АПЕЛЛЯЦИОННОЕ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22-232/2020

27 ноября 2020 г.

г. Екатеринбург

Центральный окружной военный суд в составе председательствующего Телебы С.Г., при секретаре судебного заседания Плотниковой З.А., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Центрального военного округа подполковника юстиции ФИО1, представителя ФИО2 - ФИО3, защитника – адвоката Шипиловских А.С. рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитников – адвокатов Шипиловских А.С. и Чепкасова А.В. на постановление Пермского гарнизонного военного суда от 4 сентября 2020 г., которым уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего Военного университета Министерства обороны Российской Федерации сержанта 

ФИО2, 

<

данные изъяты>, умершего 1 января 2020 г.,

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с его смертью.

Согласно постановлению гражданский иск потерпевшей ФИО4 оставлен без рассмотрения.

По делу разрешены вопросы о вещественных доказательствах и имуществе, на которое наложен арест.

После доклада председательствующего, окружной военный суд

установил:

согласно постановлению около 6 часов 30 минут 1 января 2020 г. ФИО2, управляя в состоянии алкогольного опьянения автомобилем ВАЗ-217030 Лада Приора, государственный регистрационный знак 

<

***>, следуя по автодороге «Пермь - Усть-Качка» в сторону с. Усть-Качка Пермского края, в нарушение требований пунктов 1.5, 2.7, 9.1.1 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства РФ от 23 октября 1993 г. № 1090 «О правилах дорожного движения» (далее - ПДД), не справившись с управлением автомобилем, выехал на полосу дороги, предназначенную для встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем ВАЗ-2112, государственный регистрационный знак 

<

***>, под управлением ФИО34.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) водителю автомобиля ВАЗ-2112 и его пассажиру ФИО35 причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, а ФИО2 получены травмы, от которых он скончался на месте происшествия.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Чепкасов, не соглашаясь спостановлением суда первой инстанции о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию, просит его отменить, а уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе суда. 

По мнению защитника, гарнизонным военным судом не оценены противоречия в показаниях свидетеля ФИО11 на предварительном следствии и в судебном заседании в той части, где он сообщал о расположении его и ФИО2 в автомобиле ВАЗ-217030 Лада Приора, которые также противоречат показаниям свидетеля ФИО10, утверждавшего в ходе предварительного следствия, что, выйдя из кафе, ФИО2 сел на заднее пассажирское сиденье указанного автомобиля, а ФИО5 - на его водительское сиденье, после чего они уехали.

Кроме того, автор жалобы указывает, что суд первой инстанции не оценил показания в ходе предварительного следствия родственников свидетеля ФИО12 – его брата и матери, утверждавших о том, что он управление данным автомобилем никому не доверял. Их показания, по мнению защитника, подтверждаются показаниями представителя ФИО2 – ФИО3, а также свидетеля ФИО13, пояснившей в судебном заседании о том, что перед отъездом от кафе на водительском сиденье автомобиля ВАЗ-217030 Лада Приора находился ФИО14, а на заднем пассажирском сиденье – ФИО2, который, к тому же, в состоянии алкогольного опьянения автомобилем никогда не управлял. 

Далее автор жалобы ссылается на отсутствие в постановлении гарнизонного военного суда оценки показаний свидетеля ФИО15, пояснившей в ходе предварительного следствия, что со слов сестры ее супруга - ФИО16 ей стало известно, как водитель скорой медицинской помощи ФИО17 говорил своей сожительнице о нахождении в момент ДТП на правом пассажирском сиденье автомобиля ВАЗ-217030 Лада Приора ФИО2, которого до приезда скорой медицинской помощи кто-то переложил.

По мнению защитника показания вышеуказанных свидетелей, в совокупности с данными, исключительно положительно характеризующими личность ФИО2, а также установленным значительным количеством алкоголя в его организме, свидетельствуют о том, что ФИО2 в момент ДТП автомобилем не управлял. 

При этом защитник утверждает, что данные о привлечении ФИО18 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, связанного с управлением автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, с назначением ему административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, в совокупности с тем обстоятельством, что, будучи лишенным права управления транспортными средствами, он приехал в кафе за рулем своего автомобиля, - свидетельствуют о его пренебрежительном отношении к соблюдению ПДД, а поэтому он мог управлять автомобилем в момент ДТП.

Также, по мнению указанного автора жалобы, факт управления ФИО19 автомобилем в момент ДТП косвенно подтверждается его отказом от прохождения психофизиологического исследования.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Шипиловских, не соглашаясь с постановлением суда первой инстанции о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию, просит его отменить, а уголовное преследование прекратить. 

По мнению защитника, гарнизонным военным судом не оценены показания свидетеля ФИО20 о том, что ноги свидетеля ФИО21 после ДТП были относительно свободны, и это обстоятельство ставит под сомнение показания многочисленных свидетелей, утверждавших о том, что ФИО22 в автомобиле был зажат. 

Согласно доводам обоих защитников, суд первой инстанции не дал оценки заключению от 27 февраля 2020 г. № 59 по результатам дополнительной судебной биологической экспертизы, в исследовательской части которого указано, что в смывах с рычага ручного тормоза, двух ключах и брелоке, а также на оплетке с рулевого колеса содержится ДНК человека в количестве, достаточном для дальнейшего исследования. Однако в последующем амплифицированные фрагменты не были выявлены в результате деградации ДНК. К тому же, на пластиковой обшивке задней правой стойки и на обшивке потолка в задней части слева обнаружена кровь ФИО2, которая согласно заключению медико-криминалистической экспертизы от 8 июня 2020 г. № 212мко является брызгами. При этом согласно этому же заключению эксперта, исходя из локализации образования следов крови на обшивке потолка, не исключается расположение ФИО2, как на переднем пассажирском сиденье, так и на водительском сиденье. 

Также гарнизонным военным судом не дано оценки заключению биологической судебной экспертизы от 6 января 2020 г. № 1, согласно которому на рулевом колесе, ручке коробки переключения передач, на внутренних ручках водительской и передней пассажирской двери не обнаружено биологических следов, произошедших от ФИО2, в то время как на фрагменте ткани обивки заднего сиденья справа и с подголовника переднего пассажирского сиденья обнаружены произошедшие от него следы пота и крови, а следы крови от ФИО23 исключаются. 

Кроме того, защитники ссылаются на заключение специалиста ФИО6, пояснившего, что разрыв позвоночного столба у ФИО2 свойственен при лобовом столкновении автомобилей либо в его заднюю часть, и для установления механизма образования травмы шейного отдела Ощепкова необходимо проведение дополнительной судебно-медицинской экспертизы, которая даст ответ на вопрос, находился ли ФИО2 в момент ДТП на водительском сиденье. При этом суд первой инстанции, оценивая показания указанного специалиста, сослался на то, что им не исследовалось заключение ситуационной медико-криминалистической судебной экспертизы от 10 июня 2020 г. № С/6-т, в которой полноценно исследовались морфологические особенности и характер разрыва шейного отдела ФИО2. Согласно данному заключению эксперта разрыв шейного отдела ФИО2 возник в результате резкого травмирующего переразгибающего (в направлении спереди назад) движения шейного отдела позвоночника, что подтверждает вывод специалиста о лобовом столкновении автомобилей либо в его заднюю часть. В соответствии же с заключением автотехнической судебной экспертизы удар в автомобиль пришелся в его правую боковую часть, что, по мнению авторов жалоб, исключает нахождение Ощепкова на водительском сиденье. 

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель - старший помощник военного прокурора Пермского гарнизона просил постановление гарнизонного военного суда оставить без изменения, а жалобы защитников без удовлетворения.

Заслушав представителя ФИО2 – ФИО3 и защитника в поддержку доводов апелляционных жалоб, а также мнение прокурора, возражавшего против их удовлетворения, проверив материалы уголовного дела, оценив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, окружной военный суд приходит к следующему.

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244 и 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Все представленные сторонами доказательства надлежаще исследованы судом, все заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

Судом не установлено нарушений, ограничивших право сторон на представление доказательств, а также каких-либо данных, свидетельствующих об исследовании недопустимых доказательств, ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного разрешения дела.

Вывод суда первой инстанции о нарушении ФИО2 пунктов 1.5, 2.7, 9.1.1 и 10.1 ПДД, который, управляя в состоянии алкогольного опьянения автомобилем ВАЗ-217030 Лада Приора, не справившись с его управлением, выехал на полосу автодороги, предназначенную для встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем ВАЗ-2112, в результате чего водителю этого автомобиля ФИО36 и его пассажиру ФИО37 причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред их здоровью, подтверждается представленными сторонами и исследованными гарнизонным военным судом доказательствами: протоколами осмотра места происшествия и транспортных средств; заключениями по результатам судебно-медицинской экспертизы от 29 января 2020 г. № 31, судебно-химической экспертизы от 2 января 2020 г. № 2/11, ситуационной медико-криминалистической судебной экспертизы от 10 июня 2020 г. № С/6-т, автотехнической судебной экспертизы от 22 июня 2020 г. № 1174/09-1/20-38, 1175/09-1/20-40, 1197/09-1/20-39 и дополнительной автотехнической судебной экспертизы от 5 марта 2020 г. № 65; показаниями свидетелей ФИО24, а также другими доказательствами.

Указанные доказательства надлежащим образом исследованы гарнизонным военным судом в судебном заседании, достаточно полно изложены в постановлении, им дана объективная и правильная оценка, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности они не вызывают.

Суд всесторонне проверил доводы и версии стороны защиты, в постановлении им дана правильная оценка. 

Оценив показания указанных выше свидетелей в совокупности с иными исследованными доказательствами, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что именно ФИО2 в момент ДТП находился за рулем автомобиля ВАЗ-217030 Лада Приора, а также о наличии причинно-следственной связи между его преступными действиями и наступившими последствиями. 

Вопреки утверждению стороны защиты показаниям допрошенных свидетелей судом первой инстанции дана надлежащая оценка и оснований не доверять их показаниям не имеется.

Кроме того, вопреки доводу жалобы защитника Чепкасова, суд первой инстанции обосновано в подтверждение вывода о виновности ФИО2 в совершении инкриминированного ему деяния сослался на показания свидетеля ФИО25, данные в ходе предварительного следствия 1 июня 2020 г., поскольку в судебном заседании суда первой инстанции обстоятельств заинтересованности указанного свидетеля в исходе дела не установлено, при этом данные показания в целом логичны, последовательны и согласуются с другими исследованными доказательствами по делу, а его предыдущие показания в ходе предварительного следствия их не опровергают, поскольку содержат некоторые смысловые неточности, ввиду наличия которых следователем и был произведен его дополнительный допрос. 

Ссылка этого же защитника на показания матери и брата свидетеля ФИО26, данные ими в ходе предварительного следствия, является беспредметной, поскольку указанные показания в ходе судебного следствия не исследовались. Ходатайств о вызове данных свидетелей в судебное заседание гарнизонного военного суда, с учетом предоставленной судом для этого реальной возможности, сторонами не заявлялось. 

Довод стороны защиты о том, что суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание показания представителя ФИО2 - ФИО3 и свидетеля ФИО27, полагавших, что ФИО2 не мог в момент ДТП находиться за рулем автомобиля ВАЗ-217030 Лада Приора, на доказанность вины ФИО2 в содеянном не влияет, поскольку к показаниям последних гарнизонный военный суд отнесся критически и свои выводы должным образом аргументировал, оснований не соглашаться с которыми у суда апелляционной инстанции не имеется.

Утверждения свидетеля ФИО28 о том, что ФИО2 в состоянии алкогольного автомобилем никогда не управлял и мог уехать из кафе на их автомобиле, как и ссылка защитника Чепкасова на отказ ФИО29 от прохождения психофизиологического исследования и приведенные выше данные о его личности, указывающие, по мнению защитника, на пренебрежительное отношением этого свидетеля к соблюдению ПДД, с учетом исследованной в ходе судебного следствия совокупности доказательств, сами по себе вывод гарнизонного военного суда о виновности ФИО2 в содеянном не опровергают. 

Вопреки доводам жалобы защитника Чепкасова, суд первой инстанции обосновано при принятии итогового решения по делу не учитывал показания ФИО3 в ходе предварительного следствия в части сообщенных ею со слов ее родственника ФИО30 сведений о том, что ФИО2 не находился за рулем автомобиля в момент ДТП, поскольку в судебном заседании гарнизонного военного суда ФИО3 указанные сведения не сообщила, а данные ею в ходе предварительного следствия показания в судебном заседании гарнизонного военного суда не исследовались, о чем ходатайств, с учетом предоставленной судом для этого реальной возможности, сторонами не заявлялось.

Довод защитника Чепкасова о том, что с учетом выявленного в крови ФИО2 количества алкоголя он не мог в момент ДТП управлять автомобилем основан только на его предположении, а поэтому вывод суда первой инстанции о виновности ФИО2 в содеянном также не опровергает. 

Вопреки доводу жалобы защитника Шипиловских показания свидетеля ФИО31 о том, что ноги находившегося после ДТП на заднем пассажирском сиденье автомобиля ВАЗ-217030 Лада Приора свидетеля ФИО32 были относительно свободны, не противоречат показаниям иных свидетелей, пояснивших, что он был зажат в указанном автомобиле, поскольку, как объективно установлено в ходе судебного следствия, на момент прибытия к месту ДТП свидетелей, в том числе сотрудников скорой медицинской помощи и аварийно-спасательной службы, ФИО33 был зажат на заднем пассажирском сиденье указанного автомобиля за водительским сиденьем в положении сидя, не исключавшем возможность относительной свободы его ног. 

Приходя к выводу о виновности ФИО2 в содеянном, суд первой инстанции исследовал проведенные в рамках уголовного дела судебные экспертизы, которым дал должную оценку. 

Вопреки доводам стороны защиты, заключения по результатам судебной биологической экспертизы от 6 января 2020 г. № 1, дополнительной судебной биологической экспертизы от 27 февраля 2020 г. № 59, а также медико-криминалистической судебной экспертизы от 8 июня 2020 г. № 212мко данный вывод гарнизонного военного суда не опровергают, поскольку они, в свою очередь, не противоречат заключениям по результатам судебно-медицинской экспертизы от 29 января 2020 г. № 31, содержащей утвердительный вывод эксперта о том, что с учетом локализации имевшихся у ФИО2 повреждений, таковые ему были причинены при расположении на водительском сиденье автомобиля в результате ДТП, а также ситуационной медико-криминалистической судебной экспертизы от 10 июня 2020 г. № С\6-т, в ходе которой исследовался вопрос расположения лиц, находившихся в момент ДТП в автомобиле ВАЗ-217030 Лада Приора, содержащей утвердительный вывод эксперта о том, что ФИО2 в момент ДТП находился на водительском сиденье указанного автомобиля. 

При этом, вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции, дал объективную оценку заключению и пояснениям специалиста ФИО6, содержание которых, как верно указано в оспоренном постановлении, заключениям по результатам проведенных по данному уголовному делу экспертиз, не противоречит. 

С учетом изложенного, на основании указанных выше доказательств суд первой инстанции, вопреки утверждениям авторов жалоб об обратном, правильно установил фактические обстоятельства содеянного ФИО2 и верно квалифицировал его деяние как преступление, предусмотренное п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ. 

Принимая во внимание, что ФИО2 скончался, гарнизонный военный суд обосновано пришел к выводу о необходимости прекращения уголовного дела на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Принятое судом первой инстанции решение по гражданскому иску соответствует требованиям ч. 2 ст. 306 УПК РФ.

Вопросы о вещественных доказательствах и имуществе, на которое наложен арест, судом также разрешены правильно. 

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом не допущено. 

Таким образом, обжалуемое постановление по форме и содержанию соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ, является обоснованным и мотивированным, а поэтому оснований для его отмены или изменения, в том числе по доводам апелляционных жалоб, не имеется. 

Руководствуясь ст. 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, окружной военный суд 

постановил:

постановление Пермского гарнизонного военного суда от 4 сентября 2020 г., которым уголовное дело в отношении ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников – без удовлетворения.

Председательствующий С.Г. Телеба