Дело № 2-543/2020 25 февраля 2020 г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Овчарова В.В.,

при секретаре Михайлове Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора уступки права (цессии) недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании договора уступки права (цессии) недействительным.

В обоснование исковых требований истец указала, что в результате преступления, совершенного ответчиком ФИО2, истцу ФИО1 причинен материальный ущерб в размере 25 764 245 рублей, что подтверждается вступившим в законную силу приговором Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 14 июня 2018 года по делу № 1-83/2018, апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 31 августа 2018 года.

18 октября 2018 года ФИО1 обратилась в Искитимский районный суд Новосибирской области с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, совершенным ответчиком в размере 25 764 245 рублей.

Дело было передано по подсудности в Красносельский районный суд г.Санкт-Петербурга.

Решением Красносельского районного суда г. Санкт-Петербурга от 15 марта 2019 года по делу № 2-1538/2019 с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано 25 764 245 рублей.

01 августа 2019 года судебным приставом-исполнителем МРОСП по ИОИП Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу ФИО4 возбуждено исполнительное производство №49362/19/78022-ИП в отношении ФИО2 о взыскании задолженности в размере 25 764 245 рублей в пользу ФИО1

В ходе исполнения указанного решения Красносельского районного суда г. Санкт-Петербурга было установлено, что у ФИО2 имеется право требования к ООО «ПМК-18» на сумму 2 420 200 рублей, что подтверждается решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 11 октября 2018 года по делу № 2-2814/2018. За счет обращения взыскания на данное право требования ФИО2 истец была намерена частично удовлетворить свои требования.

После вступления в законную силу приговора Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 14 июня 2018 года по делу № 1-83/2018, между ответчиками 19 февраля 2019 года был заключен договор уступки права требования, согласно которому ФИО2 передал право требования ФИО3 денежной суммы в размере 2 420 200 рублей к ООО «ПМК-18», основанное на решении Октябрьского районного суда г.Новосибирска от 11 октября 2018 года по делу № 2-2814/2018.

В соответствии с п. 3 договора уступки права требования от 19 февраля 2019 года цена продажи прав составляет 500 000 рублей.

До настоящего времени задолженность ФИО2 по исполнительному производству перед истцом не погашена, составляет 25764245 рублей.

Учитывая наличие у ФИО2 задолженности перед истцом на момент совершения договора уступки, осведомленности ФИО2 о наличии такой задолженности, и соответственно о праве ФИО1 на получение присужденных решениями судов денежных сумм, учитывая явную несоразмерность права требования 2 420 200 рублей и стоимости передачи права 500 000 рублей (в пять раз меньше стоимости уступаемого требования), отсутствие действий со стороны ФИО2 по передаче полученных денежных средств от ФИО3 судебному приставу-исполнителю с целью исполнения требований исполнительных документов истец полагала необходимым признать договор уступки права требования от 19 февраля 2019 года недействительным.

В ходе рассмотрения дела от третьего лица поступил отзыв на исковое заявление (л.д. 75-76), в котором представитель указал, что в соответствии с решением Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 11.10.2018 года с ООО «ПМК-18» в пользу ФИО2 взыскано 2 420 200 рублей.

К исполнению предъявлялся только исполнительный лист на сумму 30 000 рублей (судебные издержки). ФИО2 также является должником ООО ПМК-18, что подтверждается приговором Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 14.06.2018года. Имеется исполнительное производство №49361/19/78022-ИП, возбужденное 01.08.2019года судебным приставом исполнителем МОСП и ИОИП г. Санкт-Петербург о взыскании с ФИО2 320 625 рублей. ООО ПМК-18 намеревалось произвести зачет встречных однородных требований, и 14.02.2019 года направило в адрес ФИО2 заявление о частичном зачете на сумму 30 000 рублей (судебные издержки) что подтверждается заявлением о зачете, описью ценного письма, почтовой квитанцией. ФИО2 в ответ на уведомление о зачете, немедленно передал ФИО3 свои права требования по исполнительному листу на сумму 2 420 200 рублей:

так ООО ПМК-18 направило уведомление о зачете 14.02.2019 года;

вручение письма адресату состоялось 20.02.2019 года;

- переуступка права требования состоялась 19.02.2019 г., однако уведомление о переуступке в адрес ПМК-18 было сдано на почту 11.03.2019г.

ФИО2 заявление о зачете встречных требований не исполнил.

В ходе рассмотрения дела от ответчика ФИО2 поступили возражения, дополнительные возражения на исковое заявление, в которых ответчик указал, размер обязанности ФИО2, перед ФИО1, определяется не приговором суда, а решением суда в рамках гражданского иска. До тех пор пока имеется ряд имущества обеспечивающее исполнение решения суда по делу № 2-1538/2019 от «15» марта 2019 года и ответчик не признан в установленном законом порядке банкротом, оснований для оспаривания настоящей сделки не имеется. Уступка права требования между ФИО2, и ФИО3, соответствует всем требованием закона, совершена в письменной форме, уполномоченным лицом, денежные средства были получены ФИО2, в безналичной форме.

Истец в суд не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Представитель истца в суд явилась, исковые требования поддержала, просила удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в суд не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представители ответчика ФИО2 в суд явились, возражения на исковое заявление поддержали, просили в удовлетворении требований отказать.

Ответчик ФИО3 в суд не явился, о времени слушания дела неоднократно извещался по месту регистрационного учета заказной почтовой корреспонденцией суда (л.д. 121, 159, 164), при этом судебная корреспонденция вернулась, как невостребованная, за истечением срока хранения.

Согласно ч. 1 ст. 20 ГК РФ Местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий.

Регистрация ответчика подтверждается договором уступки права требования от 19 февраля 2019 года (л.д. 140-141).

В соответствии ч. 1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

В силу ч. 1 ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ст. 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

В силу ст. 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при отказе адресата принять судебную повестку или иное судебное извещение лицо, доставляющее или вручающее их, делает соответствующую отметку на судебной повестке или ином судебном извещении, которые возвращаются в суд.

Адресат, отказавшийся принять судебную повестку или иное судебное извещение, считается извещенным о времени и месте судебного разбирательства или совершения отдельного процессуального действия.

При возвращении почтовым отделением связи судебных повесток и извещений с отметкой «за истечением срока хранения», следует признать, что в силу статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующих равенство всех перед судом, неявка лица в суд по указанным основаниям есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах суд полагает возможным рассмотреть дело в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Представитель третьего лица – ООО «ПМК-18» в суд не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д. 165)

Выслушав позицию сторон, изучив материалы дела и оценив в совокупности все собранные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

Материалами дела установлено, что в результате преступления, совершенного ответчиком ФИО2, истцу ФИО1 причинен материальный ущерб в размере 25 764 245 рублей, что подтверждается вступившим в законную силу приговором Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 14 июня 2018 года по делу № 1-83/2018, апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 31 августа 2018 года.

Вступившим в законную силу данным приговором суда, установлена вина ФИО2 в краже, совершенной в особо крупном размере, а именно по первому эпизоду в хищении денежных средств в размере 22 000 000 рублей, по второму эпизоду - в хищении иного имущества в сумме 3 764 245 рублей.

Таким образом, с 31 августа 2018 года, то есть со вступлением данного приговора суда в законную силу у ФИО2 возникла обязанность по возмещению материального ущерба, причиненного преступлением, совершенным последним, в размере 25 764 245 рублей.

При рассмотрении уголовного дела судом установлено, что ФИО2, распоряжаясь похищенными денежными средствами, приобрел в собственность следующее имущество:

жилое помещение, расположенное по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес>, площадью 58,3 кв. м., общая долевая собственность, доля в праве 1/2, на основании договора купли-продажи квартиры от 19 марта 2017 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН, стоимость его доли в жилом помещении составляет 3 056 500 рублей;

нежилое помещение, расположенное по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес> помещение 31-Н, площадью 6220,1 кв. м., общая долевая собственность, доля в праве 1/366;

нежилое помещение, расположенное по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес>, помещение 48-Н, площадью 14,1 кв. м., общая долевая собственность, доля в праве 1/366, на основании договора дарения от 01 апреля 2017 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН, стоимость его долей в нежилых помещениях составляет 682 776 рублей 50 копеек.

Кроме того, на имя ФИО2 в ПАО КБ «Уральский банк реконструкции и развития» был открыт расчетный счет №

<

№>, на котором находятся денежные средства в сумме 1 535 134 рубля 18 копеек, что подтверждается ответом на запрос ПАО КБ «Уральский банк реконструкции и развития».

Так же ФИО2 является собственником золотой цепочки весом 14,68 гр., 585 пробы, хранящейся в ФКУ СИЗО № 1 ГУФСИН России по НСО, стоимостью 36 700 рублей.

Итого, общая стоимость данного имеющегося в собственности ФИО2 имущества составляет 5 311 110 рублей 68 копеек. (3056500 + 682 776,5 + 1 535 134,18 + 36 700 = 5 311 110,68).

В рамках уголовного дела на указанное выше имущество ФИО5 был наложен арест.

Таким образом, ФИО2 не знать о причиненном им же самим в результате преступления материальном ущербе ФИО1 в размере 25 764 245 рублей, обязанности по его возмещению, не мог, так как указанным выше приговором суда за хищение денежных средств и иного имущества был осужден к отбытию наказания в виде лишения свободы на срок 6 лет 8 месяцев, в исправительной колонии общего режима.

18 октября 2018 года ФИО1 обратилась в Искитимский районный суд Новосибирской области с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, совершенным ответчиком в размере 25 764 245 рублей.

28 ноября 2018 года определением Искитимского районного суда Новосибирской области удовлетворено ходатайство представителя ФИО2, данное гражданское дело передано по подсудности на рассмотрение в Красносельский районный суд г. Санкт-Петербург, соответственно ФИО2 был осведомлен о данном поданном к нему ФИО1 иске.

Решением Красносельского районного суда г. Санкт-Петербурга от 15 марта 2019 года по делу № 2-1538/2019 с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано 25 764 245 рублей.

В период судебного процесса с ФИО1 (с 18 октября 2018 года по 15 марта 2019 года), после вступления в законную силу приговора Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 14 июня 2018 года по делу № 1-83/2018, между Ответчиками 19 февраля 2019 года был заключен договор уступки права требования, согласно которому ФИО2 передал право требования ФИО3 денежной суммы в размере 2 420200 рублей к ООО «ПМК-18», основанное на решении Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 11 октября 2018 года по делу № 2-2814/2018.

В соответствии с п. 3 договора уступки права требования от 19 февраля 2019 года цена продажи прав составляет 500 000 (Пятьсот тысяч) рублей.

Согласно данному договору уступки права требования ФИО2 действовал в лице представителя ФИО6 При этом право требования было передано ФИО3 - соседу по лестничной площадке ФИО2 и ФИО6

В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Ответчик ФИО2, зная о наличии неисполненного решения суда на крупную сумму, денежные средства в счет возмещения ущерба ни в сумме 500 000 рублей, ни в меньшей сумме ФИО1 не выплатил.

01 августа 2019 года судебным приставом-исполнителем МРОСП по ИОИП Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу ФИО4 возбуждено исполнительное производство № 49362/19/78022-ИП в отношении ФИО2 о взыскании задолженности в размере 25 764 245 рублей в пользу ФИО1

На дату рассмотрения данного дела задолженность ФИО2 перед ФИО1 не погашена.

В соответствии с положениями п. п. 1, 2 ч. 1 ст. 75 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» право требования должника к третьему лицу, не исполнившему денежное обязательство перед ним как кредитором, в том числе право требования по оплате фактически поставленных должником товаров, выполненных работ или оказанных услуг, по найму, аренде и другим, а также право требования в качестве взыскателя по исполнительному документу являются имущественными правами, на которые в соответствии с положениями ст. 75 вышеуказанного Закона может быть обращено взыскание.

В силу ч. 1 ст. 76 Федерального закона от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» обращение взыскания на дебиторскую задолженность состоит в переходе к взыскателю права должника на получение дебиторской задолженности в размере задолженности, определяемом в соответствии с частью 2 статьи 69 настоящего Федерального закона, но не более объема дебиторской задолженности, существовавшего на день обращения взыскания, и на тех же условиях.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таким образом, сделки представляют собой действия, соответствующие требованиям законодательства, и направленные на достижение определенного правового результата.

В силу положений п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно положениям ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Условия уступки требования определены ст. 388 ГК РФ, в силу которой уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

В силу ч. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Статьей 1 ГК РФ ч. 3-4 определено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснил Верховный Суд РФ в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Соответственно, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (ч. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты прав и законных интересов кредиторов, по требованию кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения исполнительного производства сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, сделка, направленная на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскании кредитору.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны. Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 168 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. 10 и п. 2 ст. 168 ГК РФ.

По действиям ответчика на предмет добросовестности, с учетом вышеуказанных положений, можно прийти к выводу о том, что ответчик, зная о необходимости возврата долга, не мог не осознавать, что его действия, направленные на уступку прав требования на крупную сумму, путем заключения договора цессии, приведут к невозможности удовлетворения требований кредитора (истца).

Суд полагает, что действия должника ФИО2 по распоряжению принадлежащим ему правом требования к третьему лицу ООО «ПМК-18» при наличии у него сведений об имеющихся обязательствах перед ФИО1 нельзя признать разумными и добросовестными, поскольку совершенная сделка уступки права требования была направлена на уменьшение имущества должника и нарушение, тем самым, прав и законных интересов взыскателя.

Кроме того, суд полагает, что целью совершенной сделки между ФИО2 и ФИО3 являлось намерение ФИО2 избежать обращения взыскания на принадлежащую ему дебиторскую задолженность.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Проанализировав правовые нормы и оценив собранные по делу доказательства можно сделать однозначный вывод о том, что договор уступки права требования от 19.02.2019 г. между ФИО2 и ФИО3 заключен исключительно с целью уйти от имущественных притязаний ФИО1, что расценивается как злоупотребление правом, и в силу ст. 10 и 168 ГК РФ служит основанием для признания сделки недействительной.

В силу положений ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При таких обстоятельствах суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Суд также полагает возможным разъяснить, что признание отдельного пункта договора недействительным, как удовлетворения отдельного требования не требуется, поскольку данным решением договор признан недействительным в полном объеме.

На основании вышеизложенного, руководствуясь 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить полностью.

Признать недействительным договор уступки права требования на основании решения Октябрьского районного суда г. Новосибирска от 11.10.2018 г. по делу № 2-2814/2018, заключенный 19.02.2019 г. между ФИО2 и ФИО3.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца через Красносельский районный суд.

Председательствующий судья: В.В. Овчаров

Мотивированное решение суда изготовлено 03.03.2020 г.