Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Железногорск-Илимский 25 января 2019 года 

Нижнеилимский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Перфиловой М.А., при секретаре Ермоленко Л.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-74/2019 по иску ФИО1 к Муниципальному дошкольному образовательному учреждению детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась с иском Муниципальному дошкольному образовательному учреждению детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма (далее – МДОУ детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма) о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда, в обосновании которого указала, что она состоит в трудовых отношениях с ответчиком, работая в должности ***. В соответствии со ст. 1 Федерального закона «О минимальном размере оплаты труда» в редакции от 02 июня 2016 года, установлен минимальный размер оплаты труда с 01 июля 2016 года в сумме 7500 рублей в месяц. Считает, что включение компенсационных выплат (районного коэффициента и северной надбавки) в ее размер заработной платы, общая сумма которой не превышает минимального размера оплаты труда, нарушает трудовые права работника и не соответствует положениям и нормам международного права, Конституции РФ и российскому трудовому законодательству. Согласно её расчёту за спорный период с 01 января 2017 года по 31 декабря 2017 года ею недополучено заработной платы в сумме *** рублей. Просит суд взыскать с МДОУ детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма в ее пользу не довыплаченную заработную плату за период с 01 января 2017 года по 31 декабря 2017 года в размере *** рублей, компенсацию морального вреда в размере *** рублей.

Истец ФИО1, извещенная о месте и времени судебного заседания, в суд не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, о чем в материалах гражданского дела имеется соответствующее заявление. 

В судебном заседании представители ответчика МДОУ детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма, ФИО2, действующий по доверенности без номера от *** (со сроком действия по ***), третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора – МУ Департамент образования администрации Нижнеилимского муниципального района ФИО3, действующая на основании доверенности *** от *** год (со сроком действия до ***), Администрации муниципального образования «Нижнеилимский район» ФИО4, действующая на основании доверенности *** от *** (со сроком действия до ***), с заявленными исковыми требованиями не согласились, в обоснование привели доводы, изложенные в письменных отзывах на исковое заявление, приобщенных к материалам гражданского дела. 

Более того, представитель ответчика ФИО2 считает, что по требованиям с *** по *** истец пропустила срок исковой давности. Исковое заявление истцом подано в ноябре 2018 года, с учетом того, что дата выплаты заработной платы – 13 число каждого месяца за предыдущий, то истец может обратиться в суд за период с октября 2017 года. Однако в связи с тем, что Постановление №38-П действует с момента его провозглашения 07 декабря 2017 года и распространяется на правоотношения, возникшие после указанной выше даты, то истец в судебном порядке может требовать недополученную заработную плату только с 07 декабря 2017 года. Просил суд в удовлетворении иска отказать.

Суд, с учетом мнения участников процесса, посчитал возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившегося истца по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав представителей ответчика, третьих лиц, исследовав письменные доказательства по делу, и оценив их в совокупности в соответствии с требованиями ст.ст. 59, 60 и 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему выводу. 

Как с достоверностью установлено судом и не было оспорено представителями ответчика и третьих лиц, истец ФИО1 состоит с ответчиком – МДОУ детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма в трудовых отношениях: изначально, на основании приказа *** от *** истец была принята на *** ставки делопроизводителем с оплатой 50% северных, с окладом согласно штатного расписания; с *** ФИО1 продолжила работу по профессии *** на полную ставку, что подтверждается трудовым договором *** от *** с оплатой должностного оклада (тарифной ставки) в размере *** в месяц, северной надбавки в размере 50%, районного коэффициента в размере 60%, надбавки за работу с тяжелыми и вредными условиями труда в размере ***%. 

Период, учитываемый истцом при предъявлении настоящих исковых требований о взыскании недополученной заработной платы, ограничен месяцами: *** по *** включительно.

В судебном заседании от представителя ответчика ФИО2 поступило ходатайство о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Что касается требований истца о взыскании недополученной заработной платы за период с 01 января 2017 года по 07 декабря 2017 года, то суд исходит из следующего:

Статья 392 ТК РФ предусматривает, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Как следует из абзаца 5 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и др.).

Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе объективный, не зависящий от воли лица характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

В судебном заседании установлено, что расчетные листы о начисленной заработной плате работникам МДОУ детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма выдавались ежемесячно. Изложенная в них информация излагалась доступным и понятным способом. Обратиться за ее разъяснением в случае возникновения каких-либо неясностей истице ничего не препятствовало. 

Согласно приказу *** от *** в МДОУ детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма установлена дата выдачи заработной платы 13 числа и 28 числа текущего месяца – аванс.

Таким образом, суд приходит к выводу, что о произведенных начислениях по заработной плате истцу было известно за январь 2017 года - 13 февраля 2017 года, за февраль 2017 года - 13 марта 2017 года, за март 2017 года - 13 апреля 2017 года, за апрель 2017 года - 13 мая 2017 года, за май 2017 года - 13 июня 2017 года, за июнь 2017 года - 13 июля 2017 года, за июль 2017 года - 13 августа 2017 года, за август 2017 года - 13 сентября 2017 года, за сентябрь 2017 года - 13 октября 2017 года, за октябрь 2017 года - 13 ноября 2017 года, за ноябрь 2017 года - 13 декабря 2017 года, за декабрь 2017 года - 13 января 2018 года, и с указанных же периодов истцу стало известно о нарушении ее прав в истекшие месяцы.

Таким образом, учитывая дату направления настоящего искового заявления – 30 октября 2018 года, суд полагает, что на момент подачи искового заявления, истцу уже было известно о своем нарушенном праве по факту не полной выплаты заработной платы за период с января 2017 года по сентябрь 2017 года, следовательно, срок обращения в суд с исковыми требованиями о взыскании недоначисленной заработной платы за период с 01 января 2017 года по 30 сентября 2017 года истцом пропущен.

Согласно ст.392 ТК РФ, при пропуске по уважительным причинам установленных сроков обращения в суд, они могут быть восстановлены судом.

Возражая против ходатайства представителя ответчика о применении к рассматриваемому гражданскому делу срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, истец ФИО1 указывала на то, что срок, установленный действующим трудовым законодательством, предоставляет ей годичный срок для обращения в суд с указанными требованиями, считает, что до 07 декабря 2018 года у нее имелось такое право, однако данный довод истца суд считает несостоятельным, так как он не основан на положениях ст. 392 ТК РФ.

В нарушение требований ч.1 ст. 56 ГПК РФ доказательства наличия уважительных причин, препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с требованиями в отношении рассматриваемого периода, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, обстоятельств, объективно препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с требованиями о взыскании недополученной заработной платы за период с 01 января 2017 года по 30 сентября 2017 года в данном случае не имеется и из материалов дела не усматривается, что позволяет суду прийти к выводу об отсутствии уважительных причин пропуска истцом срока для обращения в суд.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, т.е. срока, в пределах которого суд общей юрисдикции обязан предоставить защиту лицу, право которого нарушено, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах суд полагает, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании не доначисленной заработной платы за период с 01 января 2017 года по 30 сентября 2018 года следует отказать без исследования фактических обстоятельств по делу.

Одновременно суд находит, что срок обращения в суд за разрешением спора по поводу недоначисленной и невыплаченной заработной платы за период с 01 октября 2017 года по 31 декабря 2017 года истцом не пропущен.

Как было указано выше, заработная плата за истекший месяц работникам МДОУ детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма выплачивается 13 числа, следующего за отчетным, то есть за октябрь 2017 года истец получила заработную плату 13 ноября 2017 года, за ноябрь 2017 года 13 декабря 2017 года, за декабрь 2017 года 13 января 2018 года.

ФИО1 обратилась в суд за защитой своих прав 30 октября 2017 года, о чем свидетельствует штамп почтового отделения, проставленного на конверте, то есть на момент направления настоящего искового заявления, истцом была получена заработная плата за сентябрь 2017 года, следовательно, ФИО1 по требованиям о взыскании не дополученной заработной платы за период с октября 2017 года по декабрь 2017 года подала исковое заявление в пределах установленного ст.392 ТК РФ срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Статьей 7 Конституции Российской Федерации установлено, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда.

В соответствии с ч.1 ст. 133 Трудового кодекса РФ, минимальный размер оплаты труда устанавливается федеральным законом одновременно на всей территории Российской Федерации. 

Федеральным законом от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» (в редакции федерального закона от №164-ФЗ от 02 июня 2016 года), с 01 июля 2016 года минимальный размер оплаты труда на территории Российской Федерации установлен в размере 7500 рублей. В соответствии со ст. 1 от 19 июня 2000 года № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» (в редакции федерального закона от 19 декабря 2016 года № 460-ФЗ с 01 июля 2017 года минимальный размер оплаты труда на территории Российской Федерации установлен в размере 7800 рублей. 

Частью 3 ст.133 ТК РФ установлено, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Согласно ст.22 ТК РФ, работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров. 

Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 года № 1029 «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 года «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» утвержден Перечень районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, на которые распространяется действие Указов Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 года и от 26 сентября 1967 года о льготах для лиц, работающих в этих районах и местностях.

Из данного Перечня, а также из «Общероссийского классификатора объектов административно-территориального деления» ОК 019-95, утвержденного Постановлением Госстандарта РФ от 31 июля 1995 года № 413, усматривается, что не все субъекты Российской Федерации имеют в своем составе районы, отнесенные к районам Крайнего Севера, а также к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера. Кроме того, ряд субъектов, имеющих в своем составе указанные районы, имеют наряду с этим в своем составе также и иные районы, не отнесенные к таковым. На территории Иркутской области из 27 районов только 1 район отнесен к районам Крайнего Севера и 10 являются местностями, приравненными к районам Крайнего Севера.

Согласно названному Перечню, местностью, приравненной к районам Крайнего Севера, является в т.ч. и Нижнеилимский район Иркутской области.

Из приведенных выше данных, определенных с учетом Постановления Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 года № 1029 «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1967 года «О расширении льгот для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера» следует, что не все входящие в состав Иркутской области районы являются районами с одинаковыми природно-климатическими условиями, в т.ч. с теми, в зависимости от наличия которых в определенных местностях законодатель выделяет их в особую группу.

Главой 50 ТК РФ установлены дополнительные гарантии работникам с учетом особенностей труда, в том числе и в зависимости от условий труда в связи с природно-климатическими условиями, которые распространяются на местности, приравненные к районам Крайнего Севера, каковой в т.ч. является и Нижнеилимский район Иркутской области.

Согласно ст.313 ТК РФ государственные гарантии и компенсации лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст.315 ТК РФ оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

При этом в ст. 146, 148 ТК РФ законодатель также указал, что оплата труда в таких местностях производится в повышенном размере.

Закон РФ от 19 февраля 1993 года № 4520-I «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» также устанавливает государственные гарантии и компенсации по возмещению дополнительных материальных и физиологических затрат граждан в связи с работой и проживанием в экстремальных природно-климатических условиях Севера.

Согласно толкованию, изложенному в п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 07 декабря 2017 года № 38-П «По делу о проверке конституционности положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО5, О.Л. Дейдей, ФИО6 и И.Я. Кураш», в силу прямого предписания Конституции Российской Федерации (статья 37, часть 3) минимальный размер оплаты труда должен быть обеспечен всем работающим по трудовому договору, т.е. является общей гарантией, предоставляемой работникам независимо от того, в какой местности осуществляется трудовая деятельность; в соответствии с частью первой статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации величина минимального размера оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации, т.е. без учета природно-климатических условий различных регионов страны. 

Следовательно, повышенная оплата труда в связи с работой в особых климатических условиях должна производиться после определения размера заработной платы и выполнения конституционного требования об обеспечении минимального размера оплаты труда, а значит, районный коэффициент (коэффициент) и процентная надбавка, начисляемые в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, не могут включаться в состав минимального размера оплаты труда.

Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике (п. 2 резолютивной части указанного Постановления).

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что в установленный законом на всей территории Российской Федерации минимальный размер оплаты труда, действие которого территориально в одинаковой мере распространено и на местности с особыми климатическими условиями и на местности, которые таковыми не являются, при выполнении работником работ в особых климатических условиях, не может включать в себя установленные федеральным законодателем компенсации и гарантии, установленные для работников, осуществляющих свою деятельность в местности с особыми климатическими условиями, в т.ч. районный коэффициент и процентную надбавку. В связи с чем, требования ч.3 ст.133 ТК РФ работодателем, осуществляющим свою деятельность на территории с особыми климатическими условиями, подлежат исполнению с обязательным учетом дополнительно к ним требований ст. 146,148,315,316,317 ТК РФ.

В соответствии со ст.ст.146, 147, 148 ТК РФ, работа в особых условиях труда является самостоятельным основанием для установления повышенной оплаты труда. Повышенная же оплата труда в местностях с особыми климатическими условиями производится с обязательным применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате в соответствии со ст.ст.315, 316, 317 ТК РФ. 

Статьей 7 Конституции Российской Федерации установлено, что Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Статьей 129 ТК РФ установлено, что заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Таким образом, законодатель, уточняя, что входит в оплату труда указывает на взаимосвязь ее составляющих с условиями выполняемой работы. В противном случае у законодателя не имелось бы необходимости устанавливать для работников, выполняющих свои должностные обязанности в местностях с особыми климатическими условиями, дополнительные гарантии и компенсации. 

В связи с этим, применение установленного минимального размера оплаты труда без учета, установленных законом гарантий и компенсаций одинаково во всех районах и местностях Российской Федерации, в т.ч. во всех районах Иркутской области с различными климатическими условиями, привело бы к нарушению указанного выше конституционного принципа, а также принципа справедливости оплаты труда, установленного ст.2 ТК РФ.

Согласно ст.133 ТК РФ, минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом. При этом, месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

С учетом изложенного, в том числе требований норм ст.ст.146,148, 315,316,317 ТК РФ, суд приходит к выводу, что исходя из размера действующего до июня 2017 года минимального размера оплаты труда в 7500,00 рублей, с учетом установленных истцу районного коэффициента в размере 60% и процентной надбавки за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера в размере 50%, при условии выработки нормы рабочего времени заработная плата истца в январе - июне 2017 года на одну ставку не может быть менее 15750,00 рублей.

Исходя из размера действующего с 01 июля 2017 года минимального размера оплаты труда в 7800,00 рублей, с учетом установленных истцу районного коэффициента в размере 60% и процентной надбавки за работу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера в размере 50%, при условии выработки нормы рабочего времени заработная плата истца с 01 июля 2017 года на одну ставку не может быть менее 16380 рублей.

Суд не может принять доводы представителя ответчика ФИО2 о том, что истец вправе требовать перерасчета заработной платы с 07 декабря 2017 года - с момента вступления в законную силу Постановления Конституционного Суда РФ от 07 декабря 2017 года № 38-П, по следующим основаниям. 

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 07 декабря 2017 года № 38-П признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации взаимосвязанные положения статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они не предполагают включения в состав минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) районных коэффициентов (коэффициентов) и процентных надбавок, начисляемых в связи с работой в местностях с особыми климатическими условиями, в том числе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

В п. 2 Постановления от 07 декабря 2017 года № 38-П указано, что выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл положений статьи 129, частей первой и третьей статьи 133, частей первой, второй, третьей, четвертой и одиннадцатой статьи 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 08 ноября 2012 года № 25-П разъяснено, что юридической силой постановления Конституционного Суда Российской Федерации, в котором выявляется конституционно-правовой смысл нормы и тем самым устраняется неопределенность в ее интерпретации с точки зрения соответствия Конституции Российской Федерации, обусловливается невозможность применения данной нормы (а значит, прекращение действия) в любом другом истолковании, расходящемся с ее конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации. Иное - в нарушение статьи 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации и части третьей статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» - означало бы возможность применения нормы в прежнем ее понимании, не соответствующем Конституции Российской Федерации и, следовательно, влекущем нарушение конституционных прав и свобод. С момента вступления постановления Конституционного Суда Российской Федерации в силу такая норма не должна толковаться каким-либо иным образом и применяться в каком-либо ином смысле (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 января 2010 года № 1-П, от 26 февраля 2010 года № 4-П и от 21 декабря 2011 года № 30-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 ноября 2008 года № 556-О-Р, от 16 июля 2009 года № 957-О-О, от 01 июня 2010 года № 755-О-О и др.).

На указанные обстоятельства обращено внимание и в Определении Конституционного Суда РФ от 27 февраля 2018 года № 252-О-Р, которым ходатайство Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о разъяснении Постановления от 07 декабря 2017 года № 38-П признано не подлежащим дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации.

Поскольку настоящий спор разрешается уже после 07 декабря 2017 года, суд не вправе применить нормы трудового законодательства в любом другом истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации в Постановления от 07 декабря 2017 года № 38-П.

Следовательно, доводы истца о том, что ответчик заработную плату выплачивает не в полном объеме, поскольку в размер минимального размера оплаты труда включает северную надбавку и районный коэффициент, по мнению суда, являются обоснованными. 

Из представленных суду расчетных листков за спорный период, а также из справки по начислению заработной платы следует, что истец в спорный период времени исполняла свои должностные обязанности по профессии делопроизводителя на 1 ставку по основной должности и ее заработная плата в указанный период состояла из должностного оклада, северной надбавки, районного коэффициента, доплат.

Разрешая вопрос о размере подлежащих удовлетворению исковых требований о взыскании не доначисленной заработной платы, проверив расчет, представленный истцом, изучив расчетные листы, учитывая вышеизложенное, а также фактически отработанное истцом в спорный период время, суд исходит из следующего:

***

***

***

*** 

***

***

***

*** 

***

***

***

*** 

Таким образом, не доначисленная истцу заработная плата по основному месту работы за период с октября 2017 по декабрь 2017 года составляет *** рубля, которая и подлежит взысканию с ответчика.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

С учетом выводов суда о неправомерности действий работодателя (ответчика) в части порядка начисления ФИО1 заработной платы, суд находит исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными. 

Вместе с тем, разрешая вопрос о размере подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, а также тот факт, что каких-либо доказательств в подтверждение обоснованности заявленной суммы компенсации морального вреда - *** рублей и ее соразмерности фактически причиненным ей неправомерными действиями работодателя в связи с нарушением порядка начисления заработной платы моральным страданиям, истцом суду не представлено. При таких обстоятельствах, руководствуясь также, в соответствии со ст.1101 ГК РФ, требованиями разумности и справедливости, и учитывая установленные судом фактические обстоятельства дела, положенные в основу вышеприведенных выводов, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО1 *** рублей.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В связи с чем, с учетом подлежащей удовлетворению части иска, суд приходит к выводу о том, что с ответчика также подлежит взысканию государственная пошлина в размере *** рублей за удовлетворенную часть исковых требований истца по требованиям материального и нематериального характера, освобожденной от уплаты госпошлины (ст.ст. 333.19, 333.36 НК РФ).

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному дошкольному образовательному учреждению детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма о взыскании недополученной заработной платы, компенсации морального вреда - удовлетворить частично. 

Взыскать с Муниципального дошкольного образовательного учреждения детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма в пользу ФИО1 недополученную заработную плату за октябрь – декабрь 2017 года в размере *** рубля, компенсацию морального вреда в размере *** рублей. 

В удовлетворении исковых требований о взыскании недополученной заработной платы за период с 01 января 2017 года по 30 сентября 2017 года – отказать в связи с пропуском срока давности.

В удовлетворении исковых требований о взыскании недополученной заработной платы в размере *** рублей, компенсации морального вреда в размере *** рублей - отказать. 

Взыскать с Муниципального дошкольного образовательного учреждения детский сад общеразвивающего вида «Березка» п. Новая Игирма в доход местного бюджета государственную пошлину в размере *** копеек. 

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Нижнеилимский районный суд Иркутской области в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме, с которым стороны могут ознакомиться 04 февраля 2019 года.

Председательствующий М.А. Перфилова