Дело № 2-298/18

Решение

 суда в окончательной форме изготовлено 13 февраля 2018 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхняя Пышма 08 Февраля 2018 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи – Мочаловой Н.Н.

при секретаре – Ральниковой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу (ОАО) «Уралредмет» о признании недействительным соглашения об обучении, о взыскании незаконно удержанных денежных средств из заработной платы, о взыскании денежной компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Уралредмет» о признании недействительным соглашения об обучении № от 16.03.2017, о взыскании незаконно удержанных денежных средств из заработной платы в размере 15 500 рублей, о взыскании денежной компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 230,18 рублей, на момент подачи иска в суд, о компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей.

В обоснование своих требований ссылается на то, что с 13.02.2017 по 09.06.2015 он работал в ОАО «Уралредмет» лаборантом 6 разряда в Центральной заводской лаборатории, с 10.06.2015 по 03.11.2017, инженером спектрального анализа 1 категории. Он был обязан периодически проходить обучение на курсах повышения квалификации. При этом, его учеба не была связана с получением первоначальной профессиональной подготовки или переобучением по другой профессии и проводилась в рамках повышения квалификации. Кроме того, по условиям коллективного договора, ОАО «Уралредмет» на 2014 -2016г.г., продленного сроком действия до 2019 года, работодатель обязуется обеспечивать повышение квалификации молодых работников не реже одного раза в три года (п.п.9.1.3., п.9.1.).

03.11.2017 по причине низкой заработной платы, трудовой договор с ним был прекращен, по его инициативе. При увольнении, на основании соглашения № от 16.03.2017, с него, ответчиком, незаконно из заработной платы, были удержаны денежные средства в размере 15 500 рублей, за обучение.

Вышеуказанным соглашением установлено, что ОАО «Уралредмет» обязуется направить его с 27.02.2017 по 03.03.2017 в ЧОУ ДПО «Метрон –УНИИМ» на обучение по теме «Метрологические требования к методикам (методам) измерений, разработка, аттестация и реализация в лабораториях (требования ГОСТ Р 8.563-2009, ГОСТ Р ИСО 5725, РМГ 61, Р 50.2.060), оплатить стоимость обучения в сумме 15 500 рублей, предусмотренную договором № от 10.02.2017, между ЧОУ ДПО «Метрон- УНИИМ» (подп. 1.1., 1.2. п.1), по окончании учебы и получения документа об окончании обучения сохранять отношения с работодателем не менее двух лет (подп.2.1 п.2): в случае, если работник не выполняет без уважительных причин условия настоящего соглашения, работник возмещает понесенные работодателем расходы в сумме, равной стоимости обучения, независимо от отработанного периода после окончания обучения и дает согласие на удержание всей суммы, подлежащей возмещению, единовременно из заработной платы (пункт 5).

Считает, что условия вышеуказанного соглашения, нарушают его права. В указанный период, он повышал свою квалификацию, что подтверждается выданным ему удостоверением о повышении квалификации от 03.03.2017 (регистрационный №) частным образовательным учреждением дополнительного профессионального образования «Метрон –УНИИМ».

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник имеет право на профессиональную подготовку, переподготовку и повышение своей квалификации в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

В силу ст.197 Трудового кодекса Российской Федерации, работники имеют право на профессиональную подготовку, переподготовку и повешение квалификации, включая обучение новым профессиям и специальностям. Указанное право реализуется путем заключению дополнительного договора межу работником и работодателем.

В статье 76 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» указано, что дополнительное профессиональное образование осуществляется посредством реализации дополнительных профессиональных программ (программ повышения квалификации, программ профессиональной подготовки). Программа повышения квалификации направлена на совершенствование и (или) получение новой компетенции, необходимой для профессиональной деятельности и (или) повышения профессионального уровня в рамках имеющейся квалификации.

В отличие от профессионального обучения и переобучения, повышение квалификации определяется как обучение той же профессии, без перемены этим работником трудовой деятельности, направлено на совершенствование профессиональных знаний, умений, навыков, обновление теоретических и практических знаний специалистов. Повышение квалификации работника оплачивается за счет средств работодателя и по смыслу ст.ст.196 и 198 Трудового кодекса Российской Федерации, не может служить предметом ученического договора. В связи с чем, считает, что положения об ответственности работника (ФИО1) по возмещению затрат работодателю, произведенных на его обучение, и содержащиеся в п.5 соглашения № от 16.03.2017 не подлежит применению, поскольку в Соглашении не могут содержаться основания материальной ответственности работника перед работодателем, не предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации (ст.9 и 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст.249 Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующей возмещение затрат, связанных с обучением работника, считает, не может, в данном случае, подлежать применению без учета положений ч.1 ст.233 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющей условия наступления материальной ответственности сторон трудового договора за ущерб, причиненный стороне трудового договора в результате ее виновного противоправного поведения (действия или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом или иными федеральными законами, но не заключенным сторонами трудовым договором. В связи с чем, считает. Что оснований для удержания с него стоимости обучения при прекращении трудового договора, у работодателя не имелось.

Учитывая, что работодателем были нарушены его трудовые права, считает, что ответчик обязан компенсировать причиненный ему моральный вред, который он оценивает в размере 15 000 рублей.

Поскольку со стороны работодателя имеет место нарушение срока выплаты указанной суммы, незаконно удержанной из его заработной платы, считает, с ответчика подлежит взысканию компенсация за нарушение срока выплаты, в порядке ст.236 Трудового кодекса российской Федерации, в размере 230,18 рублей, согласно расчету на момент подачи иска в суд.

Определением Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 26.01.2018, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечена первичная профсоюзная организация ОАО «Уралредмет» Свердловской областной организации горно – металлургического профсоюза России.

В судебном заседании истец ФИО1, с участием представителя ФИО2, допущенного к участию в деле в порядке ч.6 ст.53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исковые требования поддержал в полном объеме, настаивая на их удовлетворении. По обстоятельствам дела дал объяснения, аналогичные – указанным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ОАО «Уралредмет» - ФИО3, действующая на основании доверенности № от 09.01.2018, исковые требования не признала. Дала объяснения, аналогичные – указанным в письменном отзыве на исковое заявление, пояснив, что работодатель обеспечил ФИО1 повышение квалификации, в соответствии с п.9.1.3 Коллективного договора ОАО «Уралредмет» на 2014 – 2016 г.г., действие которого дополнительным соглашением продлено от 31.12.2019. Считала, что заключенным с истцом соглашением № У 693 от 16.03.2017, права истца не нарушаются. В соответствии с п.5 ст.57 Трудового кодекса Российской Федерации, по соглашению сторон в трудовой договор могут также включаться права и обязанности работника и работодателя, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, локальными нормативными актами, а также права и обязанности работника и работодателя, вытекающие из условий коллективного договора, соглашений. Не включение в трудовой договор каких-либо из указанных прав и обязанностей работника и работодателя, не может рассматриваться как отказ от реализации этих прав или исполнения этих обязанностей. В силу частей 1 и 2 ст.196 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимость подготовки работников (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительного образования для собственных нужд определяет работодатель. Подготовка работников и дополнительное профессиональное образование работников осуществляются работодателем на условиях и в порядке, которые определяются коллективным договором, соглашениями и трудовым договором. Согласно ст.249 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически неотработанному времени, после окончания обучения. Заключая соглашение об обучении за счет средств работодателя, работник добровольно принял на себя обязанность отработать не менее определенного срока у работодателя, оплатившего обучение, а в случае увольнения без уважительных причин до истечения указанного срока – возместить работодателю затраты, понесенные на его обучение. При заключении соглашения № от 16.03.2017, работодатель исходил из того, что указанная норма является диспозитивной и предоставляет сторонам соглашения возможность определить самостоятельно его условия, в том числе, и порядок и размер возмещения затрат. Работник, в данном случае, не выполнил условие п.2.1 соглашения, в связи с чем, у работодателя появились основания применить п.5 соглашения, что и было сделано. При расчете ФИО1 в день увольнения, работодатель произвел удержание суммы, затраченной на его обучение, руководствуясь п.5 соглашения № от 16.03.2017. Просила в удовлетворении исковых требований ФИО1, отказать в полном объеме. 

Представитель третьего лица - первичной профсоюзной организации ОАО «Уралредмет» Свердловской областной организации горно – металлургического профсоюза России – ФИО4 (председатель профкома) в судебном заседании с исковыми требованиями согласилась, пояснив суду, что на предприятии ОАО «Уралредмет» сложилась практика заключения соглашений об обучении, которым работодатель фактически пытается удержать работников, вместо того, чтобы улучшать условия труда, заинтересовать работников карьерным ростом, повышением заработной платы. Тем не мнее, как следует из коллективного договора ОАО «Уралредмет», работодатель обязуется обеспечивать повышение квалификации молодых работников не реже одного раза в три года. Чтобы предприятие могло успешно конкурировать на рынке, проводятся аудиты, определяющие уровень соответствия системы менеджмента качества предприятия, требованиям международных стандартов, одним из которых является переподготовка и повышение квалификации работников, что указано генеральным директором в Политике в области качества ОАО «Уралредмет» на 2016 -2020 годы. Считала, что денежные средства за повышение уровня квалификации, из заработной платы ФИО1 удержаны незаконно. Такое решение было принято на заседании профкома по данному вопросу (протокол от 25.02.2018). 

Изучив исковое заявление, выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, представителя третьего лица, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации, удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться:

для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы;

для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях;

для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса);

при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

В случаях, предусмотренных абзацами вторым, третьим и четвертым части второй настоящей статьи, работодатель вправе принять решение об удержании из заработной платы работника не позднее одного месяца со дня окончания срока, установленного для возвращения аванса, погашения задолженности или неправильно исчисленных выплат, и при условии, если работник не оспаривает оснований и размеров удержания.

В судебном заседании оснований, перечисленных в приведенной выше норме закона, для удержания из заработной платы ФИО1, сумм, не установлено. 

В соответствии со ст.137 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе, при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Вышеуказанных случаев, являющихся исключениями, при наличии которых, с работника может быть взыскана излишне выплаченная заработная плата, в судебном заседании также не установлено.

Как установлено в судебном заседании, и следует из письменного отзыва ответчика, объяснений представителя ответчика в судебном заседании, удержание суммы в размере 15 500 рублей из заработной платы истца, при его увольнении, произведено в соответствии с п. 5 соглашения № от 16.03.2017, согласно которому, в случае, если работник не выполняет без уважительных причин свои обязательства по настоящему договору, работник возмещает понесенные работодателем расходы в сумме равной стоимости обучения, указанной в п.1.2. настоящего соглашения, независимо от отработанного периода времени после окончания обучения, на основании согласия работника, подтвержденного путем подписи в указанном соглашении. Учитывая данные обстоятельства, ответчик считает, что работодателем правомерно произведено удержание спорной суммы из заработной платы истца.

Суд считает вышеуказанные доводы представителя ответчика необоснованными, по следующим основаниям.

Согласно ч.2 ст.198 Трудового кодекса Российской Федерации, ученический договор с работником данной организации, является дополнительным к трудовому договору.

Требования к содержанию ученического договора предусмотрены в ст.ст.199,206 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми, ученический договор должен содержать определенные обязательные условия, а также может содержать иные условия, определенные соглашением сторон, но не противоречащие Трудовому кодексу Российской Федерации, коллективному договору, соглашениям. Положения ученического договора, противоречащие Трудовому кодексу Российской Федерации, не применяются.

В соответствии с ч.2 ст.9 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение, трудовой договор, то они не подлежат применению.

Как указывалось выше и установлено в судебном заседании, п.5 соглашения № от 16.03.2017, заключенного между ОАО «Уралредмет» (работодатель) и ФИО1 (работник) содержит условие, согласно которому, сумма затрат работодателя на обучение работника, равная стоимости обучения – 15 500 рублей, возмещаются работодателю путем удержания всей указанной суммы, единовременно, из заработной платы работника.

Как следует из системного толкования ч.2 ст.207 Трудового кодекса Российской Федерации и ст. 249 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотренная частью 2 статьи 207 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанность ученика возместить работодателю расходы, связанные с ученичеством, и аналогичная обязанность работника, предусмотренная статьей 249 Трудового кодекса Российской Федерации, являются материальной ответственностью ученика (работника).

Поскольку ученический договор, является одной из разновидностей договоров об обучении, при взыскании с работника средств, затраченных на его обучение, следует руководствоваться не только нормами, предусмотренными частью 2 статьи 207 и статьей 249 Трудового кодекса Российской Федерации, но и общими условиями о материальной ответственности работника.

Из правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, сформулированной по данному поводу в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.2010. № 1005-О-О («Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО5 на нарушение его конституционных прав статьей 249 Трудового кодекса Российской Федерации»), следует, что взыскание с работника затрат, понесенных работодателем на его обучение, допускается только в соответствии с общими правилами возмещения ущерба, причиненного работником работодателю, и проведения удержаний из заработной платы.

Как следует из порядка взыскания ущерба с работника, регламентированного ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскание с работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца, со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба.

Вышеуказанной нормой закона также предусмотрено, что работник, виновный в причинении ущерба работодателю, имеет право возместить ущерб полностью или в части, добровольно.

Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд.

В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Из вышеуказанного порядка, таким образом, следует, что он не предусматривает удержания суммы ущерба из заработной платы работника, произвольно, работодателем. Должно иметь место либо распоряжение работодателя (при ущербе, не превышающем среднего месячного заработка работника), либо обязательство работника о возмещении ущерба, при этом, данное им при увольнении.

В судебном заседании установлено, что работодателем вышеуказанный порядок, не соблюден. Распоряжение работодателя на удержание из заработной платы истца, вышеуказанной суммы, отсутствовало, что следует, в том числе, из письменного отзыва ответчика на исковое заявление. Обязательство о добровольном возмещении ущерба, при его увольнении (03.11.2017), истцом, работодателю не выдавалось. Соглашение № У 693, содержащего п.5 указанного выше содержания, подписано истцом, 16.03.2017 (при заключении данного соглашения).

Кроме того, сумма ущерба, работодателем не доказана. Положениями ч.2 ст.207, мт.249 Трудового кодекса Российской Федерации прямо предусмотрено возмещение именно понесенных работодателем затрат, связанных с обучением работника, то есть, затраты, работодателя должны быть фактически понесенными в отношении конкретного работника. Вопреки доводам ответчика, представленные ответчиком, как работодателем, документы, факт несения затрат, связанных с обучением именно ФИО1, не подтверждают. Из представленных платежных поручений, не следует, что оплата Частному образовательному учреждению дополнительного профессионального образования «Метрон УНИИМ» произведена, ответчиком, именно за обучение ФИО1 В судебном заседании установлено, что ФИО1, не являлся единственным работником, проходившим обучение в указанном учреждении.

Оценивая вышеуказанные доводы ответчика как несостоятельные, суд также обращает внимание на то, что обучение работника, имело место в период с 27.02.2017 по 03.03.2017, в то время, как соглашение № от 16.03.2017 заключено 16.03.2017, то есть, уже в период прохождения обучения работником.

Разрешая вышеуказанные исковые требования ФИО1, и принимая решение по данному гражданскому делу, суд также считает заслуживающими внимания доводы истца о том, что в период обучения, с 27.02.2017 по 03.03.2017 в ЧОУ ДПО «Метрон –УНИИМ», по заключенному с работодателем соглашению, он повышал уровень своей квалификации. Данные доводы истца подтверждаются имеющимся в материалах выданным истцу, по окончании обучения, удостоверением о повышении квалификации. В судебном заседании истец также пояснил, что программа обучения: «Метрологические требования к методам измерений, разработка, аттестация и реализация в лабораториях», в рамках повышения квалификации, охватывается его знаниями, полученными ранее, при обучении в Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Уральский Федеральный университет имени первого Президента России ФИО6», что подтверждается выданным ему дипломом специалиста, предъявленным работодателю при трудоустройстве. Вышеуказанные доводы истца указывают на то, что, в данном случае, имело место не профессиональное обучение или переобучение без отрыва или с отрывом от работы, что являлось бы обязательным условием заключения ученического договора в соответствии со ст.198 Трудового кодекса Российской Федерации, а повышение квалификации работника, которое оплачивается за счет средств работодателя, и является необходимым условием при осуществлении профессиональной деятельности. 

Таким образом, поскольку, как установлено судом, у работодателя отсутствовали основания для возмещения затрат на обучение ФИО1, работодатель не вправе был производить удержания денежной суммы – 15 500 рублей из заработной платы ФИО1, при его увольнении, в качестве возмещения таких затрат.

С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, и подтверждающих их доказательств, оценка которым дана судом в соответствии с ч.ч.3,5 ст. 67, ч.ч.1,2 ст.71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом требований о взыскании с ответчика в его пользу в счет возврата незаконно удержанных денежных средств, из заработной платы, в качестве возмещения расходов на обучение, в размере 15 500 рублей, и их удовлетворении. 

Несмотря на то, что суд пришел к выводу о неправомерности удержания, ответчиком, из заработной платы истца суммы 15 500 рублей, в качестве стоимости затрат на обучение, исковые требования ФИО1, в части признания недействительным вышеуказанного соглашения, удовлетворению не подлежат, по следующим основаниям..

Общие положения гражданского законодательства о недействительности сделок (ст. ст. 166 - 167 Гражданского кодекса Российской Федерации) к трудовым отношениям не применяются, поскольку трудовой договор не является сделкой в том смысле, который этому понятию придается в ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации. При трудоустройстве возникают трудовые (ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации), а не гражданские (ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации), права и обязанности. Соответственно, невозможно применить к отношениям по трудовому договору, последствия недействительности гражданско-правовых сделок (ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также возвратить стороны в первоначальное положение, существовавшее, в данном случае, до заключения соглашения, заключенного в рамках трудовых правоотношений, и возложить на каждую из них обязанность вернуть друг другу все полученное по договору.

В данном случае, следует исходить из положений ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Поскольку п.5 вышеуказанного соглашения, заключенного между истцом и ответчиком, содержит условия, ограничивающие права работника и снижающие уровень гарантий работника по сравнению с установленными трудовым законодательством, они применению не подлежали, в связи с чем, работодатель не вправе был удерживать из заработной платы работника сумму 15 500 рублей.

Что касается исковых требований о взыскании с ответчика суммы процентов (денежной компенсации), в размере 230,18 рублей, рассчитанных истцом на момент подачи иска в суд, в соответствии со ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации, то данные исковые требования, также удовлетворению не подлежат, в силу следующего.

Как следует из содержания и смысла ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, положения данной нормы закона, регламентируют ответственность работодателя, в виде обязанности выплаты работнику денежной компенсации, в размере не ниже 1\300, действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета, в случае нарушения работодателем установленного срока выплаты заработной платы и иных выплат при увольнении работника.

Заявленная истцом к взысканию с ответчика сумма – 15 500 рублей, ни суммой заработной платы, ни суммой иных выплат, причитающихся работнику при увольнении, не являлась. Как указывалось выше, и установлено в судебном заседании, сумма 15 500 рублей, напротив, была удержана из заработной платы истца, при его увольнении в качестве возмещения затрат на обучение. Поэтому, по мнению суда, в данном случае, на ответчика не может быть возложена обязанность по выплате истцу процентов (денежной компенсации), в порядке ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации, за невыплату сумм (заработной платы, иных сумм, в том числе, компенсации за неиспользованный отпуск, причитающихся работнику при увольнении), нарушения срока по выплате которых, со стороны работодателя, судом не установлено, и требований о взыскании с ответчика таких выплат, истцом не заявлялось и судом не рассматривалось.

Исковые требования о компенсации морального вреда заявлены истцом правомерно, в соответствии со ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой, в результате неправомерных действий работодателя, работнику возмещается причиненный ему моральный вред, в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения, определяются судом, согласно абз.2 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", учитывая, что Трудовой Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Поскольку в судебном заседании неправомерность действий работодателя, незаконно удержавшего из заработной платы истца, как работника, денежной суммы, в счет возмещения затрат на обучение (основания для которого у работодателя отсутствовали), установлена, работодатель обязан компенсировать истцу причиненный ему моральный вред.

Как следует из искового заявления и объяснений истца в судебном заседании, в результате неправомерных действий работодателя по удержанию из его заработной платы суммы затрат на обучение, он испытал нравственные страдания и переживания.

Однако, при решении вопроса об объеме удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда, суд учитывает требования разумности и справедливости, регламентированные ч.2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и считает, что размер суммы компенсации морального вреда, заявленной истцом в размере 15 000 рублей, подлежит уменьшению до 3 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований о компенсации морального вреда, по указанным выше основаниям, следует отказать.

В соответствии с ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации, с п.1 ч.1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, истцы по исковым требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, от уплаты государственной пошлины освобождаются.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в местный бюджет.

Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца (государственная пошлина, исчисленная в соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации), по правилам о распределении судебных расходов, в соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в размере 920 рублей, подлежит взысканию с ответчика, в доход местного бюджета, в соответствии с ч.1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст.12,67, ч.1 ст.68, ч.1 ст.98, ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к открытому акционерному обществу (ОАО) «Уралредмет» о признании недействительным соглашения об обучении, о взыскании незаконно удержанных денежных средств из заработной платы, о взыскании денежной компенсации за нарушение срока выплаты заработной платы, о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества (ОАО) «Уралредмет» в пользу ФИО1, в счет возврата денежных средств, удержанных из заработной платы, в качестве возмещения расходов на обучение – в размере 15 500 рублей, в счет компенсации морального вреда - 3 000 рублей. В удовлетворении исковых требований в остальной части, отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества (ОАО) «Уралредмет» государственную пошлину в доход местного бюджета – 920 рублей. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, в апелляционном порядке, в течение одного месяца, со дня изготовления решения суда в окончательной форме, через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья Н.Н. Мочалова.