Гражданское дело 

№ 2-540/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

03 сентября 2018 года город Цимлянск

Цимлянский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Степановой И.В.,

при секретаре судебного заседания Алиевой Н.А.,

с участием:

истца ФИО8 и его представителя ФИО9,

ответчика ФИО10 и его представителя адвоката Ганжа С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО10 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО8 обратился в Цимлянский районный суд с иском к ФИО10 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда.

В обосновании своих исковых требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО6. После смерти отца открылось наследство, состоящее, в том числе из жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>

С целью оформления наследственных прав истец обратился в нотариальные органы с заявлением о принятии наследства, на основании чего нотариусом заведено наследственное дело №.

При жизни отцом было составлено завещание, согласно которому ФИО6 распорядился завещаьб все имущество, которым он будет располагать на день смерти, истцу и ФИО10 (двоюродному брату - ответчику по иску) в равных долях по 1\2 доле каждому.

Примерно с середины января 2018 года ответчик вселился в летнюю кухню (в помещении которой оанее проживал отец истца), после чего самостоятельно и не согласовав с истцом, приступил к разрушению хозяйственных построек и вывозу строительных отходов. Обнаружив противоправные действия ответчика истец попытался его остановить, указав ему, что он не имеет право до истечения установленного законом срока на вступление в наследство заниматься разрушением построек, вывозом имущества, перепланировки и разделом домовладения, на что ответчик заявил, что он уже определил для себя половину участка и дома, которыми в дальнейшем будет пользоваться, в связи, с чем и прситупил к отводу соответствующей части домовладения в свое пользование.

Ориентировочно с 13.01.2018 года по 03.02.2018 года ответчик продолжил совершать самоуправные действия по распоряжению общим имуществом, самовольно демонтировав беседку, которую строили его дедушка и отец. Также ответчик демонтировал и вывез в неизвестном направлении два сарая, имевших деревянно-металлический каркас. На месте одного из разрушенных сараев ФИО10 построил деревянный туалет. Проведя осмотр, истец заметил, что на участке были спилены многолетние плодовые деревья: груша и слива.

Перед домовладением были спилены две аботкосы. Были также спилены под корень кустц винограда, находящееся на участке в течение 35 лет. С корнем были вырваны кусты малины. В летней кухне ответчик полностью разрушил и вывез в неизвестном направлении (предположительно сдал в металлолом) часть системы отопления, включая радиаторы. В доме ответчик частично срезал систему отопления и также предположительно сдал в металлолом. В летней кухне ответчик демонтировал пять оконных деревянных рам. Кроме того, ответчик осуществил вывоз деревоотходов, предназначенных для собственных нужд, в значительном количестве.

Помимо прочего, при осмотре домовладения истец обнаружил полное отсутствие металлических навесов для роста винограда (перед беседкой и вдоль дома по всему фасаду) ограждения от дорожек внутри дома. Ворота забора домовладения напротив беседки были разрушены. Электрический опорный столб электроснабжения был разрушен и демонтирован.

Ответчик демонтировал и вывез в неизвестном направлении металлическую верхнюю часть дождевого колодца, что сделало невозможным использование гидротехнических сооружений для полива огорода домовладения. Дождевой колодец и беседка имели для истца культурное и памятное значение как память об отце и деде, построивших их. Данную арматуру и трубы, а также другие металлические конструкции со слов свидетелей (соседей) ответчик сдавал на металлолом, для этого напротив ворот были установлены передвижные весы для взвешивания металлического лома.

За период с 08.01.2018 года по настоящее время ответчик не пытался выйти на контакт с истцом и разъяснить свое поведение, а также предложитьподелиться единолично полученным доходом от сдачи металлолома в пункт приема лома. Истцом в летней кухне была обнаружена тетрадка ответчика предположительно с датами и веятными суммами его доходов от сданного металлолома, а также от реализации дров, из которой следует, что за период с 23 января по 29 января ответчиком был получен доход в общей сумме 57300 рублей. По вопросу незаконно сданного ответчиком металлолома истцу пришлось неоднократно обращаться в полицию, в также в прокуратуру н. Волгодонска.

Таким образом, еще до наддежащего оформления прав на причитающееся наследственное имущество, не согласовав с истцом как сособственником решение вопроса о разделе общего имущества, ответчик совершил действия, направленные на частичное разрушение, ухудшение, уменьшение стоимости наследственного имущества, а также произвел реализацию наследственного имущества с целью получения материальной выгоды.

С целью недопущения совершения ответчиком дальнейших самоуправных действий в порядке ст.1172 Гражданского кодекса РФ, истец обратился к нотариусу Волгодонского (городского) нотариального округа Ростовской области ФИО4 с заявлением о проведении описи наследственного имущества.

03.02.2018 г. по факту совершения ответчиком противоправных действий истец обратился в правоохранительные органы (обращение зарегистрировано КУСП № от 03.02.2018). В результате чего проводилась проверка. Повторное обращение в полицию последовало также 14.04.2018 (КУСП №).

Поскольку причиненный ответчиком ущерб является для истца значительным, истец вынужден обратиться к независимому специалисту (оценщику), которым проведен осмотр домовладения и фотофиксация имущества. В последующем, экспертом были проведены исследования, по результатам которых составлены соответствующие заключения.

Согласно изложенным в Заключении №№ 010.04/18 от 20.04.2018 г. выводам эксперта, по воаросу «Провести оценочное исследование в отношении спиленных плодовых деревьев по адресу: 

<

адрес>, с целью определения стоимости нанесенного имущественного вреда противоправными действиями третьих лиц, в ценах на апрель 2018 года» (поврежденных плодовых деревьев в количестве двух единиц) определена стоимость нанесенного имущественного вреда в ценах апреля 2018 года и составляет 16227 рублей.

Кроме того, в соответствии в Заключением №№ 011.04/18 от 15.06.2018 г., по вопросу «Определить стоимость восстановительного ремонта домовладения №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, поврежденного в результате противоправных действий третьих лиц», стоимость восстановительного ремонта домовладения № (Зафиксированные повреждения жилого дома литер А, А1, а, а1: летней кухни литер Б; промежуточной опоры для подведения электроснабжения в жилой дом) составляет 55701 рубль.

Помимо изложенного, ответчик самовольно демонтировал и вывез а неизвестном направлении располагавшиеся на участке строения:

- здание (нежилое здание, сарай), лит. – «З» по схеме расположения объекта недвижимого имущества на земельном участке, площадь ОКСа – 6,9 кв.м., кадастровый №, согласно выписки из ЕГРН об основных характеристиках объекта недвижимости кадастровой стоимостью ОКСа – 75765,17 руб.;

- здание (нежилое здание, сарай), лит. – «И» по схеме расположения объекта недвижимого имущества на земельном участке, площадь ОКСа – 3,8 кв.м., кадастровый №, согласно выписки из ЕГРН об основных характеристиках объекта недвижимости кадастровой стоимостью ОКСа – 42 386,53 руб.;

- беседка лит. – «Г» по схеме расположения объекта недвижимого имущества на земельном участке, площадь ОКСа – 2,2 кв.м., кадастровый №, согласно выписки из ЕГРН об основных характеристиках объекта недвижимости кадастровой стоимостью ОКСа – 10 987,33 руб.

После произведенного ответчиком разрушения указанных хозяйственных построек ответчик обращался в органы БТИ по вопросу определения инвентаризационной стоимости строений, расположенных на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, и согласно выданной ФИО10 справке демонтированные им постройки по состоянию на 13.03.2018 на техническом учете уже не значатся (справка № 116.1 от 13.03.2018).

Вследствие произведенного ответчиком разрушения хозяйственных построек истцу был причинен дополнительный ущерб (провести оценку разрушенных ответчиком строений не представляется возможным в виду отсутствия объектов, в связи, с чем полагает необходимым принимать во внимание данные ГКН о кадастровой стоимости разрушенных объектов).

Общий размер разрушенного и уничтоженного ответчиком наследственного имущества оценивается в 201067,03 рублей (из расчета: 16227 + 55701 + 75765,17 + 42 386,53 + 10987,33). С учетом принадлежащей истцу 1\2 доли в наследстве, с ответчика подлежит взысканию денежная компенсация причиненного ущерба за разрушенные постройки, спиленные деревья, повреждения жилого дома и летней кухни, опоры для подведения электроснабжения в дом в размере 100533 рубля (из расчета 201067,03/2).

Также истцу полагается половина дохода от единого ответчиком металлического лома с участка отца истца, поскольку полученный ответчиком доход является неосновательным обогащением. По сведениям, полученным от сотрудников полиции после проведенной проверки, ответчик получил доход от сдачи лома в размере 12600 рублей. Размер доли истца в стоимости вывезенного металлического лома с участка составляет 6300 рублей. Таким образом, с ответчика подлежит взысканию в пользу истца 106833 рубля (из расчета: 100533 + 6300).

Кроме того, полагает, что в результате совершения ответчиком противоправных самоуправных действий истцу был причинен моральный вред, который также подлежит компенсации. Так, демонтаж системы отопления привел к невозможности пользования домовладением в зимний период. Кроме того, истцу приходилось принимать многочисленные попытки по урегулированию ситуации и пресечению указанных противоправных действий и уменьшению наследственного имущества (что выразилось, в том числе, в обращении в полицию и нотариальные органы, и безуспешных попытках урегулирования с ответчиком ситуацию мирным способом), на что было потречено много времени, и что привело к дополнительным переживаниям и возникновению стресса, вследствие чего у истца появилась бессоница и раздражительность, стало беспокоить повышенное давление, возникли головные боли.

В связи с этим и в результате противоправных действий ответчика истцу был причинен моральный вред (физические и нравственные страдания), который оценивает в размере 50000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 131-132 ГПК РФ, истец просит суд взыскать с ФИО10 в пользу ФИО8:

- 100533 рубля – в качестве размера причиненного ущерба;

- 6300 рублей – в качестве неосновательного обогащения;

- 50000 рублей – в качестве компенсации морального вреда.

Взыскать с ФИО10 в пользу ФИО8 понесенные по делу расходы, в том числе:

- 4600 рублей – расходы на оплату услуг нотариуса по охране наследуемого имущества;

- 13390 рублей – расходы по услуге независимого судебного эксперта;

- 1930 рублей – расходы на услуги УФК РО (филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ростовской области);

- 3636 руб. 66 коп. – расходы по оплате государственной пошлины.

В судебном заседании истец ФИО8 и его представитель по доверенности ФИО9, полностью поддержали исковые требования, настаивали на их удовлетворении.

Ответчик ФИО10 и его представитель адвокат Ганжа С.С. исковые требования не признали, просили отказать в иске.

Выслушав стороны, их представителей, изучив материалы дела, суд считает исковые требования ФИО8 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, что предполагает предоставление участвующим в судебном разбирательстве сторонам равных процессуальных возможностей по отстаиванию своих прав и законных интересов.

Наиболее часто формой выражения материального (имущественного) вреда в гражданских правоотношениях являются убытки.

Под убытками в силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 13 - 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» понимается следующее:

- реальный ущерб - утрата или повреждение имущества, а также расходы, которые произведены (или будут произведены в будущем) лицом, право которого нарушено, для его восстановления;

- упущенная выгода - неполученные доходы, которые лицо, которому причинен вред, могло бы получить при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Тем самым понятие «ущерб» применительно к имущественному вреду (то есть реальный ущерб) является его составной частью и предполагает некие имущественные потери.

Убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 указанного Кодекса РФ признаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу вышеприведенных правовых норм возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков и размер этих убытков. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (абзацы 1 и 3 пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В силу статьи 1082 Гражданского кодекса РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки.

Таким образом, из смысла приведенных норм закона следует, что ответственность за причиненный вред наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истце лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и размера ущерба, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

Из материалов дела следует, что истец ФИО8 и ответчик ФИО10 являются наследниками по завещанию имущества ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ по 1\2 доле каждый.

Наследство состоит из земельного участка площадью 573 кв.м. и жилого дома площадью 67,7 кв.м., расположенных по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельствами о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>2 и от ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>5 (л.д. 7, 120).

Как следует из пояснений истца ФИО8 и не оспаривалось ответчиком ФИО10, примерно с середины января 2018 года ответчик ФИО10 вселился в летнюю кухню указанного домовладения, где проживал до ДД.ММ.ГГГГ.

В период проживания ответчика ФИО10 до вступления его в наследственные права, ФИО10 без согласования с истцом ФИО8 самостоятельно осуществлял самоуправные действия, а, именно: осуществил сдачу металлолома со двора, спилил деревья, разрушил нежилые строения литера «З», «И» и «Г», вырезал половину системы отопления в жилом доме, самовольно заменил столб энергоснабжения. 

Согласно завещания истец и ответчик являются наследниками в равных долях.

В силу частей 1 и 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Из анализа данных правовых норм следует, что законом установлена презумпция согласия одного собственника на распоряжение общим имуществом другим собственником.

В силу частей 1 и 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Из заявлений истца ФИО8 в ОП № 1 МУ МВД России «Волгодонское» (л.д. 8-13) следует, что истец обращался в правоохранительные органы по факту самовольных действий ответчика ФИО10 в отношении наследственного имущества ФИО6

Из Постановления об отказе в возбуждении уголовного от 06 февраля 2018 года (л.д. 14) следует, что в данном случае в действиях гр. ФИО10 отсутствуют признаки состава какого-либо преступления, предусмотренного УК РФ, а усматриваются гражданско-правовые отношения и, руководствуясь п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, ст.144, 145, 148 УПК РФ, УУП ОП № 1 МУ МВД России «Волгодонское» ФИО5 постановил: отказать в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО8 в отношении гр. ФИО10 на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в действиях гр. ФИО10 признаков состава какого-либо преступления, предусмотренного УК РФ. Рекомендовать ФИО8 обратиться в мировой суд в частном порядке.

С целью недопущения совершения ответчиком ФИО10 дальнейших самоуправных действий в порядке статьи 1172 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец был вынужден обратиться к нотариусу с заявлением о проведении описи наследственного имущества.

02 марта 2018 года нотариусом Волгодонского (городского) нотариального округа Ростовской области ФИО4 (л.д. 15) была произведена опись наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ, проживавшего на день смерти по адресу: 

<

адрес>.

Описи подвергнуто следующее имущество:

- здание - жилой дом с кадастровым номером № площадью 67,7 кв.м.,

- здание - летняя кухня с кадастровым номером № площадью 6,1 кв.м.,

- здание - гараж с кадастровым номером № площадью 19,7 кв.м.,

- здание – сарай с кадастровым номером № площадью 76,0 кв.м.,

- здание - сарай с кадастровым номером № площадью 6,9 кв.м.,

- здание - сарай с кадастровым номером № площадью 3,5 кв.м.

Из пояснений ответчика ФИО10 в судебном заседании установлено, что свои действия он ни с кем не согласовывал, ему надо было привести все в порядок. Он сдал металлолом на сумму 12500,00 рублей, половину указанной суммы истцу не отдавал, поскольку осталась вторая половина несданного металлолома. Беседка была в плачевном состоянии, крыша обрушилась, а передняя часть навеса наклонилась на дорожку и в любой момент могла рухнуть. Он принимал решения самостоятельно, без согласования с истцом о ее демонтаже. Другие два сарая были демонтированы в 2013 году. Опору не демонтировал, это делали электросети. Можно было позвонить истцу, но он принял такое решение.

В судебном заседании свидетели ФИО1 и ФИО2 подтвердили факт самоуправных действий ФИО10 на территории наследуемого имущества по адресу: 

<

адрес>. 

Из показаний свидетеля ФИО3 установлено, что в июне-июле прошлого года помогал ФИО10 пилить грушу.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Учитывая, что ответчик, являясь долевым собственником наследственного имущества, должен был действовать добросовестно по отношению ко второму сособственнику, должен был все мероприятия по очистке территории земельного участка, наведению порядка в объектах недвижимости проводить с согласия другого собственника, то есть истца. Принимая во внимание то обстоятельство, что ответчик в судебном заседании не отрицал свои односторонние действия, суд приходит к выводу, о наличии вины ответчика в его самоуправных действиях. 

Кроме того, в судебном заседании ответчик не доказал отсутствие своей вины в причинении материального ущерба, причиненного в результате его самоуправных действий, который должен быть возложен на ФИО10

Доводы представителя ответчика об отсутствии вины ФИО10 в причинении материального ущерба, поскольку он не был привлечен к административной или уголовной ответственности уполномоченным на то органом, суд признает несостоятельными, поскольку указанное обстоятельство не свидетельствует об отсутствии вины ответчика, владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, определяется по соглашению ее участниками.

Ответчик ФИО10 нарушил требование, установленное законом.

Кроме того, суд учитывает и то обстоятельство, что на момент распоряжения наследуемым имуществом ответчик ФИО10 еще не вступил в свои наследственные права, а поэтому обязан возместить истцу ущерб, причиненный в результате своих самостоятельных, самоуправных действий.

Истец ФИО11 просит суд взыскать с ответчика ФИО10 в счет возмещения материального ущерба сумму в размере 100533,00 рубля, которая состоит из следующего: общий размер разрушенного и уничтоженного ответчиком наследственного имущества истец оценивает в 201067,03 рублей (из расчета: 16227 стоимость спиленных деревьев + 55701 стоимость восстановительного ремонта домовладения № + 75765,17 стоимость здания литер «З» + 42386,53 стоимость здания сарая литер «И» + 10987,33 стоимость беседки литер «Г») – это денежная компенсация причиненного ущерба за разрушенные постройки, спиленные деревья, повреждения жилого дома и летней кухни, опоры для подведения электроснабжения в дом в размере 100533 рубля (из расчета 201067,03 : 2).

Однако, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении требований истца о взыскании материального ущерба в виду следующего:

Истцом ФИО8 в судебном заседании не предоставлено достаточных доказательств наличия спиленных деревьев и разрушенных построек на момент смерти наследодателя ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В этой части суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Зафиксированные повреждения жилого дома литер А, А1, а, а1; летней кухни литер Б; промежуточной опоры для подвода электроснабжения в жилой дом по адресу: 

<

адрес>, нашли свое подтверждение в судебном заседании и не оспаривались ответчиком ФИО10

Что касается стоимости указанных повреждений, то суд принимет за основу заключение экспертного исследования Негосударственного судебного эксперта ФИО7 № 011.04/18 от 15 июня 2018 года (л.д. 52-85) в части определения стоимости восстановительного ремонта, которая составляет 55701,00 рубль.

В результате экспертом был произведен расчет стоимости затрат в текущих ценах в соответствии с индексами пересчета базисной стоимости ремонтно-строительных работ в уровень цен действующих по состоянию на 15 июня 2018 года на территории Ростовской области.

Стоимость ремонтных работ определена и представлена в Таблицах № 2, которая является неотъемлемой частью настоящего заключения эксперта.

Экспертное исследование проведено на основе исследования нормативной и специальной литературой, научно-методических материалов и непосредственно объекта исследования. 

Лицо, проводившее судебную экспертизу, обладает специальными познаниями и опытом работы. Составленное им заключение отвечает требованиям, предъявляемым к данному виду доказательств. При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для несогласия с экспертным заключением.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, суд пришел к выводу, что доказательством, подтверждающим размер причиненного ущерба домовладению № следует принять заключение Негосударственного судебного эксперта ФИО7, в связи с тем, что судом не установлено ни одного объективного факта, на основании которого можно усомниться в правильности или обоснованности заключения эксперта.

Суд принимает то обстоятельство, что ответчиком данное заключение не оспорено.

Суд соглашается с представленным экспертным заключением Негосударственного судебного эксперта ФИО7 и считает возможным положить его в основу решения суда в части определения размера материального ущерба.

Оценивая экспертное заключение, учитывается, что заключение, равно как и другие доказательства по делу не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. Заключение дано на основании детального осмотра домовладения, использования нормативной документации.

При таких обстоятельствах, поскольку в результате самостоятельных действий ответчика домовладению № причинен ущерб, то, именно, ответчик должен возмещать вред, причиненный в результате этих действий истцу.

Доводы ответчика о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку ответчик не признан виновным по уголовному делу, не может быть принят судом, поскольку доказательств отсутствия вины ответчика суду не предоставлено.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца материального ущерба в размере 55701,00 рубль.

Кроме того, истец просит суд взыскать с отвечика неосновательное обогащение в размере 6250,00 рублей.

В указанной части суд пришел к выводу об отказе в исковых требованиях, поскольку документального подтверждения указанной суммы суду не предоставлено.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, в связи с нарушением прав потребителя в размере 50000,00 рублей.

Поскольку истцом ФИО8 суду не представлено доказательств нравственных и физических страданий, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд пришел к выводу об отказе в указанной части в исковых требованиях.

Разрешая настоящий спор суд учитывает требования статей 12, 35, 39, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об осуществлении гражданского судопроизводства на основании равноправия и состязательности сторон, когда каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения. 

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанном на соблюдении принципов, закрепленных в частях 1-3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Оценивая полученные судом доказательства, суд полагает, что в совокупности они достоверны, соответствуют признакам относимости и допустимости доказательств, установленными статьями 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и вследствие изложенного содержат доказательства, которые имеют значения для рассмотрения и разрешения настоящего дела, а также устанавливают обстоятельства, которые могут быть подтверждены только лишь данными средствами доказывания. 

Таким образом, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого из указанного доказательства, представленного истцом, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности, суд полагает правомерным постановить решение, которым исковые требования ФИО8 удовлетворить частично и взыскать в его пользу с ответчика ФИО10 материальный ущерб в размере 55 701,00 рубль, в остальной части исковых требований отказать.

Вопросы, связанные с возмещением судебных расходов, регулируются нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (статья 98).

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истец просит суд взыскать с ответчика ФИО10 расходы на оплату услуг нотариуса по охране наследуемого имущества в размере 4600,00 рублей, расходы, связанные с оплатой услуг эксперта в размере 7 000,00 рублей, расходы на услуги Управления Росреестра в размере 1930,00 рублей. 

Данные расходы истца подтверждаются предоставленными суду документами (л.д. 4, 15, 105-112).

Кроме того, истец ФИО8 просил взыскать в его пользу оплаченную госпошлину в размере 3 636,66 рублей.

Поскольку исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию уплаченная истцом при подаче искового заявления государственная пошлина в размере 1871,03 рубль пропорционально размеру удовлетворенных судом требований.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО8 к ФИО10 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО10 в пользу ФИО8 материальный ущерб в размере 55701,00 (Пятьдесят пять тысяч семьсот один) рубль.

Взыскать с ФИО10 в пользу ФИО8 расходы, понесенные по делу: 

- расходы на оплату услуг нотариуса по охране наследуемого имущества в размере 4600,00 рублей,

- расходы услуг независимого судебного эксперта в размере 7000,00 рублей,

- расходы на услуги Управления Росреестра в размере 1930,00 рублей,

- расходы по уплате государственной пошлины в размере 1871,03 рубль.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Цимлянский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья подпись И.В. Степанова

Решение в окончательной форме изготовлено 07 сентября 2018 года.