Мировой судья Алексеев Э.М. дело № 10-1/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

30 января 2020 года город Лагань 

Лаганский районный суд Республики Калмыкия

в составе: председательствующего судьи Ангрикова А.В.,

при секретаре ФИО4,

с участием государственного обвинителя – 

заместителя прокурора 

<

адрес> 

Республики Калмыкия ФИО13,

осужденного ФИО1, 

его защитника – адвоката ФИО5,

осужденного ФИО2, 

его защитника – адвоката ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката ФИО5, осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката ФИО7 и апелляционное представление прокурора 

<

адрес> Республики Калмыкия ФИО12 на приговор мирового судьи судебного участка Лаганского судебного района Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 15 % из его заработка в доход государства,

ФИО2, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 15 % из его заработка в доход государства,

установил:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в незаконной добыче и хранении особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, охраняемым международными договорами Российской Федерации, при следующих согласно приговору обстоятельствах.

Согласно Приказу Росрыболовства от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении перечня особо ценных и ценных водных биоресурсов, отнесенных к объектам рыболовства», «Севрюга» («acipenser stellatus») относится к особо ценным видам водных биоресурсов, отнесенных к объектам рыболовства.

В соответствии с Перечнем особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ, для целей статей 226.1, 258.1 УК РФ, утвержденным постановлением Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, рыба осетровых видов «Севрюга» («acipenser stellatus») относится к особо ценным водным биологическим ресурсам, принадлежащим к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ.

ДД.ММ.ГГГГ примерно в 17 часов 00 минут ФИО1 и ФИО2, передвигаясь на маломерном судне типа «Лодка» с бортовым номером №, под руль-мотором «Ямаха-40», по каналу в районе урочища «Шматок» с раскатной части Каспийского моря в направлении 

<

адрес> Республики Калмыкия, на удалении 23 км северо-восточнее 

<

адрес> Республики Калмыкия, обнаружили в камышовых зарослях одну особь рыбы осетровых видов «Севрюга» («acipenser stellatus») весом 14 кг. 

Далее ФИО1 и ФИО2, имея умысел на незаконное приобретение рыбы осетровых видов, зная, что рыба осетровых видов «Севрюга» («acipenser stellatus») относится к особо ценным водным биологическим ресурсам, принадлежащим к видам, охраняемым международными договорами РФ, и запрещена в свободном обороте, осознавая противоправный характер своих действий, в нарушений требований ст.ст. 13 и 25 Постановления межпарламентской ассамблеи государств-участников содружества независимых государств от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

адрес> «О модельном законе о сохранении осетровых рыб, их воспроизводстве, рациональном использовании и регулировании оборота продукции их них», Соглашения Прикаспийских государств от ДД.ММ.ГГГГ «О сохранении и рациональном использовании водных биологических ресурсов Каспийского моря», ратифицированного Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 311-ФЗ, присвоили найденную особь рыбы осетровых видов «Севрюга» («acipenser stellatus») и поместили на борт своего маломерного судна, тем самым незаконно приобрели особо ценные водные биологические ресурсы, принадлежащие к видам, охраняемым международными договорами РФ, и обеспечили её незаконное хранение до обнаружения и изъятия сотрудниками пограничных органов в 17 часов 11 минут ДД.ММ.ГГГГ. 

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 и ФИО2 вину в предъявленном им обвинении по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ не признали.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 и его защитник ФИО5, оспаривая установленные судом фактические обстоятельства дела и квалификацию деяния, просят приговор мирового судьи отменить и вынести оправдательный приговор. В обоснование доводов жалобы указывают, что из обвинения ФИО1 по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ подлежат исключению сведения о наличии в незаконно приобретенной и в последующем в незаконно хранимой рыбе осетровых видов икры весом 2,6 кг, а также сведения о незаконном хранении незаконной добытой рыбы осетровых видов. Полагают, что незаконное приобретение и хранение икры весом 2,6 кг относится к объективной стороне преступления, поэтому должно быть отнесено к признаку состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 258.1 УК РФ. Икра должна быть исключена из признака состава преступления, так как не может быть предметом обвинения, а должна быть отнесена под частями или производными водных биологических ресурсов, которые имеют отдельный признак состава преступления, и в отношении ФИО1 он не вменен. Незаконное хранение добытой рыбы осетровых видов ФИО1 не вменяется. Суд в приговоре указал, что действия ФИО1 содержат состав преступления, и подлежат правовой квалификации по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ, как незаконные добыча и хранение особо ценных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, охраняемым международными договорами. Исходя из данного смысла, суд вменил ФИО1 другой квалифицирующий признак преступления – незаконная добыча, который дознанием не был вменен. Суд в указанном случае заменяет собой обвинение, тем самым ухудшил положение осужденного ФИО1 Считают, что суд исключил из обвинения ФИО1 квалифицирующий признак – приобретение. При этом суд, квалифицируя действия ФИО1, не указал, что «Севрюга» принадлежит к видам, занесенным в Красную книгу РФ. Из указанного следует, что в предмет обвинения входит только та рыба, которая занесена в Красную книгу РФ, поэтому квалифицирующий признак незаконное хранение должен быть исключен из обвинения. 

В судебном заседании суда первой инстанции было отклонено их ходатайство о признании недопустимым доказательством заключения ихтиологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку оно явилось преждевременным. Данные выводы противоречат п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)». Далее, суд признал, что ихтиологическая экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ проведена ведущим ихтиологом ФГБУ «Главрыбвода» ФИО6, то есть специалистом. Исследование и заключение составляются и подписываются экспертом, а не ихтиологом и специалистом. Более того, ФИО6 был предупрежден по ст. 307 УК РФ как специалист, а не эксперт. Указанные обстоятельства противоречат п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной экспертизе по уголовным делам». Действия ФИО6 до проведения им экспертизы являются незаконными, поскольку эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования. 

Далее, мировой судья согласился с мнением государственного обвинителя и признал, что преступление совершено осужденными группой лиц, тем самым ухудшил положение осужденного ФИО1 и признал в его действиях отягчающие обстоятельства. Диспозиция ч. 1 ст. 258.1 УК РФ не содержит квалифицирующий признак – группа лиц. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 и его защитник ФИО7, оспаривая установленные судом фактические обстоятельства дела и квалификацию деяния, просят приговор мирового судьи отменить, и вынести оправдательный приговор. В обоснование доводов жалобы указывают, что все собранные по делу доказательства, на которые сослался суд первой инстанции как на доказательства его вины, не согласуются между собой и материалами дела. Показания свидетелей ФИО11, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, данные в ходе расследования уголовного дела абсолютно идентичны, что вызывает сомнения в их достоверности. Более того, указанные свидетели являются сотрудниками пограничного органа и заинтересованы в исходе дела. Между ФИО2 и ФИО14 не было предварительного сговора на совершение преступления. Вывод суда о том, что преступление ими совершено группой лиц, являются несостоятельными, поскольку статья 258.1 не предусматривает признака «группой лиц». 

Вызывают сомнение показания свидетелей ФИО10 и ФИО9, где они подробно описывают расположение рыбы в салоне МПС, ее внешние признаки, а также действия ФИО2 и ФИО1 Они не согласуется с протоколом «Обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от ДД.ММ.ГГГГ. Как утверждает осужденный и его защитник, из показаний свидетелей ФИО10, ФИО9, ФИО8 и ФИО11 следует, что навигационный прибор «Гармин» был изъят у ФИО1, а согласно указанного протокола он обнаружен в носовой части судна на полке, откуда был изъят. 

В показаниях свидетелей ФИО10, ФИО9, ФИО8 и ФИО11 нет сведений о составлении ФИО11 в месте проведения оперативно-розыскного мероприятия протокола «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» и об упаковке изъятого имущества. В суде свидетель ФИО11 показал, что оперативно-розыскное мероприятие «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от ДД.ММ.ГГГГ проводил он. Видеосъемку производил с помощью камеры мобильного телефона, протокол составил там же на берегу канала с видеозаписи, протокол был прочитан и подписан участвующими лицами, изъятое имущество было упаковано и снабжено пояснительной запиской. Однако его показания противоречат показаниям свидетеля ФИО8 Фактически ДД.ММ.ГГГГ во время проведения оперативно-розыскного мероприятия протокол ФИО11 не составлялся, и в нарушение ст. 177 УПК РФ изъятое имущество упакованы и снабжены пояснительными записями не были.

В описательной части протокола «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» от ДД.ММ.ГГГГ и на видеозаписи нет сведений об идентификационном номере изъятого руль-мотора «Ямаха-40», также как и нет сведений о приостановлении видеозаписи для составления указанного протокола, об ознакомлении участвующих лиц с протоколом и с видеозаписью, о соответствии содержания видеозаписи с содержанием протокола. Более того, в суде свидетель ФИО11 показал, что перед началом оперативно-розыскного мероприятия он разъяснил ФИО2 и ФИО1 ст. 51 Конституции РФ. Фактически им права разъяснены не были, а также порядок производства обследования. 

Судом первой инстанции не устранены сомнения о том, ФИО2 или иным лицом выполнены подписи в протоколе «Обследование помещений, сооружений, зданий, участков местности и транспортных средств» Из заключения судебной почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ответить на данный вопрос не представилось возможным. Таким образом, считают, что протокол «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» и видеозапись к нему являются недопустимым доказательством, как добытое с нарушением уголовно-процессуального закона.

В приговоре в качестве доказательства вины ФИО2 приведено заключение ихтиологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Однако данная экспертиза, в нарушении требований ст. 195 УПК РФ, проведена не экспертом, а ведущим ихтиологом Калмыцкого межрайонного отдела ФГБУ «Главрыбвод» ФИО6 и подписана им. Из показаний, данных ФИО6 в суде, следует, что он не знает Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», с юридическими тонкостями не знаком, проводит экспертизу как специалист, составляет заключение по образцу, который ему дали. При исследовании данного доказательства в суде установлено, что ФИО6 не были разъяснены его права и обязанности, предусмотренные ст.ст. 16 и 17 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Вышеизложенное свидетельствует, что заключение специалиста (эксперта) составлено с нарушением процессуальных норм законодательства РФ, исследования проведены не в полном объеме, а выводы не аргументированы. Данное доказательство является недопустимым доказательством.

Согласно приговора суда вина ФИО2 доказана протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ с фототаблицей к нему, где указано, что на территории склада отдела в 

<

адрес> ПУ ФСБ России по 

<

адрес> и 

<

адрес> были осмотрены МПС типа «Лодка» с бортовым номером №, аккумулятор, 3 пластиковых бака красного цвета с надписью «Ямаха» объемом 25 л, руль-мотор «Ямаха-40» без серийного номера, 1 пропиленовый мешок с рыбой осетровых видов «Севрюга» в количестве 1 штуки весом 14 кг, полиэтиленовый пакет с икрой рыбы весом 2,6 кг, брюхо рыбы вспорото. Однако считают, что часть из указанного имущества, а именно 3 пластиковых бака, аккумулятор не были изъяты. По их мнению, остается открытым вопрос об осмотре икры, извлеченной из рыбы. В описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния отсутствуют сведения о способе совершения ФИО2 преступления, о мотиве и о наступивших общественно-опасных последствиях. Из обвинительного акта следует, что ФИО2 обвинялся в совершении, преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 258.1 УК РФ, как незаконные приобретение и хранение особо ценных диких водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ, то есть в совершении не существующей в уголовном законе нормы «дикие водные биологические ресурсы». Судом первой инстанции данное обстоятельство оставлено без внимания. Кроме того, в приговоре указано, что действия ФИО2 содержат состав преступления и подлежат квалификации по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ, как незаконные добыча и хранение особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, охраняемым международными договорами РФ. Исходя из указанного, полагают, что суд вменил ФИО2 квалифицирующий признак «незаконная добыча особо ценных водных биологических ресурсов», который органом, проводившим расследование, не был вменен. В данном случае суд заменил собой обвинение и тем самым ухудшил положение ФИО2 При этом суд правильно исключил из обвинения квалифицирующий признак «незаконное приобретение особо ценных водных биологических ресурсов», так как ФИО2 не совершал данное действие. Предметом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 258.1 УК РФ могут быть особо ценные водные биологические ресурсы, принадлежащие к видам, занесенным в Красную книгу РФ. В приговоре при квалификации его действий ссылка на «принадлежащие к видам, занесенным в Красную книгу РФ» отсутствует. В связи с чем квалифицирующий признак «незаконное хранение особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, охраняемым международными договорами РФ» ставится под сомнение и подлежит исключению из обвинения.

В своем апелляционном представлении прокурор 

<

адрес> Республики Калмыкия ФИО12 просил приговор мирового судьи изменить и квалифицировать действия ФИО1 и ФИО2 по части 1 статьи 258.1 УК РФ, как незаконные приобретение и хранение особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ.

В возражениях на апелляционное представление прокурора осужденные и их защитники просили в его удовлетворении отказать, при этом удовлетворив их апелляционные жалобы. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, осужденные ФИО1 и ФИО2, а также их защитники ФИО5 и ФИО7 поддержали апелляционные жалобы в полном объеме и просили их удовлетворить, при этом отказать в удовлетворении апелляционного представления прокурора. Вину в инкриминируемом преступлении осужденные не признали.

Государственный обвинитель ФИО13 поддержал апелляционное представление в полном объеме и просил его удовлетворить, а в удовлетворении апелляционных жалоб осужденных ФИО1 и ФИО2 отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденных, апелляционного представления прокурора, суд находит приговор мирового судьи подлежащим изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ решение суда должно быть законным, обоснованным, мотивированным и справедливым.

Судом первой инстанции судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон, ущемления прав осужденных не допущено.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ. 

В нем указаны обстоятельства преступного деяния, установленные мировым судьей, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденных в содеянном, и мотивированы выводы относительно квалификации преступления.

Совершение ФИО1 и ФИО2 указанного преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, которым суд в приговоре дал оценку и обоснованно признал их относимыми, допустимыми и достаточными для вывода о доказанности совершения преступления и вины осужденных. 

Наказание ФИО1 и ФИО2 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, то есть с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденных, приведенных в приговоре суда, и других конкретных обстоятельств дела. 

При назначении наказания, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд в полной мере учел смягчающие наказание обстоятельства ФИО1 и ФИО2, а также отягчающие наказания обстоятельства, согласно п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ, при этом судом учтены данные о личности осужденных.

Вывод суда о виновности ФИО14 и ФИО2 в совершенном ими преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 258.1 УК РФ, сомнений не вызывает. 

Выводы суда о назначении осужденным наказания в виде исправительных работ мотивированы, изложены в приговоре и являются правильными. Назначенное наказание является справедливым и соразмерным совершенному деянию, в полном объеме согласуется с нормами уголовного закона, отвечает целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, отвечает общим началам назначения наказания, оснований для его смягчения не имеется.

Суд первой инстанции обоснованно, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности ФИО1 и ФИО2, не усмотрел оснований для освобождения их от уголовной ответственности, о чем правильно указал в своем приговоре, постановив в отношении осужденных обвинительный приговор, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований нет, в связи с чем доводы осужденных и их защитников о вынесении оправдательного приговора подлежат отклонению.

Доводы осужденного ФИО1 и его защитника ФИО5 о том, что в судебном заседании суда первой инстанции было отклонено их ходатайство о признании недопустимым доказательством заключения ихтиологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку оно явилось преждевременным, и противоречат п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» признаются судом апелляционной инстанции не состоятельными, поскольку как указано в самом п. 5 указанного Пленума, ходатайства, поступившие до начала рассмотрения дела либо заявленные в подготовительной части судебного заседания, об исключении доказательств, полученных с нарушением требований уголовно-процессуального закона, разрешаются непосредственно после их заявления и обсуждения.

Своим постановлением от ДД.ММ.ГГГГ и в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ мировой судья отказал в удовлетворении ходатайства защитника ФИО5 об исключении из перечня доказательств заключения ихтиологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Данный отказ мотивирован мировым судьей и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

В этой связи, выводы осужденных и их защитников о том, что заключение ихтиологической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ проведено в нарушение требований ст. 195 УПК РФ, проведена не экспертом, а ведущим ихтиологом Калмыцкого межрайонного отдела ФГБУ «Главрыбвод» ФИО6 и подписана им, не принимаются во внимание, поскольку она проведена уполномоченным лицом на основании постановления дознавателя, с представлением в его распоряжение объектов экспертизы. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, компетентность эксперта подтверждена. 

Данные, которые бы свидетельствовали о необъективности ФИО6 и его заинтересованности в результатах экспертного исследования, в материалах дела не имеются. Выводы экспертизы убедительны, научно обоснованы, надлежащим образом мотивированы и не содержат противоречий и неточностей. 

Кроме того, согласно ст.41 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в соответствии с нормами процессуального законодательства РФ судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знании в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. 

Следовательно, ФИО6, окончивший Астраханский государственный технический университет факультет «Водные биологические ресурсы и аквакультура», имеющий специальные познания в области ихтиологии, мог провести экспертизу по данному делу. 

В этой связи довод защиты о признании ихтиологической экспертизы недопустимым доказательством, судом первой инстанции признан несостоятельным, также как и судом апелляционной инстанции. 

Доводы ФИО1 и его защитника ФИО5 об исключении сведений о наличии в незаконно приобретенной и в последующем в незаконно хранимой рыбе осетровых видов икры весом 2,6 кг, являются не состоятельными, поскольку мировым судьей из обвинения ФИО1 и ФИО2 исключены сведения о наличии в незаконно приобретенной и в последующем незаконно хранимой рыбе осетровых видов «икры весом 2,6 кг».

Выводы осужденных и их защитников о том, что ФИО1 и ФИО2 действовали группой лиц, не принимаются во внимание, поскольку как указано в приговоре суда первой инстанции, рыбу в воде ФИО1 и ФИО2 увидели одновременно, и вместе пришли к выводу, что она принадлежит к рыбам осетровых видов. При этом, показаниями свидетелей было установлено, что осужденные предпринимали попытку выбросить за борт рыбу осетровых видов и скрыться от сотрудников пограничных органов. Указанные обстоятельства свидетельствовали, что осужденные действовали совместно, согласованно, что указывало на единство их умысла. 

Суждения осужденных и их защитников о том, что показания свидетелей вызывают сомнения, не принимаются во внимание, поскольку судом первой инстанции не было установлено фактов оговора в ходе дознания и в суде ФИО1 и ФИО2 со стороны свидетелей и самооговора, а также причин для этого. 

Доводы осужденных и их защитников о том, что протокол «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» и видеозапись к нему от ДД.ММ.ГГГГ являются недопустимым доказательством, как добытое с нарушением уголовно-процессуального закона признаются судом апелляционной инстанции не состоятельными. Основные сведения, зафиксированные на видеозаписи к протоколу, соответствуют по содержанию протоколу указанного оперативно-розыскного мероприятия, совпадают в деталях с показаниями самих осужденных и свидетелей. Нарушений требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» при проведении обследования допущено не было, явились, по мнению суда первой инстанции допустимыми доказательствами и подтверждающими в совокупности с другими имеющимися по делу доказательствами виновности осужденных в совершении преступления. 

Доводы осужденного ФИО2 и его защитника ФИО7 о том, что в протоколе «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» и видеозаписи к нему нет сведений об ознакомлении участвующих лиц с протоколом и с видеозаписью, о соответствии содержания видеозаписи с содержанием протокола и не разъяснении осужденным их прав и обязанностей не принимаются во внимание, поскольку, как видно из самого протокола, перед началом обследования участвующим лицам, а именно ФИО1 и ФИО2 были разъяснены их права, а также порядок производства обследования, более того, перед началом, в ходе, либо по окончании обследования от ФИО1 и ФИО2 заявления и замечания не поступили. Указанные обстоятельства подтверждаются личными подписями осужденных в протоколе. 

При таких данных суд не находит оснований для признания доводов апелляционных жалоб осужденных и их защитников обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, действия ФИО1 и ФИО2 судом квалифицированы по ч. 1 ст.258.1 УК РФ, то есть в незаконной добыче и хранении особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, охраняемым международными договорами РФ.

Вместе с тем заслуживают внимания доводы апелляционного представления прокурора об изменении приговора и квалификации действий ФИО1 и ФИО2 по ч. 1 ст. 258.1 УК РФ, как незаконные приобретение и хранение особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Согласно ст. 389.18 УПК РФ неправильным применением уголовного закона являются: применение не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, которые подлежали применению.

Судом первой инстанции действия ФИО1 и ФИО2 квалифицированы неправильно, как «в незаконной добыче и хранении особо водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, охраняемым международными договорами РФ».

В соответствии с Перечнем особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ, для целей статей 226.1, 258.1 УК РФ, утвержденным постановлением Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, рыба осетровых видов «Севрюга» («acipenser stellatus») относится к особо ценным водным биологическим ресурсам, принадлежащим к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ.

Между тем, материалами дела и в суде первой инстанции в действиях ФИО1 и ФИО2 установлено «незаконные приобретение и хранение особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу РФ и охраняемым международными договорами РФ».

При таких обстоятельствах суд считает, что приговор суда первой инстанции подлежит изменению ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, в связи с чем приговор подлежит изменению. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.15, 389.16, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

приговор мирового судьи судебного участка Лаганского судебного района Республики Калмыкия от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 и ФИО2, изменить:

из осуждения ФИО1 и ФИО2 исключить указание на диспозитивный признак «добыча»;

считать ФИО1 и ФИО2 осужденными по части 1 статьи 258.1 УК РФ, как незаконные приобретение и хранение особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и охраняемым международными договорами Российской Федерации.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения, апелляционное представление – удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в силу со дня его провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ. 

Председательствующий А.В. Ангриков