Судья Востриков Е.Ф. Дело № 22-3790/2025

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Барнаул 30 октября 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Шевелевой Р.В.,

судей Мишиной Е.В., Никотиной С.Г.,

при ведении протокола помощником судьи Гариным М.В.,

с участием:

прокурора Корнилович Г.Н.,

адвоката Канарского В.Н.,

осужденной ФИО1 (по видео-конференц-связи),

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Мамонтовского района Алтайского края Лавниченко И.Ю., апелляционным жалобам адвоката Горобцова А.А., осужденной ФИО1 на приговор Мамонтовского районного суда Алтайского края от 17 июля 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженка 

<

адрес> 

<

адрес>, несудимая,

- осуждена по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы времени содержания ФИО1 под стражей в период с 17 июля 2025 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить, взять осужденную под стражу в зале суда.

Разрешены вопросы о судьбе вещественных доказательств, взыскании процессуальных издержек. 

Заслушав доклад судьи Мишиной Е.В., изложившей обстоятельства дела, существо приговора, апелляционного представления прокурора, апелляционных жалоб адвоката, осужденной, возражений адвоката, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признана виновной в покушении на убийство Потерпевший №1, не доведенном до конца по независящим от нее обстоятельствам, совершенном при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГ в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ между ФИО1 и Потерпевший №1, находившимися в доме по адресу: 

<

адрес>, на почве личных неприязненных отношений возник конфликт, переросший в драку, в ходе которой у ФИО1, возник преступный умысел, направленный на убийство Потерпевший №1

Реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство Потерпевший №1, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти Потерпевший №1 и желая их наступления, в указанный период времени, в указанном месте, ФИО1 взяла со стола нож и, используя его в качестве оружия, умышленно нанесла не менее 3 ударов в область расположения жизненно важных органов - область груди, правой лопатки и брюшной полости Потерпевший №1, причинив ему следующие телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение задней поверхности правой половины груди, начинающееся кожной раной в проекции 4-5-го межреберья, продолжающееся раневым каналом, в направлении сзади наперед проникающее в правую плевральную полость без повреждения легкого с развитием правостороннего пневмоторакса (наличие воздуха в правой плевральной полости); проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки, начинающееся кожной раной в области левого подреберья ближе к среднеключичной линии, продолжающееся раневым каналом в направлении спереди назад, проникающее в брюшную полость с повреждением левой доли печени, с развитием гемоперитонеума (наличие крови в брюшной полости, точный объем не указан, указан объем кровопотери во время оперативного вмешательства), которые как в совокупности, так и по отдельности, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также слепое колото-резаное ранение в области правой лопатки, продолжающееся раневым каналом в направлении сзади наперед, без повреждения крупных сосудисто-нервных пучков, которое причинило легкий вред здоровью потерпевшего по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не более 3-х недель (21 дня), так как для полного заживления подобных ранений, всегда необходим вышеуказанный срок.

После чего Потерпевший №1 упал на диван, а ФИО1, увидев кровь, стала оказывать ему помощь, при этом, не доведя свой преступный умысел до конца, по независящим от нее обстоятельствам, ввиду своевременного оказания медицинской помощи.

В судебном заседании осужденная ФИО1 вину в предъявленном обвинении признала частично, согласившись с фактом нанесения потерпевшему трех ударов ножом, но отрицая наличие умысла на убийство, указывая, что ее действия носили оборонительный характер, поскольку Потерпевший №1 ей были нанесены удары руками, в том числе по голове и высказаны угрозы причинения вреда здоровью.

В апелляционном представлении прокурор Мамонтовского района Алтайского края Лавниченко И.Ю. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным, подлежащим отмене. Ссылается на положения ст.ст. 297, 307 УПК РФ, п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» относительно того, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом. Указывает, что в описательно-мотивировочной части приговора, оценивая действия ФИО1, суд приходит к выводу о том, что нанося колото-резаные ранения в область нахождения жизненно важных органов человека, ФИО1 не могла не осознавать, что от ее действий может наступить смерть потерпевшего, что свидетельствует о наличии у осужденной прямого умысла на умышленное покушение на убийство потерпевшего. Вместе с тем, судом не мотивировано, почему действия ФИО1 квалифицируются именно как покушение на убийство потерпевшего, по каким причинам последствия в виде смерти не наступили. При этом в описательной части приговора указано, что ФИО1, увидев кровь, стала оказывать помощь потерпевшему, и смерть Потерпевший №1 не наступила ввиду своевременного оказания медицинской помощи. Тем самым судом допущено противоречие относительно того, что смерть Потерпевший №1 не наступила по независящим от ФИО1 обстоятельствам, в то время как ее действия по оказанию помощи, безусловно, от нее зависели.

Помимо этого отмечает, что судом в нарушение положений ст. 307 УПК РФ при оценке доказательств допущены противоречия и не указаны мотивы, по которым суд принял одни и отверг другие доказательства. Так, оценивая показания потерпевшего, суд признает их последовательными, логичными и достоверными, не дав оценки имевшимся в них противоречиям: в ходе следствия потерпевший отрицал применение насилия к ФИО1, указал, что неожиданно почувствовал удар в спину; в судебном заседании пояснил о даче подзатыльника ФИО1 Показания осужденной о нанесении ей ударов суд оценивает критически, как попытку приуменьшить свою роль в совершенном преступлении. Однако, мотивируя выводы о квалификации, суд считает установленным нанесение ей ударов по голове, тряску, удержание ее за руки, вследствие чего признает противоправное поведение потерпевшего смягчающим наказание обстоятельством. При этом формулировка смягчающего наказание обстоятельства в приговоре не соответствует формулировке, приведенной в п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в связи с чем не ясно, признал ли суд противоправное поведение потерпевшего причиной преступных действий виновной.

Приводя положения п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, обращает внимание, что при рассмотрении уголовного дела достоверно установлен факт оказания ФИО1 помощи потерпевшему Потерпевший №1 после причинения телесных повреждений, выразившихся в попытках остановки кровотечения, просьбе вызвать скорую помощь, доставке потерпевшему вещей в больницу, однако, указанное смягчающее обстоятельство не учтено судом при назначении ФИО1 наказания.

Настаивает, что судом первой инстанции в приговоре допущены существенные противоречия, сделаны несоответствующие фактическим обстоятельствам дела выводы, допущены нарушения уголовно-процессуального закона, неправильно применен уголовный закон, что повлекло за собой постановление незаконного и необоснованного приговора. В связи с чем просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Горобцов А.А., ссылаясь на ч.1 ст.37 УК РФ, считает приговор суда преждевременным, подлежащим отмене, а обвинение, предъявленное ФИО1 - несостоятельным, недоказанным, не подтвержденным материалами уголовного дела и судебным следствием. Указывает, что умысел осужденной, направленный на убийство Потерпевший №1, не установлен и не доказан обвинением. Полагает, что действия ФИО1 необходимо переквалифицировать на ч.1 ст.37 УК РФ. Отмечает, что судом допущены нарушения при проверке и оценке доказательств, которые проведены не всесторонне, не объективно, не полно, без учета правил, предусмотренных ст.ст. 87, 88 УПК РФ. Считает, что судом неправильно установлены обстоятельства дела, а выводы суда противоречат объективным обстоятельствам и добытым следствием доказательствам. 

Отмечает, что суд не дал оценки тому, что именно Потерпевший №1, находившийся в состоянии опьянения, будучи агрессивным, начал конфликт, что привело к данным последствиям. ФИО1 лишь защищала свои жизнь и здоровье, на что имела право. Кроме того, суд не проанализировал, что все события произошли в период нападения Потерпевший №1 на ФИО1 и активного её избиения. Доказательств, опровергающих данную версию произошедших событий, следствие не предоставило. 

Полагает необходимым рассматривать действия ФИО1 в рамках наступивших последствий по причинению вреда здоровью Потерпевший №1, то есть в рамках признаков преступления, предусмотренного ст.111 УК РФ, так как согласно заключению эксперта №335 от 13 января 2025 года Потерпевший №1 причинен тяжкий вред здоровью. 

Обращает внимание на отсутствие очевидцев происходящих событий, в связи с чем считает необходимым отдавать предпочтение доказательствам, полученным в судебном заседании.

Приводит показания потерпевшего Потерпевший №1, данные в судебном заседании, о том, что именно он спровоцировал конфликт, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, дал ФИО1 «подзатыльник», от его же действий на предплечье ФИО1 образовались синяки. Также он подтвердил, что конфликты у него с осужденной происходили и ранее. Отмечает, что показания потерпевшего, данные в судебном заседании, подтверждаются показаниями ФИО1 и заключением эксперта № 309 от 27 ноября 2024 года, согласно которым у ФИО1 обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтека на поверхности правого плеча.

Также цитирует показания, данные осужденной ФИО1, о нахождении Потерпевший №1 в состоянии опьянения, оскорблении ее нецензурной бранью, высказывании угроз физической расправы, что сопровождалось активными действиями по нанесению ей телесных повреждений, отчего у нее образовались кровоподтеки, описанные в экспертизе, а также нанесением ударов по голове таким образом, чтобы не образовалось следов.

Указывает, что именно в момент оскорбления и нанесения очередного подзатыльника ФИО1 взяла первый попавшийся предмет, которым оказался нож, и нанесла несколько ударов Потерпевший №1 Последний в момент нанесения ножевых ударов активно двигался, поэтому удары пришлись в разные места тела, но ФИО1 не имела умысла на причинение смерти Потерпевший №1, специально не выбирала места для нанесения ножевых ударов. Все произошло очень быстро, в момент нанесения Потерпевший №1 телесных повреждений и одновременных угроз ФИО1 Именно так ФИО1 смогла остановить агрессию Потерпевший №1, а затем оказала ему первую помощь, вызвала скорую помощь.

С учетом изложенного считает, что причиной наступивших последствий явилось именно противоправное поведение потерпевшего, установленное судом и признанное смягчающим наказание обстоятельством.

Полагает, что с учетом добытых в суде доказательств, показаний потерпевшего и осужденной, произошедшие события следует рассматривать в рамках ч.1 ст. 114 УК РФ и ст. 37 УК РФ. Просит проверить законность и обоснованность приговора в полном объеме, приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, указывая, что покушения на убийство не совершала, сама является пострадавшей, поскольку сожитель был пьян, сильно ее избивал, угрожал ей убийством. Опасаясь за свою жизнь, она оборонялась, не думая, что у нее в руке. Отмечает, что защищала свою жизнь и жизнь своего 

<

данные изъяты>. Акцентирует внимание на том, что без ее помощи 

<

данные изъяты>, остался один, других родственников, которые могли бы позаботиться о нем, нет. Просит смягчить приговор, переквалифицировать ее действия на ст.118 УК РФ, назначить условное наказание. 

В возражениях на апелляционное представление адвокат Горобцов А.А. фактически указывает на согласие с доводами представления, но приговор просит отменить по основаниям, изложенным им в жалобе, в связи с нахождением ФИО1 в состоянии необходимой обороны.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым; приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. 

В соответствии со ст.ст. 389.15, 389.16, 389.18 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, в том числе, когда выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, либо суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы, а также, если в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; неправильное применение уголовного закона, которое может быть выражено в применении не той статьи или не тех пункта и (или) части статьи Особенной части УК РФ, которые подлежали применению.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к выводу о наличии приведенных выше оснований, необходимости отмены постановленного судом первой инстанции в отношении ФИО1 приговора и вынесения по делу нового обвинительного приговора, поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могут быть устранены в апелляционном порядке.

Суд апелляционной инстанции, проверив доказательства, исследованные судом первой инстанции, установил, что ФИО1 совершила преступление в отношении Потерпевший №1 при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГ в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ между ФИО1 и Потерпевший №1, находившимися в доме по адресу: 

<

адрес>, на почве личных неприязненных отношений произошел конфликт, переросший в драку, в ходе которой у ФИО1 возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 с применением предмета, используемого в качестве оружия. Реализуя задуманное, ФИО1 взяла со стола нож и, используя его в качестве оружия, умышленно нанесла им Потерпевший №1 не менее 3 ударов в область расположения жизненно важных органов - область правой лопатки, брюшной полости и груди, причинив ему следующие телесные повреждения: слепое колото-резаное ранение в области правой лопатки, продолжающееся раневым каналом в направлении сзади наперед, без повреждения крупных сосудисто-нервных пучков, которое причинило легкий вред здоровью потерпевшего по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не более 3-х недель (21 дня), так как для полного заживления подобных ранений, всегда необходим вышеуказанный срок; а также проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки, начинающееся кожной раной в области левого подреберья ближе к среднеключичной линии, продолжающееся раневым каналом в направлении спереди назад, проникающее в брюшную полость с повреждением левой доли печени, с развитием гемоперитонеума (наличие крови в брюшной полости, точный объем не указан, указан объем кровопотери во время оперативного вмешательства); проникающее колото-резаное ранение задней поверхности правой половины груди, начинающееся кожной раной в проекции 4-5-го межреберья, продолжающееся раневым каналом в направлении сзади наперед, проникающее в правую плевральную полость без повреждения легкого с развитием правостороннего пневмоторакса (наличие воздуха в правой плевральной полости), которые как в совокупности, так и по отдельности, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. После чего ФИО1 прекратила свои противоправные действия, приняла меры к оказанию Потерпевший №1 помощи. 

Указанные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании суда первой инстанции доказательствами:

показаниями самой ФИО1, данными на стадии предварительного расследования в качестве подозреваемой (т.1 л.д. 55-59), согласно которым ДД.ММ.ГГ около ДД.ММ.ГГ между ней и Потерпевший №1, находящимся в состоянии опьянения, на бытовой почве произошел конфликт из-за того, что он не мог найти кухонную доску в качестве подставки под горячее, требовал его накормить, стал на нее кричать, выражаться грубой нецензурной бранью, угрожал физической расправой, 3-4 раза с силой ударил ее по голове кулаком, схватил за руки в районе плеч и стал трясти, это происходило в спальне, где она находилась с сыном. Затем она оттолкнула Потерпевший №1 и вышла на кухню, он пошел следом за ней, высказывался нецензурной бранью, замахивался руками в ее сторону, тогда она его оттолкнула, отчего он упал на диван, но поднялся и вновь пошел на нее. После чего она, опасаясь высказанных угроз убийством со стороны Потерпевший №1, схватила со стола кухонный нож, который использовался в быту, развернула стоявшего в дверях спальни Потерпевший №1 от себя, толкнула его в помещение спальни и нанесла ему ножом удар по спине, держа его в правой руке. Потерпевший №1 упал на диван, но встал и снова пошел на нее, высказывая угрозы причинения вреда здоровью. После чего она, опасаясь реализации этих угроз, нанесла ему ножом еще два удара - в живот и грудь. От ударов Потерпевший №1 упал на диван, после чего она схватила тряпку и зажала ему рану, сказала сыну вызвать скорую помощь, что он и сделал. 

В ходе проверки показаний на месте, зафиксированных на видеозаписи (т.1 л.д. 60-66), ФИО1 пояснила, что удары ножом Потерпевший №1 она наносила на кухне, первый, развернув его спиной, в область лопатки, следующие – в область живота и груди, когда Потерпевший №1 повернулся к ней и стал направлять свои руки, в которых ничего не было, в область ее предплечий. Убивать Потерпевший №1 она не хотела, хотела защитить себя и сына. После нанесения ударов проводила его в зальную комнату на диван, где перетянула раны махровым полотенцем, была вызвана скорая помощь. 

В судебном заседании ФИО1 подтвердила, что наносила удары Потерпевший №1 в кухне, после того как он ей нанес удары и угрожал. В момент перового удара Потерпевший №1 находился к ней спиной, после удара он не понял, что произошло. Когда повернулся, вновь стал наносить ей удары, тогда она снова ударила его дважды ножом, не целясь в конкретную область, нанося удары беспорядочно. После чего крикнула сыну, чтобы он вызывал скорую помощь, усадила Потерпевший №1 на диван, зажала раны полотенцем. Она стала с ним разговаривать, чтобы он был в сознании, до приезда скорой помощи Потерпевший №1 находился в сознании;

показаниями потерпевшего Потерпевший №1, данными на стадии предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании (т. 1 л.д. 37-41), согласно которым ФИО1 на протяжении дня ДД.ММ.ГГ употребляла спиртное, он просил ее этого не делать, отлучался из дома, около 17 часов приехал домой, в это время ФИО1 сидела на кухне, продолжала пить пиво. Он стал жарить яичницу, искал доску, чтобы поставить сковородку, но не мог ее найти. Трижды спросил у ФИО1, где досточка, она ему не ответила. Он подошел к навесному шкафу на кухне, открыл дверцу, чтобы взять досточку, и в этот момент почувствовал удар в спину. Он не понял, что произошло, подумал, что она ударила его сковородой, так как по спине что-то потекло. Он развернулся, спросил ФИО1: «Ты что делаешь?», в этот момент почувствовал удар в живот, у него помутилось сознание. Что было у ФИО1 в руках в момент ударов, он не видел, только после второго удара, когда немного прояснилось сознание, он увидел, что у ФИО1 в руках нож. Он крикнул сыну ФИО1 - Свидетель №1, чтобы он помог забрать у матери нож. Тот подбежал, выхватил нож у ФИО1 из руки и дальше ничего не помнит, очнулся уже в больнице. После первого удара ФИО1 сказала: «Что же я наделала». Помнит, что Свидетель №1 вызывал скорую помощь. Скандала у них не было, ударов ФИО1 он не наносил. После оглашения показаний, Потерпевший №1 в целом подтвердил их достоверность, указав, что давал их 

<

данные изъяты>, плохо соображал, думал, что они просто беседуют со следователем.

В судебном заседании потерпевший Потерпевший №1 пояснил, что в день исследуемых событий у них с ФИО1 произошел бытовой конфликт, в ходе которого он проявил агрессию к ФИО1 грубо выражался в отношении нее, дал «подзатыльник», причинил синяки на предплечье, чем спровоцировал ее, в результате чего она нанесла ему удары ножом, затем последняя вместе с сыном вызвала скорую помощь, помогала его выносить, приходила в больницу, приносила вещи и продукты, поддерживает, заботиться о нем, они примирились; 

показаниями свидетеля Свидетель №1 (т.1 л.д. 97-100), данными на стадии предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании, согласно которым за время совместного проживания с его матерью ФИО1 Потерпевший №1, когда выпивал, становился агрессивным, неоднократно причинял его матери телесные повреждения, угрожал, мать вызывала полицию по этому поводу. ДД.ММ.ГГ в послеобеденное время он вместе с матерью находился в своей комнате, в наушниках, слушая музыку, дремал. Затем сквозь сон услышал грохот и крики, понял, что мать ругается с Потерпевший №1 Потом он снова услышал грохот, в комнате, где было темно, зажегся свет, он открыл глаза, встал и увидел, что Потерпевший №1 лежит на диване, спереди у него кровь. Мать стояла возле выключателя и сказала ему вызвать скорую, что он и сделал, а мать стала зажимать Потерпевший №1 тряпкой рану. Минут через 10 приехала скорая помощь и Потерпевший №1 госпитализировали в больницу;

показаниями свидетеля Свидетель №4, данными в судебном заседании, который пояснил, что ДД.ММ.ГГ оказывал Потерпевший №1 услуги частного извода по территории 

<

адрес> 

<

адрес>, привез последнего домой около ДД.ММ.ГГ, при этом Потерпевший №1 был немного пьян;

показаниями свидетеля Свидетель №5, данными в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1 л.д. 129-131), согласно которым Потерпевший №1, ДД.ММ.ГГ приезжал к нему на базу, где употреблял спиртное, когда уезжал оттуда, по виду был «выпивший», но адекватен; о нанесении Потерпевший №1 ФИО1 ножевых ранений узнал от знакомых, по телефону ФИО1 ему сообщила, что у них с Потерпевший №1 произошел конфликт, она ударила его ножом, подробности не спрашивал, ему было важно состояние здоровья Потерпевший №1;

показаниями свидетеля Свидетель №3, данными в ходе предварительного расследования (т.1 л.д. 120-125), о том, что соседка ФИО1 однажды просила пустить ее переночевать, поскольку они с Потерпевший №1 поругались, но потом она ушла домой;

показаниями свидетеля Свидетель №2, данными в ходе предварительного расследования (т. 1 л. д. 117-119), согласно которым по соседству с ним проживает его сестра ФИО1 совместно с сожителем Потерпевший №1, с которой в настоящее время отношений он не поддерживает. Ему известно, что они оба употребляют спиртное. Иногда слышал, что во дворе они разговаривали на повышенных тонах, но подробностей их взаимоотношений не знает. О событиях, произошедших между сестрой и ее сожителем ДД.ММ.ГГ, узнал от знакомых; 

показаниями свидетеля Свидетель №6 (старшего следователя 

<

данные изъяты>) пояснившей о том, что ДД.ММ.ГГ в ординаторской КГБУЗ «

<

данные изъяты>», с разрешения заведующего хирургическим отделением Свидетель № 7 ею был допрошен потерпевший Потерпевший №1 Во время допроса он вел себя адекватно, речь его была последовательной, связанной, рассказывал о событиях самостоятельно, жалоб на плохое самочувствие не предъявлял, по окончании допроса самостоятельно прочел и подписал показания;

показаниями свидетеля Свидетель № 7 (заведующего хирургическим отделением КГБУЗ «

<

данные изъяты>»), данными в судебном заседании о том, что допрос потерпевшего Потерпевший №1 осуществлялся следователем в ординаторской хирургического отделения на 3-4 сутки после его операции, на этот момент он находился в удовлетворительном состоянии, был адекватен, жалоб не предъявлял, пришел на допрос и ушел с него самостоятельно. Потерпевший №1 поступил в очень тяжелом состоянии, но на 2-3 сутки был стабилизирован, стал чувствовать себя нормально;

письменными доказательствами: 

сообщением о преступлении (т.1 л.д. 8), согласно которому ДД.ММ.ГГ в ДД.ММ.ГГ. от ст. врача скорой медицинской помощи Свидетель № 8 поступила информация о том, что ДД.ММ.ГГ по адресу: 

<

адрес> Потерпевший №1 причинили ножевое ранение в спину;

сообщением о преступлении (т. 1 л.д. 9), согласно которому ДД.ММ.ГГ в ДД.ММ.ГГ от врача КГБУЗ «

<

данные изъяты>» Свидетель №9 поступила информация о том, что ДД.ММ.ГГ в ДД.ММ.ГГ. в реанимационное отделение поступил Потерпевший №1, ДД.ММ.ГГ года рождения, с диагнозом: проникающее колото-резаное ранение грудной клетки и брюшной полости с повреждением печени, находится на ИВЛ;

протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГ-ДД.ММ.ГГ (т.1 л.д. 13-20), согласно которым зафиксирована обстановка в доме по адресу: 

<

адрес>, в кухне (комната ***) которого на холодильнике был обнаружен и изъят нож, на клинке которого обнаружено вещество бурого цвета, кроме того, на ковре, линолеуме и на пороге дверного проема обнаружено вещество бурого цвета, которые были изъяты и упакованы; в комнате *** около входа обнаружены пятна вещества бурого цвета, а в комнатах *** и *** следы рук, которые также изъяты и упакованы;

протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему (т.1 л.д. 21-24), согласно которым зафиксирована обстановка в гардеробе КГБУЗ «Мамонтовская ЦРБ», откуда изъята футболка с тремя повреждениями ткани;

заключение эксперта № 335 от 13 января 2025 года (т. 1 л.д. 196-199), согласно которому Потерпевший №1 причинены следующие телесные повреждения:

1. Проникающее колото-резаное ранение задней поверхности правой половины груди, начинающееся кожной раной в проекции 4-5-го межреберья, продолжающееся раневым каналом в направлении сзади наперед, проникающее в правую плевральную полость без повреждения легкого с развитием правостороннего пневмоторакса (наличие воздуха в правой плевральной полости). Проникающее колото-резаное ранение передней брюшной стенки, начинающееся кожной раной в области левого подреберья ближе к среднеключичной линии, продолжающееся раневым каналом в направлении спереди назад, проникающее в брюшную полость с повреждением левой доли печени, с развитием гемоперитонеума (наличие крови в брюшной полости точный объем не указан, указан объем кровопотери во время оперативного вмешательства). В соответствии с п. 6.1.9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приказ МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н) вышеуказанные повреждения (как в совокупности, так и по отдельности) причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

2. Слепое колото-резаное ранение в области правой лопатки, продолжающееся раневым каналом в направлении сзади наперед, без повреждения крупных сосудисто-нервных пучков. В соответствии с пунктом 8.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приказ МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н) причинило легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не более 3-х недель (21 дня), т.к. для полного заживления подобных ранений, всегда необходим вышеуказанный срок. 

Указанные в п. 1, п. 2 ранения причинены не менее чем однократным (каждое) поступательно-возвратным колюще-режущим действием плоским клинковым объектом (оружием, орудием, предметом), например, ножом.

Вышеуказанные телесные повреждения были причинены незадолго до момента обращения за медицинской помощью в КГБУЗ «

<

данные изъяты>», что может соответствовать ДД.ММ.ГГ, что подтверждается записями в предоставленной карте стационарного больного из хирургического отделения КГБУЗ «Мамонтовская ЦРБ» и не противоречит обстоятельствам дела.

Во время причинения вышеуказанных телесных повреждений, потерпевший мог находится, как в горизонтальном, так и в вертикальном положении (сидя, стоя, лежа и д.р.) за исключением того, когда повреждаемые области тела не были доступны для травмирования.

Учитывая характер и локализацию вышеперечисленных повреждений, возможность их образования при падении на плоскости (с высоты собственного роста) можно исключить;

заключением эксперта № 11595 от 17 января 2025 года (т. 1 л.д. 142-145), согласно которому: на клике ножа, представленного на экспертизу, обнаружена кровь Потерпевший №1, происхождение данной крови от ФИО1 исключается; 

заключением эксперта № 11597 от 17 января 2025 года (т. 1 л.д. 152-154), согласно которому на фрагменте дактилоскопической пленки, представленной на экспертизу, обнаружена кровь Потерпевший №1, происхождение данной крови от ФИО1 исключается;

заключением эксперта № 11593 от 17 декабря 2024 года (т. 1 л.д. 161-165), согласно которому, следы пальцев рук, изъятые в ходе осмотра места происшествия, оставлены Потерпевший №1, ФИО1 и иным лицом;

заключением эксперта № 11596 от 17 декабря 2024 года (т. 1 л.д. 174-176), согласно которому на поверхности майки (футболки), изъятой при осмотре места происшествия и представленной на исследование, имеется три не сквозных повреждения: № 1 – колото-резаное, повреждения № 2 и № 3 – комбинированные (колото-резаные с разрывом материала), образованные в результате воздействия предмета с одним лезвием (типа ножа и др. предметов), могли быть образованы как клинком ножа, представленного на экспертизу, так и другим предметом, имеющим схожее строение и размерные характеристики, при нанесении колюще-режущих ударов;

заключением эксперта № 309 от 27 ноября 2024 года (т. 1 л.д. 134-135), согласно которому у ФИО1 обнаружены следующие телесные повреждения: кровоподтек на наружной поверхности правого плеча в верхней трети (1), который образовался от воздействия (не менее 1-го) твердым тупым предметом (предметами) без конкретной специфической характеристики травмирующей поверхности, что возможно при ударах руками, либо ногами постороннего человека. Не исключается возможность причинения вышеуказанного телесного повреждения ДД.ММ.ГГ, что подтверждается цветом кровоподтека и не противоречит обстоятельствам дела. Вышеуказанное телесное повреждение, в соответствии с пунктом 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приказ МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н), не причиняет вреда здоровью, т.к. подобные телесные повреждения, не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности. Учитывая анатомическую локализацию и характер телесного повреждения, возможность его образования при падении из вертикального положения тела на плоскости можно исключить, однако, анатомическая локализация повреждения, допускает возможность его причинения собственной рукой. Во время причинения вышеуказанного телесного повреждения, потерпевшая могла находится как в горизонтальном, так и вертикальном положении (сидя, стоя, лежа и др.) за исключением того, когда повреждаемые области тела недоступны для травмирования.

В предоставленных медицинских документах имеется запись, что после осмотра врачом выставлен диагноз: «Постравматическая церебростения с вестибулопатией». Однако в имеющихся документах не приводится данных, объективно подтверждающих якобы имеющиеся повреждения (не описана характерная неврологическая симптоматика, нет данных о проведенном лечении и динамике заболевания и др.) Соответственно оценке степени тяжести вреда здоровью на основании п. 27 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (Приказ МЗ и СР РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н) данный диагноз во внимание не принимается;

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГ (т. 1 л.д. 218-220), в ходе которого осмотрены: изъятые в ходе осмотров мест происшествия нож, дактилоскопическая пленка в веществом бурого цвета, 5 следов рук, образцы букального эпителия ФИО1, футболка Потерпевший №1, дактилоскопическая карта на имя ФИО1 с отпечатками пальцев рук и ладоней, образцы букального эпителия Потерпевший №1; дактилоскопическая карта на имя Потерпевший №1 с отпечатками пальцев рук и ладоней.

Оснований подвергать сомнению относимость, допустимость и достоверность изложенных доказательств, суд апелляционной инстанции не усматривает. Доказательства получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и в своей совокупности являются достаточными для разрешения дела по существу.

Относительно доводов апелляционного представления о противоречивости показаний потерпевшего, которым судом первой инстанции оценка не дана, судебная коллегия отмечает, что показания потерпевшего по обстоятельствам причинения ему телесных повреждений являются последовательными и в полной мере согласуются с совокупностью иных доказательств по делу. Что касается его пояснений в ходе предварительного расследования о том, что предшествующего конфликта между ним и ФИО1 не было, насилия к осужденной он не применял, то они опровергаются показаниями свидетеля Свидетель №1 о том, что, услышав сквозь сон грохот и крики, он понял, что мать ругается с Потерпевший №1, который ранее ей причинял телесные повреждения. Из заключения судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО1 следует, что на наружной поверхности правого плеча у нее обнаружен кровоподтек. Осужденная также последовательно настаивала, что между ними на бытовой почве произошел конфликт, в ходе которого потерпевший применял к ней физическую силу, обнаруженное у нее телесное повреждение причинено им. В ходе судебного следствия потерпевший подтвердил эти обстоятельства, указал, что спровоцировал ФИО1 дав ей подзатыльник и причинив синяк в области плеча. Тем самым данное противоречие было устранено, но надлежащей и всесторонней оценки в приговоре суда первой инстанции не получило.

Показания потерпевшего, данные в ходе предварительного расследования, относительно того, что действия ФИО1 были пресечены по его требованию сыном последней, также не имеют объективного подтверждения, так как Свидетель №1 в ходе допроса это обстоятельство не подтвердил, указал, что вышел из комнаты в тот момент, когда потерпевший находился на диване, мать попросила его вызвать скорую. Осужденная поясняла, что прекратила свои действия самостоятельно, что следует и из характера ее последующих действий по оказанию помощи Потерпевший №1 Согласился с этим в судебном заседании и сам потерпевший, в связи с чем в качестве достоверных в этой части следует расценивать его показания, данные в суде.

Оценив приведенные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о квалификации действий осужденной по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство, не доведенное до конца по не зависящим от ФИО1 обстоятельствам. Признавая ФИО1 виновной в покушении на убийство, суд указал, что действия подсудимой носили умышленный характер и были прямо направлены на причинение смерти Потерпевший №1, о чем свидетельствует нанесение ударов в жизненно важные органы, избранное орудие преступления – нож, обладающий большой поражающей способностью, сила ударов, достаточная для нанесения ран указанных органов. С учетом этого суд пришел к убеждению, что нанося колото-резаные ранения в область нахождения жизненно важных органов человека, ФИО1 не могла не осознавать, что от её действий может наступить смерть потерпевшего, что свидетельствует о наличии прямого умысла в её действиях на умышленное покушение на убийство потерпевшего, цель которого не была достигнута по независящим от нее причинам. Мотивом данного преступления суд признал личную неприязнь, вызванную ссорой с потерпевшим, который ударил её по голове, тряс, держа за руки. 

Однако с таким выводом суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может ввиду его несоответствия фактическим обстоятельствам дела и отсутствием совокупности доказательств, его подтверждающих. 

Как верно отмечено в апелляционном представлении, обосновывая юридическую квалификацию действий ФИО1 как покушение на убийство, не доведенное до конца по независящим от нее обстоятельствам, суд в то же время в описании преступного деяния, признанного им доказанным, указал о самостоятельном прекращении осужденной своих действий по нанесению ударов потерпевшему, оказании ему помощи, и констатировал, что смерть потерпевшего не наступила ввиду своевременного оказания медицинской помощи. Однако оказание первой помощи, а также принятие мер к вызову скорой медицинской помощи напрямую зависели от волеизъявления и действий ФИО1

При этом судом оставлена без должного внимания правовая позиция Верховного Суда РФ, изложенная в п. 2 Постановления Пленума от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», согласно которой покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.). При решении вопроса о направленности умысла виновного, следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, не только способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, но и предшествующее преступлению и последующее поведение виновного.

Совокупность исследованных судом и приведенных выше доказательств не позволяет утверждать о том, что ФИО1 желала смерти Потерпевший №1, но этот результат не был достигнут по независящим от нее обстоятельствам. Согласно показаниям осужденной, потерпевшего, свидетеля Свидетель №1, объективных препятствий для достижения цели причинения смерти потерпевшему после нанесения инкриминированных ей трех ударов у ФИО1 не имелось, поскольку с потерпевшим они находились наедине, сын был в другой комнате в наушниках, однако осужденная самостоятельно прекратила действия по нанесению ударов, предприняла меры для спасения потерпевшего – начала оказывать ему первую помощь, останавливала кровь, дала сыну указание вызвать скорую медицинскую помощь. При этом для нее было очевидно, что потерпевший жив, находится в сознании, доступен к контакту. Исходя из показаний потерпевшего и осужденной, угроз убийством Потерпевший №1 она не высказывала. На протяжении предварительного расследования и судебного заседания ФИО1 последовательно настаивала на том, что не имела намерения убить потерпевшего.

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что достаточных данных, свидетельствующих о наличии у осужденной прямого умысла на причинение смерти Потерпевший №1 органом следствия не представлено и судом не установлено. Сам факт нанесения ударов в область спины, грудной клетки и живота, при отсутствии других объективных доказательств, подтверждающих умысел осужденной на причинение смерти потерпевшему, не доказывает намерения ФИО1 убить его, поскольку осужденная, имея реальную возможность лишить Потерпевший №1 жизни при помощи имеющегося ножа, направленных на это действий не предприняла, хотя при наличии у нее такого умысла, ничто не мешало довести его до конца. При отсутствии очевидных данных, свидетельствующих о явной достаточности тяжести нанесенных повреждений для наступления смерти потерпевшего, ФИО1 новые действия и дополнительные меры, направленные на лишение жизни Потерпевший №1 не совершила, а, напротив, предприняла меры, направленные на оказание потерпевшему медицинской помощи. Вопреки выводам суда первой инстанции, орудие нанесения повреждений потерпевшему, локализация, количество и тяжесть повреждений не являются безусловными и достаточными основаниями для вывода о наличии у ФИО1 прямого умысла на убийство. Эти данные подлежат оценке в совокупности с обстоятельствами, непосредственно предшествовавшими нанесению ударов и следующими за ними. При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции исходит из требований ч.3, ч.4 ст. 14 УПК РФ, согласно которым обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

Поскольку по делу не доказано наличие у осужденной прямого умысла на умышленное убийство, по смыслу закона она должна нести ответственность только за те последствия, которые реально наступили.

Нанеся потерпевшему колото-резанные ранения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, ФИО1 выполнила объективную сторону преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, после чего прекратила свои преступные действия.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к убеждению о доказанности вины ФИО1 и квалифицирует ее действия по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Об умышленном характере действий ФИО1, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, опасного для его жизни, вопреки доводам жалобы адвоката и осужденной, свидетельствуют целенаправленный характер действий ФИО1, орудие преступления - нож, обладающий высокой поражающей способностью, локализация телесных повреждений в области расположения жизненно-важных органов, количество ударов, сила ударов, характеризуемая глубиной проникновения орудия преступления в тело потерпевшего с поражением одного из внутренних органов – печени. 

Квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия» нашел свое подтверждение в судебном заседании, поскольку исследованными доказательствами подтверждается, что ФИО1 причинила потерпевшему тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни путем нанесения ему трех ударов изъятым в ходе осмотра места происшествия ножом, то есть предметом, обладающим высокими поражающими свойствами.

Очевидно, что нанося удары ножом, ФИО1 предвидела и сознательно допускала причинение любого вреда здоровью потерпевшего, в том числе тяжкого. С учетом изложенных мотивов оснований для квалификации действий осужденной по ст. 118 УК РФ, о чем поставлен вопрос в ее апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит.

Исследованные в судебном заседании и приведенные выше доказательства свидетельствуют о том, что совершению ФИО1 противоправных действий предшествовал бытовой конфликт, переросший в драку, в ходе которой осужденная и потерпевший обоюдно применяли друг к другу насильственные действия, ФИО1, в частности, толкала Потерпевший №1, отчего он падал, о чем она пояснила в своих показаниях. Потерпевший, в свою очередь причинил ей кровоподтек в области плеча, что подтвердил в судебном заседании, указав, что спровоцировал ФИО1, грубо выражался в отношении нее, дал «подзатыльник», причинил синяки на предплечье. Данное обстоятельство явилось поводом к тому, что в результате произошедшего конфликта ФИО1 взяла нож и с его использованием причинила тяжкий вред здоровью потерпевшего.

Вопреки позиции защиты ФИО1 не находилась в состоянии необходимой обороны либо превышения ее пределов, поскольку доказательств посягательства со стороны Потерпевший №1, реально угрожавшего ее жизни или здоровью, а также интересам иных лиц, в материалах дела не имеется и сторонами не представлено. 

По смыслу закона состояние необходимой обороны возникает с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению противоправных действий, ставящих под угрозу жизнь обороняющегося или другого лица. Суду необходимо установить, что у обороняющегося имелись основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства. Аргументы осужденной о том, что Потерпевший №1 сильно избивал ее, наносил неоднократные удары по голове кулаками, не нашли объективного подтверждения в ходе рассмотрения уголовного дела, поскольку потерпевший данное обстоятельство не подтвердил, при этом повреждений в области головы осужденной по результатам проведенной ей судебно-медицинской экспертизы не обнаружено, установлено единственное телесное повреждение – кровоподтек в области плеча. Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, в том числе из показаний самой осужденной, действия Потерпевший №1 по нанесению ей кровоподтека в области плеча, подзатыльника, без особых усилий осужденной были пресечены посредством отталкивания, в результате чего потерпевший упал на диван. В материалах дела не содержится сведений о том, что осужденная не имела возможности пресечь противоправные действия Потерпевший №1 путем обращения посредством телефонной связи в правоохранительные органы, как и информации об удержании потерпевшим осужденной в жилом помещении или препятствовании ФИО1 его покинуть. При данных обстоятельствах, учитывая ранее происходившие бытовые скандалы между ФИО1 и Потерпевший №1, оканчивающиеся их примирением, о чем поясняли как последние, так и свидетели Свидетель №1, Свидетель №3, у ФИО1 отсутствовали какие-либо основания полагать, что существует реальная угроза преступного посягательства со стороны Потерпевший №1 Удары ножом потерпевшему осужденная нанесла на почве возникшей личной неприязни после того, как последний перестал представлять какую-либо угрозу, агрессивных действий не предпринимал, предметов, способных причинить вред, в его руках не было. Более того, в момент нанесения первого удара ножом Потерпевший №1 находился к осужденной спиной, что исключает реальность какого-либо посягательства на жизнь и здоровье осужденной либо иных лиц. Аргументы осужденной о том, что она боялась за сына также безосновательны, поскольку из ее же пояснений, в также из показаний Свидетель №1 следует, что ему Потерпевший №1 никогда не угрожал, телесных повреждений не причинял, в момент преступления находился в другой комнате. Таким образом, сложившаяся ситуация не требовала для своего разрешения избранной осужденной реакции, у нее имелась реальная возможность избежать произошедшего. 

Об этом также свидетельствует заключение судебно-психиатрической экспертизы, согласно которому у ФИО1 не обнаруживается факторов, нахождения ее в длительной психотравмирующей ситуации, обусловленной конфликтом с Потерпевший №1, она не стремилась изменить ситуацию, вызванную поведением потерпевшего (вызывая полицию, отказывалась заявлять на потерпевшего), ей присущи, в частности, такие индивидуально-психологические особенности как стремление к удовлетворению собственных интересов, эгоцентризм, потакание своим слабостям, снисходительность в отношении собственных ошибок; в нестандартной, субъективно сложной для нее жизненной ситуации стремление переложить ответственность на плечи значимых ей людей и уйти от обременяющей ее ответственности; в ситуациях, задевающих ее интересы и самолюбие, способность проявлять раздражительность и внешнеобвиняющий тип реагирования.

С учетом изложенного, а также руководствуясь разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по данному вопросу, изложенными в постановлении от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», согласно которым не может признаваться находившимся в состоянии необходимой обороны или при ее превышении лицо, причинившее вред другому лицу, при отсутствии признаков реальности и непосредственности угрозы жизни и здоровью обороняющегося лица, в действиях ФИО1 состояния необходимой обороны, а также превышения ее пределов не усматривается. А потому оснований для квалификации ее действий по ст. 114 УК РФ, о чем ставиться вопрос в жалобе адвоката, не имеется.

Согласно выводам заключения комиссии экспертов № 05-014224/1 от 17 декабря 2024 года, ФИО1 каким-либо хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием не страдает в настоящее время и не страдала на момент инкриминируемого ей деяния, а выявляет признаки легкого когнитивного расстройства, проявляющегося недостаточностью активного внимания, оперативной памяти, преобладанием в мышлении конкретных связей и ассоциаций, которые не лишали ФИО1 в момент инкриминируемого деяния, способности в полной мере осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому деянию, также не выявлялось признаков физиологического аффекта либо иного значимого эмоционального состояния (эмоциональное возбуждение, напряжение). По своему психическому состоянию она не лишена в настоящее время способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для уголовного дела и давать показания, а также участвовать в судебно-следственных действиях. В принудительных мерах медицинского характера ФИО1 не нуждается. С учетом данного заключения и поведения осужденной в судебном заседании, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания сомневаться во вменяемости ФИО1

При назначении ФИО1 наказания судебная коллегия в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории тяжких, данные о личности ФИО1, которая по месту жительства характеризуется удовлетворительно, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд апелляционной инстанции признает и учитывает при назначении наказания ФИО1: частичное признание вины; раскаяние в содеянном; отсутствие судимостей; противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, иные действия направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему; принесение извинений потерпевшему; мнение потерпевшего, не настаивающего на наказании; состояние здоровья осужденной и ее близких родственников; наличие 

<

данные изъяты>. 

Других обстоятельств, прямо предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ и подлежащих обязательному учету, по делу не установлено. Признание в качестве смягчающих наказание обстоятельств, не закрепленных указанной нормой, в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ является правом, а не обязанностью суда. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, не имеется. Достаточные основания для признания таковым обстоятельства, предусмотренного с.1.1 ст. 63 УК РФ, отсуствуют.

Наказание ФИО1 суд апелляционной инстанции назначает в пределах санкции ч.2 ст.111 УК РФ в виде лишения свободы, с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ, считая его достаточным для исправления осужденной и полагая возможным не назначать ей дополнительное наказание. С учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности преступления, личности ФИО1, в соответствии с задачами и принципами уголовного закона, несмотря на совокупность смягчающих обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о невозможности исправления осужденной ФИО1 без реального отбывания наказания. Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении в отношении нее не находит. 

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с поведением виновной во время или после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, не имеется, в связи с чем суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст.64 УК РФ и назначения иного, более мягкого вида наказания. 

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, не имеется. 

Доводы осужденной о наличии 

<

данные изъяты>, противоречат установленным по делу обстоятельствам, согласно которым 

<

данные изъяты>, способен выполнять необходимые бытовые действия, является 

<

данные изъяты> Кроме того, после провозглашения приговора судом первой инстанции направлено обращение руководителю управления социальной защиты по 

<

адрес> Алтайского края о принятии соответствующих мер социальной защиты. А потому данное обстоятельство не может служить основанием для применения в отношении осужденной положений ч.6 ст.15, ст.ст. 64, 73 УК РФ.

Отбывание наказания в виде лишения свободы ФИО1 назначается в соответствии с положениями п. «б» ч.1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

В отбытое наказание на основании п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ подлежит зачету период содержания осужденной под стражей в порядке меры пресечения - с 17 июля 2025 года до 30 октября 2025 года, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения адвокату Канарскому В.Н., осуществлявшему защиту осужденной в суде апелляционной инстанции, подлежат взысканию с ФИО1 в доход федерального бюджета, правовых оснований для ее освобождения от их уплаты не имеется, поскольку она находится в трудоспособном возрасте, сведений об имущественной несостоятельности осужденной не представлено, адвокат назначен по ее ходатайству.

При разрешении вопроса о судьбе вещественных доказательств судебная коллегия, принимая во внимание положения п.п. 1, 3, 5 ч.3 ст. 81 УПК РФ, полагает необходимым нож, вещество бурого цвета, следы рук, образцы букального эпителия потерпевшего и осужденной, футболку Потерпевший №1, дактилокарты потерпевшего и осужденной уничтожить, а хранящиеся в материалах дела дактокарты ФИО1 и Потерпевший №1 - продолжить хранить там же.

Руководствуясь ст.389.13, ст.389.15, ст.389.16, ст.389.20, ст.389.23, ст.389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПРИГОВОРИЛ:

приговор Мамонтовского районного суда Алтайского края от 17 июля 2025 года в отношении ФИО1 отменить и вынести по делу новый приговор. 

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ, по которому назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражу отменить. 

В срок лишения свободы на основании п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ зачесть время содержания под стражей с 17 июля 2025 года до 30 октября 2025 года, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания исчислять со дня вступления апелляционного приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО1 в доход государства процессуальные издержки в виде выплаченного адвокату вознаграждения в суде апелляционной инстанции в сумме 9 201 (девять тысяч двести один) рубль 15 копеек.

Вещественные доказательства: нож, вещество бурого цвета, 5 следов рук, образцы букального эпителия ФИО1, футболку Потерпевший №1, дактилокарту с отпечатками рук ФИО1, образцы букального эпителия Потерпевший №1, дактилокарту Потерпевший №1, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Павловского МСО по адресу: 

<

адрес> - уничтожить; дактокарты ФИО1 и Потерпевший №1, хранящиеся при уголовном деле – хранить в материалах дела.

Апелляционное представление, апелляционные жалобы адвоката и осужденной - удовлетворить частично.

Апелляционный приговор вступает в законную силу немедленно и может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционного приговора. 

Осужденная, содержащаяся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение 3 суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции.

Председательствующий: Р.В. Шевелева

Судьи: Е.В. Мишина

С.

<

адрес>