Судья: Прокудин И.В. Дело № 22-3105

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 декабря 2020 года город Саратов

Саратовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Поповой А.В., 

при секретаре Шамиловой М.Н.,

с участием прокурора Нефедова С.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам с дополнениями осужденного ФИО1 и действующего в его интересах адвоката Смотрова О.В., на приговор Балашовского районного суда Саратовской области от 9 октября 2020 года, которым 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный и проживавший по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, ранее судимый:

8 июня 2012 года Балашовским районным судом Саратовской области, с учетом последующих изменений, по совокупности преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст.30, п. «б» ч. 2 ст. 158, ч. 1 ст. 158 и п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, к 2 годам 1 месяцу лишения свободы, освобожденный 7 июля 2014 года по отбытию наказания,

8 февраля 2016 года Балашовским районным судом Саратовской области, с учетом последующих изменений, по совокупности преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 158 и ч. 3 ст.30, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ, к 2 годам 5 месяцам лишения свободы, освобожденный 8 мая 2018 года по отбытию наказания,

2 октября 2020 года Балашовским районным судом Саратовской области по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осужден: по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

по ч. 2 ст. 167 УК РФ к 2 годам лишения свободы, 

по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 9 месяцев.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем полного сложения данного наказания с наказанием, назначенным приговором Балашовского районного суда Саратовской области от 2 октября 2020 года, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав позицию прокурора Нефедова С.Ю., полагавшего приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в совершении краж, то есть тайных хищений чужого имущества, в том числе с незаконным проникновением в иное хранилище, а также умышленном уничтожении чужого имущества путем поджога с причинением значительного ущерба потерпевшему.

Преступления осужденным совершены в Балашовском районе Саратовской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Смотров О.В. считает постановленный в отношении ФИО1 приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. В доводах указывает, что выводы суда о виновности ФИО1 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и исследованным доказательствам. Находит неверной квалификацию действий ФИО1 по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, поскольку потерпевшим Потерпевший №1 не представлено доказательств, подтверждающих факт оплаты ФИО1 заработной платы в полном объеме. Также указывает на необходимость оправдания ФИО1 по эпизодам умышленного поджога складского помещения и уничтожения имущества Потерпевший №1, а также хищения денежных средств Потерпевший №2 в связи с непричастностью к совершению данных преступлений. Считает, что кроме противоречивых признательных показаний самого ФИО1, данных под психологическим давлением сотрудников полиции, и от которых он отказался в ходе судебного разбирательства, иных доказательств виновности ФИО1 в этой части стороной обвинения не представлено. Отмечает, что ни одно из приведенных судом в приговоре доказательств не подтверждает вину ФИО1 в тайном хищении имущества Потерпевший №1, и не опровергает версию ФИО1 о том, что он забрал строительный инструмент из склада в связи с наличием перед ним со стороны Потерпевший №1 долговых обязательств. Показания потерпевшего Потерпевший №1 об отсутствии задолженности перед ФИО1 находит недостоверными, опровергающимися показаниями свидетеля ФИО6 и записями из блокнота учета рабочего времени ФИО1 Указывает, что показания свидетелей ФИО7, ФИО8 и ФИО9 также не могут быть доказательствами вины ФИО1, поскольку указанные свидетели не могут подтвердить или опровергнуть выплату заработной платы ФИО1 за сельскохозяйственные работы в поле, а также они могли и не являться очевидцами предъявления ФИО1 жалоб на невыплату заработной платы. Считает, что к показаниям свидетеля ФИО6 суд первой инстанции необоснованно отнесся критически. Кроме того, полагает, что судом не опровергнута версия стороны защиты о непричастности ФИО1 к тайному хищению денежных средств Потерпевший №2 Признательные показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия, в этой части считает недопустимыми доказательствами, поскольку они были даны под психологическим давлением со стороны сотрудников полиции. Указывает, что по заявлению ФИО1 об оказании на него сотрудниками полиции давления проверка проведена формально. Показания потерпевшей Потерпевший №2 находит непоследовательными и противоречивыми. Полагает, что обнаружение в ходе осмотра следа пальца руки ФИО1 на стекле в раме окна, через которое было совершено проникновение в жилище ФИО10, не может бесспорно свидетельствовать о том, что именно ФИО1 совершил кражу денег у Потерпевший №2 Считает несостоятельным вывод суда первой инстанции, о том, что кража была совершена 30 ноября 2019 года в четверг в «рыночный день», поскольку 30 ноября 2019 года являлся субботой. Также считает, что органами следствия не представлено достоверных и достаточных доказательств виновности ФИО1 в умышленном поджоге складского помещения Потерпевший №1 Давая оценку приведенным судом в приговоре доказательствам, указывает, что признательные показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, не могут являться допустимым и достаточным доказательством, поскольку от этих показаний ФИО1 в последующем отказался, а версия ФИО1 о даче показаний под принуждением должным образом судом не проверена. Не подтверждает вину ФИО1 в умышленном поджоге и постановление № 23 от 26 сентября 2019 года о передаче сообщения о преступлении по подследственности, поскольку его выводы носят предположительный характер. Просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО1 новый приговор, которым действия ФИО1 переквалифицировать с п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 330 УК РФ, а по эпизодам умышленного уничтожения имущества Потерпевший №1 по ч. 2 ст. 167 УК РФ и по эпизоду кражи имущества у Потерпевший №2 по ч. 1 ст. 158 УК РФ - оправдать.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. В доводах, признавая вину в совершении хищения имущества Потерпевший №1 в полном объеме, указывает, что не совершал других преступлений. Также указывает, что его признательные показания о совершении поджога и хищения имущества Потерпевший №2 были даны под давлением сотрудников полиции, а кроме них иных достаточных и достоверных доказательств совершения им инкриминируемых преступлений органами следствия не представлено и не установлено судом первой инстанции. Полагает, что выводы суда о его виновности в совершении хищения имущества Потерпевший №2 и умышленного поджога имущества Потерпевший №1 основаны на предположениях и догадках, высказанных потерпевшими и свидетелями, показания которых носят сомнительный характер и являются недопустимыми доказательствами. Обращает внимание, что выводы дознавателя ОНД и ПР по Балашовскому району УНД и ПР ГУ МЧС России по Саратовской области не доказывают его причастность к совершению поджога. Кроме того, не соглашаясь с размером ущерба, причиненного возгоранием, указывает, что строение, находящееся на земельном участке, не было оформлено в установленном законом порядке и его стоимость надлежащим образом потерпевшим не подтверждена. По эпизоду хищения имущества Потерпевший №2 считает, что потерпевшая его оговаривает, возможно под давлением сотрудников полиции, поскольку, согласно ее показаниям, обратилась в полицию спустя неделю после обнаружения кражи денежных средств, предварительно уничтожив возможные доказательства, а наличие на месте совершения преступления его отпечатков пальцев объясняет сожительством с потерпевшей. Полагает, что сумма 35 000 рублей является значительной, в связи с чем потерпевшая своевременно обратилась бы в правоохранительные органы с заявлением о хищении. Также обращает внимание, что все свидетели находятся в зависимом положении от Потерпевший №1 и заинтересованы в исходе дела. Просит приговор отменить, оправдать его по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 167 и ч. 1 ст. 158 УК РФ, а по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ назначить разумное наказание.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями, выслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Суд первой инстанции, вопреки утверждениям стороны защиты, правильно установил фактические обстоятельства дела, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений.

Так, вина ФИО1 в совершении тайного хищения имущества Потерпевший №1 с незаконным проникновением в иное хранилище, подтверждается:

- частично показаниями ФИО1, который не отрицал того, что в ночь с 23 на 24 сентября 2019 года проник в складское помещение, откуда забрал две бензопилы, электрическую дрель и угловую шлифовальную машинку;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что 24 сентября 2019 года сгорело принадлежащее ему складское помещение. По прибытию на место, рядом со сгоревшим складом им были обнаружены пакеты с ключами и электролитом, которые ранее находились внутри склада. Когда он начал разбирать участок после пожара, им не были обнаружены детали инструментов – электрической дрели, бензопил, угловой шлифовальной машины, которые на момент пожара находились в складском помещении, в связи с этим он сделал вывод об их хищении до произошедшего пожара. ФИО1 действительно работал у него в хозяйстве, за выполненную им работу он рассчитался полностью, долговых обязательств перед ФИО1 не имел. На момент хищения ФИО1 у него не работал, свободного доступа в складское помещение не имел;

- аналогичными показаниями свидетеля ФИО7 об отсутствии в сгоревшем складе строительных инструментов и обнаружении возле склада ключей и электролита в бутылке;

- показаниями свидетелей ФИО8 и ФИО9 о том, что ФИО1 весной-летом 2019 года работал у Потерпевший №1, получал оплату за выполненную работу, каких-либо претензий по недоплате или невыплате заработной платы не высказывал; 

- протоколом осмотра места происшествия от 13 октября 2019 года, из которого следует, что участвующий в следственном действии ФИО1 добровольно выдал две бензопилы, электрическую дрель и угловую шлифовальную машинку; 

- протоколами осмотра места происшествия, предметов, заключением эксперта № 347 от 19 ноября 2019 года о стоимости похищенного и другими доказательствами, приведенными в приговоре и подтверждающими время, место, способ и другие обстоятельства совершения ФИО1 преступления.

Вина ФИО1 в совершении умышленного уничтожения имущества, повлекшего причинение значительного ущерба Потерпевший №1 путем поджога, подтверждается:

- исследованными в порядке ст. 276 УПК РФ показаниями ФИО1, данными в ходе предварительного следствия о том, что в ночь с 23 на 24 сентября 2019 года после хищения имущества из склада, принадлежащего Потерпевший №1, он решил поджечь это помещение, для чего специально поджег полиэтилен, который лежал на диване и возле дивана, скрывшись с места совершения преступления;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что 24 сентября 2019 года сгорело принадлежащее ему складское помещение, в котором хранились запчасти для ремонта автомобилей, приспособления для выращивания и ловили рыбы. В результате пожара ему причинен ущерб в размере 322 836 рублей 88 копеек, что является для него значительным. Строение было щитовым, пол был земляным. В ночь пожара электричество в помещении было отключено;

- показаниями свидетеля ФИО7 о том, что в ночь с 23 на 24 сентября 2019 года им было обнаружено горение складского помещения, принадлежащего Потерпевший №1 Когда он подъехал к строению, то увидел, что огонь был настолько сильный, что начали плавиться детали у рядом припаркованных тракторов и комбайна, которые он сразу стал отгонять от места пожара. Склад и находившееся в нем имущество сгорели полностью;

- протоколами осмотра места происшествия, предметов, заключениями экспертов № 352 от 12 декабря 2019 года, № 377 от 16 декабря 2019 года о стоимости имущества и другими доказательствами, приведенными в приговоре и подтверждающими время, место, способ и другие обстоятельства совершения ФИО1 преступления.

Вина ФИО1 в совершении тайного хищения имущества Потерпевший №2, подтверждается:

- исследованными в порядке ст. 276 УПК РФ показаниями ФИО1 в качестве обвиняемого об обстоятельствах хищения денежных средств в размере 35 000 рублей из 

<

адрес> 30 ноября 2019 года;

- показаниями потерпевшей Потерпевший №2 об обстоятельствах обнаружения пропажи денежных средств в размере 35 000 рублей 30 ноября 2019 года из ее дома;

- протоколами осмотра места происшествия, заключением эксперта № 564 от 17 декабря 2019 года и другими доказательствами, приведенными в приговоре и подтверждающими время, место, способ и другие обстоятельства совершения ФИО1 преступления.

Суд всесторонне, полно и объективно исследовал все обстоятельства дела, дал правильную оценку всем доказательствам в их совокупности, при этом суд указал, по каким основаниям он принял одни доказательства и отверг другие, оснований сомневаться в данной судом оценке доказательств суд апелляционной инстанции не находит. 

Положенные в основу обвинения ФИО1 доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость и относимость, а в совокупности и достаточность для вынесения обвинительного приговора, сомнений не вызывает.

Оснований для того, чтобы давать иную оценку вышеуказанным доказательствам, приведенным судом в обоснование доказанности вины осужденного, вопреки доводам жалоб стороны защиты, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Совокупность представленных стороной обвинения доказательств суд первой инстанции обоснованно признал достаточной для вывода о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений, в связи с чем доводы апелляционных жалоб о недоказанности вины осужденного, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Доводы стороны защиты о неверной квалификации действий ФИО1 по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ судом первой инстанции тщательным образом проверены, подтверждения не нашли, выводы суда об этом подробно мотивированы.

Отвергая версию осужденного ФИО1 о наличии перед ним у потерпевшего Потерпевший №1 задолженности по выплате заработной платы, суд первой инстанции верно исходил из показаний потерпевшего Потерпевший №1 о том, что за выполненную работу ФИО1 получил оплату в полном объеме и никакой задолженности перед ним он не имел, и обоснованно признал эти показания достоверными и допустимыми доказательствами и положил в основу выводов о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении, поскольку они последовательны, согласуются с вышеприведёнными показаниями свидетелей ФИО9, ФИО8 и с другими доказательствами. 

Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего, свидетелей и других исследованных доказательствах, которые могли бы повлиять на выводы суда и на законность принятого судом решения, не имеется.

Утверждения осужденного в жалобах о заинтересованности в исходе дела свидетелей ФИО9, ФИО8, ФИО7, суд апелляционной инстанции находит голословными. Факт трудовых отношений между указанными свидетелями и потерпевшим Потерпевший №1 не может свидетельствовать об их заинтересованности и наличии оснований для оговора ФИО1

Показания свидетеля ФИО6, являющейся сожительницей осужденного, о наличии у потерпевшего Потерпевший №1 перед ФИО1 долговых обязательств по невыплате заработной платы, справедливо получили критическую оценку суда, суд обоснованно посчитал показания этого свидетеля недостоверными, данными с целью помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности и наказания за совершенное преступление, поскольку эти показания опровергаются совокупностью вышеприведенных доказательств.

Кроме того, обоснованно получили критическую оценку суда и представленные стороной защиты записи о выполнении ФИО1 работ, поскольку они не подтверждают версию осужденного о наличии у потерпевшего ФИО11 перед ним задолженности по выплате заработной платы.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам жалоб защитника ФИО5, данная судом первой инстанции квалификация действий ФИО1 по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ является правильной, оснований для переквалификации действий ФИО1 на ч. 1 ст. 330 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Версия стороны защиты о непричастности ФИО1 к умышленному уничтожению путем поджога имущества ФИО11 судом первой инстанции тщательным образом проверена и обоснованно признана не нашедшей подтверждения. Выводы суда в этой части надлежащим образом аргументированы, убедительны и не вызывают у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности.

Отвергая указанную версию стороны защиты, суд первой инстанции обоснованно исходил из признательных показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, о том, что именно он после совершения хищения имущества, находясь в складском помещении, специально поджег полиэтилен, который лежал на диване и возле дивана, после чего покинул место совершения преступления, а также согласующихся с этими показаниями выводов постановления от 26 сентября 2019 года о том, что вероятной причиной возгорания явились умышленные действия по уничтожению чужого имущества при помощи пламени спички, зажигалки или факела; показаний потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля ФИО7 об отсутствии подключения склада к электричеству в этот день, оснований не доверять которым у суда первой инстанции не имелось.

Вопреки доводам жалоб стороны защиты, суд первой инстанции правильно признал показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, после разъяснения осужденному его процессуальных прав, в присутствии защитника, то есть в условиях, исключающих какое-либо незаконное воздействие на него. Протоколы следственных действий были прочитаны ФИО1 лично, каких-либо замечаний от него или его защитника не поступило, что зафиксировано подписью участвующих лиц.

Показания ФИО1 о непричастности к инкриминируемому преступлению обоснованно получили критическую оценку суда, поскольку они опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств, оснований не доверять которым у суда не имелось.

При этом, суд первой инстанции подробно исследовал причины изменения ФИО1 показаний, данных в ходе предварительного следствия и судебного заседания, и всем показаниям дал надлежащую оценку, которую суд апелляционной инстанции находит правильной.

По заявлениям осужденного ФИО1 о даче в ходе предварительного следствия показаний под принуждением сотрудников полиции, судом первой инстанции предприняты достаточные и эффективные меры по их проверке, по этим обстоятельствам следственным отделом по г. Балашову следственным управлением Следственного комитета РФ по Саратовской области проведена проверка в порядке ст. 144-145 УПК РФ, в возбуждении уголовного дела отказано.

Каких-либо объективных данных, указывающих на то, что проведенная следственными органами проверка является неполной, судом апелляционной инстанции не установлено и стороной защиты в жалобе не приведено.

Количество и стоимость уничтоженного пожаром имущества Потерпевший №1 судом первой инстанции установлена правильно, подтверждается совокупностью исследованных доказательств. Оснований ставить под сомнение размер причиненного потерпевшему Потерпевший №1 ущерба, вопреки доводам жалобы осужденного, суд апелляционной инстанции не находит.

Тот факт, что право собственности на уничтоженное огнем строение не было зарегистрировано потерпевшим Потерпевший №1 в установленном законом порядке, не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении.

Установленные судом первой инстанции фактические обстоятельства по делу исключают уничтожение имущества Потерпевший №1 путем поджога по неосторожности.

Действия ФИО1 по факту умышленного уничтожения чужого имущества, если это деяние повлекло причинение значительного ущерба, путем поджога, правильно квалифицированы судом первой инстанции по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Как обоснованно указано в приговоре суда, об умысле ФИО1 на умышленное уничтожение имущества Потерпевший №1 путем поджога свидетельствуют действия осужденного, который, используя зажигалку, поджег полиэтилен, находящийся на диване и рядом с ним, после чего покинул складское помещение.

Тот факт, что уничтоженное огнем складское помещение было расположено вдалеке от населенного пункта, в пустом поле не может являться основанием для исключения из действий ФИО1 квалифицирующего признака преступления –уничтожения чужого имущества путем поджога и переквалификации его действий на ч. 1 ст. 167 УК РФ, поскольку, как следует из материалов дела, рядом со складским помещением на момент его поджога располагалась сельскохозяйственная техника и вагончик сторожа. При этом сельскохозяйственная техника, расположенная в непосредственной близости от возгорания, от пламени огня частично оплавилась и реально могла быть повреждена или уничтожена, если бы не действия свидетеля ФИО7, который отогнал указанную технику от горящего склада.

Суд первой инстанции, исходя из установленных фактических обстоятельств, обоснованно посчитал, что мотивом совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, явилось желание скрыть следы кражи, совершенной ранее.

Приведенная стороной защиты версия о непричастности ФИО1 к тайному хищению имущества Потерпевший №2 и наличии алиби, судом первой инстанции тщательным образом проверена и обоснованно признана не нашедшей подтверждения. Выводы суда в этой части надлежащим образом аргументированы, убедительны и не вызывают у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности.

Отвергая указанную версию стороны защиты, суд первой инстанции обоснованно исходил из признательных показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия, о том, что 30 ноября 2019 года в утреннее время, находясь в доме Потерпевший №2, тайно похитил принадлежащие последней денежные средства в сумме 35 000 рублей, а также показаний потерпевшей Потерпевший №2 о хищении из ее дома денежных средств в размере 35 000 рублей, протокола осмотра места происшествия, согласно которому со стекла окна дома потерпевшей Потерпевший №2 изъяты следы пальцев рук, заключения дактилоскопической экспертизы, согласно выводов которой след пальца руки, изъятый в ходе осмотра места происшествия, оставлен безымянным пальцем руки ФИО1, оснований не доверять которым у суда первой инстанции не имелось.

Вопреки доводам жалоб стороны защиты, суд апелляционной инстанции находит совокупность вышеприведенных доказательств достаточной для выводов о виновности ФИО1 в совершении тайного хищения имущества Потерпевший №2 

Показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого, обоснованно признаны судом первой инстанции допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они были получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, после разъяснения осужденному его процессуальных прав, в присутствии защитника, то есть в условиях, исключающих какое-либо незаконное воздействие на него. Протоколы следственных действий были прочитаны ФИО1 лично, каких-либо замечаний от него или его защитника не поступило, что зафиксировано подписью участвующих лиц.

Показания ФИО1 о непричастности к инкриминируемому преступлению обоснованно получили критическую оценку суда, поскольку они опровергаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств, оснований не доверять которым у суда не имелось.

При этом, суд первой инстанции подробно исследовал причины изменения ФИО1 показаний, данных в ходе предварительного следствия и судебного заседания, и всем показаниям дал надлежащую оценку, которую суд апелляционной инстанции находит правильной.

Показания потерпевшей Потерпевший №2, вопреки доводам жалоб стороны защиты, судом первой инстанции обоснованно признаны достоверными и допустимыми доказательствами и положены в основу выводов о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении, поскольку они последовательны, логичные, подтверждаются совокупностью других доказательств. Каких-либо оснований для оговора осужденного ФИО1 потерпевшей Потерпевший №2 материалы дела не содержат. Убедительных мотивов, дающих оснований сомневаться в правдивости показаний потерпевшей в жалобах не приведено.

Показания свидетеля ФИО6 о наличии у ФИО1 30 ноября 2019 года алиби, суд апелляционной инстанции находит недостоверными, данными с целью помочь ФИО1 избежать уголовной ответственности и наказания за совершенное преступление, поскольку эти показания опровергаются показаниями самого ФИО1, данными в ходе предварительного следствия, о совершении хищения именно 30 ноября 2019 года, а также показаниями потерпевшей Потерпевший №2 о дате и времени совершения преступления, оснований не доверять которым не имеется. 

Указание судом первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора на то, что 30 ноября 2019 года является днем недели – четвергом, тогда как этот день выпадал на субботу, основанием к отмене или изменению принятого судом решения не является, под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении не ставит, поскольку как следует из показаний потерпевшей Потерпевший №2 и четверг, и суббота для нее являются «рыночными» днями и в указанные дни недели она отсутствует дома.

Утверждения осужденного ФИО1 о том, что отпечатки пальцев на стеклах в окне дома потерпевшей могли быть им оставлены в период, когда они совместно проживали в доме потерпевшей, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, опровергающимися показаниями потерпевшей Потерпевший №2 о том, что с 2015 года она прекратила отношения с ФИО1 и тот к ней в дом больше не приходил.

При таких обстоятельствах, возможность сохранения столь длительного времени отпечатков пальцев ФИО1 на стеклах в окнах в доме потерпевшей маловероятна.

Доводы жалоб стороны защиты о том, что наличие отпечатков пальцев рук ФИО1 на стеклах в окнах дома потерпевшей Потерпевший №2 не свидетельствует о его виновности в хищении имущества последней, суд апелляционной инстанции не может признать обоснованными, поскольку в совокупности с иными доказательствами, приведенными судом первой инстанции в приговоре, протокол осмотра места происшествия и заключение дактилоскопической экспертизы подтверждают выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении.

Протокол осмотра места происшествия и заключение дактилоскопической экспертизы судом первой инстанции обоснованно признаны достоверными и относимыми доказательствами и положены в основу выводов о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении.

Исследовав все доказательства в совокупности, правильно установив фактические обстоятельства, суд пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в инкриминируемых ему преступлениях и правильно квалифицировал его действия по п. «б» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 167 и ч. 1 ст. 158 УК РФ.

Оснований для оправдания ФИО1 по ч. 2 ст. 167 УК РФ и ч. 1 ст. 158 УК РФ, о чем просит сторона защиты в жалобах, суд апелляционной инстанции не находит. 

Приговор суда соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, содержит четкое и подробное описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступлений, исследованных в судебном заседании доказательств и мотивы принятого решения.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы путем нарушения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры досудебного и судебного производства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора и тем самым влекли бы его отмену, не установлено.

Судебное разбирательство по делу проведено с необходимой полнотой и объективностью, с соблюдением требований ст. ст. 273-291 УПК РФ. 

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. 

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, совокупности данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, наличия всех смягчающих обстоятельств, а также отягчающего наказание обстоятельства – рецидива преступлений.

Вывод суда о возможности исправления осужденного только в условиях реального отбывания наказания и отсутствии оснований для применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ст. 64, ст. 73 и ч. 3 ст. 68 УК РФ, мотивирован судом совокупностью фактических обстоятельств дела и данных о личности виновного, указанных в приговоре.

Оснований не соглашаться с данными выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания осужденному назначен правильно в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о взыскании материального ущерба, рассмотрен в строгом соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального и уголовного законов, влекущих отмену или изменение приговора в отношении ФИО1, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Балашовского районного суда Саратовской области от 9 октября 2020 год в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы с дополнением осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Председательствующий