РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Георгиевск 24 сентября 2018 года

Георгиевский городской суд Ставропольского края в составе: 

председательствующего Монастырского В.В.,

при секретаре судебного заседания Плетенской Т.В.,

с участием:

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении зала судебного заседания Георгиевского городского суда Ставропольского края, расположенного по адресу: 

<

...>, гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к УПФР по Георгиевскому району Ставропольского края (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца,

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в суд с иском к УПФР по Георгиевскому району Ставропольского края (межрайонное) (далее – УПФР), в котором просит установить факт нахождения его на иждивении отца ФИО4, по день его смерти, обязать УПФР назначить и выплатить ему пенсию по случаю потери кормильца, ссылаясь на следующее.

Он ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ. С момента рождения и по день смерти отца он проживал с родителями: матерью ФИО1 и отцом, и находился на полном материально-бытовом обеспечении отца, доход которого являлся для него основным и единственным средством к существованию. 

ДД.ММ.ГГГГ он обратился в УПФР с заявлением о назначении ему пенсии по случаю потери кормильца в связи со смертью отца, представив необходимые документы, в том числе: свидетельство о своем рождении, свидетельство о смерти отца и справку, подтверждающую его обучение по очной форме обучения института водного транспорта имени Г.Я. Седова – филиала ФГБОУ ВО «Государственный университет имени адмирала Ф.Ф. Ушакова» (далее – Университет).

Однако в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца ему было отказано со ссылкой на то, что установить факт его нахождения на иждивении ФИО4 на день его смерти не представилось возможным.

Считая данный отказ незаконным и необоснованным, не имеющим законодательных и нормативных оснований и ограничивающим его гражданские права на достойное существование, гарантированные Конституцией РФ, он, со ссылкой на положения статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – ФЗ №400), обратился в суд с настоящим иском. 

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО1 требования ФИО3 поддержала, просила суд их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске, и дополнительно пояснила, что умерший ФИО4 являлся ее супругом. На протяжении всей своей жизни он постоянно работал и на момент смерти имел стаж работы более 30 лет. На момент смерти ФИО4 осуществлял трудовую деятельность в ..., имел постоянный заработок в размере 15 000 рублей, но, как впоследствии стало известно, без оформления трудовых отношений. Кроме того, ее супруг вел личное подсобное хозяйство, состоящее из: кроликов – 10 гол., нутрий – 10 гол., птицы – 80 гол., свиней – 4 гол., занимался приусадебным участком площадью 0,17 га. Имея собственный мотоблок, бензокосилку, бензопилу, электросварку и другие электроинструменты, ФИО4 нанимался пахать огороды, нарезать бороздки для посадки и выкапывания картофеля, нанимался на сварочные и бетонные работы, скашивал сорную траву, спиливал деревья. Таким образом, ФИО4 имел неплохой сезонный заработок. Бюджетом семьи всегда распоряжался ФИО4, при его жизни семья ни в чем не нуждалась. Именно он оплачивал обучение, проживание сына, нес расходы по его полному материальному содержанию. При этом стипендию ФИО3 не получает, поэтому помощь отца была основным, единственным и постоянным источником существования. После его смерти ФИО4 и ее сын, равно как и иные члены семьи лишились материального обеспечения, при этом она, являясь матерью истца, содержать подсобное хозяйство и качественно заниматься приусадебным участком не имеет возможности в силу плохого состояния здоровья и постоянной занятости на работе. 

Представитель ответчика УПФР по доверенности ФИО2 в судебном заседании требования ФИО3 не признала, возражала против их удовлетворения, и указала, что основанием для вынесения решения от 14.03.2018 №13 послужил тот факт, что из представленных заявителем документов невозможно было установить факт нахождения его на иждивении отца ФИО4 на день его смерти, то есть им не представлено документов, что он находился на его полном содержании, получал от него помощь, которая являлась для него постоянным и основным источником средств существования. Не представлено таких доказательств и суду, что, по ее мнению, является основанием для отказа истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Истец, извещенный в соответствии с требованиями статьи 113 ГПК РФ о времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом, в суд не явился, доказательств уважительности неявки и ходатайств об отложении судебного заседания суду не представлено. Однако, в направленном заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие. Учитывая изложенное, а также мнение явившихся лиц, суд в соответствии со статьей 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие. 

Выслушав пояснения, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд полагает, что требования ФИО3 к УПФР подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Статьей 39 Конституции РФ закреплено, что каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Установление государственных пенсий, пособий является одной из гарантий социальной защиты в Российской Федерации (часть 2 статьи 7 Конституции РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 10 ФЗ №400 право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. 

Согласно пункту 1 части 2 статьи 10 ФЗ №400 нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются: дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории РФ, если направление на обучение произведено в соответствии с международными договорами РФ, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей.

Как установлено в судебном заседании, истец ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения является сыном ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ. 

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-КО ФИО3 зачислен в институт водного транспорта имени Г.Я. Седова – филиала ФГБОУ ВО «Государственный морской университет имени адмирала Ф.Ф. Ушакова» на специальность «Судовождение» по очной (бюджетной) форме обучения. Период обучения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в УПФР с заявлением о назначении ему страховой пенсии по случаю потери кормильца. Решением от ДД.ММ.ГГГГ № УПФР отказало ему в назначении такой пенсии со ссылкой на то, что ФИО3 не подтвердил факт нахождения на иждивении отца.

Согласно части 3 статьи 10 ФЗ №400 члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. При этом, в силу части 4 статьи 10 указанного Закона иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством РФ полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Изложенное в полной мере согласуется с положениями международно-правовых актов в области социального обеспечения. Так, в соответствии с подпунктом «h» пункта 1 статьи 1 Конвенции МОТ 1967 года №128 «О пособиях по инвалидности, по старости и по случаю потери кормильца» (Российской Федерацией не ратифицирована) термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж – при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу.

Предоставляя таким детям возможность получать пенсию по случаю потери кормильца, пункт «а» части третьей статьи 29 названного Закона указывает только на форму получения образования (с отрывом от производства, т.е. очную), но не уточняет тип образовательного учреждения, место его расположения, уровень получаемого образования, способ поступления в образовательное учреждение и т.д. Исключение сделано лишь в отношении образовательных учреждений, обучающиеся в которых считаются состоящими на военной службе или на службе в органах внутренних дел, т.е. заключили контракт о прохождении военной (правоохранительной) службы и получают денежное довольствие, а также продовольственное и иное обеспечение в соответствии с действующим законодательством.

Отнесение к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, его совершеннолетних детей, обучающихся в образовательных учреждениях с отрывом от производства, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства: специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения данной категорией лиц постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности; при освоении лицом образовательной программы в очной форме – в отличие от обучения в очно-заочной (вечерней) и заочной формах – устанавливается максимальный объем аудиторной учебной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица.

Таким образом, пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая обучающимся в образовательных учреждениях с отрывом от производства совершеннолетним детям умершего кормильца, представляет собой особую меру социальной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

Частью 3 статьи 123 Конституции РФ закреплено, что судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Из представленных стороной истца письменных доказательств, следует, что по день смерти отца ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ), истец ФИО3 проживал с ним по адресу: 

<

адрес>. Совместно с ними проживала мать истца ФИО1, брат ФИО5 Указанное подтверждается следующими документами: домовой книгой для регистрации граждан, проживающих в 

<

адрес>, где на регистрационном учете состоят: ФИО1, ФИО5, ФИО3, ФИО4; свидетельством серии I-ДН № о рождении ФИО3, выданным Комсомольской сельской администрацией Кировского района Ставропольского края ДД.ММ.ГГГГ; свидетельством серии II-ДН № о смерти ФИО4, выданным отделом ЗАГС управления ЗАГС Ставропольского края по Кировскому району ДД.ММ.ГГГГ; паспортом гражданина РФ серии 0713 №, выданным ОУФМС России по Ставропольскому краю в Кировском районе ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО3

Из материалов дела следует, что ФИО3 находился на иждивении у своего отца ФИО4 Так, согласно представленным суду договорам от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № найма жилого помещения в экипаже (общежитии) нанимателем по настоящему договору являлся ФИО3, плательщиком – ФИО4; из договора аренды квартиры от ДД.ММ.ГГГГ следует, что арендатором являлся ФИО4 

В соответствии со статьей 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон, третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. 

Согласно части 1 статьи 57 ГПК РФ суд вправе предложить гражданину представить дополнительные доказательства, а также оказать содействие в их собирании.

В случае невозможности подтверждения указанного обстоятельства иными доказательствами, кроме свидетельских показаний, суд оценивает свидетельские показания, в том числе и на предмет их достоверности и достаточности.

Помимо вышеизложенных письменных доказательств факт нахождения ФИО3 на иждивении у своего отца ФИО4 подтверждается показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 и ФИО14, предупрежденных об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний, за дачу заведомо ложных показаний.

Так из показаний свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13 следует, что ФИО4 до момента своей смерти проживал с семьей по 

<

адрес>, в которой воспитывалось двое детей – Антон и Егор. На протяжении нескольких лет до своей смерти ФИО4 неоднократно оказывал им за плату различные услуги: выполнял сварочные, строительные работы (облицовывал стены, дымоходы, бетонировал дворы, осуществлял строительство и монтаж беседок и другое), обустраивал выгребные ямы, вспахивал огород, скашивал сорную траву, а также осуществлял иные работы, которые приносили ФИО4 неплохой заработок. ФИО4 полностью материально обеспечивал своего сына ФИО3, который в настоящее время обучается в Университете. Оплачивал его обучение и проживание в 

<

адрес>, покупал одежду, обувь, продукты питания, давал деньги на расходы.

Из показаний свидетеля ФИО14 следует, что она является родной бабушкой истца по матери. Она, также как и семья ее дочери ФИО1, проживает в 

<

адрес>. Ее зять ФИО4, умерший ДД.ММ.ГГГГ, на протяжении всей семейной жизни вплоть до своей смерти полностью обеспечивал семью всем необходимым. В частности, именно на нем лежали затраты на оплату коммунальных услуг, приобретение продуктов питания, одежды, обуви, предметов быта и другое. Также ФИО4 полностью занимался содержанием младшего сына Егора, который на момент его смерти обучался на третьем курсе университета, оплачивал его проживание, обеспечивал продуктами, которые сам возил сыну в 

<

адрес>, покупал ему одежду, обувь, телефон, ноутбук и другое, давал сыну деньги на «карманные» расходы. Все эти расходы ФИО4 нес за счет денежных средств, которые получал за оказываемые им услуги соседям и другим жителям поселка, он был сварщиком по образованию, умел укладывать кирпич, облицовывать стены, делал различные металлические конструкции. Кроме того, оказывал такие услуги как покос травы и другое, что приносило ему хороший доход. Также ФИО4 вел свое довольно большое подсобное хозяйство. После его смерти семье стало жить и справляться со всеми бытовыми проблемами намного тяжелее, поскольку ее дочь ФИО1 в силу здоровья работать на приусадебном участке не может, а содержать большое поголовье домашней птицы и других животных ей не позволяет ее график работы.

Указанное также подтверждается пояснениями истца, изложенными им в письменном виде, и его представителя (матери) в судебном заседании.

Кроме того, из ветеринарного паспорта владельца ФИО4 следует, что у него имелось личное подсобное хозяйство сельскохозяйственных животных состоящее из: свиней 4 гол., кроликов – 10 гол., нутрий – 10 гол., птицы – 80 гол., которое он ежегодно прививал. Указанное обстоятельство, по мнению суда, согласуется с пояснениями истца и его представителя о том, что ФИО4 обеспечивал свою семью не только материально, но и натурально (мясо, яйца). После его смерти его супруга, не может содержать подсобное хозяйство в силу самочувствия и здоровья, а также поскольку работает. Именно это, а также доход от продажи урожая с собственного огорода являлось доходом семьи К-вых, в том числе и ФИО3

Определяя обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, оценивая в соответствии со статьей 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ФИО3, несомненно, находился на иждивении своего отца как до достижения возраста 18 лет, так и после, в том числе и на момент его смерти (ДД.ММ.ГГГГ), оказываемая ФИО4 помощь являлась для ФИО3 постоянным и основным источником средств к существованию. 

Учитывая, что ФИО3 поступил в университет в несовершеннолетнем возрасте и на момент смерти отца, на иждивении которого он находился, продолжал оставаться учащимся данного образовательного учреждения, обучаясь по очной форме обучения, а также учитывая, что совершеннолетия он достиг незадолго до смерти отца, суд, руководствуясь изложенными в решении номами материального права, приходит к окончательному выводу об обоснованности заявленных ФИО3 требований и необходимости их удовлетворения. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,

р е ш и л:

Исковые требования ФИО3 к УПФР по Георгиевскому району Ставропольского края (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении и возложении обязанности назначить пенсию по случаю потери кормильца удовлетворить.

Установить факт нахождения ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения на иждивении отца ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, по день его смерти.

Обязать УПФР по Георгиевскому району Ставропольского края (межрайонное) назначить ФИО3 пенсию по случаю потери кормильца.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Георгиевский городской суд Ставропольского края.

(Мотивированное решение изготовлено 28 сентября 2018 года).

Председательствующий В.В. Монастырский