Дело № 2-1268/2018

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

15.05.2018 года Советский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Бондаренко Е.И. 

при секретаре Свердловой Ю.Ю.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по арендной плате, затрат на восстановительные работы, по встречному иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 об обязании вернуть неосновательное обогащение в натуре,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ИП ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, указав, что 19.08.2016г. между сторонами был заключен договор аренды нежилого помещения с медицинским оборудованием, расположенным по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 109,6 кв. м. Согласно п. 2.1 договора размер арендной платы составляет 250 000 руб. в месяц. При этом арендная плата не включает в себя стоимость коммунальных услуг. Из п. 6.3 договора следует, что арендатор вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора, предварительно уведомив арендодателя в письменной форме не менее чем за 3 месяца до предполагаемой даты прекращения договора. Ответчик о передаче помещения сообщила 30.06.2017г., передав в этот же день ключи от помещения. Уведомления о расторжении договора аренды истец не получал. На 30.07.2017г. образовалась просрочка по уплате арендных платежей за 19 дней и составила 126 666,73 руб. Кроме того, за период с 01.06.2017г. по 30.07.2017г. у арендатора сформировалась просрочка оплаты услуг по предоставлению электроэнергии, тепла, воды, коммунальных услуг на общую сумму 9 385,88 руб. При передаче помещения, медицинского оборудования, бытовой техники, предметов интерьера истцом был выявлен факт механического повреждения в виде сколов и трещин на верхней поверхности стола для медицинского оборудования «Струм», выполненной из стекла. В соответствии с п. 5.6 договора аренды при возврате неисправного, поврежденного имущества арендатор уплачивает рыночную стоимость нового имущества, равноценного поврежденному. Согласно счет-фактуре от 04.07.2017г. ООО «Контакт» стоимость медицинского стола фирмы «Струм» составляет 12 800 руб. Кроме того, при возврате медицинского оборудования был выявлен факт не укомплектованности, а именно: в цифровом панорамном рентгеновском аппарате модели 

<

данные изъяты> с функцией томографии 3D, в визиографе премиум класса 

<

данные изъяты> отсутствуют электронный ключ (программное обеспечение). Согласно п. 5.9 договора, если при возврате оборудования установлена его некомплектность, арендатор возмещает арендодателю фактические затраты на покупку недостающих частей оборудования и штраф в размере 50% от стоимости недостающих частей. Из заключения КрасТрейдМед следует, что стоимость электронного ключа к рентген аппарату составляет 10 207 евро, стоимость электронного ключа к визиографу составляет 997,39 евро. Истец просит взыскать с ФИО2 в свою пользу задолженность по арендной плате в размере 126 666,73 руб., задолженность по коммунальным платежам в размере 9 385,88 руб., стоимость приобретенного медицинского оборудования (медицинского стола фирмы «Струм») 12 800 руб., стоимость затрат на покупку недостающих частей оборудования 784 280,39 руб., штраф 392 140 руб., расходы по уплате государственной пошлины 14 826 руб.

Определением суда от 15.05.2018г. производство по делу в части исковых требований о взыскании задолженности по коммунальным платежам в размере 9 385,88 руб. прекращено ввиду отказа от иска. 

ФИО2 обратилась со встречным иском (с учетом уточненных требований) к ИП ФИО1, в котором просит обязать ответчика возвратить неосновательное обогащение в натуре в виде корпусной мебели – стеклянного стеллажа (изготовитель ООО «Трио-Интерьер», высота 2100 мм, ширина 900 мм, глубина 400 мм, задняя стенка, крышка, дно – ЛДСП Еггер 32 мм, боковые стенки, полки и двери стекло 5 мм, цвет корпуса Еггер Дуб шато серый перламутр) стоимостью 18 640 руб. Требования мотивированы тем, что в период аренды по заказу ФИО2 была изготовлена и установлена в арендуемом помещении вышеуказанная корпусная мебель, что подтверждается договором № от 22.08.2016г. На момент возврата помещения в его холле остался стеклянный стеллаж. Данная мебель была оставлена в помещении по договоренности сторон, так как для ее вывоза требовалась предварительная разборка. В дальнейшем ФИО1 не допустил ФИО2 в помещение для разборки и вывоза мебели. Письменное требование о возврате имущества оставлено ответчиком без удовлетворения. Таким образом, ИП ФИО1 без установленных законом оснований приобрел и сберег имущество, принадлежащее ФИО2 

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО3 исковые требования поддержала в полном объеме, со встречными исковыми требованиями согласилась, указывая, что имущество ФИО2 находится у истца, он готов его вернуть. Дополнительно суду пояснила, что ФИО2 не уведомила о расторжении договора аренды, уведомления истец не получал. Медицинский стол фирмы «Струм» был передан ответчику без повреждений. Однако при приеме помещения и оборудования он имел повреждения. В связи с чем с ответчика надлежит взыскать стоимость стола в размере 12 800 руб. Также с ответчика следует взыскать стоимость затрат на покупку недостающих частей оборудования – программного обеспечения. Доказательств передачи ответчику программного обеспечения нет. 

Представители ответчика ФИО6 (по доверенности) в судебном заседании исковые требования не признала, встречные требования поддержала, суду пояснила, что арендные платежи за 19 дней июля 2017г. не оплачены, поскольку ФИО2 своевременно уведомила ИП ФИО1 о расторжении договора с 01.07.2017г. Оборудование было возвращено ему 30.06.2017г., следовательно, он знал о расторжении договора. Аренда должна быть оплачена только за фактическое пользование имуществом. Требование о взыскании стоимости нового стола является не обоснованным. Как следует из паспорта на данный стол, стеклянная подложка вставляется сверху в металлический каркас стола. Соответственно, для исправления повреждений требуется лишь заменить повреждённую подложку на новую. Стоимость новой стеклянной подложки в размере 169,13 руб. ответчик перечислила ФИО1 14.05.2018г. Программное обеспечение не является частью оборудования, это отдельный товар. Договор аренды и акт приема-передачи не свидетельствуют о том, что программное обеспечение было передано ФИО2, считает, что оно осталось у истца. 

Истец (ответчик по встречному иску) ИП ФИО1, ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. 

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Выслушав представителей сторон, исследовав представленные доказательства, суд находит, что исковые требования ИП ФИО1 подлежат удовлетворению в части, встречные требования подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом. 

Согласно ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают, в том числе, из договора. 

Согласно ст. 309 ГПК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

В соответствии с ч. 1 ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу ч. 1 ст. 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случае, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах.

Суд установил, что 19.08.2016г. между ИП ФИО1 и ФИО2 был заключен договор аренды помещения с медицинским оборудованием, согласно п. 1.1 которого арендодатель предоставляет арендатору во временное пользование в медицинских целях за плату объект недвижимого имущества – помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> вместе с находящимися в нем медицинским оборудованием, мебелью, бытовой техникой. 

Согласно п. 2.1 договора размер арендной платы составляет 250 000 руб. в месяц, аренда за сентябрь 2016 года и октябрь 2016 года – 130 000 руб.

Срок аренды нежилого помещения, медицинского оборудования, бытовой техники составляет 11 месяцев с момента подписания договора и акта приема-передачи (п. 3.1). 

В соответствии с п. 6.3 договора арендатор вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения договора, предварительно уведомив арендодателя в письменной форме не менее чем за 3 месяца до предполагаемой даты прекращения договора. 

По акту приема-передачи от 19.08.2016г. ФИО2 приняла во временное владение и пользование оборудование, имущество, расположенное по адресу: 

<

адрес>. Из акта следует, что стороны осмотрели передаваемое оборудование, проверили его работоспособность и констатировали, что оборудование находится в исправном состоянии и пригодно для его использования в соответствии с его конструктивным назначением. 

Дополнительным соглашением от 01.04.2017г., стороны договорились, что размер арендной платы с 01.04.2017г. составляет 200 000 руб. в месяц. Из расписки от 01.06.2017г. следует, что ФИО2 внесена арендная плата за июнь 2017 года в сумме 200 000 руб. 

31.10.2016г. ФИО2 в адрес ИП ФИО1 направлено уведомление о расторжении договора с 01.07.2017г., в котором указано о необходимости принять помещение 30.06.2017г. 

Согласно справке ООО «БИ-С», осуществлявшего отправку, корреспонденция для ФИО1 по адресу: 

<

адрес> не доставлена по причине отсутствия физического лица по указанному адресу. 

30.06.2017г. ФИО2 возвратила ИП ФИО1 арендованное помещение с находящимся в нем имуществом, о чем был составлен акт приема-передачи от 30.06.2017г.

Разрешая исковые требования о взыскании задолженности по арендной плате, суд приходит к выводу, что задолженность у ФИО2 перед истцом за 19 дней июля 2017 года отсутствует, поскольку договор аренды от 19.08.2016г. расторгнут с 01.07.2017г.,30.06.2017г. истец принял у ответчика помещение с находящимся в нем имуществом. 

Довод ИП ФИО1 о том, что он не получал уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора аренды и договор аренды не может считаться расторгнутым, не состоятелен.

Так, из материалов дела усматривается, что 31.10.2016г. ФИО2 направила истцу уведомление об одностороннем отказе от исполнения договора аренды по адресу, указанному в договоре.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В силу п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

Таким образом, именно гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по надлежащим адресам.

Согласно п. 5.6 договора аренды при возврате неисправного арендованного имущества (медицинского оборудования, бытовой техники, мебели, предметов интерьера), поврежденного по вине арендатора, арендатор уплачивает арендодателю рыночную стоимость нового имущества, равноценного неисправному имуществу на момент возврата. 

Из акта приема-передачи от 19.08.2016г., подписанного сторонами, следует, что ФИО2 было передано новое оборудование и новая мебель без повреждений. Тогда как актом приема-передачи от 30.06.2017г. зафиксировано повреждение в виде сколов и трещин на поверхности стола для медицинского оборудования фирмы «Струм». 

Таким образом, является обоснованным требование ФИО1 о взыскании стоимости медицинского стола фирмы «Струм» в размере 12 800 руб. согласно счету на оплату № от 04.07.2017г. ООО «Контакт».

Поскольку ФИО2 14.05.2018г. было перечислено истцу 170 руб. в качестве компенсации расходов по изготовлению стекла для стола, факт перечисления указанной суммы стороной истца не оспаривался, тем самым, с ФИО2 надлежит взыскать в пользу истца 12 630 руб. (12 800 - 170).

При этом суд учитывает, что договор аренды был подписан сторонами; ответчик свою подпись в договоре не оспаривала; стороны при подписании договора пришли к соглашению об уплате арендодателю рыночной стоимости нового имущества, равноценного имуществу, поврежденному по вине арендатора. 

Обращаясь с требованием о взыскании стоимости затрат на покупку недостающих частей оборудования в размере 784 280,39 руб., ИП ФИО1 ссылается на то, что при возврате медицинского оборудования был выявлен факт некомплектности оборудования, а именно: в цифровом панорамном рентгеновском аппарате модели 

<

данные изъяты> с функцией томографии 3D отсутствует электронный ключ (программное обеспечение), в визиографе премиум класса 

<

данные изъяты> также отсутствует электронный ключ (программное обеспечение). 

Требование мотивированно тем, что в соответствии с п. 5.9 договора аренды, если при возврате оборудования установлена его некомплектность арендатор возмещает арендодателю фактические затраты на покупку недостающих частей оборудования и штраф в размере 50% от стоимости недостающих частей. 

В подтверждение стоимости программного обеспечения ИП ФИО1 представляет письмо ООО ИМК «КрасТрейдМед» № от 05.07.2017г., согласно которому стоимость электронного ключа к рентген аппарату составляет 10 207 евро, стоимость электронного ключа к визиографу составляет 997,39 евро, при этом указанное программное обеспечение идет в комплекте с аппаратами 

<

данные изъяты>.

Из содержания спецификации № к договору № от 10.03.2016г., заключенному между ООО ИМК «КрасТрейдМед» и ИП ФИО1 следует, что последний приобрел два товара: аппарат рентгеновский модель 

<

данные изъяты> с функцией томографии 3D в количестве 1 шт. по цене 2 649 924,20 руб., программное обеспечение 

<

данные изъяты> в количестве 1 шт. стоимостью 391 358,80 руб. 

Согласно письму ООО «КаВо Дентал Руссланд» от 31.10.2017г. программное обеспечение 

<

данные изъяты> для аппарата рентгеновского 

<

данные изъяты> и программное обеспечение 

<

данные изъяты> для визиографа 

<

данные изъяты> устанавливается с компакт-дисков. В процессе установки вводится серийный номер, указанный на наклейке с упаковки компакт-диска. Установка программного обеспечения производится с помощью CD диска и активации серийный номеров один раз. После установки программа полноценно функционирует без диска и не требует дополнительной активации. 

Таким образом, программное обеспечение является самостоятельным товаром и не входит в комплектность оборудования. В связи с чем доводы истца о том, что программное обеспечение входит в комплектность оборудования, суд находит не состоятельными. 

Кроме того, ИП ФИО1 не представлено доказательств передачи ФИО2 электронных ключей (программного обеспечения), при этом согласно акту приема-передачи от 19.06.2016г. оборудование работоспособно и пригодно к эксплуатации в соответствии с его конструктивным назначением. 

Согласно представленному стороной истца акту приема-передачи от 30.06.2017г. при приеме оборудования выявлен факт отсутствия электронного ключа к программе и установочного диска. Вместе с тем из акта приема-передачи от 30.06.2017г., представленного ответчиком, указанная оговорка отсутствует. 

Также сторона истца суду пояснила, что расходы в сумме 784 280,39 руб. истец не понес.

При таких обстоятельствах отсутствуют основания для взыскания с ФИО2 стоимости затрат на покупку недостающих частей оборудования в размере 784 280,39 руб. и штрафа. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ФИО2 в пользу ИП ФИО1 надлежит взыскать возврат государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 505,20 руб. 

Разрешая встречные исковые требования, суд учитывает следующее.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии со ст. 1104 ГК РФ имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре. Приобретатель отвечает перед потерпевшим за всякие, в том числе и за всякие случайные, недостачу или ухудшение неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, происшедшие после того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. До этого момента он отвечает лишь за умысел и грубую неосторожность.

Из материалов дела следует, что 22.08.2016г. между ООО «Трио-Интерьер» и ФИО2 был заключен договор на изготовление мебели №, по условиям которого исполнитель обязуется изготовить и произвести установку комплекта мебели - стеклянного стеллажа, высотой 2100 мм, шириной 900 мм, глубиной 400 мм, задняя стенка, крышка, дно – ЛДСП Еггер 32 мм, боковые стенки, полки и двери стекло 5 мм, цвет корпуса Еггер Дуб шато серый перламутр. Общая сметная стоимость по договору согласно п. 4.1 составляет 18 640 руб.

22.08.2016г. ФИО2 оплатила ООО «Трио-Интерьер» 18 640 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №.

Согласно акту сдачи-приемки работ от 30.08.2016г. ООО «Трио-Интерьер» выполнило изготовление стеклянного стеллажа, его доставку и установку в помещении по адресу: 

<

адрес>.

08.11.2017г. ИП ФИО1 получено требование ФИО2 о возврате указанного помещения, которое до настоящего времени оставлено без удовлетворения. 

В ходе судебного разбирательства представитель ИП ФИО1 пояснила, что данный стеклянный стеллаж находится у ИП ФИО1

Обстоятельства приобретения ФИО2 и установки за ее счет корпусной мебели – стеклянного стеллажа в помещении ИП ФИО1 подтверждаются материалами дела и не оспариваются последним. 

Таким образом, ИП ФИО1 без установленных законом оснований приобрел и сберег имущество, принадлежащее ФИО2, в связи с чем суд полагает необходимым обязать ИП ФИО1 возвратить ФИО2 стеклянный стеллаж (изготовитель ООО «Трио-Интерьер», высота 2100 мм, ширина 900 мм, глубина 400 мм, задняя стенка, крышка, дно – ЛДСП Еггер 32 мм, боковые стенки, полки и двери стекло 5 мм, цвет корпуса Еггер Дуб шато серый перламутр) стоимостью 18 640 руб., а также в соответствии со ст. 98 ГПК РФ суд считает необходимым взыскать с ответчика (по встречному иску) в пользу ФИО2 возврат государственной пошлины в размере 745,60 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 стоимость медицинского стола в размере 12 630 руб., возврат государственной пошлины в размере 505,20 руб., а всего 13 135 рублей 20 копеек. 

Индивидуальному предпринимателю ФИО1 в остальной части исковых требований к ФИО2 отказать. 

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО1 возвратить ФИО2 стеклянный стеллаж (изготовитель ООО «Трио-Интерьер», высота 2100 мм, ширина 900 мм, глубина 400 мм, задняя стенка, крышка, дно – ЛДСП Еггер 32 мм, боковые стенки, полки и двери стекло 5 мм, цвет корпуса Еггер Дуб шато серый перламутр) стоимостью 18 640 руб. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу ФИО2 государственную пошлину в размере 745 рублей 60 копеек. 

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его вынесения в Красноярский краевой суд через районный суд.

Судья Е.И. Бондаренко.