Дело № 2-363/2025 

№ 24RS0040-02-2025-000075-61 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 марта 2025 года г. Норильск

Норильский городской суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Ежелевой Е.А. при секретаре Дворниченко Н.Н., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, старшего помощника прокурора г. Норильска Романовой Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» о возмещении морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» (далее – ПАО «ГМК «Норильский никель») о возмещении морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, в размере 1000000 рублей.

В обоснование иска указано, что с 19 октября 1987 года по 16 июня 2021 года истец работал у ответчика во вредных производственных условиях; в период работы приобрел профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты> решением Норильского городского суда от 29 августа 2024 года на ОСФР возложена обязанность назначить ФИО1 единовременную страховую выплату и ежемесячные страховые выплаты по обязательному социальному страхованию с 28 июля 2020 года до 1 августа 2021 года, с 1 августа 2021 года до 1 августа 2022 года, исходя из степени утраты профессиональной трудоспособности - 60 %, с 1 августа 2022 года до 1 августа 2023 года, с 1 августа 2023 года до 1 августа 2024 года, с 1 августа 2024 года до 1 августа 2025 года исходя из степени утраты профессиональной трудоспособности - 30 %; вследствие приобретенного в результате длительного, тяжелого труда профессионального заболевания ФИО1 испытывает сильнейшие нравственные и физические страдания, выражающиеся в постоянной боли, использовании медицинских препаратов, нарушении сна; кроме того, в связи с оспариванием наличия у ФИО1 данного заболевания он вынужден длительное время находиться в психотравмирующей ситуации.

По мнению истца, виновником причинения вреда здоровья является ответчик, который в силу ст. 151 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ обязан компенсировать ему моральный вред размере 1000000 рублей.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО2 иск и изложенные в нем доводы поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 иск не признала, поддержала письменные возражения (л.д. 57), где ПАО «ГМК «Норильский никель», не оспаривая факта причинения истцу вреда здоровью при исполнении трудовых обязанностей, выразил несогласие с размером компенсации морального вреда, считая его завышенным и не соответствующим принципам разумности и справедливости, ссылаясь на то, что в отношении истца действует Коллективный договор, согласно которому предельный размер компенсации морального вреда при утрате профессиональной трудоспособности устанавливается до 550000 рублей, что соответствует 100 % утраты профессиональной трудоспособности; соответственно при утрате профессиональной трудоспособности в размере 30 % работнику выплачивается компенсация в размере 165000 рублей (550000 рублей х 30 %); истец уже обращался в Компанию 19 августа 2020 года с заявлением о компенсации морального вреда, но тогда в связи с оспариванием акта о случае профессионального заболевания от 18 июня 2020 года Компания не стала заключать с ним соглашение; в настоящее время такая возможность не утрачена, и истец может повторно обратиться в Компанию для заключения соглашения (л.д. 57-58). 

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшей иск обоснованным и подлежащим удовлетворению частично со снижением размера компенсации морального вреда до разумных пределов, суд пришел к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным ктом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Из изложенного следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора. В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. При этом, положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 с 19 октября 1987 года по 16 июня 2021 года работал у ответчика во вредных производственных условиях; в период работы приобрел профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты>

28 июля 2020 года решением ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю Минтруда России в лице Бюро № 41 истцу впервые была установлена третья группа инвалидности и степень утраты профессионально трудоспособности 60 % на срок до 01 августа 2021 года в связи с установленным профессиональным заболеванием согласно акту от 1428.41.24/2020 от 05 августа года, выданы справки МСЭ-2017 № № и МСЭ-2006 № №. 

ФИО4 обратился в Филиал №14 ГУ – КРО ФСС РФ с заявлением о назначении ему единовременной и ежемесячной страховых выплат в связи с наступлением страхового случая – профессиональным заболеванием, однако в ответе от 27 августа 2020 года № ему в этом было отказано в виду нарушения действующего законодательства – отсутствии подписи членов комиссии в акте о случае профессионального заболевания. 

Впоследствии вышеназванный диагноз, а также Акт о случае профессионального заболевания от 18 июня 2020 года были оспорены ОСФР в судебном порядке; решением Норильского городского суда (в районе Талнах) от 16 августа 2023 года, вступившим в законную силу 06 декабря 2023 года, в удовлетворении исковых требований было отказано полностью (л.д.22-32). 

В период судебного разбирательства 28 июня 2021 года ФИО1 прошел заочное переосвидетельствование в Бюро 41 - филиале ФКУ «Главное бюро МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России (

<

данные изъяты>) и ему установлена третья группа инвалидности «профессиональное заболевание», 60 % утраты профессиональной трудоспособности на 1 год.

7 июля 2022 года ФИО1 прошел второе очное переосвидетельствование в Бюро № 41 - филиале ФКУ «Главное бюро МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России 

<

данные изъяты> и ему установлена третья группа инвалидности «профессиональное заболевание», 60 % утраты профессиональной трудоспособности на 1 год.

10 июля 2023 года ФИО1 прошел третье очное переосвидетельствование в Бюро № 41 - филиале ФКУ «Главное бюро МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России (протоколы 

<

данные изъяты> и ему установлена третья группа инвалидности «профессиональное заболевание», 60 % утраты профессиональной трудоспособности на 1 год.

Также в судебном заседании установлено, что ФИО1 тоже обратился в суд с иском к ОСФР о признании права на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием и возложении обязанности назначить единовременную и ежемесячные страховые выплаты, исходя из степени утраты трудоспособности 60 %.

В рамках данного дела № № была проведена медико-социальная экспертиза, производство которой поручено ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Новосибирской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (г. Новосибирск).

Полученным экспертным заключением № от 9 июля 2024 года установлено, что в период с 28 июля 2020 года до 01 августа 2022 года у ФИО1 степень утраты профессиональной трудоспособности была 60 %, с 1 августа 2022 года до 1 августа 2025 года – 30 %. 

Решением Норильского городского суда от 29 августа 2024 года на ОСФР возложена обязанность назначить ФИО1 единовременную страховую выплату и ежемесячные страховые выплаты по обязательному социальному страхованию с 28 июля 2020 года до 1 августа 2021 года, с 1 августа 2021 года до 1 августа 2022 года, исходя из степени утраты профессиональной трудоспособности - 60 %, с 1 августа 2022 года до 1 августа 2023 года, с 1 августа 2023 года до 1 августа 2024 года, с 1 августа 2024 года до 1 августа 2025 года исходя из степени утраты профессиональной трудоспособности - 30 %; инвалидность не установлена (л.д. 33-41).

Согласно Акту о случае профессионального заболевания от 18 июня 2020 года причиной профессионального заболевания послужило длительное, кратковременное (в течение рабочей смены) однократное воздействие общей вибрации, превышающей ПДУ до 4 дБ в условиях неблагоприятного воздействия сопутствующих факторов – тяжести трудового процесса с превышением допустимых значений по рабочей позе – нахождение в позе «стоя» более 80 % времени смены, при допустимом - 60 %, локальной вибрации с превышением ПДУ до 1 дБ и производственного шума с превышением ПДУ до 3,3 дБА (л.д. 9-15).

Лицом, допустившими нарушение требований охраны труда, признано ПАО «ГМК «Норильский никель».

Таким образом, установлено, что ФИО1 приобрел профессиональное заболевание в виде вибрационной болезни в результате работы во вредных условиях от воздействия локальной вибрации, производственного шума, тяжести трудового процесса с превышением ПДУ.

Поскольку ответчик не обеспечил безопасные условия труда, нарушил государственные санитарно-эпидемиологические правила и иные нормативные акты, перечисленные в вышеназванном акте, и это привело к возникновению заболевания у ФИО1, который исполнял свои трудовые обязанности в интересах работодателя, именно ответчик, по мнению суда, должен нести ответственность за свое бездействие в виде компенсации морального вреда пострадавшего.

Факт того, что в связи с приобретенным заболеванием ФИО1 причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, является очевидным, бесспорным и в силу ст. 61 ГПК РФ не нуждается в доказывании. 

Разрешая вопрос о размере компенсации, суд руководствуется следующим.

Согласно ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

На основании ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

В п. 27 того же постановления разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В п. 30 того же постановления разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В п. 46, 47 того же постановлено разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. 

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

В исковом заявлении истец, требуя взыскания компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, ссылается на то, что вследствие приобретенного в результате длительного, тяжелого труда профессионального заболевания он испытывает сильнейшие нравственные и физические страдания, выражающиеся в постоянной боли, использовании медицинских препаратов, нарушении сна. 

С учетом характера полученного ФИО1 заболевания, степени вины ответчика в причинении вреда здоровью, характера и степени физических и нравственных страданий истца, выражающихся в физической боли, которую истец испытывал и испытывает по настоящее время в результате профессионального заболевания, в нарушении сна, в необходимости постоянного медицинского наблюдения и лечения, с учетом степени утраты трудоспособности истца, которая полностью не исключает его возможности трудиться при изменении условий труда на допустимые; с учетом данных о личности истца, его материальном и семейном положение - в настоящее время ему 56 лет; он не работает, получает страховые выплаты, проживает в Норильске, руководствуясь принципами справедливости и разумности, суд считает правильным определить размер компенсации в 400000 рублей. 

Поскольку суд удовлетворяет заявленные требования, в силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, подп. 3 п. 1 ст. 333.20 НК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в сумме 3 000 рублей.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» о возмещении морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» в пользу ФИО1 400000 (четыреста тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий: 

Решение вынесено в окончательной форме 21 апреля 2025 года.

Копия верна:

Судья Норильского городского суда Е.А. Ежелева