Гр. дело № 2-36/2020 Мотивированное 

решение

 изготовлено 24 января 2020 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 января 2020 года г. Кировск

Кировский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Кулыгиной С.Н.

при секретаре Васильевой А.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО1: ФИО2, 

представителя ответчика АО «СЗФК»: ФИО3, действующего на основании доверенности от 01.01.2020 года,

помощника прокурора г. Кировска: Семёновой Т.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит», Акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

У С Т А Н О В И Л :

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам Акционерному обществу «Апатит» (далее – АО «Апатит»), Акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания» (далее – АО «СЗФК») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием. В обоснование заявленных требований указал, что в течение 44 лет 1 месяца состоял в трудовых отношениях с соответчиками, работая машинистом экскаватора, уволен ... на основании п.8 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. В результате длительного воздействия вредных производственных факторов у него развились профессиональные заболевания с диагнозами: ... Полученные профессиональные заболевания причиняют ему физические и нравственные страдания, он испытывает боли, вынужден регулярно обращаться за медицинской помощью и проходить лечение, несет дополнительные расходы на приобретение лекарств, не может в полной мере вести привычный образ жизни, а также реализовывать свое право на труд и полноценно содержать семью. С учетом уточненных требований, просил взыскать с ответчика АО «Апатит» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, на основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 300000 рублей, с соответчика АО «СЗФК» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере, подлежащем определению в соответствии с положениями Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы (далее – ОТС) и статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 649059 рублей 06 копеек и судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 15000 рублей. 

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что в связи с профессиональными заболеваниями не может вести привычный образ жизни, постоянно испытывает болевые ощущения. Все эти факторы влияют на качество его жизни, отражаются на его физическом и моральном состоянии, причиняют нравственные и физические страдания.

Представитель истца в судебном заседании поддержал указанные доводы истца. 

Представитель соответчика АО «Апатит» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, согласно представленным возражениям, полагает заявленную истцом сумму компенсации морального вреда завышенной и необоснованной, поскольку каких-либо расчетов в подтверждение заявленных требований истец не представил. При этом, просит учесть, что истец, осведомленный о характере условий труда, добровольно на протяжении длительного времени выполнял работу в условиях воздействия вредных производственных факторов, чем содействовал возникновению вреда здоровью. В свою очередь, со стороны работодателя предпринимались все возможные меры по стимулированию труда лиц, работающих в особо вредных условиях, в том числе, истца, путем предоставления льгот, гарантий, компенсаций. Приводит доводы о том, что профессиональное заболевание возникло у истца в результате работы не только в АО «Апатит», но и в АО «СЗФК», в связи с чем, в случае удовлетворения требований истца просит сумму компенсации определить исходя из отработанного в АО «Апатит» времени, что составляет 84,7% от общего стажа работы истца, соответственно, 15,3% - стаж работы в сторонней организации. В связи с изложенными обстоятельствами полагает, что степень вины ответчика должна быть уменьшена, поскольку материалами дела не подтверждается, что причинителем вреда является исключительно АО «Апатит». Также обращает внимание, что поскольку на момент обращения с требованием о компенсации морального вреда истец не являлся работником АО «Апатит», а в период работы в Обществе с заявлением о компенсации не обращался, следовательно, положения Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы на истца не распространяются. Просит в удовлетворении иска к АО «Апатит» отказать.

Суд, руководствуясь ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя ответчика АО «Апатит».

Представитель соответчика АО «СЗФК» в судебном заседании иск не признал, пояснив, что распределение ответственности в части компенсации морального вреда должно происходить в долевом порядке, пропорционально стажу работы истца у каждого работодателя и с учетом степени влияния вредных производственных факторов у каждого из работодателей, то есть только 17,96% - в АО «СЗФК», в размере 34 968 рублей 21 копейка. Кроме того, в АО «СЗФК» истец подвергался меньшему воздействию вредных производственных факторов, нежели в АО «Апатит». При определении размера компенсации морального вреда просит учесть, что истец при трудоустройстве в АО «СЗФК» являлся пенсионером, не был лишен средств к существованию и имел возможность либо устроиться на менее вредную работу, либо вовсе воздержаться от трудовой деятельности, тем не менее, несмотря на возраст и продолжительный стаж работы в контакте с вредными факторами, истцом была выбрана именно работа машинистом экскаватора. Также при определении размера компенсации полагает необходимым учесть степень утраты истцом трудоспособности – 30% без установления инвалидности, что не препятствует трудовой деятельности с учетом ограничений по состоянию здоровья. В дополнение указал, что в отношении АО «СЗФК» при определении размера компенсации морального вреда применение Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016 - 2018 годы неправомерно, поскольку Общество в установленном порядке отказалось от участия в ОТС, направив официальное уведомление на имя Министра труда и социальной защиты Российской Федерации (исх.№ 1288 от 19 ноября 2015 года). Поскольку в АО «СЗФК» отсутствуют локальные нормативные акты, регламентирующие размер и порядок возмещения морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, а соглашение о добровольном удовлетворении ответчиком требования истца между сторонами не заключалось, определение размера компенсации в данном случае, по мнению ответчика, должно осуществляться на общих основаниях, предусмотренных ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации. Требование о взыскании судебных расходов полагает необоснованным и не подлежащим удовлетворению, поскольку в ответе на претензию ФИО1 ответчик не оспаривал наличие правовых оснований для удовлетворения требований истца и предлагал разрешить спор в досудебном порядке, в связи с чем, необходимость несения истцом расходов, связанных с обращением в суд, была бы исключена. Просит отказать истцу в удовлетворении требований о взыскании денежной компенсации морального вреда в заявленном размере и судебных расходов.

Выслушав пояснения истца и его представителя, представителя ответчика АО «СЗФК», заключение прокурора г. Кировска, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, а размер компенсации морального вреда подлежащим определению судом по общим нормам гражданского законодательства, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе, возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В соответствии со статьей 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации № 967 от 15 декабря 2000 года, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (пункт 32 Положения). 

Согласно пункту 14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профпатологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в т.ч. возникшего спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ФИО1 длительное время с ... по ... состоял в трудовых отношениях с АО «Апатит» (прежние наименования – ОАО «Апатит», Производственное объединение «Апатит» им. С.М. Кирова), работая машинистом экскаватора; в АО «СЗФК» с ... по ..., работая машинистом экскаватора, уволен по собственному желанию работника (пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 23-31).

Стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в должности машинист экскаватора составил 44 года 1 мес. 

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда №... от ... следует, что условия труда ФИО1 в профессии машинист экскаватора АО «Апатит» не соответствуют ... в профессии машинист экскаватора АО «СЗФК» не соответствуют ... Общие условия труда машиниста экскаватора характеризуются воздействием вредных производственных факторов: шума, вибрации, физического напряжения, напряженности трудового процесса, вредных веществ химической этиологии, запыленности.

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН «СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» на основании решения врачебной комиссии №... от ... у ФИО1 впервые выявлены профессиональные заболевания, которые обусловлены длительным воздействием вредных производственных факторов (общая вибрация), установлен основной диагноз: .... По профзаболеваниям противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами корпуса, при пониженной температуре воздуха. Рекомендовано рациональное трудоустройство, направление на МСЭ – согласно действующего законодательства; ...

Согласно акту о случае профессионального заболевания №... от ..., профессиональные заболевания у истца возникли в результате длительной работы (в течение 44 года 1 месяц) во вредных производственных условиях в профессии помощника машиниста экскаватора АО «Апатит» (1971-1972, 1975-1977 года, стаж 3 года 9 мес.); машиниста экскаватора Кировского рудника АО «Апатит» (1977-2010 год, стаж 32 года 5 мес.); машиниста экскаватора АО «СЗФК» (2010-2018 год, стаж 7 лет 11 мес.), когда ФИО1 из-за несовершенства, с гигиенической точки зрения, технологического процесса и оборудования подвергался сочетанному воздействию вредных производственных факторов, в том числе, общей вибрации. Стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 44 года 1 месяц. Ранее профессиональные заболевания не устанавливались, вины работника в возникновении профзаболеваний не усматривается.

Согласно справки серии №... от ..., выданной ФКУ «Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Мурманской области» Бюро медико - социальной экспертизы № 4 смешанного профиля, на основании акта о профессиональном заболевании №... от ... ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности ... на срок с ... до .... Дата очередного освидетельствования ... (л.д. 19, 63-69).

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что полученные истцом профессиональные заболевания находятся в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчиков.

Необходимость прохождения истцом лечения, обследований в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями, получение такого лечения и обследований подтверждается данными исследованной в судебном заседании карты обследования ФИО1, представленной НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» №..., согласно которой истцу рекомендовано рациональное трудоустройство, направление на МСЭ – согласно действующего законодательства; ....

Таким образом, поскольку профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов, по мнению суда, вина ответчиков в причинении истцу профессионального заболевания в период его работы у вышеуказанных работодателей является доказанной, и на ответчиках лежит безусловная обязанность произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда. 

Потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Факт предоставления работнику на период его трудовой деятельности в АО «Апатит», АО «СЗФК» особых условий труда, таких как дополнительная оплата труда, дополнительный оплачиваемый отпуск, обеспечение средствами индивидуальной защиты и т. п., не является доказательством отсутствия вины ответчиков в причинении вреда здоровью, а свидетельствует лишь о предоставлении работникам Обществ специальных гарантий, обязательных, в силу действующего трудового законодательства, для предоставления лицам, работающим во вредных производственных условиях.

При этом, суд считает необходимым учесть, что повреждение здоровья истца не связано с умышленными противоправными действиями соответчиков, которые, в силу объективных причин, не имели возможности полностью устранить наличие вредных факторов на рабочих местах. Напротив, истец добровольно в течение длительного времени (44 года 1 месяц) осуществлял трудовую деятельность в тяжелых условиях труда, наличие которых компенсировалось обеспечением определенного режима труда и отдыха, предоставлением соответствующих гарантий и льгот, выдачей средств индивидуальной защиты, спецодежды и спецобуви в соответствии с нормами, что следует из актов о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника №... от ....

Вместе с тем, добровольное осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях, получение им за свою работу определенных гарантий, льгот и компенсаций не влияют на право работника на получение возмещения морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья.

Компенсация морального вреда причиненного истцу, в связи с профессиональными заболеваниями, полученными работником при исполнении трудовых обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с требованиями трудового законодательства, коллективных договоров либо соглашений и локальных нормативных актов, содержащих нормы трудового права, к числу которых относится «Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы», утвержденное 20 августа 2015 года Российским профессиональным союзом работников химических отраслей промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей «Российский союз химиков» в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, Федеральными законами «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» от 12.01.1996 № 10-ФЗ, «Об объединениях работодателей» от 27.11.2002 № 156-ФЗ, и направлено на обеспечение стабильной эффективной деятельности организаций химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности, защиту социальных, экономических прав и законных интересов работников, поддержание достойного уровня их жизни, регулирование социально-трудовых отношений между работодателями и работниками. 

Отраслевое тарифное соглашение по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы в силу статей 22, 45, 48 Трудового кодекса Российской Федерации является обязательным правовым актом для применения организациями химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации, к числу которых относится АО «Апатит». 

Проанализировав положения Отраслевого тарифного соглашения, суд приходит к выводу о том, что в данном случае нормы указанного соглашения не могут быть применены в отношении бывшего работника, поскольку действие данного соглашения распространяется на работников организаций химической, нефтехимической, биотехнологической или химико-фармацевтической промышленности, а на день установления профессионального заболевания (01 марта 2018 года) ФИО1 уже не являлся работником АО «Апатит» (уволен 23 апреля 2010 года). 

Кроме того, в соответствии с пунктом 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения, для расчета выплаты потерпевшему работнику при получении профессионального заболевания применяется средний дневной заработок для оплаты отпусков на дату установления профессионального заболевания, поскольку на момент установления профессионального заболевания ФИО1 уже был уволен из АО «Апатит», то расчет компенсации морального вреда с учетом норм Отраслевого тарифного соглашения произвести невозможно.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

В части 2 статьи 46 Трудового кодекса Российской Федерации приведены взаимные обязательства сторон, которые могут быть включены в соглашение, в числе которых вопросы гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение вступает в силу со дня его подписания сторонами либо со дня, установленного соглашением. Срок действия соглашения определяется сторонами, но не может превышать трех лет. Стороны имеют право один раз продлить действие соглашения на срок не более трех лет.

Соглашение действует в отношении: всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение. Прекращение членства в объединении работодателей не освобождает работодателя от выполнения соглашения, заключенного в период его членства. Работодатель, вступивший в объединение работодателей в период действия соглашения, обязан выполнять обязательства, предусмотренные этим соглашением; работодателей, не являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, которые уполномочили указанное объединение от их имени участвовать в коллективных переговорах и заключить соглашение либо присоединились к соглашению после его заключения; органов государственной власти и органов местного самоуправления в пределах взятых ими на себя обязательств (часть 3 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации).

По предложению сторон заключенного на федеральном уровне отраслевого соглашения руководитель федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, имеет право после опубликования соглашения предложить работодателям, не участвовавшим в заключении данного соглашения, присоединиться к этому соглашению. Указанное предложение подлежит официальному опубликованию и должно содержать сведения о регистрации соглашения и об источнике его опубликования (часть 8 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из положений Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы следует, что оно распространяется на работодателей химического комплекса Российской Федерации и работодателей, не являющихся членами Общероссийского отраслевого объединения работодателей «Российский Союз предприятий и организаций химического комплекса», заключивших данное соглашение. Названные работодатели осуществляют возмещение вреда (компенсацию в денежной форме потерпевшему работнику или его семье морального вреда, нравственных и физических страданий) работникам в связи с их трудовыми увечьями или профессиональными заболеваниями, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей. Порядок выплаты работникам организаций, на которых распространяется действие Отраслевого тарифного соглашения, с целью возмещения вреда и его размер определены названным выше Отраслевым тарифным соглашением, в его пунктах 6.1.2 и 6.1.4, где установлены гарантированные минимальные суммы выплат потерпевшему работнику, которые выплачиваются работодателем при наступлении конкретных обстоятельств, перечисленных в этих пунктах. 

Таким образом, в случае присоединения организации к Отраслевому тарифному соглашению и наступления необходимых условий, предусмотренных пунктом 6.1.2 Отраслевого тарифного соглашения (установление инвалидности, профессионального заболевания, смерть работника), работодатель выплачивает работнику гарантированные минимальные суммы в возмещение вреда здоровью, определенные в пункте 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения.

Также суд приходит к выводу о том, что нормы указанного Отраслевого тарифного соглашения не подлежат применению при разрешении спора в отношении ответчика АО «СЗФК», поскольку письмом от 19 ноября 2015 года № 1288, направленным на имя Министра труда и социальной защиты Российской Федерации ФИО4, АО «СЗФК» уведомило о своем отказе присоединиться к Отраслевому тарифному соглашению по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2016-2018 годы (л.д. 74-75). 

Доводы представителя истца о взыскании с соответчика АО «СЗФК» компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в уточненном размере, подлежащим определению в соответствии с положениями Отраслевого тарифного соглашения по организациям химической, нефтехимической, биотехнологической и химико-фармацевтической промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы, суд полагает несостоятельными, поскольку на момент установления истцу диагноза профессионального заболевания (01 марта 2018 года), данное соглашение не было принято и не являлось действующим. 

С учетом изложенного, при определении размера компенсации морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями, полученными работником при исполнении трудовых обязанностей, суд руководствуется общими положениями о компенсации морального вреда, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, и учитывает степень утраты трудоспособности, установленной истцу ФИО1 (...), которая установлена истцу не бессрочно, характер и объем физических и нравственных страданий, полученных в результате профессиональных заболеваний, выразившихся в ограничениях к дальнейшей трудовой деятельности, в испытываемой истцом постоянной боли, в необходимости постоянного медицинского контроля и лечения, невозможности жить полноценной жизнью, вины причинителей вреда, как не обеспечивших надлежащие безопасные условия труда, и отсутствие вины работника, фактической продолжительности его работы в организациях, в которых оказывалось вредное воздействие на организм (в АО «Апатит» - 36 лет 2 мес., в АО «СЗФК» - 7 лет 11 мес.), требований разумности и справедливости.

Согласно части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Как следует из пояснений истца и не оспаривается соответчиками, ФИО1 обращался в АО «Апатит» и АО «СЗФК» с заявлениями о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в результате профессионального заболевания, что подтверждается представленными в материалы дела копиями заявлений истца (л.д. 32-35).

Вместе с тем, работодателями какие-либо выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями и утратой профессиональной трудоспособности истцу не производились, что сторонами не оспаривалось.

Соглашение между сторонами о размере компенсации морального вреда в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, достигнуто не было.

Принимая во внимание наличие между сторонами спора, учитывая, что в обоснование заявленного требования с учетом представленных уточнений истец сослался на нормы трудового законодательства, суд приходит к выводу о том, что размер денежной компенсации должен определяться в порядке указанной нормы трудового законодательства. 

Согласно части 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда, и размер его возмещения определяются судом.

Суд считает определенную истцом ко взысканию сумму денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, завышенной. Исходя из установленных судом обстоятельств, учитывая фактическую продолжительность его работы в организациях, в которых оказывалось вредное воздействие на организм, требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить денежную компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с соответчика АО «Апатит» в размере 100000 рублей, исходя из периода работы у данного работодателя (36 лет 2 мес.), с соответчика АО «СЗФК» в размере 40000 рублей, исходя из периода работы истца 7 лет 11 месяцев. Указанные суммы, по мнению суда, соразмерны понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечают требованиям разумности и справедливости.

В остальной части, соответственно, в размере 200000 рублей (300000,00 – 100000,00) и 609059 рублей 06 копеек (649059,06 – 40000,00) требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием к соответчикам АО «Апатит» и АО «СЗФК», удовлетворению не подлежат. 

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимые расходы.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Постановления №1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). 

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Вместе с тем, как следует из разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 21 Постановления №1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек, предусмотренных в числе прочих статьями 98, 102, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав. 

В силу разъяснений пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК РФ). 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. 

Именно поэтому в части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Однако, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Как следует из материалов дела, для оказания юридической помощи в рамках указанного дела ФИО1 обратился к ФИО2, с которым было заключено соглашение об оказании консультационных и юридических услуг от 03 декабря 2019 года.

По условиям данного соглашения ФИО2 принял на себя следующие обязательства, в том числе: дача консультации, изучение документов, литературы, подготовка искового заявления, заявлений претензионного характера, защита интересов в суде.

Расходы истца на оплату юридических услуг ФИО2 составили 15000 рублей, что подтверждается распиской в получении денежных средств от 03 декабря 2019 года.

Определяя размер судебных расходов по оплате услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчиков, суд учитывает сложность подготовленного искового заявления, характер и объем проделанной представителем работы по настоящему делу, а также фактически затраченное представителем истца время участия в двух судебных заседаниях (23.12.2019 и 20.01.2020), с учетом требований разумности и справедливости, суд считает, что с ответчиков подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в заявленном размере 15000 рублей, по 7500 рублей с каждого (15000,00 / 2).

По мнению суда, данная сумма расходов на оплату юридических услуг представителя применительно к обстоятельствам настоящего дела, его сложности, обеспечивает баланс прав и интересов сторон, соответствует критериям определения разумных пределов и принципу соразмерности и справедливости, в связи с чем, уменьшению не подлежит.

Ссылка представителя ответчика АО «СЗФК» на отсутствие в рассматриваемом случае спора о праве, и соответственно, необходимости обращения в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, не может являться основанием для отказа истцу в удовлетворении требования о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг, поскольку как указано в абзаце 2 пункта 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу. Из содержания указанных норм следует, что возмещение судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Таким образом, с учетом частичного удовлетворения судом требований истца о компенсации морального вреда к соответчикам, в том числе, к АО «СЗФК», а также наличия в материалах дела доказательств, подтверждающих оплату юридических услуг представителя в пределах заявленной суммы, суд приходит к выводу о том, что данные расходы подлежат возмещению АО «Апатит» и АО «СЗФК», как лицами, не в пользу которых принят итоговый судебный акт, в соответствии с требованиями ст.ст. 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 8 части 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. На основании пункта 3 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, общая сумма подлежащей взысканию с ответчиков государственной пошлины в доход местного бюджета за требование о компенсации морального вреда составляет 300 рублей, т.е. по 150 рублей с каждого (300,00 / 2). 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит», Акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием – удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» (ИНН: 

<

***>) в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 100000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 7500 рублей, а всего взыскать – 107500 рублей. 

Взыскать с Акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН: 

<

***>) в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 40000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 7500 рублей, а всего взыскать – 47500 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Апатит» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 200000 рублей – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Акционерному обществу «Северо-Западная фосфорная компания» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 609059 рублей 06 копеек – отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Апатит» (ИНН: 

<

***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 150 (сто пятьдесят) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Северо-Западная фосфорная компания» (ИНН: 

<

***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 150 (сто пятьдесят) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кировский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья: подпись С.Н. Кулыгина

Решение не вступило в законную силу.