Дело № 2-305/2021 (2-5155/2020;) 25 июня 2021 года

78RS0014-01-2020-003702-42

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга

в составе председательствующего судьи Виноградовой О.Е.,

при секретаре Веденёве В.В.

рассмотрев в открытом основном судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Страховому акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (далее по тексту – САО «РЕСО-Гарантия») о взыскании страхового возмещения, к Акционерному обществу «Мосотделпром» (далее по тексту – АО «Мосотделпром») о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту – ДТП),

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчикам о взыскании страхового возмещения, возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП, ссылаясь на то, что 23.09.2019 произошло ДТП с участием автомобиля марки 

<

данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности АО «Мостотделпром», под управлением работника данной организации ФИО2, и с участием автомобиля марки 

<

данные изъяты> принадлежащего истцу, под управлением водителя ФИО3 В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения. 11.10.2019 было вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3, в связи с отсутствием состава правонарушения. В ноябре 2019 года страховщик СПАО «РЕСО-Гарантия» (в настоящее время САО «РЕСО-Гарантия») отказал истцу в выплате страхового возмещения, указав, что предотвращение ДТП зависело от объективных действий водителя ФИО3 Истец полагает, что виновником ДТП является водитель ФИО2, в связи с чем со страховщика подлежит взысканию страховое возмещение по договору ОСАГО, а в непокрытой страховым возмещением части ущерб подлежит возмещению за счет работодателя виновника ДТП ФИО2 – АО «Мостотделпром».

Уточнив исковые требования в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), под протокол судебного заседания от 25 июня 2021 года в части взыскания штрафа со страховщика, распределения судебных расходов пропорционально между ответчиками, в окончательном виде истец просил суд взыскать с ответчика САО «РЕСО-Гарантия» в свою пользу страховое возмещение в размере 261400 рублей, расходы по транспортировке автомобиля в размере 4117 рублей, штраф в размере 50% от присужденной суммы, с ответчика АО «Мосотделпром» в свою пользу сумму ущерба в размере 131400 рублей, также просил распределить между ответчиками расходы истца на оплату услуг представителя в размере 40000 рублей, расходы на проведение оценки стоимости ремонта автомобиля в размере 12500 рублей, расходы по проведения автотехнической экспертизы в размере 20000 рублей, расходы по уплате госпошлины в размере 7828 рублей.

Истец и его представитель в судебное заседание явились, поддержали заявленные уточненные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Мосотделпром» в судебное заседание явилась, возражала против заявленных требований, оспаривая вину работника в ДТП, ходатайствовала о назначении по делу повторной судебной экспертизы, однако судом было отказано в удовлетворении данного ходатайства.

Третье лицо ФИО2 и его представитель в судебное заседание явились, возражали против заявленных исковых требований, также оспаривали вину ФИО2 в спорном ДТП, поддержали ходатайство ответчика о назначении повторной судебной экспертизы.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание явилась, поддержала заявленные исковые требования.

Представитель САО «РЕСО-Гарантия» в судебное заседание не явился, извещен, ранее представил письменный отзыв на иск.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившегося ответчика САО «РЕСО-Гарантия», надлежащим образом извещенного о слушании дела.

Изучив материалы дела, материал ДТП, просмотрев видеозапись ДТП в судебном заседании, выслушав участников процесса, допросив эксперта ФИО4, суд приходит к выводу, что исковое заявление предъявлено обоснованно и подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что истцу на праве собственности принадлежит автомобиль марки 

<

данные изъяты>,.

23.09.2019 произошло ДТП с участием автомобиля марки 

<

данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности АО «Мостотделпром», под управлением работника данной организации ФИО2, и с участием автомобиля марки «

<

данные изъяты>, принадлежащего истцу, под управлением водителя ФИО3 

В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения. 

11.10.2019 было вынесено постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3, в связи с отсутствием состава правонарушения. 

В ноябре 2019 года страховщик СПАО «РЕСО-Гарантия» (в настоящее время САО «РЕСО-Гарантия») отказал истцу в выплате страхового возмещения, указав, что предотвращение ДТП зависело от объективных действий водителя ФИО3 

Согласно экспертному заключению № № от 11 октября 2019 года, составленному по заказу истца, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца от повреждений, полученных в указанном ДТП, составляет с учетом износа с применением Единой методики – 261400 рублей, без учета износа – 392800 рублей (т. 1, л.д. 40).

Кроме того, согласно заключению специалиста № от 29.10.2019, составленному по заказу истца, именно действия (бездействие) водителя ФИО2 находятся в причинно-следственной связи со спорным ДТП (т. 1, л.д. 80).

Решением финансового уполномоченного от 22 апреля 2020 года истцу отказано в удовлетворении требований о взыскании страхового возмещения со страховщика СПАО «РЕСО-Гарантия»

В ходе судебного разбирательства по делу стороной ответчика САО «РЕСО-Гарантия» заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, оплату которой ответчик гарантировал, с целью установления виновника ДТП, которое было удовлетворено судом.

По смыслу положений ст. ст. 55, 86 ГПК РФ экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. Тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем законодателем в ст. 67 ГПК РФ закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 ГПК РФ отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Согласно выводам заключения эксперта АНО «ЦНИЭ» № № от 23.04.2021, с технической точки зрения в дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2, не соответствовали требованиям п. 13.9 Правил дорожного движения РФ.

С технической точки зрения в дорожно-транспортной ситуации установить, соответствовали ли действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО3, требованиям ч. 2 и. 10.1 Правил дорожного движения РФ не представляется возможным.

С технической точки зрения в дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО2, должен был действовать в соответствии с требованиями и. 13.9 Правил дорожного движения РФ.

С технической точки зрения в дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО3, должна была действовать в соответствии с требованиями ч. 2 и. 10.1 Правил дорожного движения РФ.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2, имел возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем своевременного и полного выполнения требований требованиями п. 13.9 Правил дорожного движения РФ.

У водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО3, отсутствовала техническая возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

С технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля 

<

данные изъяты>, ФИО2, требованиям п. 13.9 Правил дорожного движения РФ послужило непосредственной причиной рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия.

Не доверять указанным выводам эксперта у суда оснований не имеется, поскольку эксперт был надлежащим образом извещен об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Вместе с тем, с учетом доводов представителя ответчика, оспаривающего выводы экспертизы, суд удовлетворил ходатайство о вызове и допросе эксперта в судебное заседании. 

Эксперт ФИО4, допрошенный судом под подписку о наступлении уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, подтвердил выводы сделанные им в экспертном заключении.

Право оценки доказательств, которым является, в том числе и заключение эксперта, принадлежит суду. В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Предоставление суду соответствующих полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Оценив приведенное выше судебное экспертное заключение, пояснения автоэксперта, данные в судебном процессе, суд приходит к выводу о том, что указанное заключение судебной экспертизы может быть положено в основу принимаемого по делу судебного акта, поскольку оно не противоречит иным добытым по делу доказательствам, в том числе пояснениям стороны истца и третьего лица ФИО3, выводам независимой досудебной экспертизы, составленной по заказу истца, тогда как стороной ответчика не представлены суду относимые, допустимые и достоверные доказательства как в заинтересованности судебного автоэксперта, так и несоответствия его выводов иным письменным документам, собранным по делу, при этом суд относится критически к заключению специалиста № от 20.05.2021, составленному по заказу ответчика АО «Мосотделпром», поскольку оно составлено в виде рецензии на заключение судебной экспертизы, выполнено специалистом, который не был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, лица, участвующие в деле, были лишены присутствовать при проведении исследования, в связи с чем считает возможным отказать в ходатайстве представителя ответчика АО «Мосотделпром» о назначении и проведении по делу повторной судебной автотехнической экспертизы.

Выводы приведенного выше судебного экспертного заключения лицами, участвующими в деле, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не оспорены относимыми и допустимыми доказательствами, конкретные противоречия и ошибки эксперта при составлении экспертного заключения ответчиков, третьим лицом не указаны; проводивший исследование эксперт был надлежащим образом предупрежден о возможности наступления уголовной ответственности за заведомо ложное экспертное заключение, имеет требуемые навыки, знания, образования, опыт в подобного рода исследованиях и стаж работы, а кроме того выводы экспертного заключения не входят в противоречие с иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем суд полагает возможным положить в основу итогового судебного акта экспертное заключение от 23 апреля 2021 года.

Таким образом, вывод эксперта является однозначным о нарушении именно ФИО2 ПДД РФ и о наличии только у него возможности предотвратить ДТП, в случае выполнения требований ПДД РФ.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых вязана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Риск гражданской ответственности, причиненный источником повышенной опасности, в силу ст. 935 ГК РФ и ст. 4 Закона об ОСАГО подлежит обязательному страхованию.

В силу п. 4 ст. 931 ГК РФ, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно ст. 1 Закона об ОСАГО страховым случаем признается наступление гражданской ответственности страхователя, иных лиц, риск ответственности которых застрахован по договору обязательного страхования, за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В силу п. б ст. 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400000 рублей.

Согласно позиции истца, основанной на независимой досудебной экспертизе, страховщик не выплатил истцу страховое возмещение в размере 261400 рублей, при этом данный размер ущерба с учетом износа определен с учетом требований Единой методики, а потому, учитывая, что страховщик не оспаривал заявленный к взысканию размер страхового возмещения, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика САО «РЕСО-Гарантия» в пользу истца суммы страхового возмещения по договору ОСАГО в размере 261400 рублей.

Кроме того со страховщика в пользу истца подлежат взысканию расходы на эвакуацию пострадавшего в ДТП автомобиля в размере 4117 рублей, учитывая, что такие расходы по общему правилу подлежат возмещению страховой компанией в рамках выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО.

Вместе с тем, суд не усматривает оснований к удовлетворению требований истца о взыскании со страховщика штрафа на основании Закона РФ «О защите прав потребителей», учитывая, что в отношении спорного события действуют специальные нормы о взыскании штрафа, установленные Законом об ОСАГО. 

При этом взысканию штраф, в том числе на основании положений Закона об ОСАГО в настоящем случае не подлежит, поскольку, отказывая в выплате страхового возмещения, страховщик правомерно руководствовался постановлением сотрудников ОГИБДД, согласно которому действия ФИО3, а не ФИО2 привели к спорному событию ДТП, тогда как вина именно водителя ФИО2 в ДТП установлена в ходе настоящего судебного разбирательства, в связи с чем в рассматриваемом случае со стороны страховщика не установлены какие-либо злоупотребления правами истца как страхователя, которые могли бы являться основанием к взысканию штрафных санкций.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

С учетом специфики предмета доказывания по спорам, вытекающим из обязательств из причинения вреда, на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, конкретных действий (бездействия) причинителя вреда и причинно-следственной связи между подобными действиями (бездействием) и наступившими негативными последствиями. При этом обязанность доказать отсутствие вины причинителя вреда в причинении вреда лежит на стороне ответчика.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как указал Верховный Суд РФ в п. 11 Постановления Пленума № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины… Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. 

При этом в соответствии с Определением Конституционного Суда РФ № 581-О-О от 28 мая 2009 года положение пункта 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации, устанавливающее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающее на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым – на реализацию интересов потерпевшего, в силу чего как само по себе, так и в системной связи с другими положениями главы 59 ГК Российской Федерации не может рассматриваться как нарушающее конституционные права граждан.

Доказательств того, что повреждение автомобиля истца наступило от виновных действий или бездействия иных лиц, а не работника АО «Мосотделпром», ответчиками, третьим лицом суду не представлено. При этом ответчик АО «Мосотделпром» не оспаривал, что спорное ДТП произошло при управлении автомобилем работником ФИО2 во время выполнения им трудовой функции у ответчика. Равно как и не представлено ими доказательств иного размера ущерба, причиненного имуществу истца в указанном ДТП по вине работника ответчика АО «Мосотделпром».

Так, суд, отмечая затяжной характер рассмотрения настоящего спора, посчитал возможным отклонить ходатайство представителя ответчика АО «Мосотделпром» о проведении по делу судебной товароведческой экспертизы, заявленное в последнем судебном заседании 25.06.2021, по мотиву злоупотребления процессуальными правами, учитывая, что сторонам неоднократно судом разъяснялось право оспаривания размера ущерба путем постановки перед экспертов вопросов о стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца, однако, предоставив 28.01.2021 письменные возражения на иск, ответчик АО «Мосотделпром» такого ходатайства суду не заявлял, напротив, возражая против иска, просил о рассмотрении дела в его отсутствие (т. 2, л.д. 180), в связи с чем судебная экспертиза была назначена судом 01.02.2021 только по вопросам страховщика САО «РЕСО-Гарантия» (т. 2, л.д. 224), с целью установления только вины водителя в данном ДТП, без оспаривания размера ущерба, заявленного к взысканию. В период нахождения дела в производстве суда с 06.05.2020 и до 25.06.2021 ответчик АО «Мосотделпром» суду ходатайств о назначении экспертизы суду не заявлял, несмотря на то, что его представитель участвовал в судебном разбирательстве, а 18.01.2021 представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Не использование стороной диспозитивного права на представление доказательств, влечет соответствующие процессуальные последствия – в том числе и постановление решения только на основании тех доказательств, которые представлены в материалы дела другой стороной.

Допустимых и достоверных доказательств в опровержение заявленных требований от ответчиков не поступило, вместе с тем, при должной осмотрительности и заинтересованности ответчики, третье лицо не были лишены возможности представить по делу доказательства в опровержение заявленных исковых требований. 

Как видно из материалов дела, ущерб без учета износа был причинен истцу на сумму 392800 рублей.

Следовательно, истцу не покрыт страховым возмещением ущерб в размере 131400 рублей (392800 рублей – 261400 рублей), который подлежит взысканию с работодателя виновника ДТП.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом исковые требования в части взыскания ущерба, непокрытого страховым возмещением, в размере 131400 рублей обоснованы, правомерны и подлежат удовлетворению за счет ответчика АО «Мосотделпром» как работодателя непосредственного причинителя вреда, который в момент ДТП выполнял трудовую функцию в указанной фирме. Доказательств иного суду не представлено.

При этом суд отклоняет ссылки представителя третьего лица на то, что указанный размер ущерба с работодателя должен взыскиваться с учетом износа, исходя из следующего.

В абз. 1 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

При этом, согласно абз. 2 п. 13 того же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Исходя из указанных положений, замена поврежденных в дорожно-транспортном происшествии деталей автомобиля истца на новые не является неосновательным обогащением потерпевшего за счет причинителя вреда, поскольку такая замена направлена не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности, функциональных и эксплуатационных характеристик.

Если страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба возмещают лица, застраховавшие свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 1072 ГК РФ).

Из указанной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации усматривается, что возмещение потерпевшему ущерба в размере стоимости восстановительного ремонта автомобиля без учета износа, вопреки доводам апелляционной жалобы, соответствует положениям ст. ст. 15 и 1064 ГК РФ и позволяет ему восстановить свое нарушенное право в полном объеме путем приведения имущества в прежнее состояние. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования.

Таким образом, применительно к настоящему спору, вред подлежал возмещению за счет страховщика в пределах лимита его ответственности, определенного с учетом износа поврежденного транспортного средства и с учетом Единой методики, а за пределами лимита ответственности страховщика – за счет причинителя вреда без учета износа узлов и деталей автомобиля.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При этом как следует из разъяснений, содержащихся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и, тем самым, – на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации. Вместе с тем, изменяя размер сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, а обязан вынести мотивированное решение, исходя из принципа необходимости сохранения баланса между правами лиц, участвующих в деле.

Размер возмещения стороне расходов по оплате услуг представителя должен быть соотносим с объемом защищаемого права, при этом также должны учитываться сложность, категория дела, время его рассмотрения в судебном заседании суда первой инстанции, фактическое участие представителя в рассмотрении дела.

Определяя непосредственно размер взыскания, суд исходит из объема оказанных представителем истца правовых услуг, времени, затраченного им на подготовку процессуальных документов, учитывает объем и сложность дела, продолжительность судебного разбирательства и количество судебных заседаний, в которых интересы истца представлял его представитель ФИО5, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства, по результатам чего признает возможным удовлетворить требования истца в размере 40000 рублей.

В соответствии с правилом о пропорциональном распределении расходов удовлетворенным требованиям, установленным ст. 98 ГПК РФ, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика САО «РЕСО-Гарантия» расходов на оплату услуг представителя в размере 26756 рублей (66,89% от 40000 рублей), а с ответчика АО «Мосотделпром» как работодателя виновника ДТП – 13244 рубля (33,11% от 40000 рублей), исходя из следующего расчета.

Так, суд исходит из того, что истцом предъявлены требования на общую сумму 396917 рублей (261400 рублей + 131400 рублей + 4117 рублей) (100%; следовательно, 1% = 3969,17 рублей). Таким образом, требования истца к ответчику САО «РЕСО-Гарантия» предъявлены в размере 66,89% ((261400 + 4117) / 3969,17), а требования к АО «Мосотделпром» на 33,11% – (131400 / 3969,17).

В силу ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, имеют право, представлять доказательства. 

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

Проведя оценку стоимости восстановительного ремонта автомобиля и составив заключение о виновности водителя в ДТП, истец воспользовался своим правом на представление доказательств в обоснование заявленных требований и исполнил обязанность по определению цены иска (п. 6 ч. 1 ст. 131 ГПК РФ).

С учетом указанной выше пропорции на основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика САО «РЕСО-Гарантия» в пользу истца подлежат взысканию расходы на проведение досудебной оценки в размере 8361 рубль 25 копеек (12500 х 66,89%), расходы на составление заключения специалиста в размере 13378 рублей (20000 х 66,89%), расходы на уплату государственной пошлины в размере 5236 рублей 15 копеек (7828 х 66,89).

При этом с ответчика АО «Мосотделпром» в пользу истца подлежат взысканию расходы в оставшейся сумме на проведение досудебной оценки в размере 4138 рублей 75 копеек(12500 х 33,11%), расходы на составление заключения специалиста в размере 6622 рубля (20000 х 33,11%), расходы на уплату государственной пошлины в размере 2591 рубль 85 копеек (7828 х 33,11%).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Заявленные исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать со Страхового акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 261400 рублей, расходы по эвакуации в размере 4117 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 26756 рублей, расходы на проведение досудебной оценки в размере 8361 рубль 25 копеек, расходы на составление заключения специалиста в размере 13378 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в размере 5236 рублей 15 копеек.

Взыскать с Акционерного общества «Мосотделпром» в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 131400 рублей, расходы на проведение досудебной оценки в размере 4138 рублей 75 копеек, расходы на составление заключения специалиста в размере 6622 рубля, расходы на оплату услуг представителя в размере 13244 рубля, расходы на уплату государственной пошлины в размере 2591 рубль 85 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд города Санкт-Петербурга. 

Судья: О.Е. Виноградова

Мотивированное решение изготовлено 09 июля 2021 года.