Дело № 33-15791/2025 (№ 2-1775/2025)

УИД: 66RS0007-01-2024-012725-92

Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 18.12.2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04.12.2025

г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе

председательствующего

Подгорной С.Ю.

судей

ФИО1

ФИО2

при помощнике судьи Ножниковой М.В. при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело

по иску ФИО3, ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО5, индивидуальному предпринимателю ФИО6 о защите прав потребителей

по апелляционной жалобе истцов на решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 09.07.2025.

Заслушав доклад судьи Подгорной С.Ю., объяснения представителя истцов ФИО7, судебная коллегия

установила:

ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ИП ФИО5, ИП ФИО6 о защите прав потребителей.

В обоснование иска указано, что являясь супругами, ФИО3 и ФИО4 приняли совместное решение о приобретении загородной недвижимости, в связи с чем через нанятого риелтора в феврале 2024 года обратились в строительную компанию «Перспектива», на что им был предложен к приобретению жилой дом, расположенный в коттеджном поселке «

<

ЗК>» по адресу: 

<

адрес>.

Поскольку жилой дом еще не был возведен, менеджер строительной компании ФИО8 предложила забронировать земельный участок путем внесения платы в размере 100 000 руб. на банковскую карту ФИО5 и заключения договора на оказание услуг по бронированию от 06.03.2024 № Е-17, в соответствии с условиями которого земельный участок на праве собственности принадлежал ИП ФИО5, и бронированию подлежало также строящееся на земельном участке здание с характеристиками, указанными в приложении к указанному договору.

Договор на оказание услуг по бронированию от 06.03.2024 № Е-17 был направлен менеджером строительной компании ФИО4 по мессенджеру «Watsapp», в этот же день ФИО3 внес по нему оплату ФИО5

В последующем оплата в размере 100 000 руб. не была засчитана в стоимость цены приобретенного жилого дома, кроме того, было установлено, что ИП ФИО5 не являлся собственником земельного участка, который был забронирован в пользу покупателя, поскольку 06.03.2024 земельный участок был приобретен ИП ФИО6 у АО «Агропромкредит» по договору купли-продажи, в этой связи ФИО3 обратился к ИП ФИО5 с требованием о возврате денежных средств и уплаты неустойки в размере 1% в день за каждый день просрочки исполнения требования. Поскольку 100 000 руб. ФИО5 возвратил только 20.08.2024 истцы считают, что за период с момента получения денежных средств (06.03.2024) до момента истечения срока об удовлетворении требования о возврате денежных средств в добровольном порядке (28.07.2024) ответчик ИП ФИО9 обязан уплатить проценты, предусмотренные ст. 395, 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а после истечения срока для удовлетворения требования - неустойку в порядке ст. 23 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» за период с 06.08.2024 по 20.08.2024.

03.07.2024 ФИО3 приобрел земельный участок и индивидуальный жилой дом, расположенные в коттеджном поселке «

<

ЗК>» по адресу: 

<

адрес>, заключив с ИП ФИО6 договор купли-продажи объекта недвижимости, и уплатив по нему 7 395 600 руб., из которых: 5 661 400 руб. за жилой дом, 1 734 200 руб. за земельный участок, при этом 1 542 600 руб. из собственных средств, 5 856 000 руб. - заемных, по кредитному договору от 03.07.2024 № 04362/15/474956-24-ПИ, заключенному с ПАО «Российский национальный коммерческий банк».

На момент приобретения дом был поставлен на кадастровый учет как индивидуальный жилой дом, сделка проходила в банке, и акт приема-передачи не оформлялся, продавец лишь указал, где можно получить от него ключи.

Однако, при осмотре дома после сделки покупатели обнаружили, что к дому не подведено электричество, а после обращения в ресурсоснабжающую организацию стало известно, что приобретенный земельный участок не прошел процедуру технологического присоединения.

Поскольку представители продавца отказались оказывать содействие в осуществлении технологического присоединения, истец самостоятельно оформил заявку в ресурсоснабжающую организацию и уплатил за технологическое присоединение 84 363 руб. 60 коп. При таких обстоятельствах, полагает, что отсутствие технологического присоединения является недостатком товара и в силу п. 1 ст. 18 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», считает, что вправе требовать возмещения понесенных расходов на его исправление.

Кроме того, считает, что возмещению подлежат также расходы по оплате арендованного на период технологического присоединения и производства отделочных работ загородного жилого дома для проживания семьи, поскольку иного жилья у семьи не имелось, так как с целью приобретения загородного жилья 24.06.2024 они продали свою квартиру по адресу: 

<

адрес>, и по условиям договора обязались освободить ее в срок до 01.08.2024, но въехать в приобретенный жилой дом не могли, из-за того, что в нем не было электричества и для проживания предварительно требовалось провести «чистовой» ремонт. Семья также нуждалась именно в загородном жилье, поскольку ФИО4 находилась на восьмом месяце беременности и ей были необходимы прогулки на природе.

Помимо несения расходов на оплату стоимости технологического присоединения, арендных платежей за съемное жилье, истцы претерпели значительные нравственные страдания, так как были вынуждены дважды переезжать, упаковывать личные вещи, переносить их, при том, что ФИО4 находилась на позднем сроке беременности.

Права ФИО4 также были нарушены и тем, что при заключении сделки и регистрации перехода права собственности менеджер строительной компании «Перспектива» предложила сфотографироваться ей и риелтору для личного архива, а в последующем фотография была размещена в рекламных целях в официальном сообществе Строительная компания «Перспектива» в социальной сети «ВКонтакте», с указанием сведений о покупке ею и ее супругом жилого дома с использованием программы «Сельская ипотека», названием банковской организации, которая осуществила кредитование, а также о названии коттеджного поселка, где расположен приобретенный жилой дом. Согласия на публикацию ФИО4 не давала, соответствующие действия ответчиков привели к существенному нарушению ее права, и, несмотря на что, фотография была удалена после направления претензии ИП ФИО9, ФИО4 считает, что в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., который был ей причинен в период беременности.

На основании изложенного истцы просили суд взыскать:

- солидарно с ИП ФИО6, ИП ФИО5 в пользу ФИО3 84 363 руб. 60 коп. в возмещение расходов, понесенных в связи с устранением существенных недостатков приобретенного жилого дома;

- с ИП ФИО5 в пользу ФИО3 проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в размере 6 732 руб. 24 коп. за период с 06.03.2024 по 28.07.2024;

- с ИП ФИО5 в пользу ФИО3 проценты, предусмотренные ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в размере 6 338 руб. 80 коп. за период с 06.03.2024 по 28.07.2024;

- с ИП ФИО5 в пользу ФИО3 неустойку, предусмотренную ст. 23 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», в размере 21 000 руб. за период с 30.07.2024 по 20.08.2024;

- солидарно с ИП ФИО6, ИП ФИО5 в пользу ФИО3 224 000 руб. в возмещение убытков, понесенных в связи с необходимостью аренды жилого помещения на период устранения недостатков жилого помещения;

- солидарно с ИП ФИО6, ИП ФИО5 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в связи с существенными недостатками жилого дома в размере 20 000 руб.;

- солидарно с ИП ФИО6, ИП ФИО5 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в связи с существенными недостатками жилого дома в размере 20 000 руб.;

- солидарно с ИП ФИО6, ИП ФИО5 в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в связи с неправомерным использованием фотографии с изображением истца в рекламных целях, с связи с распространением информации о частной жизни гражданина без его согласия, в размере 20 000 руб.;

- с ИП ФИО6, ИП ФИО5 потребительский штраф в размере 50% от суммы удовлетворенных требований потребителей за неисполнение требований в досудебном порядке.

В судебном заседании представитель истцов ФИО7 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме.

Представитель ответчиков ФИО10 в судебном заседании против удовлетворения заявленных исковых требований возражала по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск.

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 09.07.2025 исковые требования удовлетворены частично.

С ИП ФИО5 в пользу ФИО3 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами за период 03.07.2024 по 20.08.2024 в размере 2 267 руб. 76 коп., штраф в размере 1 133 руб. 88 коп.

С ИП ФИО5 в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда 5 000 руб., штраф 2 500 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказано.

С ИП ФИО5 в местный бюджет взыскана государственная пошлина в размере 4 000 руб.

С указанным решением не согласились истцы, в апелляционной жалобе просят его изменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указано, что суд пришел к неверному выводу, что невыполнение технологического присоединения не является недостатком приобретенных объектов, истцы приобретали жилой дом, рассчитывали на то, что дом подключен к электричеству, пригоден для проживания. Считают, что судом неверно разрешен вопрос о том, что истцам фактически была оказана услуга по бронированию. Не согласны с размером взысканной компенсации морального вреда и отказом во взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие продажи товара с недостатками.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчики просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу истцов – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истцов на доводах апелляционной жалобы настаивала.

В заседание суда апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле не явились, извещены надлежащим образом, а также посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила о рассмотрении дела в отсутствие указанных лиц.

Заслушав представителя истцов, изучив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии со ст. ст. 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что истцы обратились в Строительную компанию ИП ФИО5 - «Перспектива» для приобретения жилого дома. Для приобретения истцами был выбран проект жилого дома, который подлежал возведению в коттеджном поселке «

<

ЗК>» по адресу: 

<

адрес>.

Непосредственно строительство осуществлял партер ИП ФИО5 - ИП ФИО6, ИП ФИО5 же выступал от его имени в качестве агента на основании заключенного 18.01.2024 агентского договора № 6, по условиям которого осуществлял поиск покупателей на объекты недвижимости, бронировал объекты недвижимости для покупателей, оформлял документы для сделки, оказывал содействие в сборе необходимых для этого документов.

Менеджером Строительной компании «Перспектива» через мессенджер «Watsapp» ФИО4 была направлена форма договора оказания услуг по бронированию от 06.03.2024 № Е-17, по условиями которого за оплату в размере 100 000 руб. ИП ФИО5 принял на себя обязательства по организации постановки в бронь земельного участка, с кадастровым номером 66:06:4501020:8505, и строящегося на нем жилого здания, по адресу: 

<

адрес>, общей площадью (по проекту) 100 кв.м., включая террасу, на срок до 15.04.2024, с фиксированием их выкупной стоимости в размере 7 395 600 руб.

03.07.2024 ФИО3 заключил с ИП ФИО6 договор купли-продажи объекта недвижимости, согласно которому приобрел за установленную стоимость 7 395 600 руб. жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер: 

<

№>, и земельный участок по данному адресу с кадастровым номером: 

<

№>.

На жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, за ФИО3 04.07.2024 было зарегистрировано право собственности.

После получения письменной претензии и с целью урегулирования конфликта, ФИО5 возвратил 20.08.2024 ФИО3 полученные на основании договора оказания услуг по бронированию 100 000 руб.

При таких обстоятельствах, суд удовлетворил требования в части взыскания с ИП ФИО5 в пользу ФИО11 процентов за пользование чужими денежными средствами за период 03.07.2024 по 20.08.2024 в размере 2 267 руб. 76 коп.

Оснований для взыскания с ответчиков убытков в размере 84 363 руб. 60 коп. и убытков в размере 224 000 руб. суд не усмотрел, поскольку выполнение технологического присоединения напрямую к центральному электроснабжению ни условиями договора оказания услуг по бронированию от 06.03.2024 № Е-17, ни договором купли-продажи объекта недвижимости от 03.07.2024, предусмотрено не было.

Рассматривая требования ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в связи с неправомерным использованием фотографии с изображением истца в рекламных целях, с связи с распространением информации о частной жизни гражданина без его согласия, суд нашел их частично обоснованными, поскольку указанный факт ответчиками не оспаривался, согласие на распространение информации ФИО4 дано не было, в связи с чем взыскал в счет компенсации морального вреда сумму в размере 5 000 руб.

Также на основании п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» суд взыскал с ответчика в пользу истцов штраф.

Оценивая доводы апелляционной жалобы истцов, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно ст. 456 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи. Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 469 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

Как гласит абз. 1 п. 2 ст. 469 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.

Согласно п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 ГК РФ).

В силу ст. 557 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае передачи продавцом покупателю недвижимости, не соответствующей условиям договора продажи недвижимости о ее качестве, применяются правила статьи 475 ГК РФ, за исключением права требовать замены товара ненадлежащего качества, товаром, соответствующим договору.

В соответствии с п. 1 ст. 475 Гражданского кодекса Российской Федерации если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору, кроме прочего, требовать от продавца возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

Предметом договора купли-продажи объекта недвижимости от 03.07.2024 являлся в том числе жилой дом.

В Приложении № 1 к договору оказания услуг по бронированию от 06.03.2024 указаны характеристики здания, в том числе, указано на наличие электрокотла, устройства внутренней системы электромонтажа (т. 1 л.д. 21 оборот)

Из ответа Минсельхоз России следует, что жилой дом, на строительство (приобретение) которого предоставляется льготный ипотечный кредит должно быть пригодным для постоянного проживания, обеспечено централизованными или автономными инженерными системами (электроснабжение, водоснабжение, водоотведение, отопление) и др. В случае если жилой дом не подключен к электросетям, а земельный участок не прошел процедуру технологического присоединения, то такой дом не считается обеспеченным системой электроснабжения и не может быть приобретен за счет кредитных средств (т. 1 л.д. 71-72)

Ответчиками не оспорено и подтверждается материалами дела, что после заключения договора купли-продажи, истцы обнаружили, что к дому не подведено электричество.

Исходя из того, что предметом договора купли-продажи, заключенного между истцом и ответчиком, в частности, является жилой дом, который приобретался истцами для проживания семьи, при приобретении жилого дома использовались заемные денежные средства («Сельская ипотека») и о данных обстоятельствах ответчик был поставлен в известность, судебная коллегия приходит к выводу о том, что жилой дом при продаже должен быть передан в состоянии, пригодном для использования в соответствии с его назначением, то есть с действующей системой электроснабжения, то есть пригодным для постоянного проживания, чего ответчиком сделано не было.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы о том, что невыполнение технологического присоединения, передача жилого дома с отсутствующей системой электроснабжения, является недостатком товара.

В соответствии с п. 1 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Абзацем 7 п. 1 ст. 18 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» предусмотрено право потребителя требовать полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии с п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Таким образом, основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт их причинения, документально подтвержденный размер убытков и наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и допущенным нарушением.

В подтверждение несения убытков по технологическому присоединению истцом представлено заявление на перевод № 1 от 18.07.2024 на сумму 84363 руб. 60 коп. (т. 1 л.д. 30), письмо ПАО «Россети Урал» (т. 1 л.д. 28-29).

При таких обстоятельствах расходы, понесенные истцом в связи с оплатой технологического присоединения, являются убытками, подлежащими возмещению за счет ответчика ИП ФИО6, в связи с чем решение суда в данной части подлежит отмене, а требование о взыскании расходов в размере 84363 руб. 60 коп. – удовлетворению.

Относительно требования о возмещении убытков, связанных с арендой жилого помещения, судебная коллегия учитывает, что договор купли-продажи объекта недвижимости заключен 03.07.2024 (т. 1 л.д. 15), заявка на технологическое присоединение подана истцом 10.07.2024, договор исполнен 01.08.2024 (т. 1 л.д. 46). При этом, предыдущая квартира продана истцом ФИО3 24.06.2024 с обязанностью продавца освободить занимаемый объект вместе с проживающими членами семьи и передать его покупателю не позднее 01.08.2024 (т. 1 л.д. 47-49)

При указанных обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что расходы по найму жилого помещения не связаны с покупкой жилого дома ненадлежащего качества, в связи с чем взысканию не подлежат.

Так, к моменту необходимости освобождения предыдущего жилого помещения, договор технологического присоединения был исполнен, при этом по условиям договора жилой дом продан истцам без чистового ремонта (под «чистовую»), таким образом истец самостоятельно принял решение по продаже принадлежащей ему квартиры до заключения договора купли-продажи жилого дома без чистовой отделки.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В п. 45 Постановления Пленума ВС РФ 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Принимая во внимание, характер допущенного ответчиком нарушения - продажу жилого дома в отсутствие электроснабжения, судебная полагает возможным взыскать с ответчика в пользу каждого истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

В соответствии с ч.6 ст.13 Федерального Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно п. 46 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Предусмотренный Законом РФ «О защите прав потребителей» штраф имеет гражданско-правовую природу и по своей сути является предусмотренной законом мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, то есть - формой предусмотренной законом неустойки.

При указанных обстоятельствах в пользу истцов подлежит взысканию штраф.

При этом, размер штрафа, подлежащего взысканию в пользу ФИО3, составляет 44 681 руб. 80 коп. руб. (84 363 руб. 60 коп. + 5 000 руб.) х 50%), в пользу ФИО4 – 2500 руб. (5000 руб. х 50%).

Оснований для уменьшения размера штрафа на основании ст. 333 ГК РФ судебная коллегия не усматривает.

Относительно требований о возложении на ответчика ИП ФИО5 солидарной ответственности с ИП ФИО6, судебная коллегия приходит к следующему.

По общему правилу, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства (пункт 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По смыслу приведенных норм солидарная ответственность наступает при наличии в действиях каждого из ответчиков состава правонарушения, включая факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда.

Вместе с тем, заявляя требование о солидарном взыскании, истцы в исковом заявлении не привели какого-либо нормативно-правового обоснования для возложения на ответчиков по иску солидарной обязанности, предусмотренной нормами статьи 322 ГК РФ.

Судебная коллегия отмечает, что срок действия договора оказания услуг по бронированию от 06.03.2024 истек 15.04.2024, сторонами не пролонгировался. Продавцом недвижимости являлся именно ответчик ИП ФИО6, с которым истец заключил отдельный договор.

Таким образом, истцом ФИО3 заключены два отличных по правовой природе договора с разными контрагентами, в связи с чем оснований для возложения на ИП ФИО5 солидарной обязанности по возмещению убытков, компенсации морального вреда и штрафа не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

По условиям договора оказания услуг по бронированию от 06.03.2024 № Е-17, в случае приобретения заказчиком недвижимого имущества 100000 руб. засчитываются в счет частичной оплаты его стоимости.

Таким образом, данная сумма подлежала зачету (возврату) в день заключения договора купли-продажи недвижимого имущества – 03.07.2024.

С претензией о возврате денежных средств в размере 100000 руб. истец обратился к ИП ФИО5 17.07.2024, десятидневный срок для исполнения истек 27.07.2024, в связи с чем за период с 04.07.2024 по 28.07.2024 с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 1 092 руб. 90 коп.

Оснований для взыскания процентов начиная с даты заключения договора 06.03.2024 не имеется, поскольку необоснованное пользование данной суммой со стороны ответчика началось только 04.07.2024.

В соответствии со ст. 22 Закона «О защите прав потребителей» требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

В соответствии с п. 1 ст. 23 Закона «О защите прав потребителей» за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Принимая во внимание, что денежные средства в размере 100000 руб. были возвращены 20.08.2024, с ответчика ИП ФИО5 подлежит взысканию неустойка, предусмотренная ст. 23 Закона «О защите прав потребителей», размер которой за период с 29.07.2024 по 20.08.2024 составляет 23000 руб. (100000 х1% х 23 дн).

В связи с изменением суммы, подлежащей взысканию с ИП ФИО5 в пользу ФИО3, подлежит изменению и размер штрафа, предусмотренный ст. 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» штраф, с увеличением его размера до 12 046 руб. 45 коп. (1092 руб. 90 коп. + 23000 руб.) х 50%).

При рассмотрении требований о компенсации ФИО4 морального вреда за нарушение ее прав в связи с распространением информации о частной жизни, суд первой инстанции с учетом обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, в соответствии с положениями ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», определил компенсацию в размере 5000 руб.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером компенсации морального вреда выводов суда не опровергают, поскольку определение размера компенсации морального вреда основано на судебной оценке обстоятельств конкретного дела, и не является основанием для отмены решения суда. Установленный судом размер компенсации морального вреда, вопреки доводам апелляционной жалобы, отвечает требованиям разумности и справедливости и увеличению не подлежит, поскольку сумма компенсации морального вреда в указанном размере определена судом исходя из степени нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости.

В остальной части решение суда не обжалуется, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований для выхода за пределы доводов жалобы.

Оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 09.07.2025 отменить в части отказа во взыскании убытков, морального вреда и штрафа с индивидуального предпринимателя ФИО6 в пользу ФИО3 и ФИО4, принять новое решение, которым исковые требования удовлетворить в части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН 

<

№>) в пользу ФИО3 (паспорт 

<

серия> 

<

№>) убытки в размере 84363 руб. 60 коп., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб., штраф в размере 44681 руб. 80 коп.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН 

<

№>) в пользу ФИО4 (паспорт 

<

серия> 

<

№>) компенсацию морального вреда в размере 5000 руб., штраф в размере 2500 руб.

Это же решение изменить в части размера и периода взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО5 процентов за пользование чужими денежными средствами.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 в пользу ФИО3 проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 04.07.2024 по 28.07.2024 в размере 1092 руб. 90 коп., неустойку за нарушение срока возврата денежных средств в размере 23000 руб.

Это же решение изменить в части размера штрафа, подлежащего взысканию с индивидуального предпринимателя ФИО5 в пользу ФИО3, увеличив до 12046 руб. 45 коп.

В остальной части решение оставить без изменения, апелляционную жалобу истцов – без удовлетворения.

Председательствующий

Подгорная С.Ю.

Судьи

ФИО1

ФИО2