Докладчик Уряднов С.Н. Апелляционное дело № 33-4304/2025

Судья Сокрашкина А.Г. Гражданское дело № 2-14/2025

УИД 21RS0019-01-2024-000286-68

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 декабря 2025 года г. Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Шумилова А.А.,

судей Уряднова С.Н., Димитриевой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кирилловой Л.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного вследствие дорожно-транспортного происшествия, по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании недействительным извещения о дорожно-транспортном происшествии, поступившее по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ядринского районного суда Чувашской Республики от 3 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Уряднова С.Н., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного вследствие дорожно-транспортного происшествия (далее также ДТП), обосновывая исковые требования тем, что 31 мая 2023 года в 14 часов 57 минут возле дома № по 

<

адрес> по вине ответчика, управлявшего автомобилем «Chevrolet Cruze» с государственным регистрационным знаком ..., был поврежден принадлежащий ему автомобиль «Skoda Karoq» с государственным регистрационным знаком ..., под его же управлением. ДТП было оформлено без уполномоченных на то сотрудников полиции с заполнением бланка извещения о ДТП, а также с использованием мобильного приложения «ДТП. Европротокол» с присвоением ДТП номера №. По заявлению ФИО1 о страховом возмещении по договору ОСАГО страховщик его ответственности ООО СК «Сбербанк Страхование» по полису ОСАГО признало ДТП страховым случаем и перечислило страховую выплату в размере 218 600 руб.

Между тем, согласно экспертному заключению эксперта-техника № от 21 марта 2024 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Skoda Karoq» с государственным регистрационным знаком ... составляет 305100 руб. Стоимость проведения экспертизы составила 10 000 руб. Тем самым не возмещенным остался ущерб в размере 86 500 руб.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 просил взыскать с ФИО2 разницу между выплаченным страховым возмещением и фактическим размером ущерба в размере 86500 руб., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., расходы на оплату услуг независимого эксперта в размере 10 000 руб., на уплату государственной пошлины в размере 3 330 руб.

ФИО2 обратился в суд со встречным иском к ФИО1 о признании недействительным извещения о ДТП, обосновывая встречный иск тем, что 31 мая 2023 года он выезжал с территории, прилегающей к дому № по 

<

адрес>. ФИО1, в свою очередь, двигаясь по этому проезду, в нарушение требования дорожного знака «Обгон запрещен» выехал на полосу встречного движения и следовал по ней в момент ДТП. Отсутствие разметки на проезжей части в момент столкновения ввело его в заблуждение относительно степени вины каждого из водителей, в связи с чем он предположил, что имеет место обоюдная вина и он согласился на оформление ДТП путем составления извещения о ДТП. Действующее законодательство Российской Федерации позволяет обоим участникам ДТП получить страховое возмещение в случае обоюдной вины водителей, если у них отсутствуют разногласия относительно обстоятельств ДТП. Однако, с учетом позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года, ФИО1 не имел никаких преимуществ в движении. Оспариваемое извещение в полном объеме было составлено аварийным комиссаром службы аварийных комиссаров «Автопомощь 21». Он лишь поставил на нем свою подпись. При этом в извещении не было указано, что он признает себя виновным в совершении ДТП. Слова «Свою вину в совершении ДТП признаю» в пункте 15 извещения написаны не его рукой. Копия извещения о ДТП, имеющаяся у него, и копия извещения, которую ФИО1 представил в страховую компанию и в суд, не идентичны по своему содержанию. Извещение № от 31 мая 2023 года о ДТП, составленное аварийным комиссаром, содержит недостаточно сведений для признания его виновником ДТП. Изображенный план (схема) ДТП не содержит сведений о количестве полос движения для участников ДТП, о полосе, на которой произошло столкновение транспортных средств и о дорожных знаках, в зоне действия которых произошло ДТП.

ФИО2 просил признать извещение № от 31 мая 2023 года о ДТП, произошедшем возле дома № по 

<

адрес>, недействительным.

ФИО1 и его представитель ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержали, встречный иск не признали.

ФИО2 в судебное заседание не явился, обеспечил явку представителя ФИО4, который исковые требования ФИО1 не признал, встречные исковые требования своего доверителя поддержал.

В письменном отзыве на исковое заявление ФИО1 представитель ФИО2 ФИО4 указал, что при выезде ФИО2 с прилегающей территории дорога для него не была свободна, поскольку на проезжей части Базового проезда образовалась плотная колонна автомобилей в один ряд, ожидающая включения разрешающего сигнала светофора и начала движения. ФИО2, включив сигнал левого поворота, стал ожидать появления возможности проезда. Увидев это, водитель одного из автомобилей в колонне остановился и предоставил ФИО2 возможность выехать. При выезде на свою полосу движения на автомашину ФИО2 совершил наезд автомобиль ФИО1, который следовал по встречной полосе и совершал маневр обгона в зоне действия знака «Обгон запрещен». ФИО2 не мог увидеть автомобиль ФИО1 из-за колонны других автомашин (т. 1 л.д. 70).

Третьи лица ООО СК «Сбербанк Страхование», ПАО «САК «Энергогарант», УГИБДД МВД по Чувашской Республике, экспертно-правовой центр «ЭКВИТ», отделение Госавтоинспекции УМВД РФ по г.Чебоксары, администрация г.Чебоксары явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, будучи извещенными о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, о причинах неявку суду не сообщили.

Ядринский районный суд Чувашской Республики, рассмотрев дело при имеющейся явке, 3 октября 2025 года принял решение, которым постановил:

«В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 стоимости восстановительного ремонта автомобиля в размере 86500 (восемьдесят шесть тысяч пятьсот) руб., расходов на проведение оценки автомобиля в размере 10000 (десять тысяч) руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 3 330 (три тысячи триста тридцать) руб., о компенсации морального вреда в размере 10000 (десять тысяч) руб. отказать.

Встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о признании извещения о дорожно-транспортном происшествии недействительным удовлетворить.

Признать извещение № от 31.05.2023 г. о дорожно-транспортном происшествии с участием автомобилей марки «Skoda Karоq» с гос. рег. знаком ... под управлением ФИО1 и марки «Chevrolet Cruze» с гос. рег. знаком ... под управлением ФИО2, произошедшем возле дома № на 

<

адрес>, недействительным.

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца ..., зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> (СНИЛС ..., паспорт ...),

в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца ..., зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> (СНИЛС ..., паспорт ...),

расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 (триста) руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 38000 (тридцать восемь тысяч) руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 89000 (восемьдесят девять тысяч) руб.».

На это решение подал апелляционную жалобу ФИО1

Доводы ФИО1 сводятся к несогласию с выводами суда о его виновности в ДТП и об отсутствии вины ФИО2, основанными на заключении судебной экспертизы ООО «ЧЭСКО». Полагает, что установление причинно-следственной связи, а также положений Правил дорожного движения Российской Федерации, которыми в той или иной обстановке должны были руководствоваться водители транспортных средств является исключительной компетенцией суда, проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, и не входит в полномочия судебного эксперта. Из системного толкования положений Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что приоритетом в движении обладает транспортное средство, двигающееся по главной дороге независимо от траектории и направлении движения, по отношению к транспортному средству, выезжающему с прилегающей территории, водитель должен (обязан) предоставить преимущество в движении автомобилю, двигающемуся по главной дороге. Полагает, что каких-либо существенных нарушений при оформлении извещения о ДТП № от 31 мая 2023 года допущено не было. ФИО2, будучи водителем, учитывая положения п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, наличия у него полиса ОСАГО, должен был понимать значение при подписании соответствующих граф извещения о ДТП №, однако каких-либо несогласий в страховую компанию им направлено не было.

Просил отменить решение суда и принять по делу новое решение об удовлетворении его исковых требований к ФИО2 и об отказе в удовлетворении встречного иска ФИО2 к нему.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и его представитель ФИО5 апелляционную жалобу поддержали.

Представитель ФИО2 ФИО4 в судебном заседании представил письменные возражения на апелляционную жалобу ФИО1, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела, о причинах неявки суд не известили.

Заслушав пояснения ФИО1 и его представителя ФИО5, представителя ФИО2 - ФИО4, разрешив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие иных участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом требований, предусмотренных статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 31 мая 2023 года в 14 час. 57 мин. на проезжей части автомобильной дороги в районе дома № по 

<

адрес> произошло столкновение двух транспортных средств: принадлежащего ФИО1 автомобиля марки «Skoda Karоq» с государственным регистрационным знаком ... под его же управлением и принадлежащего ФИО2 автомобиля марки «Chevrolet Cruze» с государственным регистрационным знаком ... и по его же управлением, вследствие чего транспортные средства получили повреждения.

В момент столкновения ФИО2 на своем автомобиле выезжал с прилегающей к автомобильной дороге по 

<

адрес> территории, а ФИО1 на своем автомобиле двигался по этой автомобильной дороге.

Из схемы дислокации технических средств организации дорожного движения на участке ДТП (т. 1 л.д. 201-203) следует, что место происшествия по ходу движения автомобиля «Skoda Karоq» расположено в зоне действия дорожных знаков 3.20 «Обгон запрещен» и 5.15.7 «Направление движения по полосам», согласно которому проезжая часть Базового проезда на участке ДТП имеет одну полосу для движения в направлении следования автомобиля «Skoda Karоq» и две полосы для движения во встречном направлении, ширина каждой полосы согласно схеме дислокации составляет 3,5 м, непосредственно на месте ДТП имеется место уширение проезжей части по ходу движения автомобиля «Skoda Karоq» шириной 3,5 м слева – 8,0 м.

Согласно имеющимся в материалах дела фотоснимкам непосредственно с места ДТП (т. 1 л.д.71-74, 222, 223, 226-229) столкновение транспортных средств произошло на полосе встречного движения по отношению направления следования автомобиля «Skoda Karоq», в тот момент, когда автомобиль «Chevrolet Cruze» частично пересек первую полосу (предназначенную для движения автомобиля «Skoda Karоq») и частично заехал на вторую полосу движения, причем автомобиль «Skoda Karоq» полностью находился на полосе встречного движения.

На момент ДТП гражданская ответственность обоих владельцев транспортных средств была застрахована по договору ОСАГО, причем ФИО1 в ООО СК «Сбербанк Страхование», ФИО2 в ПАО «САК «Энергогарант».

Дорожно-транспортное происшествие было оформлено без участия уполномоченных сотрудников полиции с привлечением аварийного комиссара путем составления извещения о дорожно-транспортном происшествии в соответствии с абз. 2 п. 2.6.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 г. №1090 (далее по тексту также - Правила дорожного движения, Правила), и статьи 11.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее также Закон об ОСАГО).

В копии извещения, приложенного ФИО1 к исковому заявлению, а также представленного им в ООО СК «Сбербанк Страхование» с заявлением о страховом возмещении, в строке 15 графы, касающейся владельца автомобиля «Chevrolet Cruze» с государственным регистрационным знаком ... ФИО2, указано: «Замечаний нет. Свою вину в ДТП признаю». Под этой строкой имеется подпись.

В своем объяснении, приложенном к извещению, ФИО1 указал, что он двигался на автомобиле «Skoda Karоq» по главной дороге по 

<

адрес>. Неожиданно для него со второстепенной дороги справа выехало транспортное средство «Chevrolet Cruze», не предоставив ему преимущество в движении и совершило столкновение с его автомобилем.

ФИО2 в своём объяснении указал, что он на своем автомобиле выезжал со второстепенной дороги и не заметил автомобиль «Skoda Karоq» из-за чего совершил с ним столкновение. Свою вину в ДТП признает (т. 1 л.д. 99 оборот. сторона, 100).

По заявлению ФИО1 (т. 1 л.д. 91-93) на основании указанного извещения о дорожно-транспортного происшествии и иных документов ООО СК «Сбербанк страхование» выплатило ФИО1 страховое возмещение по договору ОСАГО в общей сумме 253194, 56 руб., в том числе величину УТС автомобиля в размере 34594, 56 руб., и непосредственно на восстановление автомобиля 218600 руб., что подтверждается актами о страховом случае от 7 июля 2023 года (т. 1 л.д. 109 -110) и 5 октября 2023 года (т. 1 л.д. 9), платежными поручениями № от 8 июня 2023 года (т. 1 оборотная сторона л.д. 110) и № от 5 октября 2023 года (т. 1 обратная сторона л.д. 127) о перечислении указанной суммы на счет ФИО1

Полагая, что выплаченной ему суммы недостаточно для восстановления своего автомобиля, ФИО1 заключил договор на оценку ущерба с экспертом Экспертно-правового центра «ЭКВИТ» ИП ФИО6, согласно заключения которого № от 21 марта 2024 года стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Skoda Karоq» с государственным регистрационным знаком ... без учета износа составляет 305100 руб.

Экспертное исследование ИП ФИО6 проведено в соответствии с Методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, 2018 года (т. 1 л.д. 33-46).

За составление исследования ФИО1 уплачено ИП ФИО6 4000 руб. (т. 1 л.д. 49).

После этого ФИО1 обратился в суд с вышеуказанными исковыми требованиями.

ФИО2, возражая против удовлетворения исковых ФИО1 в виду отсутствия своей вины в происшествии, предъявил встречные исковые требования о признании составленного с ФИО7 извещения о дорожно-транспортном происшествии недействительным, по основанию его заключения под влиянием существенного заблуждения.

ФИО2 представил суду свой экземпляр извещения, который отличается от представленных ФИО1 суду и страховой компании извещения тем, что в строке 15 графы, касающейся данных второго участника ДТП, отсутствует надпись «Свою вину в ДТП признаю» (т. 1 л.д. 155, 156).

В ходе судебного разбирательства дела по ходатайству стороны ФИО2, судом была назначена судебная экспертиза, с поручением её проведения ФБУ Чувашская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции России, которое представило сообщение о невозможности дать заключение по делу № 02343/4-2-24 (2756/04-2) от 2 декабря 2024 года.

После представления в материалы дела стороной ФИО2 дополнительного видеоматериала и фотоснимков с места ДТП (т. 2 л.д. 20-22), по ходатайству этой же стороны определением суда назначена судебная экспертиза с поручением её проведения ООО «ЧЭСКО».

Согласно выводам судебного эксперта ООО «ЧЭСКО» ФИО8, приведенным в заключении эксперта № от 16 апреля 2025 года по факту ДТП, имевшего место 31 мая 2023 года на участке автодороги по 

<

адрес>, с технической точки зрения действия водителя транспортного средства «Skoda Karоq» не соответствовали требованиям пунктов 1.4, 1.5, 9.1 (1) Правил дорожного движения. Действия водителя транспортного средства «Chevrolet Cruze» соответствовали требованиям пунктов Правил дорожного движения.

Полоса, на которой произошло столкновение автомобилей марки «Skoda Karоq» под управлением ФИО1 и марки «Chevrolet Cruze» под управлением ФИО2 предназначена для встречного движения по отношению к транспортному средству марки «Skoda Karоq».

В виду отсутствия информации об интенсивности движения (плотности потока), типа транспортных средств на момент ДТП двигавшихся слева от автомобиля «Chevrolet Cruze», ограничивающих видимость в направлении движения, о расстоянии с момента обнаружения опасности для движения, скорости движения транспортного средства, ответить на поставленные вопросы о том, имел ли водитель автомобиля «Chevrolet Cruze» техническую возможность избежать столкновения транспортных средств с момента обнаружения опасности для движения, эксперту не представилось возможным (т. 2 л.д. 63-70).

Стоимость проведенной по делу судебной экспертизы составила 38000 руб. и была внесена ФИО2 через своего представителя ФИО4 на счет Управления Судебного департамента в Чувашской Республике-Чувашии, что подтверждается чеками по операции ПАО «Сбербанк» от 8 октября 2024 года и 7 мая 2025 года. (т. 2 л.д. 141, 142).

Эксперт ФИО8 представил суду письменные пояснения по сделанным им выводам, приведенным в заключении эксперта, в ответ на письменные возражения представителя ФИО1 (т. 2 л.д. 104-108).

Сторона ФИО1 представила суду рецензию № от 5 сентября 2025 года эксперта Экспертно-правового центра «Эквит» ИП ФИО6 на заключение судебного эксперта ООО «ЧЭСКО» ФИО8 № от 16 апреля 2025 года, согласно которому, по мнению рецензента, заключение судебной экспертизы не соответствует нормативным требованиям, является источником недостоверных и ошибочно сделанных выводов, проведено некомпетентным экспертом, не может быть использовано в качестве документа доказательственного значения (т. 2 л.д. 165-182).

Разрешая первоначальные исковые требования ФИО1 о возмещении убытков и отказывая в их удовлетворении, в свою очередь, удовлетворяя встречные исковые требования ФИО2, суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, руководствуясь положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 11.1 Закона об ОСАГО, пункта 3.6 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Банком России 19 сентября 2014 г. №431-П, положениями пунктов 1.4, 1.5, 9.1 (1) Правил дорожного движения, правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 13 февраля 2018 года № 117-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО9 на нарушение ее конституционных прав статьей 15, пунктом 1 статьи 1064 и статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснениями, содержащимися в пункте 14 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», исходил из того, что именно действия водителя автомобиля «Skoda Karоq» с государственным регистрационным знаком ... ФИО1, двигавшегося в нарушение требований Правил дорожного движения по полосе встречного движения находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения ущерба вследствие столкновения транспортных средств, а не правомерные, соответствующие требованиям Правил дорожного движения, действия водителя автомобиля «Chevrolet Cruze» с государственным регистрационным знаком ... ФИО2, а потому отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о возмещении вреда и о возмещении судебных расходов.

Установив, что ФИО2 при совершении сделки (заполнения) извещения о дорожно-транспортном происшествии, существенно заблуждался относительно наличия своей вины в ДТП, и если бы знал, что столкновение транспортных средств произошло не в результате его выезда со второстепенной дороги на главную дорогу, а в результате движения по полосе встречного движения автомобиля под управлением ФИО1, он эту сделку не совершил, суд признал недействительным извещение о дорожно-транспортном происшествии № от 31 мая 2023 года.

По правилам статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд взыскал с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы на оплату судебной экспертизы в размере 38000 руб., на уплату государственной пошлины в связи с предъявлением встречного иска в размере 300 руб., а также расходы на оплату услуг представителя в размере 89 000 руб.

С учетом установленных судом первой инстанции юридически значимых обстоятельств, относящихся к предмету доказывания по делу, а также положений материального права, регулирующих спорные правоотношения, процессуального права, регламентирующих порядок гражданского судопроизводства в судах общей юрисдикции, проверяя правильность принятого по делу решения исключительно в пределах доводов апелляционной жалобы ФИО1 и возражений представителя ФИО2, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены или изменения принятого по делу решения.

В соответствии с частью 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не является основополагающим и оценивается оно наряду с другими доказательствами по правилам, установленным в ст. 67 настоящего кодекса.

Оценивая заключение судебной экспертизы по правилам статей 67, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд должен исходить из того, содержит ли это заключение ответы на поставленные судом вопросы, являются ли выводы, изложенные в заключении, однозначными, непротиворечивыми и не опровергаются ли иными доказательствами по настоящему делу, не имеется ли сомнений относительно полноты, точности и доказательности результатов экспертизы.

Судебная коллегия считает, что судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключению эксперта ООО «ЧЭСКО» № от 16 апреля 2025 года. Заключение эксперта содержит полные и мотивированные выводы по поставленным перед экспертами вопросам, относящимся к предмету спора. Эксперт, проводивший экспертизу, имеет соответствующую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Более того судебный эксперт ФИО8 дал письменные пояснения относительно сделанных им выводов в той части, в которой у ФИО1 имелись сомнения в их правильности.

Выводы судебного эксперта не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебный эксперт в своем заключении не устанавливал причинно-следственную связь между действиями водителей в момент ДТП и наступившими последствиями, а лишь ответил на поставленный перед ним судом вопрос о соответствии действий водителей с технической точки зрения требованиям Правил дорожного движения.

Само по себе несогласие ФИО1, не обладающего специальными познаниями в области исследования, с приведенными в заключении эксперта выводами, не свидетельствует о том, что эти выводы эксперта являются недостоверными.

Представленная стороной ответчика рецензия ИП ФИО6 № от 5 сентября 2025 года на заключение судебной экспертизы, не является по своему содержанию экспертным заключением, а представляет собой мнение специалиста относительно правильности составления экспертного заключения, произведенного другим лицом. Указанная рецензия не может являться доказательством, опровергающим выводы судебной экспертизы, поскольку процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование судебных экспертных заключений. Рецензия содержит лишь субъективную оценку действий эксперта, в то время как доказательства по делу подлежат судебной оценке. При этом рецензент не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований для иной оценки заключения судебного эксперта ООО «ЧЭСКО» и в целом представленных в дело доказательств, чем произвел суд первой инстанции, по доводам апелляционной жалобы ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Относительно довода апелляционной жалобы первоначального истца о том, что системное толкование положений пункта 8.3 Правил дорожного движения позволяет сделать вывод о приоритете в движении транспортного средства, двигающегося по главной дороге независимо от траектории и направлении движения, по отношению к транспортному средству, выезжающему с прилегающей территории, судебная коллегия отмечает, что этот довод основан на ошибочном толковании норм права.

Действительно пунктом 8.3 Правил дорожного движения предусмотрено, что при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает.

Между тем согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Согласно подпункта «б» пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 «О судебном решении» суд обязан учитывать постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, принятые на основании статьи 126 Конституции Российской Федерации и содержащие разъяснения вопросов, возникших в судебной практике при применении норм материального или процессуального права, подлежащих применению в данном деле.

Поскольку судом установлено, что в момент ДТП ФИО1 двигался по полосе, предназначенной для встречного движения, в зоне действия дорожного знака «Обгон запрещен», когда водители транспортных средств двигавшихся в том же направлении плотным потоком по единственной полосе, по которой допускалось движение, встали, обеспечивая безопасный выезд ФИО2 с прилегающей территории, с учетом вышеуказанных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в абзаце 2 пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20, никакого преимущественного права движения перед ФИО2 он не имел.

В этой конкретной дорожной ситуации, именно движение ФИО1 в нарушение Правил дорожного движения по траектории, по которой не допускалось его движение, привели к столкновению транспортных средств и как следствие к их повреждению, а не ФИО2

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 13 февраля 2018 года N 117-О, оформляя документы о ДТП без участия уполномоченных на то сотрудников полиции путем заполнения бланка извещения о ДТП, причинитель вреда и потерпевший достигают тем самым имеющего обязательную силу соглашения по вопросам, необходимым для страхового возмещения, которое причитается потерпевшему при данном способе оформления документов о ДТП.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В данном деле истец указывал на заключение сделки под влиянием заблуждения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно подпункту 5 пункта 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

По смыслу указанной статьи, заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

Применительно к данному делу, по мнению ФИО2, заблуждение выражается в том, что он в момент события был лишен возможности оценить фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и степень вины его участников, при этом на формирование его оказало влияние мнение аварийного комиссара о приоритете в движении у ФИО1

Данная ошибочная предпосылка ФИО2, имеющая для него существенное значение, послужила основанием к совершению оспариваемой сделки, которую он не совершил бы, если бы знал о действительном положении дел, то есть о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло не по его вине.

Относительно довода апелляционной жалобы ФИО1 о том, что ФИО2, будучи водителем, учитывая положения п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, наличия у него полиса ОСАГО, должен был понимать значение при подписании соответствующих граф извещения о ДТП №, судебная коллегия полагает возможным отметить, что случаи оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции установлены в пункте 1 статьи 11.1 Закона об ОСАГО.

Согласно абзацу второму части 2 статьи 11.1 Закона об ОСАГО в извещении о дорожно-транспортном происшествии указываются сведения об отсутствии разногласий участников дорожно-транспортного происшествия относительно обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характера и перечня видимых повреждений транспортных средств либо о наличии и сути таких разногласий.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 ноября 2022 года N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», оформление документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции осуществляется путем совместного заполнения извещения о дорожно-транспортном происшествии в соответствии со статьей 11.1 Закона об ОСАГО, если между участниками дорожно-транспортного происшествия отсутствуют разногласия по поводу обстоятельств происшествия, степени вины каждого из них в дорожно-транспортном происшествии, характера и перечня видимых повреждений транспортных средств.

При наличии таких разногласий для оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции данные о дорожно-транспортном происшествии должны быть зафиксированы его участниками и переданы в автоматизированную информационную систему обязательного страхования способами, указанными в пункте 6 статьи 11.1 Закона об ОСАГО.

Судом установлено, что имеющиеся у ФИО1 и ФИО2 экземпляры извещения о ДТП, разные по содержанию относительно признания вины в происшествии ФИО2, и в частности экземпляр ФИО2 такого признания вины не содержит. Это свидетельствует о том, что после составления извещения на экземпляре ФИО1 была осуществлена дописка, как раз исключающая разногласия и по поводу степени вины каждого из них в дорожно-транспортном происшествии.

Относительно суждений ФИО1 и его представителя ФИО5 о том, что ФИО2 при составлении извещения не мог заблуждаться относительно обстоятельств ДТП и его вины в происшествии, суд апелляционной инстанции отмечает, что сам ФИО1 и его представители вплоть до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции заблуждаются в этом, считая, что именно он, ФИО1, двигаясь по главной дороге независимо от полосы, в любом случае имел приоритет в движении перед ФИО2, выезжающим с прилегающей территории.

В целом приведенные в апелляционной жалобе ФИО1 доводы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, не опровергают их и не свидетельствуют о наличии нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, а потому не могут повлечь отмены или изменения принятого по делу решения.

Иных доводов несогласия с принятым по делу решением апелляционная жалоба ФИО1 не содержит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

оставить решение Ядринского районного суда Чувашской Республики от 3 октября 2025 года без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через Ядринский районный суд Чувашской Республики.

Председательствующий А.А. Шумилов

Судьи: С.Н. Уряднов

Л.В. Димитриева

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 декабря 2025 года.