Дело № 2-15/2021

39RS0007-01-2020-000973-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Багратионовск 16 марта 2021 г.

Багратионовский районный суд Калининградской области в составе:

судьи Степаненко О.М.,

при помощнике судьи Пурвиетис Н.Я.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5, несовершеннолетним ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, о признании утратившими право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Молот (до заключения брака - Нестерова) Р.С., несовершеннолетним ФИО22 ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, о признании утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, со снятием указанных лиц с регистрационного учета по этому же адресу.

В обоснование исковых требований истец указал, что на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 12 мая 2016 г. он является собственником вышеназванного жилого дома. В данном жилом помещении с согласия предыдущего собственника были зарегистрированы ФИО5 и ее несовершеннолетние дети ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения. Длительное время они не проживают в спорном жилом доме, сохраняют в нем лишь регистрацию, чем нарушаются его права по свободному владению, пользованию и распоряжению принадлежащим на праве собственности недвижимым имуществом, в связи с чем он обратился в суд с настоящим иском.

Истец ФИО3 в суд не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В ранее состоявшемся судебном заседании истец пояснил, что ответчица не проживает в спорном жилом помещении с 2011-2012 г., попыток вселиться не предпринимала, препятствий к тому ей никто не чинил. 

Его представитель ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержала и дала суду аналогичные объяснения.

Ответчица ФИО5 пояснила, что в 2009 г. умерла ее мама ФИО10 На тот момент в жилом доме оставались проживать она и ее сводный брат ФИО11, который после смерти матери оформил в единоличную собственность спорное жилье. В августе 2010 г. она переехала проживать к своему сожителю в жилое помещение, находящееся также в 

<

адрес>. Потом она с ним рассталась и в июле 2012 г. вернулась в спорный жилой дом. В сентябре 2012 г. она переехала проживать на съемную квартиру в 

<

адрес>. После ссоры с сожителем в январе 2013 г. она вновь вернулась в спорный жилом дом. Прожила в нем до апреля 2013 г. и добровольно выехала из него, так как хотела жить отдельно, снимала квартиру в 

<

адрес>. После этого в спорное жилое помещение, которое на тот момент было пригодно для проживания, она не возвращалась. С марта 2014 г. до сентября 2018 г. она отбывала наказание в виде лишения свободы в исправительном учреждении. Находясь в местах лишения свободы, 21 сентября 2017 г. она вышла замуж за ФИО12 После освобождения из исправительного учреждения она стала проживать у мужа в принадлежащем ему на праве долевой собственности жилом 

<

адрес> 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ у них родилась дочь ФИО23. Вместе со своей семьей она по настоящее время проживает по указанному адресу. Вернуться в спорное жилое помещение после освобождения из мест лишения свободы она также не пыталась, препятствий ей к тому никто не чинил, напротив, супруга собственника ФИО3 предлагала ей вселиться и проживать в доме. Расходов по оплате коммунальных услуг она не несет. Она не возражала против продажи спорного жилого дома, и в прошлом году сообщала ФИО8 о наличии на него покупателя. На тот момент и сейчас она согласна была сняться с регистрационного учета, если истец выплатить ей половину суммы от продажи жилого дома. Поскольку ФИО3 от ее предложения отказался, она возражает против удовлетворения исковых требований, так как полагает, что после смерти матери она имела право на приобретение в собственность ? доли спорного жилого помещения, нотариус неправомерно выдал ФИО9 свидетельство о праве на наследство в отношении всего жилого дома. В отношении несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО6 она была лишена родительских прав, восстановиться в родительских правах не пыталась.

Несовершеннолетняя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ее законный представитель – отец ФИО14, законный представитель несовершеннолетнего ФИО6 – ФИО15 в суд не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

В ранее состоявшемся судебном заседании несовершеннолетняя ФИО2, заслушанная судом на основании ст. 37 Гражданского процессуального кодекса РФ, ее законный представитель – отец ФИО14 возражали против удовлетворения исковых требований о признании ФИО2 утратившей право пользования спорным жилым помещением со снятием с регистрационного учета. При этом ФИО14 пояснил, что около 3 лет он проживал совместно без регистрации брака с ФИО5 в жилом 

<

адрес> 

<

адрес>. В данном жилом помещении была зарегистрирована по месту жительства родившаяся у них ДД.ММ.ГГГГ дочь ФИО2. В 2007 г. он расстался с ответчицей, ушел из семьи, забрав с собой малолетнюю дочь. Последний раз ФИО5 он видел в 2010 г., с ребенком она не общается, алименты не выплачивает.

Законный представитель несовершеннолетнего ФИО6 – ФИО15 в представленном суду письменном отзыве на иск возражала против удовлетворения исковых требований о признании ФИО6 утратившим право пользования спорным жилым помещением со снятием с регистрационного учета, ссылаясь на то, что несовершеннолетний ребенок не может самостоятельно осуществлять свои жилищные права, отсутствует в жилом помещении вынужденно.

Заслушав объяснения вышеназванных лиц, показания свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Закона РФ от 4 июля 1991 г. N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент заключения договора приватизации) граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации.

25 декабря 1990 г. ФИО10 вместе с несовершеннолетней дочерью ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ рождения, были зарегистрированы по месту жительства в жилом помещении, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

По договору приватизации, заключенному 22 февраля 1993 г. с арендным зверосовхозом 

<

данные изъяты> удостоверенному нотариусом Багратионовского нотариального округа 

<

адрес>, данный жилой дом передан ФИО10 в собственность. 

Дубликат договора приватизации, выданный нотариусом 28 февраля 2006 г., послужил основанием для регистрации в 2009 г. права собственности ФИО10 на спорное жилое помещение.

В принадлежащем ФИО10 жилом доме были зарегистрированы ее несовершеннолетние внуки – дети ФИО16: 4 октября 2005 г. внучка ФИО18 (в настоящее время – ФИО4) ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения; 26 августа 2008 г. - внук ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

21 мая 2009 г. ФИО10 умерла.

После смерти ФИО10 ее сын ФИО11 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства и о выдаче свидетельства о праве на наследство, указав, что наследником первой очереди по закону к имуществу наследодателя, кроме него, является также дочь ФИО16

Как видно из материалов наследственного дела, нотариус направил ФИО16 сообщение об открытии наследства и разъяснил право обратиться с заявлением о принятии наследства, которое было лично получено ФИО16

С заявлением о принятии наследства она к нотариусу не обращалась. 21 ноября 2011 г. нотариус выдан ФИО11 свидетельство о праве на наследство в отношении жилого дома, которое послужило основанием для регистрации 8 декабря 2011 г. за ним права собственности на данное недвижимое имущество. 

Приговором Багратионовского районного суда Калининградской области от 9 февраля 2011 г. ФИО16 была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 30 – п. «г» ч.3 ст. 228.1 УК РФ, связанного с незаконным оборотом наркотических средств, и осуждена к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет, которое было постановлено считать условным с испытательным сроком 4 года 6 месяцев.

Постановлением того же суда от 18 июня 2014 г. условное осуждение ФИО16 по данному приговору отменено и она направлена для отбывания наказания в виде лишения свободы сроком на 5 лет в исправительное учреждение.

Решением Багратионовского районного суда Калининградской области от 15 декабря 2014 г. ФИО16 лишена родительских прав в отношении несовершеннолетних детей: ФИО18 (в настоящее время – ФИО4) ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

Из данного судебного решения и материалов дела следует, что дети не проживали с матерью: ФИО2 с 2007 г., ФИО6 с 2012 г. В 2013 г. детям были назначены опекуны: ФИО2 – ее бабушка ФИО4 В.А., ФИО6 – его родственница ФИО15 Впоследствии постановление о назначении ФИО24 опекуном было отменено, несовершеннолетняя ФИО2 передана на воспитание отцу ФИО14

1 ноября 2015 г. собственник ФИО11 умер. После его смерти в установленный законом шестимесячный срок с заявлением о принятии наследства и о выдаче свидетельства о праве на наследство обратился его отец ФИО3, которому 12 мая 2016 г. нотариус выдан свидетельство о праве на наследство по закону в отношении жилого дома, послужившее основанием для регистрации 23 мая 2016 г. за ним права собственности на жилое помещение.

24 октября 2016 г. за ФИО3 зарегистрировано право собственности на земельный участок, имеющий кадастровый №, с видом разрешенного использования – под индивидуальный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 освобождена из исправительного учреждения, находясь в местах лишения свободы она 21 сентября 2017 г. вступила в брак с ФИО12, после заключения брака ей была присвоена фамилия супруга ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ у супругов родилась дочь ФИО25.

Согласно ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруга, а также дети и родители данного собственника. 

В силу ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц (помимо супругов) с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (статья 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которым в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", судам необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При этом также необходимо учитывать, что отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», действие положений ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

При этом статья 31 Жилищного кодекса Российской регламентирует права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении.

Следовательно, в случае добровольного выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Таким образом, сам по себе факт наличия у ответчика права пользования жилым помещением на момент его приватизации при последующем его добровольном отказе от этого права не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ним права пользования жилым помещением бессрочно.

В силу пункта 2 статьи 292 Гражданского кодекса РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса РФ в действующей редакции не может рассматриваться как несовместимый с конституционными принципами правового регулирования владения, пользования и распоряжения жилыми помещениями. Права членов семьи бывшего собственника жилого помещения должны рассматриваться в общей системе действующего правового регулирования как получающие защиту наряду с конституционным правом собственности; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов, зависит от установления и исследования всех обстоятельств, имеющих значение при разрешении конкретного спора (Определения от 3 ноября 2006 года N 455-О, от 21 апреля 2011 года N 452-О-О, от 18 октября 2012 года N 1837-О, от 25 сентября 2014 года N 2002-О и др.).

При рассмотрении дела истец ФИО3, законный представитель несовершеннолетней ФИО26 – ФИО14, свидетель ФИО13 пояснили, что ФИО5 не проживает в спорном жилом доме с 2010-2012 г.

Ответчица пояснила, что в период с августа 2010 г. до апреля 2013 г. она, желая жить отдельно, своей семьей, дважды выезжала из спорного жилого помещения и дважды возвращалась в него. В апреле 2013 г. она добровольно выехала из жилого дома, снимала квартиру в 

<

адрес>. После этого в спорное жилое помещение, которое на тот момент было пригодно для проживания, она не возвращалась. После освобождения в сентябре 2018 г. из исправительного учреждения она вместе со своей семьей – супругом и дочерью проживает в принадлежащем мужу на праве долевой собственности жилом доме, не пыталась вселиться в спорное жилое помещение, препятствий ей к тому никто не чинил, напротив, супруга собственника ФИО3 предлагала ей вселиться и проживать в этом доме. Расходов по оплате коммунальных услуг она не несет. Она не возражала против продажи спорного жилого помещения, и в прошлом году сообщала ФИО8 о наличии на него покупателя. На тот момент и после предъявления иска она согласна была сняться с регистрационного учета, если истец выплатить ей половину суммы от продажи дома. Поскольку ФИО3 от ее предложения отказался, она возражает против удовлетворения исковых требований, так как полагает, что после смерти матери она имела право на приобретение в собственность ? доли спорного жилого помещения, нотариус неправомерно выдал ФИО9 свидетельство о праве на наследство в отношении всего жилого дома. 

Таким образом, судом установлено, что ФИО5, достигшая ДД.ММ.ГГГГ 18-летнего возраста, в апреле 2013 г. добровольно выехала из квартиры, ни до осуждения ни после освобождения из мест лишения свободы попыток вселения не предпринимала, препятствий к тому ей никто не чинил, расходов по оплате коммунальных услуг она не несет, проживает в семьей – супругом и несовершеннолетней дочерью в другом жилом помещении, по спорному жилому помещению сохраняет лишь регистрацию, членом семьи нынешнего собственника - истца ФИО3 не является.

Указанные обстоятельства позволяют прийти к выводу, что ответчица добровольно отказалась от пользования жилым помещением, в связи с чем суд соглашается с доводами истца об утрате ФИО5 права пользования спорным жилым домом.

В соответствии ст. 7 Закона РФ от 25 июня 1993 г. N 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", пп. "е" п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту жительства в пределах Российской Федерации и Перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июля 1995 г. N 713, снятие гражданина с регистрационного учета по месту жительства производится на основании вступившего в законную силу решения суда о выселении из занимаемого жилого помещения или о признании гражданина утратившим право пользования жилым помещением.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания ФИО1 утратившей право пользования жилым домом со снятием с регистрационного учета.

В силу п. 2 ст. 20 Гражданского кодекса РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Несовершеннолетние дети приобретают право на жилую площадь, определяемую им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, в силу того, что несовершеннолетние дети не имеют возможности самостоятельно реализовать право на вселение.

Факт того, что несовершеннолетние ФИО27., ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, приобрели право пользования спорным жилым помещением установлен судом, участвующими в деле лицами не оспаривается. 

Их законные представители – соответственно ФИО14 (отец ФИО28 и ФИО15 (опекун ФИО6) возражали против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что несовершеннолетние дети не могут самостоятельно осуществлять свои жилищные права, не утратили право пользования спорным жилым помещением.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания несовершеннолетних ФИО29 ДД.ММ.ГГГГ рождения, и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, утратившими право пользования спорным жилым помещением и снятии их с регистрационного учета, поскольку несовершеннолетние в спорном жилом доме были зарегистрированы в установленном законом порядке по месту жительства матери, которая впоследствии была лишена в отношении них родительских прав, в родительских правах не восстанавливалась, дети не проживают в доме вынужденно, самостоятельно осуществлять свои жилищные права не могут.

Учитывая изложенное, суд находит исковые требования ФИО3 подлежащими частичному удовлетворению. 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО3 к ФИО5, несовершеннолетним ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, о признании утратившими право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета, удовлетворить частично.

Признать ФИО5 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, со снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Багратионовский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 23 марта 2021 г.

Судья: (подпись) О.М.Степаненко