за чистотой водоотводящего лотка.

Эксперт отметил, что планировка земельного участка домовладения №1, расположенного по рельефу выше жилого дома, способствует поступлению осадков по участку к дому. В месте примыкания указанного земельного участка к отмостке жилого дома рядом с забором домовладения №3 наблюдается небольшая впадина (образованная уклоном участка, стеной жилого дома и соседним домовладением), в которой также возможно скопление осадков и проникновение их под отмостку.

Установить, имеются ли повреждения стены жилого дома истицы со стороны домовладения ответчика, не представилось возможными, ввиду покрытия ее сайдингом.

Цоколь со стороны домовладения №3 в некоторых местах имеет увлажнение.

В ходе выездного судебного заседания было установлено, что в некоторых местах на стене с внутренней стороны ближе к фасадной части дома видны следы увлажнения, плесени. В подвале под жилым домом имеется значительное количество воды. Цоколь задней стены жилого дома имел участки увлажнения.

Согласно заключению эксперта на кровле хозпостроек домовладения №3 со стороны домовладения №1 необходимо установить снегозадержатели.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ, собственник осуществляет право владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" на основании ст. ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что нарушается его право собственности или законное владение, или что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

По смыслу указанных правовых норм, а также в силу положений ст. 11 ГК РФ, ст. 3 ГПК РФ, обращаясь в суд, истец должен доказать, что его права или законные интересы были нарушены.

Таким образом, в силу закона защите подлежит лишь реально существующее в настоящее время препятствие, которое должно быть связано с виновными действиями ответчика.

В силу ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенных прав является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Способы защиты прав подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Целью судебной защиты с учетом требований ч. 3 ст. 17, ч. 1 ст. 19, ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, является восстановление нарушенных или оспариваемых прав, при этом защита такого права в судебном порядке должна обеспечивать как соразмерность нарушенного права и способа его защиты, так и баланс интересов всех участников спора, а в ряде случаях и неопределенного круга лиц.

ФИО1 не представила убедительных доказательств, свидетельствующих об имеющихся препятствиях со стороны ответчика при проведении работ по обслуживанию стены жилого дома и необходимости установления сервитута шириной 0,45 м от отмостки и вдоль стены жилого дома, демонтажа части забора, закрепленного за углы жилого дома, для прохода к отмостке на расстояние 0,55 м. и установки забора вдоль стены жилого дома на расстоянии 0,55 м от стены жилого дома и по смежной границе палисадника, выходящего на (адрес обезличен).

В судебном заседании истцом не оспаривались доводы ответчика о том, что истец выполнила отмостку жилого дома со стороны смежного домовладения, покрыла стену сайдингом, реконструировала крышу. При этом со стороны ФИО3 препятствий в выполнении указанных работ не имелось. Какие работы необходимо проводить по обслуживанию стены жилого дома, требующие установления сервитута, истцом не указано.

Согласно п. 1 ст. 23 ЗК РФ, частный сервитут устанавливается в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с п. 1 ст. 274 ГК РФ, собственник недвижимого имущества (земельного участка, другой недвижимости) вправе требовать от собственника соседнего земельного участка, а в необходимых случаях и от собственника другого земельного участка (соседнего участка) предоставления права ограниченного пользования соседним участком (сервитута).

Сервитут может устанавливаться для обеспечения прохода и проезда через соседний земельный участок, прокладки и эксплуатации линий электропередачи, связи и трубопроводов, обеспечения водоснабжения и мелиорации, а также других нужд собственника недвижимого имущества, которые не могут быть обеспечены без установления сервитута (п. 2 названной статьи).

Пунктом 3 указанной статьи определено, что сервитут устанавливается по соглашению между лицом, требующим установления сервитута, и собственником соседнего участка и подлежит регистрации в порядке, установленном для регистрации прав на недвижимое имущество. В случае недостижения соглашения об установлении или условиях сервитута спор разрешается судом по иску лица, требующего установления сервитута (п. 3 ст. 274 ГК РФ).

Как следует из содержания приведенной нормы, основанием установления сервитута является необходимость обеспечения, в том числе, прохода и проезда через соседний земельный участок собственника смежного участка.

При этом, в качестве условия установления сервитута закон требует, чтобы эти нужды не могли быть обеспечены без ограничения прав собственника.

Из смысла приведенных норм гражданского и земельного законодательства о сервитуте следует, что с заявлением об установлении сервитута вправе обращаться лицо, которое не имеет возможности пользоваться своим земельным участком или иным имуществом без установления сервитута. При этом, заявитель обязан доказать невозможность использовать принадлежащую ему недвижимость без установления сервитута.

Лицо, обратившееся с требованием об установлении сервитута, обязано доказать принадлежность ему недвижимого имущества, для использования которого просит установить сервитут; необходимость установления сервитута; невозможность нормального хозяйственного использования принадлежащего объекта недвижимости без установления сервитута на чужом объекте недвижимости; осуществление сервитута как наименее обременительное для объекта недвижимости.

Таким образом, право сервитута устанавливается в случае, когда у собственника объекта нет никакой другой альтернативы, кроме предоставления права доступа через имущество, принадлежащее другому лицу.

Требования истца об установлении сервитута на земельный участок ответчиков основаны на том, что невозможен доступ к стене жилого дома. При этом истец в судебном заседании пояснила, что к ответчикам с предложением об установлении сервитута не обращалась, отказ в предоставлении сервитута не получала. По ее мнению, иной возможности ухаживать за стеной жилого дома и отмосткой, как установление сервитута и установка забора на расстояние 1.1м от стены жилого дома, не имеется.

Однако, истец не представила доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, как не представила доказательств необходимости установления сервитута; невозможность нормального хозяйственного использования принадлежащего ей объекта недвижимости без установления сервитута на чужом объекте недвижимости; осуществление сервитута как наименее обременительное для объекта недвижимости.

Фактически такими требованиями истец пытается установить границу и забор на расстоянии 1,1 м от стены жилого дома, полагая, что отмостка находится на ее земельном участке, а 0,55 м ей необходимо выделить для обслуживания жилого дома, в том числе для уборки снега.

В то же время доводы истца о том, что ответчик при уборке снега с дворовой территории складирует снег под стену ее жилого дома, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Не нашли своего подтверждения доводы истца о том, что для отведения осадков с территории двора ответчика, с целью избежать попадание их под отмостку ее жилого дома и его разрушения, необходимо установить водоотводящий желоб шириной 200 мм и длиной 20 м. 

Эксперт указал иной выход для предотвращения попадания осадков под отмостку жилого дома.

При таких обстоятельствах требование истца об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем установления сервитута, демонтажа части забора, устройстве водоотводящего лотка указанных размеров удовлетворению не подлежат.

В то же время, суд полагает, что требования ФИО1 и встречные исковые требования ФИО3 об устройстве системы снегозадержания соответственно на крыше хозпостроек и жилого дома и системы водоотведения на крыше жилого дома подлежат удовлетворению, поскольку эксперт указал на необходимость установки системы водоотведения и снегозадержания.

Не подлежат удовлетворению требования истца о запрете ФИО3 использовать хозпостройку в качестве бани, поскольку доказательств тому, что в настоящее время она используется в таком качестве, не представлено. Ответчик в судебном заседании опровергал данное обстоятельство.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ обязанность по доказыванию нарушения прав лежит на истце. 

В силу положений ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется в числе других способов путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст. 36 ЗК РФ местоположение границ земельного участка и его площадь определяются с учетом фактического землепользования в соответствии с требованиями земельного законодательства. Местоположение границ смежных земельных участков определяется с учетом красных линий, местоположения границ смежных участков (при их наличии), естественных границ земельного участка.

Из системного толкования ст. ст. 22, 29, 37 - 38 ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" (в ред. от 13.07.2015) следует, что одним из документов, необходимых для постановки на кадастровый учет земельного участка или кадастрового учета в связи с изменением уникальных характеристик земельного участка, является изготовленный кадастровым инженером межевой план, содержащий сведения об образуемом земельном участке.

Правилами п. 9 ст. 38 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ (в ред. от 13.07.2015) "О государственном кадастре недвижимости" предусмотрено, что при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае, если указанные в настоящей части документы отсутствуют, границами земельного участка являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Аналогичные положения содержатся и в действующем на момент рассмотрения спора ФЗ "О кадастровой деятельности".

Правоустанавливающие документы сторон на земельные участки не содержат достоверных сведений, определяющих местоположение границ земельных участков, поэтому суд считает, что границы между земельными участками сложились на местности более пятнадцати лет и проходят по стене жилого дома №1 и по стене хозпостроек домовладения №3.

Доводы истца о том, что ответчик самовольно захватил часть принадлежащего ей земельного участка не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Пояснения свидетелей со стороны истца и ответчика о том, имелся ли забор между домовладениями и в каком месте он находился, противоречивы, в связи с чем суд не принимает их в качестве достоверных доказательств по делу. 

Между тем, сопоставив конфигурации границ земельных участков с экспертными изменениями, проанализировав координаты ранее выполненных межевых дел кадастровый инженер Т. пришел к выводу, что граница между спорными земельными участками в 2003-2004 году проходила по стене жилого дома №1 и стене хозпостроек домовладения №3.

Суд соглашается с данным выводом эксперта, поскольку граница соответствует сложившемуся порядку пользования по настоящее время.

Не являются доказательствами, с достоверностью подтверждающими доводы истца о том, что за домом, со стороны домовладения №3 существовала калитка и забор, свидетельство о праве на наследство по завещанию, справка из администрации Дубовского сельского поселения.

В то же время суд не принимает вариант эксперта об установлении границы между земельными участкам на расстоянии 0,45 м от стены жилого дома истца и на расстоянии 0,35 м от стены хозпостроек ответчика, так как эксперт обосновал установление такой границы необходимостью функционирования отмосток строений и их крыш.

Устанавливая строения непосредственно на границе земельных участков собственники должны были понимать, что возникнут трудности при обслуживании, а отмостки будут находиться на чужом земельном участке. 

Поскольку в судебном заседании установлено, что существующий порядок пользования сложился более пятнадцати лет, суд полагает возможным установить границу между земельными участками в соответствии со сложившимся порядком пользования, а именно: по стене жилого дома №1 и далее по существующему забору до угла хозяйственных построек домовладения №3, по стене хозяйственных построек.

Таким образом, оснований для удовлетворения встречных исковых требований в части устранения препятствий в установке отмостки вокруг хозпостроек, не имеется. В то же время не имеется оснований и для демонтажа существующей отмостки, поскольку возражений относительно ее устройства со стороны собственников смежного земельного участка не поступало.

В силу ч.1 ст.218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно п.1 ст. 219 КАС РФ если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Оспариваемое истцом распоряжение администрации Белгородского района от 27.07.2017 года №1257 О перераспределении земель и земельного участка в п. Дубовое Белгородского района Белгородской области поступило в материалы настоящего гражданского дела 16.11.2017 года.

Исковые требования о признании данного распоряжения недействительным истец заявила 10.08.2018 года.

Истец просила восстановить срок на подачу искового заявления, указав, что о постановлении она узнала из представленных документов, о нарушении своих прав узнала из заключения эксперта 25.05.2018 года, узнав, что земельный участок ответчика площадью 922 кв.м. не соответствует фактическому расположению.

Суд считает неубедительным данные доводы истца, так как истцом было заявлено требование о признании недействительным межевого плана и результатов межевания указанного земельного участка еще 24.11.2017 года, то есть связь между заключением экспертизы и нарушением прав истца надуманна, а ходатайство не подлежит удовлетворению.

Иных доказательств, подтверждающих уважительную причину пропуска срока, в нарушение ст.112 ГПК РФ, истцом не представлено.

При таких обстоятельствах суд, применив срок исковой давности, на основании ст.199 ГК РФ, полагает, что требование к администрации Белгородского района удовлетворению не подлежит.

Частью 1 ст. 39 Федерального закона N 221-ФЗ от 24.07.2007 года "О государственном кадастре недвижимости" (действующего до 01.01.2017 года) установлено, что местоположение границ земельных участков подлежит в установленном настоящим Федеральным законом порядке обязательному согласованию с заинтересованными лицами, в случае, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы, или уточнено местоположение границ смежных с ним земельных участков, сведения о которых внесены в государственный кадастр недвижимости.

В соответствии с пунктом 9 ст. 38 указанного выше Закона, при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае, если указанные документы отсутствуют, границами земельного участка являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Согласно части 10 ст. 22 Федерального закона от 13.07.2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (вступившего в законную силу 02.01.2017 года) при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка их местоположение определяется в соответствии с утвержденным в установленном законодательством о градостроительной деятельности порядке проектом межевания территории. При отсутствии в утвержденном проекте межевания территории сведений о таком земельном участке его границами являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

В судебном заседании установлено, что фактическая граница между земельными участками не соответствует юридическим границам земельных участков, что имеются реестровые ошибки при межевании земельных участков, следовательно, требования истца о признании недействительными результатов межевания земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) подлежат удовлетворению.

Что же касается требования о признании недействительным межевого плана и результатов межевания земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен), то межевой план в настоящее время не имеет никакого юридического значения, поскольку этот земельный участок имеет статус «архивный», так как преобразован путем перераспределения земель.

Требование о признании недействительным результатов межевания земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен), не заявлено.

На основании ст. ст. 98,100 ГПК РФ с ФИО3 в пользу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований и требований, по которым отказано, в размере, а с ФИО1 в пользу ФИО3 подлежат взысканию судебные расходы в размере. Несение сторонами судебных расходов подтверждается исследованными в судебном заседании платежными документами, договорами об оказании услуг, передаточными актами.

Руководствуясь ст.ст.197-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, администрации Белгородского района, ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Белгородской области, кадастровому инженеру ООО «Пульсар» ФИО6 об устранении препятствий в пользовании земельным участком и жилым домом путем демонтажа забора, устранении препятствий в установке забора, обустройстве водоотводящего желоба, оборудовании крыши хозпостроек снегозадержателями, запрете использования хозяйственного помещения, признании недействительными межевых планов и результатов межевания, определении местоположения смежной границы, установлении частного сервитута, о признании недействительным распоряжения администрации Белгородского района, взыскании судебных расходов и встречные исковые требования ФИО3 к ФИО1 об установлении смежной границы, установке системы водоотведения и снегозадержания, демонтажа отмостки, обязании не препятствовать в установлении отмостки, и обслуживанию хозяйственных построек, взыскании судебных расходов удовлетворить частично.

Установить смежную границу между земельным участком, расположенным по адресу: (адрес обезличен) и земельным участком, расположенным по адресу: (адрес обезличен) по стене жилого дома №1, далее от угла дома по забору до угла хозяйственных построек домовладения №3 и по стене хозяйственных построек, далее по сложившемуся порядку.

Признать недействительными межевой план и результаты межевания земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) площадью 922 кв.м. 

Обязать ФИО3 оборудовать крышу хозяйственных построек, расположенных на территории домовладения №3 по (адрес обезличен), со стороны домовладения №1 системой снегозадержания.

Обязать ФИО1 оборудовать скат крыши жилого дома №1 по (адрес обезличен) со стороны домовладения №3 системой водоотведения и снегозадержания.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы в размете 42046 рублей 86 копеек.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 судебные расходы в размере 15000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части ФИО1 и ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда через Белгородский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Л.Н. Шевченко

Решение принято в окончательной форме 19 октября 2018 года.