Дело № 2-318/2024 (2-5529/2023) 

УИД 59RS0007-01-2023-004195-39

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 мая 2024 года г.Пермь

Свердловский районный суд г.Перми в составе:

Председательствующего судьи Артемовой О.А.,

При секретаре ФИО6,

При участи представителя истца ФИО4 действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ в интересах ФИО3,

Помощника прокурора ФИО7, 

рассмотрел в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО3 к ФИО2 с ограниченной ответственностью 

<

данные изъяты> о взыскании денежных средств за проведенное некачественное лечение, компенсации морального вреда, расходы,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась с исковым заявлением к ФИО2 с ограниченной ответственностью 

<

данные изъяты> о взыскании денежных средств за проведенное некачественное лечение, компенсации морального вреда, расходы.

Свои требования истец мотивировала тем, что она 23.07.2021г. заключила договора на оказание стоматологических услуг с ООО 

<

данные изъяты> № и по договору оплатила 970 000 руб. 04.11.2021г. протезирование закончено. По результатам оказания платных медицинских услуг ответчиком у истца возникли проблемы со здоровьем и претензии к качеству оказанных услуг. 08.11.2021г. истец пошла на консультацию к врачу стоматологу-протезисту в своем городе с жалобой – на боль в области левого импланта и боль в зубах при смыкании челюсти. Был сделан снимок КТ. Были переделаны 2 нижних резца, цвет которых отличался от рядом стоящих зубов. 07.07.2022г. истец приехала на консультацию. 06.08.2022г. сообщила, что стало хуже. 20.09.2023г. снова приехала на консультацию. ДД.ММ.ГГГГ закончено лечение. 28.10.2022г. находясь в Тайланде почувствовала, что коронка на 6 зубе подвижна, о чем сообщила ответчику, который посоветовал обратиться в стоматологическую клинику, что и сделала истец. Доктор в Тайланде сказал, что коронка хорошо держится и никакие манипуляции не проводились. 29.12.2022г. записалась в стоматологическую клинику на 19.12.2022г. и в этот же день спала коронка с шестого нижнего зуба. 26.12.2022г. спала коронка с шестого верхнего зуба. В январе 2023 года была на консультации у местного врача протезиста, где истцу сделали КТ обоих челюстей. Врач пришел к выводу, что импланты нужно перестанавливать, зубы перелечивать, изготавливать новые коронки. 09.02.2023г. снова обратилась в местную стоматологическую клинику с жалобами на боль в десне в области 6 нижнего зуба справа при надкусывании и приеме пищи, на кровоточивость десны и выделение гноя от туда и неприятный запах изо-рта. Врач поставил диагноз «острый локализованный пародонтит травматического характера». 13 февраля расцементировалась коронка на 6 верхнем зубе справа. Проведена фиксация коронки на временный цемент. 

25.02.2023г. истец направил ответчику претензию. Ответчик исправлял недостатки оказанных услуг, но они не привели к ожидаемому результату и у истца появился дефект речи, головная боль, зубная боль, боли в мышцах лица, челюсти, шеи. В связи с наличием болей истец вынуждена принимать обезболивающие лекарственные препараты на постоянной основе. 

На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика в ее пользу денежные средства за проведенное некачественное лечение и протезирование в размере 940 000 руб., компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., транспортные расходы по маршруту 

<

адрес> –

<

адрес> и обратно в размере 96 848, 92 руб., штраф в размере 50% от присужденной суммы в размере 1 018 426, 46 руб. 

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, ранее в судебном заседании настаивала на заявленных требованиях.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании просит требования истца удовлетворить, судебной экспертизой подтверждаются доводы истца, что медицинская услуга оказан некачественно в результате чего у истца появились боли при этом истец не уточняя заявленные требования не настаивает на взыскании 30 000 руб., оплаченных ею за удаление зубов, в данной части претензий не имеет. Расходы истца, подтвержденные документами просит взыскать с ответчика.

ООО 

<

данные изъяты> извещено о дате и времени судебного заседания, своего представителя не направил, ходатайств об отложении дела не заявил. Ранее представлены письменные возражения на заявленные требования, из которых следует, что 23.07.2021г. между ООО 

<

данные изъяты> и ФИО3 заключен договор № оказания платных медицинских (стоматологических) услуг, по условиям договора исполнитель принял на себя обязательства оказать потребителю платные медицинские услуги, указанные в приложении № (план лечения), являющийся неотъемлемой частью договора. Медицинские услуги, предоставляются на основании лицензии № ЛО-78-01-010166 от 17.09.2019г. выданной комитетом по здравоохранению. ФИО3 ознакомлена с планом лечения, согласилась с ним и внесла денежные средства. Истец обратилась в поликлинику, у нее собран анамнез, установлен диагноз: 24 зуб К04,03-хронический пульпит, 17 зуб К02.1-кариес дентина. В.ч.: н.ч. : К05.1 Хронический гингивит простой маргинальный. 14, 25 зубы К08.1 потеря зубов вследствие несчастного случая, удаления или локальной периодонтальной болезни. В рамках гарантийного срока истцу заменены импланты и проведено повторное лечение. От истца перед каждой манипуляцией получено информированное добровольное согласие. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ подписаны стороными договора акты сдачи-приемки ортопедической конструкции, в соответствии с которыми ФИО3 приняла индивидуальные ортопедические изделия, указав в актах, что претензий к качеству, эстетике изделий, срокам исполнения не имеет. Пациент не высказывал претензий по проводимому ей лечению. После каждого приема выдавалась памятка с рекомендациями по уходу за коронками, выдан гарантийный талон, дополнительная гарантия на импланты. На приеме 20.09.2022г. принято решение о снятии коронок, переделке их по гарантии, визит с целью коррекции коронок назначен на 16, 24, 46 зубах на 22.09.2022г. На приеме ДД.ММ.ГГГГ произведен демонтаж коронок, культи зубов обработаны, проведена рестракция десны, получен рабочий оттиск нижней челюсти, вспомогательный оттиск верхней челюсти массой. Контроль качества оттисков, получены регистраты прикуса массой, на зубы изготовлены временные коронки, фиксация на кальций-содержащий цемент, контроль и коррекция временной коронки на окклюзии. На приеме 24.09.2022г. пациенту не устроил цвет коронок, поэтому принято решение зафиксировать их на временный цемент. Пациент готовился в отпуск и прием назначен через 1,5-2 месяца. ДД.ММ.ГГГГ истец не явилась на контрольный осмотр и постоянную фиксацию коронок, на звонки не отвечала. В ответ на претензию истцу продолжено пройти врачебный консилиум, от чего пациент отказался.После проведённого лечения пациент обращалась в стоматологическую клинику Тайланда, в клинику Мирадент и ООО «Новая стоматология». За действия других лиц оказывающих медицинскую помощь пациенту, ответчик не может отвечать.Из материалов дела не усматривается причинно-следственная связь между оказанием клиникой услуг и наступившими последствиями, а также причинением истцу морального вреда. Исковые требования не признает.Требования истца о взыскании транспортных расходов и расходов на проживание не находятся в причинной связи с оказанными медицинскими услугами, истец не была лишена возможности заключить договор на оказание медицинских услуг в 

<

адрес>, что исключило бы несение данных расходов. При определении размера штрафа, просит применить положения ст. 333 ГК РФ, поскольку размер заявленного штрафа несоразмерен последствиям. 

Помощник прокурора ФИО8 в судебном заседании дала заключение о том, что материалами дела подтверждено, что медицинские услуги оказаны истцу некачественно, вследствие чего она испытывала боль, неудобства и требования истца подлежат удовлетворению.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняется здоровье людей (часть 2 статьи 7); каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41).

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон об охране здоровья граждан) основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (пункт 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (пункт 2); доступность и качество медицинской помощи (пункт 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункт 7).

Граждане имеют право на получение платных медицинских услуг, предоставляемых по их желанию при оказании медицинской помощи, и платных немедицинских услуг (бытовых, сервисных, транспортных и иных услуг), предоставляемых дополнительно при оказании медицинской помощи (ч. 1 ст. 84 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Платные медицинские услуги могут оказываться в полном объеме стандарта медицинской помощи либо по просьбе пациента в виде осуществления отдельных консультаций или медицинских вмешательств, в том числе в объеме, превышающем объем выполняемого стандарта медицинской помощи (ч. 4 ст. 84 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

На основании пункта 2 статьи 79 Закона об охране здоровья граждан медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.

Согласно ст. 2 Закона об охране здоровья граждан, для целей настоящего Федерального закона используются следующие основные понятия: медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

В соответствии с пунктом 3 статьи 98 Закона об охране здоровья граждан вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) здоровье является нематериальным благом, которое принадлежит гражданину от рождения.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу п. 1 и п. 2 ст. 4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее Закон о защите прав потребителей) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Согласно абзацу 7 п. 1 ст. 29 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно статье 1095 ГК РФ вред, причиненный здоровью гражданина вследствие недостатков услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации об услуге, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу (исполнителем), независимо от его вины и от того, состоял потерпевший с ним в договорных отношениях или нет.

В соответствии со статьей 1098 ГК РФ исполнитель услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования результатами услуги или их хранения.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26.01.2010 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пунктом 28 Постановления Правительства Российской Федерации от 04.10.2012 N 1006 "Об утверждении Правил предоставления медицинскими организациями платных медицинских услуг" также предусмотрено, что платные медицинские услуги предоставляются при наличии информированного добровольного согласия потребителя (законного представителя потребителя), данного в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об охране здоровья граждан.

Исполнитель предоставляет платные медицинские услуги, качество которых должно соответствовать условиям договора, а при отсутствии в договоре условий об их качестве - требованиям, предъявляемым к услугам соответствующего вида.

Договор заключается потребителем (заказчиком) и исполнителем в письменной форме. Договор должен содержать, в том числе, перечень медицинских услуг, предоставляемых в соответствии с договором, стоимость платных медицинских услуг, сроки и порядок их оплаты, условия и сроки предоставления платных медицинских услуг.

Исходя из смысла приведенных норм закона и разъяснений, обязанность по представлению доказательств оказания ФИО3 медицинских услуг в полном объеме и надлежащего качества в период прохождения ею лечения, возложена на ООО 

<

данные изъяты> При этом ФИО3 должна представить доказательства, подтверждающие факт ненадлежащего оказания медицинских услуг, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившим вредом.

Как следует из материалов дела, 23.07.2021г. между ООО 

<

данные изъяты> ОГРН № и ФИО3 заключен договор № оказания платных медицинских (стоматологических) услуг. По условиям договора № Исполнитель- ООО 

<

данные изъяты> принял на себя обязательства оказать потребителю платные медицинские услуги, указанные в приложении № (план лечения), являющийся неотъемлемой частью договора. 

Согласно п. 1.2 договора № Медицинские услуги, предоставляются на основании лицензии № № от 17.09.2019г. выданной комитетом по здравоохранению. 

Планируемая стоимость лечения пациента ФИО3 составила 970 000 руб. и стоимость услуг и материалов указана в «Планируемая стоимость лечения для пациента ФИО3» (т. 1 л.д. 39).

ФИО3 ознакомлена с планом лечения, согласилась с ним и внесла денежные средства: ДД.ММ.ГГГГ в размере 150 000 руб.; 09.08.2021г. в размере 150 000 руб.; 01.09.2021г. в размере 400 000 руб.; ДД.ММ.ГГГГ в размере 100 000 руб.; 22.10.2021г. в размере 100 000 руб.; 01.11.2021г. в размере 70 000 руб. всего оплачено на сумму 1 270 000 руб. (т. 1 л.д. 30-35). 

ООО 

<

данные изъяты> и ФИО3 подписаны акты сдачи –приемки ортопедических конструкций к договору №: 

без даты на сумму 306 000 руб. по заказ наряду Н-18757 от ДД.ММ.ГГГГ восстановление зуба коронкой из диоксида циркония 12 ед., 17 з., 16з., 13з-24з., 26з., 27з., 46з. 

01.11.2021г. на сумму 148 400 руб. по заказ наряду Н-18757 от ДД.ММ.ГГГГ восстановление зуба коронкой из диоксида циркония (ФС) 13з-24з.

03.11.2021г. на сумму 70 000 руб. по заказ наряду Н-18896 от ДД.ММ.ГГГГ протезирование зуба с использованием имплантата коронкой постоянной из диоксида циркония на винтовой фиксации САД/САМ 15з., 25з. (т. 1 л.д. 36-38).

ООО 

<

данные изъяты> выдавала истцу рекомендации после хирургического вмешательства, памятки пациента, (т. 1 л.д. 41-44).

25.02.2023г. ФИО3 написала претензию в ООО 

<

данные изъяты> с требованием вернуть ей уплаченную за проведение лечения и протезирование сумму в размере 940 000 руб., выплатить моральный ущерб в размере 200 000 руб. на основании того, что по договору оказания платных услуг № после установки коронок она заметила промежуток между 1 и 2 зубом верхней челюсти справа не был закрыт, эстетический дефект улыбки, ощущение дискомфорта из-за болтающегося деснового сосочка, пища застревала, появился дефект речи, головная и зубная боль, болели мышцы лица, шеи, после переделывания цвет коронок отличался от рядом стоящих зубов, и иные недостатки (т. 1 л.д. 79-84). 

ООО 

<

данные изъяты> письмом от 15.03.2023г. дан ответ на претензию истца в котором предложили провести врачебный консилиум, связаться с ними по телефону (т. 1 л.д. 87).

20.04.2023г. ФИО3 направила претензию в ООО 

<

данные изъяты> с требованием вернуть ей уплаченную за проведение лечения и протезирование сумму в размере 940 000 руб., выплатить моральный ущерб в размере 200 000 руб. (т. 1 л.д.89-90).

ООО 

<

данные изъяты> письмом от 01.05.2023г. дан ответ на претензию истца, в котором предложили провести врачебный консилиум, связаться с ними по телефону (т. 1 л.д. 93).

Истцом подана жалоба в Росздравнадзор, на которую дан ответ 29.05.2023г. о том, что жалоба переадресована в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защите прав потребителей и благополучия по городу Санкт-Петербургу. 

В связи с тем, что истец не получила удовлетворения свой претензии подала исковое заявление.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена экспертиза, производство которой поручено экспертам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Краевое бюро судебно- медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований, перед экспертами поставлены следующие вопросы: 

1.Правильно и в полном было проведено обследование и подготовка ФИО16 ФИО2 с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» к имплантологии и ортопедическому лечению? 

2.Имелась ли необходимость в проведении ортопедического лечения в виде полного тотального протезирования зубов полости рта циркониевыми коронками ФИО9? 

3.Имеются ли недостатки оказанных ФИО2 с ограниченной ответственностью «Клиника Немецкой Имплантологии» медицинских услуг по договору № от 23.07.2021г. заключенному между ООО «

<

данные изъяты> и ФИО3, если недостатки оказания медицинских услуг установлены, то указать какие?

4.В результате оказания медицинских услуг ФИО2 с ограниченной ответственностью «Клиника Немецкой Имплантологии» по договору № от 23.07.2021г. был ли причинен вред здоровью ФИО9, если был причинен вред здоровью определить степень причиненного вреда здоровью?

Экспертами ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 Государственного бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Краевое бюро судебно- медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований» составлено заключение № согласно которого эксперты пришли к следующим выводам: 

На первый вопрос дан ответ: Согласно представленным на экспертизу медицинским документам, при первом посещении 

<

данные изъяты> ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, выразила свое желание иметь красивые, ровные зубы. Специалисты клиники предложили пациентке проведение тотального протезирования зубов коронками из диоксида циркония. Однако сложно сказать, правильно ли была в тот момент проведена оценка снижения окклюзионной высоты у пациентки и на какую величину требовалась коррекция межальвеолярного расстояния. При планировании полной реконструкции верхнего и нижнего зубных рядов ФИО3 в медицинской карте стоматологического больного № от ДД.ММ.ГГГГ ООО 

<

данные изъяты> коротко отражено проведение этапа диагностического моделирования зубным техником из воска (wax-up) будущих искусственных зубных рядов с последующим изготовлением прототипа постоянных коронок в полости рта из композиционного материала (moke-up) для предварительной визуализации зубных рядов, оценки конечного результата и согласования пациентом. Проведение данного этапа в рассматриваемой клинической ситуации является правильным, но в карте отсутствует обоснование принятого ортопедом-стоматологом решения об увеличении окклюзионной высоты и размера зубов пациентки, пациентки, не указано, насколько в этот момент было уменьшено межальвеолярное расстояние у пациентки. В медицинской карте не указано, каким образом проводилось определение соотношения челюстей ФИО14 в пространстве лицевого скелета; в каком соотношении челюстей проводилось моделирование коронок зубов (wax-up) ФИО3. в привычной окклюзии с поднятием высоты прикуса, либо в конструктивном прикусе (с предварительным поиском центрального соотношения верхней и нижней челюстей).

При наличии у ФИО3 синдрома «снижение прикуса» с уменьшением межальвеолярного расстояния на величину от 1,5 до 2,5мм (межальвеолярное расстояние у пациентки в ООО 

<

данные изъяты> было увеличено на 2мм) необходимо было провести двухэтапную схему лечения. До начала ортопедического лечения должен был следовать этап использования лечебно-диагностического аппарата - жесткой пластмассовой каппы - для нормализации взаимоотношения челюстей и функционально-оправданного расположения элементов височно-нижнечелюстного суставов (ВНЧС). Адаптация пациента к новой высоте прикуса обычно проводится в течение 1-2 месяцев с увеличением времени использования каппы от 30 минут до нескольких часов в день. Задачей данного этапа является позиционирование головок нижней челюсти в оптимальном положении. Только при оптимальном физиологическом состоянии зубо-челюстной системы с каппой, правильном функционировании всех ее элементов, комфортном состоянии и отсутствии жалоб у ФИО3 можно было бы переходить ко второму этапу - изготовлению временных коронок на оптимальной окклюзионной высоте, с последующим переносом на постоянные конструкции зубных протезов.

Стоматолог-ортопед «Клиники Немецкой Имплантологии» следовал одноэтапной схеме лечения ФИО3 (без использования каппы). В этой ситуации выходом было бы препарирование зубов и изготовление временных коронок на верхние и нижние зубы одновременно для того, чтобы пациентка могла в течение 1-2 месяцев адаптироваться к новой окклюзионной высоте. Но этого не произошло. Протезирование ФИО3 началось с препарирования только верхних зубов и изготовления временных коронок на верхнюю челюсть. Со слов ФИО3, боли и напряжение в мышцах лица и шеи появились сразу после установки временных коронок из композита на зубы верхней челюсти, изготовленных по предварительной форме wax-up. Это свидетельствовало об ошибке в восстановлении индивидуальных морфо-анатомических параметров верхних зубов и окклюзионно-артикуляционных взаимоотношений зубных рядов ФИО3 на временных коронках. Но специалист-стоматолог не уделил жалобам пациентки должного внимания и продолжил протезирование, заменив временные коронки на верхней челюсти на постоянные из диоксида циркония, а затем приступил к протезированию, нижней челюсти.

Перед проведением ортопедического и хирургического лечения требуется лечение зубов терапевтом - стоматологом. На основании конусно-лучевой компьютерной томографии (KЛKT) обеих челюстей от ДД.ММ.ГГГГ на момент обращения ФИО3 в ООО 

<

данные изъяты> выявлены зубы 1.6.,1.2., 2.6., 2.8., 4.6., 4.8 с диагнозом «К 04.5 Хронический апекальный периодонтит». Зубы 2.8., 4.8. удалены (хирургический метод лечения по поводу хронического апекального периодонтита); проведено эндодонтическое лечение зубов 1.6., 1.2., 2.6. На основании записей в медицинской карте стоматологического больного № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Клиника Немецкой Имплантологии» при лечении зубов 1.6., 2.6. врач распломбировал, провел хирургическую обработку и запломбировал по 4 корневых канала в каждом зубе, при этом отмечается о рентгенологическом и электрометрическом контроле на этапах препарирования и пломбирования корневых каналов, записей о проблемах на этапах эндодонтического лечения нет. При проведении сравнительного анализа КЛКТ обеих челюстей от ДД.ММ.ГГГГ и КЛКТ обеих челюстей из независимого центра трехмерной диагностики зубов и лор-органов «Стоматолорика» от ДД.ММ.ГГГГ, данных об обеспечении двухмерной обтурации всех 4 корневых каналов в зубах 1.6., 2.6. нет: в зубе 1.6. дистально- Щечный канал обтурирован, не доходя 3,0 до рентгенологической верхушки; МВ1 до 2,0- 2,5 мм, при этом отмечается увеличение очага деструкции костной ткани в области MB корня до 4,0-5,0 мм; в зубе 2.6. МВ2 не найден. В записях карты от ДД.ММ.ГГГГ указано «об обтурации корневых каналов зуба 4.6. на всем протяжении и отсутствии периапекальных изменений», что противоречит рентгенологической картине. Не обеспечена двухмерная обтурация просвета корневого канала зуба 3.1. На основании записей в медицинской карте Стоматологического больного № ООО 

<

данные изъяты> в зубах 3.1, 4.1, 4.2 запломбировано по 2 корневых канала, по данным КЛКТ обеих челюстей из независимого центра трехмерной диагностики зубов и лор-органов «Стоматолорика» от 20.04.2023г. в зубах 3.2, 3.1., 4.1, 4.2 обтурировано по 1 корневому каналу. 

На второй вопрос дан ответ : На консультации в ООО 

<

данные изъяты> ФИО3 выразила свое желание иметь красивые, ровные зубы. Пациентке был предложен вариант тотального протезирования зубов коронками из диоксида циркония. Выбор такого радикального варианта ортопедического лечения допустим в данной клинической ситуации по согласованию с пациентом. 

На третий вопрос дан ответ: В ходе экспертизы выявлены недостатки морфо-анатомических и функциональных параметров искусственных коронок из диоксида циркония, изготовленных ФИО3 ООО 

<

данные изъяты>. Вертикальный размер окклюзии был увеличен, поэтому размер зубов верхней и нижней челюстей были увеличены Для пациентки такой размер зубов крупный. Особенно это относится к зубам верхней челюсти, которые сильно выступают из-под верхней губы. У пациентки появилось вынужденное положение полуоткрытого рта, слизистая оболочка губ сухая. Правая сторона верхнего зубного ряда «подвисает»: зубы верхней челюсти справа в горизонтальной плоскости располагаются ниже левых, оси зубов наклонены вправо. Клык верхней челюсти справа длинный, он длиннее симметричного зуба (клыка) слева, его рвущий бугор значительно длиннее щечного бугра рядом стоящего первого премоляра верхней челюсти справа. Все вышеперечисленные недостатки моделирования коронок привели к тому, что верхнийзубной ряд неровный. Передние зубы ФИО3 имеют более темный (желтоватый) оттенок по сравнению с боковыми. Боковые резцы нижней челюсти переделывались, поэтому они более светлые по сравнению с рядом расположенными зубами. Можно сделать вывод о том, что в результате проведенного зубного протезирования эстетика зубных рядов у и лица ФИО3 была нарушена.

Тотальное протезирование ФИО3 в ООО 

<

данные изъяты> проведено без восстановления морфо-функционального единства зубных рядов: не восстановлены плотные плоскостные контакты зубов верхней и нижней челюсти: 4 1.6, 1.2-1.1, 3.1-3.2, 3.1-4.1, 4.1-4.2, 4.2-4.3, 4.4-4.5. Это способствовало возникновению дискомфорта пациентки при жевании, застраиванию пищи между зубами травмированиюдесневых сосочков в области зубов 1.6, 2.6, 4.6. Отсутствие плотных контактов зубов в зубном ряду приводит к тому, что зубной ряд перестает функционировать как единое целое. Жевательная нагрузка на зубы распределена неравномерно, промежутки между зубами делят зубной ряд на отдельные группы зубов. Возникающая перезагрузка парадонта впоследствии может привести к расшатыванию и смещению зубов. 

Зубы 4.6 и 2.6 на момент проведения экспертизы не покрыты искусственными коронками, поэтому проведена оценка качества препарирования этих зубов. Зубы 4.6 и 2.6. отпрепарированы под коронку из оксида циркония без соблюдения требований к правильно отпрепарированному зубу под данный вид коронок: снят большой объем твердых тканей зуба, культя имеет вид выраженного конуса с конвергенцией боковых стенок более чем на 4-6°. Этим можно объяснить частую расцементировку коронок 4.6 и 2.6.

При моделировании искусственных коронок из оксида циркония не были восстановлены правильные окклюзионно-артикуляционные соотношения зубных рядов. Допущена ошибка на этапе проведения функционального анализа окклюзии у ФИО3 в ходе подготовки к протезированию. В результате проведенного ортопедического лечения отмечается расхождение соотношения зубных рядов в центральной окклюзии и центральном соотношении, выражающееся в увеличении вертикального размера окклюзии (высота прикуса совпадает с высотой покоя)с расхождение зубных рядов в боковых отделах (отсутствие плотного контакта боковых зубов), смещение центральной межрезцовой линии нижнего зубного ряда влево, формирование кинематических блоков между зубами. 

Нерациональное протезирование ФИО3 привело к увеличению вертикального размера окклюзии (высоты прикуса) и небольшому смещению нижней челюсти влево. Вследствие этого у пациентки произошло изменение топографии элементов ВНЧС. Головки нижней челюсти сместились в вынужденное положение вниз, вперед, а правая головка - еще и немного влево. Левый суставной диск постоянно занимает переднемедиальное положение (по данным МРТ от ДД.ММ.ГГГГ: левый диск дислоцирован вентрально, задняя его часть располагается на 9 часах циферблата мыщелка) и при всех движениях нижней челюсти, а особенно при максимальном открывании рта головка смещается вперед и сдавливает суставной диск, что привело к его деформации (по данным МРТ от ДД.ММ.ГГГГ: левый диск уменьшен в размерах, неправильной, «смятой» формы, анатомическое деление диска сглажено, толщина диска в передних отделах 1,5 мм, в средних отделах 1,5 мм, в задних отделах 1,5 мм). Возникло растяжение задних фиксирующих связок сустава и латеральной крыловидной мышцы. Возникшие в результате - протезирования окклюзионные нарушения (отсутствие плотных фиссурно-бугорковых контактов боковых зубов, суперконтакты в области резцов и боковых зубов при смещении нижней челюсти в стороны и вперед) и небольшое смещение нижней челюсти влево привели к дискоординации в работе жевательных мышц. Болевой симптом у ФИО3 носит миогенный характер, в частности, он, по-видимому, связан с перерастяжением латеральной крыловидной мышцы (отмечен ее гипертонус и болезненность).

На МР-томограмме ФИО3 отмечены характерные признаки изменений ВНЧС: перемежающаяся вентральная дислокация левого диска (смещение вперед и медиально, задняя его часть располагается на 9 часах циферблата мыщелка) с его деформацией (левый диск неправильной, «смятой» формы) и уменьшением верхнего этажа суставной полости (уменьшение высоты суставной щели).

Клинические проявления дисфункции ВНЧС у ФИО3 возникли после ортопедического лечения в 2021. Однако, однозначно говорить о том, что именно протезирование зубов в ООО 

<

данные изъяты> явилось причиной возникновения дисфункции ВНЧС, не представляется возможным, т.к. невозможно оценить окклюзионно-артикуляционные соотношения зубных рядов и состояние ВНЧС до начала протезирования. Ранее ФИО3 пользовалась консольными мостовидными протезами на верхней челюсти в боковых отделах (с опорой на один зуб, что не является правильной конструкцией), имелась скученность передних зубов на нижней челюсти, стираемость твердых тканей зубов, снижение высоты прикуса. Все эти факторы могли способствовать окклюзионной дисгармонии у пациентки и развитию дисфункции ВНЧС без клинических ее проявлений. Ясность в причине возникновения дисфункции ВНЧС у ФИО3 могли бы внести результаты исследования (KJIKT, МРТ) ВНЧС до проведения лечения пациентки в ООО 

<

данные изъяты> Исследование рентгенологической картины позволило бы оценить исходное состояние ВНЧС у пациентки. Однако такое исследование пациентке в процессе подготовки к тотальной реконструкции зубных рядов не было проведено.

При проведении лечения зубов с целью дальнейшего протезирования врачом стоматологом-терапевтом была некорректно проведена оценка обтурации корневых каналов, состояния периапекальных тканей и наличия участка истончения стенок медиального корня зуба 4.6.; в зубе 2.6. не найден МВ2 корневой канал (в карте указано о проведении манипуляций в 4 корневых каналах с электрометрическими и рентгенологическим контролем на этапах лечения), в зубе 1.6. просветы дистально-щечного и МВ1 корневых каналов не пройдены на рабочую длину (в карте указано о проведении манипуляций в 4 корневых каналах с электрометрическими и рентгенологическим контролем на этапах лечения). Хронический периодонтит как все хронические заболевания не излечивается, но ремиссии достигнуть можно и только при условии корректного лечения системы корневых каналов. Не корректные оценка исходного состояния зуба 4.6. и лечение зубов 1.6., 2.6. привели к прогрессированию хронического периодонтита этих зубов, что и было основной причиной болевого синдрома и необходимости снятия искусственных коронок, это объясняет и облегчение состояния на фоне инъекций антибиотика. Так же следует отметить отсутствие двухмерной обтурации просвета корневого канала З.1., чтоявилось причиной развития хронического периодонтита и одной из причин положительной перкуссии зуба 3.1. (включая и травматическую окклюзию).

На основе анализа КЛКТ верхней челюсти, сделаны следующие выводы: имплантат 1.4 зуба установлен с нарушением позиционирования: имеется диспозиция имплантата в вестибулярную сторону, то есть имплантат вестибулярно находится вне кости верхней челюсти. Учитывая, что имплантат частично погружен в костную ткань, как правило, приводит к краевой резорбции кости. В большинстве случаев это является предпосылкой для развития мукозита и периимплантата, что в дальнейшем может привести неконтролируемой резорбции кости и потере имплантата. Имплантат 2.5 зуба установлен с нарушением: имплантат верхней частью находится за пределами кортикальной пластинки верхнечелюстной пазухи (выстоит в верхнечелюстную пазуху на 1 мм), при этом слизистая оболочка верхнечелюстной пазухи над имплантатом без патологических изменений. Общепринятым считается, что расстояние от имплантата до анатомических образований должно быть следующим: от носовой полости, верхнечелюстного синуса и нижнечелюстного канала не менее 1 мм. Однако, по данным отечественной и зарубежной литературы, существует методика (бикортикальной фиксации имплантата) перфорации кости дна верхнечелюстной пазухи с целью закрепления в созданном отверстии апикального конца винтового имплантата, не проходящего через слизистую оболочку. Клинические и рентгенологические проявления синусита у пациентки отсутствуют. Таким образом, имплантат 1.4 зуба требует переустановки. Имплантат 2.5 зуба не требует переустановки.

На четвертый вопрос дан ответ: В «Медицинских критериях определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утверждённых приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008г.№н, отсутствуют медицинские критерии, которые возможно применить врассматриваемом случае. В связи с чем, установить степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не представляется возможным.

Экспертиза проведена в соответствии с «Порядком организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации», утвержденным приказом здравоохранения и социального развития РФ от 12.05.2010г. №н, с применением аналитического метода исследования.

В соответствии со ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. 

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что данное заключение является допустимым доказательством, поскольку оно экспертиза проведена Государственным бюджетным учреждением здравоохранения 

<

адрес> «Краевое бюро судебно- медицинской экспертизы и патолого-анатомических исследований» основной вид деятельности которого судебно-экспертная деятельность, экспертами, имеющим высшее медицинское образование, специальность «судебно-медицинская экспертиза», соответствующую квалификацию, стаж работы по специальности. Эксперты дали подписку о том, что предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов подробно мотивированы, содержат описание исследованных документов, результаты исследований, материалов дела. Ответы на поставленные перед экспертами вопросы изложены ясно, понятно, обоснованы, не содержат неоднозначных формулировок. 

Заключение экспертов составлено в письменной форме, содержит исследовательскую часть, выводы и ответы на поставленные вопросы, со ссылками на нормативную документацию, справочные источники, выводы экспертов последовательны, непротиворечивы. 

Требованиям, предъявляемым Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», экспертное заключение соответствует, согласуется с другими доказательствами по делу.

Оснований сомневаться в правильности и обоснованности экспертного заключения у суда не имеется. Заключение является подробным, полным, научно обоснованным, содержит исследовательскую часть, выводы и ответы на поставленные вопросы. 

Сомнений в правильности выводов эксперта стороной истца не высказано. Ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о недостоверности выводов эксперта.

При указанных обстоятельствах суд полагает возможным положить в основу решения заключение судебной экспертизы. 

Изучив выводы экспертов суд приходит к выводу, что доводы истца о том, что медицинские услуги оказаны некачественно нашли свое подтверждение в заключении экспертизы. 

Довод представителя ответчика о том, что истцу оказаны медицинские услуги надлежащего качества, работы были переделаны, опровергаются экспертным заключением. 

На основании судебной экспертизы суд приходит к выводу, что ООО 

<

данные изъяты> оказало платные медицинские услуги с недостатками (дефект). 

Нарушения сроков оказания услуг не установлено судом, поскольку в договоре не указан конечный срок оказания услуг, при этом истец не проживала в 

<

адрес>, а приезжала на прием из 

<

адрес>. 

Ответчик не представил представленные истцу гарантийные обязательства, а так же добровольное информирование.

Доводы истца о том, что после протезирования у нее начались дисфункции ВНЧС не подтверждены проведенной судебной экспертизой. Эксперт указал, что однозначно говорить о том, что именно протезирование зубов в ООО 

<

данные изъяты> явилось причиной возникновения дисфункции ВНЧС, не представляется возможным, т.к. невозможно оценить окклюзионно-артикуляционные соотношения зубных рядов и состояние ВНЧС до начала протезирования. Ранее ФИО3 пользовалась консольными мостовидными протезами на верхней челюсти в боковых отделах (с опорой на один зуб, что не является правильной конструкцией), имелась скученность передних зубов на нижней челюсти, стираемость твердых тканей зубов, снижение высоты прикуса. Все эти факторы могли способствовать окклюзионной дисгармонии у пациентки и развитию дисфункции ВНЧС без клинических ее проявлений. Ясность в причине возникновения дисфункции ВНЧС у ФИО3 могли бы внести результаты исследования (KJIKT, МРТ) ВНЧС до проведения лечения пациентки в ООО 

<

данные изъяты> Исследование рентгенологической картины позволило бы оценить исходное состояние ВНЧС у пациентки. Однако такое исследование пациентке в процессе подготовки к тотальной реконструкции зубных рядов не было проведено.

В соответствии с частью 8 статьи 84 Закона об основах охраны здоровья к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-I "О защите прав потребителей".

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 29 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Как следует из материалов дела у истца установлено наличие дефектов при проведении ортопедического лечения.

В связи с чем, истец вправе отказаться от исполнения договора и возвратить внесенные в счет оплаты, оказанных ненадлежащим образом, услуг.

Согласно планируемой стоимости лечения ФИО3 стоимость лечения указана 970 000 руб., при этом было осуществлено удаление зуба стоимостью 30 000 руб., судебной экспертизой не установлено недостатков в оказании услуги по удалению зуба, следовательно, с ответчика подлежит взысканию сумма в размере 940 000 руб. за исключением суммы на удаление зуба в размере 30 000 руб. 

Их экспертного заключения следует, что установить степень тяжести вреда здоровью в рассматриваемом случае невозможно, в виду отсутствия медицинских критериев, которые могли бы быть использованы для определения степени тяжести вреда, а именно: недостатки (дефекты) при ортопедическом лечении не повлекли опасности для жизни, расстройства здоровья (временной нетрудоспособности), отсутствуют последствия, подпадающие под действие пунктов таблицы стойкой утраты общей трудоспособности.

Кроме того, доказательств, причинения вреда здоровью истца материалы дела не содержат.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оказание истцу ФИО3 медицинских услуг ненадлежащего качества привело к нарушению ее права как потребителя на получение качественных медицинских услуг, а также повлекло причинение нравственных и физических страданий, следовательно, исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением ее прав как потребителя и ввиду причинения нравственных и физических страданий правомерны.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Если вред здоровью отсутствует, однако при оказании медицинских услуг были нарушены права данного гражданина как потребителя обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ) (п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 33).

Верховным Судом РФ дополнительно разъяснено, что, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (абз. 2абз. 2 - 4 п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №).

ООО 

<

данные изъяты> доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь не представлено. 

Определяя размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию в пользу истца, суд, учитывает, что при оказании медицинских услуг ответчик не принял все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного оказания услуг, так как из экспертного заключения следует, что до начала ортопедического лечения должен был следовать этап использования лечебно-диагностического аппарата - жесткой пластмассовой каппы, стоматолог-ортопед следовал одноэтапной схеме лечения ФИО3 (без использования каппы), не обеспечена двухмерная обтурация просвета корневого канала зуба 3.1, нарушена эстетика зубных рядов, тотальное протезирование проведено без восстановления морфо-функционального единства зубных рядов, зубы 4.6 и 2.6. отпрепарированы под коронку из оксида циркония без соблюдения требований к правильно отпрепарированному зубу под данный вид коронок: снят большой объем твердых тканей зуба, при моделировании искусственных коронок из оксида циркония не были восстановлены правильные окклюзионно-артикуляционные соотношения зубных рядов, допущена ошибка на этапе проведения функционального анализа окклюзии у ФИО3 в ходе подготовки к протезированию и другие в рамках заключенного договора № от 23.07.2021г., недостатки в проведении ортопедического лечения повлекло за собой болевые ощущения, неудобства, неудовлетворенность ФИО3 анатомической формой и длиной зубов.

В связи с этим суд учитывает степень вины ответчика, который должен был провести надлежащую диагностику, учесть особенности пациента, провести все этапы оказания медицинских услуг, личность истца, степень физических, нравственных страданий истца, вызванных в некачественным оказанием услуг и связанных с его индивидуальными особенностями, принимая во внимание ее возраст на момент получения лечения, отсутствие явных негативных последствий относительно исхода лечения, принимая во внимание требования разумности и справедливости, полагает возможным взыскать в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 80 000 руб.

Истцом так же понесены расходы на перелет к месту лечения, в связи с тем, что судом установлено нарушение прав потребителя некачественным оказанием услуг с ответчика подлежат взысканию убытки истца в размере 87 348, 92 руб., которые подтверждены квитанциями: 

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 23.07.2021г. на сумму 4 099 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 24.07.2021г. на сумму 5 099 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 09.08.2021г. на сумму 4 720 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 13.08.2021г. на сумму 4099 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 31.08.2021г. на сумму 4 090 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 05.09.2021г. на сумму 4099 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 06.10.2021г. на сумму 3049 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 09.10.2021г. на сумму 3049 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 21.10.2021г. на сумму 3549 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 24.10.2021г. на сумму 5 699 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 01.11.2021г. на сумму 4 599 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 04.11.2021г. на сумму 5 199 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 09.02.2022г. на сумму 3 099 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 09.02.2022г. на сумму 2 549 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 02.03.2022г. на сумму 2 649 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 03.03.2022г. на сумму 2 6499 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 07.07.2022г. на сумму 5 710 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 08.07.2022г. на сумму 7 310 руб.,

По маршруту Пермь-Санкт-Петербург 19.09.2022г. на сумму 5 912 руб.,

По маршруту Санкт-Петербург –Пермь 25.09.2022г. на сумму 6 129,02 руб. (т. 1 л.д. 113-132).

Суд удовлетворяет требования в заявленном размере, при этом оснований для удовлетворения требований о взыскании стоимости билетов на автобус не имеется, поскольку истец не представил подтверждающих документов. 

Согласно п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

При этом следует исходить из того, что приведенная норма закона предусматривает обязанность суда взыскивать штраф от всей суммы, присужденной судом в пользу потребителя, без конкретизации требований, которые должны учитываться при взыскании указанного штрафа.

Как следует из материалов дела, ФИО3 обращалась к ответчику с претензией, предложенный формат решения вопроса по претензии –проведение врачебного консилиума не привело к ожидаемому истцом результату, в ходе судного разбирательства выявлено, что имеются недостатки оказанных ортопедических услуг, суд, руководствуясь приведенными выше нормами права, приходит к выводу о том, что в пользу истца подлежит взысканию штраф. Размер штрафа согласно положениям ст. 13 Закона о защите прав потребителей составит 553 674, 46 руб. ((940 000+ 80 000 +87 348,92 руб.)*50%). 

Подлежащий уплате штраф, установленный законом или договором, в случае его явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшен в судебном порядке (п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

Степень соразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией и в силу закона только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Принимая во внимание, что размер штрафа 553 674, 46 руб. явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства, суд полагает необходимым с учетом ходатайства ответчика о применении положений ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации снизить размер штрафа и взыскать с ответчика ООО 

<

данные изъяты> пользу истца штраф в размере 100 000 руб.

Согласно подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ и в связи с тем, что размер удовлетворённых требований имущественного характера составил 940 000 руб., а также разрешены требования неимущественного характера - о взыскании компенсации морального вреда, размер госпошлины составит 12 900 руб. (7 400+5 200+ 300).

На основании ст. 98 ГПК РФ с ООО 

<

данные изъяты> в доход местного бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 12 900 руб. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 с ограниченной ответственностью 

<

данные изъяты> - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 с ограниченной ответственностью 

<

данные изъяты> ИНН № в пользу ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серии 5721 № выдан ГУ МВД России по 

<

адрес> 22.09.2021г.) денежные средства в размере 940 000 руб., расходы на авиабилеты в размере 87 348, 92 руб., компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей, штраф в размере 100 000 руб.

В остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО2 с ограниченной ответственностью 

<

данные изъяты> ИНН № в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 12 900 руб. 

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд города Перми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья. Подпись О.А. Артемова

Копия верна 

Судья: О.А. Артемова

Мотивированное решение изготовлено 03 июня 2024

Подлинное решение подшито в материалы гражданского дела 2-318/2024 

Свердловского районного суда г. Перми