Дело № 2-7/2025

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации 

07 августа 2025 года рп. Локня Псковской области

Бежаницкий районный суд Псковской области в составе: 

председательствующего судьи Апетёнок Л.Р.,

при секретаре судебного заседания Васечка О.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительной ничтожной сделки и применении последствий недействительности ничтожной сделки; к ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 об истребовании недвижимого имущества, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительной ничтожной сделки и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде истребования недвижимого имущества и к ФИО3 об истребовании недвижимого имущества, в обоснование требований указав, что ей на праве собственности принадлежали земельные участки сельскохозяйственного назначения с кадастровыми номерами: №, площадью 291876 кв. метров, расположенный вблизи 

<

адрес>; №, площадью 2922967 кв. метров, расположенный вблизи д. 

<

адрес>; №, площадью 1820595 кв. метров, расположенный вблизи 

<

адрес>; №, площадью 736422 кв. метров, расположенный вблизи 

<

адрес>; №, площадью 737163 кв. метров, расположенный вблизи 

<

адрес>; №, площадью 589589 кв. метров, расположенный вблизи 

<

адрес>; №, площадью 2648567 кв. метров, расположенный вблизи 

<

адрес>; №, площадью 325052 кв. метра, расположенный вблизи 

<

адрес>. Указанные земельные участки были выделены и поставлены на кадастровый учет в 2017 году из паев земельного участка с кадастровым номером №. 04 марта 2019 года зарегистрировано прекращение права собственности ФИО1 на принадлежащие ей объекты недвижимости на основании договора купли-продажи земельных участков № от 31 января 2019 года, объекты недвижимости перешли в собственность ФИО2 От имени ФИО1 по договору купли-продажи выступал ФИО7 Согласно п.2.1 договора стоимость недвижимого имущества составляет 5853285 рублей. В п.2.2 договора указано, что расчет между сторонами произведен полностью. Договор является одновременно актом приема-передачи недвижимого имущества (п.4.1 договора). ФИО1 исполнила свои обязательства по договору в полном объеме, переход права собственности на объекты недвижимости к ответчику зарегистрирован в Управлении Росреестра по Псковской области 04 марта 2019 года, что подтверждается соответствующими выписками из ЕГРН. Между тем, оплата по договору до настоящего времени не осуществлена, ФИО1 не получила денежные средства ни от ФИО2, ни от ФИО7 Указанное повлекло для истца такой ущерб, что она в значительной степени лишилась того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. Стороны оспариваемой сделки ФИО7 и ФИО2 заведомо рассматривали условие о расчете за земельные участки как фиктивное, заранее осознавая, что фактически оплаты за земельные участки не будет. В этой связи, сделка является мнимой. Наряду с этим, оспариваемую сделку можно рассматривать как притворную, поскольку такое условие о расчете прикрывает собою иное условие сделки – безвозмездность, и содержание прикрываемого условия охватывается волей обеих сторон сделки – волей ФИО7 и ФИО2 Документы, подтверждающие оплату договору безналичным способом или наличными денежными средствами отсутствуют, платежеспособность ФИО2 на момент совершения сделки не подтверждена. Обстоятельства, изложенные в отзыве от 17 августа 2021 года на иск по делу №, подготовленном ФИО7 о получении оплаты по сделке, ФИО1 при рассмотрении дела отрицала, последовательно утверждая, что оплаты за отчужденные земельные участки не получила. Названный отзыв действительно был подписан истцом, однако, под влиянием обмана со стороны ФИО7, обещавшего заплатить за нее налоги от продажи земельных участков. Кроме того, сделка совершена в нарушение ст.174 ГК РФ в ущерб истцу, о чем было достоверно известно при ее совершении ФИО7 и покупателю ФИО2, последние действовали в сговоре и совместно намеревались причинить ущерб истцу. ФИО2 был номинальным покупателем, по факту являлся лицом, подконтрольным ФИО7 На самом деле выгодоприобретателем по сделке являлся ФИО7 – поверенный истца. Таким образом, ФИО7 совершил сделку от имени представляемого лица в отношении себя лично, что противоречит п.3 ст.182 ГК РФ. Также ФИО1 отмечает, что дважды выдавала на имя ФИО7 доверенности – 28 августа 2011 года и 21 июля 2017 года. Истец и ФИО7 являлись сотрудниками ОАО 

<

данные изъяты> 28 февраля 2008 года последнее было ликвидировано в результате дела о банкротстве. В ноябре 2010 года между ФИО1 и бывшими работниками СПК 

<

данные изъяты> заключен ряд договоров купли-продажи паев в составе земельного участка с кадастровым номером №. 28 августа 2011 года истец выдала доверенность на ФИО7 и других сотрудников ОАО 

<

данные изъяты> на покупку на ее имя земельных долей, с правом совершения регистрационных действий, с последующим правом внесения участков в уставной капитал ОАО 

<

данные изъяты> или продажи. Право собственности на приобретенные земельные паи было зарегистрировано в ЕГРН в установленном законом порядке. Земельные паи находились в ее собственности до 2017 года. 21 июля 2017 года она выдала доверенность на имя ФИО7 с полномочиями по выделу долей новых земельных участков и осуществлению купли-продажи. Между тем, истец не предполагала, что после выдела земельные участки будут отчуждены третьему лицу по безвозмездной сделке. Таким образом, в нарушение обязательственных отношений ФИО7, действуя по доверенности, но без уведомления и одобрения истца, заключил сделку купли-продажи земельных участков с ФИО2, то есть аффилированным и взаимосвязанным лицом ФИО7 Последние являются давними друзьями, имеют длительные доверительные отношения, что подтверждается нотариальным протоколом осмотра социальной сети «Вконтакте». Кроме того, их связь установлена в ряде решений Арбитражного суда Псковской области и Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05 июня 2023 года. В результате отчуждения земельных участков по договору ФИО1 был начислен налог в сумме 508727 рублей (текущий неоплаченный остаток 358727 рублей), а также пени и штраф, в связи с неоплатой налога. Задолженность сформировалась по причине того, что ФИО7 и ФИО2 не заплатили ей по договору купли-продажи, при этом заведомо знали, что денежных средств у нее не имеется, она является пенсионером, содержит сына-инвалида. Она несколько раз обращалась с этой проблемой к ФИО7, однако, тот отказался оплачивать налоги. ФИО2 после вступления в силу постановления суда апелляционной инстанции по делу № и снятия обеспечительных мер 20 июня 2023 года произвел отчуждение 99/100 долей земельных участков ФИО3, оставив за собой право собственности лишь на 1/100 долю спорных земельных участков. ФИО3 не может считаться добросовестным приобретателем, поскольку действовала в сговоре с ФИО2 и ФИО7 В этой связи, истец полагает необходимым применить одностороннюю реституцию в виде возложения на ответчиков обязанности возвратить ей спорные земельные участки. При таких обстоятельствах, опираясь на положения ст.ст. 10, 166, 167, 168, 170, а также 174 и 301-302 ГК РФ, ФИО1 просила суд признать недействительной сделкой заключенный 31 января 2019 года между нею и ФИО2 договор купли продажи земельных участков, применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде истребования в ее пользу от ФИО2 1/100 долей земельных участков с кадастровыми номерами №, и от ФИО3 99/100 долей земельных участков с кадастровыми номерами №. Кроме того, истец просила суд возложить на Управление Росреестра Псковской области обязанность внести запись о ее праве собственности на земельные участки с кадастровыми номерами №

Определением Бежаницкого районного суда Псковской области от 08 июля 2025 года с согласия представителей истца ФИО9 и ФИО10 произведена замена: ненадлежащего ответчика ФИО2 по требованиям ФИО1 об истребовании недвижимого имущества – 1/100 доли земельного участка с кадастровым номером №, на надлежащего ФИО6; ненадлежащего ответчика ФИО2 по требованиям ФИО1 об истребовании недвижимого имущества – 1/100 долей земельных участков с кадастровыми номерами №, на надлежащего ФИО4; ненадлежащего ответчика ФИО3 по требованиям ФИО1 об истребовании недвижимого имущества – 99/100 долей земельных участков с кадастровыми номерами №, на надлежащего ФИО5

В ходе рассмотрения дела по существу истец ФИО1 не участвовала, будучи надлежаще уведомленной о дне и месте его проведения, как и ее представители ФИО11, ФИО9 и ФИО13, при этом ходатайство последней об отложении судебного заседания оставлено без удовлетворения, ввиду отсутствия уважительных причин, препятствующих явке в суд.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание также не явился, его представителем ФИО14 представлены возражения на иск, где указано на необходимость применения последствий пропуска истцом срока исковой давности, а также отмечено на необоснованность заявленных ФИО1 требований, поскольку обстоятельства, на которые истец опирается в рассматриваемом иске, – неполучение ею денежных средств по сделке купли-продажи были исследованы Невским районным судом г. Санкт-Петербурга при рассмотрении гражданского дела № и признаны несостоятельными. Судом отмечено, что ФИО7 представлял интересы продавца-истца на основании выданной ею нотариально удостоверенной доверенности, в том числе с правом получения причитающихся истцу денег; передача покупателем денежных средств представителю продавца является доказательством надлежащего исполнения покупателем перед продавцом своих обязательств по договору в части оплаты проданного недвижимого имущества. Решение Арбитражного суда Псковской области от 01 августа 2022 года по делу №, на которое опирается ФИО1 в рассматриваемом иске, не может являться доказательством по делу, поскольку не вступило в законную силу и отменено в полном объеме Постановлением 14 Арбитражного апелляционного суда от 21 декабря 2022 года. При этом, ФИО1 искажены обстоятельства, отраженные в указанном судебном акте относительно наличия доверительных отношений между ФИО2 и ФИО7 и факта неполучения денежных средств истцом по оспариваемой сделке купли-продажи. Денежные средства по договору ФИО1 передавались дважды: первый раз при заключении сделки в 2019 году от ФИО2 представителю истца ФИО7, что отражено в п.2.2 договора от 31 января 2019 года и, по сути, является распиской о передаче денежных средств. Второй раз – после регистрации сделки в 2019 году от ФИО7 своему доверителю, что отражено в отзыве на иск от 17 августа 2021 года по делу №, собственноручно подписанном ФИО1 Истец и ФИО7 представляли одну сторону договора - продавца, с которой ФИО2 произвёл расчет при заключении сделки. Оформление расписок между ФИО1 и ФИО7 не требовалось, поскольку они оба представляли сторону продавца, ФИО7 фактически исполнил волю истца, изложенную в соответствующей доверенности. Также представитель ответчика ФИО14 в возражении на иск обратила внимание на недобросовестность поведения истца, наличие противоречий в пояснениях ее представителей по делу и, как следствие, - попытки ввести суд в заблуждение при указании обстоятельств оформления и направления отзыва 17 августа 2021 года на иск по делу № Кроме того, законодательством не установлена обязанность стороны по сделке представлять доказательства наличия соответствующих денежных средств. Между тем, 4150000 рублей были получены ФИО2 в феврале 2018 года в дар от матери ФИО8, скончавшейся ДД.ММ.ГГГГ. Остальная часть денежных средств являлась личными накоплениями ответчика. Деньги хранились у него дома в виде наличных средств и были переданы ФИО7 при заключении сделки, а последним с его слов – ФИО1 В этой связи, доводы истца о том, что ФИО2 и ФИО7 действовали совместно против доверителя ФИО1 являются голословными и надуманными, не подтвержденными какими-либо доказательствами. Личное знакомство ФИО2 и ФИО7 ни имеет правового значения и не свидетельствует о каких-либо злоупотреблениях с их стороны. Факт неуплаты истцом налогов за отчуждение земельных участков никак не подтверждает неполучение ею денежных средств по сделке, лишь дополнительно указывая на ее недобросовестное поведение. Наряду с этим, ФИО1 не мотивированы доводы о том, что ФИО3 не является добросовестным приобретателем. Многочисленные ссылки истца на судебные акты по другим делам не имеют правого значения по рассматриваемому спору, в них участвовали иные лица, рассматривались иные правоотношения с другими основаниями и предметом иска, в связи с чем, таковые не отвечают требованиям допустимости и относимости доказательств. При изложенных обстоятельствах, представитель ответчика ФИО2 ФИО14 просила суд в иске ФИО1 отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, будучи надлежаще уведомленной о дне и месте его проведения, предоставила возражение на иск, в котором указала, что удовлетворение требований ФИО1 фактически повлечет за собой отмену сделки по купле-продаже земельных участков от 20 июня 2023 года, однако, никаких требований в этой части истцом не заявлено. При этом, обстоятельства, изложенные ФИО1 в иске, о неполучении денежных средств по оспариваемой сделке и злоупотреблениях со стороны ФИО2 и ФИО7 не доказаны, являются ложью со стороны истца. В этой связи, ФИО3 просила суд в удовлетворении иска ФИО1 отказать, в том числе, применив последствия пропуска ею срока исковой давности.

Ответчики ФИО6, ФИО4 и ФИО5 в ходе рассмотрения дела не участвовали, о дне и месте судебного заседания были уведомлены надлежащим образом, своей позиции относительно требований ФИО1 в суд не направили, ходатайств об отложении дела не заявляли.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 в судебное заседание не явился, его представителем по доверенности ФИО15 представлены письменные возражения на иск ФИО1, где отмечено, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права, поскольку ФИО1 должна была знать о факте продажи земельных участков после получения уведомления налогового органа, на основании которого 30 июля 2020 года истцом была сдана налоговая декларация на доходы физического лица, в которой она указала факт реализации земельных участков. Исковое заявление о признании сделки ничтожной подана ФИО1 28 августа 2024 года, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Наряду с этим, ФИО15 отметил, что ФИО1 к исковому заявлению приложена нотариальная доверенность от 21 июля 2017 года, в которой она выразила свою волю на реализацию принадлежащего ей недвижимого имущества с правом поверенного ФИО7 заключать все предусмотренные законом сделки по распоряжению долями или выделенными в счет доли земельными участками, в том числе, производить отчуждение в любой форме, определяя цену и условия по своем усмотрению. Также в доверенности закреплено право получения денежных средств. Реализуя волю ФИО1 ФИО7 нашел покупателя на земельные участки, принадлежащие истцу, в лице ФИО2, который занимался инвестированием денежных средств в объекты недвижимости с целью их дальнейшей перепродажи и располагал денежными средствами для совершения спорной сделки. ФИО2 действительно был ранее знаком с ФИО7, однако, это не свидетельствует о его номинальности и подконтрольности ФИО7, тем более, что ФИО1, выдавая доверенность, выразила волю на реализацию объектов недвижимости любым лицам. 31 января 2019 года между ФИО7, действующим от имени ФИО1, и ФИО2 был заключен договор купли-продажи земельных участков. ФИО2 полностью оплатил стоимость недвижимого имущества в сумме 5853285 рублей путем передачи ФИО7 наличных денежных средств в день подписания вышеуказанного договора купли-продажи, что соответствует требованиям ст.861 ГК РФ. В дальнейшем указанная сумма была передана истцу по месту ее жительства в 

<

адрес>. Данный факт также подтверждается письменными пояснениями истца, подписанными ею собственноручно, которые были представлены в оригинале в Арбитражный суд Псковской области в рамках дела №. ФИО1 вплоть до сентября 2021 года не заявляла никаких претензий по расчетам за реализованные земельные участки. В дальнейшем истец изменила свои пояснения только после того, как ФИО9, являющаяся представителем 

<

данные изъяты> (стороны корпоративного конфликта), стала представлять и ее интересы. В этой связи, ФИО15 полагал необходимым применить эстоппель, который подразумевает утрату права ФИО1, совершившей действия по признанию факта получения денежных средств по сделке, оспаривать в дальнейшем данные обстоятельства. При таких обстоятельствах, учитывая, что вступившими в законную силу судебными актами Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 14 мая 2024 года и 14 Арбитражного апелляционного суда от 21 декабря 2022 года установлен факт получения истцом денежных средств по сделке, считал действия ФИО1 по поддержанию настоящего иска злоупотреблением правом, ввиду чего просил суд в его удовлетворении отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Управления Росреестра по Псковской области ФИО16 ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, при этом в отзыве на иск отметил, что ранее все спорные земельные участки принадлежали ФИО1 По договору купли-продажи № от 31 января 2019 года ФИО7, действующим по доверенности № от 21 июля 2017 года от имени ФИО1, вышеуказанные земельные участки были отчуждены ФИО2 По требованиям ФИО1 о признании сделки недействительной и истребовании земельных участков Управление не имеет какого-либо материального или иного интереса, ввиду чего оставляет вопрос об удовлетворении иска в этой части на усмотрение суда. Между тем, требования ФИО1 о возложении на Управление Росреестра по Псковской области обязанности внести записи о праве ее собственности на спорные земельные участки являются незаконными и необоснованными. Решение об обязании совершить определенные действия может быть принято судом только в том случае, если лицо незаконно уклоняется от совершения таких действий или в их совершении безосновательно отказывает. Доказательств тому, что Управление незаконно уклоняется от совершения указанных в иске действий, ФИО1 не представлено. Вместе с тем, обязанность по осуществлению государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав на объекты недвижимости возложена на Управление Федеральным законом от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», в соответствии со ст.14 которого вступившие в законную силу судебные акты являются одним из оснований для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав.

Изучив материалы дела, обозрев письменные позиции участников процесса, суд приходит к следующему.

Исходя из имеющихся в деле документов, усматривается, что 21 июля 2017 года ФИО1 выдала на пять лет доверенность на имя, в том числе, ФИО7, которой уполномочила последнего продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащие ей земельные паи в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель СПК 

<

данные изъяты>, с правом выдела земельного участка или земельных участков в счет указанных паев. Для указанных целей истец в доверенности оговорила право представляемых ее лиц заключать все предусмотренные законом сделки по распоряжению земельными долями или выделенными в счет этой доли земельными участками, с правом подписывать соответствующие документы, в том числе продавать, определяя во всех случаях суммы, сроки и иные условия по своему усмотрению, производить финансовые расчеты по заключенным сделкам, подписывать передаточные документы, получать следуемое имущество, деньги.

Действуя на основании вышеуказанной доверенности, ФИО7 осуществил выделение в счет земельных долей в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель СПК 

<

данные изъяты> восьми земельных участков сельскохозяйственного назначения с кадастровыми номерами №, которые 25 октября 2017 года были поставлены на государственный кадастровый учет, право собственности на них было зарегистрировано за ФИО1 30-31 октября 2017 года.

31 января 2019 года между ФИО7, действующим от имени ФИО1 по доверенности от 21 июля 2017 года, и ФИО2 заключен договор №, в соответствии с условиями которого ФИО7 продал ФИО2 восемь земельных участков с кадастровыми номерами № за 5853285 рублей.

Согласно п.2.2 договора в момент подписания договора и предъявления его на государственную регистрацию расчет между сторонами произведен полностью Указанные обстоятельства подтвердили ФИО7 и ФИО2 в ходе рассмотрения настоящего дела.

Переход права собственности ФИО2 на приобретенные земельные участки зарегистрирован 04 марта 2019 года.

Разрешая требования ФИО1 о признании сделки недействительной по мотивам ее ничтожности, суд принимает во внимание, что согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления, в основе которого лежит воля соответствующего лица к достижению определенных правовых последствий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. 

Заявляя требования о признании сделки от 31 января 2019 года ничтожной, ФИО1 указывает на ее мнимость и притворность, ввиду ФИО7 и ФИО2 заведомо рассматривали условие о расчете за земельные участки как фиктивное, заранее осознавая, что фактически оплаты за участки не будет. Кроме того, условие о расчете, указанное в договоре, прикрывает собою иное условие сделки – безвозмездность, и содержание прикрываемого условия охватывается волей обеих сторон – ФИО7 и ФИО2

Между тем, вступившим в законную силу решением Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 14 мая 2024 года разрешен спор между ФИО1 и ФИО2, ФИО7 о взыскании долга по договору купли-продажи от 31 января 2019 года. При этом, установлен факт оплаты ответчиками цены сделки в полном объеме, в том числе на основании отзыва ФИО1 на иск 

<

данные изъяты> от 17 августа 2021 года в Арбитражный суд Псковской области, где истец подтвердила получение денежных средств от продажи спорных земельных участков. Применив правило «эстоппель», Невский районный суд г. Санкт-Петербурга в удовлетворении требований ФИО1 отказал.

В соответствии с частью 2 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 11 февраля 2020 г. N 297-О, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а равно нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений (статьи 10 и 118 Конституции Российской Федерации), вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в том же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановления от 21 декабря 2011 г. N 30-П и от 8 июня 2015 г. N 14-П; определения от 6 ноября 2014 г. N 2528-О, от 17 февраля 2015 г. N 271-О и др.).

С учетом изложенного суд считает доказанным совершение оплаты по сделке купли-продажи земельных участков от 31 января 2019 года, поскольку это обстоятельство установлено судом по ранее рассмотренному делу и при разрешении настоящего дела не подлежит оспариванию истцом.

Ссылки ФИО1 на решение Арбитражного суда Псковской области от 01 августа 2021 года по делу № не могут быть приняты во внимание судом, поскольку названный судебный акт в законную силу не вступил, полностью отменен постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 декабря 2022 года.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно части 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Указанная процессуальная обязанность обусловлена установленным общегражданским принципом недопустимости злоупотребления правом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Между тем, по настоящему делу установлено злоупотребление правом со стороны истца. Так, ФИО17, обращаясь с иском к ФИО7 и ФИО2 в Невский районный суд г. Санкт-Петербурга, не оспаривая действительность сделки от 31 января 2019 года, просила взыскать с ответчиков плату за отчужденные земельные участки. После вынесения 14 мая 2024 года решения Невским районным судом г. Санкт-Петербурга об отказе в иске, ввиду доказанности совершения ответчиками оплаты по договору купли-продажи, изготовления 01 июля 2024 года мотивированного решения суда, истец ФИО1, 29 августа 2024 года предъявила в Бежаницкий районный суд Псковской области иск о признании договора от 31 января 2019 года ничтожной сделкой по мотивам ее мнимости и притворности, ссылаясь на ее безденежность. Рассматриваемые требования представители истца ФИО1 поддержали в ходе предварительного судебного заседания 08 июля 2025 года, то есть уже после вступления в законную силу решения Невского районного суда г. Санкт-Петербурга.

Указанное поведение ФИО1 нельзя расценить как добросовестное при осуществлении защиты ее прав.

Давая оценку доводам ФИО1 о необходимости признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ч.2 ст.174 ГК РФ, суд учитывает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

При этом доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому или другим лицам для представительства перед третьими лицами (пункт 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 185.1 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в пункте 93 постановления Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

В силу приведенных положений закона, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, лицо, принявшее на себя функции представителя и замещающее своей волей волю представляемого при совершении сделки, в том числе при определении ее условий, должно действовать добросовестно, руководствуясь интересами доверителя. Представляемый вправе требовать судебной защиты от злоупотреблений представителя, который при совершении сделок действовал с заинтересованностью - к собственной выгоде или к выгоде третьих лиц.

Судом при разрешении дела установлено, что сделка купли-продажи земельных участков совершена 31 января 2019 года ФИО7 при наличии полномочий действовать от имени ФИО1, превышения полномочий не установлено; при подписании доверенности нотариусом 

<

адрес> ФИО12 истцу был разъяснен смысл и значение доверенности, ее юридические последствия, а также содержание статей 185 - 189 ГК РФ, которые соответствовали намерениям ФИО1 Содержание доверенности было прочитано истцу лично, а также зачитано ей вслух, о чем также имеется соответствующее указание в доверенности.

Расчет по сделке между сторонами был осуществлен, денежные средства были переданы ФИО7 истцу наличными, что подтверждено вступившим в законную силу решением Невского районного суда г. Санкт-Петербурга от 14 мая 2024 года.

Доводы ФИО1 о наличии очевидного сговора между ФИО7 и ФИО2, так как они имеют длительные доверительные отношения судом отклоняются, поскольку указанное само по себе не свидетельствует о сговоре между ними в целях совместного причинения ущерба истцу.

Таким образом, судом установлено, что земельные участки выбыли из владения истца по ее воле, расчет по сделке произведен, признаки того, что при заключении 31 января 2019 года сделки по отчуждению земельных участков имели место обстоятельства, которые свидетельствовали бы о сговоре либо об иных совместных действиях представителя ФИО7 и другой стороны сделки ФИО2 в ущерб интересам представляемого ФИО1, отсутствуют.

Приложенная к иску судебная практика арбитражных судов по рассмотрению дел с участием ФИО7 и ФИО2 правого значения для разрешения заявленных ФИО1 в настоящем деле требований не имеет, поскольку споры судами рассмотрены с иным составом лиц, по другим предметам и основаниям.

Доводы ФИО1 о том, что выгодоприобретателем по сделке купли-продажи от 31 января 2019 года фактически являлся ее поверенный ФИО7 опровергаются имеющими в материалах дела доказательствами.

Согласно пункту 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Исходя из договора купли-продажи от 31 января 2019 года выгодоприобретателем по сделке являлся ФИО2, право собственности которого было зарегистрировано в ЕГРН 04 марта 2019 года. При этом, ФИО2 доверенность на продажу спорных земельных участков была выдана на имя ФИО7 только 12 июля 2019 года. Указанное свидетельствует о том, что на момент заключения сделки от имени ФИО1 31 января 2019 года ФИО7 действовал исключительное в ее интересах, при этом представителем ФИО2 не являлся.

При изложенных обстоятельствах, суд не усматривает поводов для удовлетворения требований истца о признании сделки от 31 января 2019 года недействительной как по мотивам ее ничтожности, так и по правилам п.2 ст.174 ГК РФ.

Поскольку в иске ФИО1 о признании сделки недействительной судом отказано, производные требования к ответчикам ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 об истребовании недвижимого имущества удовлетворению также не подлежат, как и требования о возложении на Управление Росреестра Псковской области обязанности зарегистрировать право собственности истца на спорные земельные участки.

Наряду с этим, суд находит обоснованными доводами ответчиков ФИО2 и ФИО3, а также третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7 о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд за защитой права.

В п. 1 ст. 196 ГК РФ предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного кодекса.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В пункте 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По делу установлено, что сделка купли-продажи земельных участков была совершена между ФИО1 и ФИО2 31 января 2019 года, государственная регистрация перехода права собственности состоялась 04 марта 2019 года. Таким образом, сделка была исполнена, срок исковой давности о признании ее ничтожной истек 04 марта 2022 года.

Одновременно с этим, оценивая доводы истца о том, что срок исковой давности должен исчисляться, начиная с осени 2021 года, когда она ознакомилась с текстом договора купли-продажи, суд считает их несостоятельными, поскольку в отзывах от 17 и 20 августа 2021 года на исковое заявление 

<

данные изъяты> представленных ФИО1 в Арбитражный суд Псковской области по делу №, истец указывает на свою осведомленность о состоявшейся сделке с весны 2020 года.

С рассматриваемым иском ФИО1 обратилась в суд 29 августа 2024 года.

В связи с чем, годичный срок исковой давности для признания недействительной сделки по основаниям, предусмотренным ч.2 ст.174 ГК РФ, а также трехлетний срок исковой давности как по требованиям о признании сделки недействительной по мотивам ее ничтожности, так о применении последствий недействительности ничтожной сделки ФИО1 пропущен, что также является основанием к отказу в удовлетворении иска.

При этом, обращение ФИО1 ранее в иные судебные инстанции с исками по другим основаниям и предметам в отношении сделки купли-продажи от 31 января 2019 года течение срока исковой давности по рассматриваемому делу не прерывает.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о признании недействительной ничтожной сделки и применении последствий недействительности ничтожной сделки; к ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 об истребовании недвижимого имущества – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд, через Бежаницкий районный суд (постоянное судебное присутствие в рп. Локня Псковской области), в течение одного месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Решение принято судом в окончательной форме 08 августа 2025 года.

Председательствующий подпись Л.Р. Апетёнок