РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

19 июня 2019 года г. Чита

Ингодинский районный суд г.Читы в составе 

председательствующего судьи Рахимовой Т.В., 

при секретаре Куйдиной Н.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску заместителя прокурора Ингодинского района г. Читы в интересах ФИО1 к краевому государственному специализированному автономному учреждению «Забайкальское лесохозяйственное объединение» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

Прокурор обратился в суд с иском в интересах ФИО1, указывая, что ответчиком как работодателем допущено неоднократное нарушение трудовых прав ФИО1, вследствие чего ему причинен моральный вред, который необходимо компенсировать путем взыскания 50 000 рублей. 

Прокурор Ленченко Н.М. исковые требования поддержала. 

Представитель КГСАУ «Забайкаллесхоз» ФИО2 высказывался против иска по доводам письменных возражений, ссылаясь на завышенный размер компенсации, просил о его снижении до 1 000 рублей. 

ФИО1, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, не явился, представителя не направил, об отложении рассмотрения дела не просил. 

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд рассмотрел дело в отсутствия надлежаще извещенных лиц. 

Изучив материалы дела, выслушав в судебном заседании участников процесса, суд приходит к следующему.

В соответствии с абзацем 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда. Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (пункт 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

По делу установлено, что ФИО1 работал в КГСАУ «Забайкаллесхоз» с 25.12.2015, с 15.01.2016 – в должности 

<

данные изъяты> (см. трудовой договор от 15.01.2016, дополнительное соглашение к нему от 10.05.2017, приказ от 15.01.2016 №).

Приказом от 15.02.2018 № ФИО1 уволен по п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ по сокращению штата.

06.01.2018 ФИО1 обратился к прокурору Забайкальского края с заявлением, в котором указывал на нарушение его трудовых прав в части выплаты стимулирующих надбавок, неверного исчисления заработной платы, неознакомления с приказами. 

По результатам рассмотрения данного обращения и проведенной проверки прокурор района внесено представление от 09.02.2018, в котором указано на то, что ФИО1 не ознакомлен с приказом от 16.10.2017 и приказами о снижении (лишении) стимулирующих надбавок, заработная плата выплачивалась с нарушением трудового законодательства. Срок устранения нарушений установлен прокурором до 20.02.2018.

Ответом от 23.02.2018 учреждение исполнило предписание.

24.08.2018 ФИО1 обратился к прокурору района с заявлением, в котором указывал на неверную оплату больничного листа, неверный расчет средней заработной платы. 

По итогам рассмотрения этого заявление внесено представление от 01.10.2018, где установлено? что работник не ознакомлен с приказами от 25.12.2017, от 01.12.2017, от 229.11.2017, в расчете пособия по временной нетрудоспособности не учтена заработная плата за январь 2016 года. Срок устранения нарушений установлен до 10.10.2018.

Эти нарушения признаны учреждением обоснованными и подлежащими устранению (см. ответ от 19.10.2018).

Нарушения, связанные с те, что работодатель не ознакомил работника с приказами его касающимися, также отражены в информационном письме Государственной инспекции труда в Забайкальском крае от 14.09.2018.

05.02.2018 ФИО1 вновь обратился к прокурору Забайкальского края с просьбой оказать содействие в защите его трудовых прав.

По вышеназванным фактам истец также обращался в Государственную инспекцию труда в Забайкальском крае. Кроме того, обращения в прокуратуру также перенаправлялось по подведомственности в инспекцию, ответами которой также установлены нарушение тех же трудовых прав работника (см. материалы, поступившие из Государственной инспекции труда в Забайкальском крае).

Поскольку из совокупности перечисленных документов, результатов прокурорский проверок и проверок в сфере государственного надзора (контроля) усматривается факт неоднократного нарушения прав работника (на ознакомление с приказами, на получение компенсации, на получение пособия по временной нетрудоспособности), ФИО1 вправе претендовать на возмещение причиненного ему в этой связи морального вреда.

Статьями 151, 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из возраста истца, обстоятельств нарушения его трудовых прав, их восстановление ответчиком по внесудебном порядке. 

При этом суд считает недоказанным утверждения истцовой стороны об ухудшении состояния здоровья ФИО1 вследствие допущенных нарушений его трудовых прав. Причинно-следственная связь, обязанность доказывания которой лежит на истце, судом не установлена, доказательств этому не представлено. 

С учетом изложенного, суд полагает необходимым определить размер компенсации в 3 000 рублей. 

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ при подаче иска истец был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Поэтому такая обязанность возлагается на ответчика, которому надлежит уплатить на основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ в доход городского округа «Город Чита» в соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса РФ за удовлетворение неимущественного требования – 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск заместителя прокурора Ингодинского района г. Читы в интересах ФИО1 к краевому государственному специализированному автономному учреждению «Забайкальское лесохозяйственное объединение» удовлетворить частично. 

Взыскать с краевого государственного специализированного автономного учреждения «Забайкальское лесохозяйственное объединение» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

В остальной части требований отказать. 

Взыскать с краевого государственного специализированного автономного учреждения «Забайкальское лесохозяйственное объединение» в местный бюджет государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Ингодинский районный суд г. Читы в течение одного месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме. 

Судья Т.В. Рахимова

Мотивированное решение изготовлено 24.06.2019.