Дело № 2-2948/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(извлечение для размещения на Интернет-сайте суда)

15 ноября 2017 года Санкт-Петербург

Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой О.А.,

при секретаре Кириной Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 4» УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Министерству финансов Российской Федерации о признании действий незаконными, взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Калининский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 4» УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания, в сумме 700 000 руб. 

Свои требования мотивировал тем, что в период Х содержался под стражей в ФКУ СИОЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Во время нахождения в СИЗО-4 истец содержался в различных камерах, которые представляли из себя помещения общей площадью от 15 м2 до 24 м2, при этом количество лиц, содержащихся в этих камерах в различные периоды времени составляло от 10 до 15 и более человек. Таким образом, были нарушены права истца на содержание в условиях отвечающих санитарно-гигиеническим требованиям, что отражалось в не обеспечении установленной ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» нормой санитарной площади в 4 м2 на одного человека. В нарушение п. 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (утв. Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 г. № 189) все камеры, в которых содержался истец, были оборудованы трехъярусными кроватями, в камерах отсутствовали скамейки и стол. Шкаф для продуктов представлял из себя грубосколоченную полку без дверей, что в условиях перенаселенности и никак не отгороженного санузла, приводило в тому, что продукты впитывали в себя запахи туалета и приходили в негодность. С учетом санузла и кроватей площадь, по которой можно передвигаться объективно составляла около 2,5 м2, по этой причини одновременно по камере мог передвигаться только один человек. Постоянно длящееся вынужденное горизонтальное положение приводило ХХХ, то есть истец испытывал глубокие нравственные переживания, вызванные ограничениями в возможности передвижения. Ни одна из камер не была оборудована системой вентиляции, что в условиях перенаселенности и маленького окна площадью 0,75 м2 приводило к недостатку кислорода. Истец ХХХ, но мер, направленных на размещение истца в условия отвечающие требованиям гигиены и санитарии не предпринимала. В связи с чем, истец просил признать действия администрации ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области незаконными, взыскать компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания, в размере 700000 рублей. 

В письменном отзыве на иск ответчик ФКУ Следственный изолятор № 4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области требования не признал, пояснив, что до настоящего времени истцом не представлены четкие исковые требования предъявляемые конкретно к СИЗО-4, из которых возможно было бы установить основания, по которым заявлены требования. Камерные помещения СИЗО-4, где содержался истец ФИО1 оборудованы санитарным узлом: унитаз, бачок со сливным механизмом, раковина (все в исправном состоянии); санитарный узел расположен на уровне пола, в удаленном месте камеры и отдален от стола не менее двух метров, огражден перегородкой изготовленной из древесно-стружечной плиты в металлическом каркасе, высотой 1 м 50 см, что обеспечивало приватность. Для обеспечения дневного освещения с 6-00 до 22-00 в светильниках установлены лампы накаливания мощностью 75Вт. В ночное время с 22-00 до 6-00 включается дежурное освещение, лампы накаливания 40 Вт, что не мешает сну, содержащихся в камере граждан. Светильники размещены в центре потолка камер, которые могут включаться в дневное время суток при недостаточном дневном освещении, вызванными плохими погодными условиями, а также такими же лампами, размещенными в специальных плафонах ограничивающих освещение спальных мест и установленные, как правило, у санитарных узлов для использования в качестве дежурного освещения. Наряду с вышеизложенным, все камерные помещения, где содержался истец, не требовали ремонта и находились в хорошем техническом состоянии и в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации № 103 от 15.06.1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» оборудованы: кроватями, столом, скамейками, по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; настенным зеркалом; светильниками дневного и ночного освещения; санитарным узлом; водопроводной водой, которая соответствует санитарным нормам и подается централизованно из городской сети; радиатором системы водяного отопления. Также предусмотрено дневное (естественное) освещение (имеются окна), розетки для подключения электроприборов, имеются (оборудованы) вентиляционные отдушины оборудованные вентиляционным узлом, имеется веник, совок, радиодинамик. С целью предупреждения возникновения инфекционных заболеваний в учреждении ежемесячно проводится профилактическая дезинфекция, дезинсекция и дератизация. В период нахождения истца в СИЗО-4 санитарная обработка камер проводилась ежемесячно по эпидемическим показаниям и при выявлении насекомых и грызунов. Кроме того, истцом не отражены конкретные факты, подтверждающие перенесенные им каких-либо моральных страданий и в чем конкретно они выразились. Также истцом не представлены доказательства причинно-следственной связи между заявленными истцом условиями содержания в учреждении и понесенными истцом нравственными страданиями. Истцом не отражены конкретные факты, подтверждающие перенесение им каких-либо моральных страданий и в чем они выразились. Кроме того, истцом не представлены доказательства причинно-следственной связи между заявленными истцом условиями содержания в учреждении и понесенным истцом нравственными страданиями, в связи с чем, просил отказать в удовлетворении исковых требований. 

В письменных возражениях на исковое заявление Министерство финансов РФ требования ФИО1 не признало, указав, что для наступления ответственности казны Российской Федерации по данному делу должно быть доказано наступление вреда, незаконность действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственная связь между двумя первыми элементами. Отсутствие в наличии одного из условий является обстоятельством, исключающим ответственность казны Российской Федерации. Соответственно бремя доказывания наличия всей совокупности необходимых элементов возложено на истца. Истцом в подтверждение обстоятельств, на которые он ссылается, не представлено в суд никаких доказательств: ни медицинских справок или иных документов, свидетельствующих об ухудшении состояния его здоровья, ни доказательств описываемых им условий содержания в следственном изоляторе, каких-либо документов, подтверждающих, что условия не соответствовали установленным требованиям, а действия (бездействие) соответствующих должностных лиц следственного изолятора были не правомерны. Сами условия содержания в следственном изоляторе истцом в установленном порядке не обжаловались, наличие необходимой причинно-следственной связи не подтверждено. Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Закон). В статье 15 Закона закреплено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей. В соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 17, статьей 22 Закона подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил, по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях. Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005 № 205 «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время» утверждена норма питания для подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, на мирное время. Нормами Закона также регламентировано, что подозреваемые и обвиняемые вправе приобретать по безналичному расчету продукты питания, предметы первой необходимости, другие промышленные товары, а на администрацию следственных изоляторов возложена обязанность выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых. В соответствии со статьей 24 Закона лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан, а администрация следственных изоляторов обязана обеспечивать охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых. В свою очередь, в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина. Для установления ответственности по данной категории дел суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах или какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя вреда, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Сам факт претерпевания (наличия) нравственных страданий зависит от индивидуальных психологических особенностей истца, его темперамента, отношения к жизни и мировосприятия, которые не обязательно могли привести к негативным последствиям для психики истца. Истцом документального подтверждения доводов о нарушении его прав и законных интересов, а также о незаконности действий (бездействия) сотрудников следственного изолятора, которые противоречили бы Закону, не представлено, а также не конкретизировано, какие именно страдания он претерпел и в какой степени, в связи с чем, заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Стороны о времени и месте судебного заседания извещены в надлежащем порядке, в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 17 Конституции РФ, признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Согласно ч. 2 ст. 21 Конституции РФ, никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Указанное предписание также закреплено в ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 №54-ФЗ, и в Европейской Конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, ратифицированной РФ Федеральным законом от 28.03.1998 №44-ФЗ. В соответствием с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ», суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В пункте 10 минимальных стандартных правилах обращения с заключенными, принятых на 1-м Конгрессе ООН по предупреждению преступлений и обращению с преступниками, проведенном в г. Женеве в 1955 году указано, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 содержался в ФКУ Следственный изолятор № 4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ХХ в камерах, площадью 18,3 м2 с количеством спальных мест – 4, площадью 32,7 м2, количество спальных мест – 8, площадью 8,6 м2 количество спальных мест – 2, площадью 18,2 м2 количество спальных мест – 4 человек, что подтверждается справкой ФКУ СИЗО4- УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Также ФИО1 выданы матрац, одеяло, подушка, простыня, наволочка, кружка, ложка, тарелка.

Камерные помещения ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, где содержался ФИО1 оборудованы санитарным узлом: унитаз, бачок со сливным механизмом, раковина (все в исправном состоянии). Расстояние от санузла до стола для приема пищи составляет 1,5 метров. Камерные помещения оборудованы системой вентиляции, что исключает скопление неприятных запахов, а также образование плесени в помещении. Размер окон камер, в которых содержался истец, составляет 1,3х1,2 м, каждое окно оборудовано форточкой для доступа свежего воздуха. На окнах отсутствуют широкие металлические полосы, листы, иные предметы препятствующие проникновению в помещение дневного света. Проверка целостности остекления окон, целостности стен, решеток и иного камерного оборудования производится ежедневно. 

В период пребывания в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, в соответствии с утвержденным графиком, согласно действующим нормативным документам ФИО1 предоставлялась прогулка ежедневно с 09 ч. 00 мин. до 16 ч. 30 мин. с возможностью заниматься физическими упражнениями. Размер площади прогулочных дворов ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области составляют от 16 кв.м., вмещающих не более 4 человек, до 35 кв.м., вмещающих не более 8 человек, соответственно, каждый прогулочный двор оборудован скамейкой, 1/3 крыши прогулочных дворов оборудована навесом от дождя и снега, изготовленным из оцинкованного железа, урной для мусора. Тип крыш прогулочных дворов – металлическая решетка, размер ячеек 200х200 мм. Все камеры, где содержался ФИО1, в соответствии с требованиями Федерального закона РФ от 15.06.1995 г. № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и приказа МЮ РФ от 14.10.2005 г. № 189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы МЮ РФ» оборудованы: кроватями, столом; скамейками, по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; настенным зеркалом; радиатором системы водяного отопления, розетками для подключения электроприборов, имеются (оборудованы) вентиляционные отдушины, радиодинамиком. 

Соответствие камерных помещений санитарным нормам и правилам, в ном числе нормам содержания истца подтверждаются справками, актами, а также справками количественной проверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание, имеющимся в материалах дела.

Кроме того, ФИО1 обеспечивался питанием в соответствии с приказом Министерства юстиции РФ от 02.08.2005 №125 «Об утверждении норм питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время».

Оценив представленные сторонами доказательства с учетом требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу, что факт содержания ФИО1 в ненадлежащих условиях, унижающих его человеческое достоинство при его пребывании в следственном изоляторе, не нашел своего подтверждения.

Судом также не установлено ненадлежащего оказания ответчиком ФИО1 медицинской помощи в период его отбывания наказания в следственном изоляторе, ухудшения состояния его здоровья в связи с ненадлежащими условиями содержания. Никакие медицинские документы, свидетельствующие об ухудшении состояния здоровья, истцом не представлены.

Кроме того, ФИО1 не указано, в чем конкретно выражается ненадлежащее оказание ему медицинской помощи, какие лекарственные препараты ему должны быть выданы.

В соответствии со ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Данная норма соответствовала положениям указанного Федерального закона.

Для применения ответственности, предусмотренной ст. 1069 Гражданского кодекса РФ, лицо, требующее возмещение убытков за счет государства, должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

При этом суд принимает во внимание, что обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия содержания под стражей нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство, поскольку условия содержания под стражей продиктованы прежде всего требованиями обеспечения безопасности лиц, содержащихся под стражей, конвоя и сотрудников изоляторов, и не носят цели нарушить гражданские и иные права истца.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие доказательств подтверждающих факт содержания истца в следственном изоляторе в ненадлежащих условиях, суд считает необходимым отказать истцу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Требования ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор № 4» УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Министерству финансов Российской Федерации о признании действий незаконными, взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья