Гр. дело № 2- 394/2019 Мотивированное 

решение

 изготовлено 21 мая 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 мая 2019 года г. Апатиты 

Апатитский городской суд Мурманской области в составе 

председательствующего судьи Тычинской Т.Ю. 

при секретаре Протасевич А. Е.

с участием представителя истца ФИО3, 

представителей ответчика ФИО4 и ФИО5, действующих на основании доверенностей от 01 апреля 2019 года и № 2 от 09 января 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Монтаж-автоматика» о взыскании задолженности по заработной плате и денежной компенсации морального вреда и встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Монтаж-автоматика» к ФИО6 о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО6 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Монтаж-автоматика» (далее – ООО «Монтаж-автоматика») о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за просрочку выплаты заработной платы и денежной компенсации морального вреда. 

В обоснование иска указал, что работал в ООО в должности электрогазосварщика 5 разряда с 17 октября 2016 года по 24 декабря 2018 года. 24 декабря 2018 года он был уволен по собственному желанию. При этом окончательный расчет с ним был произведен несвоевременно и не в полном объеме. По его расчетам на момент увольнения перед ним у работодателя имелась задолженность по заработной плате в размере 243000 рублей. Из которых: оплата проезда за ноябрь и декабрь 2018 года – 4500 рублей; оплата питания за ноябрь и декабрь 2018 года – 4500 рублей; остаток заработной платы за ноябрь 2018 года – 90000 рублей; остаток заработной платы за декабрь 2018 года – 60000 рублей; премия за ноябрь и декабрь 2018 года – 10000 рублей; надбавка за работу бригадиром за ноябрь и декабрь 2018 года – 10000 рублей; компенсация за неиспользованный отпуск - 64000 рублей. После увольнения ответчиком ему было перечислено в общей сложности 107651 рубль 96 копеек: 25 декабря 2018 года – 10000 рублей; 11 января 2019 года – 30000 рублей; 29 января 2019 года - 67651 рубль 96 копеек. Таким образом, работодателем ему была недоплачена заработная плата в размере 135348 рублей 04 копейки. Также просит взыскать с ответчика компенсацию за просрочку выплаты заработной платы в размере 1537 рублей 31 копейка, денежную компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей и судебные расходы в размере 5000 рублей.

Не соглашаясь с иском, ООО «Монтаж-Автоматика» обратилось в суд со встречным иском о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю, указав в его обоснование, что в результате проведенной проверки, оформленной актом служебного расследования № 15 от 06 мая 2019 года, было установлено, что из-за несоответствия данных, указанных в табелях учета рабочего времени, фактически отработанному времени, за 2018 год (за исключением мая и ноября) ФИО6 была произведена переплата заработной платы за 216,6 часов, что составило 89952 рубля 63 копейки. Просит взыскать с бывшего работника ФИО6 излишне выплаченную в результате счетной ошибки заработную плату в указанном размере, а также расходы по уплате государственной пошлины за обращение с иском в суд в размере 2899 рублей.

Истец о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом извещен, не явился, доверил представление своих интересов представителю.

В судебном заседании 13 мая 2019 года истец и его представитель согласились с тем, что истец не имеет права на компенсацию топливных расходов для проезда на личном автотранспорте к месту работы и обратно, оплату питания, а премия за ноябрь 2018 года и компенсация за неиспользованный отпуск ему выплачены в полном объеме и уточнили исковые требования, просили взыскать с ответчика задолженность по заработной плате, которая складывается из недоплаченной заработной платы за ноябрь 2018 года в размере 12861 рубль и декабрь 2018 года в размере 44350 рублей 45 копеек, премии за декабрь 2018 года в размере 5319 рублей, надбавки за работу бригадиром за ноябрь и декабрь 2018 года в размере 10000 рублей, а всего просили взыскать 32500 рублей. Также настаивали на взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 20000 рублей и судебных расходов в размере 5000 рублей. В обоснование своих требований дополнили, что при расчете заработной платы руководствовались положениями трудового договора об установлении истцу пятидневной рабочей недели продолжительностью 40 часов за тарифную ставку 80 рублей в час и, соответственно, установлением переработки истца и выхода на работу в выходные дни согласно данным табелей учета рабочего времени. Полагали незаконным расчет заработной платы, исходя из суммированного учета рабочего времени, поскольку при его введении работодателем были нарушены нормы трудового законодательства: не произведено уведомление истца об изменении существенных условий трудового договора, не заключено с ним дополнительное соглашение об изменении условий труда. В обоснование требования о взыскании премии указали, что с приказом о депримировании истца не знакомили, к дисциплинарной ответственности он в течение года не привлекался, в связи с чем не мог быть лишен премии, как составной поощрительной части заработной платы. Кроме того, в два предшествующих увольнению месяца он исполнял обязанности бригадира, что может быть подтверждено свидетельскими показаниями, за которые ему недоплатили 10000 рублей. Моральный вред обосновывает нравственными переживаниями из-за нарушения своих прав, выразившегося в неполучении заработной платы в оспариваемый период в полном объеме. 

В судебном заседании представитель истца (ответчика по встречному иску) настаивал на ранее высказанной в судебном заседании 13 мая 2019 года позиции по делу. Со встречным иском не согласен, так как определенные ко взысканию денежные суммы не являются счетной ошибкой, кроме того, работодателем неверно произведен расчет взыскиваемой суммы.

Представитель ответчика, настаивая на удовлетворении встречного иска, предъявленный иск к ООО не признал, пояснив, что компенсация работникам расходов на питание и топливных расходов в ООО не предусмотрена, в оспариваемые месяцы истец обязанности бригадира не исполнял. Премия за ноябрь 2018 года была выплачена истцу, в декабре 2018 года премия не была начислена ввиду отсутствия представления непосредственного руководителя. Задолженность по заработной плате по авансу за ноябрь 2018 года в размере 10000 рублей была перечислена истцу 25 декабря 2018 года, по заработной плате – 11 января 2019 года в размере 30000 рублей и 29 января 2019 года - в размере 67651 рубль 96 копеек. Не оспаривая, что окончательный расчет при увольнении был произведен несвоевременно, указывает, что 06 февраля 2019 года истцу была выплачена компенсация за просрочку выплаты заработной платы в размере 1697 рублей 15 копеек. Учитывая, что задолженности по заработной плате перед истцом не имеется, просил в удовлетворении исковых требований отказать. Также уточнил свои исковые требования и с учетом перерасчета взыскиваемой суммы просил взыскать с ФИО6 материальный ущерб в размере 24421 рубль 49 копеек и судебные расходы по оплате государственной пошлины за обращение с иском в суд в размере 1966 рублей.

В соответствии с ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования по первоначальному иску и встречные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

На основании статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. 

В силу части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. 

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; выплачивать в полном объеме причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии в кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами. 

Статья 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату (оплата труда работника) как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно статье 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая).

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть вторая).

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 5 и ч. 6 ст. 135 ТК РФ).

Заработная плата конкретного работника, согласно Трудовому кодексу Российской Федерации, устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая статьи 135), которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства (часть вторая статьи 135) и должны гарантировать каждому работнику определение его заработной платы с учетом закрепленных в законодательстве критериев, в том числе условий труда, при этом заработная плата работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, должна устанавливаться в повышенном размере по сравнению с тарифными ставками, окладами (должностными окладами), установленными для идентичных видов работ, но с нормальными условиями труда (часть первая статьи 147).

В судебном заседании установлено, что ФИО6 в период с 17 октября 2016 года по 24 декабря 2018 года состоял в трудовых отношениях с ответчиком, занимая должность электрогазосварщика пятого разряда ремонтно-монтажного подразделения, с ним заключен трудовой договор № 46/2016 от 17 октября 2016 года с последующими дополнительными соглашениями (т. 1, л.д. 45-56).

Согласно пунктам 1.3, 3.1, 3.5 трудового договора ФИО6 с 01 ноября 2016 года установлена повременно-премиальная оплата труда по тарифной ставке – 80 рублей в час, согласно табеля учета рабочего времени, с применением районных коэффициентов и процентных надбавок, надбавка за вредные условия труда – 20% от часовой тарифной ставки, при пятидневной рабочей неделе продолжительностью 40 часов с двумя выходными днями – суббота и воскресенье.

Приказом № 46/К от 21 сентября 2018 года с 01 октября 2018 года для работников ремонтно-монтажного подразделения был введен суммированный учет рабочего времени с учетным периодом – квартал (т. 1, л. д. 227).

Согласно расчетным листам ФИО6 за октябрь-декабрь 2018 года начисление ему заработной платы производилась, исходя из фактически отработанного времени:

- в октябре 2018 года – 160 часов (с учетом отпуска за свой счет с 01 по 03 октября 2018 года) в размере 38913 рублей 60 копеек (оплата по часовому тарифу – 12800 рублей; доплата за 88 ночных часов – 1408 рублей, доплата за вредность (20%) – 2560 рублей; доплата за бригадирство – 2024 рубля; районный коэффициент (40%) – 6707 рублей 20 копеек; северная надбавка (80%) – 13414 рублей 40 копеек; удержано – 21059 рублей. Всего к выплате 17854 рубля (т. 1, л. д. 122);

- в ноябре 2018 года – 160 часов (с учетом отпуска за свой счет 06 ноября 2018 года) в размере 83 072 рублей (оплата по часовому тарифу – 12800 рублей; доплата за 80 ночных часов – 1280 рублей, доплата за вредность (20%) – 2560 рублей; премия ежемесячная – 21 120 рублей; районный коэффициент (40%) – 15 104 рубля; северная надбавка (80%) – 30 280 рублей; удержано – 35799 рублей. Всего к выплате 47273 рубля (т. 1, л. д. 122);

- в декабре 2018 года – 104 часа (с учетом отпуска за свой счет 14, 17, 18 декабря 2018 года) в размере 99 453 рубля 36 копеек (оплата по часовому тарифу – 8320 рублей; доплата за 8 ночных часов – 128 рублей, доплата за вредность (20%) – 1664 рубля; районный коэффициент (40%) – 4044 рубля 80 копеек; северная надбавка (80%) – 8089 рублей 60 копеек, компенсация отпуска – 77206 рублей 96 копеек); удержано – 21929 рублей. Всего к выплате 77524 рубля 36 копеек (т. 1, л. д. 124).

Оплата была произведена на основании данных, проставленных в табелях учета рабочего времени (т. 1, л. д. 69-72).

Платежными поручениями заработная плата была перечислена ФИО6:

- за октябрь 2018 года: 15 ноября 2018 года в сумме 17854 рубля (т. 1, л. д. 123);

- за ноябрь 2018 года: 15 ноября 2018 года в сумме 2145 рублей 40 копеек; 30 ноября 2018 года – 15000 рублей; 11 января 2019 года – 30000 рублей; 29 января 2019 года – 127 рублей 60 копеек (т. 1, л. 

<

...>, 144, 145); 

- за декабрь 2018 года: 25 декабря 2018 года в сумме 10000 рублей, 29 января 2019 года – 67396 рублей 76 копеек (т. 1, л. 

<

...>, 149).

Компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 1697 рублей 15 копеек была выплачена 06 февраля 2019 года, что подтверждается платежным поручением № 233 от 06 февраля 2019 года (т. 1, л. д. 137-142).

Таким образом, у ООО «Монтаж-Автоматика» отсутствует задолженность по заработной плате перед ФИО6

Доводы истца по первоначальному иску и его представителя о незаконности расчета заработной платы, исходя из суммированного учета рабочего времени, суд считает несостоятельными по следующим основаниям.

Введение суммированного учета рабочего времени допускается статьей 104 Трудового кодекса Российской Федерации. Порядок его введения устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка (далее – ПВТР).

Согласно пункту 4.12 ПВТР, являющихся приложением № 1 к коллективному договору ООО, по приказу руководства работодателя при наличии производственной необходимости по докладной руководителя отдела (службы), согласованной с работником, к отдельным сотрудникам может применяться суммированный учет рабочего времени с тем, чтобы продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал) не превышала нормального числа рабочих часов (т. 1, л. д. 66).

Суммированный учет рабочего времени с учетным периодом – квартал был введен в ООО «Монтаж-Автоматика» приказом № 46/К от 21 сентября 2018 года с 01 октября 2018 года (т. 1, л. д. 227).

С приказом ФИО6 был ознакомлен (т. 1, л. д. 228), согласился продолжить работу в новых условиях, по определенному новым порядком графику проработал до увольнения, требований о признании незаконным приказа работодателя не заявлял. Действия сторон суд расценивает как соглашение между работником и работодателем о продолжении работы в новых условиях режима рабочего времени. Выплата истцу заработной платы в оспариваемый период времени произведена работодателем в соответствии с фактически отработанным им временем, что не ухудшило его положения. Таким образом, расчет заработной платы по предложенному истцом и его представителем варианту является неверным, поскольку истец уже выполнял работу в измененных условиях и суббота и воскресенье при установленном ему режиме работы уже не являлись его выходными днями.

Доводы ФИО6 и его представителя о том, что работодателем не была оплачена работа бригадиром, суд считает также несостоятельными.

Из пояснений представителя ООО «Монтаж-Автоматика» ФИО5 (руководителя обособленного подразделения ООО «Монтаж-автоматика» в г. Кировске) следует, что на основании приказа бригадиром назначается работник, у которого в подчинении не менее 10 человек, за что ему производится доплата к заработной плате в размере 10% от тарифной ставки работника. Такие обязанности в течение 2018 года в связи с отпускным периодом у начальника участка и возложением его обязанностей на горного мастера, периодически возлагались на ФИО6, однако ни в ноябре, ни в декабре 2018 года бригадиром он не являлся, так как выполнял работы на Кировском руднике, где непосредственное руководство работами осуществлял мастер.

Свидетель ФИО1 (горный мастер), допрошенный в судебном заседании 13 мая 2019 года, пояснил, что основанием для назначения работника бригадиром для осуществления руководством бригадой в количестве не менее 10 человек является его письменное ходатайство и приказ руководителя ООО. В случае производства разовых работ по его поручению в составе звена не менее 3-х человек по его устному распоряжению назначается старший (звеньевой) без оформления какого-либо приказа в письменном виде. Отметка об исполнении обязанностей старшего (звеньевого) или бригадира делается в ежедневном наряде-допуске. В ноябре и декабре 2018 года он являлся непосредственным руководителем истца, необходимости назначения ФИО6 бригадиром не имелось, приказов о возложении на него таких обязанностей не выносилось.

Пояснения свидетелей подтверждаются имеющимися в материалах дела копиями приказов по ООО, согласно которым обязанности бригадира возлагались на истца в январе, сентябре и октябре 2018 года (т. 1, л. 

<

...>).

В журналах сменных нарядов-допусков на производство опасных горных работ за ноябрь и декабрь 2018 года отметок об исполнении истцом обязанностей бригадира также не имеется.

Также суд считает основанными на неправильном понимании норм права доводы ФИО6 и его представителя о том, что истец был депримирован ответчиком в декабре 2018 года.

Согласно статье 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективными договорами или правилами внутреннего распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

По смыслу приведенной статьи в ее взаимосвязи со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что премия является одним из видов поощрения работника, добросовестно исполняющего трудовые обязанности, размер и условия выплаты которого работодатель определяет с учетом совокупности обстоятельств, предусматривающих самостоятельную оценку работодателем выполненных работником трудовых обязанностей, и иных условий, влияющих на размер премии, в том числе результатов экономической деятельности самой организации. Трудовое законодательство не устанавливает порядок и условия назначения и выплаты работодателем стимулирующих выплат, а лишь предусматривает, что такие выплаты входят в систему оплаты труда, а условия их назначения устанавливаются локальными нормативными актами работодателя.

Согласно пункту 5.2.2 коллективного договора ООО «Монтаж-Автоматика» премирование работников общества за достижение основных результатов производственно-хозяйственной деятельности производится в соответствии с Положением о премировании работников и другими локальными актами общества (т. 1, л. д. 57-68).

В соответствии с действующим в ООО с 01 января 2007 года Положением о порядке оплаты труда за текущие результаты хозяйственной деятельности размер оплаты труда рабочих складывается из нормируемой части – тарифной ставки (оклада), являющейся обязательной выплатой, и ненормируемой части – прочих выплат по фонду заработной платы, состоящих из поощрительных выплат по результатам финансово-хозяйственной деятельности предприятия, поощрительных выплат за выполнение производственных заданий и соблюдение исполнительской дисциплины, поощрительные выплаты за профессионализм и творческую инициативу, поощрительные выплаты за неукоснительное соблюдение работниками правил техники безопасности и трудовой дисциплины. Ненормируемая часть заработной платы не является обязательной выплатой (пункт 3) (т. 1, л. д. 73-75).

Основанием для определения размера премии является представление непосредственного руководителя - мастера или прораба, исходя из оценки личных показателей работы работника с учетом его личного вклада, с учетом поощрений и наказаний, отраженных в приказах и распоряжениях по предприятию, поощрений и замечаний, изложенных в служебных и докладных записках (пункты 9-10 Положения).

Согласно пункту 11 Положения окончательное решение по размеру ненормируемых выплат работникам принимает руководитель, так как указанные выплаты не являются обязательными.

Как следует из имеющейся в материалах дела служебной записки исполняющего обязанности начальника участка ФИО1 от 24 декабря 2018 года к ФИО6 имелись замечания по работе, что явилось основанием для обращения непосредственного руководителя истца к руководству с предложением о неначислении премии по итогам работы за декабрь 2018 года. Служебная записка была согласована руководителем (т. 1, л. д. 108). 

Из пояснений свидетеля ФИО1 в судебном заседании 13 мая 2019 года следует, что в декабре 2018 года ФИО6, мотивируя свое поведение предстоящим увольнением, отказывался от выполнения работы и его поручений, непосредственно связанных с работой, нарушал трудовую дисциплину. Не усмотрев оснований для премирования, в представление о поощрении работников за декабрь 2018 года он его фамилию не внес. Учитывая предстоящее увольнение истца, он посчитал возможным не решать вопрос о привлечении его к дисциплинарной ответственности за нарушения трудовой дисциплины и ограничился мерой материального воздействия.

Таким образом, суд не находит нарушений в действиях работодателя в части неначисления ФИО6 премии за декабрь 2018 года, поскольку его основанием явилось не лишение премии за нарушения трудовой дисциплины, оформляемое отдельным приказом, а отсутствие представления непосредственного руководителя на премирование истца по итогам работы за месяц. При этом суд учитывает, что премирование носит стимулирующий характер и является правом, а не обязанностью работодателя. 

Учитывая отказ в удовлетворении основных исковых требований, производные от них требования о взыскании денежной компенсации морального вреда также удовлетворению не подлежат.

Рассматривая встречные исковые требования о взыскании ущерба с работника, суд также приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения по следующим основаниям.

Обязанность стороны трудового договора возместить ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора, установлена статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом договорная ответственность работника перед работодателем не может быть выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Общие условия наступления материальной ответственности работника отражены в статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. 

Согласно пункту 15 Постановления Пленума ВС РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников» при определении суммы, подлежащей взысканию, следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам; под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

В качестве правового основания для взыскания с бывшего работника материального ущерба, выразившегося в переплате заработной платы, ООО указывает на ее выплату в результате счетной ошибки, с чем суд не соглашается, исходя из следующего.

Согласно ч. 2 ст. 137 Трудового кодекса РФ удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться, в том числе, для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок. 

В соответствии с ч. 4 ст. 137 Трудового кодекса РФ заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев:

- счетной ошибки;

- если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статья 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса);

- если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Таким образом, действующее трудовое законодательство ограничивает возможность обратного взыскания заработной платы случаями, перечисленными в данной норме. 

В силу положений статьи 392 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Как установлено в судебном заседании, в результате проведенного работодателем служебного расследования, оформленного актом № 15 от 06 мая 2019 года, было установлено, что данные о продолжительности рабочих смен ФИО6, указанные в табелях учета его рабочего времени за 2018 год (за исключением мая и ноября) являются недостоверными, противоречащими данным лампового учета, заполняемым сторонней организацией АО «Апатит», отвечающей за достоверность сведений о нахождении физических лиц – работников, осуществляющих работу в подземных условиях труда.

Выявление несоответствия данных о фактически обработанном ФИО6 времени выявило оплату труда истца в указанный период времени в большем размере. Переплата составила 24421 рубль 49 копеек.

Суд не может согласиться с доводами истца по встречному иску о том, что указанные суммы переплаты возникли в результате счетной ошибки.

Частью 4 ст. 91 Трудового кодекса РФ установлена обязанность работодателя по ведению учета отработанного работниками времени.

В целях реализации указанной обязанности на любом предприятии независимо от его организационно-правовой формы ведется табельный учет. 

Затраты рабочего времени учитываются в табеле учета рабочего времени или методом сплошной регистрации явок и неявок на работу, или путем регистрации только отклонений (неявок, опозданий, сверхурочных часов и т.п.). 

Табели учета рабочего времени составляются в одном экземпляре уполномоченным на это лицом, подписываются руководителем структурного подразделения, работником кадровой службы, передаются в бухгалтерию.

Согласно представленным должностным инструкциям ответственными за правильность оформления табелей учета рабочего времени в ООО является начальник участка и его заместитель, ответственность за их проверку возложена на экономиста.

Таким образом, именно табель учета рабочего времени, заполняемый не истцом, а представителем работодателя, являлся первичным документом для начисления истцу заработной платы работником бухгалтерии, следовательно, ответственность за надлежащее заполнение первичных документов о продолжительности работы работника несет работодатель в лице его представителя. 

Поскольку статья 137 Трудового кодекса РФ не раскрывает понятие "счетная ошибка", Федеральная служба по труду и занятости в своем письме от 01 октября 2012 года N 1286-6-1 разъяснила, что на практике под ним понимается арифметическая ошибка – ошибка, допущенная в результате неверного применения арифметических действий (умножения, сложения, вычитания, деления) при подсчетах.

Из имеющихся в материалах дела табелей учета рабочего времени и расчетных листов ФИО6 следует, что начисление ему заработной платы производилось на основании первичных документов без каких-либо арифметических ошибок. 

Проанализировав представленные документы, суд приходит к выводу о том, что выплата заработной платы ФИО6 в размере, соответствующем условиям трудового договора и приказу о введении суммированного учета рабочего времени, произошла не в результате действий работника бухгалтерии при начислении заработной платы, а в результате внесения недостоверных данных о продолжительности рабочего времени истца, внесенных в табель учета его рабочего времени, за что приказом № 23 от 08 мая 2019 года начальник участка ФИО2 был депримирован (т.2, л. д. 93).

Таким образом, в получении переплаты по заработной плате в 2018 году недобросовестных действий со стороны ФИО6 судом не установлено, поскольку внесение недостоверных сведений о работе в табеля учета рабочего времени осуществлялось не им, а лицом, ответственным за их ведение – (заместителем) начальником участка, и было произведено работником бухгалтерии в соответствии с действующим на предприятии Положением о порядке оплаты труда, в связи с чем суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения встречного иска.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Монтаж-автоматика» о взыскании задолженности по заработной плате в размере 32530 (тридцать две тысячи пятьсот тридцать) рублей и денежной компенсации морального вреда в размере 20000 (двадцать тысяч) рублей отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Монтаж-автоматика» к ФИО6 о взыскании материального ущерба, причиненного работодателю, в размере 24421 (двадцать четыре тысячи четыреста двадцать один) рубль 49 копеек отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Апатитский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Председательствующий: Т. Ю. Тычинская