Судья 1 инстанции – Кожина Ю.А. № 22-2803/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 октября 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Трофимовой Р.Р., при помощнике судьи Ярославцевой Е.В., с участием прокурора Ненаховой И.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя ФИО5 на постановление Усольского городского суда Иркутской области от 21 августа 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО3, (данные изъяты), гражданина РФ, не судимого, обвиняемого по ч. 3 ст. 291 УК РФ,

ФИО1, (данные изъяты), гражданина РФ, не судимого, обвиняемого по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ (2 преступления),

ФИО2, (данные изъяты), гражданина РФ, не судимого, обвиняемого по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ,

ФИО4, (данные изъяты), гражданина РФ, не судимого, обвиняемого по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ,

возвращено прокурору г. Усолье-Сибирское Иркутской области для устранения препятствий его рассмотрения судом в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ,

постановлено обязать прокурора г. Усолье-Сибирское Иркутской области обеспечить устранение допущенных нарушений, 

мера пресечения ФИО1 и ФИО3 оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, ФИО4 и ФИО2 – в виде запрета определенных действий с сохранением ранее установленных ограничений и запретов.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционного представления, заслушав прокурора, суд апелляционной инстанции

установил:

органом предварительного следствия ФИО3 обвиняется в даче взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконных действий; ФИО2 и ФИО4 в совершении посредничества во взяточничества, то есть непосредственной передаче взятки по поручению взяткодателя и взяткополучателя и ином способствовании взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере, за совершение заведомо незаконных действий; ФИО1 – в совершении двух посредничеств во взяточничестве, то есть непосредственных передач взяток по поручению взяткодателя и взяткополучателя и ином способствовании взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взяток в значительном размере, за совершение заведомо незаконных действий.

Дата изъята уголовное дело поступило в Усольский городской суд Иркутской области, постановлением которого от Дата изъята возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Из обжалуемого постановления следует, что основанием для возвращения уголовного дела прокурору послужило несоответствие формулировки предъявленного ФИО3 органом расследования обвинения описанию преступного деяния. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО5, ссылаясь на положения ч. 1 ст. 14 УК РФ, ч. 4 ст. 7, ч. 1 ст. 220, п. 1 ч. 1 ст. 237, п. 2, 3 ст. 389.15 УПК РФ, считает решение суда не соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона. Цитируя правовую позицию Конституционного Суда РФ, отмечает, что под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона понимают такие нарушения, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения. Полагает, что при составлении обвинительного заключения при квалификации действий ФИО3 не допущено существенных нарушений, не устранимых в судебном заседании, поскольку суд не был лишен возможности на основании представленных доказательств вынести итоговое решение по делу, при том, что государственный обвинитель в силу требований закона вправе скорректировать обвинение, в том числе, в части квалификации действий ФИО3 Цитируя разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм УПК, регламентирующих основание и порядок возвращения уголовного дела прокурору», отмечает, что у суда имеется возможность изменить обвинение, если это не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту. Таким образом, считает, что оснований для перепредъявления обвинения не имеется. Также указывает, что уголовное дело возращено для устранения недостатков прокурору, который лишён возможности исполнить судебное решение, учитывая утверждение обвинительного заключения вышестоящим прокурором. На основании изложенного просит постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение по существу в Усольский городской суд Иркутской области.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит его обоснованным, а постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело возвращается прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушениями требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного обвинительного заключения. 

При этом, под допущенными при составлении обвинительного заключения, нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ, а также других взаимосвязанных с ними нормах УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа (п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 года № 39 «О практике применения судами норм УПК РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору»).

Вместе с тем, уголовное дело не подлежит возвращению прокурору, если допущенное органами предварительного расследования нарушение требований уголовно-процессуального закона может быть устранено в судебном заседании, когда это не влечет изменения обвинения на более тяжкое либо существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам, не ухудшает положения обвиняемого и не нарушает его права на защиту.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться, что мотивы для возвращения уголовного дела прокурору, приведенные в постановлении, соответствуют указанным положениям закона.

Как следует из оспариваемого постановления, суд пришёл к выводу о невозможности принятия итогового судебного решения, с учетом требований ст. 252 УПК РФ, определяющих пределы судебного разбирательства, поскольку действия ФИО3 квалифицированы как дача взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконных действий, в то время как описание преступного деяния свидетельствует о том, что инкриминируемые действия совершены ФИО3 через посредника. 

Установив, что данный факт является нарушением уголовно-процессуального закона, допущенным органом предварительного следствия и неустранимым судом при вынесении итогового решения по делу, суд не указал, каким образом это влечет изменения обвинения на более тяжкое либо существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам, ухудшение положения обвиняемого и нарушение его права на защиту, что, как раз, и могло бы повлечь возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. 

Согласно материалам уголовного дела, суд на той стадии уголовного судопроизводства, в которой принято обжалуемое решение, не исследовал доказательства, анализ которых позволил бы установить фактические обстоятельства по делу и определиться, имеют ли таковые существенное отличие от описанного в обвинении преступного деяния, вмененного ФИО3, либо соответствуют ему, а также диспозиции ч. 3 ст. 291 УК РФ, по которой данному лицу предъявлено обвинение.

Таким образом, приведенные в постановлении судом первой инстанции мотивы возвращения дела прокурору не являются препятствием для рассмотрения уголовного дела на основании составленного по делу обвинительного заключения, в котором в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ изложено существо обвинения, место и время совершения преступлений, их способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела и подлежащие оценке при принятии итогового решения. 

Как верно отмечено в апелляционном представлении, из материалов дела не усматривается нарушений требований уголовно-процессуального закона, которые бы препятствовали суду рассмотреть уголовное дело в пределах, установленных ст. 252 УПК РФ, и постановить приговор либо вынести иное итоговое судебное решение.

Поэтому, на основании п. 2 ч. 1 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ состоявшееся решение суда первой инстанции подлежит отмене как не отвечающее требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, с направлением дела на новое судебное разбирательство в тот же суд, со стадии судебного разбирательства. 

Таким образом, апелляционное представление прокурора подлежит удовлетворению.

При этом, учитывая вышеуказанное, доводы о возвращении уголовного дела несоответствующему прокурору суд апелляционной инстанции оставляет без оценки. 

Оснований для изменения подсудимым ФИО3, ФИО1, ФИО2 и ФИО4 избранных судом мер пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также в виде запрета определенных действий, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Усольского городского суда Иркутской области от 21 августа 2025 года о возвращении прокурору г. Усолье-Сибирское Иркутской области в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении ФИО3, ФИО1, ФИО2, ФИО4 отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное представление государственного обвинителя ФИО5 удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово). В случае обжалования подсудимые вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении кассационной жалобы судом кассационной инстанции. 

Председательствующий Р.Р. Трофимова