Судья Тарасова Е.В. Дело № 33-6480/2025

УИД: 76RS0024-01-2024-005592-67

Изготовлено 30 декабря 2025 года

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда в составе председательствующего судьи Басковой Г.Б.

судей Маренниковой М.В., Бачинской Н.Ю.

при секретаре Кочетковой А.В.

с участием прокурора Сорокина М.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ярославле

11 декабря 2025 года

гражданское дело по апелляционной жалобе Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» на решение Фрунзенского районного суда г.Ярославля от 21 мая 2025 года, которым с учетом определения об исправлении описки от 06 октября 2025 года постановлено:

«Исковые требования ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №), действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (свидетельство о рождении №), ФИО3 (паспорт гражданина Российской Федерации №) к Акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» (ИНН №) удовлетворить частично:

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1382476,35 рублей.

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 1382476,35 рублей.

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в бюджет государственную пошлину в сумме 9000 рублей».

Заслушав доклад судьи Басковой Г.Б., судебная коллегия

установила:

ФИО1, действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО3 обратились в суд с иском к АО по добыче угля «Воркутауголь» о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в пользу ФИО1 и ФИО2 по 3 000 000 руб. каждому, в пользу ФИО3 в размере 2 000 000 руб.

Требования мотивированы тем, что 11.02.2013 на шахте Воркутинская в г. Воркута Республики Коми в результате взрыва метана произошел групповой несчастный случай, в результате которого погиб работник предприятия ФИО10 ФИО1 является супругой погибшего, ФИО2 – сыном, а ФИО3 – членом семьи погибшего. Постановлением Воркутинского городского суда от 25.03.2019 по делу № 1-5/2019 о прекращении уголовного дела установлена вина должностных лиц АО «Воркутауголь» в причинении смерти работникам предприятия. Размер компенсации морального вреда истцы определяют с учетом близких родственных отношений с погибшим, 100 % вины работодателя в несчастном случае.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене решения суда и прекращении производства по делу. Доводы жалобы сводятся к нарушению судом норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель АО по добыче угля «Воркутауголь» по доверенности ФИО4 доводы апелляционной жалобы поддержал.

ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений о причинах неявки не представили, в связи с чем, судебная коллегия, руководствуясь частью 3 статьи 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы, обсудив их, заслушав явившихся по делу лиц, заключение прокурора о законности и обоснованности постановленного по делу решения, исследовав письменные материалы дела, судебная коллегия считает, что апелляционная жалоба не содержит правовых оснований для отмены или изменения решения суда и подлежит оставлению без удовлетворения.

Принимая решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что ДД.ММ.ГГГГ в результате группового несчастного случая, произошедшего на шахте «Воркутинская» в г.Воркута Республики Коми, погиб ФИО10, который состоял в трудовых отношениях с АО «Воркутауголь». Смерть ФИО10 произошла по вине работодателя, который не обеспечил для работника безопасные для здоровья условия труда. ФИО1 является супругой погибшего, несовершеннолетний ФИО2 – сыном, ФИО3 - сыном ФИО1 от первого брака, членом семьи ФИО18 Ответчик ранее выплатил истцам ФИО1 и несовершеннолетнему ФИО2 в счет компенсации морального вреда денежные средства в общей сумме 1235047,30 руб., которые подлежат учету при разрешении исковых требований. Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учитывал родственные отношения истцов с погибшим, что смерть близкого родственника является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истцов, характер перенесенных истцами нравственных страданий, переживаний, тяжесть наступивших последствий. Суд взыскал в пользу супруги ФИО1 и несовершеннолетнего сына ФИО19 по 2000000 руб. каждому за вычетом ранее выплаченных ответчиком в счет компенсации морального вреда денежных средств в размере 1235047,30 руб., в пользу ФИО3 – 1000000 руб.

С постановленным судом решением судебная коллегия соглашается, считает его правильным, соответствующим обстоятельствам дела, положениям закона.

Обстоятельства, имеющие юридическое значение, судом установлены правильно, при рассмотрении тщательно и всесторонне исследованы. Содержащиеся в решении выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, подробно и убедительно мотивированы. Представленным по делу доказательствам судом дана оценка в соответствии со статьей 67 ГПК РФ. Материальный закон судом истолкован и применен правильно.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку АО «Воркутауголь», как владелец источника повышенной опасности и как работодатель, на основании заключенных с членами семьи погибшего ФИО10 соглашений своевременно компенсировал им моральный вред, а также произвел иные выплаты, предусмотренные территориальным соглашением по организациям угольной промышленности города Воркута на 2011-2013 годы (общий размер выплаченных АО «Воркутауголь» денежных средств семье погибшего ФИО20 с учетом материальной помощи составил 5 099 727,53 руб.); ФИО3 не может являться членом семьи погибшего ФИО10, поскольку при рассмотрении дела не установлены юридически значимые обстоятельства по делу: факт усыновления ФИО3 ФИО10 либо факт нахождения ФИО3 на иждивении погибшего; истцами не представлено доказательств степени физических и нравственных страданий, понесенных ими в связи с гибелью ФИО10, судебной коллегией отклоняются.

В соответствии со статьей 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

В силу абзацев 4, 14 части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 5, 16 части 2 статьи 22 ТК РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 ТК РФ).

Согласно статьи 214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 ТК РФ).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1079 названного кодекса).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац 2 статьи 1100 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, в частности право на уважение родственных и семейных связей) (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

В абзаце 1 пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относятся и сложившиеся родственные и семейные связи, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи. Таким образом, смертью потерпевшего возможно причинение физических и нравственных страданий (морального вреда) лично членам его семьи и родственникам. Суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой родственника в результате причинения вреда его жизни источником повышенной опасности необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон, принять во внимание, в частности, характер родственных связей между потерпевшим и истцом, характер и степень умаления прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред, поведение самого потерпевшего при причинении вреда.

Из материалов дела следует, что решением Московского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 06 мая 2024 года по делу № 2-352/2024, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 30 сентября 2024 года, установлено, что на момент смерти ФИО17 состоял в трудовых отношениях с АО «Воркутауголь», работал в должности горнорабочего очистного забоя, погиб в результате группового несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на шахте «Воркутинская» в г.Воркута Республики Коми в результате взрыва метана.

По факту случившегося работникам АО «Воркутауголь» ФИО11, ФИО12, ФИО13 предъявлено обвинение в нарушении правил безопасности при ведении горных работ, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека и крупный ущерб, а также по неосторожности смерть двух и более лиц, то есть в совершении преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты>

Постановлением Воркутинского городского суда Республики Коми от 25 марта 2019 года по делу № 1-5/2019 уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО11, ФИО12, ФИО13 по ч. 3 

<

данные изъяты> прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования, предусмотренного 

<

данные изъяты>

Таким образом, гибель ФИО10 произошла на предприятии ответчика по вине работодателя, которым не была выполнена надлежащим образом обязанность по обеспечению работнику безопасных условий и охраны труда. Вины работника не установлено.

ФИО10 на момент смерти был 31 год. ФИО1 являлась его супругой и осталась вдовой в 33 года, в браке они состояли с 19.03.2010. Сыну ФИО10 - ФИО2 на момент смерти отца было 11 месяцев, его пасынку ФИО3 – 9 лет.

Из имеющихся в материалах дела письменных и устных объяснений истцов, а также фотографий следует, что между супругами ФИО10 и ФИО1 сложились теплые семейные отношения. ФИО10 обеспечивал семью, заботился о родном сыне ФИО2 и пасынке ФИО3 Смерть ФИО10 для семьи была большой потерей. После смерти мужа у ФИО1 были проблемы со здоровьем, она сильно переживала трагедию в связи с гибелью родного человека, который являлся заботливым мужем и отцом детей.

В суде первой и апелляционной инстанциях ФИО3 пояснил, что с ФИО10 у него сложились теплые семейные отношения, он называл его папой. В отличие от родного отца ФИО10 заботился о нем, отводил и забирал его из садика, ходил с ним на детские мероприятия. В дальнейшем в процессе школьного обучения помогал делать ему уроки. В отпуск они ездили всей семьей. На момент смерти ФИО10 ФИО3 обучался в 3 классе, большая часть мужских обязанностей легла на него, в том числе забота о младшем брате. Младший брат ФИО2 не помнил своего отца. По мере своего взросления брат спрашивал про отца. Он и мама показывали брату фотографии, рассказывали про него, от этого тоже было очень тяжело.

С учетом установленных по делу обстоятельств не вызывает сомнений, что истцы пережили большую трагедию в связи с гибелью близкого человека, им были причинены нравственные страдания.

В результате случившегося истцы лишись родного и близкого человека, сына, мужа и отца. Истцы лишись его заботы и внимания, помощи и поддержки, это потеря невосполнима.

Судом установлено, что ответчиком приняты меры к возмещению причиненного вреда. В соответствии с территориальным соглашением по организациям угольной промышленности города Воркута на 2011-2013 годы, коллективным договором ОАО «Воркутауголь» на 2011-2013 годы ответчик выплатил истцам ФИО1 и несовершеннолетнему ФИО2 в счет компенсации морального вреда денежные средства в общей сумме 1235047,30 руб., которые суд первой инстанции обоснованно учел при разрешении заявленных требований.

Вместе с тем, с учетом обстоятельств гибели ФИО10, индивидуальных особенностей истцов, степени перенесенных ими нравственных страданий в момент трагедии, последующего осознания случившегося и его последствий, продолжения душевных переживаний, вопреки позиции апеллянта данную сумму суд правомерно признал недостаточной для компенсации морального вреда ФИО1 и несовершеннолетнему ФИО2, а также пришел к правильному выводу о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу пасынка погибшего ФИО3

С учетом требований разумности и справедливости, степени вины причинителя вреда и иных заслуживающих внимания обстоятельств, степени нравственных страданий истцов, их индивидуальных особенностей судебная коллегия соглашается с определенным судом первой инстанции размером компенсации морального вреда в пользу истцов ФИО1 и несовершеннолетнего ФИО2 – по 2 000 000 руб. каждому, в пользу истца ФИО3 – 1 000 000 руб., что отвечает требованиям разумности и справедливости, обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон, и итоговой взысканной судом в пользу истцов суммой компенсации морального вреда, а именно: в пользу ФИО1 и несовершеннолетнего ФИО2 по 1382476,35 руб. каждому с учетом частичной компенсации морального вреда ответчиком (2 000 000 руб. -1 235 047,30 руб. / 2), в пользу ФИО3 – 1 000 000 руб.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО3 не имеет право на компенсацию морального вреда, поскольку не являлся близким родственником погибшего и не находился на его иждивении, судебной коллегией отклоняется.

Учитывая положения пункта 3 статьи 1145 ГК РФ, разъяснения, изложенные в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании», согласно которым пасынки относятся к лицам, имеющим право наследовать имущество после смерти наследодателя, а также фактические обстоятельства дела, из которых следует, что ФИО3 имел фактическую родственную связь с умершим отчимом ФИО10, между ними сложились теплые семейные отношения, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО3 имеет право на компенсацию морального вреда в связи со смертью члена семьи, ссылки апеллянта об обратном несостоятельны.

Вопреки доводам жалобы, оснований для зачета в счет компенсации морального вреда общей суммы произведенных ответчиком выплат семье погибшего в размере 5099727,53 руб. не имеется. Единовременное пособие, страховая выплата, материальная помощь являются иными видами выплат и не компенсируют моральный вред.

Оснований для прекращения производства по делу не имеется.

Нарушений норм материального или процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному решению, судом не допущено.

По изложенным мотивам судебная коллегия оставляет апелляционную жалобу без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Фрунзенского районного суда г.Ярославля от 21 мая 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи