Дело № 2-191/17 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 апреля 2017 года г. Карачаевск

Карачаевский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе: 

председательствующего судьи Чотчаева Х.О.,

при секретаре судебного заседания Узденовой З.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Карачаевского районного суда КЧР гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причинённого незаконными действиями органов государственной власти вследствие применения к ней политической репрессии по национальному признаку в виде высылки, мотивируя тем, что она, как дочь родителей, подвергшихся политическим репрессиям в виде высылки по национальному признаку, со дня рождения, а именно с ДД.ММ.ГГГГ находилась на специальном поселении в Киргизской ССР. Согласно справке о реабилитации от ДД.ММ.ГГГГ №№ Российская Федерация официально признала ее жертвой политических репрессий. Исходя из положений Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» статус жертвы политических репрессий и, как следствие этого, право на меры социальной поддержки приобретаются на основании справки, выданной компетентными органами государства. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров» даны разъяснения, согласно которым общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признаёт юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции должно осуществляться с учётом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В настоящее время вступило в законную силу постановление Европейского Суда по правам человека от 2 февраля 2010 года по делу «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии» (жалоба №7975/06). Европейский суд по правам человека, рассмотрев дело «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии» в своём постановлении подчеркнул, что в грузинском законодательстве отсутствует нормативный акт о возмещении ущерба жертвам политических репрессий, и что если этот пробел не будет устранён, то государство-ответчик должно выплатить 4 тысячи евро в качестве возмещения за моральный вред каждому из заявителей. В соответствии с ч.2 ст.1 ГПК РФ если международным договором Российской Федерации установлены иные правила гражданского судопроизводства, чем те, которые предусмотрены законом, применяются правила международного договора. Поскольку Российская Федерация, как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признаёт юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней, исковые требования должны быть разрешены с учётом правовой позиции Европейского Суда, выраженной в постановлении от 2 февраля 2010 года по делу «Клаус и Юрий Киладзе против Грузии», которым разрешены аналогичные правоотношения. Истец является лицом, признанным жертвой советских политических репрессий и реабилитированным в установленном российском законодательством порядке, поэтому в отношении неё была нарушена статья 1 Протокола №1 Конвенции. У неё имеется собственность в виде основанного на Законе «О реабилитации жертв политических репрессий» и Конституции Российской Федерации правомерного ожидания возмещения ущерба, причинённого нравственными страданиями, связанными с незаконным ограничением свободы. С 1 января 2005 года гарантия компенсации морального ущерба из преамбулы Закона была исключена, что является отказом от правовой и моральной обязанности государства и противоречит статье 1 Протокола №1 к Конвенции, и не может применяться судами во избежание нарушения ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации. Истцу, родившейся в ссылке, в семье спецпереселенцев на протяжении многих лет, даже после возвращения на историческую Родину, приходилось жить с ярмом дочери изменников Родины, выслушивать оскорбления в свой адрес и в адрес своего народа от разных людей, в том числе и от людей, наделенных властью, следовательно, политическую реабилитацию нельзя считать полной. Она считает справедливой и достаточной компенсацию морального вреда в размере 5000000 (пяти миллионов) рублей за моральные и нравственные страдания. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, в исковом заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель ответчика - Министерства финансов России в лице Управления федерального казначейства по КЧР по доверенности №№ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в судебное заседание не явилась, в представленных суду возражениях на исковое заявление просит рассмотреть дело в его отсутствие, исковые требования ФИО1 не признает, просит отказать в удовлетворении ее исковых требований по тем основаниям, что 18 октября 1991 года принят Закон Российской Федерации "О реабилитации жертв политических репрессий", который является специальным законом, направленным на реализацию положений статей 52 и 53 Конституции РФ, возлагающих на государство обязанность защищать права потерпевших от злоупотреблений властью. Федеральным законом от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" из преамбулы Закона РФ от 18 октября 1991 года "О реабилитации жертв политических репрессий" было исключено положение о компенсации морального ущерба (статья 6). Федеральным законом от 22 августа 2004 года N 122-ФЗ установлено, что указанные лица обеспечиваются мерами социальной поддержки на основании законов субъектов РФ, а соответствующие расходные обязательства являются расходными обязательствами субъектов РФ. Таким образом, в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации денежная компенсация морального вреда реабилитированным лицам не предусмотрена.

Исследовав материалы дела, суд пришёл к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска.

Судом установлено, что на основании Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР от 12.10.1943 года семья истца была подвергнута политической репрессии по национальному признаку в виде высылки в Киргизскую ССР, где находилась на спецпоселении с ДД.ММ.ГГГГ по 1957 год. ФИО1 родилась ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> Фрунзенской области. На основании пункта «в» ст. 3 Закона Российской Федерации от 18.10.1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий» она реабилитирована как дочь родителей, высланных в 1943 из КАО в Киргизскую ССР, что подтверждается справкой о реабилитации от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной Министерством внутренних дел Карачаево-Черкесской Республики.

Являясь демократическим и правовым государством, Российская Федерация признала незаконными действия тоталитарного советского режима по применению репрессий в отношении тех народов, которые подвергались геноциду и необоснованным обвинениям. Стремясь к восстановлению исторической справедливости, Россия законодательно провозгласила отмену всех незаконных актов, принятых в отношении репрессированных народов. Законом РСФСР от 26.04.1991 №1107-1 «О реабилитации репрессированных народов» государство предусмотрело территориальную, политическую, социальную и культурную реабилитацию репрессированных народов, а также возмещение ущерба, причинённого репрессированным народам и отдельным гражданам со стороны государства в результате репрессий. С целью реабилитации всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории Российской Федерации с 25 октября (7 ноября) 1917 года, восстановления их в гражданских правах, устранения иных последствий произвола и обеспечения посильной компенсации причинённого им ущерба был принят Закон Российской Федерации от 18.10.1991 года №1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий».

Являясь реабилитированным лицом, истица в соответствии с Законом РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» и Законом Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» имеет право на льготы и меры социальной поддержки, установленные названными федеральными законами, а также Законом Карачаево-Черкесской Республики от 22 августа 2004 года №122 -ФЗ «О мерах социальной поддержки реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий» и иными федеральными и республиканскими нормативно-правовыми актами. Однако, ни один нормативно-правовой акт, касающийся реабилитации жертв политических репрессий и регулирующий рассматриваемые судом по настоящему делу правоотношения, не предусматривает возможность компенсации причинённого репрессированным лицам морального вреда путём выплаты им денежной компенсации этого вреда.

Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», как следует из его преамбулы в ранее действовавшей редакции, принимался в целях компенсации материального и морального вреда, причинённого репрессированным лицам. Однако, используемые в этом законе специальные публично-правовые механизмы компенсации, в отличие от гражданского законодательства, не предусматривают разграничение возмещения материального и морального вреда. Закон Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» предусматривает комплекс мер, направленных на социальную защиту этой категории граждан. По своей правовой природе данные виды государственной социальной поддержки являются льготами, носящими компенсаторный характер, установление порядка предоставления которых в соответствии со ст. 17 Закона возложено на Правительство Российской Федерации.

Предоставление реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, льгот (именуемых в настоящее время мерами социальной поддержки) направлено на создание благоприятных условий для реализации прав и свобод названными категориями граждан и обеспечение их социальной защищённости. По своей правовой природе эти льготы носили компенсаторный характер и в совокупности с иными мерами были призваны способствовать возмещению вреда, причинённого в результате репрессий. Следовательно, льготы, которые установлены федеральным законодателем для реабилитированных лиц и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий, в их материальном (финансовом) выражении входят в признанный государством объём возмещения вреда, включая моральный вред. Данная правовая позиция изложена в ряде сохраняющих свою силу определений Конституционного Суда Российской Федерации (от 10 июля 2003 г. N 282-О, от 5 июля 2005 г. N 246-О, от 27 декабря 2005 г. N 527-О, от 17 октября 2006 г. N 397-О, от 15 мая 2007 г. N 383-О-П, от 24 июня 2008 г. N 620-О-П, от 16 декабря 2010 г. N 1627-О-О и др.)

Таким образом, федеральным законодателем в соответствии с требованиями Конституции Российской Федерации были установлены порядок и последствия реабилитации, определены формы, способы восстановления прав жертв политических репрессий, способы, формы и размеры возмещения государством вреда реабилитированным лицам и лицам, признанным пострадавшими от политических репрессий, в целях компенсации как материального, так и морального ущерба, общие принципы предоставления им мер социальной поддержки, а также гарантируемый минимальный (базовый) уровень такой поддержки. Таким образом, предоставление государством реабилитированным лицам предусмотренных законом и подзаконными нормативными актами льгот и компенсаций по своей правовой природе является формой возмещения вреда, причинённого этим лицам, включающего и возмещение морального вреда.

Суд также учитывает то обстоятельство, что ответственность за причинение морального вреда и возможность его денежной компенсации впервые были установлены Основами гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, вступившими в законную силу с 3 августа 1992 года. Моральный вред в виде нравственных и физических страданий был причинён истцу с 1943 года до 1957 год, то есть до введения в действие Основ гражданского законодательства Союза ССР, предусмотревших такой вид ответственности, как компенсация морального вреда. Согласно положениям ч.1 ст.54 Конституции Российской Федерации и п.1 ст.4 ГК РФ нормы права, касающиеся возможности денежной компенсации морального вреда, не подлежат применению к спорным правоотношениям. Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в определении от 18 января 2005 года N 7-О, общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после его введения в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на отношения, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.

Суд отклоняет содержащуюся в исковом заявлении ссылку на нарушение практики Европейского Суда, а именно на Постановление от 2 февраля 2010 года по делу "Клаус и Юрий Киладзе против Грузии", поскольку присужденные заявителям по указанному делу денежные суммы являются не компенсацией за политические репрессии, а компенсацией за нарушение их права на имущество по статье 1 Протокола N 1 к Конвенции, поскольку в течение 11 лет государство уклонялось от осуществления мер по принятию законодательства, административных и бюджетных мер, чтобы лица, на которых распространяется действие статьи 9 Закона Грузии от 11 декабря 1997 г., могли эффективно использовать права, гарантированные данным положением. Между тем, в Российской Федерации, имеется эффективная система внутригосударственных средств правовой защиты в отношении жертв политических репрессий, к которым относится и истец.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике о компенсации морального вреда, причинённого ей вследствие применения к ее родителям ДД.ММ.ГГГГ политической репрессии по национальному признаку в виде высылки в Киргизскую ССР и ее нахождения в специальном поселении, в размере 5 000 000 (пять миллионов) рублей - отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда КЧР через Карачаевский районный суд в течение месяца со дня его принятия.

Председательствующий Х.О.Чотчаев