Судья Полевщиков А.В. 

Дело 22-14/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Пермь 24 января 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: 

председательствующего Курбатова А.Б., 

судей Бендовской Е.В., Соколовой С.С.,

с участием прокурора Аверьяновой Н.П.,

адвокатов Кизика Н.В., Панфилова Д.В., Целищева С.В., Леонтьева А.Е., Орлова И.С.,

осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3,

переводчика И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Зелениным А.С., помощником судьи Садыревой О.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 по апелляционному представлению государственного обвинителя Аверьяновой Н.П., а также по апелляционным жалобам осужденных и адвокатов Чарного И.Б., Целищева С.В., Кизика Н.В., Орлова И.С. Панфилова Д.В. на приговор Ленинского районного суда г. Перми от 26 июля 2023 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 года, по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы со штрафом 500000 рублей, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере 500 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 года, с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

ФИО2, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ к 5 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 2 года, по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 5 годам лишения свободы со штрафом 400000 рублей, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к 6 годам лишения свободы со штрафом в размере 400 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 2 года, с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима;

ФИО3, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 года, по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 6 годам лишения свободы со штрафом 500000 рублей, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере 500 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 года, с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

По делу разрешены вопросы о мере пресечения, сроке исчисления и зачете наказания, судьбе вещественных доказательств, гражданском иске, арестованном имуществе.

Заслушав доклад судьи Курбатова А.Б., изложившего содержание приговора, существо апелляционного представления, апелляционных жалоб, возражений, выступление государственного обвинителя Аверьяновой Н.П., осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, адвокатов Кизика Н.В., Панфилова Д.В., Целищева С.В., Леонтьева А.Е., Орлова И.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в производстве и сбыте фальсифицированных медицинских изделий, незаконном производстве и сбыте незарегистрированных медицинских изделий в крупном размере, совершенные группой лиц по предварительному сговору, а также в мошенничестве, т.е. хищении чужого имущества путем обмана, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а ФИО1 с использованием своего служебного положения.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Аверьянова Н.П. полагает, что приговор является незаконным и необоснованным и подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

Считает, что суд необоснованно исключил по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ квалифицирующий признак «совершение сбыта недоброкачественных медицинских изделий» из обвинения ФИО3, ФИО2 и ФИО1, поскольку, согласно Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» исследованные медицинские изделия не соответствуют требованиям безопасности и эффективности медицинских изделий, требованиям к их маркировке, нормативной, технической и эксплуатационной документации и не могут быть безопасно использованы по назначению, установленному производителем (изготовителем), что подтверждается отрицательными заключениями Росздравнадзора и заключениями экспертиз. 

Также, признавая виновными ФИО3, ФИО2, ФИО1 в совершении в составе группы лиц по предварительному сговору мошенничества в особо крупном размере, суд пришел к необоснованному выводу об исключении ФИО2 квалифицирующего признака «с использованием своего служебного положения», поскольку ФИО2 от имени своей матери Р. создал ООО «№1» для осуществления одной сделки с ООО «№2» - поставки медицинских изделий. ФИО2 постоянно выполнял в данном Обществе функции единоличного исполнительного органа, организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, то есть являлся лицом, постоянно выполнявшим управленческие функции в коммерческой организации, являясь фактическим руководителем ООО «№1» заключил договор купли-продажи № 3 с ИП А. по поставке медицинских изделий - «комплект одежды защитной», а также договор купли-продажи № 1 с ООО «№2», согласно которому ООО «№1» обязалось поставить ООО «№2» медицинские изделия - «комплекты одежды защитной», что подтверждается рядом доказательств. 

Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора суд, мотивируя предварительный сговор между подсудимыми, ошибочно указал, что ФИО2 организовал незаконное производство 700 000 халатов и не менее 57 520 комплектов, их упаковку и маркировку и т.д. Данные действия совершены ФИО3 в рамках достижения общей преступной цели. Назначенное наказание подлежит изменению на основании ст. 389.15 УПК РФ в связи с его несправедливостью, так как действия ФИО3, ФИО2, ФИО1 подлежат большей квалификации с учетом всех квалифицирующих признаков.

Просит приговор отменить, направить дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает, что суд в основу приговора необоснованно положил показания ФИО3, данные им на предварительном следствии, от которых он впоследствии отказался. Указывает, что следователь склоняла ФИО3 к даче заведомо ложных показаний, предлагала ему оговорить его взамен на свободу, шантажировала его беременной женой.

Не оспаривая факт отсутствия у ИП А. регистрационного удостоверения, сообщает, что изготовленные медицинские изделия были не от имени индивидуального предпринимателя, а от ЗАО «№3» с необходимыми сопроводительными документами при поставке товара.

Сомнений в происхождении товара и его качестве у него не было, поскольку, согласно договору поставки между ООО «№4» и ООО «№2», к нему прилагалась копия регистрационного удостоверения на медицинское изделие от ЗАО «№3» с печатью ООО «№4». 

Также считает необоснованным выводы суда о его предложении ФИО2 производства 700000 медицинский халатов с незаконным использованием регистрационного удостоверения ЗАО «№3», поскольку разница между покупкой и продажей составляет всего 2300 000 рублей, что является сомнительной идеей для столь большого риска.

Количество заключенных договоров на поставку медицинских изделий говорит о том, что он не был ограничен в выборе поставщиков, и был убежден, что приобретает качественную продукцию.

Обращает внимание, что ООО «№2» имеет десятилетний стаж и зарекомендовало себя добросовестным поставщиком, занимающим верхние строчки по надежности контрагентов на сайте госзакупок.

Также автор апелляционной жалобы не согласен с выводом суда об обращении в свою пользу денежных средств государственного контракта, поскольку на расчетный счет ООО «№2» поступило всего 272 051 932 рубля, которыми организация производила расчет с контрагентами за поставленный товар, добавив свои средства.

Считает, что ООО «№2» нанесен ущерб действиями недобросовестных поставщиков, о чем было сообщено в правоохранительные органы.

Также в Арбитражном суде Пермского края ООО «№4» и ООО «№1» привлечены в качестве третьих лиц по делу.

Основывая свои претензии на отрицательном заключении Росздравнадзора, ГКУ ПК «№5» потребовало от ООО «№2» возврата уплаченной суммы в размере 71719 660 рублей или допоставить безвозмездно 700 000 халатов и 57 520 комплектов защитной одежды при существующей задолженности ГКУ ПК «№5» перед ООО «№2» в сумме 94 869 700 рублей за иной товар, претензий по качеству которого в то время не было. Сообщает, что половина товара к тому времени была израсходована, а фонд обязательного медицинского страхования возместил денежные средства, то есть больница на этом заработала.

Указывая на неоднозначные выводы о количественном остатке халатов и комплектов одежды, сообщает что ООО «№2» не оспаривало данные выводы, а сразу предложило пути решения, что свидетельствует о намерении компании на надлежащее исполнение контракта. Кроме того, другие поставщики и производители поставляли свой товар на законных основаниях.

Считает, что ущерб причинен не Министерству Здравоохранения Пермского края, а ООО «№2», который будет взыскан в рамках хозяйственного спора с ООО «№4» и ООО «№1».

Голосовые сообщения несут в себе лишь разбирательство между поставщиками по выяснению законности документов, которые были предоставлены ФИО3 и оказались поддельными.

Отмечает, что на товар, признанный фальсифицированным, Росздравнадзором наложены ограничения на использование до соответствующего распоряжения, которого до настоящего времени нет. Помогал детскому дому, а также СВО.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений на основании статьи 24 УПК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях адвокат Кизик Н.В. в защиту ФИО1, не согласившись с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с допущенными нарушениями норм УК РФ и УПК РФ.

Указывает, что ФИО1 исполнял обязательства по государственному контракту № **, осуществляя поставки СИЗ, производя расчеты за них со своими контрагентами и уплачивая установленные налоги и сборы. ФИО2 и ФИО1 до ноября 2020 года не встречались, и ФИО2 не мог сообщить ФИО1 об отсутствии у ФИО3 права осуществлять производство медицинских изделий от имени ЗАО «№3», поскольку не знал об этом. ФИО1 были приняты комплексные, законные меры, направленные на определение поставщиков - производителей для надлежащего исполнения обязательств по поставке средств индивидуальной защиты для нужд потерпевшей стороны, после поступления информации о несоответствии сопроводительных документов поставленному товару, вел претензионную работу, после чего требовал предоставить информацию и произвести замену некачественного товара. Ранее переданные с товаром сопроводительные документы проверялись на предмет достоверности через открытые источники, аналогичным образом они проверялись стороной Заказчика, а также специалистами уполномоченного получателя, после чего осуществлялась оплата поставленного товара, что не создавало предпосылок для предположения, что переданный от ФИО3 ООО «№4» товар является фальсифицированным.

После предоставления ГКУ ПК «№5» экземпляров отрицательных заключений по всем производителям/поставщикам ФИО1 направил в адрес ГКУ ПК «№5» письма, содержащие предложение о замене товара, а также принял меры, направленные на урегулирование нарушений условий контракта и минимизации негативных правовых и финансовых последствий. Кроме того, ФИО1 направил заявление в правоохранительные органы по факту поставки в адрес ООО «№2» фальсифицированных медицинских изделий.

Указанные действия ФИО1 опровергают выводы суда о наличии в его действиях умысла на совершение мошенничества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору с использованием своего служебного положения и умысла на поставку заведомо для виновного фальсифицированного медицинского товара.

Считает, что суд в нарушение требований УПК РФ о порядке оценки доказательств, в основу обвинительного приговора положил протокол допроса осужденного ФИО3, согласно которого тот сообщал сначала ФИО4, а затем и ФИО6, имея ввиду встречу, состоявшуюся 23 ноября 2020 года в офисе ФИО3, о том, что у него отсутствует регистрационное удостоверение, тогда как указанное не согласуется с совокупностью иных оглашенных протоколов допроса ФИО3, его показаниями в ходе судебного разбирательства, а также иными письменными доказательствами, исследованными судом.

Полагая, что суд уклонился от устранения прямых совокупных противоречий, указывает на нарушение презумпции невиновности, в связи с чем обжалуемый приговор не может считаться законным и обоснованным.

Также адвокат обращает внимание на отсутствие признаков безвозмездности изъятия, противоправности и корыстной цели, так как ни одна сумма из поступивших на расчетный счет ООО «№2» ФИО1 себе не присвоена.

Кроме того, доказанность умысла ФИО1 на совершение преступления, создание группы лиц по предварительному сговору с ФИО2 и ФИО3, распределение ролей в группе, а также порядок и способ распределения и распоряжения похищенными денежными средствами не нашли своего объективного подтверждения.

Вывод суда о том, что ФИО2 и ФИО1 знали о том, что ФИО3 будет поставлять медицинские изделия ЗАО «№3» не указывает на наличие сговора между ними, осведомленности об отсутствии права на производство, а также умысле на обман, поскольку поставка медицинских изделий именно в медицинские учреждения должна осуществляться при наличии регистрационного удостоверения. Поставщик, занимающейся деятельностью связанной с перепродажей медицинских изделий самостоятельно, не обязан иметь какой-либо разрешающий документ, а производство и изготовление товаров медицинского назначения допускается при условии использования соответствующего согласия и/или соглашения между обладателем регистрационного досье/регистрационного удостоверения и лицом, осуществляющим производство продукции. 

Интерпретация судом голосовых сообщений таким образом, что ФИО2 якобы ставил в известность ФИО1 о каких-то обстоятельствах, является не совокупной оценкой доказательств, а выражением своего личного субъективного мнения судьи, который при оценке данного доказательства искажает саму его суть и скрывает хронологическую последовательность данных сообщений, не передавая фактическую суть разговора и не уясняя истинный мотив и их смысл о том, что ФИО3 убеждает ФИО2 в наличии разрешительной документации, которая в последующем и передается ФИО3 ФИО2, а тот передает ее в адрес ООО «№2». Остальные же сообщения сводятся лишь к констатации факта того, что ФИО3 изначально вводил в заблуждение ФИО2, а соответственно и ФИО1 относительно наличия разрешительных документов на момент заключения договоров с ООО «№4» и ООО «№1».

Указывая на безосновательную критическую оценку судом заключения эксперта № 150т/06/22 от 31.10.2022 г., поясняет, что, поскольку факт производства части медицинских изделий именно ИП А. сторонами по делу не отрицается, то он не подлежит доказыванию и/или оспариванию, становится общеизвестным и не подлежит дополнительному отражению в тексте экспертного заключения.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях признаков составов преступлений ч. 4 ст. 159 УК РФ и ч. 2 ст. 238.1 УК РФ на основании ст. 24 УПК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Орлов И.С., действующий в защиту осужденного ФИО1, приводит аналогичные доводы жалобам осужденного и адвоката Кизика Н.В., указывая об отсутствии доказательств инкриминируемых ФИО1 деяний. 

Отмечает нарушение судом хронологии событий произошедшего относительно момента возникновения умысла на преступления, поскольку свидетель Н1. познакомил ФИО1 с ФИО2 в октябре 2020 года, до этого момента последние знакомы не были, при этом Н1. указывает, что ранее покупал медицинские изделия у ФИО2

Приводит доводы об отсутствии у ФИО1 умысла на совершение инкриминируемых ему преступлений, а также отсутствие доказательств, подтверждающих квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору».

Обращает внимание, что ФИО1 был введен в заблуждение, поскольку был уверен, что в рамках исполнения государственного контракта приобретает именно зарегистрированный медицинский товар для поставки в Пермский край.

В обоснование отсутствия умысла на совершение преступлений указывает на заключение 6 договоров поставки с различными поставщиками и перечисление им сумм денежных средств в большем размере, чем поступило по контракту, а также указывает на существующую возможность приобретения товара у других поставщиков. 

Указывает, что обвинительное заключение составлено некорректно, описываются два преступления, взаимоисключающие друг друга, умысел на совершение преступлений должен сформироваться до заключения контракта, тогда как первая встреча ФИО1 с ФИО2 и ФИО3 прошла спустя месяц после подписания контракта. При этом следствием дается различная оценка произошедшим событиям и не дана оценка позиции ФИО1, относительно того, что он был обманут своими поставщиками.

Отмечает, что в приговоре судом не указаны время, место, способ совершения преступления, а также не содержится описания момента окончания преступления, тогда как ФИО1 вменяется оконченный состав мошенничества. В какой момент ФИО1 получил возможность распорядиться денежными средствами, полученными преступным путем, неясно, а зачисление денежных средств на расчетный счет ООО «№2» не свидетельствует о возможности распоряжаться денежными средствами по собственному усмотрению.

Отмечает, что органом предварительного расследования и судом не установлено где, в какое время, в каком месте ФИО1 вступил в преступный сговор, направленный на незаконную поставку СИЗов и на хищение денежных средств. Также не установлено, кто распределял роли каждого в совершении преступлений, особенно с учетом того, что ФИО1 видел ФИО3 один раз не более пяти минут.

Указывает, что не имеет решающей роли наличие, либо отсутствие документов на момент изучения образца от ФИО2 в г. Казань, так как по условиям контракта на момент его заключения регистрационное удостоверение не требовалось, оно должно направляться вместе с партиями товара, что и происходило. Более того, и ФИО1 и ФИО2 утверждают, что разрешительные документы ФИО3 показывал, утверждал, что все документы в порядке и есть в наличии. При этом для ФИО1 ФИО3 не являлся стороной договора поставки.

Также на отсутствие умысла на совершение преступлений указывает факт внесения предоплаты в размере 15000000 рублей ООО «№2» на счет ООО «№4». Партии товаров в декабре 2020 года пришли в г. Пермь со всеми необходимыми документами, а оплата по контракту осуществлялась по факту поставки. На момент приемки не было выявлено фактов порванных, грязных, ненадлежащим образом упакованных изделий. По претензиям, поступившим в ООО «№2» в январе 2021 года была осуществлена замена продукции.

В ходе судебного следствия установлено, что ФИО3 заказал качественный материал для пошива продукции, являющийся медицинским, у завода «№20», более того, ФИО3, с его слов, работал ранее и с данным заводом и с ЗАО «№3», отшивал последнему изделия, имел договорные отношения, рассчитывал получить разрешительные документы от данного предприятия, что свидетельствует об отсутствии умысла на поставку фальсифицированных средств индивидуальной защиты.

Стороной защиты к материалам дела приобщено заключение эксперта (бухгалтера-аудитора) об отсутствии ущерба, следствием не проведена экспертиза с целью установления размера ущерба. Согласно данного заключения, даже с учетом наличия некачественной поставки, задолженность ГКУ ПК «№5» перед ООО «№2» составляет порядка 23 млн рублей. К материалам дела приобщена судебная экспертиза качества, назначенная Арбитражным судом Пермского края, в которой содержится информация о качественной медицинской продукции, в связи с чем говорить об угрозе жизни и здоровью некорректно.

Подтверждая отсутствие умысла на совершение преступлений ФИО1, адвокат ссылается на оплату налогов ООО «№2», попытками урегулировать возникшие проблемы с качеством продукции.

Отмечает, что в ходе обыска 6 апреля 2022 года были изъяты денежные средства, которые ФИО1 не принадлежат, поскольку это доход, полученный единственным учредителем общества ООО «№2» Л., то есть часть чистой прибыли (дохода предприятия). В связи с чем считает, что денежные средства необходимо вернуть по принадлежности - Л., аресты со счетов ООО «№2» снять.

Гражданский иск следует оставить без рассмотрения ввиду того, что в Арбитражном суде Пермского края рассматривается аналогичное гражданское дело.

Делает вывод о необходимости признания показаний ФИО3, данных им в ходе предварительного следствия, недопустимыми доказательствами, поскольку они были даны в отсутствие переводчика. 

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор в отношении ФИО1

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Панфилов Д.В., действующий в защиту осужденного ФИО1, описывая события произошедшего, указывает аналогичные доводы.

Считает, что ООО «№2» в рамках исполнения взятых на себя обязательств проявило максимальную добросовестность: приобрело и полностью оплатило товар, в доброкачественности которого на момент приобретения отсутствовали сомнения, необходимые документы, в том числе регистрационное удостоверение и сертификат соответствия, были предоставлены с товаром и проверены на сайте Росздравнадзора, вело работу по урегулированию претензий по отрицательным заключениям Росздравнадзора, обратилось в правоохранительные органы.

Отмечает, что из анализа заключений, предоставленных от ГКУ «№5», следует, что их смысл сводятся не к качеству товара, а к содержанию этикетки на товаре, то есть к маркировке. Данный товар полностью соответствует всем техническим характеристикам, указанным в контракте, соответствует всем токсикологическим и санитарно-химическим требованиям, предъявляемым к медицинским изделиям. Данное заключение было сделано ФГБУ «№12» Росздравнадзора, в котором указано, что поставленный товар не несет угрозы здоровью и жизни и соответственно может использоваться безопасно. 

Оспаривая возникновение умысла у ФИО1 на совершение преступлений до заключения контракта, указывает на заключение шести договоров с другими поставщиками, которым произвел оплату за товар суммой превышающей поступившую от Заказчика. 

Полагает, что изложенная позиция ФИО1 нашла свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Просит не придавать решающего значения показаниям ФИО3, так как его признание явилось следствием добросовестного заблуждения относительно правомерности его действий. В ходе судебных прений ФИО3 изменил свое отношении к предъявленному обвинению, поддержав позицию стороны защиты о полном его оправдании, хотя изначально вину признавал частично и только по ч. 2 ст. 238.1 УК РФ. Также суд не дал оценку показаниям ФИО3 в целом, не соотнес их с аудиосообщениями, сделал выборочный анализ этих сообщений без оценки всего содержания этих переговоров. 

Считает, что судом было нарушено право на защиту ФИО3, поскольку в начале судебного следствия он частично признал вину по преступлению по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ, тогда как его защитник – адвокат Чарный И.Б. в своих выступлениях просил оправдать ФИО3 в полном объеме, не указывая при этом на самооговор, чем занял позицию, противоречащую позиции своего подзащитного.

Обращает внимание, что показания ФИО3 в качестве подозреваемого и обвиняемого, а также протоколы его очных ставок с другими осужденными даны в отсутствие переводчика. 

Указывает, что на ФИО3 было оказано давление со стороны следователя, ему предлагали оговорить ФИО1 

Считает, что суд встал на сторону обвинения, незаконно применил избирательный подход, и доказательства, которые опровергали обвинение, не включил в приговор, а также преувеличил значение доказательств стороны обвинения. Указывает, что суд не дал оценки письменным доказательствам - ряду рецензий на отрицательные заключения. Просит дать оценку указанным рецензиям.

Также в дополнениях адвокат Панфилов Д.В. оспаривая возникновение умысла осужденных на совершение хищения денежных средств, указывает, что в приговоре не описаны и не подтверждены доказательствами время, место и обстоятельства достижения преступного сговора, фактические данные, указывающие на участие ФИО1 и других осужденных в хищении денежных средств.

Оспаривает территориальную подсудность, утверждая, что дело подсудно суду г. Челябинска, поскольку активные действия ФИО1 были совершены на территории этого города.

Указывает на отсутствие квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» и на недоказанность прямого умысла осужденного на хищение.

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, осужденного оправдать.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 считает приговор незаконным и необоснованным, а выводы суда несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. Просит приговор отменить.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Целищев С.В. в защиту осужденного ФИО2 также считает приговор незаконным и необоснованным, выводы суда являются несоответствующими фактическим обстоятельствам дела и не подтверждены доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Указывает, что суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы, при наличии противоречивых доказательств, имеющих для него существенное значение, в приговоре не указано, по каким причинам и основаниям суд принял одни из доказательств и отверг другие, доводы осужденного о его непричастности к преступлениям, об отсутствии события преступления судом не проверялись, доказательства невиновности осужденного судом в полной мере не исследовались, оценки не получили.

Полагает, что в ходе судебного следствия ни по одному из вмененных ФИО2 преступлений стороной обвинения не представлены доказательства его виновности. Приговор суда основан на предположениях. ФИО2 активно способствовал расследованию преступления, установлению всех фактических обстоятельств, давал правдивые, последовательные, логичные и непротиворечивые показания, которые подтвердил в ходе судебного следствия. Добровольно представил следствию аудиосообщения разговоров участников сделок, которые подтверждают его невиновность и указывают на надуманность обвинения. Представленные ФИО2 доказательства объективной и всесторонней оценки не получили. ФИО2 был необоснованно осужден за преступления, которые не совершал.

Обращает внимание на отсутствие идеальной совокупности преступлений и, как следствие, излишнюю квалификацию действий ФИО2 как мошенничества, в том числе и по причине отсутствия в деянии его признаков.

Считает, что способ безвозмездного изъятия денежных средств у потерпевшей организации, механизм их вывода и схема распределения якобы похищенных денежных средств между участниками сделок в обвинительном заключении не описаны, судом в приговоре не установлены. Товар был произведен и поставлен, а факт его фальсификации приводит к возникновению ущерба в виде убытков при отсутствии признаков хищения. Кроме того, в обвинении отсутствуют сведения о месте, времени и обстоятельствах совершения таких преступных действий ФИО2 

Полагает неверным вывод суда о том, что временем окончания хищения в виде мошенничества является момент поступления денежных средств на счет обвиняемого и возможность распорядиться ими по своему усмотрению.

Указывает, что у ФИО2 отсутствовал умысел на совершение преступлений, поскольку он:

- являлся посредником при поставке товара между производителем товара - «ИП А.» и поставщиком медицинских изделий по государственный контракту - ООО «№2». ФИО2 никаким служебным положением в ООО «№1» и ООО «№4» наделен не был, не являлся ни учредителем, ни заместителем директора. Интересы ООО «№4» представлял без доверенности, работал по устной договоренности за вознаграждение в размере 3% от чистой прибыли. В результате свою оплату не получил;

- не распоряжался якобы похищенными денежными средствами, так как не являлся лицом, постоянно выполнявшим управленческие функции в указанных коммерческих организациях. Соответственно не являлся должностным лицом, как это указано в обвинительном заключении;

- не был посвящен в преступные планы ФИО3

Просит к показаниям ФИО3 о сообщении ФИО2 и ФИО1 об отсутсвии у него своего регистрационного удостоверения и договора с официальным производителем медицинских изделий, отнестись критически, поскольку ФИО3 таким образом желает снять с себя ответственность недобросовестного поставщика, показать себя жертвой обмана третьих лиц, предоставивших ему подложные документы.

Кроме того, суд в основу обвинительного приговора положил показания ФИО3, данные им на предварительном следствии, в той части, в которой они подтверждают предъявленное обвинение. При этом суд не дал оценки его показаниям в целом, не соотнес их с аудиосообщениями, представленными ФИО2, сделал выборочный анализ этих сообщений без оценки всего содержания переговоров, оставлены без внимания доказательства добросовестного поведения ФИО2 и ФИО1

Совокупность доказательств указывает, что ФИО3 на момент заключения сделки ввел в заблуждение ФИО2 относительно наличия у него разрешительных документов на медицинские изделия, надеясь в ходе исполнения договорных обязательств получить необходимые документы, как он полагал, законным путем.

Поскольку ФИО2 не был осведомлен о подложности регистрационного удостоверения и сертификатов соответствия, то в его действиях отсутствуют признаки оборота фальсифицированных медицинских изделий.

Невиновность ФИО2 в инкриминируемых ему деяниях подтверждается его показаниями, показаниями ФИО5, показаниями свидетелей Ф1., А3., С1., И1., Р., аудиосообщениями представленными ФИО2, перепиской ООО «№2» с правоохранительными органами, претензионной работой с контрагентами, заявлением в полицию, подачей исковых требований в суд, договорами поставок, платежными документами, счет-фактурами и другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Считает, что исковые требования потерпевшего в сумме 71 719 660 являются необоснованными и не подлежат удовлетворению, поскольку в Арбитражном суде Пермского края взыскивается та же сумма в рамках одного контракта. Присутствует двойное взыскание одних и тех же денежных средств, что свидетельствует о недобросовестном поведении потерпевшего, злоупотреблении правом. Кроме того, представитель потерпевшего в прениях исковые требования не поддержал. 

По мнению защитника, обстоятельства, указывающие на наличие предварительного сговора с целью совершения преступлений, распределение преступных ролей, признаки хищения в действиях ФИО2 в ходе судебного следствия не установлены. Доказательства его виновности в уголовном деле отсутствуют, стороной обвинения суду не представлены.

Оспаривая территориальную подсудность уголовного дела, считает, что она должна определяться по месту совершения (окончания) мошенничества, сведения о котором в обвинительном заключении отсутствуют, что исключает возможность постановления судом приговора, и являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору. 

Указывает, что указание судом в описательно-мотивировочной части приговора об организации ФИО2 незаконного производства 700000 халатов и не менее 57520 комплектов, их упаковку и маркировку заведомо ложной информацией о производителе, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку не относится к действиям ФИО2

Считает безосновательными выводы суда о фиктивности заключенных договоров между поставщиками, поскольку указанные договоры имели реальную экономическую основу, были направлены на выполнение условий государственного контракта, а недобросовестность одной стороны сделки (ИП А.) не свидетельствует о ее фиктивности.

Просит приговор отменить, оправдать ФИО2 в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный ФИО3 считает приговор незаконным и необоснованным, не согласен с квалификацией по ч. 4 ст. 159 УК РФ и окончательно назначенным ему наказанием, поскольку суд при назначении наказания по ст. 69 УК РФ назначил чрезмерно строгое наказание без учета частичного признания вины по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ. Оспаривая выводы суда о своей виновности по ч. 4 ст. 159 УК РФ указывает, что в сговор ни с кем не вступал, занимался предпринимательской деятельностью, узнал, что получателем медицинских изделий является ГКУ ПК «№5» после окончания поставок и возбуждения уголовного дела. Приводя положения постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» утверждает, что исполнил все обязательства по поставкам медицинских халатов, а денежные средства не получил в полном объеме. Просит оправдать его по ч. 4 ст. 159 УК РФ, снизить назначенное наказание.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Чарный И.Б. в защиту осужденного ФИО3 по обвинению в совершении преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ указывает, что суд не учел, что необходимые документы на производимые медицинские изделия должны быть предоставлены покупателю вместе с изготовленной продукцией, в связи с чем изготовитель может производить продукцию и без таких документов, которые могут быть получены в период реализации товара. Также считает, что у ИП А. и других производителей продукции (халатов и комбинезонов) имелись все необходимые возможности для производства качественного и соответствующего требованиям безопасности товара: ИП А. имела право на производство текстильных изделий, для производства халатов и комбинезонов, ФИО3 закупил у завода «№20» полотно типа СМС, необходимое для производства именно требуемой медицинской продукции, имел необходимые условия для изготовления качественной продукции. Оспаривает вывод ряда экспертных заключений о фальсифицированных медицинских изделиях ввиду того, что данный вывод основан на оценке по соответствию документам, при этом возможность использования по назначению медицинских изделий не оценивалась. Отмечает, что экспертизы проводились в отношении небольшого количества продукции, в то время как халатов изготовлено 700000 и несколько десятков тысяч комбинезонов, а также, что значительная часть поставленных ФИО3 медицинских изделий была передана персоналу медицинских учреждений и использована по назначению, при этом нареканий по качеству не было.

Обращает внимание, что случаев заболевания в тяжелой форме у лиц, которым выдавались медицинские изделия, не установлено за их отсутствием.

В доказательство отсутствия умысла на обман у ФИО3 приводит показания свидетелей Л1., К1., выводы экспертиз о невозможности подтвердить безопасность медицинских изделий, отсутствие угрозы здоровью, установить качество, а также отрицательные экспертные заключения по ряду продукции, поставленной другими поставщиками с регистрационными удостоверениями и отсутствие распорядительного документа «Росздравнадзора» о судьбе медицинских изделий, поскольку суд признал безопасным использование указанных в приговоре медицинских изделий по назначению, установленному производителем (изготовителем), в связи с чем медицинские халаты и комплекты одежды защитной находящиеся в «МЦ №17» оставил на хранение по месту нахождения до принятии решения о судьбе медицинских изделий в установленном законом порядке. 

По обвинению ФИО3 в совершении преступления по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ приводит аналогичные доказательства в его защиту, ввиду того, что он был введен в заблуждение о достоверности предоставленных ему сопроводительных документов.

Согласившись с выводом суда об исключении из обвинения действий ФИО3, направленных на получение подложных документов, в том числе согласия ЗАО «№3», отмечает, что ФИО3 не было известно об их недостоверности.

Просит приговор отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Аверьянова Н.П. считает, что оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется, просит их оставить без удовлетворения.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Целищев С.В. считает его незаконным и необоснованным, не подлежащим удовлетворению, как в целом, так и в части, ухудшающей положение осужденного ФИО2 Оспариваемый приговор является незаконным и подлежит отмене в связи с отсутствием в действиях ФИО2 составов инкриминируемых ему преступлений.

В возражениях на апелляционное представления адвокат Чарный И.Б. считает, что апелляционное представление не подлежит удовлетворению, просит отказать в его удовлетворении.

Изучив материалы уголовного дела, судебная коллегия полагает приговор суда подлежащим отмене на основании пп. 1,3 ч. 1 ст. 389.15, пп. 1,2 ч. 1 ст. 389.16, пп. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также неправильным применением уголовного закона. 

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. 

Указанные требования судом первой инстанции выполнены не были. 

Суд первой инстанции исключил из обвинения ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совершение сбыта недоброкачественных медицинских изделий, как излишне вмененное действие, поскольку стороной обвинения не предоставлено доказательств подтверждающих, что медицинские изделия, изготовленные ФИО3, не могут быть безопасно использованы по назначению.

Вместе с тем судом не учтено, что согласно ч. 13 ст. 38 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» недоброкачественным является медицинское изделие, которое не соответствует требованиям безопасности и эффективности медицинских изделий, требованиям к их маркировке, нормативной, технической и эксплуатационной документации и которое не может быть безопасно использовано по назначению, установленному производителем (изготовителем). 

Данные выводы указаны в отрицательных заключениях № 13/ГЗ-21-149Э-027, № 13/ГЗ-21-150Э-027, № 13/ГЗ-21-151Э-027, № 13/ГЗ-21-152Э-027 от 14 мая 2021 года, согласно которым отобранные в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» образцы медицинских изделий не зарегистрированы (регистрационное удостоверение № ** от 29 октября 2019 года на образцы медицинских изделий не распространяется), имеют признаки фальсификации; установить качество медицинских изделий, подтвердить их безопасность, отсутствие угрозы здоровью при применении медицинских изделий невозможно; отобранные образцы медицинских изделий: невозможно идентифицировать с материалами, представленными в комплекте регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **, по наименованию медицинского изделия, внешнему виду, маркировке, дате регистрационного удостоверения, сроку годности; не соответствуют требованиям комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **, в частности в представленных на исследование образцах признаки фальсифицированного медицинского изделия (ложная информация о характеристиках медицинского изделия и его производителе/изготовителе) установлены в сопровождаемой информации, на этикетке, упаковке, во внешнем виде и характеристиках изделия.

Из экспертных заключений № ЭМИ-22-009 и № ЭМИ-22-009 от 29 сентября 2022 года следует, что качество представленных на исследование медицинских изделий (медицинских халатов и комплектов защитной одежды) не подтверждено (медицинское изделие является недоброкачественным) результатами испытаний и исследований и сравнительным анализом представленной документации и комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **.

Кроме того, в соответствии с п. 4 постановления Правительства РФ от 27.12.2012 № 1416 «Об утверждении Правил государственной регистрации медицинских изделий» безопасность медицинского изделия – это отсутствие недопустимого риска причинения вреда жизни, здоровью человека и окружающей среде при использовании медицинского изделия по назначению в условиях предусмотренных производителем (изготовителем). Исходя из требований законодательства медицинское изделие должно быть зарегистрировано на территории РФ в качестве медицинского изделия в Росздравнадзоре. При регистрации медицинского изделия оценивается и подтверждается его качество, эффективность и безопасность использования. Запрещается использование на территории РФ незарегистрированных медицинских изделий. Согласно материалам уголовного дела, изготовленные ФИО3 медицинские халаты и комплекты защитной одежды не зарегистрированы, сведения о них отсутствуют в Государственном реестре медицинских изделий и организаций, осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий. Использование медицинских изделий с не подтвержденными показателями качества, эффективности и безопасности, какими являются медицинские халаты и комплекты одежды, изготовленные ФИО3, недопустимо, и как следствие такие медицинские изделия не могут быть безопасно использованы в медицинских целях.

Помимо этого, суд первой инстанции в соответствии с требованиями п. 12 ч. 1 ст. 299, ч. 5 ст. 307, п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК РФ в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора принял не предусмотренное ст. 81 УПК РФ решение относительно судьбы вещественных доказательств по уголовному делу - медицинских халатов в количестве 539155 штук, комплектов одежды защитной в количестве 51174 штук, поставленных по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года, находящихся на хранении в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» и медицинских учреждениях Пермского края, постановив хранить их по месту нахождения до принятия решения о судьбе медицинских изделий в установленном законом порядке.

Также при постановлении приговора период нахождения ФИО2 под запретом совершения определенных действий с 9 апреля 2022 года по 25 июля 2023 года засчитан в срок отбывания наказания из расчета два дня запрета за один день лишения свободы. Применяя указанный подход и пересчитывая запрет определенных действий напрямую в срок лишения свободы, суд в приговоре сослался на положения п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Однако, приняв такое решение, суд первой инстанции не учел, что в п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ указано о зачете 2 дней запрета определенных действий (запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, - выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения) за 1 день содержания под стражей, тогда как в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ при назначении отбывания наказания в исправительной колонии общего режима время содержания лица под стражей, в свою очередь, за исключением случаев, предусмотренных ч. ч. 3.2 и 3.3 ст. 72 УК РФ, засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Таким образом, исходя из указанных выше положений уголовно-процессуального и уголовного законов в их взаимосвязи, мера пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, засчитывается в срок лишения свободы путем последовательного применения положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и положений п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, то есть сначала - в срок содержания под стражей, а затем в срок лишения свободы.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым отменить постановленный в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также неправильным применением уголовного закона. 

В соответствии со ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

С учетом приведенной выше правовой нормы судебная коллегия считает возможным, отменив постановленный в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО3 приговор, вынести по делу новый приговор, в основу которого положить доказательства, непосредственно исследованные в судебном заседании суда первой инстанции, которые являются допустимыми и достаточными для разрешения уголовного дела в суде апелляционной инстанции и постановления апелляционного приговора. Ходатайств о повторном исследовании доказательств в суде апелляционной инстанции стороны не заявили. 

Судебной коллегией установлено, что ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совершили производство и сбыт фальсифицированных медицинских изделий, сбыт недоброкачественных медицинских изделий, незаконные производство и сбыт незарегистрированных медицинских изделий, совершенные в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, а также мошенничество, т.е. хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а ФИО1 с использованием своего служебного положения, при следующих обстоятельствах.

В соответствии со ст. 38 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Закона) к медицинским изделиям относятся любые изделия, применяемые в медицинских целях отдельно или в сочетании между собой, а также вместе с другими принадлежностями, необходимыми для применения указанных изделий по назначению, и предназначенные производителем для профилактики, диагностики, лечения и медицинской реабилитации заболеваний, мониторинга состояния организма человека, проведения медицинских исследований, восстановления, замещения, изменения анатомической структуры или физиологических функций организма, предотвращения или прерывания беременности, функциональное назначение которых не реализуется путем фармакологического, иммунологического, генетического или метаболического воздействия на организм человека (часть 1). Медицинские изделия подразделяются на классы в зависимости от потенциального риска их применения и на виды в соответствии с номенклатурной классификацией медицинских изделий, которая утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 2). Обращение медицинских изделий включает в себя, в том числе, технические испытания, токсикологические исследования, клинические испытания, экспертизу качества, эффективности и безопасности медицинских изделий, их государственную регистрацию, производство, подтверждение соответствия, хранение, транспортировку, реализацию, применение, эксплуатацию, в том числе техническое обслуживание, предусмотренное нормативной, технической и (или) эксплуатационной документацией производителя (изготовителя). Производитель (изготовитель) медицинского изделия разрабатывает техническую и (или) эксплуатационную документацию, в соответствии с которой осуществляются производство, изготовление, хранение, транспортировка, применение, эксплуатация, в том числе техническое обслуживание медицинского изделия. Требования к содержанию технической и эксплуатационной документации производителя (изготовителя) медицинского изделия устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 3). На территории Российской Федерации разрешается обращение медицинских изделий, прошедших государственную регистрацию в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и медицинских изделий, прошедших регистрацию в соответствии с международными договорами и актами, составляющими право Евразийского экономического союза (часть 4). В целях государственной регистрации медицинских изделий в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, проводятся оценка соответствия в форме технических испытаний, токсикологических исследований, клинических испытаний и экспертиза качества, эффективности и безопасности медицинских изделий (часть 8). В порядке, установленном Правительством Российской Федерации, уполномоченный им федеральный орган исполнительной власти осуществляет ведение государственного реестра медицинских изделий и организаций (индивидуальных предпринимателей), осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий, и размещает его на своем официальном сайте в сети "Интернет" (часть 10). В государственный реестр медицинских изделий и организаций (индивидуальных предпринимателей), осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий, вносятся сведения: о наименовании медицинского изделия; дате государственной регистрации медицинского изделия и его регистрационном номере, сроке действия регистрационного удостоверения; назначении медицинского изделия, установленном производителем; виде медицинского изделия; наименовании и месте нахождения организации - производителя (изготовителя) медицинского изделия, фамилии, имени, отчестве, месте жительства индивидуального предпринимателя - производителя (изготовителя) медицинского изделия; адресе места производства или изготовления медицинского изделия (часть 11). 

Перечень медицинских изделий, не подлежащих государственной регистрации определен частью 5. 

Согласно части 12 фальсифицированным является медицинское изделие, сопровождаемое ложной информацией о его характеристиках и (или) производителе (изготовителе). 

Согласно части 13 недоброкачественным является медицинское изделие, которое не соответствует требованиям безопасности и эффективности медицинских изделий, требованиям к их маркировке, нормативной, технической и эксплуатационной документации и которое не может быть безопасно использовано по назначению, установленному производителем (изготовителем). 

В соответствии с частью 15 запрещается производство незарегистрированных медицинских изделий, за исключением медицинских изделий, указанных в части 5 настоящей статьи, фальсифицированных медицинских изделий. 

В соответствии с частью 17 запрещается реализация фальсифицированных медицинских изделий, недоброкачественных медицинских изделий, а также незарегистрированных медицинских изделий, за исключением медицинских изделий, указанных в части 5 настоящей статьи. 

Согласно частей 18, 19 фальсифицированные медицинские изделия, недоброкачественные медицинские изделия подлежат изъятию из обращения и последующему уничтожению на основании решения владельца медицинских изделий, решения уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю и надзору в сфере охраны здоровья, или решения суда в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Номенклатурная классификация медицинских изделий по видам и по классам в зависимости от потенциального риска их применения утверждена Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 6 июня 2012 года № 4н.

Согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2012 года № 1416 «Об утверждении Правил государственной регистрации медицинских изделий» государственную регистрацию медицинских изделий осуществляется федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения на основании заявления разработчика, производителя (изготовителя) медицинского изделия или их уполномоченного представителя с учетом результатов технических испытаний, токсикологических исследований, клинических испытаний, представляющих собой формы оценки соответствия медицинских изделий с учетом классификации в зависимости от потенциального риска их применения, и экспертизы качества, эффективности и безопасности медицинских изделий с учетом классификации в зависимости от потенциального риска их применения. В отношении медицинских изделий с низкой степенью потенциального риска их применения установлены особенности государственной регистрации. Технические испытания, токсикологические исследования, экспертиза качества, эффективности и безопасности медицинских изделий проводятся по заданию регистрирующего органа экспертным учреждением - федеральным государственным бюджетным учреждением, находящимся в ведении регистрирующего органа (ФГБУ «№12» Росздравнадзора). 

Документом, подтверждающим факт государственной регистрации медицинского изделия, является регистрационное удостоверение на медицинское изделие, форма которого утверждена приказом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения от 16 января 2013 года 40-Пр/13.

В целях борьбы распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19 на основании Постановления Правительства Пермского края от 21 октября 2020 года № 796-п из резервного фонда Правительства Пермского края были выделены денежные средства в общей сумме 678625400 рублей для формирования в период с октября 2020 года по февраль 2021 года запаса средств индивидуальной защиты в целях обеспечения ими сотрудников медицинских организаций, подведомственных Министерству здравоохранения Пермского края, в том числе для приобретения 3097970 халатов медицинских и 679959 защитных костюмов, являющихся медицинскими изделиями (отнесены к вспомогательным и общебольничным медицинским изделиям в соответствии с Номенклатурной классификацией медицинских изделий по видам, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 6 июня 2012 г. № 4н (в ред. от 07 июля 2020 года).

На основании приказа и.о. министра здравоохранения Пермского края СЭД-34-01-05-542 от 27 октября 2020 года государственному казенному учреждению Пермского края «№5» (далее - ГКУ ПК «№5») из краевого резервного фонда были доведены выделенные лимиты финансирования и поручено осуществить срочную закупку средств индивидуальной защиты, в том числе халатов медицинских и защитных костюмов в соответствии с Федеральным законом от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

20 октября 2020 года ГКУ ПК «№5», заблаговременно зная о предстоящей закупке средств индивидуальной защиты в соответствии с постановлением Правительства Пермского края № 796-п от 21 октября 2020 года, направило в адрес различных коммерческих организаций, в том числе в ООО «№2» запросы коммерческих предложений на поставку средств индивидуальной защиты, в том числе 3097970 халатов медицинских и 679959 защитных костюмов их материала «спанбонд» плотностью не менее 42 г/м2, с указанием полных характеристик товара, производителя товара и предоставлением обязательных документов (регистрационное удостоверение, сертификаты и декларации о соответствии на медицинские изделия).

ООО «№2» (ОГРН **, ИНН **) зарегистрировано 12 февраля 2014 года и поставлено на учете в МИФНС России № 17 по Челябинской области, имеет адрес места нахождения: 454091, Челябинская область, г. Челябинск, ул. ****, является коммерческой организацией и осуществляет деятельность, в том числе по оптовой торговле изделиями, применяемыми в медицинских целях. Согласно решения единственного участника ООО «№2» на должность директора Общества была назначена Л.

На основании приказа директора ООО «№2» от 1 июня 2017 года № 2-л/с ФИО1 был назначен на должность коммерческого директора ООО «№2». В соответствии с занимаемой должностью коммерческого директора ООО «№2», должностной инструкцией ФИО1 постоянно выполнял управленческие функции в коммерческой организации, к его должностным обязанностям были отнесены управление коммерческой деятельностью организации, в т.ч. материально-техническим снабжением организации, работой по хранению, перемещению, сбыту продукции (продаже товаров, предоставлению услуг), контроль экономических показателей деятельности организации, расходования, поступления финансовых средств, представление интересов организации во взаимоотношениях с государственными структурами и частными организациями по коммерческим вопросам, проведение переговоров с контрагентами по финансовым и хозяйственным вопросам в интересах организации, заключение от имени организации финансовых и хозяйственных договоров, обеспечение выполнения договорных обязательств, установление служебных обязанностей подчиненных работников и принятие мер к выполнению сотрудниками возложенных задач. 

Фактически ФИО1 выполнял функции единоличного исполнительного органа ООО «№2», а именно осуществлял руководство текущей деятельностью Общества, заключал договоры и иные сделки, распоряжался имуществом Общества, в том числе денежными средствами ООО «№2» на банковских счетах, давал обязательные для исполнения указания работникам Общества, то есть постоянно выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в ООО «№2». 

Получив от ГКУ ПК «№5» запрос коммерческого предложения, осознавая, что из бюджета Пермского края выделены денежные средства на закупку для нужд медицинских организаций 3097970 медицинских халатов и 679959 защитных костюмов, являющихся медицинским изделиями, заведомо зная, что ООО «№2» не является производителем медицинских изделий - защитных костюмов и медицинских халатов, и не имеет в наличии необходимого количества медицинских изделий, ФИО1, используя в целях своего обогащения неблагоприятно складывающуюся на территории Пермского края эпидемиологическую обстановку, обусловленную массовым распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19, зная, что медицинские учреждения нуждаются в средствах индивидуальной защиты, в связи с чем ГКУ ПК «№5» в кратчайшие сроки готово приобрести и оплатить такие медицинские изделия, понимая невозможность поставки необходимого объема качественных медицинских халатов и защитных костюмов, отвечающих требованиям, отраженным в запросе коммерческого предложения, в октябре 2020 года предложил ФИО2 произвести медицинские халаты и часть необходимых защитных костюмов, и поставить их ООО «№2» для последующей поставки медицинских изделий ГКУ ПК «№5».

ФИО2 в свою очередь, по предложению ФИО1 тогда же обратился с указанной просьбой к знакомому ФИО3, осуществляющему деятельность по производству текстильных изделий от имени ИП А., зарегистрированной 28 июля 2016 года по адресу Республика Татарстан, г. Казань, ул. ****, состоящей на учете в МИФНС № 18 по Республике Татарстан. 

ФИО3 понимая, что у него нет технических условий для производства медицинских изделий, сообщил ФИО2 об отсутствии разрешительных документов на производство медицинских изделий, соответствующего регистрационного удостоверения, и он не может произвести такой объем изделий в короткие сроки. Однако при этом ФИО3 сообщил ФИО2, что он сможет произвести часть необходимых медицинских изделий и реализовать их с наименованиями «халат хирургический одноразовый» и «комплект одежды защитной», незаконно используя регистрационное удостоверение действительного производителя медицинских изделий - ЗАО «№3» (ИНН **), юридический адрес: Республика Татарстан, г. Казань, ул. **** (далее - ЗАО «№3»), с которым у него не было договорных отношений, то есть пообещал произвести и сбыть фальсифицированные, незарегистрированные и некачественные медицинские изделия. Об этом ФИО2 тогда же сообщил ФИО1

Осознавая, что в соответствии с федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» запрещается производство незарегистрированных и фальсифицированных медицинских изделий, реализация незарегистрированных и фальсифицированных медицинских изделий, фальсифицированные медицинские изделия подлежат изъятию из обращения и уничтожению, заведомо зная, что ФИО3 не имеет регистрационного удостоверения на медицинские изделия, с целью хищения бюджетных средств, выделенных на закупку средств индивидуальной защиты, не намереваясь выполнить условия запроса на коммерческое предложение по поставке качественных медицинских изделий в соответствии со спецификацией, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в октябре 2020 года ФИО1 вступил в сговор с ФИО2 и ФИО3 на совершение в составе группы лиц в крупном размере производства и сбыта фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий, а также хищение путем обмана денежных средств в особо крупном размере, выделенных из бюджета Пермского края на закупку для нужд медицинских организаций средств индивидуальной защиты, при этом соучастники согласовали схему совершения преступлений и распределили между собой роли в их совершении.

В соответствии с согласованной схемой совершения преступлений соучастники должны были осуществить незаконное производство фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий в крупном размере и организовать их незаконный сбыт в ГКУ ПК «№5» путем заключения государственного контракта и поставки вышеуказанных медицинских изделий, сопровождаемых документами, содержащими недостоверные сведения о государственной регистрации медицинских изделий и их производителе, незаконно получить по государственному контракту оплату за поставку фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий и обратить ее в свою пользу, тем самым путем обмана сотрудников ГКУ ПК «№5» совершить хищение бюджетных денежных средств в особо крупном размере.

При этом ФИО1, ФИО2 и ФИО3 заведомо не намеревались исполнить свои обязательства по поставке надлежащих медицинских изделий, сопровождаемых документами производителя ЗАО «№3», так как для участников преступной группы было заранее осознаваемо, что данные медицинские изделия, изготовленные ФИО3, будут не зарегистрированными в установленном порядке, будут поставляться с документами, содержащими заведомо ложные сведения об их характеристиках и производителе, в частности копией регистрационного удостоверения другого производителя и подложными сертификатами соответствия, не будут соответствовать требованиям Заказчика на коммерческое предложение, будут некачественными, не соответствующими требованиям безопасности и эффективности медицинских изделий, требованиям к их маркировке, нормативной, технической и эксплуатационной документации, в связи с чем они не подлежат обращению на территории Российской Федерации и не могут применяться в медицинских целях, а подлежат изъятию и уничтожению.

В то же время ФИО1, ФИО2 и ФИО3 осознавали, что без документов, подтверждающих государственную регистрацию медицинских изделий и их производителя, невозможно будет произвести их поставку, а следовательно получить за них денежные средства, поскольку еще в октябре 2020 года при достижении договоренности, сразу озвучивалось требование о необходимости наличия указанных документов. 

В целях совершения преступлений соучастники договорились заключить между подконтрольными им лицами ряд фиктивных договоров для сокрытия действительного производителя медицинских изделий и создания видимости законности поставки фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий, незаконно произведенных соучастниками.

Согласно отведенной роли ФИО1, используя свое служебное положение в ООО «№2», должен был обеспечить финансирование незаконного производства незарегистрированных, недоброкачественных и фальсифицированных медицинских изделий и незаконный сбыт этих медицинских изделий в ГКУ ПК «№5» путем заключения государственного контракта с ООО «№2» и ГКУ ПК «№5», а также фиктивных договоров между ООО «№2» и подконтрольными ФИО2 юридическими лицами, и организацию поставки в ГКУ ПК «№5» данных медицинских изделий, сопровождаемых документами, содержащими недостоверные сведения о государственной регистрации медицинских изделий и их производителе, а также получить денежные средства по государственному контракту за поставленные медицинские изделия и обратить их в пользу соучастников преступлений.

Согласно отведенной роли в целях совершения преступлений ФИО3, действуя от имени ИП А., должен был организовать в своем швейном цехе по адресу ****, и в швейных цехах иных производителей, не осведомленных о преступных намерениях соучастников, незаконное производство фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий (700000 халатов хирургических одноразовых и не менее 57520 комплектов одежды защитной) и поставку указанных медицинских изделий в адрес ООО «№2» через подконтрольные ФИО2 юридические лица в целях дальнейшего сбыта в ГКУ ПК «№5», незаконно используя регистрационное удостоверение на медицинское изделие, выданное ЗАО «№3».

Согласно отведенной роли, в целях совершения преступлений ФИО2, действуя от имени подконтрольных ему юридических лиц, должен был участвовать в незаконном производстве фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий и поставке их в адрес ООО «№2» в целях дальнейшего сбыта в ГКУ ПК «№5», незаконно используя регистрационное удостоверение на медицинское изделие, выданное ЗАО «№3».

В целях совершения преступлений согласно согласованной соучастниками схемы ФИО2 в октябре 2020 г. (точная дата не установлена) договорился со своим знакомым С1. об использовании в сделках по сбыту медицинских изделий ООО «№4» (ОГРН **, ИНН **), зарегистрированное 30.08.2018 г., поставленное на учет в МИФНС России № 18 по Республике Татарстан, имеющее место нахождения Республика Татарстан, г. Казань, ул. ****, а также 12 ноября 2020 года от имени матери Р. создал ООО «№1», имеющее место нахождения Республика Татарстан, г. Казань, ул. ****, 18.11.2020 г. зарегистрировал указанное Общество и поставил на учет в МИФНС России № 18 по Республике Татарстан (ОРГН **, ИНН **).

В период с 29 октября 2020 года по 11 января 2021года, действуя в целях совершения преступлений в соответствии с согласованной схемой, выполняя отведенные роли в совершении преступлений, ФИО1, используя свое служебное положение в ООО «№2», ФИО2, действуя от имени подконтрольных ему ООО «№4» и ООО «№1», ФИО3, действуя от имени ИП А., обеспечили заключение следующих фиктивных договоров: договора купли-продажи № 68 от 29 октября 2020 года между ООО «№2» и ООО «№4», по условиям которого ООО «№4» обязалось поставить ООО «№2» медицинские изделия «халат хирургический одноразовый» в количестве 700000 штук по цене 80 рублей за 1 штуку общей стоимостью 56000000 рублей, договора поставки № 22 от 2 ноября 2020 года между ООО «№4» и ИП А., в соответствии с условиями которого ИП А. обязалась поставить ООО «№4» медицинские изделия «халат хирургический одноразовый» в количестве 700000 штук по цене 60 рублей за 1 штуку общей стоимостью 42000000 рублей, договора купли-продажи № 1 от 11 января 2021 года между ООО «№2» и ООО «№1», по условиям которого ООО «№1» обязалось поставить ООО «№2» медицинские изделия «комплекты одежды защитной» в количестве 57520 штук по цене 250 рублей за 1 штуку общей стоимостью 14380000 рублей, договора купли-продажи № 3 от 11 января 2021 года между ООО «№1» и ИП А., по условиям которого ИП А. обязалась поставить ООО «№1» медицинские изделия «комплекты одежды защитной» в количестве 57520 штук по цене 245 рублей за 1 штуку общей стоимостью 14092400 рублей.

Реализуя совместный преступный умысел, ФИО6, выполняя отведенную ему роль, используя свое служебное положение, 12 ноября 2020 года от имени ООО «№2» направил в ГКУ ПК «№5» коммерческое предложение № 159 на поставку 700000 медицинских халатов по цене 89 рублей за 1 халат и 679959 защитных костюмов по цене 448 рублей за 1 костюм, при этом не сообщил информацию о производителе медицинских изделий, а также не предоставил регистрационные удостоверения и иные сопроводительные документы на товар, после чего обеспечил заключение между ООО «№2» и ГКУ ПК «№5» государственного контракта № ** от 12 ноября 2020 года на поставку в срок до 10 декабря 2020 года медицинских изделий - 700000 «халатов медицинских» по цене 89 рублей за 1 халат на общую сумму 62300000 рублей и 679959 «комплектов одежды защитной» по цене 448 рублей за 1 комплект на общую сумму 304621632 рубля. В соответствии с требованиями контракта подлежат поставке медицинские изделия, отвечающие требованиям качества и безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации, одновременно должны быть предоставлены документы, в том числе регистрационное удостоверение и документы, подтверждающие соответствие изделия, выданные уполномоченным органом (организацией). Согласно техническим требованиям контракта поставке подлежат: «халат медицинский», имеющий следующие значения показателей «халат хирургический нестерильный одноразовый, глубокий запах, с поясом, рукав на резинке, гипоаллергенный материал - спанбонд, плотность материала 42 г/м2, длина 140 см, наличие регистрационного удостоверения на момент поставки»; «комплект одежды защитной», имеющий следующие значения показателей «состав: халат хирургический специальный 1 штука, брюки хирургические 1 штука, шапочка (шлем) 1 штука, бахилы высокие 1 пара, материал спанбонд, плотность материала 42 г/м2, наличие регистрационного удостоверения на момент поставки». Согласно условиям контракта получателем товара было назначено государственное казенное учреждение здравоохранения Пермского края «Пермский краевой медицинский центр мобилизационных резервов «№17» (далее – ГКУЗ ПК «ИЦ «№17»), расположенное по адресу Пермский край, Пермский район, д. ****, оплата за поставленный товар осуществляется заказчиком за счет средств федерального бюджета, бюджета Пермского края на 2020 год в безналичном порядке путем перечисления денежных средств со счета заказчика на счет поставщика по факту поставки товара в течение 15 рабочих дней с даты предоставления документов по каждой поставке (счет, счет-фактура, товарная накладная, акты приема-передачи изделия).

Согласно ст. 309 ГК РФ любое обязательство должно исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства.

Между тем, соучастники преступлений, действуя умышленно, из корыстных побуждений, заведомо не намеревались выполнять обязательства по указанным договорам, поскольку осознавали, что в соответствии с ранее согласованной схемой совершения преступлений А. изготовит фальсифицированные, недоброкачественные и незарегистрированные медицинские изделия «медицинские халаты» и «комплекты одежды защитной», которые в дальнейшем фактически от имени ООО «№2» будут поставлены по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года в адрес ГКУ ПК «№5» и переданы получателю ГКУЗ ПК «МЦ «№17» под видом зарегистрированных медицинских изделий производства ЗАО «№3», сопровождаемые документами, содержащими недостоверные сведения о регистрации указанных медицинских изделий и их производителе.

Действуя в соответствии с отведенной ему ролью в совершении преступлений, в целях придания видимости законности производства и сбыта медицинских изделий ФИО3 при неустановленных обстоятельствах, приобрел и в дальнейшем использовал копию регистрационного удостоверения на медицинское изделие № ** от 9 июля 2013 года, выданного производителю ЗАО «№3» (место производства ****А) на медицинское изделие «одежда и белье медицинские одноразовые нестерильные в комплектах и отдельных упаковках по ТУ 9398-007-38957094-2012», соответствующее регистрационному досье № 44955 от 19 декабря 2012 года, допущенное к обращению на территории Российской Федерации в соответствии с приказом Росздравнадзора от 9 июля 2013 года № 2964-Пр/13.

Выполняя отведенные роли в совершении преступлений, действуя совместно и согласованно, в целях финансирования незаконного производства ФИО3 фальсифицированных и незарегистрированных медицинских изделий ФИО1, используя свое служебное положение в ООО «№2», а также ФИО2, используя подконтрольное ему ООО «№4», обеспечили перечисление 10 ноября 2020 года с расчетного счета ООО «№2» на расчетный счет ООО «№4» 15000000 рублей под видом оплаты по договору купли-продажи № 68 от 29 октября 2020 года, а также 11 ноября 2020 года с расчетного счета ООО «№4» на расчетный счет ИП А. 14550000 рублей под видом оплаты по договору поставки № 22 от 2 ноября 2020 года

Полученные денежные средства в сумме 14550000 рублей ФИО3 использовал для финансирования незаконного производства незарегистрированных в установленном порядке, недоброкачественных и фальсифицированных медицинских изделий «медицинских халатов» и «комплектов одежды защитной».

Кроме того, ФИО1, согласно отведенной ему преступной роли, по просьбе ФИО3 29 января 2021 года с расчетного счета ООО «№2» на расчетный счет индивидуального предпринимателя А. перечислил 1999980 рублей, которые ФИО3 также направил на производство незарегистрированных в установленном порядке, недоброкачественных и фальсифицированных медицинских изделий «медицинских халатов».

23 ноября 2020 года в ходе встречи в швейном цехе ФИО3, расположенном по адресу: ****, ФИО3 еще раз подтвердил ФИО1 и ФИО2, что у него отсутствуют разрешительные документы на производство медицинских изделий и соответствующее регистрационное удостоверение, а также отсутствуют договорные отношения с действительными производителями медицинских изделий на использование их технических условий и разрешительных документов. Кроме того, ФИО1 и ФИО2, осмотрев швейный цех ФИО3, убедились в отсутствии у него условий для производства качественных медицинских изделий. При этом ФИО3 сообщил соучастникам, что произведенные им медицинские изделия будут сопровождаться копией регистрационного удостоверения ЗАО «№3» и подложными сертификатами соответствия, изготовление которых он организует.

В частности, в период с ноября 2020 г. по 18 февраля 2021 года в швейных цехах ИП А., расположенных по адресам ****, и в швейных цехах индивидуальных предпринимателей У., А1., Ч2., иных неустановленных лиц, адрес нахождения которых не установлен, ФИО3, действуя в соответствии с отведенной ему ролью в совершении преступлений, осуществляя общий преступный план, не имея с кем-либо из действительных производителей договорных отношений об использовании технических условий и иных документов для изготовления медицинских изделий, организовал незаконное производство незарегистрированных, недоброкачественных и фальсифицированных медицинских изделий, а именно не менее 700000 медицинских халатов и не менее 57520 комплектов одежды защитной, а также их упаковку в индивидуальные пакеты и маркировку.

При этом в целях придания видимости законности производства и сбыта незарегистрированных, недоброкачественных и фальсифицированных медицинских изделий, выполняя свою роль в совершении преступлений, ФИО3 в период с ноября 2020 г. по 18 февраля 2021 года, находясь в помещениях ИП А. по адресам Республика Татарстан, г. Казань, ул. ****, обеспечил изготовление этикеток (маркировки) для незаконно произведенных медицинских изделий, содержащих недостоверные сведения о государственной регистрации медицинских изделий и их производителе, а именно для медицинских халатов: «Партия № Н5.11023-252М ЗАО «№3» 420073, РТ, г. Казань, ул. ****, «Халат хирургический нестерильный одноразовый», тип материала «СМС», плотность 42г/м2, регистрационное удостоверение № ** ТУ9398-007-38957094-2012», для комплектов одежды защитной: «ЗАО «№3», ****, «Комплект одноразовый нестерильный № 3, размер ХL в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука. Хранить в сухом месте при t° не выше 40°С, плотность 42г/м?, регистрационное удостоверение № **, ТУ 9398-007-38957094-2012».

Изготовленные таким образом этикетки (маркировку) по указанию и под контролем ФИО3 размещались на упаковке незаконно произведенных медицинских изделий, в том числе вложены в индивидуальные пакеты.

Продолжая выполнять свою роль в совершении преступлений, ФИО3 с целью получить заведомо подложный сертификат соответствия для придания видимости законности производства и сбыта произведенных незарегистрированных, недоброкачественных и фальсифицированных медицинских изделий (медицинских халатов) и подтверждения их качества в конце ноября 2020 г. (точная дата не установлена) направил в орган по сертификации - ООО «№15» (ИНН **), расположенное по адресу: **** заявку на получение сертификата соответствия на медицинское изделие «халат хирургический» и копию вышеуказанного регистрационного удостоверения на медицинское изделие № ** от 9 июля 2013 года.

На основании предоставленных ФИО3 документов сотрудники ООО «№15» изготовили сертификат соответствия от 1 декабря 2020 года с регистрационным номером РОСС RU.32210.04ШЛКО-ОС01.0170 на продукцию «халат хирургический, серийный выпуск» изготовителя ЗАО «№3», и предоставили ФИО3

Не позднее 3 декабря 2020 года ФИО3 указанный сертификат соответствия и копию регистрационного удостоверения на медицинское изделие № ** от 9 июля 2013 года передал ФИО2 для дальнейшего использования в качестве документа, подтверждающего качество незаконно произведенных ФИО3 медицинских изделий.

Продолжая выполнять свою роль в совершении преступлений, ФИО3 с целью получить заведомо подложный сертификат соответствия для придания видимости законности производства и сбыта произведенных незарегистрированных и фальсифицированных медицинских изделий (комплектов защитной одежды) и подтверждения их качества в декабре 2020 г. (точная дата не установлена) направил в орган по сертификации - ООО «№15» (ИНН **), расположенное по адресу: ****, офис 8 заявку на получение сертификата соответствия на медицинское изделие «одежда и белье медицинские одноразовые нестерильные в комплектах и отдельных упаковках, в составе: халат хирургический, костюм хирургический (куртка, рубашка, брюки), шапочка (колпак, берет, шлем), бахилы хирургические (высокие, низкие, на ступню)» и копию регистрационного удостоверения на медицинское изделие № ** от 9.07.2013 г.

На основании предоставленных ФИО3 документов сотрудники ООО «№15» изготовили сертификат соответствия от 11 января 2021 года с регистрационным номером РОСС RU.32210.04ШЛК0-ОС01.0192/1 на продукцию «одежда и белье медицинские одноразовые нестерильные в комплектах и отдельных упаковках, в составе: халат хирургический, костюм хирургический (куртка, рубашка, брюки), шапочка (колпак, берет, шлем), бахилы хирургические (высокие, низкие, на ступню), серийный выпуск» изготовителя ЗАО «№3», и предоставили ФИО3 

Не позднее 17 февраля 2021 года ФИО3 указанный сертификат соответствия передал ФИО2 для использования в качестве документа, подтверждающего качество незаконно произведенных ФИО3 медицинских изделий.

Реализуя совместный преступный умысел, действуя совместно и согласованно в целях сокрытия действительного производителя медицинских изделий и создания видимости законности поставки незаконно произведенных незарегистрированных и фальсифицированных медицинских изделий, в период со 2 ноября 2020 года по 18 февраля 2021 года ФИО3, ФИО2, ФИО1 обеспечили изготовление универсальных передаточных документов (счетов-фактур) от 11.11.2020 г. № 197, от 10.12.2020 г. №№ 191, 199, от 16.12.2020 г. № 200, от 22.12.2020 г. № 198, от 4.02.2021 г. № 6, содержащих недостоверные сведения о передаче медицинских изделий «халат одноразовый» производителя ЗАО «№3» в количестве 700000 штук от ИП А. в адрес ООО «№4» по договору поставки № 22 от 2 ноября 2020 года, универсальных передаточных документов (счетов-фактур) от 1.12.2020 г. № 579, от 14 декабря 2020 года № 604, от 25.12.2020 г. № 627, содержащих недостоверные сведения о передаче медицинских изделий «халат хирургический «Евростандарт» нестерильный» производителя ЗАО «№3» в количестве 700000 штук от ООО «№4» в адрес ООО «№2» по договору купли-продажи № 68 от 29 октября 2020 года, универсального передаточного документа (счета-фактуры) от 11.01.2021 г. № 10, содержащего недостоверные сведения о передаче медицинских изделий «комплект одежды защитной» производителя ЗАО «№3» в количестве 57520 штук от ИП А. в адрес ООО «№1» по договору купли-продажи № 3 от 11 января 2021 года, универсального передаточного документа (счета-фактуры) от 11.01.2021 г. № 1, содержащего недостоверные сведения о передаче медицинских изделий «комплект одежды защитной» производителя ЗАО «№3» в количестве 57520 штук от ООО «№1» в адрес ООО «№2» по договору купли-продажи № 1 от 11 января 2021 года.

Выполняя свою роль в совершении преступлений, ФИО1, используя свое служебное положение, в период со 2 декабря 2020 года по 18 февраля 2021 года организовал доставку из швейных цехов ИП А., расположенных по адресам: Республика Татарстан, г. Казань, ул. ****, и ****, на медицинский склад мобилизационного резерва № 5 ГКУЗ ПК «МЦ «№17», расположенный по адресу: Пермский край, Кунгурский муниципальный округ, с. Кыласово незаконно произведенных незарегистрированных и фальсифицированных медицинских изделий, а именно 700000 медицинских халатов и 57520 комплектов защитной одежды, имеющих этикетки (маркировку), содержащие недостоверные сведения о государственной регистрации медицинских изделий и их производителе ЗАО «№3».

При этом соучастники преступления ФИО1, ФИО2, ФИО3 заведомо знали, что поставляемые по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года медицинские изделия не внесены в государственный реестр медицинских изделий и организаций (индивидуальных предпринимателей), осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий, т.е. являются незарегистрированными, указанные на этикетках (маркировке), сопровождающих медицинские изделия, сведения о производителе медицинских изделий – ЗАО «№3» являются заведомо ложными, т.е. медицинские изделия являются фальсифицированными, в связи с чем производство и реализация таких медицинских изделий на территории Российской Федерации запрещены, они подлежат изъятию из обращения и уничтожению.

Сотрудники медицинского склада мобилизационного резерва № 5 ГКУЗ ПК «МЦ «№17» Ч1. и К2., введенные в заблуждение, не зная о том, что поставляемые ООО «№2» медицинские изделия являются незарегистрированными и фальсифицированными, не осознавая противоправных намерений соучастников преступления, в период с 3 декабря 2020 года по 18 февраля 2021 года осуществили приемку медицинских изделий, в т.ч. 700000 медицинских халатов и 57520 комплектов защитной одежды, имеющих этикетки (маркировку) производителя ЗАО «№3».

При этом ФИО1, выполняя свою роль в совершении преступления, используя свое служебное положение в ООО «№2», в период с 3 декабря 2020 года по 19 февраля 2021 года обеспечил составление и подписание сотрудниками ООО «№2» сопроводительных документов и документов на оплату поставленных медицинских изделий, в т.ч. имеющих этикетки (маркировку) производителя ЗАО «№3», предоставление указанных документов в ГКУ ПК «МЦ «№17», а именно: 

счета на оплату № 176 от 4.12.2020 г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 228 от 4.12.2020 г., акта приема-передачи изделий от 4 декабря 2020 года на поставку 37350 медицинских халатов общей стоимостью 3324150 рублей; 

счета на оплату № 179 от 8.12.2020г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 231 от 8.12.2020 г., акта приема-передачи изделий от 8.12.2020 г. на поставку 28050 медицинских халатов общей стоимостью 2496450 рублей; 

счета на оплату № 189 от 11.12.2020г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 238 от 11.12.2020 г., акта приема-передачи изделий от 11.12.2020 г. на поставку 30600 медицинских халатов общей стоимостью 2723400 рублей; 

счета на оплату № 192 от 11.12.2020 г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 242 от 11.12.2020 г., акта приема-передачи изделий от 15.12.2020 г. на поставку 38100 медицинских халатов общей стоимостью 3390900 рублей; 

счета на оплату № 195 от 15.12.2020 г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 246 от 15.12.2020 г., акта приема-передачи изделий от 15.12.2020 г. на поставку 19050 медицинских халатов общей стоимостью 1695450 рублей; 

счета на оплату № 201 от 25.12.2020 г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 252 от 25.12.2020 г., акта приема-передачи изделий от 25.12.2020 г. на поставку 146850 медицинских халатов общей стоимостью 13069650 рублей; 

счета на оплату № 202 от 25.12.2020 г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 253 от 25.12.2020 г., акта приема-передачи изделий от 25.12.2020 г. на поставку 100000 медицинских халатов общей стоимостью 8900000 рублей; 

счета на оплату № 16 от 11.01.2021г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 22 от 11.01.2021 г., акта приема-передачи изделий от 27.01.2021 г. на поставку 116300 медицинских халатов общей стоимостью 10350700 рублей;

счета на оплату № 20 от 11.01.2021г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 27 от 11.01.2021 г., акта приема-передачи изделий от 5.02.2021 г. на поставку 183700 медицинских халатов общей стоимостью 16349300 рублей; 

счета на оплату № 23 от 15.01.2020г., универсального передаточного документа (счета-фактуры) № 30 от 15.01.2021 г., акта приема передачи изделий от 2.02.2021 г. на поставку 57520 комплектов защитной одежды общей стоимостью 25768960 рублей.

Выполняя указание ФИО1, сотрудники ООО «№2» прикладывали к пакетам указанных документов полученные от ФИО2 копии регистрационного удостоверения на медицинское изделие № ** от 9.07.2013, выданного производителю ЗАО «№3», и сертификата соответствия регистрационный номер РОСС RU.32210.04 ШЛКО-ОС01.0170 от 1.12.2020 г., выданного изготовителю ЗАО «№3», на продукцию «халат хирургический».

В период с 4 декабря 2020 года по 19 февраля 2021 года сотрудники ГКУЗ ПК «МЦ «№17» Ч1., К2. и А2., введенные в заблуждение, не зная о том, что поставляемые ООО «№2» медицинские изделия являются незарегистрированными и фальсифицированными, не осознавая противоправных намерений соучастников преступления, подписывали вышеуказанные универсальные передаточные документы (счета-фактуры) и акты приема-передачи изделий, подтверждающие приемку медицинских изделий, имеющих этикетки (маркировку) производителя ЗАО «№3», после чего пакеты вышеуказанных документов по указанию ФИО1 доставлялись сотрудниками ООО «№2» для оплаты в ГКУ ПК «№5», расположенное по адресу ****.

В период с 4 декабря 2020 года по 19 февраля 2021 года директор ГКУ ПК «№5» Б1., введенная в заблуждение, не зная о том, что поставляемые ООО «№2» медицинские изделия являются незарегистрированными и фальсифицированными, не осознавая противоправных намерений соучастников преступления, подписывала вышеуказанные счета на оплату с сопроводительными документами и передавала для осуществления оплаты в ГКУ ПК «№21». 

На основании представленных документов в период с 23 декабря 2020 года по 14 апреля 2021 года сотрудники Управления Федерального казначейства по Пермскому краю (Министерство финансов Пермского края (ГКУ ПК «№5»), не осознавая противоправных намерений соучастников преступления перечислили на расчетный счет ООО «№2» № **, открытый ПАО «Банк ВТБ», оплату по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года за поставленные ООО «№2» в адрес ГКУ ПК «№5» медицинские изделия «халат медицинский» в количестве 700000 штук и «комплект защитной одежды» в количестве 57520 штук, имеющие этикетки (маркировку) производителя ЗАО «№3», в общей сумме 71719660 рублей, а именно:

- платежным поручением № 276358 от 23.12.2020 г. в сумме 3324150 рублей за 37350 медицинских халатов по счету № 176 от 4.12.2020 г.; 

- платежным поручением № 276351 от 23.12.2020 г. в сумме 2496450 рублей за 28050 медицинских халатов по счету № 179 от 8.12.2020 г.; 

- платежным поручением № 283971 от 24 декабря 2020 года в сумме 2723400 рублей за 30600 медицинских халатов по счету № 189 от 11.12.2020 г.;

- платежным поручением № 310181 от 28.12.2020 г. в сумме 3390900 рублей за 38100 медицинских халатов по счету № 192 от 11.12.2020 г.;

- платежным поручением № 310183 от 28.12.2020 г. в сумме 1695450 рублей за 19050 медицинских халатов по счету № 195 от 15.12.2020 г.;

- платежным поручением № 323552 от 29.12.2020 г. в сумме 13069650 рублей за 146850 медицинских халатов по счету № 201 от 25.12.2020 г.;

- платежным поручением № 1323555 от 29.12.2020 г. в сумме 8900000 рублей за 100000 медицинских халатов по счету № 202 от 25.12.2020 г.;

- платежным поручением № 212256 от 17.03.2021 г. в сумме 10350700 рублей за 116300 медицинских халатов по счету № 16 от 11.01.2021 г.

- платежным поручением № 314126 от 14 апреля 2021 года в сумме 25768960 рублей за 57520 комплектов защитной одежды по счету № 23 от 15.01.2021 г.

Дальнейшая оплата по государственному контракту № 37/ЕП/2020 от 12 ноября 2020 года была приостановлена.

18 февраля 2021 года ФИО1 получил из ГКУЗ ПК «МЦ №17» 2 письма генерального директора ЗАО «№3» Х1. о том, что данная организация не производила медицинские изделия с маркировкой «халат хирургический нестирильный одноразовый» и «комплект одноразовый нестирильный № 3», поставленные ООО «№2» в ГКУЗ ПК «МЦ №17» с документами изготовителя ЗАО «№3» и что данные изделия являются незарегистрированными медицинскими изделиями.

19 февраля 2021 года ФИО1, понимая, что данная информация является основанием для приостановления оплаты по Контракту и проведения проверки, зная, что поставки медицинских изделий с заведомо ложными сведениями об их производителе ЗАО «№3» уже завершены, желая получить полную оплату по Контракту, а также скрыть обман по факту поставки фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий, попросил ФИО2 организовать получение подложного разрешения ЗАО «№3» индивидуальному предпринимателю А. на производство 60000 комплектов и 700000 халатов. 

ФИО2 согласно отведенной ему преступной роли тогда же попросил ФИО3 получить данное подложное разрешение с целью придать вид законности поставок в ГКУЗ ПК «МЦ №17» фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий и получения полной оплаты за это. 

ФИО3 согласно отведенной ему преступной роли из неустановленного источника не позднее 05 марта 2021 года приобрел заведомо для участников преступной группы подложное согласие генерального директора ЗАО «№3» Х1. на использование технической документации данной организации индивидуальным предпринимателем А. для производства Одежды и белья медицинского в комплектах и отдельных упаковках по ТУ 9398-007-38957094-2012 (регистрационное удостоверение № **), а именно: «комплектов одноразовых нестирильных» в количестве 60000 штук, «халатов хирургических нестирильных» в количестве 700000 штук с присвоением номера партии № Н5.11023-252М, и тогда же предоставил его ФИО2, который 05 марта 2021 года через Ф1., не осведомленного о преступных намерениях участников преступной группы, предоставил данный подложный документ в ГКУЗ ПК «МЦ №17» как доказательство законности поставленных медицинских изделий.

После чего ФИО3, согласно отведенной ему преступной роли, не позднее 14 апреля 2021 года из неустановленного источника также приобрел заведомо для участников преступной группы подложное соглашение о сотрудничестве и совместной деятельности за № 1156/13, датированное 14 февраля 2020 года, согласно которому ЗАО «№3» и индивидуальный предприниматель А. якобы договорились оказывать друг другу взаимные услуги, производить взаимные поставки товаров, участвовать в совместных проектах и других видах совместной деятельности. 

После чего в период с 14 по 19 апреля 2021 года ФИО3 в ООО «№15», введя в заблуждение его сотрудников, на основании данного предоставленного подложного соглашения о сотрудничестве и совместной деятельности получил недостоверный сертификат соответствия, датированный 2 ноября 2020 года, с регистрационным номером РОСС RU.32210.04ШЛК0-ОС01.0139/1 на продукцию - «комплекты медицинские: Халат хирургический нестирильный одноразовый тип «СМС», партия № Н5.1123-252М, количество 700000 штук», выданного изготовителю: индивидуальному предпринимателю А., а также недостоверный сертификат соответствия, датированный 4 ноября 2020 года, с регистрационным номером РОСС RU.32210.04ШЛК0-ОС01.0144/1 на продукцию - «комплекты медицинские: Комплект одноразовый нестирильный тип «СМС» партия № Н5.1123-252М, количество 60000 штук», выданного изготовителю: индивидуальному предпринимателю А.

Полученные подложные документы ФИО3 не позднее 19 апреля 2021 года через ФИО2 передал ФИО1, который приложил их к письму, направленному от имени директора ООО «№2» Л. 25 мая 2021 года в ГКУ ПК «№5», в котором ФИО1 от имени Поставщика продолжал заверять Заказчика в надлежащем исполнении Контракта и поставке медицинских изделий соответствующего качества, с требованием оплатить поставленный товар в полном объеме. 

Таким образом, ФИО1, ФИО3 и ФИО2, действующие совместно и согласованно, группой лиц по предварительному сговору, реализуя свой преступный умысел на хищение бюджетных денежных средств до конца, сокрытия факта обмана и получения полной оплаты по Контракту, после 18 февраля 2021 года, продолжили обманывать сотрудников ГКУ ПК «№5» с предоставлением им заведомо для участников преступной группы подложных и недостоверных документов.

При этом сотрудники ГКУ ПК «№5» и отдела бюджетного учета № 3 управления № 1 по г. Перми ГКУ ПК «№21», введенные в заблуждение действиями участников преступной группы, по 14 апреля 2021 года продолжили оплату выставленных ООО «№2» счетов за поставленные фальсифицированные, незарегистрированные и недоброкачественные медицинские изделия. 

Таким образом, ФИО1, ФИО2, ФИО3, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, своими совместными и согласованными действиями совершили производство и сбыт фальсифицированных, недоброкачественных медицинских изделий, незаконные производство и сбыт незарегистрированных медицинских изделий в крупном размере, а именно 700000 медицинских халатов по цене 89 рублей за 1 штуку на сумму 62300000 рублей и 57520 комплектов защитной одежды по цене 448 рублей за 1 штуку на сумму 25768960 рублей, т.е. на общую сумму 88068960 рублей.

При этом завладев описанным способом денежными средствами в особо крупном размере 71719660 рублей, поступившими на расчетный счет ООО «№2» в качестве оплаты по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года, ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратили денежные средства в свою пользу и в дальнейшем распорядились ими по своему усмотрению.

В результате умышленных совместных действий ФИО1, ФИО2, ФИО3 Министерству здравоохранения Пермского края был причинен ущерб в размере 71719660 рублей.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 виновным себя, как и в суде первой инстанции, не признал, подтвердил показания, данные на стадии досудебного производства по делу, показал, что с 2016 года занимает должность коммерческого директора ООО «№2», осуществляет фактическое руководство организацией. 20 октября 2020 года в адрес ООО «№2» от ГКУ ПК «№5» поступил запрос цен, в т.ч. на халат медицинский и костюм защитный, он обратился к поставщикам и изготовителям, договорился с рекомендованным ему ФИО2 о поставке части медицинских изделий, и 10 ноября 2020 года между ООО «№2» и ООО «№4» был заключен договор на поставку 700000 штук медицинских халатов. В тот же день он перечислил со счета ООО «№2» на счет ООО «№4» предоплату в сумме 15000000 рублей, т.к. уже знал, что с ООО «№2» будет заключен контракт. 11 ноября 2020 года в адрес ООО «№2» от ГКУ ПК «№5» поступил проект контракта, 12 ноября 2020 года между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2» был заключен государственный контракт № ** на поставку халатов медицинских и комплектов одежды защитной на сумму 366921632 рубля., согласно которому товар должен сопровождаться регистрационным удостоверением. 23 ноября 2020 года он приехал в г. Казань, где встретился с ФИО2, который привез его в офис своего поставщика ФИО3 Он осмотрел образцы продукции, которая будет поставляться в ООО «№2», качество его устроило. В офисе он видел сертификат соответствия на ткань, регистрационное удостоверение ЗАО «№3». ФИО3 заверил, что с документами у него все в порядке. Он не знал о том, что медицинские изделия будет изготавливать ФИО3 В период с 4 декабря 2020 года до 10 февраля 2021 года весь объем товара был поставлен несколькими партиями, которые (за исключением первой партии) сопровождались необходимой документацией, в т.ч. регистрационными удостоверениями и сертификатами соответствия, которые были получены в период с 5 по 7 декабря 2020 года и в дальнейшем прилагались к каждому акту приема-передачи товара. Вопросами поставки товара и проверкой документов, в т.ч. регистрационных удостоверений, сертификатов соответствия занимался работник ООО «№2» Ф1. Он лично не смотрел регистрационное удостоверение и не знал, что товар фальсифицированный, не имел умысла поставлять фальсифицированный товар. В феврале 2021 года больницы стали писать, что ЗАО «№3» не производило халаты, после чего по его просьбе ФИО2 предоставил заверенную ИП А. копию соглашения с ЗАО «№3» о сотрудничестве; с апреля по июнь 2021 года ФИО2 отправлял ему аудиосообщения ФИО3, который утверждал, что у него все решено с ЗАО «№3», есть письма и гарантии, предлагал написать запрос в ЗАО «№3». 21 мая 2021 года в ООО «№2» от ГКУ ПК «№5» поступила претензия № 34/8-17-10-150 в связи с отрицательным заключением Росздравнадзора на поставленные СИЗ о возврате оплаты за товар в сумме 88068960 рублей или поставки товара надлежащего качества. 4 июня 2021 года ООО «№2» получило отрицательное заключение Росздравнадзора, в связи с этим 18 июня 2021 года в адрес поставщиков были направлены письма о возврате денежных средств или поставке надлежащего товара. 24 июня 2021 года ООО «№2» направило в ГКУ ПК «№5» письмо № 050 о замене поставленного товара надлежащим. 30 июня 2021 года от ГКУ ПК «№5» поступила претензия № 34/8-17-10-173 о полной замене товара и невозможности возврата медицинских изделий, признанных недоброкачественными, т.к. их судьба будет определена по решению Роспотребнадзора. 14 и 22 июля 2021 года ООО «№2» вновь предлагало поставить товар надлежащего качества, предоставило договоры и регистрационные удостоверения производителей ООО «№9», ООО «№10», ИП Б2.. 13 января 2022 года в Арбитражный суд Пермского края поступило исковое заявление ГКУ ПК «№5» к ООО «№2» о взыскании 260 344 682 рублей за поставку СИЗ ненадлежащего качества и штрафа 49 534 420 рублей 32 коп. за ненадлежащее исполнение контракта № ** от 12 ноября 2020 года. По данному контракту ГКУ ПК «№5» оплатило ООО «№2» за поставку медицинских изделий всего 272 051 932 рубля, задолженность составила 94 869 700 рублей, в т.ч. за 700 000 халатов медицинских производителя ЗАО «№3» оплатило 45 959 700 рублей, за 57 520 комплектов одежды защитной производителя ЗАО «№3» перечислило всю подлежащую оплате сумму 25 768 960 рублей, т.е. за поставку халатов и комплектов производителя ЗАО «№3» ООО «№2» получило оплату по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года в общей сумме 71 719 660 рублей. В ноябре 2020 года от ФИО2 ему было известно, что ООО «№4» будет закупать халаты у ИП А., но в тот момент он не знал, что халаты будет производить ИП А., а не ЗАО «№3», об этом узнал в конце февраля 2021 года после предоставления ФИО2 согласия ЗАО «№3» о сотрудничестве с ИП А. (т. 43 л.д. 93-98, 108-113, 190-194, 240-252, т. 44 л.д. 2-10, 15-18, 127-130, 131-134, т. 38 л.д. 217-222, т. 40 л.д. 70-76).

В суде апелляционной инстанции ФИО2 виновным себя, как и в суде первой инстанции, не признал, подтвердил показания, данные на стадии досудебного производства по делу, показал, что ни с кем не вступал в сговор на совершение преступлений, никого не обманывал. Осенью 2020 года ему позвонил ФИО1 и сообщил о наличии у него спроса на закупки 700 000 халатов медицинских и комплектов одежды защитной. Он решил участвовать в сделке, т.к. хотел заработать. Для этого нашел ООО «№4» и зарегистрировал на свою маму Р. ООО «№1». Доверенности от этих организаций он не имел, был посредником между ФИО1 и ФИО3, к которому он обратился за пошивом средств индивидуальной защиты. ФИО3 подтвердил готовность изготовить 700 000 штук медицинских халатов и комплектов одежды защитной по регистрационному удостоверению ЗАО «№3», с которым давно работает, имеет договор о сотрудничестве, позволяющий использовать регистрационное удостоверение этой организации для производства и продажи халатов. ФИО3 не показывал ему этот договор, т.к. ФИО1 об этом не просил. С его участием был заключен договор на поставку 700000 халатов медицинских между ООО «№2» и ООО «№4». Затем при его участии был заключен договор между ООО «№4» и ИП А. В конце ноября 2020 года он и ФИО1 приехал в г. Казань на производство ФИО3, который сообщил, что часть халатов изготовят иные лица, показал ФИО1 образец халата и какие-то документы, заверил, что сотрудничает с ЗАО «№3», имеет с ним договор, пообещал поставить до конца года 700 000 халатов. По просьбе ФИО1 он контролировал отгрузку, направлял в ООО «№2» сопроводительные документы (УПД, регистрационные удостоверения и сертификаты соответствия), на которых стояли печати ИП А. и ООО «№4». Халаты отгружались с бирками ЗАО «№3». ФИО3 не успевал производить нужное количество халатов, поэтому привлекал иных производителей. О том, что ФИО1 поставлял халаты в медицинские учреждения, он узнал в феврале 2021 года, когда поступили претензии по качеству халатов. В 20-х числах февраля 2021 года после завершения поставок медицинских халатов и комплектов защитной одежды ФИО1 прислал ему переписку с больницей о том, что ЗАО «№3» не изготавливало медицинские изделия, поставленные ООО «№2» с бирками ЗАО «№3», после чего выяснилось, что ИП А. не имеет договора о сотрудничестве с ЗАО «№3», в связи с чем ФИО1 предъявил претензии ему, а он – ФИО3, который отправил ему сперва проекты, а затем сами сертификаты соответствия на имя ИП А., которые он направил ФИО1 Он был уверен, что у ФИО3 имеется договор с ЗАО «№3», разрешающий ИП А. производить и продавать медицинские изделия по товарным биркам ЗАО «№3», а также, что ФИО3 производит на законных основаниях качественные медицинские изделия, поскольку в ноябре 2020 года ФИО1 проверил в цехе ФИО3 качество изделий и наличие документов, ФИО3 заверил его в наличии необходимых документов и продолжал убеждать в этом до июля 2021 года (т. 40 л.д. 18-20, 90-92, 153-160, 161-167, 172-179, 180-184, 198-203, 220-225, т. 41 л.д. 50-52, 60-62, 118-120, 122-124, т. 46 л.д. 57-50). 

В суде апелляционной инстанции ФИО3, как и в суде первой инстанции совершение им мошенничества не признал, т.к. он не поставлял халаты и комплекты в ГКУ ПК «№5» и в ГКУЗ ПК «МЦ «№17», не имел умысла на обман, признал факт фальсификации медицинских изделий от имени ЗАО «№3», не согласился с квалифицирующим признаком совершения преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Он ни о чем не договаривался с ФИО1, т.к. тот не был его заказчиком. Он добросовестно заблуждался в том, что имел право производить халаты и комплекты от имени ЗАО «№3» по предоставленным К1. документам, в которых имелись подпись директора и оттиск печати ЗАО «№3». Также в суде апелляционной инстанции пояснил, что в период пандемии и высокого спроса на защитные средства, был заинтересован в получении данного большого заказа на пошив халатов и комплектов, при этом технической документации ЗАО «№3» на пошив данных изделий не имел, использовал собственные лекала. Для него было очевидно, что без документов (регистрационное удостоверение и сертификаты соответствия), подтверждающих официального производителя медицинских изделий, изготовленные им изделия невозможно будет официально продать, а соответственно он не получит данный заказ. Ранее он поставлял свою продукцию в аптеки, где в обязательном порядке требовались соответствующие документы. 

Несмотря на позицию, занятую осужденными, выводы суда об их виновности в совершении преступлений полностью подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

показаниями осужденного ФИО3, данными им на стадии предварительного следствия, о том, что 29 октября 2020 года ФИО2 сообщил ему, что у него есть заказ на 700 000 штук медицинских халатов. Он сообщил ФИО2, что готов пошить халаты, но у ИП А. нет регистрационного удостоверения на халаты, поэтому он будет поставлять товар по соглашению с производителем, имеющим регистрационное удостоверение. 2 ноября 2020 года был заключен контракт на поставку 700 000 медицинских халатов. В ноябре 2020 года ФИО2 попросил предоставить документы на товар, в т.ч. регистрационное удостоверение. Он обратился к знакомому по имени Юрий, который предоставил ему регистрационное удостоверение на медицинские халаты, выданное ЗАО «№3», и пустой бланк согласия на использование ИП А. регистрационного удостоверения ЗАО «№3». Технической документации ЗАО «№3» у него не имелось. 23 ноября 2020 года к нему приехали ФИО2 и ранее не знакомый ФИО1, которым он сообщил об имеющемся у него регистрационном удостоверении на ткань, полученную на заводе «№20», на производимые халаты документов он не имеет. ФИО1 устроил образец халата. Никаких документов ФИО1 он не передавал. В дальнейшем ФИО2 позвонил и попросил срочно отгружать халаты. 25-26 ноября 2020 года он получил от знакомого по имени «Юрий» (фамилия ему не известна) регистрационное удостоверение ЗАО «№3», согласие на его использование ИП А. с подписями и печатями ЗАО «№3», флеш-карту с этикетками ЗАО «№3» на халаты. В дальнейшем с помощью компьютера он вносил необходимые изменения в этикетку на товар, например в части плотности материала. 11 ноября 2020 года ФИО1 через ООО «№4» перечислил на счет ИП А. 14 550 000 рублей за медицинские халаты. С начала декабря 2020 года он отгрузил в адрес ООО «№4» несколько партий халатов белого и голубого цвета, упакованных в черные полиэтиленовые мешки по 150 штук в индивидуальных паковках с этикетками ЗАО «№3». На отгруженные халаты были переданы УПД, какие-либо другие документы не передавались. В декабре 2020 года он передал ФИО2 регистрационное удостоверение ЗАО «№3» на халаты, полученное от «Юрия». В декабре 2020 года он обратился в ООО «№15» для получения сертификата соответствия, сообщил, что работает по соглашению с ЗАО «№3», заполнил заявку, где указал данные ЗАО «№3». 18 февраля 2021 года ФИО2 сообщил ему, что согласие ЗАО «№3» является недействительным, в связи с чем он обратился за помощью к знакомому К1., который за денежное вознаграждение обещал получить в ЗАО «№3» действительное соглашение. ООО «№15» выдало сертификат соответствия на халаты медицинские ИП А. В апреле 2021 года сертификат соответствия и соглашение о сотрудничестве между ЗАО «№3» и ИП А. он передал ФИО2 Всего в адрес ООО «№4» он отгрузил 700 000 штук халатов. В ноябре 2020 года ФИО2 предложил ему изготовить около 100 тыс. штук комплектов защитной одежды в составе куртка, брюки, бахилы, шапка плотностью 42 г/м2. К1. подтвердил ему возможность шить комплекты по соглашению с ЗАО «№3». В январе 2021 года ФИО7 сообщил, что из больницы, куда поставили халаты, позвонили в ЗАО «№3», где не подтвердили производство партии халатов, номер которой был указан на этикетках; он сообщил об этом «Юрию», который пообещал разобраться в возникшей ошибке, приостановил производство, предложил ФИО2 шить халаты в исправительных учреждениях, а также отозвать партию халатов до решения вопроса с сопроводительными документами; ФИО2 ответил, что заказчик Станислав (ФИО1) дал указание делать все от производителя ЗАО «№3». В феврале 2021 года он отгрузил ФИО2 6-7 партий комплектов, предоставил вместе с комплектами регистрационное удостоверение ЗАО «№3», согласие на использование технической документации ЗАО «№3», затем соглашение о сотрудничестве между ЗАО «№3» и ИП А. и сертификат соответствия на комплекты вначале от ЗАО «№3», а затем - от ИП А. Согласие и соглашение от имени ЗАО «№3» он передал ФИО2 через курьеров, сертификаты соответствия отправил по электронной почте;

показаниями представителя потерпевшего Х2., которая показала, что работает в должности начальника отдела правовой работы Министерства здравоохранения Пермского края. В 2020 году в период распространения на территории Пермского края новой коронавирусной инфекции Министерство здравоохранения Пермского края выделило целевые бюджетные средства для приобретения средств индивидуальной защиты для обеспечения медицинских учреждений. 12 ноября 2020 года между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2» был заключен государственный контракт № ** на общую сумму 366921632 рубля на поставку медицинских изделий (халаты медицинские, комплекты одежды защитной), производителями которых были указаны ЗАО «№3», ООО «№9», ООО «№10», ООО «№11 УПП «№19», ИП Б2. Согласно контракту грузополучателем медицинских изделий было определено ГКУ ПК «МЦ «№17». Поставка медицинских изделий была осуществлена ООО «№2» в полном объеме. Оплата за поставленные медицинские изделия была осуществлена ООО «№2» на общую сумму 272051932 рубля. При использовании медицинских изделий, поставленных ООО «№2», ГБУЗ ПК «№16» и ГБУЗ ПК «№8» были обнаружены дефекты, которые относились к качеству, размерам, упаковке медицинских изделий, о чем в ГКУ ПК «№5» были направлены письма. В мае 2021 года из Росздравнадзора поступило отрицательное заключение по результатам экспертизы качества, согласно выводов которого, медицинские изделия, поставленные ООО «№2», являются фальсифицированными (производителем которых указано ЗАО «№3»), недоброкачественными, не соответствуют регистрационному удостоверению, которое представлено на медицинские изделия;

показаниями свидетеля С2., который показал, что в период с 10 декабря 2019 года по 30 декабря 2020 года занимал должность заместителя директора (по развитию материально-технической базы) ГКУ Пермского края «№5», с 22 мая 2020 года исполнял обязанности директора Учреждения. 27 октября 2020 года из Министерства здравоохранения Пермского края поступила заявка на приобретение средств индивидуальной защиты, в т.ч. халатов медицинских (3 097 970 штук) и защитных костюмов (679 959 штук). 28 октября 2020 года на счет ГКУ ПК «№5» из резервного фонда Правительства Пермского края были перечислены средства в сумме 678 626 400 рублей для приобретения средств индивидуальной защиты. Работник контрактной службы ГКУ ПК «№5» М1. подготовил спецификацию и технические требования к закупаемым медицинским изделиям, согласовал их с Министерством здравоохранения края (заместителем министра Л2.). Коммерческие предложения поступили от нескольких поставщиков, в т.ч. от ООО «№2», предложившего минимальную цену. 12 ноября 2020 года ГКУ ПК «№5» в его лице с ООО «№2» в лице директора Л. был заключен государственный контракт № ** на поставку медицинских изделий - халатов медицинских 700 000 штук на сумму 62 000 300 рублей и комплектов одежды защитной 679 959 штук на сумму 304 621 632 рубля, на общую сумму 366 921 632 рубля в срок до 10 декабря 2020 года Требования к качеству, техническим и функциональным характеристикам (потребительским свойствам) медицинских изделий были указаны в приложении № 1 к техническим требованиям;

показаниями свидетеля М1., который показал, что в конце 2020 года работал в должности руководителя контрактной службы ГКУ «№5», подготовил и направил запросы коммерческих предложений на поставку халатов и костюмов, являющихся медицинскими изделиями, имеющими регистрационное удостоверение, выданное производителю Росздравнадзором по результатам экспертизы. Он формировал техническое задание и спецификацию, где были отражены требования к поставляемым СИЗ, в т.ч. требования к плотности материала, наличие регистрационного удостоверения на медицинские изделия на момент поставки. Государственный контракт на поставку халатов и костюмов на сумму около 360 млн. рублей был заключен с ООО «№2». По вопросам заключения контракта он взаимодействовал с ФИО1, в т.ч. вел с ним переписку. По условиям контракта СИЗ должны быть поставлены на склады ГКУЗ ПК «МЦ «№17»;

показаниями свидетеля Л2., который показал, что состоит в должности заместителя министра здравоохранения Пермского края, занимается, в т.ч. вопросами экономики. Ему известно, что между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2» был заключен государственный контракт № ** на поставку халатов, источником финансирования которого являлся резервный фонд Правительства Пермского края. В дальнейшем в Министерство здравоохранения Пермского края от ГБУЗ ПК «№8» поступило письмо по качеству поставленного товара. Росздравнадзором была проведена проверка, по результатам экспертизы качества в июне-июле 2021 года Министерством здравоохранения Пермского края было получено отрицательное заключение Росздравнадзора на поставленные медицинские изделия. 

показаний свидетеля Л., что она является единственным участником и директором ООО «№2». Ее супруг ФИО1 является коммерческим директором организации. Осенью 2020 года по электронной почте ООО «№2» поступило письмо от ГКУ ПК «№5» с запросом коммерческого предложения на поставку одноразовых комплектов одежды защитной (679959 штук) и медицинских халатов в количестве (700000 штук) из материала спанбонд плотностью не менее 42 г/м2. ФИО1 стал искать поставщиков медицинских изделий, в результате чего в адрес ГКУ ПК «№5» было направлено письмо с предложением поставки 679959 штук комплектов одежды защитной (в составе: халат хирургический 1 штука, брюки хирургические 1 штука, шапочка 1 штука, бахилы высокие 1 пара), 700000 штук халатов хирургических нестерильных одноразовых. Между ООО «№2» и ГКУ ПК «№5» был заключен государственный контракт № ** от 12 ноября 2020 года на поставку 700 000 штук халатов медицинских и 679 959 штук комплектов одежды защитной на общую сумму 366 921 632 рубля в срок до 10 декабря 2020 года В приложении 1 к техническим требованиям были указаны качество, технические характеристики, потребительские свойства в отношении медицинских изделий. В целях выполнения государственного контракта ООО «№2» заключило договоры купли-продажи и поставки комплектов медицинской одежды с ООО «№4», ООО «№1», ООО «№9», ООО «№10», ИП Б2. и ООО «№14». Оплата по государственному контракту ** за поставку медицинских халатов и комплектов одежды защитной производителя ЗАО «№3» от ГКУ ПК «№5» в пользу ООО «№2» составила всего 71 719 660 рублей, из них после расчетов с ООО «№4» и ООО «№1» в распоряжении ООО «№2» осталось 5 519 660 рублей (в т.ч. задолженность перед ООО «№1» в сумме 4 180 000 рублей). 20 мая 2021 года в ООО «№2» поступила претензия ГКУ ПК «№5» № 34/8-17-10-150 о том, что Росздравнадзором было выдано отрицательное заключение на медицинские изделия производителя ЗАО «№3». 4 июня 2021 года ООО «№2» получило само заключение, на основании которого в адрес поставщиков ООО «№4» и ООО «№1» были направлены претензии, ответы на которые получены не были, в связи с чем ООО «№2» обратилось в правоохранительные органы. ООО «№2» неоднократно предлагало ГКУ ПК «№5» заменить за свой счет продукцию ЗАО «№3», имеющую признаки фальсификата;

показаниями свидетеля Ф1., из которых следует, что с 2017 года он работает в ООО «№2» заместителем директора по логистике. ФИО1 является коммерческим директором ООО №2», осуществляет общее руководство организацией, определяет направления ее развития. В ноябре 2020 года ФИО1 передал ему государственный контракт, заключенный между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2», на поставку халатов медицинских и комплектов защитной одежды. Он ознакомился со спецификацией, сроками и объемом поставки по государственному контракту, местом отгрузки было определено ГУ «№17» в Пермском крае. ФИО1 сообщил ему контакты представителей поставщиков ООО «№4», ООО «№9», ООО «№14», ООО «№10», ИП Б2., с которыми ООО «№2» заключило договоры поставки медицинских изделий, по условиям договоров товар поставлялся напрямую от производителей в Пермский край на склады ГУ «№17». Он контактировал с представителем ООО «№4» ФИО2, о котором ему сообщил ФИО1, и с Ю. В начале декабря 2020 года начались поставки из г. Казани медицинских халатов, закупленных у ООО «№4». ФИО2 сообщал ему о готовности партии халатов к отгрузке. При этом сопроводительные документы на товар с машинами не направлялись. По документам производителем халатов было ЗАО «№3». Зимой 2021 года ФИО2 рассказал ему, что ООО «№4» закупает у ИП А. халаты, которые производит ФИО3 по договоренности с ЗАО «№3». Регистрационное удостоверение ЗАО «№3», сертификаты соответствия по договору с ООО «№4» ему направила Ю. либо ФИО2 К первой УПД уже были приложены регистрационное удостоверение и сертификаты, не заверенные печатями, позже по просьбе ФИО1 ФИО2 прислал документы, заверенные печатями ИП А. и ООО «№4». По ООО «№1» он также контактировал с ФИО2, организация была оформлена на его мать. Документы по этой организации направлял ФИО2 или Ю., а он готовил сопроводительные документы в ГУ «№17» в таком же порядке. Производителем комплектов по документам было ЗАО «№3», но он считает, что фактически их производила ИП А., чья печать стояла на регистрационном удостоверении. Он и ФИО1 полагали, что халаты и комплекты производятся по договору с ЗАО «№3» и по регистрационному удостоверению официального производителя. В январе-феврале 2021 года поступила информация о том, что ЗАО «№3» не производило халаты и комплекты, которые им поставили ООО «№4» и ООО «№1», об этом ему сообщил ФИО1 4 или 5 марта 2021 года ФИО2 отправил ему согласие ЗАО «№3» на использование технической документации, которое разрешало ИП А. изготавливать одноразовые нестерильные комплекты, но данное согласие не устроило ГУ «№17». ФИО2 прислал записи разговора с ФИО3, который предлагал подготовить от имени ЗАО «№3» необходимое письмо, обещал подписать его в ЗАО «№3». Он предложил, чтобы ФИО3 представил вышеуказанное согласие в ЗАО «№3», чтобы оттуда подтвердили, что первое письмо по запросу больницы о том, что ИП А. не давалось согласие, является неверным (т. 24 л.д. 105-112, 114-120);

показаниями свидетеля А3., из которых следует, что фактическим руководителем ООО «№2» являлся ФИО1, который занимал должность коммерческого директора. В ноябре-декабре 2020 года от ФИО1 он узнал, что между ООО «№2» и ГКУ ПК «№5» заключен государственный контракт № ** от 12 ноября 2020 года на поставку медицинских халатов и комплектов защитной одежды. ФИО1 самостоятельно искал поставщиков, кто изготовит нужное количество халатов по контракту. Зимой 2020-2021 года ФИО1 говорил, что по указанному контракту необходимое количество продукции сошьет ИП А., у которой есть договор с кем-то из крупных производителей. В разговоре об ИП А. ФИО1 упоминал имя ФИО2 В конце января 2021 года для передачи документов он приехал в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» в д. Савино, где директор А2. сообщила о получении отрицательного заключения по медицинским халатам, поставленным ООО «№2», передала его копию для руководства ООО «№2». А2. подписала документы, поставила печать, и он отвез их в ГКУ ПК «№5». После этого он приехал в г. Челябинск, где передал копию отрицательного заключения ФИО1 или Л. (т. 25 л.д. 1-9);

показаниями свидетеля А., из которых следует, что она зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, но фактически предпринимательскую деятельность от ее имени по доверенности осуществлял сожитель ФИО3, занимался производством и продажей текстильных изделий. ФИО3 самостоятельно осуществлял всю финансово-хозяйственную деятельность, распоряжался денежными средствами, подписывал документы от ее имени. В помещении по адресу ****, она видела мужчину по имени Демокрит, который договаривался с ФИО3 о пошиве защитных халатов и комплектов. Она понимала, что ФИО3 не может от ее имени изготавливать и продавать медицинские изделия, т.к. для этого необходимы разрешительные документы. Договор поставки № 22 между ИП А. и ООО «№4», договор поставки между ИП А. и ООО «№1», заключил от ее имени ФИО3, который сам решал все вопросы по этим договорам. Ей известно, что по указанным договорам ФИО3 изготовил и продавал халаты медицинские и комплекты одежды защитной. ИП А. в конце 2020 года – в начале 2021 года не имела регистрационного удостоверения на производство медицинских изделий (халатов медицинских и комплектов одежды защитной), не имела право производить эти медицинские изделия (т. 26 л.д. 39-41, т. 27 л.д. 174-178, т. 28 л.д. 35-39, т. 30 л.д. 161-165, 231-234, т. 38 л.д. 230-233);

показаниями свидетеля Г1., из которых следует, что фактическое руководство ИП А. осуществлял ФИО3 С начала декабря 2020 года до мая 2021 года она работала его помощником. С конца 2020 года до весны 2021 года ФИО3 шил для ООО «№4» халаты и комплекты одежды защитной из медицинского материала спанбонд, упаковывал их и отгружал для доставки в Пермский край. На компьютере в офисе А. по адресу г. Казань, ул. ****, до ее прихода кем-то уже были напечатаны этикетки от имени ЗАО «№3». По указанию ФИО3 она распечатывала данные этикетки на листах формата А4, упаковщики разрезали их и вкладывали в индивидуальные упаковки халатов и комплектов. В декабре 2020 года на электронную почту А. кто-то прислал сертификат соответствия на халаты. Также на компьютере в офисе А. имелись регистрационные удостоверения. Полагает, что у ИП А. имелось соглашение с ЗАО «№3» на производство халатов и изделий от имени ЗАО «№3». По адресу г. Казань, ул. ****, также привозили халаты от других изготовителей, их тоже упаковывали с этикетками ЗАО «№3». По указанию ФИО3 она подписывала от имени ИП А. различные документы, До начала ее работы ФИО3 общался с Дмитрием (ФИО2) как представителем ООО «№4». Она также контактировала с бухгалтером по имени Надежда. Дмитрий (ФИО2) приходил на производство, осуществлял контроль со стороны заказчика (т. 30 л.д. 109-116);

показаниями свидетеля В1., из которых следует, что с ноября 2020 года до марта 2021 года он работал водителем у знакомого ФИО3, который занимался производством, в т.ч. медицинских халатов и комплектов. В конце 2020 года ФИО3 арендовал помещения по адресу ****, где открыл раскроечный и упаковочный цеха. Производством руководил ФИО3 Медицинские изделия шили из материала спанбонд, который закупали на заводе «№20». ФИО3 увозил материал, а также готовый раскрой другим производителям, которые шили халаты и привозили готовые изделия на грузовых машинах по адресу ****, где их упаковывали в индивидуальные пакеты работники ФИО3 Для индивидуальных упаковок халатов и комплектов одежды защитной использовали этикетки производителя ЗАО «№3» на листах формата А4. Произведенные ИП А. медицинские халаты и комплекты одежды защитной увозили в ****. К ФИО3 на производство часто приезжал представитель заказчика по имени Дмитрий (ФИО2), они обсуждали вопросы производства и отгрузки халатов. Также с Дмитрием (ФИО2) приезжал какой-то мужчина. В марте 2021 года ФИО3 решал какие-то вопросы по документам на произведенные халаты и комплекты через К1., который также приходил на производство (т. 30 л.д. 121-127);

показаниями свидетеля Н1., из которых следует, что с марта 2020 года он работает в должности менеджера по продажам в ООО «№10». 13 ноября 2020 года ООО «№2» и ООО «№10» заключили договор поставки 89100 комплектов одежды защитной по цене 320 рублей за 1 комплект. В октябре 2020 года он сообщил ФИО1 данные ФИО2 Через время по просьбе ФИО1 он дал ФИО2 рекомендацию о возможности сотрудничества с ФИО1 В ноябре-декабре 2020 года ФИО2 с молодым человеком, похожим на таджика или узбека, приходил в производственный цех их организации, чтобы посмотреть раскроенные изделия комплекта одежды защитной (т. 27 л.д. 144-148);

показаниями свидетелей У. и Ч2., из которых следует, что они зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей. ФИО3, который работал от имени супруги ИП А., предложил срочно сшить большое количество халатов, в результате чего были заключены договоры: № 001 от 2 ноября 2020 года между ИП А. и ИП А1. на пошив 83400 халатов и 22786 комбинезонов (цельносшитых на замке), договор от 11 ноября 2020 года между ИП А. и ИП У. на пошив 54200 халатов, а также договор подряда с ИП Ч2. № 10 на пошив халатов нестерильных в количестве 43 200 штук стоимостью 2 160 000 рублей. Пошив осуществлялся из материала и по лекалам заказчика. Произведенные халаты не являются медицинскими изделиями, поэтому не маркировались. Готовую продукцию забирал сам ФИО3 У них не имеется регистрационного удостоверения на пошив медицинских изделий (т. 30 л.д. 129-133, 171-174);

показаниями свидетеля С1., из которых следует, что с 2019 года до конца декабря 2020 года он работал менеджером по продажам в ООО «№4». В октябре 2020 года ФИО2 предложил провести сделку по поставке 700000 халатов между ООО «№2» и ИП А. через ООО «№4», заверил в надежности указанных контрагентов. В ООО «№4» из ООО «№2» по почте поступил проект договора № 68 от 29 октября 2020 года со спецификацией на поставку 700 000 халатов хирургических, который подписала директор И1. Также ФИО2 привез договор поставки № 22 от 2 ноября 2020 года с ИП А., который подписала И1. В договорах ООО «№4» с ООО «№2» и ИП А. не указано о наличии регистрационных удостоверений на медицинские изделия – хирургические халаты. Халаты от ИП А. поставляли в период ноября-декабря 2020 года. ООО «№2» получало халаты у производителя, т.к. ООО «№4» не имело складов. Вопросами отгрузки занимался ФИО2, который приносил в ООО «№4» для подписания УПД от ИП А., а также другие документы, которые он заверял. Он не видел этикетки на товар, не знал о необходимости наличия регистрационного удостоверения при продаже медицинских халатов. О том, что на этикетках был указан производитель ЗАО «№3», не знал. Он не помнит, при каких обстоятельствах был поставлен оттиск печати ООО «№4» на копию регистрационного удостоверения ЗАО «№3», подпись И1. на документе отсутствует. ООО «№4» не направляло в ООО «№2» указанное регистрационное удостоверение (т. 27 л.д. 167-172, т. 30 л.д. 175-180);

показаниями свидетеля Х1., из которых следует, что с 2000 года он является генеральным директором ЗАО «№3», которое не имело договорных отношений с ООО «№2» (г. Челябинск), ООО «№4» (г.Казань), ООО «№1» (г.Казань). В 2020-2021 годах ИП А., ФИО3 не обращались ни устно, ни письменно в ЗАО «№3» для заключения соглашения о сотрудничестве и совместной деятельности или получения согласия на использование технической документации. В соответствии с действующим порядком производитель медицинского изделия обязан пройти испытания для подтверждения качества, эффективности, безопасности изделия, после чего решение о регистрации медицинского изделия принимает Росздравнадзор. При отказе в регистрации производитель не вправе производить и сбывать медицинские изделия, равно как и не вправе производить медицинские изделия с использованием регистрационного удостоверения другого лица или под чужим именем. Запрещено передавать иным лицам право производства медицинских изделий без регистрации медицинских изделий в Росздравнадзоре. ЗАО «№3» не могло передать свое регистрационное удостоверение ИП А. Соглашения о сотрудничестве от 14 февраля 2020 года между ИП А. и ЗАО «№3», согласие на использование технической документации он не подписывал, оттиск печати в документах не соответствуют печати ЗАО «№3», документы подложные. Регистрационное удостоверение на медицинское изделие № ** от 09 июля 2013 года было выдано ЗАО «№3» и имеется в свободном доступе в сети Интернет. В копии сертификата соответствия, выданного ИП А. на 60 000 штук комплектов одноразовых, указаны технические условия (ТУ) ЗАО «№3», но названия изделий «комплект медицинский», «комплект одноразовый нестерильный» не относятся к ЗАО «№3». ИП А. незаконно использовала регистрационное удостоверение ЗАО «№3» (т. 27 л.д. 70-74);

показаниями свидетеля Л1., из которых следует, что с 16 марта 2020 года по 12 февраля 2021 года она работала в должности менеджера отдела снабжения в ООО «№6». Весной 2020 года по вопросу покупки одноразовых медицинских масок она взаимодействовала с представителем ООО «№7» по имени Артур, но договор заключен не был. Других контактов по закупке медицинских изделий между ними не было. 7 и 18 февраля 2021 года Артур писал ей в мессенджере «Ватсап» сообщения о том, что ему нужны халаты, спросил, работает ли она в «№3», попросил номер телефона сотрудников «№3», чтобы договориться о цене халатов (т. 27 л.д. 140-142); 

показаниями свидетеля К1., из которых следует, что в конце ноября 2020 года ФИО3 сообщил ему, что у него есть контракт на изготовление медицинских изделий, в связи с чем ему срочно нужно заключить соглашение с ЗАО «№3», без которого он не может реализовать медицинские изделия, просил помочь договориться с руководством этой организации, пообещал заплатить за помощь 500000 рублей. Он обратился к знакомому З., который согласился помочь ФИО3, в январе 2021 года сообщил, что нашел человека, который поможет заключить соглашение с ЗАО «№3» за 200000 рублей. Поскольку подписание соглашения с ЗАО «№3» затягивалось, ему неоднократно звонили ФИО3 и мужчина по имени Дмитрий, являвшийся одним из заказчиков последнего. Через 2-3 недели З. передал соглашение, которое подписал ФИО3 Ему не было известно о том, что указанное соглашение фиктивное, не было подписано директором ЗАО «№3» (т. 27 л.д. 159-163);

показаниями свидетелей Б1. и М2. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, являющихся директором и руководителем контрактной службы ГКУ ПК «№5», соответственно, из которых следует, что между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2» был заключен государственный контракт на поставку средств индивидуальной защиты, по которому поставка осуществлялась с декабря 2020 года по февраль 2021 года Согласно контракта заказчиком являлось ГКУ ПУ «№5», получателем СИЗ - ГКУ ПК «МЦ «№17». Были поставлены медицинские изделия производителей ЗАО «№3», ООО «№10», ООО «№9», ООО «№11». В конце 2020 года из ГБУЗ ПК «№16» поступила жалоба на качество защитных костюмов (были мятые в рваной упаковке). Позже поступила аналогичная жалоба от ГБУЗ ПК «№13» Свердловского района. В ООО «№2» была направлена претензия, некачественный товар был заменен. В мае 2021 года в ГКУ ПК «№5» поступило отрицательное заключение на часть поставленного товара, производителем которого было указано ЗАО «№3», были установлены признаки фальсификации медицинских изделий (т. 20 л.д. 80-88);

показаниями свидетеля О., из которых следует, что она работает в ГКУ ПК «№21» начальником отдела с августа 2020 года, ранее работала заместителем главного бухгалтера и заместителем начальника финансового отдела в ГКУ ПК «№5», также до июля 2021 года по совместительству на 0,25 ставки работала аналитиком в ГКУ ПК «№5», занималась проверкой поступающих из контрактной службы документов на оплату по контрактам, заключенным ГКУ ПК «№5». Оплата по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2» на поставку 700000 штук халатов медицинских и 679959 штук комплектов одежды защитной на общую сумму 366921632 рубля за счет средств, выделенных из федерального и регионального бюджетов на 2020 года Контракт был оплачен на сумму 272051932 рубля. Оплата была приостановлена весной 2021 года по указанию директора ГКУ ПК «№5» Б1. в связи с проверкой качества товара. На тот момент весь товар по государственному контракту был поставлен. Не были оплачены счета от 30.12.2020 г. № 213 на сумму 23 296 000 рублей, № 216 на сумму 26 678 400 рублей, от 11.01.2021 г. № 19 на сумму 8 314 880 рублей, от 15.01.2021 г. № 24 на сумму 9 515 520 рублей на оплату комплектов одежды защитной, счет № 20 от 11.01.2021 г. на сумму 16 349 300 рублей на оплату халатов медицинских по причине неправильного оформления документов, отсутствия кассового плана. Частично были оплачены счета от 30.12.2020 г. № 214 на сумму 55 466 432 рубля (в сумме 49 142 416 рублей) и № 215 на сумму 12 544 000 рублей (в сумме 8 152 416 рублей) на оплату комплектов одежды защитной (т. 21 л.д. 238-242, т. 22 л.д. 56-61, 62-66);

показаниями свидетеля А2. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, из которых следует, что со 2 апреля 2004 года состоит в должности директора ГКУЗ ПК «МЦ «№17». О поставке в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» медицинских халатов в количестве 700000 штук и комплектов одежды защитной в количестве 679959 штук по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года (заказчик ГКУ ПК «№5») она узнала в начале декабря 2020 года от представителя поставщика ООО «№2» по телефону, затем на электронную почту ГКУЗ ПК «МЦ «№17» поступили копии первой страницы контракта и спецификации. Поставка медицинских изделий на склады № 5 в с. Кыласово Кунгурского муниципального округа и № 6 в п. Юго-Камский Пермского района осуществлялась с 4 декабря 2020 года по 15 января 2021 года Начальник отдела материально-технического снабжения ГКУЗ ПК «МЦ «№17» Л3. проверяла наличие сопроводительных документов на товар, в т.ч. регистрационное удостоверение, сертификат соответствия. До 15 января 2021 года на склады № 5 и № 6 ГКУЗ ПК «МЦ «№17» всего было поставлено 700 000 халатов и 679 959 комплектов одежды защитной, часть их до марта 2021 года была выдана медицинским учреждениям Пермского края. 18 февраля 2021 года в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» по электронной почте от ЗАО «№3» поступили 2 письма от 17 февраля 2021 года о том, что данная организация не производила медицинские халаты и комплекты одежды защитной, поставленные ООО «№2» по контракту № ** от 12 ноября 2020 года, эти медицинские изделия не зарегистрированы. На момент проведения допроса на остатке на складах ГКУЗ ПК «МЦ «№17» находится 421 327 комплектов одежды защитной и 414 800 халатов медицинских (т. 15 л.д. 116-124, 136-139, 140-147, 154-159);

показаниями свидетеля Г2. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, согласно которым она с 2008 года работает в должности главного бухгалтера ГКУЗ ПК «МЦ «№17». 12 ноября 2020 года между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2» был заключен государственный контракт №** на поставку 700000 халатов медицинских и 679959 комплектов одежды защитной, по которому местом отгрузки товара было ГКУЗ ПК «МЦ «№17». Фактически товар поступал с 4 декабря 2020 года по январь 2021 года на склады № 5 в с. Кыласово и № 6 в п. Юго-Камский. Документы, удостоверяющие качество поставленных медицинских изделий (регистрационное удостоверение, сертификат соответствия) поступали уже после отгрузки товара по электронной почте либо с УПД. 3 сентября 2021 года в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» поступило письмо ГКУ ПК «№5», согласно которого ООО «№2» готово поставить по государственному контракту от 12 ноября 2020 года 700000 халатов и 57520 комплектов (т. 15 л.д. 214-221);

показаниями свидетеля Л3. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, из которых следует, что с января 2019 года она работает в должности начальника отдела материально-технического снабжения ГКУЗ ПК «МЦ «№17». По государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года на поставку 700000 халатов медицинских и 679959 комплектов одежды защитной, заключенному между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2», поставка медицинских изделий осуществлялась в период с 4 декабря 2020 года по 28 января 2021 года на склады ГКУЗ ПК «МЦ «№17» в с. Кыласово, п. Юго-Камский. До 28 января 2021 года на 2 склада ГКУЗ ПК «МЦ «№17» было поставлено всего 700000 халатов медицинских и 679959 комплектов одежды защитной, часть СИЗ до марта 2021 года была выдана медицинским учреждениям края. В январе 2021 года по ее просьбе из ООО «№2» в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» по электронной почте прислали документы о качестве товара (сертификат соответствия и регистрационное удостоверение на медицинские изделия), которые требовали от них медицинские организации, получавшие СИЗ. Ей известно, что ГБУЗ ПК «№8» направило письмо по качеству медицинских изделий в адрес производителя, от которого был получен ответ о том, что данная продукция ООО «№2» не поставлялась. После этого была проведена проверка со стороны Росздравнадзора, УФСБ, ОЭБ и ПК ГУ МВД, были изъяты образцы медицинских изделий и направлены на исследование в Росздравнадзор, в результате чего было установлено, что медицинские изделия фальсифицированные. В адрес ГКУЗ ПК «МЦ «№17» поступило требование не выдавать фальсифицированные медицинские изделия медицинским учреждениям, осуществлять хранение на складах. На момент проведения допроса на хранении в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» находится 414800 штук халатов и 421327 штук комплектов одежды защитной (т. 15 л.д. 183-191); 

показаниями свидетелей Ч1. и К2. в судебном заседании и на стадии предварительного следствия, из которых следует, что они работают в должностях заведующей складом № 5 в с. Кыласово и начальником отдела медицинского склада мобилизационного резерва № 5 ГКУЗ «МЦ «№17», соответственно. В период с декабря 2020 года по февраль 2021 года на складе № 5 осуществлялась приемка медицинских изделий, поступавших по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года, заключенному между ГКУ ПК «№5» и ООО «№2». Всего на склад № 5 поступило 700000 штук халатов и 57520 штук комплектов производителя ЗАО «№3» (Казань), 289038 штук комплектов производителя ООО «№9» (Ижевск), 89100 штук комплектов производителя ООО «№10» (Казань), 25900 штук комплектов производителя ООО «№11 УПП «№19». Регистрационные удостоверения и сертификаты соответствия на халаты и комплекты на склад не поступали; 

из показаний К2. согласно журнала учета имеются записи о том, что на складе № 5 в с. Кыласово был ФИО1 16 и 24 декабря 2020 года, А3. - 18, 22, 28 января, 8, 9 17 февраля 2021 года. Также 20 января 2021 года А3. был в головном офисе в д. Большое Савино. Поступившие на склад медицинские халаты, комплекты одежды защитной выдавались медицинским организациям;

Ч1. известно, что из ГБУЗ ПК «№8» поступала жалоба на медицинские изделия, поставленные ООО «№2». Была проведена проверка, изъяты образцы медицинских изделий, поставленных ООО «№2», и установлены признаки фальсификата. На данный момент на остатке на складе № 5 находятся 349 736 штук халатов и 22 832 штук комплектов производителя ЗАО «№3», 137 585 штук комплектов (ООО «№9»), 3 163 штук комплектов (ООО «№10»);

в период отсутствия Ч1. К2. подписывала счета-фактуры на поступающий товар (т. 11 л.д. 60-63, т. 15 л.д. 224-231, 232-241, т. 16 л.д. 1-8, т. 15 л.д. 194-201, 203-213);

показаниями свидетелей - сотрудников медицинских учреждений Н2., П1., В2., Я1., С5., С3., Я2., П2., М3. В3., Т., С4., К3., которые показали, что медицинскими учреждениями получены в ГКУ ПК «МЦ «№17» со склада №5 в с.Кыласово комплекты одежды защитной и халаты медицинские ООО «№2». Поступившие медицинские изделия были упакованы частично в полиэтиленовые черные пакеты, частично в коробки (т. 16 л.д. 172-176, 181-186, 222-226, 237-242, т. 17 л.д. 29-33, 36-43, 56-61, 68-72, 77-82, 141-145, 151-156);

из показаний П1. следует, что после получения ГБУЗ ПК «№16» медицинских изделий ЗАО «№3» было выявлено несоответствие наименований в накладной (комплект одежды защитной) и на этикетке (комплект хирургический нестерильный); 

из показаний К3. следует, что в ГБУЗ ПК «№8» по комплектам одежды защитной выявили не соответствие комплектации, указанной в регистрационном удостоверении, на упаковке содержались недостоверные сведения о номере телефона производителя, из документов на халаты был получен сертификат соответствия, в котором было указано регистрационное удостоверение, выданное ЗАО «№3» в 2017 году, при проверке на сайте Росаккредитации сведения о сертификате соответствия отсутствовали, на сайте Росздравнадзора имелись сведения о выдаче регистрационного удостоверения в 2019 году, в связи с чем были направлены письма в Росздравнадзор и Министерство здравоохранения Пермского края; 

также из показаний свидетелей следует, что в дальнейшем из ГКУ ПК «МЦ «№17» в медицинские учреждения поступили письма с просьбой приостановить обращение халатов и комплектов одежды защитной производителя ЗАО «№3» и поместить их в карантинную зону, сообщить об остатках этих медицинских изделий в учреждении; 

показаниями свидетеля И2., согласно которых она работает в ТО Росздравнадзора по Пермскому краю в должности главного государственного инспектора отдела мониторинга государственных программ. В связи с поступившим в ТО Роспотребнадзора по Пермскому краю письмом ЗАО «№3» о том, что на территории Пермского края в использовании медицинских учреждений находятся медицинские изделия (медицинские халаты), сопровождающиеся регистрационным удостоверением № ** (дата не указана), выданным ЗАО «№3», которые ЗАО «№3» не изготавливало, указанная информация была передана в прокуратуру Пермского края и УФСБ по Пермскому краю. Медицинские изделия были поставлены по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года на сумму 366 921 632 рубля (поставщик ООО «№2», заказчик ГКУ ПК «№5») в адрес получателя ГКУЗ ПК «МЦ «№17» и выданы 78 медицинским учреждениям. На основании требования прокуратуры Пермского края ТО Росздравнадзора по Пермскому краю с ее участием была проведена внеплановая выездная проверка в отношении ГКУЗ ПК «МЦ «№17», в ходе которой отобрали образцы халатов хирургических одноразовых нестерильных, комплектов одноразовых нестерильных. Изъятые образцы направили в ФГБУЗ №12 Росздравнадзора (г. Москва) для исследования, в ходе которого были выявлены признаки фальсификации медицинских изделий, выданы отрицательные заключения. На сайте Росздравнадзора была размещена информация об этом.

Показания представителя потерпевшего, свидетелей являются в целом непротиворечивыми, последовательными, логичными, согласуются между собой и дополняют друг друга в той части, в которой каждый из них был очевидцем событий и каких-либо обстоятельств, в целом позволяют создать единую картину происшедшего.

Не содержат материалы уголовного дела каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре осужденных представителем потерпевшего, свидетелями либо наличии между ними неприязненных отношений, а также о заинтересованности свидетелей в исходе дела. Таким образом, оснований сомневаться в достоверности и допустимости показаний указанных лиц у суда первой инстанции не имелось. Не находит таких оснований и судебная коллегия.

Объективно обстоятельства совершения ФИО1, ФИО2 и ФИО3 инкриминируемых им преступных деяний подтверждаются письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании, в том числе:

приказом Министерства здравоохранения Пермского края от 27 октября 2020 года № СЭД-34-01-05-542 «О закупке средств индивидуальной защиты», которым в связи с перепрофилированием дополнительного коечного фонда в целях борьбы с распространением на территории Пермского края новой коронавирусной инфекции COVID-19 и необходимостью оборудования перепрофилированного коечного фонда в соответствии с требованиями приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19 марта 2020 года № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19» предусмотрено в соответствии с Постановлением Правительства Пермского края от 21 октября 2020 года № 769-П довести лимиты финансирования ГКУ ПК «№5» на закупку средств индивидуальной защиты в срок не позднее 27 октября 2020 года, ГКУ ПК «№5» поручено обеспечить срочную закупку средств индивидуальной защиты в пределах доведенных лимитов финансирования и сформированной потребности (т. 19 л.д. 214-216); 

распоряжением Правительства Пермского края от 28 октября 2020 года № 283-рп, в соответствии с которым Министерству финансов Пермского края в связи с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19 поручено выделить в 2020 году Министерству здравоохранения Пермского края бюджетные ассигнования резервного фонда Правительства Пермского края в размере 678625400 рублей на приобретение средств индивидуальной защиты для медицинских и иных работников медицинских организаций, осуществляющих медицинскую деятельность по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (т. 19 л.д. 214-216);

коммерческим предложением от 20 октября 2020 года № СЭД-01-15-10-629исх, из которого следует, что ГКУ ПК «№5» предлагает организациям в связи с подготовкой закупки средств индивидуальной защиты предоставить информацию о ценах, сроках и возможных объемах поставки медицинских изделий, в т.ч. 3097970 халатов медицинских, 679959 защитных костюмов (материал спанбонд плотностью не менее 42 г/м2), указать производителя и полные технические характеристики товара, приложить документы о правах дистрибьюции, иные обязательные документы (регистрационное удостоверение, сертификат соответствия, декларация о соответствии) (т. 5 л.д. 1-3); 

коммерческим предложением от 21 октября 2020 года № 154, из которого следует, что ООО «№2» предлагает поставить в адрес ГКУ ПК «№5» медицинские изделия, в том числе 3097970 халатов медицинских по цене 249 рублей за 1 штуку на общую сумму 119249460 рублей, 679959 защитных костюмов по цене 451 рубль за 1 комплект на общую сумму 306661509 рублей (т. 5 л.д. 10-13); 

коммерческим предложением от 10 ноября 2020 года № 159, из которого следует, что ООО «№2» предлагает поставить в адрес ГКУ ПК «№5» 679959 комплектов одежды защитной одноразовых нестерильных плотностью 42 г/м2 (в составе халат хирургический 1 штука, брюки хирургические 1 штука, шапочка (шлем) 1 штука, бахилы высокие 1 пара) из многослойного нетканого материала спанбонд по цене 448 рублей за 1 комплект, общей стоимостью 304621632 рубля, 700000 штук халатов хирургических нестерильных одноразовых длина 140 см, размер 52-54 из гипоаллергенного безворсового воздухопроницаемого водоотталкивающего полипропиленового нетканого материала спанбонд плотностью 40 г/м2 по цене 89 рублей за 1 штуку, общей стоимостью 62300000 рублей, всего на сумму 366921632 рубля (т. 5 л.д. 5-6);

копией государственного контракта №** заключенного 12 ноября 2020 года между ГКУ ПК «№5» в лице и.о. директора С2. и ООО «№2» в лице директора Л., из спецификации к контракту, сведений о качестве, технических характеристиках, потребительских свойствах изделий, отгрузочной разнарядки, иных приложений к контракту следует, что ООО «№2» обязуется поставить в срок до 10 декабря 2020 года халаты медицинские в количестве 700000 штук стоимостью 89 рублей за штуку общей стоимостью 62000300 рублей и комплекты одежды защитной в количестве 679959 штук стоимостью 448 рублей за штуку общей стоимостью 304621632 рубля отдельными партиями или полной партией в место поставки – ГКУЗ ПК «МЦ «№17» (получатель) по адресу Пермский край, Пермский район, ****; определены требования к поставляемым изделиям: халат хирургический нестерильный одноразовый длиной 140 см с глубоким запахом, с поясом, рукав на резинке, материал гипоаллергенный спанбонд плотностью 42 г/м2, комплект одежды защитной в составе халат хирургический специальный 1 штука, брюки хирургические 1 штука, шапочка/шлем 1 штука, бахилы высокие 1 пара, материал спанбонд плотностью 42 г/м2, регистрационное удостоверение должно быть в наличии на момент поставки; цена контракта является твердой, составляет 366921632 рубля, в т.ч. НДС, и включает все расходы на страхование, уплату налогов, сборов и других обязательных платежей; по согласованию с заказчиком цена контракта может быть увеличена или уменьшена не более, чем на 10%; оплата по контракту осуществляется заказчиком в безналичном порядке за счет средств федерального бюджета/бюджета Пермского края на 2020 год путем перечисления денежных средств со счета заказчика на расчетный счет поставщика в течение 15 рабочих дней с даты предоставления документов (счета, счета-фактуры, товарной накладной, акта приема-передачи изделий) по каждой поставке (т. 1 л.д. 97-113); 

копиями счетов на оплату по государственному контракту № ** № 176 от 4 декабря 2020 года на сумму 3324150 рублей, № 179 от 8 декабря 2020 года на сумму 3840450 рублей, № 189 от 11 декабря 2020 года на сумму 7203400 рублей, № 192 от 11 декабря 2020 года на сумму 16158900 рублей, № 195 от 15 декабря 2020 года на сумму 11058650 рублей, № 201 от 25 декабря 2020 года на сумму 13069650 рублей, № 202 от 25 декабря 2020 года на сумму 8900000 рублей, № 16 от 11 января 20210 года на сумму 12447340 рублей, № 20 от 11 января 20210 года на сумму 16349300 рублей, № 23 от 15 января 20210 года на сумму 25768960 рублей, № 24 от 15 января 20210 года на сумму 9515520 рублей (т. 2 л.д. 120-122, 123-126, 129-131, 134, 148-151, 152-155, 159-161, 162-164, 251-253, 268, т. 3 л.д. 10-12, 14, 24-26, 28,. 37-39, 41);

письмом ГКУ ПК «№21», выпиской из лицевого счета ФКУ ПК «№5», реестром платежей по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года и копиями платежных поручений, из содержания которых следует, что 23 декабря 2020 года, 29 декабря 2020 года, 17 марта 2021 года, 14 апреля 2021 года Министерство финансов Пермского края перечислило с лицевого счета № **, открытого ГКУ ПК «№5» в УФК по Пермскому краю на расчетный счет ООО «№2» № **, открытый в филиале «Центральный» ПАО Банк ВТБ в качестве оплаты по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года за халаты медицинские и комплекты одежды защитной в общей сумме 272051932 рубля, в том числе за 700000 халатов медицинских производителя ЗАО «№3» в общей сумме 45950700 рублей, за 57520 штук комплектов одежды защитной производителя ЗАО «№3» в сумме 25768960 рублей, в общей сумме 71719660 рублей (т. 3 л.д. 46-59, т. 7 л.д. 97-107, т. 10 л.д. 155-156, т. 21 л.д. 170-173); 

выписками из книг покупок и продаж ООО «№2», ООО «№4», «ООО «№1», ИП А. за 4 квартал 2020 года и 1 квартал 2021 года, предоставленными МИФНС г. Челябинска и Республики Татарстан, которыми установлены факты хозяйственных операций между указанными Обществами и ИП, суммы денежных операций, факты хозяйственных операций с ЗАО «№3» отсутствуют (т. 8 л.д. 131-141, т. 9 л.д. 3-11, 48-52);

копией договора купли-продажи № 68 от 29 октября 2020 года между ООО «№4» и ООО «№2» о поставке ООО «№2» товара медицинского назначения в соответствии со спецификацией (халаты хирургические одноразовые нестерильные длиной 140 см из гипоаллергенного безворсового воздухопроницаемого водоотталкивающего полипропиленового нетканого материала «спанбонд» плотность 42 г/м2, размер 52-54 «евростандарт», Россия, в количестве 700000 штук) в срок не позднее 10 декабря 2020 года; цена товара определена в размере 56000000 рублей, включая НДС 5090909 рублей; к договору прилагается копия регистрационного удостоверения на медицинское изделие № РЗН 2013/823 от 9 июля 2013 года, выданного ЗАО «№3» (адрес места нахождения и производства г. Казань, ул. ****) на медицинское изделие «одежда и белье медицинские одноразовые нестерильные в комплектах и отдельных упаковках по ТУ 9398-007-38957094-2012», на котором имеется оттиск печати ООО «№4» (т. 7 л.д. 159-162, 163-170); 

копией договора купли-продажи № 1 от 11 января 2021 года между ООО «№1» и ООО «№2», из которого следует, что ООО «№1» поставило ООО «№2» товар медицинского назначения - комплект одежды защитной для врача инфекциониста одноразовый нестерильный в составе халат хирургический 1 штука, брюки хирургические 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука из нетканого материала «спанбонд» по ТУ 9398-007-38957094-2012, регистрационное удостоверение № **, Россия, в количестве 57520 штук на общую сумму 14380000 рублей, включая НДС 1307272 рубля 73 коп.; к договору прилагается копия регистрационного удостоверения на медицинское изделие № ** от 9.07.2013 г., выданного ЗАО «№3» (адрес места нахождения и производства г. Казань, ул. ****) на медицинское изделие «одежда и белье медицинские одноразовые нестерильные в комплектах и отдельных упаковках по ТУ 9398-007-38957094-2012», на котором имеются оттиски печатей ИП А. и ООО «№1» (т. 7 л.д. 212-215, 216-223); 

копиями счетов на оплату, выписками ПАО «Челябинвестбанк» по расчетному счету ООО «№2» и ПАО Сбербанк по расчетному счету ООО «№4», протоколами их осмотра, копиями платежных поручений, из которых следует, что ООО «№2» перечислило со своего счета в ПАО «Челябинскинвестбанк» (г. Челябинск) и со счета в ПАО Банк ВТБ филиал «Центральный» (г. Москва) на расчетный счет ООО «№4» в отделении «Банк Татарстан» № 8610 ПАО Сбербанк (г. Казань) в качестве оплаты за поставку 700000 халатов медицинских 56000000 рублей;

ответом ООО «№2», выписками АО АКБ «Энергобанк» по расчетному счету ООО «№1» № ** и ПАО «Челябинвестбанк» по расчетному счету ООО «№2» №**, протоколами их осмотра, актом сверки взаиморасчетов ООО «№1» с ООО «№2», копиями платежных поручений, из которых следует, что ООО «№2» перечислило на расчетный счет ООО «№1» в АО АКБ «Энергобанк» (г. Казань) оплату по договору купли-продажи № 1 от 11 января 2021 года за поставку 57520 комплектов одежды защитной в общей сумме 10200000 рублей; 

копией договора поставки № 22 от 2 ноября 2020 года между ИП А. и ООО «№4», согласно которому ИП А. обязуется поставить ООО «№4» в срок не позднее 15 декабря 2020 года 700000 халатов хирургических нестерильных одноразовых длиной 140 см из гипоаллергенного безворсового воздухопроницаемого водоотталкивающего полипропиленового нетканого материала «спанбонд» плотность 42 г/м2, размер 52-54 «евростандарт», Россия, общей стоимостью 42000000 рублей; качество товара должно подтверждаться сертификатом соответствия, копии которого должна сопровождать первую партию товара (т. 27 л.д. 236-241); 

копиями УПД (счетов-фактур) от 11.11.2020 г. № 197, от 10.12.2020 г. № 191, 199, от 16.12.2020 г. № 200, от 22.12.2020 г. № 198, от 4.02.2021 г. № 6, из которых следует, что ИП А. поставила ООО «№4» в указанные даты халаты одноразовые в общем количестве 700020 штук (т. 9 л.д. 25-30, 35); 

выписками ПАО Сбербанк по расчетному счету ООО «№4» и АО «Альфа-Банк» по расчетным счетам ИП А., протоколами их осмотра, согласно которым ООО «№4» перечислило ИП А. в качестве оплаты халаты одноразовые всего 33483500 рублей (т. 10 л.д. 99-133, т. 34 л.д. 150-250, т. 35 л.д. 1-84, 88-128);

копией договора купли-продажи № 3 от 4 февраля 2021 года между ИП А. и ООО «№1» о поставке ООО «№1» товара в количестве, по цене и в срок, определенные в спецификации на основании заявок покупателя (т. 27 л.д. 242-244); 

выписками АО АКБ «Энергобанк» по расчетному счету ООО «№1» и АО «Альфа-Банк» по счету ИП А., из которых следует, что ООО «№1» перечислило на расчетный счет ИП А. в качестве оплаты за костюм одежды защитной всего 8050030 рублей (т. 10 л.д. 137-140, т. 34 л.д. 150-250, т. 35 л.д. 1-84);

заключением эксперта № 145 от 18 мая 2022 года, согласно которому подписи от имени А., расположенные в договоре купли-продажи № 3 от 4 февраля 2021 года между ИП А. и ООО «№1», договоре поставки № 22 от 2 ноября 2020 года между ИП А. и ООО «№4», выполнены не А., не ФИО3, а другим лицом. Оттиски простой круглой печати от имени ИП А., расположенные в этих же договорах нанесены не печатью ИП А., свободные и экспериментальные образцы оттисков которой представлены на экспертизу (т. 37 л.д. 137-149); 

заключением эксперта № 313 от 31 августа 2022 года, из которого следует, что подписи от имени Р., расположенные в договоре купли-продажи № 3 от 4 февраля 2021 года между ИП А. и ООО «№1» в строке «Директор ООО «№1», в договоре купли-продажи № 3 от 11 января 2021 года между ИП А. и ООО «№1» в строке «Директор ООО «№1» выполнены ФИО2 Подписи от имени Р., расположенные в спецификации (приложении № 1) к договору № 3 от 11.01.2021 г. в строке «Директор», в счете-фактуре № 10 от 11.01.2021 г. в строке «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни», в договоре купли-продажи № 1 от 11.01.2021 г. между ООО «№2» и ООО «№1» в строке «Директор ООО «№1», в спецификации (приложении № 1) к договору № 1 от 11.01.2021 г. в строке «Директор», в счете-фактуре № 1 от 11.01.2021 г. в строках «Товар (груз) передал / услуги, результаты работ, права сдал», «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» выполнены не Р., а другим лицом (т. 38 л.д. 4-21); 

заключением эксперта № 316 от 9 сентября 2022 года, из которого следует, что подписи от имени А., расположенные в договоре купли- продажи № 3 от 4 февраля 2021 года, заключенном между ИП А. и ООО «№1», в договоре поставки № 22 от 2 ноября 2020 года, заключенном между ИП А. и ООО «№4», в спецификации к этому договору, подписи, расположенные в строке «А.» в договоре купли-продажи № 3 от 11 января 2021 года, заключенном между ООО «№1» и ИП А., в строках «Руководитель организации или иное уполномоченной лицо», «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо», «Индивидуальный предприниматель», «Товар (груз) передал / услуги, результаты работ, права сдал» в универсальном передаточном документе (счете-фактуре) № 10 от 11 января 2021 года, в строках «Предприниматель» в счетах на оплату от 11 января 2021 года №№ 56, 67, буквенные записи «директор», «А.», расположенные в строках «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо», «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо», «Товар (груз) передал / услуги, результаты работ, права сдал» в универсальном передаточном документе (счете-фактуре) № 10 от 11 января 2021 года, выполнены Г1. Оттиски простой круглой печати от имени ИП А., расположенные в договоре купли-продажи № 3 от 11 января 2021 года, заключенном между ООО «№1» и ИП А., в спецификации к этому договору, в универсальном передаточном документе (счете-фактуре) № 10 от 11 января 2021 года, в приказе № 5 «О привлечении к работе в выходной день» в графе «Индивидуальный предприниматель А.», «ИП А.», и оттиски простой круглой печати ИП А. в договоре поставки № 22 от 2.11.2020г. между ИП А. и ООО «№4», спецификации (приложении № 1) к договору № 22 от 2.11.2020г. нанесены одной печатной формой (том № 38 л.д. 43-59); 

сведениями о движении товаров по государственному контракту №** от 12 ноября 2020 года, разнарядками на получение средств индивидуальной защиты, копиями накладных на отпуск материалов, из которых следует, что со склада № 5 в с. Кыласово ГКУЗ ПК «МЦ «Резерв» были выданы медицинские изделия 102 медицинским организациям (т. 6 л.д. 4- 211, т. 15 л.д. 46-48, т. 16 л.д. 188-190, т. 17 л.д. 74-76, 148-150, т. 18 л.д. 68, 74, 93, 95, 98, 106);

письмами ЗАО «№3» о том, что ЗАО «№3» не производило медицинские изделия, поставленные ООО «№2» в рамках государственного контракта № ** от 12 ноября 2020 года, осуществляет производство одежды и белья медицинских одноразовых нестерильных в комплектах и отдельных упаковках по ТУ 9398-007-38957094-2012 на основании регистрационного удостоверения на медицинское изделие от 29 октября 2019 года № **, медицинское изделие имеет сертификат соответствия № POCC RU.АМ04.Н00591/19 (срок действия с 26.12.2019 г. по 25.12.2022 г.) (т. 6 л.д. 214, т. 14 л.д. 84, 100, т. 17 л.д. 13-14, 16, 19);

письмом министра здравоохранения Пермского края от 29 июля 2022 года № 34-01-08-506-исх, из которого следует, что проведенной ГКУЗ ПК «МЦ «№17» ревизией средств индивидуальной защиты, поставленных по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года установлено, что в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» поставлено всего 700000 халатов хирургических нестерильных производства ЗАО «№3», 679959 штук комплектов одноразовых нестерильных, в том числе производства ЗАО «№3» - 57520 штук; ТО Росздравнадзора по Пермскому краю были отобраны образцы: 17 марта 2021 года - 30 халатов хирургических нестерильных, 10 комплектов одноразовых нестерильных производства ЗАО «№3», 29 апреля 2022 года - 60 халатов хирургических нестерильных, 20 комплектов одноразовых нестерильных производства ЗАО «№3»; на остатке в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» и в медицинских учреждениях имеются медицинские изделия, поставленные по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года: 539155 халатов хирургических нестерильных, 51174 комплекта одежды защитной производства ЗАО «№3» (т. 22 л.д. 180-185); 

результатами внеплановой выездной проверки от 13 апреля 2021 года, приведённой Росздравнадзором по Пермскому краю совместно с сотрудниками УМВД России по г. Перми в отношении ГКУЗ ПК «МЦ «№17» на основании требования прокуратуры Пермского края о проведении внеплановой проверки от 10 марта 2021 года и обращения ЗАО «№3», согласно которым были отобраны образцы медицинских изделий производства ЗАО «№3» (г. Казань, ул. ****) для проведения экспертизы качества, эффективности и безопасности медицинских изделий, которые направлены для исследования в ФГБУ «№12» Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения (т. 1 л.д. 115-118, т. 20 л.д. 246-251);

копиями отрицательных заключений № 13/ГЗ-21-149Э-027, № 13/ГЗ-21-150Э-027, № 13/ГЗ-21-151Э-027, № 13/ГЗ-21-152Э-027 от 14 мая 2021 года по результатам экспертизы качества, эффективности и безопасности при проведении государственного контроля за обращением медицинского изделия, протоколов технических испытаний медицинского изделия № 13/ГЗ-21-149И-015, № 13/ГЗ-21-150И-015, № 13/ГЗ-21-151И-015, № 13/ГЗ-21-152И-015 от 13 мая 2021 года с приложениями, программы проведения технических испытаний № 13/ГЗ-21-149ИП-015, № 13/ГЗ-21-150ИП-015, № 13/ГЗ-21-151ИП-015, № 13/ГЗ-21-152ИП-015 от 27 апреля 2021 года, актов израсходования медицинских изделий после технических испытаний следует, что в результате проведенного ФГБУ «№12» по поручению Росздравнадзора исследования установлено, что отобранные в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» образцы медицинских изделий: 

- «халат хирургический нестерильный одноразовый, тип материала «СМС», плотность 42 г/м2 ТУ 9398-007-38957094-2012 цвет голубой», вариант 1, партия № Н5.11023-252М (дата производства, срок годности не указаны), производитель ЗАО «№3», регистрационное удостоверение № ** от 9.07.2013 г. (в количестве 9 образцов);

- «халат хирургический нестерильный одноразовый, тип материала «СМС», плотность 42 г/м2 ТУ 9398-007-38957094-2012», вариант 2, партия № Н5.11023-252М, дата производства 11.2020 г., срок годности 3 года, производитель ЗАО «№3», регистрационное удостоверение № ** от 9.07.2013 г. (в количестве 10 образцов);

- «халат хирургический нестерильный одноразовый, изготовлен из гипоаллергенного безворсового воздухопроницаемого водоотталкивающего полипропиленового нетканого материала типа «спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2 ТУ 9398-007-38957094-2012», вариант 3, партия № Н5.11023-252М, дата производства 11.2020 г., срок годности 3 года, производитель ЗАО «№3», регистрационное удостоверение № ** от 9.07.2013 г. (в количестве 11 образцов);

- «комплект одноразовый нестерильный № 3, размер XL, цвет белый в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука, материал не указан, плотность 42 г/м2, ТУ 9398-007-38957094-2012 (партия, дата производства, срок годности не указаны) производитель ЗАО «№3», регистрационное удостоверение № ** от 9.07.2013 г. (в количестве 10 образцов)

не зарегистрированы (регистрационное удостоверение № ** от 29 октября 2019 года на образцы медицинских изделий не распространяется), имеют признаки фальсификации; установить качество медицинских изделий, подтвердить их безопасность, отсутствие угрозы здоровью при применении медицинских изделий невозможно; исследования проведены путем анализа и технических испытаний образцов медицинских изделий, отобранных в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» и представленных производителем ЗАО «№3», сопоставления их с данными, содержащимися в комплекте регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **; исследованием установлено, что отобранные образцы медицинских изделий невозможно идентифицировать с материалами, представленными в комплекте регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **, по наименованию медицинского изделия, внешнему виду, маркировке, дате регистрационного удостоверения, сроку годности, поскольку:

- на бумажном вкладыше упаковки отобранных образцов медицинских изделий не указано наименование медицинского изделия согласно регистрационного удостоверения от 29 октября 2019 года № ** («одежда и белье медицинские одноразовые нестерильные в комплектах и отдельных упаковках по ТУ 9398-007-38957094-2012»),

- тип материала изготовления отобранных образцов («спанбонд», «СМС») не указан в комплекте регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № ** («нетканый многослойный материал на полипропиленовой основе с добавлением или без добавления вискозы»),

- отобранные образцы не соответствуют внешнему виду медицинских изделий, представленных в комплекте регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **,

- маркировка отобранных образцов не соответствует макету маркировки, представленному в комплекте регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **,

- в отобранных образцах не указана дата регистрационного удостоверения, соответствующая комплекту регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **,

- срок годности, указанный в отобранных образцах (3 года со дня изготовления) не соответствует указанному в комплекте регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № ** («5 лет со дня изготовления»);

отобранные образцы медицинских изделий не соответствуют требованиям комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **, в частности:

- конструкция брюк и бахил (в составе комплекта одежды) не соответствует требованиям ТУ 9398-007-38957094-2012 (на брюках не должно быть резинок, завязки бахил не с той стороны),

- поверхности отобранных образцов имеют внешние дефекты в виде вмятин, разрывов, швы образцов неровные, имеют складки и сборки, концы нитей превышают 1,0 см,

- на упаковках отобранных образцов халатов указан срок годности меньше указанного в ТУ 9398-007-38957094-2012 (3 года вместо 5 лет),

- на маркировке отобранных образцов отсутствует наименование изделия согласно регистрационного удостоверения от 29 октября 2019 года № **, адрес места производства (г. Казань, ул. ****), основное назначение изделия и область его применения, информация о сертификации (декларации), информация о количестве изделий в упаковке (на маркировке образцов халатов голубого цвета также не указаны дата изготовления и срок годности, на маркировке образцов комплектов одежды - дата изготовления и срок годности, номер партии)

- упаковки отобранных образцов негерметично заварены;

в представленных на исследование образцах, отобранных в ГКУЗ ПК «МЦ «№17», признаки фальсифицированного медицинского изделия (ложная информация о характеристиках медицинского изделия и его производителе/ изготовителе) установлены в сопровождаемой информации, на этикетке, упаковке, во внешнем виде и характеристиках изделия (т. 1 л.д. 120-276, т. 2 л.д. 1-94, т. 12 л.д. 119-236, т. 13 л.д. 1-133); 

заключением эксперта № ЭМИ-22-009 от 29 сентября 2022 года, согласно выводам которого:

1) представленные на исследование изделия «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г.Казань, ул. ****, являются медицинскими (применительно к ч. 1 ст. 38 Федерального закона № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и в соответствии с номенклатурной классификацией код вида 330730).

2) Наименование изъятых образцов изделия «Халат хирургический нестерильный одноразовый» не соответствует наименованию изделия по спецификации к контракту № ** от 12 ноября 2020 года «Халат медицинский». По сведениям, указанным в Приложении 1 к Техническим требованиям, значение показателя по описанию халата, а именно: «Халат хирургический нестерильный одноразовый, глубокий запах, с поясом, рукава на резинке», соответствует внешнему виду изъятых образцов. Материал соответствует, плотность материала не соответствует условиям контракта (по результатам измерений, указанных в протоколе технических испытании № ЭМИ-22-009 результаты измерений, г/м2: 41,0; 42,8; 45,3; 36,6; 38,9; 39,7; 42,4; 39,9; 36,4; 32,4; 34,5; 39,1). Изделие «Халат хирургический» не соответствует ни одному из изображений, представленных на рисунках 1-33 ТУ. 

3) Качество медицинского изделия «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г.Казань, ул. ****, не подтверждено (медицинское изделие является недоброкачественным) результатами испытаний и исследований и сравнительным анализом представленной документации и комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **.

При этом установлено несоответствие медицинского изделия «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г.Казань, ул. ****, маркировке, нормативной, технической и эксплуатационной документации представленными и полученными данными.

В соответствии с протоколом технических испытаний № ЭМИ-22-009 ИЦ ФГБУ «№12» Росздравнадзора: предоставленные образцы медицинского изделия «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г.Казань, ул. ****, не соответствуют требованиям комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению № ** от 29 октября 2019 года (ТУ 9398-007-38957094-2012) в части:

- п. 1.2.1: несоответствия заявленным конструктивным особенностям;

- п. 1.3.6: требований к сроку годности;

- п. 1.4.4: требований к комплектности;

- п. 1.5.1, п. 1.5.2: требований к маркировке;

- п. 1.6.1: требований к упаковке.

Образцы изделия невозможно идентифицировать со сведениями, представленными в регистрационном удостоверении № ** от 29 октября 2019 года в части отсутствия наименования изделия согласно регистрационного удостоверения № ** от 29 октября 2019 года, а также отсутствия информации о его принадлежности к какому-либо комплекту из приложения к регистрационному удостоверению № ** от 29 октября 2019 года

Безопасность исследованных образцов медицинского изделия не подтверждена результатами испытаний и исследований и сравнительным анализом представленной документации и комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению № ** от 29.10.2019г. 

4) По конструкции внешний вид халата хирургического не соответствует изображению, представленному в ТУ 9398-007-38957094-2012, и образцу медицинского изделия, представленного производителем.

5) Изделие под наименованием «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет белый, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года; «Халат хирургический нестерильный одноразовый ТУ 9398-007-38957094-2012», тип материала «Спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, цвет голубой, партия № Н5.11023-252М, дата изготовления 11.2020 г., срок годности 3 года, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г.Казань, ул. ****, отсутствует в Государственном реестре медицинских изделий и организаций (индивидуальных предпринимателей), осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий. 

Действие выданного Росздравнадзором регистрационного удостоверения № ** от 29 октября 2019 года не распространяется на представленные на исследования изделия, которые соответственно являются незарегистрированными медицинскими изделиями.

Образцы изделия невозможно идентифицировать со сведениями, представленными в регистрационном удостоверении № ** от 29 октября 2019 года в части отсутствия наименования изделия согласно регистрационного удостоверения № ** от 29 октября 2019 года, а также отсутствия информации о его принадлежности к какому-либо комплекту из приложения к регистрационному удостоверению № ** от 29 октября 2019 года (том № 36 л.д.157-242); 

заключением эксперта № ЭМИ-22-009/1 от 29 сентября 2022 года, согласно которому:

1) представленные на исследование изделия «Комплект одноразовый нестерильный № 3», размер XL, цвет белый в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука, плотность 42 г/м2, ТУ 9398-007-38957094-2012, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г. Казань, ул. ****, являются медицинскими (применительно к ч. 1 ст. 38 Федерального закона № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и в соответствии с номенклатурной классификацией код вида 330730).

2) Наименование изъятых образцов изделия «Комплект одноразовый нестерильный № 3», размер XL, цвет белый в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука» не соответствует наименованию изделия по спецификации к контракту № ** от 12.11.2020г. - «Комплект одежды защитой» (состав: халат хирургический специальный - 1 штука, брюки хирургические - 1 штука, шапочка (шлем) – 1 шт., бахилы высокие - 1 пара).

Материал соответствует, плотность материала не соответствует условиям контракта (по результатам измерений, указанных в протоколе технических испытаний № ЭМИ-22-009/1 результаты измерений, г/м2: 40,0; 40,4; 36,6; 38,9; 39,7; 64,6; 66,2; 63,0; 32,8; 34,2; 36,6).

3) Качество медицинского изделия «Комплект одноразовый нестерильный № 3», размер XL, цвет белый в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука, плотность 42 г/м2, ТУ 9398-007-38957094-2012, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г. Казань, ул. ****, не подтверждено (медицинское изделие является недоброкачественным) результатами испытаний и исследований и сравнительным анализом представленной документации и комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению от 29 октября 2019 года № **.

При этом установлено несоответствие медицинского изделия «Комплект одноразовый нестерильный № 3», размер XL, цвет белый в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука, плотность 42 г/м2, ТУ 9398-007-38957094-2012, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г. Казань, ул. ****, маркировке, нормативной, технической и эксплуатационной документации представленными и полученными данными.

В соответствии с протоколом технических испытаний № ЭМИ-22-009/1 ИЦ ФГБУ «ВНИИИМТ» Росздравнадзора: предоставленные образцы медицинского изделия «Комплект одноразовый нестерильный № 3», размер XL, цвет белый в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука, плотность 42 г/м2, ТУ 9398-007-38957094-2012, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г. Казань, ул. ****, не соответствуют требованиям комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению № ** от 29 октября 2019 года (ТУ 9398-007-38957094-2012) в части:

- п. 1.2.1: несоответствия заявленным конструктивным особенностям;

- п. 1.3.3: строчки и незакрепленных концов нитей;

- п. 1.5.1, п. 1.5.2: требований к маркировке;

- п. 1.6.1: требований к упаковке.

Образцы изделия невозможно идентифицировать со сведениями, представленными в регистрационном удостоверении № ** от 29 октября 2019 года, в части отсутствия наименования изделия согласно регистрационного удостоверения № ** от 29.10.2019г., а также отсутствия информации о его принадлежности к какому-либо комплекту из приложения к регистрационному удостоверению № ** от 29.10.2019г.

Безопасность медицинского изделия не подтверждена результатами испытаний и исследований и сравнительным анализом представленной документации и комплекта регистрационной документации к регистрационному удостоверению № ** от 29.10.2019.

4) По конструкции внешний халата хирургического не соответствует изображению, представленному ТУ 9398-007-38957094-2012, и образцу медицинского изделия, представленного производителем.

5) Изделие под наименованием «Комплект одноразовый нестерильный № 3», размер XL, цвет белый в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука, плотность 42 г/м2, ТУ 9398-007-38957094-2012, производства ЗАО «№3», 420073, РТ, г. Казань, ул. ****, отсутствует в Государственном реестре медицинских изделий и организаций (индивидуальных предпринимателей), осуществляющих производство и изготовление медицинских изделий. Действие выданного Росздравнадзором регистрационного удостоверения № ** от 29 октября 2019 года, не распространяется на представленные на исследование изделия, которые соответственно являются незарегистрированными медицинскими изделиями.

Образец невозможно идентифицировать со сведениями, представленными в регистрационном удостоверении № ** от 29 октября 2019 года в части отсутствия наименования изделия согласно регистрационного удостоверения № ** от 29 октября 2019 года, а также отсутствия информации о его принадлежности к какому-либо комплекту из приложения к регистрационному удостоверению № ** oт 29 октября 2019 года (том № 37 л.д. 1-72);

протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности от 18 марта 2021 года, в ходе которого в помещениях ГКУ ПК «№5» по адресу г. Пермь, ул. ****, обнаружены и изъяты на рабочем месте М2. государственный контракт № ** от 12 ноября 2020 года, приказы № 2л-с от 27 марта 2020 года и № 47л-с от 4 декабря 2020 года о приеме и увольнении М1., должностная инструкция руководителя контрактной службы, документы, относящиеся к государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года, обнаружена переписка за период октябрь-ноябрь 2020 года по электронной почте «ponomareva-gv@fhu.perm.ru» (распечатана), электронные документы, относящиеся к взаимоотношениям с ООО «№2», скопированы на НЖМД «Toshiba» s/n X707TUDTTOZF (т. 3 л.д. 250-251); 

протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности от 18 марта 2021 года, в ходе которого в помещениях ГКУЗ ПК «МЦ «№17» по адресу Пермский край, Пермский район, д. ****, обнаружены и изъяты сведения о выданных халатах и комплектах одежды (ООО «№2»), сведения об остатках медицинских изделий, поставленных ООО «№2», выписки из журнала учета посетителей, из журнала регистрации транспорта, разнарядки на получение СИЗ медицинскими организациями, накладные на отпуск материалов, УПД, акты приема-передачи изделий, поставленных ООО «№2», регистрационные удостоверения, сертификаты соответствия на медицинские изделия с приложениями (т. 4 л.д. 2-5);

протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности от 18 марта 2021 года, согласно которому в помещениях ГБУЗ ПК «****» по адресу г. Пермь, ул. **** обнаружены и изъяты документы, относящиеся к полученным в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» медицинским изделиям (комплекты одежды защитной и халаты медицинские) приходные ордера на приход материальных ценностей, накладные на отпуск материалов медицинских изделий, ведомости выдачи материальных ценностей, переписка с ГКУЗ ПК «МЦ «№17», ГКУ ПК «№5», производителями, сертификаты соответствия и регистрационные удостоверения, образцы комплектов одежды защитной (3 штуки), халатов медицинских (6 штук) (т. 4 л.д. 12-16); 

протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности от 18 марта 2021 года, в ходе которого в помещениях ГБУЗ ПК «№16» по адресу г. Пермь, ул. **** обнаружены и изъяты халаты медицинские в индивидуальных упаковках синего цвета (6 штук), белого цвета (3 штуки), оборотная ведомость, копии сертификата соответствия и регистрационного удостоверения, копия акта об обнаружении несоответствия качества товара от 31.12.2020 г., копия письма в ГКУ ПК «№5» от 13.01.2021 г. № 2ЭДО, копия письма из ГКУЗ ПК «МЦ «№17» от 5.03.2021 г., копии накладных от 28.12.2020 г., о 22.01.2021 г., от 3.02.2021 г. (т. 4 л.д. 20-24); 

протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности от 18 марта 2021 года, в ходе которого в помещениях ГБУЗ ПК «№8» по адресу г. Пермь, ул. **** обнаружены и изъяты халаты медицинские в индивидуальных упаковках синего цвета (4 штуки), голубого цвета (3 штуки), белого цвета (9 штук), комплект одежды одноразовой (6 штук), справки и накладные о движении материалов со складов ГКУЗ ПК «МЦ «№17», переписка ГБУЗ ПК «№8», сведения о движении СИЗ, складские ведомости (т. 4 л.д. 28-33); 

протоколом осмотра места происшествия - помещений склада по адресу Пермский край, Кунгурский район, с. Кыласово, в ходе которого осмотрены помещения №№ 7, 8, 15 склада № 5 ГКУЗ ПК «МЦ «№17», в указанных помещениях в картонных коробках по 40, 50, 60 штук и в черных полиэтиленовых мешках по 100 штук находятся халаты производителя ЗАО «Здравмедтех-Поволжье» (г. Казань, ул. ****), в картонных коробках по 20 и 30 штук находятся комплекты производителя ЗАО «№3» (****А) (т. 11 л.д. 24-45);

протоколом осмотра на территории склада № 5 ГКУЗ ПК «МЦ «№17» 85 полиэтиленовых черных мешков с халатами, маркированных как «халат хирургический нестерильный одноразовый, тип материала гипоаллергенный безворсовый воздухопроницаемый водоотталкивающий полипропиленовый нетканый «спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, регистрационное удостоверение № **, ТУ 9398-007-38957094-2012, производитель ЗАО «№3» (****А), партия № Н5.11023-252М» 150 штук в каждом (т. 10 л.д. 67-197); 

протоколом осмотра места происшествия по адресу ****, в ходе которого осмотрено 2-этажное здание промышленного назначения, на 1 этаже расположены цех раскройки, помещение для хранения ткани и упаковки готовой продукции, ткань спанбонд хранится в тюках; на момент осмотра в цехе работают 4 человека; на 2 этаже расположен пошивочный цех, где находится 27 рабочих мест со швейными машинами, на момент осмотра в помещении работают 15 человек, хранятся заготовки для пошива медицинских халатов и готовая продукция, также на 2 этаже расположен рабочий кабинет А., ФИО3, где хранится готовая продукция (т. 26 л.д. 46-53); 

протоколом обыска в производственном помещении ИП А. по адресу ****, в ходе которого изъяты документы касаемые деятельности с ООО «№1» ООО «№4», этикетки от имени ЗАО «№3» на халаты хирургические, копия согласия ЗАО «№3» на использование технической документации (т. 27 л.д. 190-218);

протоколом осмотра места происшествия - помещений в 2-этажном здании по адресу ****; на 1 этаже имеется раскроечный стол и большое количество различных медицинских изделий (бахилы, шапочки, комплекты одежды защитной) разных производителей и без указания производителя в мешках и индивидуальных упаковках, в т.ч. несколько комплектов одноразовых нестерильных производителя ЗАО «№3» в индивидуальных упаковках, один комплект изъят; на 2 этаже находится пошивочный цех, где расположены столы со швейными установками в количестве 41, в мешках имеются медицинские изделия в индивидуальных упаковках без маркировки, один комплект изъят; в офисе на 2 этаже изъяты различные документы, в т.ч. приказы о принятии на работу, 3 акта сверки с ООО «№4», договора аренды нежилого помещения, договоры об оказании услуг, договор подряда, счета на оплату, документы на имя Г1., У. (т. 29 л.д. 153-172); 

протоколом осмотра образцов медицинских изделий, документов, из которого следует, что осмотрены полиэтиленовый пакет с маркировкой «ЗАО «№3» ****А, комплект одноразовый нестерильный № 3 размер XL цвет белый, в составе: халат 1 штука, брюки 1 штука, бахилы высокие 1 пара, шапочка 1 штука, плотность материала 42 г/м2, регистрационное удостоверение № **, ТУ 9398-007-38957094-2012», в котором находятся выполненные из синтетической ткани белого цвета шапочка медицинская, пара высоких бахил, халат с подвязками, брюки; полиэтиленовый пакет без маркировки, в котором находится комбинезон, выполненный из синтетической ткани белого цвета; кадровые приказы ИП А. о привлечении работников швейного производства к работе в выходные и праздничные дни 3, 4, 10, 24 октября 2020 года, 4, 6, 14 ноября 2020 года, 5, 23 января 2021 года; договоры об оказании услуг между ИП У. и ООО «№7», ИП А. на пошив комбинезонов и халатов, договор № 54/11-21юр между ФКУ «Колония-поселение № 17 УФСИН России по РТ» и ИП А. на пошив защитных брюк из спанбонда, договор подряда № 010 между ИП Ч2. и ИП А. на пошив халатов нестерильных, договор подряда ** между ИП А1. и ИП А. на пошив комбинезонов нестерильных, халатов нестерильных; карточка с реквизитами ИП А., где также указаны номер телефона **, адрес электронной почты salatova_97@mail.ru (т. 29 л.д. 173-179, 180-188, 193-195, 211-218, 226-245, т. 30 л.д. 1-35, 45-46, 52-53, 54-56, 59-67, 68-69); 

протоколом обыска в квартире А. по адресу г. Казань, ул. ****, где изъяты различные документы, ноутбук марки «Леново» s/n *** ***, телефон белого цвета марки «Айфон S» s/n *** (т. 28 л.д. 68-77); 

протоколом осмотра телефона марки «Айфон S», в ходе которого в приложении «Почта Mail.ru» обнаружен черновик письма в адрес nfc.sert@gmail.com, созданный 26 марта 2021 года, содержащее во вложение файл в формате pdf, содержащее копию регистрационного удостоверения № РЗН 2013/823 от 9.07.2013 г. (т. 28 л.д. 78-88, 89-97); 

протоколом обыска в квартире ФИО2 по адресу г. Казань, ул. ****, в ходе которого изъят телефон черного цвета марки «iPhone 12» (т. 29 л.д. 30-36);

протоколом осмотра медицинских изделий, предоставленных ЗАО «№3», упакованные в картонную коробку, маркированную: «ЗАО «№3», 5 комплектов одежды медицинской для персонала одноразовых нестерильных, 5 халатов хирургических, заказ S-6037», внутри которой имеется 10 индивидуальных упаковок с медицинскими изделиями (т. 27 л.д. 91-98); 

протоколом осмотра журнала регистрации автотранспорта склада №5 в с. Кылосово Кунгурского района Пермского края, из которого следует, что в период 3 декабря 2020 года по 18 февраля 2021 года имеются записи регистрации автотранспорта; в журналах регистрации посетителей имеются записи о посещении объекта ФИО1 16 и 24 декабря 2020 года, А3. 18, 22, 28 января 2021 г., 8, 9, 17 февраля 2021 года (т. 23 л.д. 17-36, 37-38);

протоколом осмотра тетради с записями свидетеля Ч1., из которой следует, что свидетель делала рукописные записи, содержащие сведения о поставке медицинских изделий (халатов медицинских и комплектов одежды защитной), в т.ч. дате, марке автомобиля, фамилии водителя, количестве медицинских изделий и упаковок (т. 16 л.д. 15-29);

протоколом осмотра документов изъятых в ГКУ ПК «№5», относящиеся к заключению и исполнению государственного контракта № ** от 12 ноября 2020 года (т. 21 л.д. 71-86);

протоколом обыска в офисном помещении ООО «№2» по адресу г. Челябинск, ул. ****, где изъяты договор купли-продажи № 68 от 29 октября 2020 года с ООО «№4», договор купли-продажи № 1 от 11.01.2021 г. с ООО «№1», УПД между ООО «№2» и ООО «№4», ООО «№1» (т. 22 л.д. 227-232); 

протоколом обыска в квартире ФИО1 по адресу ****, в ходе которого изъяты денежные средства: 6 купюр достоинством 1000 рублей, 264 купюр достоинством 5000 рублей, 1 доллар (2 купюры), 5 долларов (1 купюра), 5 евро (1 купюра), 20 евро (1 купюра), 50 евро (3 купюры), 100 евро (2 купюры), печать ООО «№2», телефон марки iPhone 12 в корпусе белого цвета, телефон марки Xiaomi в корпусе темно-серого цвета, ноутбук марки Acer (т. 41 л.д. 130-155); 

протоколом осмотра сотовых телефонов марки iPhone 12, Xiaomi, из которого следует, что в сотовом телефоне Xiaomi установлено имя пользователя «Станислав», в мессенджере «WhatsApp» имеется переписка с ФИО2, имеются голосовые сообщения. Кроме того имеется переписка с пользователем «Лариса Александровна ФХУ» +7902….96 (согласно материалам уголовного дела номер находился в пользовании М2.) 31 декабря 2020 года абонент направляет фото халатов и их упаковки, сопровождая сообщением «Ужас какой», Станислав отвечает, что «Да, упаковка кошмар, а само изделие?», абонент отвечает: «И само изделие. Мы же врачам берем, не дворникам» сопровождая фотоизображением. В этом же телефоне содержится переписка с пользователем «***» +7963…51, из которой усматривается, что 28 октября 2020 года Станислав направляет ПДФ файл – регистрационное удостоверение на медицинское изделие № ** с приложением. На данном удостоверении отсутствуют какие-либо оттиски печати и заверительные надписи, кроме Министерства здравоохранения РФ. Абонент спрашивает «Здравмедтех это на что РУ?», Станислав отвечает «на халаты», абонент в ответ удивлен. Станислав высылает фото халатов, абонент отвечает «Страшный халат. Горловина не обработана». Станислав высылает 4 голосовых сообщения, на трех из которых мужским голосом с сильным узбекским акцентом говорит о том, что этикетки если надо, будут делать, завязки на талии прошиты, каждый халат упакован отдельно. В последнем голосовом сообщении мужчина без акцента говорит, что ему делали 2 поставки, все было нормально, все были довольны, единственное, что товар расфасован по мешкам, а не в коробках, но если надо, то можно и купить коробки. Переписка ведется относительно этикеток, при этом имеется фотоизображение таблицы с указанием Халат медицинский – 700000 штук, комбинезон защитный – 679959 штук (что соответствует по количеству государственный контракту № **), платежное поручение ООО «№4». 9 ноября 2020 года Станислав отправляет фотоизображения помещений, на которых видны черные полиэтиленовые мешки, швейное производство. Абонент указывает, что в контракте плотность 42. Надо исправить. 23 ноября 2020 года абонент пишет Станиславу, что «Здавмедтех не производят костюмы инфекциониста, берут заказы только на конец января». Станислав отвечает «Жаль». При осмотре сотового телефона iPhone 12 установлено, что выполнен вход в учетную запись под именем «Л.». В данном телефоне имеется мессенджер «Телеграмм», в котором обнаружена переписка с абонентом « ***» +7919….06. Содержание переписки сводится к обсуждению оказания юридической помощи, при этом имеются пересланные сообщения от абонента «***» следующего содержания: «А почему не захотели пойти на хитрость и не заменить этикетки, когда претензия прилетела? Кто знает, может и не стали бы упаковки вскрывать, если бы увидели, что этикетки соответствуют. 300 млн. того стоило» и «ну, если между нами, то Медлайт должен был это предполагать, т.к. изначально было понимание, что под маской одного будет поставляться совершенное другое» (т. 41 л.д. 213-249, т. 42 л.д.1-245);

протоколом обыска в офисных помещениях ООО «№2» по адресу г.Челябинск, ул. ****, в ходе которого изъяты документы, относящиеся к государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года, халат хирургический одноразовый (т. 43 л.д. 27-41); 

протоколом осмотра халата установлено, что халат маркирован биркой: с указанием партии № Н5.11023-252М, производителя ЗАО «№3» (г.Казань, ул. ****), наименования изделия: «халат хирургический нестерильный одноразовый, изготовлен из гипоаллергенного безворсового воздухопроницаемого водоотталкивающего полипропиленового нетканого материала типа «спанбонд» «СМС», плотность 42 г/м2, регистрационное удостоверение № **, ТУ 9398-007-38957094-2012», дата производства 11.2020 г., срок годности 3 года со дня изготовления (т. 43 л.д. 42-46); 

заключением эксперта № 161, из которого следует, что на накопителе на жестких магнитных дисках с маркировочными обозначениями «Toshiba» «750.Gb» «s/n **» предоставленного на исследование ноутбука «Acer», имеющего серийный номер ***, изъятого в ходе обыска в квартире по адресу г. Челябинск, ул. ****, имеются файлы, содержащие ключевые слова (словосочетания): «№3», «ГКУ ПК «№5», «ООО «№4», «№18», «регистрационное удостоверение», «СИЗЫ», «СИЗ», «сертификаты соответствия», «сертификаты», «медицинские халаты», «комплекты защитной одежды», «И1.» (файл «Атрибуты файлов.xlsx», каталог «Файлы»), не обнаружены файлы, содержащие ключевые слова (словосочетания): «№3», «№3», «ИП А.», «А.», «А.», «ФИО7», «Р.» (т. 37 л.д. 223-228); 

протоколом осмотра изъятых у ФИО2 документов и флеш-карты «USB 2.0 16Gb», на которой обнаружены скриншоты его переписки в мессенджере «WhatsApp» с абонентами «Сергей Челябинск», «Артурик Маски», «Станислав Челябин» и 82 аудиозаписи, содержащих аудиосообщения ФИО2, ФИО3, Ф1., ФИО1 Из содержания скриншотов следует, что «Сергей Челябинск» просит ФИО2 направить ему сертификат соответствия на халат хирургический, документы на халаты, декларации и регистрационное удостоверение на комплекты, сообщает об отгрузке халатов. ФИО2 направляет абоненту «Сергей Челябинск» фотокопию сертификата соответствия на одежду и белье медицинские одноразовые нестерильные в комплектах и отдельных упаковках в составе: халат хирургический, костюм хирургический (куртка, рубашка, брюки), шапочка (колпак, берет, шлем), бахилы хирургические (высокие, низкие, на ступню), выданный изготовителю ЗАО «№3» сроком действия с 11 января 2021 года по 10 января 2024 года. В переписке от 16 июня 2021 года с абонентом «Артурик Маски» имеется сообщение с просьбой выслать юристам в электронном виде технические условия «№3». 1 июня 2021 года абонент «Станислав Челябинск» отправил копии соглашения о сотрудничестве и совместной деятельности № 1156/13 от 14 февраля 2020 года от имени ЗАО «№3», сертификата соответствия на комплекты медицинские – халат хирургический нестерильный одноразовый в количестве 700 000 штук, выданный изготовителю ИП А. со сроком действия со 2 ноября 2020 года по 1 ноября 2023 года, сертификата соответствия на комплекты медицинские – комплект одноразовый нестерильный в количестве 60 000 штук, выданный изготовителю ИП А. со сроком действия с 4 ноября 2020 года по 3 ноября 2023 года; 

из аудиосообщений, зафиксированных в том числе протоколом осмотра сотового телефона Ф1., следует, что Ф1. сообщает ФИО2 о необходимости сертификата соответствия и регистрационного удостоверения, а при получении последнего с неверной датой высказывает предположение об обмане, также сообщает о получении больницами письма от ЗАО «№3» о том, что определенная партия товара им не изготавливалась, предложил, чтобы ФИО3 получил в компании «№3» письмо о том, что он изготовил халаты и комплекты как субподрядчик компании, далее предложил, чтобы ФИО3 получил в компании «№3» разрешение на пошив партии халатов и комплектов (700 и 100 штук), сделал договор, разрешающий ФИО3 пошить определенное количество товара, указал, что в документах были печати, номер партии товара, который был отгружен;

ФИО2 сообщил ФИО3 о недостоверности сертификата, отметил, что ФИО8 (ФИО1) не просил ФИО3 предоставить регистрационное удостоверение именно компании «№3», с которым теперь возникла некая проблема. 

ФИО2 сообщил Ф1. о том, что ФИО3 намерен снять с себя вину и выставить их причастными, якобы, они, покупая товар, знали, что ФИО3 использовал регистрационное удостоверение в отсутствие договора с компанией «№3», указал о некой подделке, отметил, что он не договаривался по поводу регистрационного удостоверения с компанией «№3» или еще с кем-то, не желает отвечать за то, что А. поставил товар с регистрационным удостоверением компании «№3», которое взял из Интернета, сообщил, что А. предлагает переделать маркировку товара.

ФИО3 сообщил ФИО2, что изготовил новый сертификат соответствия, напомнил ФИО2, что в январе сообщал ему, что в случае проверки компания «№3» не подтвердит изготовление халатов, поэтому предлагал часть партии халатов изготовить в колониях, отправлял регистрационные удостоверения, приостановил маркировку и отгрузку халатов, но, со слов ФИО2, ФИО8 (ФИО1) не согласился с этим предложением, настоял, чтобы весь товар был от одного производителя «№3».

Далее, обсуждая направление ФИО1 письма в ЗАО «№3» с приложенными к нему документами от ФИО2, ФИО1 сообщил ему о возможном проведении проверки в г. Казани прокуратурой, ФСБ, настаивал на том, что документы достоверные, намерен их использовать для проведения независимой экспертизы с целью опровергнуть выводы Росздравнадзора, в случае недостоверности документов просил «передать привет» их общему другу, на что далее ФИО2 указал о том, что есть некие проблемы с документами, выразил нежелание участвовать в решении проблем, указал, что не намерен возвращать деньги, т.к. был посредником в продаже, никого не обманывал и обо всем ставил в известность ФИО1, далее ФИО2 выразил опасения в том, что некие документы могут оказаться поддельными; ФИО1 указал, что пытается доказать, что документы в порядке, чтобы получить деньги, после чего предлагает «забыть друг про друга», и далее чтобы никто «этим делом не занимался» и «ни у кого не было проблем» (т. 40 л.д. 93-150);

протоколом осмотра сведений о телефонных соединениях по абонентскому номеру, принадлежащему ФИО1, из которого следует, что последний имеет 355 соединений с абонентским номером, находящимся в пользовании ФИО2 в период с 15 октября 2020 года по 27 февраля 2021 года, 480 соединений с абонентским номером, находящимся в пользовании А3., 393 соединения с абонентским номером, находящимся в пользовании Ф1.; 31 соединение с абонентским номером, находящимся в пользовании М1.; не установлено соединений с абонентскими номерами, находящимися в пользовании ФИО3, А., И1., Р., а также иными письменными доказательствами, подробный анализ которых приведен в приговоре (т. 31 л.д. 7-13). 

Анализ этих доказательств позволяет сделать вывод о доказанности вины ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в производстве и сбыте фальсифицированных медицинских изделий, сбыте недоброкачественных медицинских изделий, незаконном производстве и сбыте незарегистрированных медицинских изделий в крупном размере, совершенные группой лиц по предварительному сговору, а также в мошенничестве, т.е. хищении чужого имущества путем обмана, совершенного группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а ФИО1 с использованием своего служебного положения.

Отвергая позицию защиты о недопустимости показаний ФИО3 данных в ходе предварительного следствия по тем основаниям, что его допросы проводились в отсутствие переводчика, являются недопустимыми, судебная коллегия учитывает, что показания осужденного ФИО3, данные им в ходе предварительного следствия, оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с существенными противоречиями, что соответствует положениям п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ и могут быть положены в основу обвинительного приговора в той части, в которой они согласуются с другими собранными по делу доказательствами.

В соответствии с ч. 2 ст. 18 УПК РФ участникам уголовного судопроизводства, которые не владеют или недостаточно владеют языком, на котором ведется производство по уголовному делу, должно быть разъяснено и обеспечено право делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами уголовного дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым они владеют, а также бесплатно пользоваться помощью переводчика. Из материалов уголовного дела следует, что производство предварительного расследования осуществлялось на русском языке. При этом никем из участников процесса, в том числе осужденным ФИО3, не было заявлено, что он не владеет, либо недостаточно владеет русским языком, и не было заявлено ходатайств о привлечении к участию в деле переводчика.

Как следует из протоколов допроса ФИО3 в качестве подозреваемого и обвиняемого, при проведении очных ставок, ему разъяснялось право давать показания на родном языке, а также пользоваться услугами переводчика. ФИО3 не заявлял о том, что он нуждается в услугах переводчика. Напротив он каждый раз заявлял, что в услугах переводчика не нуждается и желает давать показания на русском языке. Замечаний к содержанию и порядку проведения допросов от ФИО3 либо его защитника не поступало, протоколы были удостоверены его подписями и подписями его защитника, в полной мере владеющим русским языком (т. 38 л.д. 167-169, 178-181, 217-222, 223-229, т. 39 л.д. 1-11, 12-24,).

Из материалов дела следует, что ФИО3 в школе изучал русский язык, с 2008 года постоянно проживает на территории Российской Федерации, имеет среднее профессиональное образование по специальности «юриспруденция», с 2017 года он сожительствует с А., совместно с которой занимается предпринимательской деятельностью, что предполагает знание русского языка. 

Допуск следователем к участию в деле переводчика был произведен в целях реализации предусмотренного ст. 47 УПК РФ права обвиняемого давать показания на родном языке. Сам по себе допуск переводчика следователем не свидетельствует о нарушении процессуальных прав осужденного ФИО3 на предыдущих стадиях производства по делу. Из материалов дела, с учетом поведения ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции следует, что он в полной мере владеет русским языком. Его процессуальные права в этом аспекте ни в ходе предварительного расследования, ни на стадии судебного разбирательства дела нарушены не были.

Данных о том, что показания осужденным ФИО3 даны в результате оказанного на него давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, не имеется. Допросы ФИО3 в качестве подозреваемого и обвиняемого и иные следственные действия с его участием произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. В начале каждого следственного действия ему разъяснялись права, соответствующие его правовому статусу, положения ст. 51 Конституции Российской Федерации. При производстве следственных действий участвовали защитник, а затем и переводчик, что исключало возможность оказания на осужденного неправомерного воздействия. ФИО3 не был каким-либо образом ограничен в свободе выбора давать любые показания в свою защиту по существу подозрения и обвинения либо отказаться от дачи показаний, чем он воспользовался в полной мере, не признав свою вину, в том числе при предъявлении ему окончательного обвинения.

При этом судебная коллегия не принимает в качестве доказательств представленные стороной защиты заключения специалиста – рецензии на отрицательные заключения ФГБУ «№12» Росздравнадзора. 

В силу особого правового режима медицинских изделий, как объекта, находящегося под государственным контролем (надзором), правомочием на проверку качества, эффективности и безопасности медицинских изделий с оформлением соответствующего заключения обладает специализированное экспертное учреждение, находящееся в ведении Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения, а именно - ФГБУ "№12" Росздравнадзора.

Доказательств того, что при проведении проверки качества, эффективности и безопасности медицинских изделий и составлении отрицательных заключений бюджетным учреждением "№12" Росздравнадзора допущены существенные нарушения порядка проведения исследования, в частности, неверно избраны методы и способы исследования, что привело к неверным выводам, в материалы дела стороной защиты не представлено; доводов о нарушении методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, стороной защиты не приведено.

Вопреки позиции стороны защиты, заключения экспертов ЭМИ-22-009 и ЭМИ-22-009/1 соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертизы проведены в государственном экспертном учреждении, эксперт имеет большой стаж работы, предупрежден об уголовной ответственности, сведений о заинтересованности либо предвзятости эксперта в материалах дела нет, стороной защиты не представлено. При производстве экспертиз экспертом использовались содержащиеся в материалах дела документы и образцы изделий. Выводы эксперта подробно приведены в заключении, являются полными и понятыми. Представленных эксперту материалов было достаточно для дачи заключений. Более того, эти заключения эксперта согласуются с совокупностью приведенных выше доказательств. 

Соответственно, при таких обстоятельствах, не согласиться с выводами заключений ФГБУ "№12" Росздравнадзора оснований у судебной коллегии не имеется.

С учетом отмеченных обстоятельств судебная коллегия критически оценивает заключение экспертов № 150m/06/22 от 31 октября 2022 года, а также принимает во внимание, что выводы, изложенные в нем, не опровергают установленные судом фактические обстоятельства совершения преступлений и выводы о виновности осужденных. Аналогичные выводы также содержатся в решении Арбитражного суда Пермского края от 16 июля 2024 года по делу № А50-30828/2021, подтверждаются экспертным заключением № 461/23, составленным автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» в связи с назначением арбитражным судом повторной судебной экспертизы. 

Доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1, ФИО2, ФИО3 составов преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 238.1, ч. 4 ст. 159 УК РФ опровергаются показаниями ФИО3, данными им в период предварительного следствия, показаниями представителя потерпевшего и свидетелей, материалами дела, из которых следует, что ФИО1 получив в октябре 2020 года коммерческое предложение ГКУ ПК «№5», с целью извлечения прибыли от перепродажи медицинских изделий, используя неблагоприятно складывающуюся эпидемиологическую обстановку, зная, что медицинские учреждения нуждаются в средствах индивидуальной защиты, зная о требовании наличия регистрационного удостоверения на медицинское изделие, обратился к ФИО2 с просьбой о продаже 700000 медицинских халатов и не менее 57520 комплектов защитной одежды. ФИО2 обратился к ФИО3 с аналогичным предложением, поскольку последний ранее продавал ему средства индивидуальной защиты, пояснив, что имеется большой заказ. ФИО3 согласился с предложением ФИО2, однако сразу предупредил, что у него нет регистрационного удостоверения на изготовление медицинских изделий, но будет использовать регистрационное удостоверение ЗАО «№3». ФИО2 указанную информацию передал ФИО1, который согласился на указанных условиях закупить халаты и комплекты защитной одежды в рамках государственного контракта с ГКУ ПК «№5». 

Для реализации совместного умысла на хищение денежных средств, выделяемых по государственному контракту, еще до его заключения, осужденные заключили ряд договоров на поставку медицинских изделий с целью скрыть реального изготовителя между ООО «№2» и ООО «№4» на поставку халатов, ООО «№1» на поставку комплектов, а последние с ИП А. С целью незаконного производства ФИО1 через ООО «№4» перечислил 15000000 рублей для изготовления халатов, на которые ФИО3 была приобретена ткань на заводе «№20». Кроме того ФИО1 по просьбе ФИО3, не имея с ним прямого договора, 29 января 2021 года с расчетного счета ООО «№2» на расчетный счет индивидуального предпринимателя А. перечислил 1999980 рублей, которые ФИО3 также направил на производство незарегистрированных в установленном порядке, недоброкачественных и фальсифицированных медицинских изделий «медицинских халатов». Сам ФИО3 пояснил, что в период пандемии и высокого спроса на защитные средства, был заинтересован в получении данного большого заказа на пошив халатов и комплектов, при этом технической документации ЗАО «№3» на пошив данных изделий он не имел, использовал собственные лекала. Для него было очевидно, что без документов (регистрационное удостоверение и сертификаты соответствия), подтверждающих официального производителя медицинских изделий, изготовленные им изделия невозможно будет официально продать, а соответственно он не получит данный заказ. Ранее он поставлял свою продукцию в аптеки, где в обязательном порядке требовались соответствующие документы. Таким образом, еще до заключения государственного контракта, для всех соучастников было очевидно о невозможности сбыта произведенных ИП А. медицинских изделий без документов (регистрационное удостоверение, сертификат), подтверждающих, что они являются медицинскими, а соответственно и получения за это денежных средств.

Только после достижения сговора между всеми соучастниками, ФИО1 посылает коммерческое предложение (без приложения требуемых документов) и заключает Государственный контракт.

Вопреки доводам защиты о том, что ФИО1 был введен в заблуждение, был уверен, что в рамках исполнения государственного контракта приобретает зарегистрированный медицинский товар, судебная коллегия учитывает, что ФИО1 на профессиональной основе более 10 лет занимался реализацией медицинских изделий, знал порядок обращения медицинских изделий и необходимость подтверждающих документов, имел возможность проверить предоставленное ему регистрационное удостоверение на предмет подлинности, еще 28 октября 2020 года у него имелась копия регистрационного удостоверения без печатей, а 9 ноября 2020 года у него имелись фотографии халатов. Из переписки ФИО1 следует, что для него было очевидно, что изготавливаемые А. изделия не соответствуют изделиям, производимым ЗАО «№3» и никакого отношения к официальному производителю не имеют. 

О наличии предварительного сговора между подсудимыми свидетельствуют совместный и согласованный характер их действий.

Действия каждого из осужденных были направлены на достижение общей преступной цели – производство, сбыт фальсифицированных, незарегистрированных, недоброкачественных медицинских изделий в нарушение установленного порядка, т.е. незаконно, а также хищение денежных средств в особо крупном размере путем обмана сотрудников ГКУ ПК «№5».

При этом, вопреки доводам защиты об отсутствии совокупности доказательств, подтверждающих вину осужденных, следует отметить, что согласно материалам уголовного дела, в частности протоколов осмотра сотовых телефонов осужденных и свидетелей Л., Ф1., следует, что уже 28 октября 2020 года ФИО1 располагал копией регистрационного удостоверенная № **, на котором отсутствовали печати сторонних организаций, вел переписку об исправлении этикеток, 9 ноября 2020 года высылал фотографии производства, где отшивались халаты и готовились к отправке. Из протокола осмотра выписки телефонных соединений и протоколов осмотра сотовых телефонов, ФИО1 и ФИО2 активно общались в инкриминируемый им период, информацию о производстве медицинских изделий ФИО1 получал от ФИО2, а последний от непосредственного изготовителя ФИО3 Из переписки также следует осведомленность ФИО1, что ЗАО «№3» комплекты не производит, а заказы принимает только на конец января 2021 года. ФИО3 знал, что без документов невозможно будет продать данные халаты, преследовал совместную корыстную цель, при этом его неосведомленность, что халаты будут поставляться по контракту в ГКУ ПК «№5» не влияет на квалификацию, поскольку он выполнял свою часть действий для достижения общего конечного результата – изготовления, а также сбыта изготовленной продукции и получения вознаграждения за это. Знал, что произведенная им продукция поставляется в больницы Пермского края, что следует из переписки (т. 40 л.д. 96).

В целях хищения денежных средств по государственному контракту путем обмана работников организации относительно реальных характеристик поставляемого товара, соучастники намереваясь поставить лечебным учреждениям под видом требующихся медицинских изделий халаты и комплекты, не зарегистрированные в качестве медицинских изделий в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, заключили контракт на поставку медицинских изделий, после чего в составе группы лиц по предварительному сговору незаконно произвели и сбыли их в особо крупном размере.

Доводы ФИО3 о том, что он считал подлинными полученные от ЗАО «№3» регистрационные удостоверения на медицинские изделия и соглашение о сотрудничестве, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку из допроса К1. следует, что в конце ноября 2020 года ФИО3 сообщил ему, что у него есть контракт на изготовление медицинских изделий, в связи с чем ему срочно нужно заключить соглашение с ЗАО «№3», без которого он не может реализовать медицинские изделия, просил помочь договориться с руководством этой организации, пообещал заплатить за помощь 500000 рублей. При этом им предпринимались действия по получению подложных сертификатов и соглашений о сотрудничестве, оформленных «задним числом». Доказательств, что ранее ФИО3 работал от имени ЗАО «№3», имел право производить продукцию от их имени, в суд первой и апелляционной инстанции не представлено. Помимо этого, часть изделий производилась по просьбе ФИО3 другими производителями, так же не имеющими регистрационных удостоверений.

Как следует из показаний свидетеля Х1. - генерального директора ЗАО «№3», в соответствии с действующим порядком производитель медицинского изделия обязан пройти испытания для подтверждения качества, эффективности, безопасности изделия, после чего решение о регистрации медицинского изделия принимает Росздравнадзор, при отказе в регистрации производитель не вправе производить и сбывать медицинские изделия, равно как и не вправе производить медицинские изделия с использованием регистрационного удостоверения другого лица или под чужим именем. Запрещено передавать иным лицам право производства медицинских изделий без регистрации медицинских изделий в Росздравнадзоре. Поэтому ЗАО «№3» не могло передать свое регистрационное удостоверение ИП А.

С учетом указанных обстоятельств, ФИО1, показавший, что более 10 лет на профессиональной основе занимается поставкой медицинских изделий, ФИО2 и ФИО3, также занимавшиеся продажей и пошивом медицинских изделий, не могли не знать требований законодательства Российской Федерации, предъявляемых к производству и сбыту медицинских изделий, а именно о наличии регистрационного удостоверения именно у производителя таких изделий. 

Из материалов дела следует, что 18 февраля 2021 года ФИО1 получил из ГКУЗ ПК «МЦ №17» 2 письма генерального директора ЗАО «№3» Х1. о том, что данная организация не производила медицинские изделия и что данные изделия являются незарегистрированными медицинскими изделиями.

19 февраля 2021 года ФИО1, понимая, что данная полученная информация является основанием для приостановления оплаты по Контракту и проведения проверки, желая реализовать совместный преступный умысел, направленный на хищение бюджетных средств до конца, и путем обмана сотрудников ГКУ ПК «№5» и ГКУЗ ПК «МЦ №17» получить полную оплату по Контракту, а также скрыть факт поставки фальсифицированных, незарегистрированных и некачественных медицинских изделий, попросил ФИО2 организовать получение подложного разрешения ЗАО «№3» индивидуальному предпринимателю А. на производство 60000 комплектов и 700000 халатов. ФИО2 попросил ФИО3 получить данное подложное разрешение с целью придать вид законности поставок в ГКУЗ ПК «МЦ №17» фальсифицированных, незарегистрированных и некачественных медицинских изделий и получения полной оплаты за это. ФИО3 в осуществление совместного умысла, не позднее 05 марта 2021 года приобрел подложное согласие генерального директора ЗАО «№3» Х1. на использование технической документации данной организации индивидуальным предпринимателем А. Также ФИО3 не позднее 14 апреля 2021 года приобрел заведомо подложное соглашение о сотрудничестве и совместной деятельности за № 1156/13, датированное 14 февраля 2020 года, между ЗАО «№3» и ИП А. В период с 14 по 19 апреля 2021 года ФИО3 в ООО «№15», на основании данного подложного соглашения о сотрудничестве и совместной деятельности получил недостоверный сертификат соответствия, датированный 2 ноября 2020 года, а также недостоверный сертификат соответствия, датированный 4 ноября 2020 года. Полученные подложные документы ФИО3 не позднее 19 апреля 2021 года передал ФИО2, который тогда же направил их ФИО1 для незаконного использования и предоставления в ГКУЗ ПК «МЦ №17» и ГКУ ПК «№5». Затем ФИО1, продолжая реализовывать совместный преступный умысел, организовал составление письма от имени и за подписью директора ООО «№2» Л. и направленное 25 мая 2021 года в ГКУ ПК «№5», согласно которому ФИО1 от имени Поставщика продолжал заверять Заказчика в надлежащем исполнении Контракта и поставке медицинских изделий соответствующего качества, с требованием оплатить поставленный товар в полном объеме, при этом предоставил Заказчику дополнительные недостоверные документы, а именно: подложные соглашение о сотрудничестве и совместной деятельности, сертификаты соответствия

Таким образом, ФИО1, ФИО3 и ФИО2, действующие совместно и согласованно, группой лиц по предварительному сговору, реализуя свой преступный умысел на хищение бюджетных денежных средств до конца и получения путем обмана полной оплаты по Контракту, после окончания ими производства фальсифицированных, незарегистрированных и некачественных медицинских изделий и их поставок в ГКУЗ ПК «МЦ №17», продолжили обманывать сотрудников данного учреждения и ГКУ ПК «№5» с предоставлением им заведомо для участников преступной группы подложных и недостоверных документов.

Кроме того, вопреки показаниям ФИО1, из переписки, обнаруженной в его сотовом телефоне, с представителем ГКУ ПК «№5» следует, что еще 31 декабря 2020 года он узнал о плохом качестве поставляемых халатов. 

Доводы стороны защиты о том, что ФИО2 и ФИО3 не имели контактов с ГКУ ПК «№5» и не знали конечного приобретателя медицинских изделий, что, по их мнению, свидетельствует о непричастности осужденных к совершению инкриминируемых преступлений, являются несостоятельными, поскольку как следует из установленных судом фактических обстоятельств дела, ФИО2 и ФИО3, принимали непосредственное участие в сбыте медицинских изделий через ООО «№4», ООО «№1» и ООО «№2», в том числе ФИО3 организовал незаконное производство, упаковку и маркировку медицинских изделий, организовал получение и предоставление фиктивных документов, ФИО2 также участвовал в незаконном производстве, заключал договоры, направлял документы, также осужденные организовывали поставку медицинских изделий непосредственно с места их производства на склады Пермского края. 

Наличие в действиях ФИО1, ФИО2 и ФИО3 корыстной заинтересованности, а также квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору» объективно подтверждено представленными доказательствами, поскольку ФИО1 как коммерческий директор ООО «№2» мог распоряжаться по своему усмотрению денежными средствами, поступившими на счета общества после оплаты реализованных медицинских изделий, при этом согласно условиям государственного контракта ООО «№2» за поставленные медицинские халаты производителя ЗАО «№3» должно было получить 62300000 рублей, сумма договора с ООО «№4» за поставку халатов составила 56000000 рублей, сумма договора ООО «№4» с ИП А. за поставку халатов составила 42000000 рублей, то есть прибыль ООО «№4» составила бы 14000000 рублей, что выше прибыли изготовителя и поставщика халатов по государственный контракту. При продаже комплектов защитной одежды производителя ЗАО «№3» прибыль ООО «№2» составила 11388960 рублей, поскольку получено от заказчика 25768960 рублей, договор с ООО «№1» заключен на сумму 14380000 рублей. Сумма договора между ИП А. и ООО «№1» не прописана, согласно акту взаимозачетов ИП поставила продукцию на 14092400 рублей. Кроме того, как следует из выписок по движению денежных средств по счетам указанных Обществ, ООО «№2» перечислило ООО «№1» 10200000 рублей, а Общество перечислило ИП А. 8050030 рублей, при этом в судебном заседании установлено, что ООО «№1» было создано ФИО2 исключительно с целью участия как сторона в сделке при исполнении ООО «№2» государственного контракта и фактически никакой деятельности не вело. 

На основании исследованных доказательств, судебная коллегия считает установленным, что еще до заключения государственного контракта осужденные вступили в предварительный сговор на производство и сбыт фальсифицированных медицинских изделий, незаконное производство и сбыт незарегистрированных медицинских изделий, а также сбыт недоброкачественных медицинских изделий, а также на хищение путем обмана денежных средств, выделенных для оплаты по контракту, поскольку осужденные заранее договорились о приобретении медицинских изделий, производимых ИП А. в отсутствии у последней регистрационного удостоверения. При этом каждый выполнял свою роль при совершении преступлений: ФИО1, обеспечил заключение государственного контракта, производил авансовый платеж на производство медицинских изделий, осужденные обеспечили заключение сделок с участием ООО «№4» и ООО «№1», которые формально создавали основания для передачи медицинских изделий от фактического изготовителя к месту реальной поставки изделий получателю, ФИО3 было организовано производство медицинских изделий, их упаковка и маркировка, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совместно обеспечили доставку медицинских изделий, ФИО1 обеспечил оформление и подписание документов о приеме-передаче медицинских изделий, получение денежных средств по контракту. При этом действия осужденных были направлены на достижение общего преступного результата. 

Доводы стороны защиты о том, что Постановлением Правительства РФ от 03 апреля 2020 года № 430 «Об особенностях обращения медицинских изделий, в том числе государственной регистрации серии (партии) медицинского изделия» установлен упрощенный порядок государственной регистрации медицинского изделия, судебная коллегия считает несостоятельными, поскольку ФИО3 за государственной регистрацией производимых им изделий так же не обращался.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 были заключены другие договоры в целях исполнения государственного контракта, которые, по мнению защиты, говорят о намерении ФИО1 исполнять свои обязательства, не свидетельствуют о невиновности осужденных, поскольку как следует из решения Арбитражного суда Пермского края от 16 июля 2024 года по делу № А50-30828/2021 все поставленные ответчиком по контракту № ** медицинские изделия не соответствуют регистрационным удостоверениям, соответственно, их обращение не допускается.

Факт получения и частичного использования медицинскими организациями фальсифицированных, незарегистрированных и недоброкачественных медицинских изделий, не свидетельствует об отсутствии в содеянном осужденными признака хищения, безвозмездности, поскольку в результате противоправных действий осужденных, потерпевший, произведя оплату за медицинские халаты и комплекты защитной одежды денежных средств на общую сумму 71719 660 рублей, не получил равноценного возмещения, а поставленные медицинские изделия не могли использоваться по назначению медицинским учреждениями, для которых они приобретались. 

Ведение осужденными активной претензионной переписки судебная коллегия расценивает как желание снять с себя ответственность за производство и сбыт фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных медицинских изделий, а также хищение денежных средств путем обмана потерпевшей стороны.

Направление денежных средств, полученных в качестве оплаты по государственному контракту, на уплату налогов правового значения для квалификации содеянного не имеет, поскольку представляет собой способ распоряжения похищенным.

Оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с требованиями Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", результаты ОРМ представлены следователю в установленном законом порядке.

Каких-либо нарушений при их проведении и предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности следователю, судебная коллегия не усматривает и приходит к выводу, что материалы оперативно-розыскных мероприятий соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам, предусмотренным уголовно-процессуальным законом в силу ст. 75 УПК РФ. Оснований для признания их недопустимыми доказательствами не имеется.

Судебная коллегия считает установленным наличие в действиях ФИО1 квалифицирующего признака «с использованием своего служебного положения», поскольку он осуществлял руководство текущей деятельностью Общества, совершал сделки и распоряжался имуществом, в том числе денежными и иными материальными средствами, осуществлял иные полномочия.

Также судебная коллегия считает, что преступные действия осужденных являются оконченными, поскольку ФИО1 как коммерческий директор ООО «№2» получил реальную возможность распоряжаться денежными средствами, перечисленными на расчетный счет Общества.

Доводы стороны защиты о том, что в результате использования лицами, которым выданы поставленные ООО «№2» медицинские изделия производителя ЗАО «№3», случаев заболевания в тяжелой форме не установлено, являются необоснованными, поскольку состав ст. 238.1 УК РФ является оконченным с момента незаконного производства и сбыта на территории РФ незарегистрированных медицинских изделий независимо от наступления или возможности наступления неблагоприятных последствий. Преступление считается оконченным в момент любого из перечисленных в диспозиции статьи действий при условии, что они совершены в крупном размере, то есть на сумму свыше 100 000 рублей. Наступление иных последствий законом не предусмотрено. Действия осужденных содержат все признаки состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ. 

Наличие в действиях осужденных квалифицирующих признаков инкриминируемых преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 2 ст. 238.1 УК РФ и ч. 4 ст. 159 УК РФ "крупный размер" и "особо крупный размер" подтверждается установленными судом как стоимостью медицинских изделий в сумме, превышающей 1 000 000 рублей, так и размером денежных средств на общую сумму 71719660 рублей, похищенных при совершении мошенничества, превышающим установленный в примечании 4 к ст. 158 УК РФ предел в 1 000 000 рублей.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ при совершении деяний, направленных на разные объекты преступного посягательства, имеет место идеальная совокупность преступлений. Такая позиция выражена в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2018 года N 18 "О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 Уголовного кодекса Российской Федерации", а так же в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17февраля 2015 № 307-О) о том, что в случае причинения вреда разным объектам преступления (в данном уголовном деле вреда здоровью граждан и общественной нравственности, а также праву собственности), то квалификация одного и того же преступного события по нескольким статьям уголовного закона, осуществленная с учетом уголовно-правовых принципов, в том числе законности, равенства граждан перед законом, вины, справедливости, и на основе установления соответствия фактических признаков содеянного и закрепленных законодателем признаков конкретных составов преступлений, не свидетельствует о нарушении принципа повторного привлечения лица к одному и тому же виду ответственности за одно и то же деяние.

Характер действий осужденных, а также наступившие последствия в виде причинения материального ущерба потерпевшему в результате производства и сбыта фальсифицированных, сбыта недоброкачественных и незаконного производства и сбыта незарегистрированных медицинских изделий образует идеальную совокупность преступлений. Так, объектом преступления, предусмотренного ст. 238.1 УК РФ, является здоровье неограниченного круга граждан. В то же время, если действия виновных были направлены на завладение денежными средствами потерпевшей стороны, то они подлежат дополнительной квалификации по ч. 4 ст. 159 УК РФ, поскольку объектом данного преступления является собственность потерпевших.

Место совершения преступления определяется по месту совершения преступных действий осужденных, направленных на хищение бюджетных денежных средств путем обмана, и их перевод на расчетные счета ООО «№2» - по месту нахождения главного казенного учреждения Пермского края «№5» г. Пермь, ул. ****, куда по указанию ФИО1 сотрудниками ООО «№2» доставлялись пакеты документов, содержащих, в том числе ложную информацию, для производства оплаты по государственному контракту.

Предварительное расследование по делу проведено с достаточной полнотой, обеспечивающей возможность установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу установлены и указаны в обвинительном заключении, которое соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ. Каких-либо препятствий для постановления судом приговора и оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, не имеется, поскольку из текста обвинительного заключения видно, что следственными органами в качестве места совершения преступления была определена территория Ленинского района г. Перми.

Все доказательства, представленные стороной защиты суду первой инстанции как в отдельности, так и в совокупности с иными доказательствами, изложенными в приговоре, не опровергают установленные фактические обстоятельства дела, и не ставят под сомнение выводы суда о виновности осужденных.

Таким образом, всесторонний анализ собранных по делу доказательств, добытых в установленном законом порядке, полно и объективно исследованных в судебном заседании, позволяют судебной коллегии установить фактические обстоятельства дела и квалифицировать действия ФИО1, ФИО2, ФИО3 по п. «а» ч. 2 ст. 238.1, ч. 4 ст. 159 УК РФ. 

Органом предварительного следствия подсудимому ФИО2 по ч. 4 ст. 159 УК РФ вменен квалифицирующий признак преступления «с использованием служебного положения», однако при описании фабулы обвинения не отражено совершение ФИО2 конкретных действий с использованием служебного положения, которые способствовали заключению ФИО1 государственного контракта между ООО «№2» и ГКУ ПК «№5» для хищения денежных средств, а также какие свои должностные полномочия он использовал для хищения денежных средств. При этом какие-либо организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в ООО «№2» ФИО2 не осуществлял. Создание ФИО2 ООО «№1» прежде всего было направлено на получение своей доли от похищенных денежных средств. Таким образом, поскольку данный квалифицирующий признак вменен излишне и не нашел подтверждения при исследовании доказательств в ходе судебного следствия, он подлежит исключению из обвинения ФИО2

С учетом доводов апелляционного представления судебная коллегия квалифицирует действия ФИО1, ФИО2, ФИО3 по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ, как производство и сбыт фальсифицированных медицинских изделий, сбыт недоброкачественных медицинских изделий, незаконное производство и сбыт незарегистрированных медицинских изделий, в крупном размере, совершенные группой лиц по предварительному сговору, а также по ч. 4 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, т.е. хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, а ФИО1 с использованием своего служебного положения.

Оснований для иной квалификации действий осужденных не имеется.

При назначении наказания осужденным судебная коллегия учитывает требования ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, роли и степени участия в совершении преступлений каждого из осужденных, их личности, а также состояния здоровья каждого из них. 

ФИО1 имеет постоянное место жительства, состоит в браке, имеет на иждивении 2 малолетних детей, трудоустроен, имеет источник постоянного дохода, характеризуется по месту жительства и работы положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет заболевание, ранее не судим, участвует в благотворительной деятельности.

ФИО2 имеет постоянное место жительства, не состоит в браке, но на его иждивении имеется 3 детей, 2 из которых малолетние, трудоустроен, имеет источник постоянного дохода, характеризуется по месту жительства и работы положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, имеет заболевания, ранее не судим.

ФИО3 является иностранным гражданином и не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации, в браке не состоит, но имеет на иждивении 2 малолетних детей, до взятия под стражу работал и имел источник постоянного дохода, по месту жительства и прежней работы характеризуется положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, ранее не судим.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденных, не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО1 за каждое из преступлений, судебная коллегия признает наличие на иждивении 2 малолетних детей, наличие заболеваний у него и членов его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО2 за каждое из преступлений, судебная коллегия признает наличие на иждивении 2 малолетних детей и несовершеннолетнего ребенка, наличие заболеваний у ФИО2 и членов его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО3 за каждое из преступлений, судебная коллегия признает наличие на иждивении 2 малолетних детей, наличие заболеваний у его близких лиц.

Судебная коллегия не усматривает оснований для признания в качестве смягчающего наказания обстоятельства ФИО3 частичного признания им вины по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ, поскольку частичное признание вины не входит в число обстоятельств, перечисленных в ч. 1 ст. 61 УК РФ и подлежащих учету в качестве смягчающих, а отнесение к таковым, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 61 УК РФ, осуществляется по усмотрению суда и не является для него обязательным. 

Учитывая необходимость соответствия наказания характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельствам их совершения и личности виновных, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание в отношении каждого из осужденных, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных, условия их жизни и их семьи, а также возраст, состояние здоровья, материальное положение осужденных, судебная коллегия считает, что исправление ФИО1, ФИО2, ФИО3 может быть достигнуто только в условиях изоляции от общества, поэтому им должно быть назначено наказание в виде лишения свободы за каждое из преступлений. Исправление осужденных и достижение других целей наказания возможно только в условиях их реальной изоляции от общества. Оснований для назначения более мягкого вида наказания судебная коллегия не усматривает.

Имеющиеся у ФИО1 и ФИО2 заболевания не препятствуют отбыванию им наказания в виде лишения свободы.

С учетом конкретных обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденных, их трудоспособного возраста, имущественного положения осужденных и их семей, возможности получения дохода, судебная коллегия считает необходимым по ч. 4 ст. 159 УК РФ назначить каждому из осужденных дополнительное наказание в виде штрафа и не назначать дополнительное наказание в виде ограничения свободы, по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ судебная коллегия считает необходимым назначить ФИО1, ФИО3, ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, а именно, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий, и не назначать дополнительное наказание в виде штрафа.

Считая, что иной вид наказания не будет способствовать достижению целей наказания - восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденных и предупреждению совершения ими новых преступлений, судебная коллегия не усматривает при этом оснований для применения ст. 73 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступлений, степени их общественной опасности, отсутствии обстоятельств, существенно уменьшающих их общественную опасность, судебная коллегия не находит оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения указанных преступлений, ролью виновных, их поведением во время и после совершения преступлений, как оснований к применению положений ст. 64 УК РФ судебная коллегия не усматривает.

Предусмотренных законом оснований для прекращения уголовного дела или уголовного преследования в отношении кого-либо из осужденных, постановления приговора без назначения наказания, освобождения ФИО1, ФИО3, ФИО2 от наказания или применения к кому-либо из осужденных отсрочки отбывания наказания не имеется.

Окончательное наказание каждому из осужденных подлежит назначению с учетом требований ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний по совокупности преступлений.

Вопреки доводам апелляционного представления, оснований для назначения осужденным более строгого наказания, судебная коллегия не находит, поскольку все заслуживающие внимание обстоятельства были учтены судом первой инстанции, который также обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1, ФИО3, ФИО2 должно быть назначено в исправительной колонии общего режима.

Министерством здравоохранения Пермского края заявлен гражданский иск о взыскании с осужденных в пользу бюджета Пермского края 272051660 рублей, в т.ч. в размере оплаты медицинских изделий производителя ЗАО «№3» 71719660 рублей. (т. 22 л.д. 115-117, 168).

В судебном заседании суда первой инстанции представитель потерпевшего Х2. поддержала гражданский иск с учетом уточнения исковых требований.

Осужденные ФИО1, ФИО2, ФИО3 гражданский иск не признали, возражали против его удовлетворения.

В соответствии с частью 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением. В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В соответствии с абз 2 ч. 1 ст. 2, п. 6 ч. 1 ст. 8, ст. 124 ГК РФ Российская Федерация, субъекты Российской Федерации являются участниками отношений, регулируемых гражданским законодательством, в т.ч. вытекающих вследствие причинения им вреда.

На основании ст.ст. 40, ч. 3 ст. 41 Бюджетного кодекса РФ средства, полученные в возмещение вреда, причиненного Российской Федерации, субъектам Российской Федерации, относятся к неналоговым доходам бюджетов и подлежат зачислению в доход соответствующего бюджета.

Судебной коллегией установлена вина осужденных ФИО1, ФИО3, ФИО2 в совместном причинении ущерба бюджету Пермского края в размере 71719660 рублей в результате хищения денежных средств, главным распорядителем бюджетных средств в отношении которых являлось Министерство здравоохранения Пермского края. 

С учетом установленных обстоятельств судебная коллегия считает, что гражданский иск Министерства здравоохранения Пермского края подлежит удовлетворению частично путем взыскания с осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 в солидарном порядке 71719660 рублей в доход бюджета Пермского края. При этом судебная коллегия учитывает, что решением Арбитражного суда Пермского края от 16 июля 2024 года по делу № А50-30828/2021 с ООО «№2» в пользу ГКУ ПК «№5» взыскана денежная сумма в размере 202 166 880 рублей 16 копеек, в том числе 200 332 272 рублей за средства индивидуальной защиты и штраф в размере 1 834 608 рублей 16 копеек, за вычетом суммы, в размере 71719660 рублей, взысканной приговором Ленинского районного суда г. Перми от 26 июля 2023 года. 

Арест, наложенный на имущество, принадлежащее подсудимому ФИО1: 18/20 доли в праве собственности на жилое помещение площадью 139 кв.м. по адресу г. Челябинск, ****, кадастровый номер **, кадастровой стоимостью 4744515 рублей, 1/2 долю в праве собственности на нежилое здание площадью 369,4 кв.м. по адресу 

<

...>, кадастровый номер **, кадастровой стоимостью 3915163 рубля 47 коп., 1/2 долю в праве на земельный участок площадью 335 кв.м. по адресу г. Челябинск, пер. ****, кадастровый номер **, кадастровой стоимостью 551363 рубля 10 коп., транспортное средство – мотоцикл марки «Ява 350», 1980 г.в., государственный регистрационный знак **, номер двигателя **, стоимостью 150000 рублей, денежные средства в общей сумме 1326000 рублей, 375 евро, 7 долларов США, а также денежные средства в пределах суммы 276709482 рубля, находящиеся и поступающие на счета, открытые на имя ФИО1 в кредитных учреждениях: в Челябинском отделении № 8597 ПАО Сбербанк России № ** (открыт 15.08.2014 г.), в отделении № 6602 ПАО Банк ВТБ в г. Екатеринбурге счет № ** (открыт 4.02.2013 г.), счет № ** (открыт 9.07.2019 г.), счет № ** (открыт 19.01.2016 г.), счет № ** (открыт 19.01.2016 г.), № ** (открыт 19.01.2016 г.), № ** (открыт 10.08.2021 г.), следует сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

Кроме того, на стадии предварительного следствия в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска был наложен арест на имущество, принадлежащее ООО «№2» (ИНН **): транспортное средство марки «Мерседес-Бенц GL (Mercedes Benz GL) 350» 2013 г.в., государственный регистрационный знак **, идентификационный номер (VIN) **, денежные средства, находящиеся на счетах ООО «№2» (ИНН **) в кредитных учреждениях: в Челябинском отделении № 8597 ПАО Сбербанк России № ** (открыт 16.04.2019 г.), в ПАО «Акционерный челябинский инвестиционный банк «Челябинвестбанк» № ** (открыт 26.09.2017 г.), в ПАО Банк ВТБ «Центральный» в г. Москва № ** (открыт 19.02.2014 г.), № ** (открыт 27.10.2017 г.), № ** (открыт 19.01.2018 г.).

Суду не представлено доказательств того, что указанное транспортное средство и (или) денежные средства на указанных счетах ООО «№2» принадлежат подсудимым либо добыты преступным путем, в связи с чем арест с указанного имущества подлежит снятию.

Вещественные доказательства: 

- мобильный телефон марки «iPhone 12», принадлежащий Л., мобильный телефон марки «Xiaomi», ноутбук марки «Acer», принадлежащие ФИО1, печать ООО «№2», мобильный телефон марки «iPhone 12», принадлежащий ФИО2, мобильный телефон марки «iPhone 11», принадлежащий С1., мобильный телефон марки «Honor», принадлежащий Ф1., мобильный телефон марки «iPhone 11», ноутбук марки «Lenovo», системный блок марки «DNS», швейная машина марки «Gemsey», оверлок марки «Ямато АОМ3», принадлежащие А., приказы ИП А. по кадровым вопросам, договоры аренды нежилого помещения, заключенные ИП А., журналы учета (регистрации), изъятые в ГКУЗ ПК «МЦ №17», подлежат возвращению по принадлежности их владельцам; 

- прямострочную швейную машину марки «BAOYU CT 180» и четырехниточный оверлок марки «VMA SEWING» - следует оставить у Ф2.;

- заграничный паспорт на имя ФИО1 подлежит передаче в УВМ ГУ МВД России по Пермскому краю в соответствии с требованиями п. 4 ст. 15, абз. 2 ст. 18 Федерального закона от 15.08.1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию»;

- документы ГКУ ПК «№5», ГКУ ПК «№21», ГКУЗ ПК «МЦ «№17», ООО «№2», ООО «№4», ООО «№1», ИП А., ЗАО «№3», относящиеся к исполнению государственного контракта № ** от 12.11.2020 г., договоров между ООО «№2» и ООО «№4», ООО «№1», ИП А. (контракты, договоры, соглашения, спецификации, счета на оплату, УПД, счета-фактуры, накладные, акты приема-передачи, реестры, платежные поручения, акты сверки, иные финансово-хозяйственные первичные документы и документы бухгалтерского учета, сертификаты соответствия, регистрационные удостоверения, переписка), банковские выписки о движении денежных средств по счетам ООО «№4», ИП А., флеш-накопитель и CD-R диски, содержащие банковские выписки о движении денежных средств по счетам ООО «№2», ООО «№1», ИП А., флеш-накопитель, содержащий графические и аудиофайлы, предоставленную ФИО2, CD-R диск, содержащий информацию, полученную в ходе ОРМ «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности» в ГКУ ПК «№5» от 18.03.2021 г., CD-R диски, содержащие сведения о телефонных соединениях, предоставленные ПАО «ВымпелКом», ПАО «МТС», ПАО «МегаФон», - подлежат хранению при уголовном деле;

- медицинские изделия «халат хирургический нестерильный одноразовый» в количестве 60 штук, «комплект одноразовый нестерильный» в количестве 20 штук, поставленные по государственному контракту № **, изъятые в ходе выемки в ГКУЗ ПК «МЦ «№17», медицинские изделия «комплект одежды медицинской для персонала одноразовый нестерильный», «халат хирургический» в количестве по 5 штук, предоставленные ЗАО «№3», 2 образца медицинских изделий, изъятых 4.04.2022 г. в ходе осмотра швейного цеха по адресу ****, медицинские изделия «халат хирургический нестерильный одноразовый» в количестве 9 штук, «комплект одноразовый нестерильный» в количестве 3 штук, изъятые в ходе ОРМ «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности» в ГБУЗ ПК «№8» от 18.03.2021 г., копии документов ООО «№22», на имя Г1., тетрадь с записями, изъятая у Ч1. следует уничтожить, поскольку они не представляют ценности и не были истребованы заинтересованными лицами.

В соответствии с п. 3 Постановления Правительства РФ от 10 февраля 2022 года № 145 «Об утверждении Правил изъятия из обращения и уничтожения фальсифицированных медицинских изделий, недоброкачественных медицинских изделий и контрафактных медицинских изделий» фальсифицированные и недоброкачественные медицинские изделия подлежат изъятию из обращения и уничтожению на основании решения владельца таких медицинских изделий, решения Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения и ее территориальных органов или решения суда, за исключением случаев их вывоза с территории Российской Федерации до срока уничтожения. 

Достоверно установив, что реализованные потерпевшему - медицинские халаты в количестве 539155 штук, комплекты одежды защитной в количестве 51174 штук, являются недоброкачественными и незарегистрированными медицинскими изделиями, не представляющими ценности и не пригодными к использованию в медицинских целях, судебная коллегия считает, что они подлежат уничтожению в порядке, установленном Постановлением Правительства РФ от 10 февраля 2022 года № 145 «Об утверждении Правил изъятия из обращения и уничтожения фальсифицированных медицинских изделий, недоброкачественных медицинских изделий и контрафактных медицинских изделий». При этом данное решение, принятое в соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ не противоречит решению Арбитражного суда Пермского края от 16 июля 2024 года по делу № А50-30828/2021, которым указанные изделия решено вернуть ООО «№2».

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.23, 389.24, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Ленинского районного суда г. Перми от 26 июля 2023 года в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 отменить.

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 238.1, ч. 4 ст. 159 УК РФ и назначить ему наказание:

по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 года;

по ч. 4 ст. 159 УК РФ в виде 6 лет лишения свободы со штрафом в размере 500000 рублей.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 7 (семи) лет лишения свободы со штрафом в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 (три) года, с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 238.1, ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание:

по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ в виде 5 лет лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 2 (два) года;

по ч. 4 ст. 159 УК РФ в виде 5 лет лишения свободы со штрафом в размере 400000 рублей.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО2 наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы со штрафом в размере 400000 (четыреста тысяч) рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 2 (два) года с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 238.1, ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание:

по п. «а» ч. 2 ст. 238.1 УК РФ в виде 5 лет 6 месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 года;

по ч. 4 ст. 159 УК РФ в виде 6 лет лишения свободы со штрафом в размере 500000 рублей.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО3 наказание в виде 7 (семи) лет лишения свободы со штрафом в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с производством, изготовлением и реализацией медицинских изделий на срок 3 (три) года, с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1, ФИО2, ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу – 24 января 2025 года.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1, ч. 3.4 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 время содержания под стражей с 6 апреля 2022 года до 18 июня 2022 года, с 26 июля 2023 года до 13 ноября 2023 года, с 13 ноября 2024 года до вступления апелляционного приговора в законную силу - до 24 января 2025 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, время нахождения под домашним арестом с 18 июня 2022 года по 7 марта 2023 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а также отбытое наказание с 13 ноября 2023 года до 13 ноября 2024 года из расчета день за день.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ зачесть в срок отбытия наказания ФИО2 время содержания под стражей по настоящему уголовному делу с 3 апреля 2022 года по 8 апреля 2022 года, с 26 июля 2023 года до 13 ноября 2023 года, с 13 ноября 2024 года до вступления апелляционного приговора в законную силу - до 24 января 2025 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, время запрета определенных действий с 9 апреля 2022 года до 26 июля 2023 года из расчета два дня запрета за один день содержания под стражей, а указанный период содержания под стражей зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также отбытое наказание с 13 ноября 2023 года до 13 ноября 2024 года из расчета день за день.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбытия наказания ФИО3 время содержания под стражей с 3 апреля 2022 года до 13 ноября 2023 года, с 13 ноября 2024 года до вступления апелляционного приговора в законную силу - до 24 января 2025 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также отбытое наказание с 13 ноября 2023 года до 13 ноября 2024 года из расчета день за день.

Удовлетворить гражданский иск Министерства здравоохранения Пермского края частично. 

Взыскать солидарно с ФИО1, ФИО3, ФИО2 71719660 (семьдесят один миллион семьсот девятнадцать тысяч шестьсот шестьдесят) рублей в доход бюджета Пермского края. В остальной части в удовлетворении гражданского иска отказать.

Сохранить наложенный арест до исполнения приговора в части гражданского иска на принадлежащее ФИО1 имущество: 

- 18/20 доли в праве собственности на жилое помещение площадью 139 кв.м. по адресу ****, кадастровый номер **, кадастровой стоимостью 4744515 рублей; 

- 1/2 долю в праве собственности на нежилое здание площадью 369,4 кв.м. по адресу ****, кадастровый номер **, кадастровой стоимостью 3915163 рубля 47 коп.;

- 1/2 долю в праве на земельный участок площадью 335 кв.м. по адресу ****, кадастровый номер **, кадастровой стоимостью 551363 рубля 10 коп.;

- транспортное средство – мотоцикл марки «Ява 350», 1980 г.в., государственный регистрационный знак **, номер двигателя **, стоимостью 150000 рублей;

- денежные средства в общей сумме 1326000 рублей, 375 евро, 7 долларов США, 

- денежные средства в пределах суммы 71719660, находящиеся, а также поступающие на счета, открытые на имя ФИО1 в кредитных учреждениях:

№ **, открытый 15.08.2014 г. в Челябинском отделении № 8597 ПАО Сбербанк России;

№ **, открытый 4.02.2013 г. в отделении № 6602 ПАО Банк ВТБ в г. Екатеринбурге;

№ **, открытый 9.07.2019 г. в отделении № 6602 ПАО Банк ВТБ в г. Екатеринбурге;

№ **, открытый 19.01.2016 г. в отделении № 6602 ПАО Банк ВТБ в г. Екатеринбурге;

№ **, открытый 19.01.2016 г. в отделении № 6602 ПАО Банк ВТБ в г. Екатеринбурге;

№ **, открытый 19.01.2016 г. в отделении № 6602 ПАО Банк ВТБ в г. Екатеринбурге;

№ **, открытый 10.08.2021 г. в отделении № 6602 ПАО Банк ВТБ в г. Екатеринбурге.

Отменить наложенный арест на следующее имущество, принадлежащее ООО «№2» (ИНН **): 

- транспортное средство марки «Мерседес-Бенц GL (Mercedes Benz GL) 350» 2013 г.в., государственный регистрационный знак **, идентификационный номер (VIN) **;

- денежные средства, находящиеся на счетах ООО «№2» (ИНН **) в кредитных учреждениях:

№ **, открытый 16.04.2019 г. в Челябинском отделении № 8597 ПАО Сбербанк России;

№ **, открытый 26.09.2017 г. в ПАО «Акционерный челябинский инвестиционный банк «Челябинвестбанк»;

№ **, открытый 19.02.2014 г. в ПАО Банк ВТБ «Центральный» в г. Москва;

№ **, открытый 27.10.2017 г. в ПАО Банк ВТБ «Центральный» в г. Москва;

№ **, открытый 19.01.2018 г. в ПАО Банк ВТБ «Центральный» в г. Москва.

Вещественные доказательства: 

- мобильный телефон марки «iPhone 12», принадлежащий Л., мобильный телефон марки «Xiaomi», ноутбук марки «Acer», принадлежащие ФИО1, печать ООО «№2», мобильный телефон марки «iPhone 12», принадлежащий ФИО2, мобильный телефон марки «iPhone 11», принадлежащий С1., мобильный телефон марки «Honor», принадлежащий Ф1., мобильный телефон марки «iPhone 11», ноутбук марки «Lenovo», системный блок марки «DNS», швейная машина марки «Gemsey», оверлок марки «ЯМАТО/АОМ3», принадлежащие А., приказы ИП А. по кадровым вопросам, договоры аренды нежилого помещения, заключенные ИП А., журналы учета (регистрации), изъятые в ГКУЗ ПК «МЦ №17» – вернуть по принадлежности их владельцам;

- прямострочную швейную машину марки «BAOYU CT 180» и четырехниточный оверлок марки «VMA SEWING» - оставить у Ф2.;

- заграничный паспорт на имя ФИО1 передать в УВМ ГУ МВД России по Пермскому краю;

- документы ГКУ ПК «№5», ГКУ ПК «№21», ГКУЗ ПК «МЦ «№17», ООО «№2», ООО «№4», ООО «№1», ИП А., ЗАО «№3», относящиеся к исполнению государственного контракта № ** от 12 ноября 2020 года, договоров между ООО «№2» и ООО «№4», ООО «№1», ИП А. (контракты, договоры, соглашения, спецификации, счета на оплату, УПД, счета-фактуры, накладные, акты приема-передачи, реестры, платежные поручения, акты сверки, иные финансово-хозяйственные первичные документы и документы бухгалтерского учета, сертификаты соответствия, регистрационные удостоверения, переписка), банковские выписки о движении денежных средств по счетам ООО «№4», ИП А., флеш-накопитель и CD-R диски, содержащие банковские выписки о движении денежных средств по счетам ООО «№2», ООО «№1», ИП А., флеш-накопитель, содержащий графические и аудиофайлы, предоставленную ФИО2, CD-R диск, содержащий информацию, полученную в ходе ОРМ «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности» в ГКУ ПК «№5» от 18.03.2021 г., CD-R диски, содержащие сведения о телефонных соединениях, предоставленные ПАО «ВымпелКом», ПАО «МТС», ПАО «МегаФон», - хранить при уголовном деле;

- медицинские халаты в количестве 539155 штук, комплекты одежды защитной в количестве 51174 штук, поставленные по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года, находящиеся на хранении в ГКУЗ ПК «МЦ «№17» и медицинских учреждениях Пермского края – уничтожить в порядке, установленном Постановлением Правительства РФ от 10 февраля 2022 года № 145 «Об утверждении Правил изъятия из обращения и уничтожения фальсифицированных медицинских изделий, недоброкачественных медицинских изделий и контрафактных медицинских изделий»;

- медицинские изделия: «халат хирургический нестерильный одноразовый» в количестве 60 штук, «комплект одноразовый нестерильный» в количестве 20 штук, поставленные по государственному контракту № ** от 12 ноября 2020 года, изъятые в ходе выемки в ГКУЗ ПК «МЦ «№17», медицинские изделия «комплект одежды медицинской для персонала одноразовый нестерильный», «халат хирургический» в количестве по 5 штук, предоставленные ЗАО «№3», 2 образца медицинских изделий, изъятых 4.04.2022 г. в ходе осмотра швейного цеха по адресу г. Казань, ул. ****, медицинские изделия «халат хирургический нестерильный одноразовый» в количестве 9 штук, «комплект одноразовый нестерильный» в количестве 3 штук, изъятые в ходе ОРМ «обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности» в ГБУЗ ПК «ГКБ № №8» от 18.03.2021 г., копии документов ООО «№22», на имя Г1., тетрадь с записями, изъятая у Ч1. – уничтожить.

Реквизиты для уплаты штрафа:

Получатель: УФК по Пермскому краю (Следственное управление Следственного комитета Россиской Федерации по Пермскому краю, л/с 

<

***>)

ИНН 

<

***> КПП 590401001

Банк получателя: Отделение Пермь Банка России // УФК по Пермскому краю

Расчетный счет: 

<

***>

Кореспондентский счет: 40102810145370000048 

БИК: 015773997

КБК (код бюджетной классификации): 41711603121010000140

ОКТМО 57701000

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденных, содержащихся под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ. 

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий 

Судьи