Судья Галямина А.С.

Дело № 22К-4492-2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 3 сентября 2025 года

Пермский краевой суд в составе: 

председательствующего Симбиревой О.В.,

при секретаре судебного заседания Чечкине А.С., 

с участием прокурора Овчинниковой Д.Д.,

адвоката Байдина К.С.,

обвиняемого М.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи материалы дела по апелляционной жалобе адвоката Байдина К.С. в защиту обвиняемого М. на постановление Свердловского районного суда г. Перми от 29 августа 2025 года, которым 

М., родившемуся дата в г. ****, 

продлен срок содержания под домашним арестом на 1 месяц, а всего до 5 месяцев 24 суток, то есть до 2 октября 2025 года, с сохранением ранее установленных судом запретов. 

Этим же постановлением продлен срок содержания под домашним арестом А., в отношении которого постановление не обжаловано.

Изложив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления обвиняемого и адвоката, поддержавших доводы жалобы, прокурора об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

2 октября 2024 года следователем отдела по РПОТ Свердловского района СУ Управления МВД России по г. Перми возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ.

27 января 2025 года уголовное дело для производства предварительного следствия передано в следственный отдел по Свердловскому району г. Перми СУ СК РФ по Пермскому краю, а 30 января 2025 года – в первый отдел по РОВД СУ СК РФ по Пермскому краю.

9 апреля 2025 года М. задержан в порядке ст. 91 УПК РФ, допрошен в качестве подозреваемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 6 июля 2016 года № 375-ФЗ), и он допрошен в качестве обвиняемого. 

10 апреля 2025 года Свердловским районным судом г. Перми в отношении М. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на срок 1 месяц 24 суток, то есть до 2 июня 2025 года, с установлением запретов, предусмотренных ст. 105.1 УПК РФ, которая неоднократно продлялась, последний раз 31 июля 2025 года Свердловским районным судом г. Перми на 1 месяц, а всего до 4 месяцев 24 суток, то есть до 2 сентября 2025 года.

11 августа 2025 года М. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 6 июля 2016 года № 375-ФЗ), и он допрошен в качестве обвиняемого. 

Старший следователь первого следственного отделения первого отдела по РОВД СУ СК РФ по Пермскому краю Б. обратился в суд с ходатайством о продлении М. меры пресечения в виде домашнего ареста, по которому принято указанное выше решение.

В апелляционной жалобе адвокат Байдин К.С. выражает несогласие с постановлением суда, находит его незаконным, подлежащим изменению. Считает, что суду не представлено доказательств, свидетельствующих о возможности М. скрыться от органов следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, иным путем воспрепятствовать производству по делу. Отмечает, что М. в период избранной меры пресечения свободно посещал медицинские учреждения, то есть имел неоднократную возможность совершить действия, перечисленные в ст. 97 УПК РФ, однако этого не сделал, при этом судом не дана оценка данному обстоятельству. Указывает, что его подзащитный положительно характеризуется, имеет постоянное место жительства и регистрации в г. Краснокамске Пермского края, престарелую мать, являющуюся инвалидом, не нарушал меру пресечения, в розыске не находился, приводом не доставлялся. Обращает внимание, что срок расследования уголовного дела составляет более 10 месяцев, при этом следствием не представлены доводы об особой сложности уголовного дела, что свидетельствует о допущенной в расследовании волоките. Ссылаясь на п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», отмечает, что следователь и суд при продлении его подзащитному меры пресечения указывают одни и те же основания. Просит избрать в отношении М. меру пресечения в виде запрета определенных действий с сохранением ранее избранных судом запретов, ограничений и обязанностей. 

Проверив представленные материалы, заслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно чч. 1, 2 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля; в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения срок содержания под домашним арестом может быть продлен по решению суда в порядке, установленном ст. 109 УПК РФ, с учетом особенностей, определенных ст. 107 УПК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции учтены и соблюдены в полной мере.

Как следует из представленных материалов, ходатайство о продлении М. срока нахождения под домашним арестом подано в суд уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, с согласия соответствующего руководителя следственного органа, к ходатайству приложены необходимые материалы, подтверждающие изложенные в нем доводы, оно соответствует требованиям ст. 109 УПК РФ.

Срок предварительного следствия по настоящему уголовному делу продлен 15 августа 2025 года руководителем следственного органа на 1 месяц, а всего до 12 месяцев, то есть до 2 октября 2025 года включительно.

Продление М. срока содержания под домашним арестом вызвано необходимостью производства по уголовному делу ряда дополнительных следственных и иных процессуальных действий, направленных на установление всех обстоятельств, подлежащих доказыванию и завершение предварительного расследования, при этом в ходатайстве следователя перечень необходимых процессуальных действий, который позволяет контролировать эффективность организации предварительного расследования, указан.

С учетом необходимости предъявления всем участникам организованной группы нового обвинения ввиду установления новых обстоятельств совершения преступления, выполнения требований ст.ст. 215, 217-220 УПК РФ, а также производства иных процессуальных и следственных действия, волокиты в действиях лиц, производящих расследование, как и неэффективной организации предварительного расследования, не усматривается, так как испрашиваемый срок для продления содержания обвиняемого М. под домашним арестом, вызван необходимостью проведения вышеуказанных следственных и процессуальных действий.

Суд первой инстанции без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, проверил наличие факта события преступления и возможной причастности к нему М., которая подтверждается представленными в суд материалами дела. 

Основания, послужившие поводом для применения в отношении М. меры пресечения в виде домашнего ареста, не изменились. 

Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции исследовались все доводы и обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст.ст. 97, 99, 107, 109 УПК РФ необходимы для принятия решения о продлении срока домашнего ареста, в том числе сведения о личности обвиняемого, его семейном положении, месте проживания, на которые ссылается защитник в своей апелляционной жалобе, были известны суду и учтены при принятии решения, получили оценку в совокупности с другими обстоятельствами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, М. обвиняется в совершении тяжкого преступления против порядка управления, официально не трудоустроен, не имеет постоянного источника дохода, по месту жительства характеризуется посредственно, знаком с А. и иными участниками организованной группы, а также со свидетелями по уголовному делу. 

Данные обстоятельства с достаточной достоверностью указывают на невозможность применения к М. иной, чем нахождение под домашним арестом, меры пресечения, поскольку, находясь вне изоляции от общества, он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, иным путем воспрепятствовать производству по делу. Обстоятельств, опровергающих данные выводы, суду первой и второй инстанции не представлено, оснований ставить под сомнение данные, характеризующие личность обвиняемого, не имеется.

При этом продление обвиняемому избранной меры пресечения и невозможность применения в отношении него меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, в постановлении суда надлежаще мотивированы и основаны на материалах, подтверждающих законность и обоснованность принятого решения, оснований не согласится с которым, не имеется. 

Вопреки доводам жалобы, уголовное дело представляет собой особую сложность, обусловленную давностью и длительным периодом преступной деятельности, производством большого объема следственных и процессуальных действий, совершением преступления организованной группой.

Изложенные в апелляционной жалобе сведения, в том числе наличие у М. постоянного места жительства и регистрации в г. Краснокамске Пермского края, престарелой матери-инвалида, отсутствие нарушений меры пресечения, не являются безусловными и достаточными основаниями для отказа в удовлетворении ходатайства следователя о продлении ему избранной меры пресечения, сами по себе выводов суда не опровергают.

Сведений о том, что по состоянию здоровья М. не может содержаться под домашним арестом, судам первой и апелляционной инстанций не представлено.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, не усматривается.

Таким образом, оснований для отмены или изменения судебного постановления, в том числе по доводам апелляционной жалобы, нет.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Перми от 29 августа 2025 года в отношении М. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Байдина К.С. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись