Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Город Саянск 20 мая 2019 года

Гражданское дело №2-286/2019

Саянский городской суд Иркутской области в составе председательствующего Гущиной Е.Н., при секретаре судебного заседания Туголуковой Т.Н., с участием представителя истицы ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к "Азиатско-Тихоокеанский Банк" (Публичное акционерное общество)о признании договора купли-продажи векселя недействительным, применении последствий недействительности сделки, 

УСТАНОВИЛ:

Истица ФИО3 обратилась в суд с иском к «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) (далее - «АТБ» (ПАО)), в котором просила признать договор купли-продажи простого векселя 

<

номер изъят>В от 29 марта 2018 года, заключенный между «Азиатско-Тихоокеанским Банком» (публичным акционерным обществом) и ФИО3, недействительным, применить последствия недействительности сделки: аннулировать индоссамент (передаточную надпись): «платите приказу ФИО3», выполненный на простом векселе серии ФТК 

<

номер изъят> на сумму 1047686,19 рублей, выданном 29 марта 2018 года в г. Москва Обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания» сроком оплаты: по предъявлению, но не ранее 29 июня 2018 года; обязать ФИО3 возвратить «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) простой вексель серии ФТК 

<

номер изъят> на сумму 1047686,19 рублей, выданный 29 марта 2018 года в г. Москва Обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания» сроком оплаты: по предъявлению, но не ранее 29 июня 2018 года; взыскать с ответчика «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) денежные средства в размере 1021928 рублей, оплаченные по договору 

<

номер изъят> купли-продажи простых веселей, заключенному 29 марта 2018 года между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) и ФИО3

В обоснование исковых требований в заявлении указано, что 29 марта 2018 года истица обратилась в отделении ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» г.Саянска для открытия вклада на сумму 1000000 рублей. Сотрудник банка, к которому обратилась истица за оказанием данной услуги, сообщила ей о том, что в настоящее время банк предлагает своим постоянным вкладчикам высокодоходное «специальное предложение» - вклад под названием «ВЕКСЕЛЬ» - сроком на 3 месяца, под 10,5 % годовых, вместо обычной ставки равной 8% годовых. Не имея финансово-экономического или юридического образования, в тот момент истица ФИО3 была убеждена, что предлагаемые ей на подпись документы являются разновидностью договора банковского вклада (депозита). Между истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи простого векселя 

<

номер изъят>В. За указанный вексель истицей была выплачена денежная сумма в размере 1021928 (один миллион двадцать одна тысяча девятьсот двадцать восемь) рублей. При подписании договора вексель ей не передавался, банк не поставил ее в известность об отсутствии векселя. По истечении срока, 29 июня 2018 года истица обратилась в указанный офис банка за его возвратом, однако 30 июня 2018 года банк вручил ей уведомление о невозможности совершения платежа, со ссылкой на то, что лицо, обязанное по векселю - векселедатель ООО «ФТК», место нахождения: 107076, 

<

...>, не исполнило обязанность по перечислению денежных средств, предназначенных для оплаты векселя, и не имеет на своем расчетном счете, открытом в банке, денежных средств, которые должны направляться на исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя перед векселедержателем. Банк не является лицом, обязанным по векселю (плательщиком), а выполняет исключительно функции домицилианта, то есть лица, осуществляющего платеж по векселю при условии получения денежных средств от векселедателя (ООО «ФТК»). Между тем, истица, обратившись за размещением денег в «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО), была уверена, что передает их на хранение именно банку - финансовой организации, имеющей лицензию на осуществление банковской деятельности, чья финансовая ответственность по возврату вкладов физических лиц застрахована в установленном законом порядке. Истица не намерена была приобретать ценные бумаги, поэтому она полагает, что, заключая указанную сделку, она была намеренно обманута и введена в заблуждение сотрудниками банка относительно их правовой природы и последствий. 

Как следует из содержания документов, связанных с оборотом проданного ФИО3 векселя, он в один и тот же день был составлен ООО «ФТК» в г. Москва, продан ООО «ФТК» в собственность «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) в г. Москва, передан ООО «ФТК» «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) в г. Москва, продан «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) в собственность истицы в г. Саянске, а затем принят «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) от неё на хранение в г. Москва. Учитывая географическую удаленность места жительства истицы и места нахождения отделения банка, в котором совершалась покупка (г. Саянск), от места составления векселя и нахождения векселедателя ООО «ФТК», а также от места хранения векселя (г. Москва) - 5000 км, разницу в часовых поясах - 5 часов, сроки доставки почтовой корреспонденции (не менее 3 календарных дней), истица ФИО3 не могла получить оригинал векселя в день подписания оспариваемого договора в г. Саянске и передать его для хранения в г. Москва. Вследствие чего подписанные ею акты приема-передачи векселей и договоры хранения векселей являются недействительными. В действительности она получила оригинал векселя от банка и впервые ознакомилась с его содержанием только 02 июля 2018 года. 

Банк не разъяснил истице, что векселедателем выступает не банк, ааффилированная с ним организация - ООО «ФТК», скрыл от неё информацию о том,что платеж по векселям напрямую зависит от исполнения перед банком своихобязанностей ООО «ФТК» и за счет средств ООО «ФТК».

При заключении договора банк умолчал, что лицо, выпускающее вексели,является крупным заемщиком банка, а также скрыл информацию о неплатежеспособности векселедателя. 

10 августа 2018 года, спустя 4 месяца с даты продажи истице векселя, «Азиатско-тихоокеанский банк» (ПАО) подал в Арбитражный суд города Москвы заявление о признании должника ООО «ФТК» банкротом (дело №А40-186166/18-74-261«Б»). 

Банк способствовал неполучению векселедержателями оплаты вексельногодолга от ООО «ФТК». Как следует из решения Арбитражного суда г. Москвы от 12 августа 2018 года по делу № А40-219077/18-34-1704, ООО «ФТК» перечислило «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) 32719656,47 рублей для оплаты векселедержателям, однако Банк необоснованно списал указанные денежные средства в размере 32719656,47 рублей в безакцептном порядке в погашение процентов по кредитному обязательству истца перед Банком по Договору о кредитной линии 

<

номер изъят> от 19 мая 2014 года.

Реализуя векселя, ООО «ФТК», банк создал «финансовую пирамиду». 

Кроме того, указанный вексель имеет существенные недостатки: в графе «векселедатель» содержится ФИО 

<

данные изъяты> подпись и оттиск печати ООО «ФТК» без указания должности подписавшего лица, оснований его полномочий; в графе «Для индоссамента» «Платите приказу ФИО3» отсутствует дата и место совершения индоссамента, наименование индоссанта, должность руководителя, ФИО индоссанта, имеется только подпись неустановленного лица и оттиск печати Банка.

В судебном заседании истица ФИО3 поддержала заявленные требования и пояснила, что является вкладчиком АТБ банка с 2013 года, сотрудницы банка всегда помогали ей определиться с выбором наиболее выгодного вклада, она привыкла за этот период времени доверять и банку и его сотрудникам. 29 декабря 2017 года менеджер банка ей впервые посоветовала оформить новый банковский продукт - вексельный вклад, она долго возражала, но заведующая Саянским офисом ее убедила, что это безопасное вложение денег. Деньги она внесла в кассу банка, получила приходный ордер, что банк принял данную сумму денег, договор был подписан заведующей офисом банка и ею. Никакой вексель ей на руки не выдавали, когда 29 марта 2018 года истек срок по договору, она попросила вернуть деньги, но ей предложили перезаключить договор на тех же условиях. Она снова поверила и подписала новый договор. Тот же это был вексель или другой, она не знает, поскольку первый раз ей вексель не выдавали. 29 марта 2018 года от имени банка договор подписала заведующая Саянским офисом 

<

данные изъяты> позднее она увидела, что на договоре имеется и копия подписи Березовского но его при подписании договора не было. Вексель она получила только 2 июля 2018 года. Никакой наглядной информации по поводу реализации векселей не было. Поскольку она женщина преклонного возраста, то не понимала и не понимает до сих пор разницу между обычным и вексельным вкладом. 

Представитель истца по доверенности ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель ответчика «АТБ» (ПАО) ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебное заседание 20 мая 2019 года не явилась, ранее, в судебном заседании 22 апреля 2019 года исковые требования не признала, просила в удовлетворении иска отказать. Суду пояснила, что 29 марта 2018 года между банком и истцом был заключен договор купли-продажи простых векселей, по условиям которого Банк обязался передать в собственность покупателю, а покупатель - принять и оплатить простой вексель 

<

номер изъят> векселедателя ООО «ФТК» на вексельную сумму 1047686,19 рублей со сроком платежа по предъявлении, но не ранее 29 июня 2018 года.

Заключенный Договор купли-продажи простых векселей полностью соответствует действующему законодательству, существенные условия договора купли-продажи были согласованы сторонами, изложены на простом, понятном языке, исключающем их двоякое толкование и возможное заблуждение сторон относительно природы сделки и обязанностей сторон, истец выразил с ними полное согласие, договор был подписан истцом добровольно и без разногласий.

Перед совершением сделки купли-продажи простого векселя ООО «ФТК» истец был ознакомлен и согласен с рисками вложения денежных средств в ценные бумаги (вексель), о чем истцом была подписана соответствующая Декларация о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, которая являлась неотъемлемой частью договора купли-продажи векселя.

В соответствии с подписанной Декларацией о рисках, истец был уведомлен, что банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю, а также о том, что на денежные средства, по приобретаемым ценным бумагам, не распространяются положения действующего законодательства о страховании вкладов, предусмотренные ФЗ № 177-ФЗ от 23 декабря 2003 года «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».

В результате совершенной сделки купли-продажи векселя банком (индоссантом) на векселе оформлен индоссамент «платите приказу ФИО3» с оговоркой «без оборота на меня», индоссамент полностью отвечает требованиям действующего законодательства, регулирующего вексельные правоотношения, и условиям п.1.3 договора купли-продажи.

Согласно п.2.4 Договора купли-продажи, вексель передается покупателю по акту приема-передачи, подписанному уполномоченными представителями сторон.

Банк надлежащим образом в соответствии с условиями договора купли-продажи исполнил свои обязательства по договору купли-продажи простых векселей, передал истцу вексель, что подтверждается актом приема-передачи от 29 марта 2018 года с собственноручной подписью истца о принятии векселя. Указанное опровергает доводы истца о невыполнении банком обязанности по передаче веселя.

В последующем, на основании добровольного волеизъявления истца вексель был передан им на хранение банку на основании договора хранения от 29 марта 2018 года и акту приема-передачи к договору хранения. О добровольном характере договора хранения свидетельствует условие п.3.2.1 данного договора, согласно которому поклажедатель вправе потребовать возврата предмета хранения от хранителя до истечения срока хранения.

Учитывая, что истец выразил волеизъявление на передачу векселя на хранение, то у банка отсутствовала необходимость передачи истцу непосредственно оригинала векселя на бумажном носителе.

Одновременным заключением договора купли-продажи векселей и договора его хранения права истца не нарушены, поскольку банк принял на себя обязательства по сохранности векселя.

Ссылаясь в иске на обманные действия со стороны ответчика, истец не доказал, что указанные им в иске обстоятельства находились в причинной связи с его решением о заключении сделки.

При заключении договора купли-продажи векселя истец действовал добровольно и свободно, руководствуясь собственным усмотрением, имел возможность проявить необходимую заботливость о своем интересе, разумность и осмотрительность, которые ожидаются от любого добросовестного участника гражданского оборота, мог и должен был до заключения договора купли-продажи векселя удостовериться относительно прав и обязанностей сторон, предмета договора и оценить возможные риски, указанные в Декларации о рисках.

Истец был вправе потребовать разъяснения возникших у них вопросов относительно договора купли-продажи векселя, выразить несогласие с какими-либо условиями путем проставления отметок, замечаний на договорной документации, имел право не заключать или отложить заключение договора купли-продажи векселя до уточнения условий.

Вместе с тем, истица посчитала приемлемым для себя и возможным заключить договор купли-продажи векселя на предложенных условиях, выразила полное согласие со всеми условиями договора и порядком его заключения, приняла от ответчика исполнение договора без претензий, добровольно подписала всю предложенную ей договорную документацию, чем подтвердила свою волю на совершение распорядительных действий по подписанным документам, в частности по актам приема-передачи. 

Кроме того, истица неоднократно заключала договоры купли-продажи простых векселей, что свидетельствует о том, что решение о покупке векселей не могло быть принято под влиянием обмана, по ранее заключенным договорам истица не считала себя обманутой ответчиком, а ответчика - не исполнившим обязательства.

Указанные обстоятельства, а также то, что заключение договора банковского вклада на условиях выплаты процентов в соответствии с условиями такого договора и заключение договора купли-продажи ценной бумаги - это две разные сделки, отличия между которыми очевидны и заключаются не только в гражданско-правовых последствиях, но и в их правовой природе, опровергают доводы Истца о том, что она заблуждалась относительно природы сделки, полагая, что заключила договор вклада. 

Истец оплатил ответчику стоимость векселя по договору купли-продажи, и как законный векселедержатель, совершил в отношении ценной бумаги распорядительные действия, передав ее на хранение, предъявив ее к погашению, т.е. желал получить доход от приобретенной ценной бумаги, что является доказательством полного понимания истцом существа вексельных правоотношений. И только лишь после подачи заявления на погашение векселя и не получив выплаты по нему от векселедателя, истец предпринял попытку признать договор купли-продажи векселя недействительным.

Несогласие с оспариваемым договором купли-продажи векселя истица связывает исключительно с тем, что она не получила оплату по векселю от векселедателя. То обстоятельство, что последний отказывается добровольно оплатить вексельный долг, не ограничивает права на получение оплаты по векселю в принудительном порядке путем подачи соответствующего иска к векселедателю, до настоящего времени истец остается законным векселедержателем и не утратил права на получение оплаты от векселедателя.

Возможность включения в индоссамент оговорки «без оборота на меня» или какой-либо иной оговорки, имеющей в виду освобождение индоссанта от ответственности за платеж по векселю соответствует законодательству. Такая оговорка означает, что при неакцепте или неплатеже к данному индоссанту не могут быть предъявлены требования в соответствии со статьями 43 - 49 Положения, то есть освобождает индоссанта от ответственности за неисполнение обязательств по векселю.

Содержащееся в векселе положение о месте платежа «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО), 

<

...>, не возлагает на ответчика обязанности векселедателя по оплате векселя, а лишь указывает на домицилированный характер векселя, при котором ответчик выступает домицилиантом - лицом, своевременно оплачивающим вексель за счет плательщика (векселедателя), предоставившего в распоряжение домицилианта необходимые для оплаты векселя денежные средства, и не являясь при этом ответственным по векселю лицом.

Таким образом, по мнению представителя ответчика, на момент заключения договора купли-продажи векселя истцу было достоверно известно, что согласно условиям совершенной сделки у ответчика не возникает обязательств перед истцом по вексельному долгу векселедателя.

Доводы истца о применении к правоотношениям сторон ст.495 ГК РФ являются ошибочными, основанными на неверном толковании действующего законодательства.

Факт неполучения истцом подлинника векселя на руки в день заключения договора купли-продажи при наличии заключенного договора хранения и специального регулирования вопросов об истребовании товара, индивидуально-определенной вещи (ст. 398, 463 ГК РФ), об истребовании векселя (ст. 146 ГК РФ) основанием для признания договора купли-продажи недействительным не является.

Договор хранения исполнен сторонами, что подтверждается договором хранения векселя, актом приема-передачи к нему, выражающими волю истца на хранение векселя, подтверждающими передачу истцом и принятие ответчиком векселя на хранение, так и ордером №201481 по передаче ценностей от 2 июля 2018 года, подтверждающим возврат ответчиком векселя с хранения истцу.

Доказательств, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий, истцом не представлено.

Доводы истца о неплатежеспособности векселедателя - ООО «ФТК», о чем ответчик знал и умолчал, не могут быть приняты во внимание, поскольку носят вероятностный характер и не соответствуют действительности.

Представитель ООО «УК ФКБС», будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, направив отзыв с ходатайством о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель третьего лица полагал, что исковые требования ФИО3 не подлежат удовлетворению по следующим основания.

В рамках спорных вексельных правоотношений Банком осуществлена передача прав путем проставления на ценной бумаге - векселе серии ФТК 

<

номер изъят> от 29.03.2018г. в пользу Заявителя, при этом, векселедателем по указанной ценной бумаге является ООО «ФТК», адрес регистрации: 107023, 

<

...>.

При подписании договора купли-продажи Банк предоставил Заявителю информацию, относительно того, что исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя лежит на ООО «ФТК».

Банк выполнил свои обязанности продавца по передаче векселя Заявителю, поскольку права по векселю были переданы с соблюдением формы и требования о составлении индоссамента, вексель не был признан недействительным.

Заявитель собственноручно подписал договор купли-продажи простых векселей, следовательно, был ознакомлен со всеми существенными условиями договора и согласился на их исполнение, возражений по поводу заключения договора купли-продажи простых векселей при отсутствии на дату заключения договора подлинного экземпляра простого векселя, не поступило.

Заключение Заявителем с Банком договора, связанного с размещением денежных средств именно в покупку векселя, было связано со свободной реализацией права на заключение договора с целью получения более высокого дохода. Соответственно Заявитель в полном объеме несет и риск возникновения связанных с этим неблагоприятных последствий, в том числе возможного неисполнения обязательств по приобретенному им векселю.

Банк не отвечает за платеж по векселю. Оговорка на векселе «без оборота на меня» снимает с индоссанта ответственность за платеж. 

Заключив 29.03.2018 договор купли векселя и не получив полную и исчерпывающую информацию о товаре, заявитель в разумный срок не отказался от исполнения договора, не обратился в Банк с требованием отказа от исполнения Договора и возврата уплаченной суммы, что подтверждает то, что Банком Заявителю была предоставлена вся необходимая информация, позволившая заявителю оценить все условия и принять правильное решение.

Заявитель не заблуждался относительно природы и предмета сделки, поскольку понимал, что заключает договор купли-продажи, а не мены, дарения либо иной гражданско-правовой договор. Банк не вводил заявителя в заблуждение относительно природы сделки, а также тождества либо иных качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Таких доказательств суду не представлено.

Заявителем не доказано, что оспариваемая сделка совершена под влиянием обмана, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Сделка исполнена полностью.

Факт передачи заявителю ценной бумаги подтвержден актом приема-передачи от 29.03.2018 к договору, а также последующими добровольными действиями сторон, связанными с заключением между заявителем и банком договора хранения векселя 

<

номер изъят>Х от 29.03.2018 (далее - договор хранения), в соответствии с которым Банку от заявителя передан на хранение вексель, что подтверждается актом приема-передачи от 29.03.2018 к договору хранения.

Также необходимо отметить, что в соответствии с п.6.1. Договор действовал до полного исполнения принятых сторонами обязательств. Согласно п. 2.3. Договора обязательством со стороны Банка было передать вексель, а обязательством со стороны клиента в соответствии с п. 2.2. Договора - оплатить вексель. Стороны исполнили свои взаимные обязательства в полном объеме. Соответственно, 29.03.2018 действие Договора прекращено полным исполнением сторонами своих обязательств.

Договор не является договором банковского вклада. В Договоре однозначно доводились до истца сведения о предмете (п. 1.1), порядке оплаты (п.п.2.1, 2.2) и передачи векселя (п.п.2.3, 2.4), а также обязательствах сторон Договора. Так, из п.1.1. Договора следует, что предметом является купля-продажа векселя ООО «ФТК», а в п.2.3 Договора обязанность ответчика передать истцу, а также обязанность истца принять от ответчика вексель, в связи с чем, истец, не мог заблуждаться относительно природы сделки, поскольку понимал, что заключает договор купли-продажи, а не вклада либо иной гражданско-правовой договор.

Кроме того, истец сообщил суду, что неоднократно открывал банковские вклады в различных кредитных организациях, в том числе, у ответчика. Следовательно, истец знает предмет и содержание договора банковского вклада.

Заявляя требование о признании договора купли-продажи и договора хранения простого векселя недействительными заявитель действует недобросовестно, поскольку на момент заключения данной сделки все условия были согласованы между сторонами сделки и у Банка не было оснований предполагать, что впоследствии заявитель будет считать данную сделку недействительной. 

Вексельные обязательства простых должников - векселедателя простого векселя и акцептанта переводного - могут быть исполнены надлежащим образом только при условии предъявления векселя к платежу в надлежащем месте. Место платежа может определяться указанием на населенный пункт или конкретный адрес. Требование о платеже, предъявленное в месте, отличном от места, определенного в векселе на основании изложенных выше правил как место платежа, не может считаться предъявленным надлежащим образом. То есть предъявление векселя к платежу должно состояться в месте платежа, указанном в векселе. В данном случае в векселе местом платежа является «Азиатско-Тихоокеанский Банк (ПАО), 125009 

<

...>.

Заявителем простой вексель предъявлен к оплате ненадлежащим образом, не в месте платежа, указанном в простом векселе, соответственно не соблюдены требования законодательства о предъявлении векселя к платежу.

Заключая договор купли-продажи простого векселя заявитель мог проявить необходимую заботливость, разумность и осмотрительность, в том числе оценить разъясненные ему риски и их последствия, связанные с возможностью заключения этого договора, в том числе связанные с возможностью неисполнения плательщиком по векселю своих обязательств.

Кроме того, договоры купли-продажи и хранения простого векселя не противоречат существу правового регулирования правоотношений, а также явно выраженным законодательным запретам, связанными с вексельным законодательством, договорами купли-продажи ценных бумаг и обязательствами по договору хранения, не посягают при этом на интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

Заявитель был предупрежден о рисках, и, тем не менее, вложил свои денежные средства в рисковые операции с целью извлечения прибыли.

В судебное заседание представитель третьего лица ООО «ФТК» не явился, будучи надлежащим образом извещенным, отзыв на исковое заявление в суд не направил, о рассмотрении дела в отсутствии его представителя не ходатайствовал.

В связи с чем, суд определил о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц в порядке ч.5 ст.167 ГПК РФ.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу требований данной правовой нормы оценка действиям сторон при совершении сделок на предмет добросовестности дается, исходя из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

В силу п. 1 ст. 142 Гражданского кодекса Российской Федерации ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов (документарные ценные бумаги).

Пункт 2 ст.142 Гражданского кодекса Российской Федерации относит вексель к ценным бумагам. Ценные бумаги могут быть документарными и бездокументарными. Документарными ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов. 

Статьей 4 Федерального закона от 11.03.1997 № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе» установлено, что переводной и простой вексель должен быть составлен только на бумаге (бумажном носителе). 

В соответствии с п. 3 ст. 146 Гражданского кодекса Российской Федерации, права, удостоверенные ордерной ценной бумагой, передаются приобретателю путем ее вручения с совершением на ней передаточной надписи - индоссамента. Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или законом, к передаче ордерных ценных бумаг применяются установленные законом о переводном и простом векселе правила о передаче векселя.

Согласно п. 36 Постановления Пленума ВС РФ N 33 и ВАС РА N 14 от 04.12.2000 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей", в тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (пункт 2 статьи 454 Кодекса). При рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что обязанности продавца по передаче векселя как товара могут считаться выполненными в момент совершения им действий по надлежащей передаче векселя покупателю с оформленным индоссаментом, переносящим права, вытекающие из векселя, на покупателя или указанное им лицо (пункт 3 статьи 146 Кодекса), если иной порядок передачи не вытекает из условий соглашения сторон и не определяется характером вексельного обязательства.

В соответствии со ст.153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч.3 ст.154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трёх или более сторон (многосторонняя сделка).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствий недействительности сделки не предусмотрены законом.

Положениями ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу нормы ст. 178 ГК РФ сделкой, совершенной под влиянием заблуждения, признается сделка, в которой волеизъявление стороны не соответствует подлинной воле, то есть по такой сделке лицо получило не то, что хотело. Под заблуждением следует понимать несоответствие субъективных представлений лица об обстоятельствах и процессах объективной действительности или общепринятым понятиям об этих обстоятельствах и процессах. 

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Исходя из смысла вышеприведенных положений ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. 

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ определено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, суд находит достоверно установленным, что 25 апреля 2016 года между «АТБ» (ПАО) и ООО «ФТК» подписано соглашение о взаимодействии по реализации векселей, согласно которому стороны договорились о принципах и порядке взаимодействия сторон по реализации векселей компании (п. 1.1).

Согласно п.1.2 соглашения банк осуществляет поиск потенциальных покупателей на векселя компании, и принимает участие в первичном размещении векселей компании путем продажи векселей, выпущенных компанией, и приобретенных у нее, третьим лицам.

Из п.2.3 соглашения следует, что векселя отчуждаются третьим лицам по индоссаменту с указанием лица, в пользу которого передается вексель. При последующей продаже векселей третьим лицам банк проставляет оговорку «без оборота на меня».

В п.2.4 соглашения стороны определили, что банк будет осуществлять функции домицилиата в отношении векселей компании, которые банк принимает на условиях, указанных в п.п. 2.1. - 2.3. настоящего соглашения, для чего компания обязуется заблаговременно предоставить банку сумму в размере платежа по векселям, выпущенных компанией, а банк, указанный в векселе в качестве домицилиата, по поручению компании от ее имени и за ее счет при наступлении срока платежа оплачивает предъявляемый вексель.

Общая номинальная стоимость векселей, в отношении которых банк будет осуществлять функции домицилиата, составляет не более 1000000000 (одного миллиарда) рублей (п. 2.6).

Согласно условиям векселя серии ФТК 

<

номер изъят>, векселедатель ООО «Финансово-торговая компания», расположенный по адресу: 107076, 

<

...>, обязуется безусловно уплатить по этому векселю денежную сумму в размере 1047686,19 рублей непосредственно «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) или по его приказу любому другому лицу.

29 марта 2018 года в г. Саянске между «АТБ» ПАО (продавец) в лице ФИО4 и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи простых векселей 

<

номер изъят>В, согласно которому продавец обязался передать в собственность покупателю, а покупатель - принять и оплатить простой вексель векселедателя ООО «ФТК» серии ФТК 

<

номер изъят>, стоимостью 1021928 рублей (п. 2.1), с вексельной суммой 1047686,19 рублей со сроком платежа - по предъявлении, но не ранее 29 июня 2018 года.

В п.1.3. договора указано, что передача прав по векселю осуществляется по индоссаменту с указанием покупателя, продавец проставляет индоссамент с оговоркой «без оборота на меня».

В соответствии с п.2.3. продавец обязуется передать, а покупатель принять вексель, указанный в п. 1.1. договора, в дату 29 марта 2018 года, после поступления денежных средств на счет продавца, указанный в п. 7 договора.

Вексель передается по акту приема-передачи (п. 2.4. договора).

Согласно п.6.4 договора продавец гарантирует покупателю право владения векселем, то есть документарной ценной бумагой.

Одновременно при заключении договора сторонами была подписана декларация о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, являющаяся приложением 

<

номер изъят> к договору купли-продажи.

Из материалов дела следует, и стороной ответчика не оспаривается, что ФИО3 обязательства по договору купли-продажи выполнены, денежные средства в размере 1021928 рублей перечислены на счет «АТБ» (ПАО), что подтверждается также платежным поручением 

<

номер изъят> от 29 марта 2018 года.

В эту же дату между истцом и ответчиком в г. Саянске был подписан акт приема-передачи приобретаемого векселя и договор хранения 

<

номер изъят>Х, согласно которому, приобретенный истицей вексель передан на хранение ответчику.

29 июня 2018 года ФИО3 обратилась к ответчику с заявлением на погашение векселя, в удовлетворении которого ей было отказано в связи с отсутствием денежных средств ООО «ФТК», предназначенных для погашения векселей. 

Главой 30 ГК РФ, регулирующей общие положения о купле-продаже, предполагается добросовестность сторон при заключении договора купли-продажи, в том числе, ст. 495 ГК РФ возлагает обязанность на продавца при заключении договора купли-продажи предоставить покупателю необходимую и достоверную информацию о товаре, предлагаемом к продаже, соответствующую установленным законом, иными правовыми актами и обычно предъявляемым в розничной торговле требованиям к содержанию и способам предоставления такой информации. 

В данном случае, на «АТБ» (ПАО) лежала обязанность при заключении договора купли-продажи векселей довести до истца полную и достоверную информацию, позволяющую сделать правильный выбор в отношении предлагаемой услуги, в том числе в сфере банковской деятельности.

Из пояснений стороны истицы следует, что до неё не была доведена информация о том, что плательщиком по векселям является ООО «ФТК», расположенное в г. Москве и что погашение векселей возможно только после поступления от ООО «ФТК» денежных средств в «АТБ» (ПАО), а также то, что исполнение обязательства по погашению векселя напрямую зависит от платежеспособности ООО «ФТК». 

Принимая во внимание, что истице банком предлагался «новый банковский продукт», договор купли-продажи векселя был заключен истцом с «АТБ» (ПАО), с указанием логотипа и реквизитов банка, без предъявления клиенту подлинника векселя, но с обязательством хранения векселя в банке, денежные средства были внесены истцом на счет банка, в совокупности сформировало у истицы ложное впечатление о выпуске векселя самим банком, полной ответственности по векселю банка, а не иного лица. Истица добросовестно заблуждалась относительно стороны сделки, полагая, что заключает договор с Банком, поскольку, в оспариваемом договоре, заключенном в г. Саянске Иркутской области, какая-либо информация в отношении ООО «ФТК» не содержится, за исключением того, что оно является векселедателем, Декларация о рисках, подписанная истцом, также не содержит информации о векселедателе, в связи с чем, только из содержания векселя, который отсутствовал на момент заключения договора его купли-продажи, представлялось возможным установить, что оплату по нему должно производить ООО «ФТК». 

Имеющиеся в распоряжении истца документы, в том числе декларация о рисках, без самого векселя, не предоставляли истцу полной и достоверной информации о порядке обращения векселя, как ценной бумаги, со всеми особенностями, в связи с чем, истица, полагая, что заключает договор с «АТБ» (ПАО), была лишена возможности оценить степень риска в связи с приобретением векселя, что находилось в причинной связи с решением истца о заключении сделки купли-продажи простого векселя.

Ответчиком суду не представлено доказательств того, что банком были предприняты все необходимые меры по информированию истца о заключаемом договоре купли-продажи векселя и лице, несущем обязательства по векселю, также как и доказательств того, что истцу предлагался иной банковский продукт по вложению денежных средств, не несущий в себе риск. 

Таким образом, ФИО3 была введена в заблуждение относительно природы совершаемой финансовой операции, фактически отождествляя ее с разновидностью вклада (депозита) в банке и ответственностью банка за вложения ее денег. 

Кроме того, судом установлено и не оспаривалось стороной ответчика, что предмет договора - простой вексель - в оригинале, в нарушение требований ст.146 ГК РФ, не был передан покупателю при заключении договора купли-продажи, вместо этого с ФИО3 был заключен безвозмездный договор хранения векселя от 29 марта 2018 года. Местом заключения данного договора указано г. Москва.

Исходя из содержания векселя, он был изготовлен ООО «ФТК» в г.Москве 29 марта 2018 года, банком (индоссантом) на векселе оформлен индоссамент «платите приказу ФИО3» с оговоркой «без оборота на меня», при этом, указанная запись не содержит сведений о дате ее внесения и лице ее оформившем. 

Принимая во внимание, что вексель был изготовлен ООО «ФТК» в г.Москве 29 марта 2018 года, в день его покупки истцом у ответчика в г. Саянске Иркутской области, на значительном территориальном удалении, а также исходя из пояснений сторон в судебном заседании, показаний свидетелей, следует, что в день заключения оспариваемой сделки купли-продажи векселя, последний, как ценная бумага, подлежащая изготовлению только в бумажном виде, фактически в этом виде истице не передавался, в связи с чем, суд приходит к выводу, что спорный вексель, как объект гражданского оборота в день заключения между сторонами сделки его купли-продажи, не существовал. Данные обстоятельства подтвердила в судебном заседании и представитель ответчика ФИО2 Следовательно, обязанности продавца по передаче векселя как товара ответчиком не выполнены, иной порядок передачи векселя из условий соглашения сторон не вытекает и не определяется характером вексельного обязательства. 

Ответчиком не представлено суду доказательств, подтверждающих, что данный вексель был передан 29 марта 2018 года от ООО «ФТК» «АТБ» (ПАО), и на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи векселя, находился в филиале «АТБ» (ПАО), расположенном по адресу: 

<

...>.

Доводы ответчика о том, что подача истицей 29 июня 2018 года заявления на погашение векселя ООО «ФТК» является доказательством полного понимания ею существа вексельных правоотношений, и только лишь не получив выплаты по векселю от векселедателя она предприняла попытку признать договор купли-продажи недействительным, напротив свидетельствуют о том, что истица предполагала, что обязательства по возврату его денежных средств и процентов по ним лежат именно на «АТБ» (ПАО), учитывая, что с заявлением о погашении векселя она обратилась именно в банк. 

Тот факт, что в подписанной истцом декларации о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, содержится уведомление о том, что банк не является поставщиком услуг, связанных с приобретением ценных бумаг, а выступает посредником между покупателем и векселедателем в рамках исполнения договора купли-продажи простых векселей и не может отвечать по исполнению обязательств перед покупателем по векселю, при установленных судом обстоятельствах, не свидетельствует об исполнении банком обязанности информирования истца о лице несущем обязательства по векселю, в связи с чем, истец не мог ознакомиться с финансовым положением ООО «ФТК» и оценить риски совершения оспариваемой сделки. 

Ответчиком суду не представлено доказательств систематического приобретения истицей векселей и ее осведомленности о природе заключения договора купли-продажи векселя.

В соответствии с актом проверки «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) Центрального Банка Российской Федерации, более 87% приобретателей векселей являлись действующими вкладчиками Банка либо вкладчиками, у которых заканчивался на момент приобретения векселей срок вклада, открытого в Банке, а также бывшими вкладчиками. Лицо, выпускающее векселя, (ООО «ФТК») является клиентом филиала АТБ («ПАО») в г.Москве. Векселя не оформлялись и не предлагались к продаже в Московском филиале Банка, реализация векселей производилась в иных регионах присутствия кредитной организации. Учитывая разницу во времени по часовым поясам, клиенты, приобретающие векселя, подписывающие акт о его получении и передаче на хранение в Московский филиал Банка не могли фактически получить на руки приобретаемый вексель и передать его на хранение Московскому филиалу Банка. Порядком взаимодействия (раздел 5) регламентирована процедура реализации Банком третьим лицам векселей, которые на момент подписания договора купли-продажи и актов приема-передачи не существуют (не оформлены, не распечатаны, не подписаны, не переданы векселедателю ООО «ФТК» в кредитную организацию.

На всех векселях в графе векселедатель указаны фамилия и инициалы физического лица - 

<

данные изъяты> подпись и печать ООО «ФТК» без указания должности подписавшего лица, а также его полномочий. При этом, в штатном расписании Банка работника под фамилией 

<

данные изъяты> не установлено. По заявке рабочей группы кредитной организацией были представлены документы, подтверждающие полномочия 

<

данные изъяты>, являющейся операционным директором ООО «ФТК».

Проверкой установлено, что наличие на расчетном счете ООО «ФТК» денежных средств, достаточных для погашения векселей при наступлении срока обеспечивалось в основном посредством привлечения средств от ежедневной реализации вновь выпущенных векселей. Дальнейшее погашение векселей ООО «ФТК», по оценке рабочей группы, зависит исключительно от продолжения финансирования его деятельности за счет средств, привлекаемых от новых клиентов- приобретателей векселей или заемных средств Банка, что может свидетельствовать о наличии признаков создания и функционирования «финансовой пирамиды».

Приведенные выше положения действующего законодательства применительно к обстоятельствам заключения оспариваемых сделок, исходя из недопущения злоупотреблением правом, пояснений сторон, показаний свидетелей, акта проверки Центрального Банка Российской Федерации дают основание прийти к выводу о том, что при подписании договора купли-продажи векселя истица не знала и не могла знать, что исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя лежит на ООО «ФТК» и напрямую зависит от платежеспособности (финансового состояния) ООО «ФТК», а не банка, а также от исполнения ООО «ФТК» перед банком своих обязанностей, банк не предоставил истцу данную информацию (умолчал), в связи с чем,действуя под влиянием заблуждения, которое было настолько существенным, что ФИО3, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы данную сделку, если бы знала о действительном положении дел. Волеизъявление ФИО3 при заключении договора купли-продажи векселя не соответствует подлинной воле, так как истица получила не то, что хотела. Заблуждение относительно условий сделки имело место на момент совершения сделки. 

Доводы ответчика о том, что истец выразил волеизъявление на приобретение именно ценной бумаги - векселя ООО «ФТК» и на передачу векселя на хранение, отклоняются судом.

На основании изложенного, требования истицы о признании договора купли-продажи простого векселя 

<

номер изъят>В от 29 марта 2018 года, заключенного между «Азиатско-Тихоокеанским Банком» (публичным акционерным обществом) и ФИО3 недействительной сделкой обоснованы и подлежат удовлетворению.

Применяя последствия недействительности сделки, суд считает необходимым взыскать с «Азиатского-Тихоокеанского Банка» (публичного акционерного общества) в пользу ФИО3 денежные средства в размере 1021928 рублей и аннулировать индоссамент (передаточную надпись) в простом векселе серии ФТК 

<

номер изъят> от 29 марта 2018 года на сумму 1021928 рублей от 29 марта 2018 года "платите приказу ФИО3 ".

Обязать ФИО3 по вступлению в законную силу решения суда возвратить «Азиатско-Тихоокеанскому Банку» (публичному акционерному обществу) простой вексель серии ФТК 

<

номер изъят> от 29 марта 2018 года.

При установленных юридически значимых обстоятельствах иные доводы сторон не имеют правового значения.

Представленные в суд дополнение к отзыву, копию договора 

<

номер изъят> от 29 марта 2018 года, акт приема-передачи векселя от 29 марта 2018 года суд не принимает в качестве надлежащих доказательств, поскольку, они представлены, в нарушение ч.2 ст.71 ГПК РФ, в форме ненадлежащим образом заверенных копий. 

В соответствии со ст.ст.98,100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы; в случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано; стороне, в пользу которой состоялось решение, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку иск о признании недействительными договоров купли-продажи или дарения, а также спор о применении последствий недействительности сделки связан с правами на имущество, государственную пошлину при подаче таких исков следует исчислять в соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации - как при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, в зависимости от цены иска.

При подаче искового заявления истцом государственная пошлина была оплачена не в полном объеме, исходя из положения ст.ст.98,103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также принимая во внимание ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым также взыскать с ответчика государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 11310 рублей. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 к "Азиатско-Тихоокеанский Банк" (Публичное акционерное общество)о признании договора купли-продажи недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств, удовлетворить.

Признать договор купли-продажи простого векселя 

<

номер изъят>В от 29 марта 2018 года, заключенного между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (Публичное акционерное общество) и ФИО3 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки - договора купли-продажи простых векселей 

<

номер изъят>В от 29 марта 2018 года.

Взыскать с «Азиатского-Тихоокеанский Банк» (Публичное акционерное общество) в пользу ФИО3 денежные средства в размере 1021928 рублей.

Аннулировать индоссамент (передаточную надпись) «платите приказу ФИО3» в простом векселе серии ФТК 

<

номер изъят> от 29 марта 2018 года на сумму 1047686,19 рублей, выданном 29 марта 2018 года в г. Москва Обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания», сроком оплаты по предъявлению, но не ранее 29 июня 2018 года.

Обязать ФИО3 по вступлению в законную силу решения суда возвратить «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (Публичное акционерное общество) простой вексель серии ФТК 

<

номер изъят> от 29 марта 2018 года, выданный 29 марта 2018 года Обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания».

Взыскать с «Азиатского-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) в пользу ФИО3 государственную пошлину в размере 2000 рублей.

Взыскать с «Азиатского-Тихоокеанский Банк» (публичное акционерное общество) в бюджет городского округа муниципального образования «город Саянск» государственную пошлину в размере 11310 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Саянский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Председательствующий: Е.Н. Гущина

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>а