РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<

адрес> 

ДД.ММ.ГГГГ 

Одинцовский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Власенко А.Г., при помощниках судьи Минаевой Я.А., Леоновой И.В., секретаре Терентьевой А.С., с участием представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску командира войсковой части № к военнослужащему указанной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО1 о привлечении его к материальной ответственности за ущерб, причиненный войсковой части № при исполнении служебных обязанностей, в размере 2 721 677 руб. 74 коп., 

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части через своего представителя обратился в суд с указанным во вводной части иском к ФИО3 и, с учётом уточнения требований, просил взыскать с ответчика сумму причиненного ущерба в размере 2 721 677 руб. 74 коп.

Из искового заявления, пояснений представителя истца ФИО2, просившего удовлетворить требования иска в указанном размере, следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 проходит службу в должности начальника лаборатории 

<

данные изъяты> войсковой части № (далее – начальник лаборатории центра). ФИО3, как материально ответственное лицо, принял у бывшего начальника отделения центра ФИО8 имущество и технические средства, включая аппаратуру № с составными частями типовых элементов замены № (далее – ТЭЗ) и комплект ЗИП ячеек № (далее – ЗИП), которые хранились в помещениях № и № сооружения №, за которые ФИО3 ответственен. В ДД.ММ.ГГГГ по результатам инвентаризации недостачи имущества у ФИО3 выявлено не было. Между тем, перед убытием в отпуск ФИО3 обнаружил в помещении № пропажу ячеек ЗИП, однако, данный факт от командования скрыл, фактически, создал условия к дальнейшей утрате имущества. С ДД.ММ.ГГГГ ответчик находился в отпуске и только по прибытии из отпуска ДД.ММ.ГГГГ доложил о случившемся командованию. При осмотре помещения № было выявлено и отсутствие ТЭЗ в аппаратных шкафах №. По результатам повторной инвентаризации комиссия установила недостачу материальных ценностей ячеек ЗИП, а также драгоценных металлов, содержащихся в ТЭЗ аппаратуры №. Всего сумма ущерба за вычетом удержанных с ответчика 43 550 руб. и добровольно внесенных им в счёт возмещения ущерба 5 000 руб. составила 2 721 677 руб. 74 коп. 

По мнению представителя истца, ущерб возник в результате ненадлежащего обеспечения ответчиком, как материально ответственным лицом, сохранности имущества, в частности, он не принял никаких мер по ответственному хранению ключей от помещений, где хранилось вверенное ему имущество, не осуществлял проверку работоспособности технических средств охраны (далее – ТСО) и не докладывал командованию об их неработоспособности, халатно относился к исполнению своих обязанностей, а при убытии в отпуск не передал имущество кому-либо на хранение (включая подчиненных), как начальник лаборатории. 

Также представитель истца указал, что в отношении ФИО3 следственными органами ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ. В последующем ФИО3 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 348 УК РФ, и в связи с его деятельным раскаянием уголовное дело было прекращено по ч. 1 ст. 28 УПК РФ. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признал и в обоснование своей позиции представил возражения от ДД.ММ.ГГГГ, в которых указал, что приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № он уже был привлечен на основании ст. 4 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» к ограниченной материальной ответственности, и привлечение его к полной материальной ответственности не предусмотрено законом. Ссылаясь на ст. 39 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, полагает, что он не может признаваться материально ответственным лицом, поскольку, несмотря на принятие у бывшего начальника отделения центра ФИО8 по инвентаризационным описям (сличительным ведомостям) от ДД.ММ.ГГГГ имущества, он таковым не является ввиду отсутствия первичных учётных документов (актов, накладных) и приказа о его назначении материально ответственным лицом, а также недоведения до него должностных обязанностей. По мнению ответчика, материальную ответственность должен нести 

<

данные изъяты> ФИО7, который принял дела и должность начальника отделения центра и знал реальное положение дел в отделении, приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № он, по результатам административного расследования, был предупрежден о неполном служебном соответствии. Декларируя п. 7 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., а также ст. 4 Протокола № к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, считает, что не должен повторно нести наказание, а в связи с прекращением следственными органами уголовного дела по факту совершения преступления, предусмотренного ст. 348 УК РФ, по ч. 1 ст. 28 УПК РФ, в связи с деятельным раскаянием, не подлежит привлечению к полной материальной ответственности ввиду отсутствия вступившего в законную силу приговора суда. 

Руководитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица Филиала № Федерального казенного учреждения "Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по 

<

адрес> и 

<

адрес>" (далее Филиал №) в своем сообщении просил рассмотреть дело в его отсутствие, указав, что иск поддерживает в полном объеме. 

Изучив доводы иска, заслушав пояснения сторон, а также исследовав имеющиеся по делу доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие в зависимости от характера и тяжести совершенного ими правонарушения привлекаются к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Статьями 1, 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» определено, что материальная ответственность наступает за ущерб, причиненный противоправными виновными действиями (бездействием) военнослужащих при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями.

При этом в силу ст. 5 этого Закона военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба, в том числе в случаях, когда ущерб причинен имуществу, переданному ему под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

Согласно п. 1 и п. 2 ст. 6 названного закона размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба. Размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

По смыслу пунктов 2, 18, 19 Руководства по организации работы с драгоценными металлами, драгоценными камнями и техническими материальными средствами, их содержащими, в Космических войсках, утвержденного приказом командующего Космическими войсками от ДД.ММ.ГГГГ №, в технических материальных средствах (далее – ТМС) драгоценные металлы учитываются независимо от степени износа по первоначальной массе, указанной в формулярах, паспортах, этикетках или иных документах на ТМС. Лом драгоценных металлов, то есть пришедшие в негодность или утерявшие эксплуатационную ценность ТМС 5-й категории и (или) их составные части, подлежащие переработке (утилизации), которые изготовлены из драгоценных металлов или их сплавов, или содержат их, учитывается по массе химически чистых драгоценных металлов в стоимостном выражении расчетных цен на драгоценные металлы, установленных Центробанком России. 

При этом пунктом 19 указанного Руководства определено, что за утрату ТМС, содержащих драгоценные металлы, в результате халатности, злоупотребления или бездеятельности виновные лица привлекаются к ответственности (дисциплинарной, материальной или уголовной) в соответствии с действующим законодательством. Лица, виновные в недостачах, независимо от привлечения их к уголовной, административной или дисциплинарной ответственности, несут материальную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Рассматривая доводы ФИО3 о том, что он не является материально ответственным лицом, суд приходит к следующему выводу. 

Согласно пункту 39 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, материально ответственное лицо принимает материальные ценности для хранения (эксплуатации) под личную подпись в передаточных первичных учетных документах (акте, накладной) и приходует их не позднее следующего дня в соответствующих регистрах учета. 

Из пунктов 79, 80 указанного Руководства следует, что потребность в проведении инвентаризации (проверке хозяйственной деятельности) определяется командиром соединения (воинской части), при этом назначается инвентаризационная комиссия, внеплановая проверка обязательна, в частности и при смене материально ответственных лиц. 

Из пояснений ответчика, копий инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была проведена инвентаризация, по результатам которой начальник отделения 

<

данные изъяты> ФИО8, который переводился к новому месту службы, передал без задолженностей капитану ФИО3 материальные ценности, в том числе технические средства, хранящиеся в помещениях № и № сооружения №.

О принятии у ФИО8 имущества по инвентаризационным описям (сличительным ведомостям) без замечаний ФИО3 доложил начальнику центра войсковой части №, о чем свидетельствует также копия его рапорта, датированного ДД.ММ.ГГГГ. 

Из выписок из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ№ и от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО3, в связи с принятием дел и должности начальника лаборатории центра, ДД.ММ.ГГГГ приступил к исполнению обязанностей по указанной должности.

Согласно должностным обязанностям, изложенным в положении о центре войсковой части №, начальник лаборатории центра 

<

данные изъяты> ФИО3 отвечает, в том числе, и за сохранность материально-технических средств. 

Инвентаризационные описи (сличительные ведомости), в которых ФИО3 собственноручно расписался о том, что принял без недостач перечисленное в них имущество у ФИО8, а также его рапорт от января 2017 года являются источниками сведений о составе и количестве принятого ответчиком имущества. 

Ответчик признал свои подписи в инвентаризационных описях (сличительных ведомостях), рапорте и иных допустимых доказательств, опровергающих принятие им имущества у ФИО8, суду не представил. 

Сведений о том, что ФИО3 передал полученное у бывшего начальника отделения ФИО17 имущество иным лицам, суду также не представлено и не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. 

При этом допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля начальник центра войсковой части № ФИО9 показал, что ФИО3 по инвентаризационным ведомостям принял в конце ДД.ММ.ГГГГ начале ДД.ММ.ГГГГ имущество у бывшего начальника отделения центра ФИО17 и отвечал, как материально ответственное лицо, за его сохранность.

Свидетель ФИО7 показал, что с ДД.ММ.ГГГГ являлся начальником отделения центра. По прибытии на указанную вакантную должность он не принимал имущество отделения, поскольку ФИО3 и ФИО10 являлись материально ответственными лицами и отвечали за сохранность имущества. В период службы он (ФИО20) не принимал у данных лиц имущество и обстоятельствами его сохранности не интересовался. 

Таким образом, вопреки доводам ответчика, суд считает, что инвентаризационные описи (сличительные ведомости), которые отражают результаты проведенной инвентаризации материальных ценностей, и рапорт ответчика подтверждают передачу под отчёт для хранения, пользования и других целей материальных ценностей именно ФИО3, и именно он является материально ответственным лицом в отношении данного имущества. При этом, само по себе отсутствие приказа о назначении ФИО3 материально ответственным лицом, как и отсутствие акта, накладных не опровергает вышеизложенное. Кроме того, следует отметить, что ФИО3, как начальник лаборатории центра, обязан знать свои должностные обязанности и руководящие документы. 

Оценивая обоснованность вмененного ФИО3 ущерба, суд принимает во внимание следующие обстоятельства.

Согласно инвентаризации имущества центра войсковой части №, проведенной в период с ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3, как материально ответственного лица, недостачи материальных ценностей, а также драгоценных металлов, содержащихся в деталях приборах и других изделиях, выявлено не было, что подтверждается соответствующими инвентаризационными описями (сличительными ведомостями), подписанными ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № № в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в основном отпуске ДД.ММ.ГГГГ 

В судебном заседании ФИО3 сообщил, что принятое им у ФИО17 имущество хранилось в помещениях № и № сооружения №, за которые он был ответственным. Помещение № было оборудовано ТСО, а № – нет. Перед убытием ДД.ММ.ГГГГ в отпуск он на временное хранение имущество никому не передал, а обнаружив в помещении № следы взлома замка двери и пропажу ячеек №, никому о данном факте не сообщил и меры по розыску имущества не предпринял. При этом, осмотрев помещение №, пропажу имущества не обнаружил. 

Также ФИО3 сообщил, что ключи от помещения № он забрал с собой, а имеющийся у него дубликат ключа от помещения № положил в «ключницу» в отделении. По прибытии из отпуска ДД.ММ.ГГГГ о случившемся он сообщил ФИО10, и в дальнейшем при осмотре помещения №, где установлена аппаратура №, была обнаружена пропажа ТЭЗ оборудования. По результатам инвентаризации комиссия установила недостачу материальных ценностей, а также драгоценных металлов, содержащихся в ТЭЗ. Недостача драгоценных металлов устанавливалась по документам в его присутствии.

Из копии протокола обследования помещений, зданий, сооружений от ДД.ММ.ГГГГ следует, что сотрудником ФСБ России войсковой части № в присутствии ФИО3 и иных лиц были осмотрены помещения в сооружении №, при этом во входной двери помещения № обнаружены механические повреждения дверного замка с наружной и внутренней стороны, а во входной двери помещения № механических повреждений обнаружено не было. 

Из копий заключений по материалам административного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, аналогичного заключения от ДД.ММ.ГГГГ, а также копии акта № от ДД.ММ.ГГГГ и приложения № к нему видно, что в результате работы комиссии у материально ответственных лиц ФИО3 и ФИО10 выявлена недостача по инвентаризационным описям (сличительной ведомости) материальных ценностей, а также установлена утрата драгоценных металлов, содержащихся в деталях, полуфабрикатах, сборочных единицах (узлах), оборудовании, приборах и других изделиях, стоимость которых определена по учётным ценам Центробанка России на драгоценные металлы по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (дату обнаружения ущерба). Общая сумма ущерба составила 4 063 232 руб. 81 коп. 

Из указанных заключений следует, что причинами возникновения предпосылок к утрате материальных ценностей явилось недобросовестное отношение должностных лиц отделения ФИО3 и ФИО22 к сохранности вверенных им материальных ценностей, нарушение ими требований пунктов ДД.ММ.ГГГГ приказа Командующего Космическими войсками от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Руководства по обустройству сооружений (зданий, технологических (технических) помещений и боевых постов (рабочих мест) Космических войск», а также снижение контроля за состоянием учёта, содержанием и сбережением материальных ценностей со стороны начальника отделения – заместителя начальника центра 

<

данные изъяты> ФИО11 и самоустранение начальника отделения 

<

данные изъяты> ФИО7 от проверки наличия, содержания и технического состояния материальных средств. 

Из инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) №, №, приложения № к вышеуказанному акту № (сводной ведомости изделия № усматривается, что по результатам проведения инвентаризации в ДД.ММ.ГГГГ материально ответственного лица ФИО1 комиссия выявила недостачу ЗИП ячеек по вед. № в количестве № шт. на общую сумму 54 259 руб. 26 коп., а также отсутствие драгоценных металлов, содержащихся в деталях, приборах и других изделиях, а именно в изделии №, стойке управления №, стойке управления № и в двух комбинированных ленточных устройствах №.

Допрошенный в суде свидетель ФИО12 пояснил, что в соответствии с приказом командира воинской части он совместно с членами комиссии в присутствии материально ответственного лица ФИО3 проверил имущество, закрепленное за последним. По результатам инвентаризации, с которой ФИО3 согласился, была выявлена недостача материальных ценностей, а также драгоценных металлов, содержащихся в деталях, приборах и других изделиях, масса которых определялась по справочникам и формулярам. 

Из представленного начальником отделения (финансово-расчётный пункт) Филиала № расчёта усматривается, что недостача у материально ответственного лица ФИО3 составила 2 726 677 руб. 74 коп. Указанная сумма рассчитана на основании данных, взятых из инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) №, №, приложения № к акту № (сводной ведомости изделия №), и сведений о курсе драгоценных металлов Центробанка России по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, а именно: 54 259 руб. 26 коп. + 2 715 968 руб. 48 коп. – 43 550 руб., где первая сумма – это недостача по материальным ценностям, вторая – это недостача по драгоценным металлам (платины - 83,57126 гр, палладия - 232,7441 гр, золота - 853,76349 гр, серебра - 1172,42063 гр, металлов платиновой группы (МПГ) - 0,24028 гр) и третья – это сумма возмещенного ущерба. 

В судебном заседании ответчик согласился с правильностью представленных расчётов, при этом пояснил, что с его денежного довольствия, ввиду привлечения к ограниченной материальной ответственности, действительно, удержано 43 550 руб., кроме того, он добровольно внес на расчётный счет Минобороны России 5 000 руб. в счёт возмещения причиненного военному имуществу ущерба, что подтверждается копией чек-ордера от ДД.ММ.ГГГГ

Принимая во внимание позицию ФИО3, а также тот факт, что он свои расчёты не представил, суд находит вышеуказанные расчёты обоснованными, арифметически правильными и кладет их в основу решения.

Между тем, поскольку ответчик внес 5 000 руб. в счёт возмещения ущерба, то окончательный размер причиненного ущерба, вмененного ФИО3, исходя из стоимости утраченных материальных ценностей, а также стоимости лома драгоценных металлов по курсу Центробанка России на день обнаружения ущерба, составляет 2 721 677 руб. 74 коп. (2 726 677 руб. 74 коп. – 5 000 руб.). 

Согласно показаниям вышеуказанных свидетелей ФИО4 и ФИО5, данным ими в ходе судебного заседания, ФИО3 не докладывал о проблемах, связанных с организацией хранения имущества, не сообщал об отсутствии либо неисправности ТСО в помещениях, за которые он отвечал. 

При этом ФИО23 показал, что о наличии дубликатов ключей от помещения № ему известно не было. При закрытии помещений надлежало сдавать ключи от них в опечатанном тубусе дежурному по центру, однако, ФИО3 этого не делал. Он (ФИО24) не определял порядок хранения ключей в «ключнице», которая находилась в отделении центра. 

ФИО5 также показал, что ключи от помещений надлежало сдавать дежурному по центру, о чем военнослужащим было известно. Нахождение в отделении «ключницы», доступ к которой имел любой военнослужащий, никем не устанавливалось. 

Свидетель ФИО13, являющийся начальником штаба центра, в судебном заседании сообщил, что получение и сдача ключей от помещений осуществляется через дежурного по центру. ФИО3, отвечающий за сохранность имущества, о наличии неисправностей ТСО или об отсутствии таковых в помещениях не докладывал, заявок на их установку не подавал. ТСО в помещении № были установлены только после выявленных фактов утраты имущества по поданной ФИО3 заявке. 

Инструкциями дежурного и помощника по центру войсковой части №, утвержденными начальником центра ДД.ММ.ГГГГ, регламентирован порядок принятия ключей в опечатанном тубусе от лиц, сдающих под охрану служебные помещения. 

Из справок начальника центра войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что рапорты ФИО3 о техническом состоянии (неисправности) сигнализации служебных помещений, заявки (рапорты) на оборудование (ремонт, установку) служебных помещений системами сигнализации не подавались и в книге учёта входящих документов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не зарегистрированы. Материальные ценности до ДД.ММ.ГГГГ при убытии в отпуск (командировку, лечение) установленным порядком ФИО3 не передавались.

Доказательств обратного ФИО3 в суд не представлено.

Таким образом, в суде, в том числе из пояснений ответчика, установлено, что ФИО1, проходя службу в должности начальника лаборатории центра войсковой части №, нарушал правила сбережения имущества, а именно не докладывал командованию о предпосылках к утрате имущества, не представлял рапорты о необходимости обеспечения помещений ТСО. При обнаружении в помещении № пропажи ячеек № и взлома замка входной двери убыл в отпуск, не доложив об этом командованию и не предприняв меры по его розыску. Дубликат ключа от помещения № оставил в «ключнице» в подразделении, нарушив регламент сдачи ключей дежурному по центру, и тем самым способствовал несанкционированному проникновению в указанное помещение иных лиц. Кроме того, не принял мер по передаче имущества под отчёт для хранения иным лицам, включая своих подчиненных, на период нахождения в отпуске. 

Перечисленные обстоятельства, по мнению суда, подтверждают причинение материального ущерба воинской части, в размере установленной стоимости утраченного имущества в результате действий ответчика. 

В силу ч. 1 ст. 67 и ч. 1 ст. 71 ГПК РФ при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства искового заявления о возмещении ущерба, причиненного лицом, в отношении которого прекращено уголовное дело, результаты предварительного следствия, включая приведенные в постановлении следователя сведения об установленных фактических обстоятельствах совершенного деяния, могут быть приняты судом лишь в качестве письменных доказательств, которые суд должен оценить наряду с другими имеющимися в деле доказательствами.

Доказывание обстоятельств, повлекших причинение ущерба, в том числе приведенных в постановлении о прекращении уголовного дела, должно осуществляться на общих основаниях в порядке, предусмотренном законодательством о гражданском судопроизводстве. Этот вывод согласуется с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П, а также соответствует Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ № 170-ФЗ, которым ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» дополнена законоположением о том, что единственным процессуальным документом уголовного судопроизводства, устанавливающим вину военнослужащего в причинении ущерба, является вступивший в законную силу приговор суда.

Как следует из копии постановления заместителя руководителя 483 военного следственного отдела СК России от ДД.ММ.ГГГГ, уголовное дело в отношении подозреваемого ФИО3 по факту совершения им преступления, предусмотренного ст. 348 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному ч. 1 ст. 28 УПК РФ, то есть в связи с деятельным раскаянием. Основанием послужило заявленное им и его защитником ходатайство. При принятии решения о прекращении уголовного дела было учтено раскаяние ФИО3, полное признание им вины, явка с повинной, частичное возмещение материального ущерба. 

Согласно явке с повинной от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в добровольном порядке в присутствии защитника заявил о признании в полном объеме факта утраты вверенного ему военного имущества, а именно ячеек из состава изделия №, а также комплекта ЗИП, расположенных в помещениях № и № сооружения №, в связи с нарушением правил его сбережения.

В ходе допроса в качестве подозреваемого ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в присутствии защитника дал признательные показания, сообщив о том, что в № как материально ответственное лицо, принял в соответствии с инвентаризационными описями (сличительными ведомостями) военное имущество, в котором в последующем была выявлена недостача. ФИО3 сообщил следователю, что нарушил правила сбережения военного имущества, а именно не докладывал командованию о предпосылках к утрате имущества, рапорты о необходимости обеспечения помещений ТСО не писал, заявки на оборудование помещений видеокамерами не подавал. 

В судебном заседании ответчик пояснил, что постановление он не обжаловал, добровольно написал явку с повинной и дал признательные показания. 

Оценив вышеприведенные доказательства, суд приходит к выводу, что обстоятельства, изложенные в них, не противоречат приведенным ранее доказательствам и не опровергают выводы суда о наличии вины ФИО3 в утрате имущества. 

Рассматривая доводы ответчика о недопустимости привлечения его к полной материальной ответственности в связи с привлечением к ограниченной ответственности суд приходит к следующему выводу. 

Решение вопроса о привлечении военнослужащего к полной или ограниченной материальной ответственности закреплено положениями Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», которые являются обязательными для всех должностных лиц. 

В силу ч. 1 ст. 8 данного Закона возмещение ущерба, размер которого не превышает одного оклада месячного денежного содержания военнослужащего и одной месячной надбавки за выслугу лет, производится по приказу командира (начальника) воинской части путем удержаний из денежного довольствия военнослужащего, причинившего ущерб. Вопрос о возмещении ущерба, размер которого превышает один оклад месячного денежного содержания военнослужащего и одну месячную надбавку за выслугу лет, решается судом по иску командира (начальника) воинской части.

Таким образом, законодатель разделяет случаи, при которых командиру (начальнику) следует использовать свои властные полномочия для возмещения ущерба, а также случаи, когда данное лицо обязано предъявить иск в суд. 

Исходя из смысла данной нормы закона командир (начальник) вправе привлечь военнослужащего к полной материальной ответственности путем удержания из его денежного довольствия одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет, а превышающую этот размер сумму материального ущерба истребовать через суд.

Кроме того, само по себе привлечение военнослужащего к ограниченной материальной ответственности не свидетельствует об отсутствии законной возможности привлечения такого военнослужащего к полной материальной ответственности, поскольку в соответствии со ст. 5 указанного Федерального закона ущерб должен быть полностью возмещен при его совершении в перечисленных в данной статье случаях. 

Из копий приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № видно, что ФИО3 на основании ст. 4 указанного закона был привлечен к ограниченной материальной ответственности в размере одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет, что составило 43 550 руб., которые с ответчика уже удержаны. 

Поскольку командир части обратился в суд с иском о взыскании материального ущерба в размере, превышающем удержанную сумму (43 550 руб.), при этом в размер иска удержанная сумма не вошла, то суд считает действия командования правомерными, а доводы ответчика несостоятельными. 

В соответствии со ст. 11 приведенного Федерального закона размер денежных средств, подлежащих взысканию с военнослужащего для возмещения причиненного ущерба, может быть снижен судом с учетом конкретных обстоятельств, степени вины и материального положения военнослужащего, за исключением случаев, предусмотренных абзацем четвертым статьи 5 указанного закона.

Как усматривается из копии приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № и приложения к нему, по результатам проверки воинской части были выявлены существенные недостатки, выразившиеся в низкой организаторской работе должностных лиц, в отсутствии налаженной системы обеспечения сохранности материальных ценностей, вооружения, военной и специальной техники, их надлежащего закрепления, в отсутствии контроля со стороны должностных лиц, в проведении инвентаризаций с низким качеством, постановке на учёт драгоценных металлов и изделий не в полном объёме. Ввиду чего ряд должностных лиц воинской части привлечены к дисциплинарной ответственности. 

Данные обстоятельства, по мнению суда, существенно снижают степень вины ответчика, поскольку объективно не позволяли ему при отсутствии контроля со стороны командования надлежащим образом исполнять обязанности по обеспечению сохранности вверенного ему имущества.

Таким образом, причиненный имуществу войсковой части № ущерб стал результатом взаимодействия нескольких причин и условий, в ряду которых деяния ответчика являлись лишь одними из них.

При таких данных, принимая во внимание материальное положение ответчика, суд считает необходимым значительно уменьшить размер денежных средств, подлежащих взысканию с ФИО3 в счет возмещения ущерба, с 2 721 677 руб. 74 коп. до 2 300 000 руб.

Поскольку войсковая часть № не имеет собственных лицевых счетов по учету операций со средствами федерального бюджета в органах Федерального казначейства, взыскание причитающихся ей денежных сумм суд полагает необходимым произвести путём их зачисления на лицевой счёт Филиала №, в котором истец состоит на финансовом обеспечении. 

Иные доводы ответчика, в том числе и ссылка на нормы международного права, декларирующие невозможность повторного осуждения за одно и то же преступление, какого-либо правого значения для данного дела не имеют и не могут повлиять на выводы суда.

Так как истец освобожден от уплаты государственной пошлины, то в силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 и пп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса РФ, а также п. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ суд считает необходимым взыскать её с ФИО3 пропорционально размеру удовлетворенных судом требований в размере 19 700 руб. в бюджет Одинцовского муниципального района. 

Руководствуясь статьями 98, 103, 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск командира войсковой части 26302 к военнослужащему указанной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО3 о привлечении его к материальной ответственности за ущерб, причиненный войсковой части № при исполнении служебных обязанностей, в размере 2 721 677 рублей 74 копейки - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу войсковой части № в счет возмещения ущерба 2 300 000 (два миллиона триста тысяч) рублей

В остальной части требований иска командира войсковой части № на сумму 421 677 рублей 74 копейки - отказать.

Взыскание произвести путем зачисления причитающихся войсковой части № денежных сумм на лицевой счёт Филиала № Федерального казённого учреждения "Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по 

<

адрес> и 

<

адрес>".

Судебные расходы по делу, состоящие из государственной пошлины, от уплаты которой истец был освобожден, возложить на ответчика пропорционально удовлетворенным исковым требованиям и взыскать с ФИО3 19 700 (девятнадцать тысяч семьсот) рублей в бюджет Одинцовского муниципального района.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во 2-й Западный окружной военный суд через Одинцовский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>