Дело № 2-2392/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 декабря 2017 года г. Ижевск

Устиновский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Малкова К.Ю., при секретаре судебного заседания – Нурихановой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО10 к ФИО11 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО10 обратилась в суд с исковым заявлением к ответчику ФИО11 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного смертью брата ФИО1 в размере 1 000 000 рублей.

Свои требования истец мотивирует тем, что приговором 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ. В результате преступления, совершенного ответчиком, погиб брат истца ФИО1. Постановлением следователя в рамках уголовного дела истец признана потерпевшей. Гражданский иск в ходе рассмотрения уголовного дела не заявлялся. В результате преступных действий ответчика истец лишилась родного брата. Истец ездила в 

<

адрес> для опознания тела своего брата, занималась перевозкой его тела для захоронения в 

<

адрес>, занималась организацией его похорон. Истец испытывала и испытывает физические и нравственные страдания, связанные со смертью брата. Страдания выразились в ощущении безысходности ситуации, беспомощностью перед лицом обстоятельств, в результате которых истец лишилась родного человека, единственного брата. В результате истец страдает головными болями, бессонницей, мучают ночные кошмары, боится отпускать от себя своих детей, боясь за их жизнь.

В судебном заседании истец ФИО10 исковые требования поддержала, доводы, изложенные в исковом заявлении, подтвердила, суду пояснила, что брат ФИО1 был самым близким ей человеком, несмотря на то, что жили разными семьями. С ДД.ММ.ГГГГ брат жил в 

<

адрес>, приезжал раз в месяц в 

<

адрес>, постоянно общались с помощью средств связи и социальных сетей. Ранее в предварительном судебном заседании суду пояснила, что у нее с братом разные матери, отец один. Общались с братом близко, ходили друг к другу в гости, материально поддерживали. Опознавать брата ездила только она, несла полностью расходы на похороны. После смерти брата попала в больницу, с позвоночником начались проблемы на нервной почве.

В судебном заседании ответчик ФИО11 исковые требования признал частично, считает сумму компенсации завышенной, вину признает. Словесно истцу приносил извинения, материальные компенсации не предлагал.

Свидетель ФИО6, допрошенная в предварительном судебном заседании, суду показала, что ФИО1 был ее женихом, совместно не проживали, знала его 

<

данные изъяты> лет. С М. отношения стали поддерживать 

<

данные изъяты> года назад, за время общения с ФИО1 сдружились с семьей К-вых. После смерти брата М. сильно страдала и до сих продолжает, это выражается в истериках, бессоннице, постоянно разговаривает на надрыве, либо плачет. Очень тяжело переживала смерть брата, занималась перевозкой тела в 

<

адрес>. До сих пор у М. обостренное состояние на нервной почве, она обращалась в больницу по поводу 

<

данные изъяты>.

Свидетель ФИО4, допрошенный в судебном заседании, суду показал, что является супругом истца, гибель брата супруги случилась ДД.ММ.ГГГГ в результате ДТП в ночное время. На опознание ездила супруга, больше некому было ехать. Супруга была самым близким человеком для брата. Все траты на захоронение лежали на них. После прибытия из 

<

адрес> состояние здоровья супруги ухудшилось, появилась тревога, обострились хронические заболевания, появились 

<

данные изъяты>. С братом супруги он был знаком с ДД.ММ.ГГГГ, все семейные праздники и знаменательные даты проводили вместе, ФИО1 всегда оказывал помощь, если что-то нужно было перевезти, либо иным образом помогал физически. Отношения между супругой и ФИО1 были достаточно близкие, как брата и сестры, материально им не было необходимости помогать. друг другу. В последний год ФИО1 постоянно проживал в 

<

адрес>, приезжал раз в месяц в 

<

адрес>. Во время приездов они постоянно встречались.

Выслушав объяснения участников процесса, показания свидетелей, исследовав материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела №, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего гражданского дела.

ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут, ФИО11, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, г/н №, с пассажирами ФИО8, ФИО7, ФИО1, двигаясь по автодороге 

<

данные изъяты>, по территории 

<

адрес>, в направлении 

<

адрес>, на 

<

данные изъяты> километре 

<

данные изъяты> метров, совершил столкновение с впереди стоящим грузовым автомобилем «Mercedes-Benz Actros», г/н №. В результате столкновения пассажиры автомобиля «Volkswagen Caravelle T4» ФИО8, ФИО1 получили телесные повреждения, от которых скончались на месте происшествия. 

Согласно паспорту транспортного средства серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельству о регистрации ТС серии 

<

данные изъяты> № собственником автомобиля Volkswagen Caravelle T4, г/н 

<

данные изъяты> на момент ДТП являлась ФИО9 (уголовное дело №1-79/2017, том 1, л.д.103-105).

Согласно страховому полису ОСАГО серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ (период действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) лицом, допущенным к управлению транспортным средством Volkswagen Caravelle T4, г/н 

<

данные изъяты> на момент ДТП являлся ФИО11 (уголовное дело №1-79/2017, том 1, л.д.107).

Из содержания заключения судебно-медицинской экспертизы 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ следует:

При судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения обнаружены следующие повреждения: 

<

данные изъяты> 

Все вышеуказанные повреждения прижизненные, причинены при действии тупого предмета (предметов). 

Морфологические особенности обнаруженных повреждений ссадин (их соответствие с окружающей кожей, подсохшей, красной поверхностью) кровоподтеков и кровоизлияний (их цвет) отсутствие признаков заживления повреждений позволяют считать, что обнаруженные при судебно-медицинском исследовании повреждения причинены незадолго до времени наступления смерти. 

При жизни обнаруженные повреждения квалифицировались бы в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью, как опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни человека, в данном конкретном случае приведшие к смерти.

Морфологические особенности, характер, локализация и вид повреждений позволяют полагать, что они могли образоваться при условии дорожно-транспортного происшествия.

Смерть гражданина ФИО1 наступила от 

<

данные изъяты> (уголовное дело №1-79/2017, том 1, л.д.43-50).

Согласно постановлению следователя 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 признана потерпевшей по уголовному делу № (уголовное дело №1-79/2017, том 1, л.д.70).

Приговором 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, и ему назначено наказание в виде 

<

данные изъяты>. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на 

<

данные изъяты> (уголовное дело №1-79/2017, том 2, л.д.11-12).

В апелляционном порядке приговор не обжалован, вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (уголовное дело №1-79/2017, т.2 л.д.25).

Согласно повторному свидетельству о рождении серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО12 родилась ДД.ММ.ГГГГ. Родителями ФИО12 указаны: отец ФИО2, мать ФИО3 (л.д.26).

Согласно свидетельству о заключении брака серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения заключили брак ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлена запись акта о заключении брака №. После заключения брака мужу и жене присвоены фамилии ФИО19, ФИО10 (л.д.28).

Согласно повторному свидетельству о рождении серии 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ. Родителями ФИО1 указаны: отец ФИО2, мать ФИО5.

Таким образом, родственные отношения истца ФИО10 и погибшего ФИО1 подтверждены представленными документами, из которых следует, что ФИО1 приходился неполнородным братом истцу ФИО10

Проанализировав установленные обстоятельства, выслушав участников процесса, показания свидетелей, суд приходит к следующим выводам.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно абз.2 ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Таким образом, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от конкретных обстоятельств дела.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При определении круга лиц, относящихся к близким родственникам, следует руководствоваться положениями абз.3 ст.14 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которым близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

Близкие родственники лица, смерть которого наступила от источника повышенной опасности, вправе требовать от его владельца компенсации морального вреда за причиненные им нравственные и физические страдания.

Таким образом, законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда в связи с утратой близких людей, к которым в данном случае относится и истец, как неполнородная сестра погибшего ФИО1

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> вынесен приговор, вступивший в законную силу, которым установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> часов 

<

данные изъяты> минут, ФИО11, управляя автомобилем «Volkswagen Caravelle T4», г/н 

<

данные изъяты>, с пассажирами ФИО8, ФИО7, ФИО1, совершил столкновение с впереди стоящим грузовым автомобилем «Mercedes-Benz Actros», г/н 

<

данные изъяты>. В результате столкновения пассажир автомобиля «Volkswagen Caravelle T4» ФИО1 получил телесные повреждения, от которых скончался на месте дорожно-транспортного происшествия. 

Наступившие последствия в виде причинения по неосторожности смерти, в том числе, ФИО1, находятся в прямой причинно-следственной связи с нарушением водителем ФИО11, управлявшим автомобилем, Правил дорожного движения РФ, а именно: п.1.3 - «Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами»; п.1.5 - «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда»; п.2.7 - «водителю запрещается: управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения»; п.9.4 - «Вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3 или где разрешено движение со скоростью более 80 км/ч, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых»; п.9.7 - «Если проезжая часть разделена на полосы линиями разметки, движение транспортных средств должно осуществляться строго по обозначенным полосам. Наезжать на прерывистые линии разметки разрешается лишь при перестроении»; п.10.1 - «водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства».

ФИО11, нарушая вышеуказанные положения Правил дорожного движения, не предвидел возможность причинения смерти, в том числе, ФИО1, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, небрежно относясь к последствиям нарушения правил дорожного движения РФ.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы 

<

данные изъяты> №, при исследовании трупа ФИО1 морфологические особенности обнаруженных повреждений ссадин (их соответствие с окружающей кожей, подсохшей, красной поверхностью) кровоподтеков и кровоизлияний (их цвет) отсутствие признаков заживления повреждений позволяют считать, что обнаруженные при судебно-медицинском исследовании повреждения причинены незадолго до времени наступления смерти. При жизни обнаруженные повреждения, квалифицировались бы в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью, как опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни человека, в данном конкретном случае приведшие к смерти. Морфологические особенности, характер, локализация и вид повреждений позволяют полагать, что они могли образоваться при условии дорожно-транспортного происшествия.

Вышеуказанным приговором суда ФИО11 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, в силу ч.4 ст. 61 ГПК РФ, обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, то есть, является обстоятельством, освобождающим сторону истца от дальнейшего доказывания приведенных обстоятельств.

Таким образом, суд приходит к выводу о противоправном, виновном поведении ФИО11 в момент дорожно-транспортного происшествия, в результате которого скончался брат ФИО10 – ФИО1

Законность владения ФИО11 транспортным средством, участвовавшим в дорожно-транспортном происшествии, установлена при рассмотрении дела, сомнений у суда не вызывает, поскольку никем из сторон по делу не оспаривается.

Данный вывод суда соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п.19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно которой, под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

По смыслу действующего правового регулирования компенсация морального вреда в связи со смертью потерпевшего может быть присуждена лицам, обратившимся за данной компенсацией, при условии установления факта причинения им морального вреда, а размер компенсации определяется судом исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных ими физических или нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями этих лиц, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

Несомненно, в связи с гибелью родного и близкого человека прерываются устойчивые семейные связи, человек испытывает эмоциональное потрясение, нравственные страдания, в связи с чем, суд признает безусловное причинение истцу ФИО10 морального вреда в связи с гибелью брата ФИО1

Факт несения истцом нравственных страданий, в свою очередь, подтвержден показаниями допрошенных судом свидетелей. 

Суд также отмечает, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда следуют из факта причинения ей морального вреда, в связи с гибелью её брата, в результате совершения ответчиком при управлении источником повышенной опасности дорожно-транспортного происшествия. 

Таким образом, поскольку вред ФИО10 был причинен источником повышенной опасности, ФИО11 как законный владелец источника повышенной опасности – автомобиля «Volkswagen Caravelle T4», г/н 

<

данные изъяты>, отвечает перед потерпевшим независимо от наличия либо отсутствия вины в действиях водителя. Более того, в ходе рассмотрения дела в действиях ответчика установлена вина в совершенном ДТП, выразившаяся в нарушении вышеуказанных пунктов Правил дорожного движения, в результате которого (нарушения) наступила гибель ФИО1.

Судом в ходе проведения подготовки по делу разъяснены положения ст.1083 ГК РФ, согласно которым, владелец источника повышенной опасности может быть освобожден от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса. 

В соответствии со ст.1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В этой связи суд учитывает правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, выраженную в п.17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. 

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Между тем доказательств наличия оснований для полного или частичного освобождения ответчика, как владельца источника повышенной опасности, от ответственности за причиненный вред суду не представлено. Противоправный характер действий (бездействия) ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия не доказан.

Поскольку установленные п. 2 ст. 1079 и п.п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ основания для полного или частичного освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности за причиненный вред отсутствуют, суд приходит к выводу о том, что ФИО11 обязан возместить истцу причиненный вред.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу сестры погибшего, суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень тяжести нравственных страданий истца. В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО10 потеряла близкого человека – своего брата. Данная потеря является невосполнимой, что, безусловно, причиняет истцу глубокие нравственные страдания. 

В судебном заседании установлено, что ФИО10 тяжело переживает утрату брата, между ФИО10 и братом были теплые отношения, истец до сих пор испытывает глубокие нравственные переживания. Истец занималась организацией доставки тела ФИО1 в 

<

данные изъяты>, участвовалв в ней, занималась организацией похорон, что, кроме того, подтверждает глубину нравственных страданий истца. 

Следовательно, нравственные переживания по поводу утраты брата причинили истцу моральный вред. Данное обстоятельство в целом не оспаривается и стороной ответчика.

Принимая во внимание обстоятельства совершения дорожно-транспортного происшествия, личность истца, имущественное положение ответчика в соответствии с п.3 ст.1083 ГК РФ, в обоснование которого представлена справка ООО ЧОП «ЛЕГИС-7» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.29), а также требования разумности и справедливости, суд находит обоснованной, адекватной понесенным страданиям, в отношении истца сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. С точки зрения суда, указанная сумма соответствует принципу справедливости, является соразмерной степени и глубине перенесенных истцом физических и нравственных страданий, и в достаточной степени компенсирует причиненный ей моральный вред.

Доказательств необходимости возмещения морального вреда в требуемом истцом размере 1 000 000 рублей, истцом не представлено. 

При этом, доказательств того, что в результате противоправных действий ответчика истцу был причинен вред здоровью, либо произошло обострение уже имеющихся у истца хронических заболеваний, суду не представлено. Из представленного стороной истца медицинского документа (результаты магнитно-резонансной томографии от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.47)), суду не представляется возможным сделать вывод о наличии причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчика и обострения у истца заболевания 

<

данные изъяты>. 

Представленную ответчиком копию решения 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому с ответчика взыскана компенсация морального вреда в общем размере 130 000 рублей, в качестве его тяжелого имущественного положения суд принять не может, поскольку доказательств, что ответчиком фактически исполняется указанное решение, производятся выплаты, суду не представлено

Таким образом, поскольку смерть брата истца произошла в результате дорожно-транспортного происшествия, виновным в дорожно-транспортном происшествии признан ответчик ФИО11, допущенный к управлению транспортным средством Volkswagen Caravelle T4, г/н 

<

данные изъяты>, суд приходит к выводу, что ответственность по возмещению вреда должна быть возложена на причинителя вреда ФИО11 

Согласно положениям ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец при подаче иска освобождена от уплаты государственной пошлины в соответствии с п.3 ч.1 ст. 333.36 НК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу бюджета 

<

данные изъяты> государственную пошлину в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199, 320 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО10 к ФИО11 о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО11 в пользу ФИО10 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО10 отказать.

Взыскать с ФИО11 в пользу бюджета 

<

данные изъяты> государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики (через Устиновский районный суд г. Ижевска) в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято судом 29 декабря 2017 года.

Судья – К.Ю. Малков