Дело № 2-46/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 мая 2018 года п. Депутатский 

Усть-Янский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Винокурова С.С., при секретаре Матренич Н.А., 

с участием зам. прокурора Усть-Янского района Посельского Ф.В., 

истца ФИО1, 

представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО14 к ФИО3 о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда, причиненных преступлением,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО14 обратилась с иском к ФИО3 о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда, причиненных преступлением, указав, что апелляционным приговором Верховного суда РС (Я) от 14.03.2017 г. ФИО3 осужден ч.1 ст.105 УК РФ, за убийство ФИО17 - отца несовершеннолетнего ФИО14., к 5 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Она является по делу представителем несовершеннолетнего потерпевшего. Совершенным преступлением, несовершеннолетнему ФИО14 причинен моральный вред, который она оценивает в 2 000 000 рублей и просит взыскать с ответчика. Также, просит взыскать с ответчика расходы за погребение и организацию похорон в размере 161 362,50 рублей, утраченный заработок в связи смертью кормильца в размере 18 618,56 рублей ежемесячно, начиная с 13.01.2017 г. до достижения ребенком восемнадцати лет, с последующей индексацией в установленном законом порядке, расходы по оплате за посещение ребенком детского сада в размере 64 500 рублей и на свое санаторно-курортное лечение в размере 24 540 рублей.

В судебном заседании ФИО1 на исковых требованиях настаивала, ссылаясь на обстоятельства, изложенные выше, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 действующая по доверенности, исковые требование не признала в полном объеме, представленные доказательства ставит под сомнение, считает, что оснований для удовлетворения иска не имеется.

Ранее в письменном отзыве ответчик ФИО3 требования истца не признал в полном объеме, указав, что истец не предоставил доказательств того, что ФИО17 является биологическим отцом несовершеннолетнего ФИО14., нет доказательств, подтверждающих расходы на погребение, не представлены сведения, что ФИО17 участвовал в воспитании несовершеннолетнего ФИО14., и что они вели совместное хозяйство, что ФИО17. участвовал в расходах на содержание ребенка. Также, указал на то, что истцом не представлены данные о доходах ФИО17. с 01.01.2016 г. по 19.06.2016 г. т.е. за месяцы, предшествующие смерти ФИО17., как обязательные условия для расчета доли утраченного заработка возможного кормильца (л.д.87-90).

Заместитель прокурора района Посельский Ф.В. считает возможным исковые требования удовлетворить в части компенсации морального вреда в разумных пределах, взыскать утраченный заработок до совершеннолетия ребенка, в остальной части иска просит отказать.

Суд, выслушав мнение сторон, заключение прокурора, изучив представленные материалы, приходит к следующему. 

Апелляционным приговором Верховного суда Республики Саха (Якутия) от 14.03.2017 г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно: в умышленном причинении смерти ФИО17 

Согласно свидетельства о рождении ФИО14,ДД.ММ.ГГГГ г.р. уроженца .........., в графе отце указан ФИО17, в графе мать ФИО1 (л.д.23). 

Брак между ФИО17 . и ФИО1 официально не зарегистрирован.

В соответствии со ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" разъясняется, что в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Таким образом, поскольку вина ответчика в наступлении смерти ФИО17 приговором суда установлена и между действиями ФИО3 и наступлением смерти последнего имеется прямая причинно-следственная связь, то обязанность по возмещению вреда должен нести ФИО3 

Согласно ст. 1089 ГК РФ лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам ст. 1086 настоящего Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что в случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, по его желанию учитывается заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности.

При этом, рассчитанный среднемесячный заработок не может быть менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (пункт 4 статьи 1086 ГК РФ).

Доводы представителя ответчика ФИО2, что ФИО17. не является отцом несовершеннолетнего ФИО14., безосновательны. Отцовство ФИО17 подтверждается свидетельством о рождении ребенка III № 598479 выданного органом ЗАГС при Правительстве Республике Саха (Якутия) по Усть-Янскому улусу (району) РФ от 13.12.2016 г. (л.д.23).

Факт нахождения несовершеннолетнего ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ г.р. на иждивении ФИО17., сомнению не подлежит, так согласно п.4 ст.9 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", определяющего понятие иждивения, иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Показания свидетеля ФИО38., что она со стороны видела, что ФИО17. не участвовал в воспитании и содержании ребенка, не могут быть приняты судом во внимание как доказательство, т.к. представляют субъективный, оценочны характер.

В соответствии со ст. 53 СК РФ при установлении отцовства в добровольном и судебном порядке дети имеют такие же права и обязанности по отношению к родителям и их родственникам, какие имеют дети, родившиеся от лиц, состоявших в браке между собой.

Следовательно, трудовая пенсия (по аналогии с возмещением ущерба) по случаю потери кормильца-отца может быть назначена как детям, родившимся от лиц, состоявших в браке, так и детям, рожденным вне брака, если в отношении таких детей установлено отцовство кормильца.

Из материалов дела следует, что погибший ФИО17., кроме несовершеннолетнего сына ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ г.р., других нетрудоспособных лиц, состоявших на его иждивении или имевших право на получение от него содержания, не имел. Следовательно, доля, приходящаяся на содержание несовершеннолетнего, составляет 1/2 части заработка погибшего, определяемого по правилам ст. ст. 1089, 1086 ГК РФ.

В силу п.3 ст.1086 ГК РФ среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать.

Согласно справкам о доходах по последнему месту работу ФИО17. (л.д.24) его заработок за полностью отработанные 12 месяцев, предшествующих смерти составлял с 01.01.2015 по 31.12.2015 г. 446 845,39 рублей, размер ежемесячного заработка составляет 37 237,11 рублей. Тем самым, доля утраченного заработка кормильца несовершеннолетнего иждивенца составляет 18 816,55 рублей и подлежит взысканию начиная с момента подачи иска 02.04.2018 года, а не с 13.01.2017 г. как указывает представитель истца, не обосновав, почему именно с указанного числа.

Согласно п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно. С учетом, того, что преступление совершено ответчиком умышлено, у суда отсутствуют законные основания для уменьшения размера возмещения вреда, причиненного ответчиком в результате совершения умышленного преступления.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная жизнь и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При этом если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то в силу статьи 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Факт того, что в связи со смертью отца ФИО17. - сыну лично причинены невосполнимые нравственные и физические страдания, то есть моральный вред, является очевидным и не нуждается в доказывании.

При таких обстоятельствах, моральный вред, причиненный истцу преступными действиями ФИО3, в силу ст.ст.151 (ч.1) и 1099-1101 Гражданского кодекса РФ, подлежит возмещению за счет причинителя вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание положения ст. 1101 ГК РФ, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, учитывая фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, то обстоятельство, что сам по себе факт смерти человека не может, по мнению суда, не причинить его родным и близким людям соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, в особенности малолетним, утрата ребенком отцовской опеки и поддержки в раннем дошкольном возрасте, возмещение морального вреда прямо предусмотрено действующим законодательством, в связи с чем, суд определяет размер такой компенсации в пользу истца в сумме 100 000 рублей.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика расходов на погребение ФИО17. в размере 161 326,50 рублей, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку истцом не представлены доказательств несения данных расходов (квитанции, чеки об оплате погребальных услуг, бальзамирования, одевание потерпевшего). Также истцом не представлены доказательства по несению расходов на приобретение памятника и доставки его в п. Депутатский на сумму 72 900 рублей. 

Из показаний свидетеля ФИО45., расходы на погребение брата ФИО17. были понесены ею и братом ФИО47., по решению Усть-Янского районного суда от 16.05.2017 г. были удовлетворены ее требования о взыскании материального ущерба с ФИО3 в том числе, понесенные расходы на погребения в размере 161 935,00 рублей, участие в денежных затратах на погребение ФИО17. ФИО1 не принимала. 

Требования истца о взыскании с ответчика расходов за оплату содержания несовершеннолетнего ФИО14. в детском саду в размере 64 500 рублей, суд считает не обоснованными и подлежащими отказу, в связи с тем, что расходы по оплате за содержание в детском саду не являются убытками, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, поскольку обучение и содержание детей является обязанностью родителей, выполнение которой не зависит от смерти одного из них.

Суд, также отказывает в удовлетворении требований об оплате санаторно-курортного лечения истицы в размере 24 540 рублей, так право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца имеет несовершеннолетний сын погибшего ФИО14., ДД.ММ.ГГГГ г.р., представитель несовершеннолетнего истца ФИО1, не являвшаяся членом семьи погибшего к моменту его смерти, не проживавшая с ним совместно, не имевшая право на получение от него содержания, такого права не имеет. 

Согласно ч.1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Таким образом, суд приходит к выводу, что с ФИО3 подлежит взысканию госпошлина в доход местного бюджета в размере 400 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 поданное в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО14 к ФИО3 о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда, причиненных преступлением - удовлетворить частично.

Взыскивать с ФИО3 в пользу ФИО14 с 02 апреля 2018 года ежемесячно по 18 816,55 рублей с последующей индексацией в установленном законом порядке, до достижения ФИО14 18 лет. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО14 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 400 рублей. 

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Саха (Якутия) путем подачи жалобы через Усть-Янский районный суд Республики Саха (Якутия).

Решение в окончательной форме изготовлено 22 мая 2018 года.

Председательствующий С.С. Винокуров