Дело № 2-22/2024 (2-1855/2023)

УИД 49RS0008-01-2023-002306-83

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

пос. Усть-Омчуг 14 марта 2024 года

Хасынский районный суд Магаданской области в составе

председательствующего судьи Атюшевой Н.В., 

при секретаре Мещеряковой М.М., 

с участием представителя истца – заместителя прокурора Тенькинского района Магаданской области Галимьяновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в поселке Усть-Омчуг гражданское дело по исковому заявлению и.о. прокурора города Магадана Корниенко Ю.В., поданное в защиту прав ФИО1, к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании № от ДД.ММ.ГГГГ, возложении на акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» обязанности в течение 30 календарных дней с момента вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1; признании незаконным использование АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» персональных данных ФИО1; взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

и.о. прокурора города Магадана обратился в интересах ФИО1 в Хасынский районный суд Магаданской области с вышеуказанным иском.

В обоснование иска указал, что по обращению ФИО1 проведена проверка по факту неправомерного перевода её пенсионных накоплений в негосударственный пенсионный фонд, по результатам которой установлено, что её пенсионные накопления переведены из Пенсионного фонда Российской Федерации в акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в соответствии с новым договором об обязательном пенсионном страховании, якобы заключенным между ответчиком и ФИО1, который она с ответчиком не заключала, доверенности на заключение договора никому не выдавала, поручения удостоверяющему центру на выпуск электронной подписи для подписания заявления о переходе в негосударственный пенсионный фонд не давала. Несмотря на это, в единый реестр застрахованных лиц Пенсионного фонда России были внесены изменения, в результате которых накопительная пенсия ФИО1 переведена в АО «НПФ «Будущее».

Утверждает, что подписи застрахованного лица в спорном договоре и в заявлении о переходе застрахованного лица из Пенсионного фонда РФ в НПФ, предоставленные якобы лично ФИО1, не соответствуют ее подписи, имеющейся в обращении в прокуратуру г. Магадана и в паспорте, что вызывает сомнение в их подлинности. 

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, положения ст. 154, 160, 168 ГК РФ, ст. 36.5, 36.6 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», просит суд признать договор об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ № недействительным; обязать ответчика в срок 30 дней со дня вступления решения суда в законную силу передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 

<

данные изъяты>, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>; передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1; признать незаконным использование АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» персональных данных ФИО1; взыскать с АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 10 000 рублей.

Определением судьи Хасынского районного суда Магаданской области от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ГУ – Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, ГУ отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Магаданской области, ГУ отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по г. Москве и Московской области, ГУ отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Республике Татарстан, нотариус Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО2

Определением Хасынского районного суда Магаданской области от ДД.ММ.ГГГГ по данному делу назначена судебная комплексная почерковедческая и технико-криминалистическая экспертиза документов, производство по делу приостановлено.

Определением Хасынского районного суда Магаданской области от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу возобновлено.

Участвующий в судебном заседании прокурор исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. 

Истец в судебном заседании не участвовала, о дате месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом.

Представитель ответчика АО НПФ «Будущее» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

В письменных возражениях указал, что в исковом заявлении отсутствуют основания, предусмотренные ч. 1 ст. 166 ГК РФ, по которым договор об обязательном пенсионном страховании между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее» может быть признан недействительным. После поступления в АО «НПФ «Будущее» договора об обязательном пенсионном страховании, заключенного с ФИО1, была проведена соответствующая проверка качества оформления и заключения с ней указанного договора, в результате которой каких-либо нарушений выявлено не было. В Фонде действует система безопасности, включающая комплекс мер по осуществлению многоуровневого контроля уже заключенных договоров об обязательном пенсионном страховании, введены в действие ряд документов, регламентирующих порядок обработки поступающих в Фонд договоров об обязательном пенсионном страховании и порядок осуществления внутреннего контроля за достоверностью предоставляемых агентами и партнерами Фонда документов. 

В результате проведения указанной проверки качества оформления и заключения с ФИО1 договора об обязательном пенсионном страховании нарушений не выявлено, в связи с чем считает, что Фонд действовал добросовестно и в полном соответствии с действующим законодательством, поэтому основания для признания договора об обязательном пенсионном страховании недействительным отсутствуют. 

Указывает, что истец, не приводя доказательств в обоснование своих доводов о фиктивности заключенного договора, действует недобросовестно, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Считает, что оспариваемый договор не влечет для истца никаких неблагоприятных последствий, и она праве передать средства своих пенсионных накоплений в территориальный фонд СФР или иной негосударственный пенсионный фонд путем заключения соответствующего договора и направления в СФР заявления о переходе (досрочном переходе). Наличие договора об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «Будущее» не лишает истца этого права. 

Не соглашаясь с заявленным требованием о компенсации морального вреда, ответчик, ссылаясь на положения ст. 151, 1100 ГК РФ, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10, указывает, что признаки нарушения ответчиком норм действующего законодательства, повлекших нарушение прав истца, не установлены, факт причинения истцу нравственных и физических страданий не подтвержден, истцом не указано, в чем выразились эти страдания.

Ссылаясь на положения Федерального закона от 27.07.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», а также Указание Банка России от 23.06.2015 года № 3688-У «О форме и порядке формирования реестра обязательств негосударственного пенсионного фонда, поставленного на учет в системе гарантирования прав застрахованных лиц в системе обязательного пенсионного страхования Российской Федерации перед застрахованными лицами» указывает, что Фонд обязан обеспечивать сохранность персональных данных застрахованных лиц в течение всей их жизни, поэтому правовые основания для прекращения Фондом обработки персональных данных истца отсутствуют. Просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Представитель третьего лица ГУ Фонд пенсионного и социального страхования РФ в суд не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя.

В письменном отзыве указал, что заявление ФИО1 о досрочном переходе из ПФР в АО «НПФ «Будущее» от ДД.ММ.ГГГГ № поступило на обработку в отделение ОСФР в г. Москве и Московской области.

Договор об обязательном пенсионном страховании между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее» от ДД.ММ.ГГГГ № поступил в ОСФР по Республике Татарстан. Сумма средств пенсионных накоплений ФИО1, переданная ДД.ММ.ГГГГ из ПФР в АО «НПФ «Будущее», составляет 

<

данные изъяты> руб. В результате досрочного перехода удержан инвестиционный доход в размере 

<

данные изъяты> руб. Ссылаясь на ст. 12, 15 ГК РФ, п. 6.1 ст. 36.4, п. 2 ст. 36.5, ст. 37 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», указал, что в случае, если после внесения изменений в Единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению. Данное обстоятельство является основанием для применения специальных последствий недействительности сделки, в частности, для фонда возникает обязанность по передаче предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средств пенсионных накоплений и средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, а также процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемых в соответствии со ст. 395 ГК РФ. Кроме того, в качестве последствия недействительности договора об обязательном пенсионном страховании подлежит восстановлению предыдущим страховщиком удержанный результат инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица в том виде, как он существовал до удовлетворения заявления застрахованного лица при досрочном переходе из ПФР в негосударственный пенсионный фонд, из негосударственного пенсионного фонда в другой негосударственный пенсионный фонд. При этом органы СФР не обладают полномочиями по установлению недостоверности сведений и подложности документов, в обратном случае со стороны контролирующих органов подобные действия органов СФР могут быть расценены как превышение полномочий со стороны должностных лиц органов СФР. В случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между истцом и АО НПФ «Будущее», недействительным, у ФИО1 возникают убытки, которые подлежат возмещению ответчиком АО НПФ «Будущее» вследствие его неправомерных действий.

Представитель третьего лица ГУ ОСФР по Республике Татарстан о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя. 

В письменном отзыве указал, что АО «НПФ «Будущее» уведомило отделение ПФР по Республике Татарстан в ДД.ММ.ГГГГ году о заключении договора об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 Заявление о досрочном переходе в АО «НПФ «Будущее» от ДД.ММ.ГГГГ, поданное от имени ФИО1, в территориальные органы ПФР по Республике Татарстан не поступало и не регистрировалось. По данным информационной системы СФР, заявление обработано Отделением ПФР по г. Москве и Московской области. Договор об обязательном пенсионном страховании, заключенный между ФИО1 и АО «НПФ «Будущее», изъят Следственной частью Главного следственного управления МВД по Республике Татарстан. Отделение не располагает документами, поступившими в иные территориальные органы Фонда пенсионного и социального страхования РФ. 

Ссылаясь на ст. 36.7, ст. 36.5, 36.8, 36.11 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», ст. 167 ГК РФ, указал, что в случае признания заключенного договора недействительным подлежат применению последствия недействительности сделки, предусмотренные п. 5.3 ст. 36.6 Закона № 75-ФЗ, в частности, для соответствующего фонда возникает обязанность по передаче предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средств пенсионных накоплений, определенных в порядке, установленном п. 2 ст. 36.1 Закона № 75-ФЗ, а также процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемых в соответствии со ст. 395 ГК РФ, и средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица. Кроме того, в качестве последствия недействительности договора об обязательном пенсионном страховании подлежит восстановлению предыдущим страховщиком удержанный результат инвестирования средств пенсионных накоплений застрахованного лица в том виде, как он существовал до удовлетворения заявления застрахованного лица при досрочном переходе из СФР в негосударственный пенсионный фонд, из негосударственного пенсионного фонда в другой негосударственный пенсионный фонд. Предыдущим страховщиком ФИО1 являлся Пенсионный фонд РФ. За досрочный переход в НПФ Пенсионным фондом РФ было произведено удержание суммы 

<

данные изъяты> руб.

Представитель третьего лица ГУ ОСФР в г. Магадане Магаданской области в суд не явился, о времени, дате и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, просил рассмотреть дело в свое отсутствие. 

В письменном отзыве привел доводы, аналогичные доводам ГУ Фонд пенсионного и социального страхования РФ и ГУ ОСФР по Республике Татарстан.

Третье лицо нотариус ФИО2 о дате и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в свое отсутствие. 

В письме сообщила, что нотариальное действие по свидетельствованию подлинности подписи гр. ФИО1 на заявлении застрахованного лица о досрочном переходе из Пенсионного фонда РФ в Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» она не совершала, ФИО1 ни в ДД.ММ.ГГГГ году, ни в какое другое время к ней с целью совершения нотариальных действий никогда не обращалась. Нотариальные действия в отношении ФИО1 ею никогда не совершались. По данному факту она ДД.ММ.ГГГГ обратилась в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела.

Представитель третьего лица ГУ ОСФР по г. Москве и Московской области в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен, о причинах неявки суд не уведомил.

Суд, руководствуясь ч. 3, 4, 5 ст.167 ГПК РФ, с учетом мнения участвующего в деле прокурора, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, по имеющимся в деле доказательствам, поскольку участие в судебном заседания является правом стороны. Неявка в судебное заседание лица, получившего извещение о времени и месте слушания дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу. 

Выслушав пояснения представителя истца, исследовав доказательства, суд приходит к следующему.

В силу п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Как следует из п. 3 ст. 154 ГК РФ при заключении двустороннего договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 36.4 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее - Федеральный закон № 75-ФЗ) (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), договор об обязательном пенсионном страховании заключается между фондом и застрахованным лицом. В один и тот же период в отношении каждого застрахованного лица может действовать только один договор об обязательном пенсионном страховании.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации.

Статьей 36.3 вышеназванного Закона установлены требования к договору об обязательном пенсионном страховании. Типовая форма договора об обязательном пенсионном страховании утверждается Банком России.

В договоре об обязательном пенсионном страховании должны быть указаны, в том числе наименования сторон; страховой номер страхового свидетельства обязательного пенсионного страхования застрахованного лица, фамилия, имя и отчество застрахованного лица, в том числе фамилия, которая была у застрахованного лица при рождении, дата и место рождения, пол застрахованного лица в соответствии с требованиями Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования»; реквизиты сторон.

В соответствии с п. 3 ст. 36.4 Федерального закона № 75-ФЗ договор об обязательном пенсионном страховании вступает в силу со дня зачисления перечисленных предыдущим страховщиком средств пенсионных накоплений на счет нового страховщика. В случае возврата предыдущему страховщику средств пенсионных накоплений по основанию, предусмотренному абзацем седьмым п. 1 ст. 36.6 указанного Федерального закона, договор об обязательном пенсионном страховании застрахованного лица с указанным страховщиком считается заключенным на условиях ранее заключенного договора и вступает в силу со дня зачисления средств пенсионных накоплений, указанных в п. 5.3 ст. 36.6 указанного Федерального закона, на счет этого страховщика. При этом подача в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления застрахованного лица о переходе в фонд не требуется.

Согласно п. 4 ст. 36.4 Федерального закона № 75-ФЗ при заключении договора об обязательном пенсионном страховании в случае реализации застрахованным лицом права на отказ от формирования накопительной пенсии через Пенсионный фонд Российской Федерации и права на выбор фонда для формирования накопительной пенсии должен соблюдаться следующий порядок: договор об обязательном пенсионном страховании заключается в простой письменной форме; заявление о переходе в фонд направляется застрахованным лицом в Пенсионный фонд Российской Федерации в порядке, установленном ст. 36.7 вышеуказанного Федерального закона.

Пенсионным фондом Российской Федерации вносятся соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц в срок до 1 марта года, следующего за годом подачи застрахованным лицом заявления о переходе в фонд, при условии, что фонд уведомил Пенсионный фонд Российской Федерации о вновь заключенном с застрахованным лицом договоре об обязательном пенсионном страховании в порядке, установленном абз. 2 ст. 36.2 указанного Федерального закона, договор об обязательном пенсионном страховании заключен надлежащими сторонами и заявление застрахованного лица о переходе в фонд, поданное в Пенсионный фонд Российской Федерации в порядке, установленном ст. 36.7 указанного Федерального закона, удовлетворено; уведомление о внесении изменений в единый реестр застрахованных лиц направляется Пенсионным фондом Российской Федерации застрахованному лицу и в фонд, с которым застрахованное лицо заключило договор об обязательном пенсионном страховании, в срок, установленный абзацем шестым настоящего пункта.

В соответствии с п. 1, 2, 4 ст. 36.7 Федерального закона № 75-ФЗ, застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход в фонд не чаще одного раза в год путем подачи заявления в Пенсионный фонд Российской Федерации в порядке, установленном указанной статьей. Формы заявления застрахованного лица о переходе и заявления застрахованного лица о досрочном переходе в фонд и инструкции по заполнению форм указанных заявлений утверждаются Пенсионным фондом Российской Федерации. Заявление застрахованного лица о переходе (заявление о досрочном переходе) в фонд направляется им в Пенсионный фонд Российской Федерации не позднее 31 декабря текущего года. Застрахованное лицо может подать указанное заявление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично или направить иным способом. В последнем случае установление личности и проверка подлинности подписи застрахованного лица осуществляются: 1) нотариусом или в порядке, установленном п. 2 ст. 185.1 ГК РФ; 2) должностными лицами консульских учреждений Российской Федерации в случаях, если застрахованное лицо находится за пределами территории Российской Федерации; 4) в порядке, установленном Правительством Российской Федерации; 5) многофункциональным центром предоставления государственных и муниципальных услуг.

Пунктом 6.1 ст. 36.4 названного Федерального закона предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц договор об обязательном пенсионном страховании признан судом недействительным, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 указанного Федерального закона.

Согласно абз.7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона № 75-ФЗ, договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

В случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании по основаниям, предусмотренным абз. 2 и 7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона № 75-ФЗ, для соответствующего фонда возникает обязанность по передаче средств пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии в порядке, установленном ст. 36.6 настоящего Федерального закона (п. 4 ст. 36.5 Федерального закона № 75-ФЗ). 

В соответствии с абз.7 п. 1 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ, в случае прекращения договора об обязательном пенсионном страховании в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 настоящего Федерального закона средства пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии подлежат передаче предыдущему страховщику.

Согласно п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ при наступлении обстоятельства, указанного в абз. 7 п. 1 настоящей статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6.1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, включая единый портал государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика.

Порядок расчета средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счет дохода от инвестирования неправомерно полученных средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица и подлежащих передаче предыдущему страховщику в соответствии с абзацем первым настоящего пункта, устанавливается уполномоченным федеральным органом.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, на основании заявления застрахованного лица от ДД.ММ.ГГГГ № о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, поданного в ОПФР по г. Москве и Московской области, договора об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ № средства пенсионных накоплений на формирование накопительной пенсии ФИО1, находившиеся в Пенсионном фонде Российской Федерации, переведены в АО «НПФ «Будущее» (т. 1 л.д. 26-27).

В соответствии с ответом Государственного учреждения – Отделения Пенсионного Фонда Российской Федерации по Магаданской области от ДД.ММ.ГГГГ договор с АО «НПФ «Будущее» обработан в Отделение ПФР по Республике Татарстан (т. 1 л.д. 24-25).

В результате реорганизации в соответствии со ст. 18 Федерального закона от 14.07.2022 года № 236-ФЗ «О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации» с 01.01.2023 года создан Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации (СФР) в форме присоединения к Государственному учреждению – Пенсионному фонду Российской Федерации (ПФР) Государственного учреждения – Фонда социального страхования Российской Федерации, с одновременным переименованием ПФР на СФР.

Согласно данным индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ страховщиком является АО «НПФ «Будущее» (т. 1 л.д. 92-94).

По информации Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Магаданской области сумма переданных накоплений ФИО1 составила 

<

данные изъяты> руб. В результате досрочного перехода произведено удержание инвестиционного дохода в сумме 

<

данные изъяты> руб. (т. 1 л.д. 24-25).

В соответствии с выпиской АО «НПФ «Будущее» о состоянии пенсионного счета накопительной пенсии застрахованного лица сумма поступивших страховых взносов на накопительную часть пенсии из ПФР на ДД.ММ.ГГГГ составила 

<

данные изъяты> руб.). Результат инвестирования – - 

<

данные изъяты> руб. Сумма пенсионных накоплений по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 

<

данные изъяты> руб. (т. 1 л.д. 21-23).

Согласно отметке на заявлении от имени ФИО1 №, установление личности и проверка подлинности подписи застрахованного лица произведены нотариусом Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО2 (т. 1 л.д. 26).

Вместе с тем, как следует из письменного ответа нотариуса Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, нотариальное действие по свидетельствованию подлинности подписи гр. ФИО1 на заявлении застрахованного лица о досрочном переходе из Пенсионного фонда РФ в Акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» она не совершала, ФИО1 ни в ДД.ММ.ГГГГ году, ни в какое другое время к ней с целью совершения нотариальных действий никогда не обращалась. Нотариальные действия в отношении ФИО1 ею никогда не совершались. По данному факту она ДД.ММ.ГГГГ обратилась в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела. (т. 1 л.д. 125). 

Как следует из сообщения заместителя начальника ГСУ МВД по Республике Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ №, в производстве СЧ ГСУ МВД по Республике Татарстан находится уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ в отношении неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, соединенное в одно производство с 12 уголовными делами, возбужденными по признакам преступлений, предусмотренных ст. 327 УК РФ. Материал проверки по заявлению ФИО1, зарегистрированный в КУСП ДЧ МВД по Республике Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ №, приобщен к материалам указанного уголовного дела. В ходе расследования уголовного дела почерковедческая экспертиза по установлению достоверности подписи ФИО1 в договоре об обязательном пенсионном страховании, заключенном с АО «НПФ «Будущее», не проводилась, ФИО1 по уголовному делу потерпевшей не признавалась, в данном качестве не допрашивалась (т. 1 л.д. 130-139).

ФИО1 (в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ) суду показала, что не подписывала и не заключала с АО «НПФ «Будущее» оспариваемый договор, согласие на обработку своих персональных данных не давала, а также заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в негосударственный пенсионный фонд не подавала. АО «НПФ «Будущее» оформило заключение с ней договора и использовало ее персональные данные в отсутствие волеизъявления истца. 

С целью проверки доводов прокурора об отсутствии волеизъявления истца на перевод средств пенсионных накоплений из ПФР в АО «НПФ «Будущее», по ходатайству прокурора, поддержанного истцом ФИО1, на основании определения Хасынского районного суда Магаданской области от ДД.ММ.ГГГГ по данному делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ЭКЦ УМВД России по Магаданской области ФИО7, имеющему высшее специальное образование по специальности «Судебная экспертиза», квалификацию «Судебный эксперт», стаж экспертной работы в области почерковедения и судебного технико-криминалистического исследования документов 5 лет.

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № по результатам судебной комплексной почерковедческой и технико-криминалистической экспертизы документов, изображения двух подписей в копии заявления о досрочном переходе из Пенсионного фонда РФ в АО «НПФ «Будущее» от ДД.ММ.ГГГГ №, две подписи, выполненные на оборотной стороне договора от ДД.ММ.ГГГГ № об обязательном пенсионном страховании, заключенного между АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» и ФИО1, одна подпись, выполненная в «Согласии на обработку персональных данных. Анкета-опросник для физических лиц» от ДД.ММ.ГГГГ выполнены не ФИО1, а другим лицом. 

Суд принимает заключение эксперта ЭКЦ УМВД России по Магаданской области ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ в качестве относимого и допустимого доказательства, поскольку заключение эксперта является ясным, полным, экспертиза проведена и заключение составлено квалифицированным экспертом, имеющим специальное образование в исследуемой области, экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», ст. 86 ГПК РФ, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, выводы эксперта полные и мотивированные, носят категоричный характер, с оценкой научной обоснованности сделанного заключения, в связи с чем оснований сомневаться либо не доверять выводам эксперта у суда не имеется.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, в том числе заключение эксперта, с учетом требований закона, суд приходит к выводу о недействительности представленных от имени ФИО1 заявления о досрочном переходе в АО «НПФ «Будущее», договора об обязательном пенсионном страховании, согласия на обработку персональных данных. Анкета-опросник для физических лиц, поскольку в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что ФИО1 свою подпись в указанных документах не проставляла, волеизъявления на их составление и заключение данного договора не имела, оспариваемые документы составлены, а договор заключен при наличии порока воли истца.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ответчиком доказательств заключения указанного договора иным способом, согласования между сторонами условий этого договора суду не представлено, в силу чего следует считать договор об обязательном пенсионном страховании между АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» и ФИО1 незаключенным.

При указанных обстоятельствах, учитывая заключение эксперта и отсутствие допустимых доказательств, его опровергающих, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда в Негосударственный пенсионный фонд от ДД.ММ.ГГГГ и договор об обязательном пенсионном страховании от ДД.ММ.ГГГГ № не подписывала, следовательно, заявленные требования прокурора в защиту прав ФИО1 к АО «НПФ «Будущее» о признании недействительным указанного договора подлежат удовлетворению.

Оценивая доводы представителя ответчика, изложенные в возражениях на исковое заявление, об отсутствии правовых оснований для признания указанного договора недействительным, суд отклоняет их и находит несостоятельными по вышеприведенным мотивам, как основанные на неверном толковании правовых норм.

Доводы представителя ответчика о проведении проверки качества оформления и заключения с истцом договора об обязательном пенсионном страховании, в результате которой каких-либо нарушений выявлено не было, о добросовестности действий АО «НПФ «Будущее», об отсутствии препятствий у истца для передачи средств своих пенсионных накоплений обратно в ПФР или иной НПФ, при установленных по делу юридически значимых обстоятельствах отсутствия волеизъявления истца на заключение договора, также не влияют на выводы суда о недействительности оспариваемого договора и не могут являться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Последствия признания судом недействительным договора об обязательном пенсионном страховании предусмотрены ст. 36.6 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», в соответствии с п. 5.3 которой, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном п. 2 ст. 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со ст. 395 ГК РФ, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

В соответствии с п.1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате, подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Поскольку в ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что оснований для передачи средств пенсионных накоплений истца ответчику не имелось, начислению на эту сумму за период пользования, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, как указано в иске, подлежат проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 ГК РФ, в общей сумме 153 701,25 руб. Представленный расчет процентов судом проверен и признается правильным.

Таким образом заявленные требования прокурора в защиту прав ФИО1 к АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о возложении обязанности АО «НПФ «Будущее» в течение 30 календарных дней с момента вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 

<

данные изъяты> руб., а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты> руб. подлежат удовлетворению.

Федеральным законом от 27.07.2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» регулируются отношения, связанные с обработкой персональных данных, осуществляемой, в том числе юридическими лицами, с использованием средств автоматизации, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях, или без использования таких средств, если обработка персональных данных без использования таких средств соответствует характеру действий (операций), совершаемых с персональными данными с использованием средств автоматизации, то есть позволяет осуществлять в соответствии с заданным алгоритмом поиск персональных данных, зафиксированных на материальном носителе и содержащихся в картотеках или иных систематизированных собраниях персональных данных, и (или) доступ к таким персональным данным.

В соответствии со ст. 2 названного федерального закона, его целью является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Исходя из положений ст. 3 Федерального закона № 152-ФЗ под персональными данными понимается любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1); под обработкой персональных данных понимается любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных (п. 3).

В силу ст. 6 Федерального закона № 152-ФЗ обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных (пп. 1 п. 1).

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Закона о персональных данных согласие субъекта на обработку его персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным.

Обязанность доказать наличие такого согласия или обстоятельств, в силу которых такое согласие не требуется, возлагается на оператора (ч. 3 ст. 9 Закона о персональных данных).

Пунктом 7 ч. 4 названной статьи установлено, что согласие должно содержать перечень действий с персональными данными, общее описание используемых оператором способов обработки персональных данных.

Согласно ст. 17 Федерального закона № 152-ФЗ, если субъект персональных данных считает, что оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований настоящего Федерального закона или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке. Субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

Из системного толкования приведенных норм следует, что сбор, обработка, передача, распространение персональных данных возможны только с согласия субъекта персональных данных, при этом согласие должно быть конкретным. Под персональными данными понимается любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определенному или определяемому физическому лицу.

В соответствии с п. 3 ст. 21 Закона о персональных данных, в случае выявления неправомерной обработки персональных данных, осуществляемой оператором или лицом, действующим по поручению оператора, оператор в срок, не превышающий трех рабочих дней с даты этого выявления, обязан прекратить неправомерную обработку персональных данных или обеспечить прекращение неправомерной обработки персональных данных лицом, действующим по поручению оператора. В случае, если обеспечить правомерность обработки персональных данных невозможно, оператор в срок, не превышающий десяти рабочих дней с даты выявления неправомерной обработки персональных данных, обязан уничтожить такие персональные данные или обеспечить их уничтожение. Об устранении допущенных нарушений или об уничтожении персональных данных оператор обязан уведомить субъекта персональных данных или его представителя, а в случае, если обращение субъекта персональных данных или его представителя либо запрос уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных были направлены уполномоченным органом по защите прав субъектов персональных данных, также указанный орган.

Информация о личных данных застрахованного лица, средствах пенсионных накоплений граждан, о результатах их инвестирования относится к персональным данным застрахованных лиц.

В представленных суду письменных возражениях представитель ответчика не отрицал факт обработки персональных данных ФИО1 в связи с переводом средств ее пенсионных накоплений из ПФР в АО «НПФ «Будущее».

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела суд достоверно установил, что ФИО1 согласия ответчику на обработку ее персональных данных не давала, волеизъявление истца на перевод указанных средств в АО «НПФ «Будущее» отсутствовало.

При таких обстоятельствах обработка персональных данных истца со стороны АО «НПФ «Будущее» является незаконной, в связи с чем требование прокурора в данной части также подлежит удовлетворению.

Доводы представителя ответчика о том, что в случае уничтожения персональных данных истца АО «НПФ «Будущее» не сможет исполнять свои обязательства в соответствии с действующим законодательством, и будет нести ответственность за нарушение правовых норм, суд находит несостоятельными. Учитывая отсутствие согласия истца на обработку ее персональных данных со стороны АО «НПФ «Будущее», признание обработки персональных данных незаконной, исходя из вышеназванных норм материального права, указанные доводы ответчика не имеют правового значения в рамках рассматриваемого спора.

Разрешая требование истца о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в результате неправомерных действий ответчика ФИО1 причинен моральный вред в форме нравственных страданий, который выражен переживаниями относительно возможной утраты пенсионных накоплений и недополучения части заработанной в течение трудовой деятельности пенсии, и оценивается ею в 10 000 руб.

С учетом установленных обстоятельств нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на компенсацию морального вреда в судебном порядке, что напрямую следует из положений ст. 151 ГК РФ. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд принимает во внимание: индивидуальные особенности истца; требования разумности и справедливости; степень тяжести причиненных истцу душевных, нравственных страданий вследствие нарушения со стороны ответчика требований законодательства, повлекших негативные последствия в виде неправомерного перевода пенсионных накоплений из государственного пенсионного фонда в негосударственный пенсионный фонд.

Кроме того, при определении компенсации морального вреда суд руководствуется положениями закона, устанавливающими необходимость индивидуальной оценки нравственных страданий лица.

Поскольку размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, учитывая характер причиненных истцу нравственных страданий, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца и взыскании в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно п.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Учитывая, что прокурор освобожден от уплаты госпошлины при подаче иска, поэтому на основании п. 10 ч. 1 ст. 91, ч. 1 ст. 103 ГПК РФ госпошлина, исчисленная в соответствии с п. 1, 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ, в размере 9 495,83 руб. (9 195,83 руб. – требование имущественного характера о передаче денежных средств пенсионных накоплений и процентов за пользование чужими денежными средствами + 300 руб. – требования неимущественного характера о признании договора и заявления недействительными, признании незаконным использование персональных данных, взыскании компенсации морального вреда), подлежит взысканию с ответчика в бюджет муниципального образования «Тенькинский муниципальный округ Магаданской области».

Руководствуясь ст. 194, 197-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования прокурора Хасынского района Магаданской области в интересах ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» – удовлетворить.

Признать договор № об обязательном пенсионном страховании, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» и ФИО1, - недействительным.

Обязать акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в течение 30 календарных дней с момента вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 

<

данные изъяты>, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>. 

Обязать акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в течение 30 календарных дней с момента вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1.

Признать незаконным использование Акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» персональных данных ФИО1. 

Взыскать с Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 10 000 (десять тысяч) рублей 

Взыскать с Акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в доход бюджета муниципального образования «Тенькинский муниципальный округ Магаданской области» госпошлину в размере 9 195 рублей (девять тысяч сто девяносто пять) рублей 83 копейки.

Решение может быть обжаловано сторонами путем подачи апелляционной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам Магаданского областного суда через Хасынский районный суд Магаданской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Срок составления мотивированного решения – 18 марта 2024 года.

Судья подпись Н.В. Атюшева