Дело № 2-879/2018 Изготовлено 15 ноября 2018 года 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

24 октября 2018 года Ростовский районный суд Ярославской области в составе председательствующего судьи Любимовой Л.А.

при секретаре Сухининой Т.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в гор. Ростове Ярославской обл.

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 

у с т а н о в и л :

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

В исковом заявлении указал, что является собственником автомобиля Шевроле Каптива г.р.н. №. В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 06.02.2018 г. автомобиль истца получил механические повреждения. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет по заключению независимого оценщика ФИО3 от 05.06.2018 

<

...> руб. (без учета износа транспортного средства). Полагая виновным в ДТП ФИО2, управлявшего транспортным средством Рено Логан г.р.н. №, гражданская ответственность которого не была застрахована, истец просит взыскать с ФИО2 стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 56 013,89 руб. и судебные расходы.

При нахождении дела в суде исковые требования были дополнены требованиями о компенсации морального вреда в размере 10 000,00 руб., которые в судебном заседании представителем истца поддержаны не были.

В судебном заседании представитель истца на основании ордера адвокат Бурсин В.В. исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно показал, что ответчиком был нарушен п. 11.2 ПДД РФ, а именно: после подачи автомобилем истца сигнала поворота налево, ответчик стал обгонять его автомобиль, вследствие чего произошло дорожно-транспортное происшествие. Также пояснил, что управлявший автомобилем истца ФИО4 включил указатель левого поворота, предварительно посмотрев в левое наружное зеркало заднего вида и никого в нем не увидев, примерно за 50-100 метров до поворота. К повороту подъехал со скоростью порядка 30 км/ч и перед началом маневра вновь посмотрел в наружное зеркало заднего вида, никого в нем не увидел и приступил к выполнению поворота, после чего почувствовал удар. Через несколько дней после ДТП от своего знакомого ФИО4 узнал, что ФИО7 и ФИО8 были свидетелями ДТП и попросил их через него сходить в ГАИ и дать показания. 

Ответчик ФИО2 и его представитель по устному ходатайству ФИО5 исковые требования не признали, сославшись на вину истца в совершении дорожно-транспортного происшествия.

Ответчик пояснил, что ехал со скоростью около 50 км/ч, начал обгон автомобиля Шевроле Каптива и в тот момент, когда машины фактически поравнялись друг с другом, ФИО4, начав маневр поворота налево, совершил столкновение с его автомобилем. Полагал, что во время маневра истец разговаривал по телефону, в связи с чем не убедился в безопасности маневра. Также просил учесть, что машина истца была чем-то загружена, в связи с чем он не имел возможности пользоваться салонным зеркалом заднего вида.

Представитель ответчика ФИО5 полагала, что истцом был нарушен п. 8.1 ПДД РФ, запрещающий водителям при выполнении маневра создавать опасность для движения и помехи другим участникам движения. Просила учесть, что в силу п. 8.2 ПДД РФ подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности, в связи с чем, даже если ФИО4 подавал сигнал поворота, перед его выполнением он должен был убедиться в безопасности маневра.

Свидетель ФИО9, допрошенный в судебном заседании 26.09.2018 г., показал, что работает сотрудником ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по Ярославской области. 06.02.2018 г. он осуществлял выезд на дорожно-транспортное происшествие на ул. 

<

адрес> с участием водителей ФИО4 и ФИО2 По приезду на место ДТП автомобиль ФИО2 Рено находился на левой обочине, автомобиль ФИО4 Шевроле – посередине дороги. ФИО4 пояснял, что начал выполнять маневр поворота и получил удар в левый борт, ФИО2 считал, что ФИО4 начал маневр, когда он уже практически его обогнал. ФИО4 утверждал, что включал указатель поворота. Горел ли указатель на момент приезда ДПС, свидетель не помнит. Каких-либо свидетелей ДТП не имелось. Поскольку установить виновного не удалось, свидетель составил два определения по факту ДТП, материал был передан дознавателям. При составлении материала ошибочно были указаны повреждения автомобиля Рено, а также их локализация на левом борте. Каких-либо дописок он в определение о возбуждении дела об административном правонарушении не вносил, допускает, что они были внесены в отделе дознания.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании 17.10.2018 г. показал, что 06.02.2018 г. он вместе с напарником подъехал к выезду со склада на ул. 

<

адрес>. Подъезжая к перекрестку, он заблаговременно посмотрел налево, увидел, как в левую сторону движутся две машины: Шевроле и Рено. Расстояние от автомобиля свидетеля до удаляющихся машин было порядка 50 метров, они были уже ближе к следующему перекрестку. Машины ехали друг за другом: сначала Шевроле, следом – Рено, без какого-либо смещения. У Шевроле горел указатель левого поворота. Свидетель повернул направо, в зеркало заднего вида не смотрел, в Газели в него все равно ничего не увидеть, ДТП не видел. О произошедшей аварии узнал от напарника, который является соседом заместителя ФИО4, через 2-3 дня. Поскольку автомобиль ФИО4 свидетелю знаком, он неоднократно его видел, они с напарником, сопоставив факты, решили, что видели машины перед аварией. Пояснил, что на склад ездят часто, почти каждое утро, но тогда была зима, заказов почти не было, кроме того – обеденное время, в связи с чем подробности ситуации свидетелю запомнились. Госномеров автомобилей свидетель не видел, но уверен, что видел машину ФИО4

Привлеченное судом к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора ОАО «АльфаСтрахование», извещенное судом о времени и месте рассмотрения дела, своего представителя в суд не направило, об отложении судебного заседания не просило.

Судом разрешен вопрос о рассмотрении дела при имеющейся явке.

Заслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Спорные отношения регулируются нормами гражданского законодательства Российской Федерации.

В силу ст. 56 ГПК РФ стороны обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, если федеральным законом не установлено иное.

Из материалов дела следует, что 06.02.2018 г. в 12.10 час. у 

<

адрес> по ул. 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств: Шевроле Каптива г.р.н. № (далее – Шевроле), принадлежащего истцу и находившегося под управлением ФИО4, и Рено Логан г.р.н. № (далее – Рено), принадлежащего ответчику и находившегося под его же управлением), вследствие которого оба транспортных средства получили механические повреждения.

Из объяснений сторон следует, что столкновение транспортных средств произошло в результате выполнения водителем Рено обгона транспортного средства Шевроле, производившего маневр поворота налево.

Порядок действий водителей при произведении обгона транспортного средства регулируется п.п. 11.1 – 11.6 ПДД РФ.

Маневрирование транспортных средств, в том числе выполнение маневра поворота, регламентировано положениями Раздела 8 ПДД РФ.

В силу п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Из схемы Дорожно-транспортного происшествия (л.д. 71) следует, что столкновение транспортных средств произошло на полосе, предназначенной для движения во встречном для обоих автомобилей направлении, ближе к центру проезжей части, то есть практически сразу после начала маневра поворота налево водителем автомобиля Шевроле.

Из представленных суду материалов административного дела и фотографий транспортных средств следует, что повреждения автомобиля Рено локализуются в области правой передней двери и правой стойки при отсутствии повреждений правой части переднего бампера и правого переднего крыла, автомобиля Шевроле – в области левой части переднего бампера и левого переднего крыла.

Из этого следует, что на момент столкновения автомобиль Рено опережал автомобиль Шевроле, вследствие чего последний, начав выполнение маневра поворота налево, произвел удар в переднюю правую дверь автомобиля Рено. Соответственно, на момент начала выполнения водителем автомобиля Шевроле маневра поворота налево автомобиль Рено находился примерно на одном с ним уровне, однозначно приступив к обгону данного транспортного средства.

Согласно п. 8.1 ПДД РФ, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями (п. 11.3 ПДД РФ).

Из сказанного следует, что перед началом выполнения маневра поворота налево водитель транспортного средства Шевроле был обязан убедиться в безопасности данного маневра, в том числе – в отсутствии транспортных средств, производящих его обгон, и при обнаружении таковых отказаться от выполнения маневра до устранения препятствующих ему обстоятельств.

Ссылку истца на п. 11.2 ПДД РФ, в соответствии с которым водителю запрещается выполнять обгон в случае, если транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево, суд считает несостоятельной, поскольку согласно п. 8.2 ПДД РФ подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности, из чего следует, что водитель транспортного средства, подавшего сигнал поворота налево, перед началом выполнения маневра обязан убедиться в безопасности данного маневра. Соответственно, при любых обстоятельствах ФИО4 перед выполнением маневра был обязан убедиться в его безопасности, в том числе – в отсутствии транспортных средств, двигающихся как во встречном, так и в попутном с ним направлении.

Кроме того, суд считает не отвечающими признакам относимости и достоверности показания свидетеля ФИО10, в том числе в части его утверждения о том, что на автомобиле истца до начала маневра поворота налево был включен указатель левого поворота, при этом на автомобиле ответчика указатель поворота был выключен, исходя из того, что первоначально в судебном заседании свидетель указывал на часто совершаемые им выезды по данной дороге, после уточняющего вопроса суда о причинах, по которым он установил, что именно в этот день он видел эти машины и запомнил, как они двигались, у кого и какие указатели были включены, изменил показания, пояснив, что в феврале заказов мало, выезжают редко, тем более после обеда, причину изменения показаний объяснить не смог. Принимая во внимание, что свидетель не видел самого события дорожно-транспортного происшествия, автомобиль истца, как следует из показаний свидетеля, ему хорошо знаком, поскольку он регулярно видит его на данной дороге, государственные номера машин свидетель не запомнил, о ДТП узнал только некоторое время спустя, суд приходит к выводу, что показания этого свидетеля не могут подтверждать обстоятельства, касающиеся данного ДТП, ввиду недоказанности относимости данного доказательства к исследуемым событиям, и полагает, что данные показания даны свидетелем из чувства ложного товарищества в целях помочь знакомому своего друга доказать невиновность в дорожно-транспортном происшествии.

К пояснениям представителя истца о том, что ФИО4 дважды – при включении указателя поворота и приступая к выполнению маневра, посмотрел в зеркало заднего вида, но не увидел в нем автомобиля истца, суд относится критически, принимая во внимание то обстоятельство, что участок дороги, на котором произошло ДТП, является прямолинейным, соответственно, при надлежащем выполнении водителем своих обязанностей, автомобиль ответчика не мог остаться им незамеченным.

Принимая во внимание, что своими действиями водитель автомобиля Шевроле ФИО4 воспрепятствовал ФИО2 в завершении ранее начатого обгона, суд считает, что ФИО4 при выполнении маневра поворота налево нарушены п.п. 1.3, 8.1 и 11.3 ПДД РФ, нарушение которых находится в прямой причинной связи с произошедшим ДТП.

В силу пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.

Поскольку вина ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия в судебном заседании не доказана, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Ростовский районный суд Ярославской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Л.А.Любимова