Дело № 4-1-34/2017 копия

П Р И Г О В О Р

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 июля 2017 года г. Выборг 

Выборгский гарнизонный военный суд в составе председательствующего - Шкаликов Р.Э.,

при секретаре судебного заседания Васильевой А.А.,

с участием государственного обвинителя - старшего помощника военного прокурора Выборгского гарнизона майора юстиции ФИО1, подсудимых ФИО2 и ФИО3, их защитников, соответственно, адвокатов Малкова С.П. и Лукьянова А.А., представивших удостоверения №, № и ордера №, №,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы уголовного дела в отношении военнослужащего, проходящего военную службу по контракту в войсковой части №,

<

данные изъяты>

ФИО2, 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33 – ч. 4 ст. 160 УК РФ и п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ, 

а также бывшего военнослужащего указанной воинской части 

<

данные изъяты> 

ФИО3, 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 – ч. 4 ст. 160 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

В 2015 году ФИО2 являлся заместителем командира войсковой части № по вооружению. При этом ему по службе были подчинены, в том числе, автомобильная служба, начальником которой являлся ФИО3, а также ремонтная рота.

Зная, что учёт лома черных металлов в войсковой части № надлежащим образом не ведется, ФИО2 с корыстной целью решил похищать находящийся в указанной воинской части металлолом, для чего решил создать устойчивую организованную группу.

Реализуя задуманное в марте-апреле 2015 года в расположении войсковой части №, дислоцированной в 

<

адрес>, ФИО2 предложил своим подчинённым - начальнику автослужбы ФИО3 и командиру ремонтной роты ФИО38 (осуждён по приговору Выборгского гарнизонного военного суда от 26 июня 2017 года в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве) войти в состав организованной группы, с целью хищения вверенного по службе ФИО39 лома черных металлов, образовавшегося в результате разбраковки военной техники и находившегося на территории ремонтной роты войсковой части №, на что последние согласились.

При этом распределив роли, ФИО3 и ФИО40 должны были определять лом, подлежащий хищению, места его сбыта, а также организовывать его погрузку и вывоз с территории воинской части. Также на ФИО41 были возложены функции по подысканию способа вывоза лома металла с территории воинской части. В свою очередь Шатохин взял на себя обязанности по общему руководству созданной группой, контролю за погрузкой и вывозом лома металлов с территории воинской части, а также по совершению действий, при необходимости, направленных на сокрытие следов хищения. 

В продолжение единого преступного умысла ФИО2 и ФИО3 определили схему хищения, предполагавшую вывоз похищаемого металлолома из воинской части, одновременно с вывозом металла коммерческими организациями, которые свою часть лома приобрели на законных основаниях, на что согласился и ФИО42. 

После этого ФИО43 по согласованию с ФИО2 и ФИО3 предложил войти в состав организованной группы своему подчинённому ФИО44 (осуждён по приговору Выборгского гарнизонного военного суда от 26 июня 2017 года в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве), который преследуя корыстную цель согласился с таким предложением.

В соответствии с отведенной ролью на ФИО45 были возложены обязанности по подысканию водителей с грузовыми машинами, пунктов приёма лома, а также по контролю за погрузкой и сопровождению похищенного до пунктов приёма лома, получению денег и их передаче ФИО46 для последующего распределения между всеми участниками организованной группы, что ФИО47 и выполнял.

После этого ФИО2, ФИО3 и ФИО48 с использованием служебного положения, а также ФИО49, действуя в составе организованной группы, дважды в третьей декаде апреля, а также дважды 20 июня, 27 июня, 25 июля - дважды, 29 августа, 8 и 16 сентября 2015 года похитили с территории ремонтной роты воинской части имущество войсковой части № в виде лома черных металлов, вверенного ФИО50, весом 105.51 тонн, общей стоимостью 580305 рублей, то есть в крупном размере.

При этом ФИО3 и ФИО51 определяли подлежащий хищению лом, которые подчинённые ФИО52 по его указанию грузили в частные автомобили. ФИО2, ФИО3, ФИО53 и ФИО54 в указанный период времени периодически контролировали процесс погрузки лома, а ФИО55 также после загрузки автомашин сопровождал их в пункт приёма лома, расположенный по адресу: 

<

адрес>, где получал после продажи металлолома денежные средства, которые передавались ФИО56, а затем распределялись между членами организованной группы. ФИО57, кроме того, давал указание на попуск автомобилей, принадлежащих частным лицам, на территорию воинской части для загрузки в них похищаемого металлолома.

Также в один из дней декабря 2015 года, реализуя ранее разработанную схему, ФИО3 и ФИО58 определили два корпуса от многоцелевых тягачей, подлежащие хищению. После этого по указанию ФИО3 они были деформированы, в целях недопущения обнаружения хищения военного имущества, а затем вывезены с территории ремонтной роты войсковой части № на частном автомобиле, который подыскал ФИО59 по указанию ФИО60, в пункт приёма лома металлов, расположенный в 

<

адрес>, где ФИО61 лично получил за них денежные средства, которые распределил между собой ФИО2 и ФИО3. В результате указанных действий был похищен принадлежащий войсковой части № лом металла весом 9, 88 тонн стоимостью 54340 рублей.

Помимо этого в сентябре 2015 года ФИО62 предложил ФИО2 осуществить хищение металлических ворот с хранилищ высвобожденного парка на территории первого военного городка войсковой части №, которые не были вверены участникам организованной группы, на что ФИО2 согласился и дал ФИО63 указание использовать имеющийся в ремонтной роте автокран для демонтажа ворот. При этом ФИО64 по согласованию с ФИО2 поручил ФИО65 найти автомобиль, необходимый для хищения ворот, осуществить их вывоз в пункт приема метала и реализацию, а полученные деньги передать ему, для последующего распределения, что и было исполнено. 

Дважды 9 и один раз 15 сентября 2015 года с территории войсковой части № на частном грузовом автомобиле были вывезены в пункт приёма лома, расположенный по адресу: 

<

адрес>, металлические ворота, демонтированные под контролем ФИО66 и ФИО67 с хранилищ воинской части общей массой 28,97 тонн, на сумму 159335 рублей. О процессе демонтажа ворот ФИО68 докладывал ФИО2. Полученные же от продажи ворот деньги ФИО69, сопровождавший груз, передал ФИО70, который распределил их между членами организованной группы.

В судебном заседании подсудимый Шатохин виновным себя в предъявленном обвинении не признал и показал, что в силу должностного положения контролирует ведение учёта лома черных металлов, однако хищения имущества воинской части не совершал, какие-либо организованные группы для совершения хищения такого имущества не создавал, в них участия не принимал, а денежные средства в размере 42500 рублей, полученные от ФИО71, последний вернул ему в счёт погашения долга.

Подсудимый ФИО3 признал себя виновным в том, что с территории ремонтной роты войсковой части № с его ведома осуществлялся вывоз металлолома частными лицами с участием ФИО72 и ФИО73, конкретные даты которого он не помнит. Полученные от продажи металлолома денежные средства тратились им на нужды воинской части. Кроме того, ФИО3 показал, что потерпевшему в лице Министерства обороны РФ, ущерб такими действиями по сбыту металлолома причинён не был, поскольку вывозимый металлолом уже был приобретён коммерческими организациями в установленном порядке на основании контрактов, которые по актам были выполнены, однако, часть уже купленного лома представители коммерческих организаций ввиду нецелесообразности его вывоза оставили на территории воинской части, этот лом ими и сбывался. При этом ФИО3 отрицал факт своего участия именно в организованной группе при совершении хищения, заявив о том, что 

<

данные изъяты> ФИО2 и вовсе не давал ему никаких указаний относительно хищения лома и никаких договоренностей по данному факту между ним и ФИО2 не было. Об излишках металлолома он сообщал только ФИО74, при том, что учёт соответствующего металлолома в силу должностных полномочий вел он (ФИО3).

Помимо частичного признания подсудимым ФИО3 вины, виновность подсудимых подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Допрошенный в судебном заседании ФИО75 показал, что в 2015 году являлся командиром ремонтной роты воинской части, в связи с чем ему по службе был вверен лом черных металлов в виде различных агрегатов полученных в результате разбраковки техники в войсковой части №, хранившийся на территории парка ремонтной роты указанной воинской части в 

<

адрес>. При этом учет количества лома черных металлов в части должным образом не велся. 

В один из дней марта-апреля 2015 года, находясь на территории войсковой части №, его и ФИО3 вызвал ФИО2, который сообщил о возможности похищения металлолома. Он и ФИО3 согласились с предложением ФИО2, договорившись о совместном длительном хищении лома металлов с территории ремонтной роты воинской части. 

Спустя несколько дней, в расположении войсковой части № ФИО3 и ФИО2 предложили использовать как прикрытие тот факт, что с территории части будет вывозиться лом черных металлов, купленный в установленном порядке коммерческими организациями и вывозить похищаемый лом параллельно с коммерсантами.

Договорившись о хищении вверенного ему по службе лома металлов они распределили роли. При этом он (ФИО76) должен был определить способ погрузки и вывоза лома черных металлов с территории воинской части, а также на него и ФИО3 были возложены обязанности по подысканию места сбыта металлолома и определению лома, подлежащего вывозу. Помимо этого ФИО2 сообщил, что он сам будет контролировать процесс хищения лома, о чём потребовал докладывать ему после каждого вывоза металлолома, а также принимать меры, по сокрытию хищения от командования части и правоохранительных органов. 

Контроль за непосредственной погрузкой и вывозом лома черных металлов с территории воинской части должен был осуществлять каждый из них, а полученные в результате хищения металлолома денежные средства они договорились делить между собой.

Для реализации достигнутых договоренностей он (ФИО77) привлек подчиненного ему военнослужащего ФИО78, которому предложил за вознаграждение совместно с ним, ФИО3 и ФИО2 похищать лом черных металлов, на что тот согласился. В связи с этим, по согласованию с ФИО2 и ФИО3, к совершению хищения металлолома был привлечен ФИО79, на которого он (ФИО80) возложил функции по подысканию пункта приема лома черных металлов и водителей с гражданскими грузовыми автомобилями. При этом ФИО81 сообщил ему, что у него есть знакомые водители и он знает место, куда можно сдать лом черных металлов. Утром на следующий день, водитель, которого нашел ФИО82, прибыл на грузовом автомобиле в 

<

адрес>, после чего он дал команду дежурной службе парка ремонтной роты пропустить водителя на территорию парка.

Затем выделенные им военнослужащие под контролем ФИО83 загрузили в прибывший автомобиль лом черных металлов в виде разбракованных запчастей от техники с территории парка ремонтной роты. После этого загруженный автомобиль ФИО84 по его указанию сопроводил в пункт приема лома, а на следующий день после реализации лома ФИО85 передал ему документ о сдаче о о сдаче 18 тонн металлолома и денежные средства, которые он (ФИО86) распределил между членами организованной группы. 

В тот же день по его указанию солдаты под контролем ФИО87 вновь загрузили разбракованные запчасти в частный грузовой автомобиль, после чего в сопровождении ФИО88 металлолом был вывезен и сдан в количестве 14 тонн. 

В последующем до октября 2015 года еще около десяти раз таким же образом с территории парка ремонтной роты вывозился лом черных металлов в виде разбракованных запчастей. При погрузке лома в машины солдатами руководил ФИО89, а также иногда военнослужащие ФИО90 и ФИО91 не знавшие о совершаемом хищении. Помимо них в парк ремонтной роты несколько раз прибывали контролировать ход погрузки ФИО2 и ФИО3. При этом каждый раз, когда они приезжали, он (ФИО92) также приходил к ним и объяснял, что происходит погрузка похищаемого лома черных металлов.

После каждого вывоза лома он сообщал об этом ФИО2 и ФИО3, а также он делил полученные от его реализации деньги между собой, ФИО3, ФИО2 и ФИО93 Деньги ФИО2 и ФИО3 он передавал при личной встрече, а один раз перевел на банковскую карту.

Кроме этого ФИО94 показал, что в декабре 2015 года, действуя в рамках единого умысла, направленного на хищение металлолома, он предложил ФИО3 и ФИО2 похитить в качестве лома черных металлов вверенные ему (ФИО95) по службе разбракованные корпуса многоцелевых тягачей, на что последние согласились. После этого, он дал указание ФИО96 найти водителя с грузовым автомобилем и манипулятором, сообщив ему, что из части нужно похитить корпуса тягачей. На следующее утро водитель, которого нашел ФИО97, приехал в 

<

адрес> в парк ремонтной роты. К этому же времени он (ФИО98) вместе с ФИО3 прибыли к месту в парке, где складировались разбракованные корпуса от тягачей. Выбрав два таких корпуса, ФИО3 сообщил, что эти корпуса необходимо деформировать, для предотвращения их обнаружения правоохранительными органами при их вывозе. 

После этого по его указанию подчинённые деформировали корпуса, а затем водитель погрузил их и вывез на металлобазу в 

<

адрес>. Деньги за реализацию этих корпусов, он получил лично и поделил их между собой, ФИО3 и ФИО2.

Помимо этого ФИО99 показал, что в период вывоза лома черных металлов с территории парка ремонтной роты, он решил похитить с боксов неиспользуемого парка артиллерии металлические ворота и реализовать их как лом. Об этом он рассказал ФИО2, как организатору хищения лома, на что тот согласился и разрешил похитить эти ворота. По согласованию с ФИО2 он привлёк к этому хищению ФИО100, чтобы тот также нашел частные грузовые машины с водителями для вывоза ворот в пункт приёма лома, реализовал ворота, а вырученные денежные средства передал ему, для последующего распределения между участниками группы. При этом ФИО2 сообщил ему, что хищение ворот должно происходить таким же способом, как и вывоз лома с территории парка ремонтной роты и они договорились не привлекать ФИО3 к совершению данного хищения. 

Для демонтажа ворот ФИО2 дал ему указание использовать военный кран, имеющийся в ремонтной роте войсковой части №.

В последующем ФИО101, согласившись с его предложением осуществить хищение ворот за вознаграждение, вызывал грузовую машину с водителем, который приезжал в 

<

адрес> в высвобожденный парк артиллерии, где военным краном осуществлялись демонтаж ворот и их загрузка в автомобиль. Контроль за этим осуществлял ФИО102. При этом он также приходил контролировать, как идет демонтаж и погрузка в машину этих ворот, о вывозе которых он докладывал ФИО2. В несколько ходок около 90 металлических ворот были вывезены с территории воинской части и реализованы.

Полученные в результате хищения ворот деньги ФИО103 передавал ему, а он в свою очередь делил их между собой, ФИО104 и ФИО2.

Как видно из соответствующего протокола от ДД.ММ.ГГГГ свои показания ФИО105 подтвердил и конкретизировал в ходе проверки показаний на месте, указав место в парке ремонтной роты войсковой части № в 

<

адрес> откуда им, ФИО2, ФИО3 и ФИО106 похищался лом черных металлов в виде разбракованных запчастей от техники.

Допрошенный в судебном заседании ФИО107 показал, что в один из дней апреля 2015 года командир ремонтной роты, в которой он проходил службу - ФИО108, спрашивал о наличии у него знакомых с грузовыми автомобилями, а также знает ли он пункты приёма лома металлов. При этом ФИО109 указал ему на кучу разбракованных запчастей от техники на территории парка ремонтной роты и сообщил, что этот лом нужно реализовать, пообещав ему часть полученной в результате хищения лома прибыли, на что он согласился. ФИО110 также сообщил ему, что в указанном хищении будут принимать участие ФИО2 и ФИО3. В этот же день в интернете он нашел пункт приема металла, расположенный в 

<

адрес> для реализации лома и попросил своего знакомого, у которого был грузовой автомобиль, вывезти с территории войсковой части № лом черных металлов. На следующее утро в один из дней конца апреля 2015 года его знакомый на грузовом автомобиле «

<

данные изъяты>» прибыл в 

<

адрес>, о чём он доложил ФИО111, по указанию которого автомобиль подъехал к складированной на территории ремонтной роты куче разбракованных запчастей. После развода личного состава ремонтной роты ФИО112 выделил военнослужащих для погрузки запчастей в прибывший автомобиль, назначив его ответственным за погрузку. Затем военнослужащие ремонтной роты загрузили разбракованные запчасти в кузов машины.

По окончании погрузки лома в машину об этом он доложил ФИО113 и получил от него указание о вывозе металлолома. 

Затем он с водителем вывез похищенный лом металлов в пункт приёма, где сдал похищенные 18 тонн лома черных металлов, получив документ о сдаче и деньги. На следующее утро он встретился с ФИО114 в 

<

адрес> и передал тому деньги, полученные от сдачи лома черных металлов и справку о его сдаче. В тот же день по указанию ФИО115 тем же способом он вновь вывез и сдал в 

<

данные изъяты>» 14 тонн лома черных металлов, которые были загружены в грузовой автомобиль его знакомого военнослужащими ремонтной роты. Полученные в результате сдачи лома деньги он вновь передал ФИО116.

В последующем по указанию ФИО117 он нашел двух водителей с грузовыми автомобилями «

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, и «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, соответственно, которые аналогичным способом вывозили с территории ремонтной роты войсковой части № похищенный лом черных металлов, сдаваемый в 

<

адрес> Таким образом, на грузовом автомобиле «

<

данные изъяты>» 20 июня, 25 июля и 29 августа 2015 года и на грузовом автомобиле «

<

данные изъяты>», 20 и 27 июня, 25 июля, 8 и 16 сентября 2015 года с территории парка ремонтной роты войсковой части № в 

<

адрес> в его сопровождении вывозился лом металлов, который сдавался им в 

<

данные изъяты> по актам № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ.

По указанию ФИО118 каждый раз он созванивался с водителями и договаривался о дне прибытия в часть для вывоза лома, а контроль за погрузкой лома в воинской части помимо его (ФИО119) осуществляли ФИО120, ФИО3 и ФИО2. При этом ФИО121 также высказывал ему свое недовольство тем, что ФИО2 постоянно торопил его с погрузкой и вывозом лома с территории части, что и сам ФИО122 слышал, а ФИО3, в свою очередь, несколько раз давал указание солдатам какой именно металл можно грузить в машины.

Денежные средства, полученные от сдачи металлолома, он каждый раз передавал лично в руки ФИО123, а один раз осуществил перевод денег на карту ФИО124 в два приёма с карты своей супруги ФИО125

Полученные от него в результате хищения лома черных металлов деньги ФИО126 делил между ними, а также ФИО3 и ФИО2, о чем сам рассказывал ему (ФИО127). 

Он же показал, что хищение лома черных металлов с территории парка ремонтной роты войсковой части № происходило параллельно с вывозом лома черных металлов коммерческими организациями, которые выкупили его в установленном порядке.

Кроме этого ФИО128 показал, что в один из дней второй половины декабря 2015 года ФИО129 дал ему указание вызвать водителя для вывоза с территории парка ремонтной роты разбракованных корпусов многоцелевых тягачей. В связи с этим он попросил вывезти лом черных металлов водителя ФИО130 Утром на следующий день тот прибыл на своем грузовом автомобиле на территорию парка ремонтной роты, куда также прибыли ФИО3 и ФИО131. При этом ФИО3 выбрал два корпуса многоцелевых тягачей и дал указание на их погрузку, предварительно деформировав их, вырезав куски железа, объяснив это тем, что при деформации корпуса будут идти как металлолом и их будет проще транспортировать, поскольку в случае остановки правоохранительными органами водитель сможет объяснить, что везет металлолом.

После этого деформированные корпуса по указанию ФИО132 были погружены в автомобиль ФИО133 и отвезены им в два захода на металлобазу в 

<

адрес>. 

Также ФИО134 суду показал, что в один из дней сентября 2015 года ФИО135 сообщил ему о необходимости найти водителя с гражданским грузовым автомобилем для вывоза с территории неиспользуемого парка артиллерии на территории первого военного городка войсковой части № в 

<

адрес> металлических ворот. Для вывоза металлолома он договорился со знакомым водителем ФИО136, у которого был грузовой автомобиль и тот дважды 9 и один раз 15 сентября 2015 года по его просьбе прибывал на территорию неиспользуемого парка артиллерии, откуда вывез около 90 двухстворчатых металлических ворот. В указанные дни ФИО137 выделял военнослужащих для демонтажа и погрузки в машину имеющихся на боксах неиспользуемого парка артиллерии ворот с использованием военного крана. При этом он по указанию ФИО138 контролировал демонтаж и погрузку ворот, а после погрузки вместе с водителем вывозил эти ворота в 

<

данные изъяты>, где реализовывал их как металлолом. Полученные при этом документы о сдаче и денежные средства он в последующем передавал ФИО139, который деля их говорил ему, что в совершении хищения ворот с территории неиспользуемого парка артиллерии также участвует ФИО2.

Помимо этого в дни хищения металлических ворот ФИО140 прибывал на территорию высвобожденного парка артиллерии и контролировал процесс погрузки ворот. 

Как видно из соответствующих протоколов, свои показания ФИО141 подтвердил и конкретизировал в ходе проверок показаний на месте 16 ноября 2016 года и 21 февраля 2017 года, где указал на территорию пункта приема металлолома по адресу: 

<

адрес>, сообщив, что именно по данному адресу сдавал похищенный из войсковой части № лом черных металлов, вывезенный из части на грузовых автомобилях с государственными регистрационными знаками № и №. ФИО142 также указал на территорию парка ремонтной роты войсковой части № в 

<

адрес>, откуда похищался лом черных металлов в виде разбракованных запчастей от техники и продемонстрировал место в 

<

адрес>, где передавал ФИО143 денежные средства от реализации металлолома.

В ходе осмотра местности, как усматривается из соответствующего протокола от 28 октября 2016 года, с участием ФИО144 было установлено, что высвобожденный парк артиллерии на территории первого военного городка войсковой части № в 

<

адрес> не используется. На его территории расположено пять зданий-хранилищ для техники. В первом здании 25 боксов, пять из которых огорожены, имеют ворота и используются для техники ВАИ, на 20 же боксах отсутствуют железные ворота. Во втором, третьем и четвертом здании, в каждом, имеется по 64 бокса, при этом у всех боксов в этих зданиях отсутствуют железные ворота. В ходе осмотра ФИО145 пояснил, что ворота похищались именно с этих зданий, но имелись примерно на половине боксов.

Расположение пяти зданий хранилищ на территории высвобожденного парка артиллерии в первом военном городке войсковой части № в 

<

адрес> также усматривается из содержания соответствующего паспорта военного городка воинской части, согласно которому хранилища находятся в аварийном состоянии.

Свидетель ФИО146 в судебном заседании показал, что занимается грузоперевозками с использованием имеющегося у него грузового автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №. В 2015 году он оказывал услуги по вывозу лома черных металлов с территории войсковой части № в 

<

адрес> по просьбе военнослужащего той же воинской части ФИО147 А именно они созванивались накануне, и 20, 27 июня, 25 июля, 8 и 16 сентября 2015 года он приезжал в парк воинской части в 

<

адрес>, где его встречал ФИО148, после чего в его автомобиль военнослужащие грузили имеющийся в том парке лом черных металлов. После окончания погрузки металлолома в сопровождении ФИО149 он вывозил его в пункт приема лома черных металлов, расположенный в 

<

адрес>, где металлолом реализовывался, а ФИО150 получал за это деньги. 

Помимо этого ФИО151 показал, что по просьбе ФИО152 9 и 15 сентября 2015 года он приезжал в 

<

адрес>, где тот сопровождал его на территорию пустующего парка с хранилищами, на некоторых из которых имелись металлические ворота. Эти ворота и надо было вывезти. В машину их грузили при помощи военного крана, которым и демонтировали их с боксов. По завершению погрузки ворот вместе с ФИО153 он вывез их в тот же пункт приема лома черных металлов в 

<

адрес>. 9 сентября 2015 года он вывозил ворота в две ходки, а 15 сентября того же года - в одну. Всего он вывез не менее 50 металлических ворот. Также ФИО154 сообщал ему, что командование осведомлено о вывозе такого металлолома.

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО155 и ФИО156, каждый в отдельности показали, что с весны по декабрь 2015 года на территорию парка ремонтной роты войсковой части № прибывали гражданские грузовые машины, в которые по указанию ФИО157 военнослужащие ремонтной роты загружали лом черных металлов в виде различных запчастей от техники. Также по указанию ФИО158 они и ФИО159 осуществляли контроль за погрузкой металлолома. 

Кроме того ФИО160 сообщил, что такие машины пребывали в воинскую часть около десяти раз и после погрузки лома эти машины в сопровождении ФИО161 убывали с территории войсковой части №. Один, два раза по указанию ФИО162 он ездил вместе с ФИО163 сдавать этот лом в пункт приема металлолома. Также ФИО164 показал, что в это же время на территорию парка ремонтной роты пребывали и другие гражданские грузовые автомобили, в которые металлолом грузился гражданскими лицами.

Свидетель ФИО165 в судебном заседании показал, что несколько раз осенью 2015 года он по указанию ФИО166 при помощи военного крана осуществлял демонтаж металлических ворот с боксов неиспользуемого парка артиллерии в военном городке в 

<

адрес> и их погрузку в гражданский грузовой автомобиль, который прибывал на территорию этого парка. Таким образом, он демонтировал и погрузил в машину несколько десятков ворот.

Допрошенные свидетели сотрудники ВАИ ФИО167 и ФИО168, каждый в отдельности показали, что в высвобожденном парке артиллерии на территории первого военного городка войсковой части № в 

<

адрес> пять боксов первого хранилища выделены для техники ВАИ и прилегающая к ним территория огорожена. При этом на других боксах в указанном парке, не на всех, имелись металлические ворота, однако впоследствии их не стало.

ФИО169 также пояснил, что наличие таких ворот видно на фотографии, поскольку он фотографировал свой автомобиль на фоне одного из хранилищ, что также усматривается и из соответствующей фотографии.

Как показал свидетель ФИО170, он является начальником участка 

<

данные изъяты> занимающимся ломом черных металлов. Организация расположена по адресу: 

<

адрес>. По данному адресу 

<

данные изъяты> работает с лета 2016 года, а до этого времени, на данном участке работала организация 

<

данные изъяты> поскольку на имеющемся в 

<

данные изъяты> компьютере сохранились документы о приёме 

<

данные изъяты> лома черных металлов, которые были изъяты следователем.

Из содержания сообщения оператора сотовой связи от 8 февраля 2017 года и протоколов осмотра детализации телефонных соединений ФИО172 от 20 января 2017 года и ФИО173 от 3 февраля 2017 года следует, что в период с марта по декабрь 2015 года ФИО174 многократно созванивался с ФИО175, а также параллельно с ФИО176 и ФИО177, в том числе неоднократно накануне и в дни вывоза металлолома с территории воинской части, что подтвердил в соответствующей части и допрошенный ФИО178. Также ФИО179 многократно с марта 2015 года по февраль 2016 года созванивался по телефону с ФИО2, в том числе накануне и в дни вывоза металла - 19, 20, 27 июня и 25 июля 2015 года.

Как следует из содержания протокола осмотра предметов от 16 ноября 2016 года, с участием специалиста был осмотрен ПЭВМ, изъятый в 

<

данные изъяты>, в ходе которого на жестком диске установлено наличие приемо-сдаточных актов о сдаче металлолома в 2015 в фирму 

<

данные изъяты> на автомобилях с государственными регистрационными знаками № и №. Из содержания протокола осмотра указанных актов от 17 ноября 2016 года, а также копий самих актов усматривается, что 20 июня 2015 года по актам №, №, 27 июня 2015 года по акту №, 25 июля 2015 года по актам №, №, 29 августа 2015 года по акту № и 8 сентября 2015 года по акту №, 16 сентября 2015 года по акту № металлолом сдавался в 

<

данные изъяты> на автомобилях с государственными регистрационными знаками № и №, в обшей массе, согласно заключению специалиста от 29 марта 2017 года - 105,51 тонн.

Согласно содержанию актов №, № от 9 сентября 2015 года и № от 15 сентября 2015 года металлолом сдавался в 

<

данные изъяты> на автомобиле с государственным регистрационным знаком № в общей массе 28,97 тонн

В ходе следственного эксперимента от 28 марта 2017 года путем взвешивания была определена масса двух разбракованных корпусов многоцелевых тягачей, которая составляет 9,88 тонн, что видно из соответствующего протокола.

В соответствии с сообщением начальника отдела реализации высвобождаемого военного имущества Западного военного округа от 20 марта 2017 года, на основании предписания № Департамента имущественных отношений МО РФ для передачи на реализацию высвобождаемого движимого военного имущества, на внутреннем рынке в 2015 году начальная стоимость тонны лома черных металлов 

<

адрес> составляла – 5500 рублей.

Из заключения специалиста от 29 марта 2017 года следует, что стоимость вывезенного металлолома в виде разбракованных запчастей от техники общей массой 105,51 тонн составляет 580305 рублей; стоимость похищенных двух разбракованных корпусов многоцелевых тягачей общей массой 9,88 тонн составляет 54340 рублей; стоимость вывезенного лома черных металлов в виде металлических двухстворчатых ворот общей массой 28,97 тонн составляет 159335 рублей.

Таким образом, общий размер ущерба, причиненного в результате хищения лома черных металлов в виде разбракованных запчастей и корпусов многоцелевых тягачей, составляет 634645 рублей, а в виде металлических ворот - 159335 рублей.

Согласно отчёту по счётам банковских карт ФИО180, ФИО3 и ФИО2, а также как следует из протоколов осмотра выписок по их банковским счетам от 18 ноября 2016 года, 17 сентября 2015 года на расчетный счет ФИО181 были перечислены в два приема денежные средства в сумме 140000 рублей с банковской карты ФИО182. В тот же день с расчетного счета ФИО183 были перечислены денежные средства в сумме 42500 на расчетный счет ФИО2, 5000 рублей - на расчетный счет ФИО184 и в сумме 37500 рублей на расчетный счет ФИО3

В связи с этим в судебном заседании ФИО185 подтвердил, что 17 сентября 2015 года с карты своей супруги переводил ФИО186 денежные средства, полученные от реализации металлолома, а последний сообщил, что таким образом распределил денежные средства от продажи похищенного лома черных металлов между участниками организованной группы, переведя им их на счета. При этом ФИО187 сообщил суду, что никаких денежных средств у ФИО2 он не занимал и ему не возвращал таким образом.

Из содержания исследованных судом договоров купли продажи высвобождаемого военного имущества от 29 сентября 2015 года, 7 мая 2015 года, 18 января 2013 года, счетов-нарядов к ним соответственно от 12 октября, 1 июня 2015 года и 30 января 2013 года, а также актов приёма-передачи лома металлов от 22 апреля 2016 года и 3 июня 2014 года, следует, что все обязательства перед покупателями, касающиеся передачи лома черных металлов, войсковая часть выполнила и металлолом был передан коммерческим организациям в полном объёме в соответствии с договорами.

Согласно протоколу осмотра от 12 ноября 2016 года списка сотрудников и транспорта организации, вывозившей металлолом из войсковой части № на основании вышеуказанных заключённых договоров и как следует из содержания самого списке, в нём отсутствуют граждане ФИО188 и ФИО189, а также грузовые автомобили марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, марки «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, и марки «

<

данные изъяты>».

В ходе телефонных переговоров ФИО2 в период с 6 февраля по 1 марта 2017 года сообщает о своей осведомленности об отсутствии надлежащего учета лома черных металлов, что следует из соответствующих протоколов осмотра и прослушивания фонограмм от 1 и 7 апреля 2017 года.

Свидетели офицеры ФИО190 и ФИО191 каждый в отдельности показали, что последовательно с апреля 2016 года сначала ФИО192, а затем и ФИО193 исполняли обязанности по должности начальника автомобильной службы войсковой части №. При этом ФИО194 сообщил, что когда он принимал дела и должность у бывшего начальника автомобильной службы ФИО3, тот ему не передавал книги учета материальных ценностей, касающихся учета лома черных металлов и такую книгу заводил он сам. ФИО195 же показал, что при принятии дел и должности у ФИО196, получил от того книги учёта лома черных металлов, которые были начаты только в 2016 году, что также следует из содержания протокола осмотра документов от 11 апреля 2017 года – книг учета материальных ценностей.

Помимо этого ФИО197 сообщил суду, что в 2015 году на отдельных боксах хранилищ неиспользуемого парка артиллерии войсковой части № имелись металлические ворота.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей офицеры ФИО198 и ФИО199, каждый в отдельности показали, что по состоянию на 2009-2010 года, парк артиллерии на территории первого военного городка в 

<

адрес> не использовался по назначению и отдельные элементы конструкций названного парка, в том числе металлические ворота, использовались в других парках для обустройства войск, в результате чего металлические ворота на боксах в высвобожденном парке артиллерии оставались на незначительном количестве боксов.

Свидетель ФИО200 показал, что летом 2015 года он, являясь бригадиром 

<

данные изъяты> осуществлял вывоз купленного у Минобороны РФ лома черных металлов с территории войсковой части № в 

<

адрес>. Для пропуска работников и техники организации на территорию воинской части использовался специальный согласованный список. По прибытию в воинскую часть ФИО3 определил ему, какой именно металлолом можно вывозить, при этом лом черных металлов грузился только работниками организации при помощи специальной техники без привлечения военнослужащих. Несколько раз летом 2015 года он видел как на территорию парка воинской части заезжал гражданский грузовой автомобиль с манипулятором, не относящийся к 

<

данные изъяты>, который грузил себе в кузов лом черных металлов в виде запчастей от гусеничной техники, о чем он сообщал руководству. Также ФИО201 сообщил, что граждане ФИО202 и ФИО203 в 

<

данные изъяты> никогда не работали.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО204 показал, что является заместителем командира войсковой части № по тылу. При этом ему известно, что помещения высвобожденного парка артиллерии в первом военном городке указанной воинской части подлежат списанию, что усматривается и из соответствующего приказа Минобороны РФ от 7 июля 2012 года, однако, до настоящего времени они не демонтированы и акт их демонтажа не составлялся. 

Согласно вступившему в законную силу приговору Выборгского гарнизонного военного суда от 26 июня 2017 года ФИО205. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст.160 УК РФ, п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ и ч. 3 ст. 160 УК РФ. При этом из содержания приговора следует, что к ФИО206 Министерством обороны РФ был заявлен гражданский иск о возмещении имущественного ущерба причинённого преступлением на суммы 634645 рублей и 159335 рублей. Исходя из частичного возмещения подсудимым причинённого преступлением ущерба иск к ФИО207. удовлетворён частично и с него в пользу Министерства обороны РФ взыскано 586045 рублей и 109335 рублей.

Также согласно вступившему в законную силу приговору Выборгского гарнизонного военного суда от 28 июня 2017 года ФИО208 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст.33 – ч. 4 ст. 160 УК РФ и п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ.

При этом судом частично удовлетворён гражданский иск и с учётом возмещения подсудимым части ущерба, с ФИО209 в пользу Министерства обороны РФ взыскано 580045 рублей и 103335 рублей в солидарном порядке с ФИО210

Согласно исследованным выпискам из приказов Министра обороны РФ, командующих 

<

данные изъяты>, № общевойсковой армией и командира войсковой части №, ФИО2 с февраля 2014 года проходит службу в войсковой части № на должности заместителя командира части по вооружению, ФИО3 с 2010 года исполнял обязанности начальника автомобильной службы войсковой части №, ФИО211 с февраля 2014 года являлся командиром ремонтной роты указанной воинской части и с ноября 2014 года в указанной роте проходил службу ФИО212

С учётом установленных обстоятельств, военный суд на основании совокупности вышеприведенных исследованных доказательств признаёт вину ФИО2 и ФИО3 в инкриминируемых им деяниях доказанной.

Утверждение ФИО2 о том, что он не совершал никаких хищений из воинской части и не создавал организованной группы для совершения преступлений, суд признает несостоятельным и расценивает как защитную позицию. Она полностью опровергается исследованными судом доказательствами, в том числе показаниями свидетелей ФИО213 и ФИО214 – непосредственных участников указанной группы, которые согласуются между собой с иными доказательствами и объективными данными по делу. Заявление подсудимого ФИО2 о том, что ФИО215 и ФИО216 дали изобличающие его показания для того, чтобы избежать уголовной ответственности, смягчить ответственность является голословным, поскольку и ФИО217 и ФИО218 осуждены за совершение вменённых им деяний и давали показания не только в отношении прочих участников организованной группы, но и самих себя, причём в деталях, в связи с чем у суда не имеется оснований не доверять их показаниям.

Более того и объективные данные, связанные с информацией о телефонных соединениях с ФИО2, получением им денежных средств на банковскую карту от ФИО219, свидетельствуют о виновности подсудимого. Показания ФИО2 о том, что поступившие ему на банковскую карту от ФИО220 денежные средства являются выполнением последним перед ним долговых обязательств, суд также признаёт несостоятельным, поскольку ФИО221 отрицал наличие займов у ФИО2 и каких-либо документов, иных сведений о займе ФИО222 денежных средств у ФИО2 суду не было представлено.

Отдельные противоречия в показаниях свидетелей ФИО223, а также ФИО224, ФИО225 и ФИО226, относительно количества металлических ворот, вывезенных с территории высвобожденного парка артиллерии воинской части не влияют на вывод суда о виновность подсудимого ФИО2. В данном конкретном случае судом, с учётом показаний свидетеля ФИО227, вывозившего указанные ворота с территории воинской части в определённые дни, установлен их вес по документам пункта приёма металла, и, исходя из их массы, специалистом рассчитана сумма ущерба. При таких данных точное штучное количество похищенных ворот не имеет значения для определения размера причинённого ущерба.

По этому же основанию на вывод суда о виновности ФИО2 не влияют показания свидетелей ФИО228, ФИО229, ФИО230, о том, что в высвобожденном парке артиллерии на 2015 год оставалось лишь незначительное количество металлических ворот, а также показания свидетеля ФИО231, так как судом установлена масса вывезенных с указанного парка ворот.

Довод ФИО3 об отсутствии ущерба государству в результате хищения металлолома ввиду того, что указанный лом был уже оплачен коммерческими организациями, вывозившими его на договорной основе, однако не был вывезен до конца ввиду нецелесообразности, суд также признаёт несостоятельным, так как он опровергается фактическими данными, содержащимися в исследованных судом актах приёма-передачи, согласно которым весь металлолом, который был по договорам куплен у Министерства обороны РФ с 2013 года, был получен коммерческими организациями.

Нахождение на территории воинской части в настоящее время значительного количества металлолома, как это видно из представленных ФИО3 фотографий, не опровергает фактов выполнения войсковой частью № обязательств по передаче лома черных металлов в рамках заключенных договоров. 

О том, что похищенный лом принадлежит Министерству обороны РФ, свидетельствует его непосредственное нахождение на территории воинской части части, а также его природа – запасные части от автомобильной и гусеничной техники и механизм образования – разбраковка военной техники.

Отсутствие надлежащего учёта лома черных металлов, вопреки утверждению ФИО3, подтверждается отсутствием соответствующей книги учёта материальных ценностей за период, предшествующий 2016 году, о чем показали суду свидетели ФИО232 и ФИО233, а также фактическим наличием в воинской части неучтённых излишков лома, о чём сообщил суду сам ФИО3. 

Значительный объём эпизодов хищения металлолома инкриминирован подсудимым именно с июня и до конца 2015 года. 

В связи с этим суд полагает несостоятельным утверждение ФИО3 о том, что никакой схемы хищения металлолома параллельно с его вывозом коммерческими организациями на законных основаниях не существовало, поскольку такие организации не могли вывозить металлолом ранее 1 июня 2015 года, что видно из соответствующего счёта-наряда, а ему инкриминируется совершение двух эпизодов вывоза лома металлов в апреле 2015 года. 

Кроме того, несостоятельным является и утверждение ФИО3 о том, что денежные средства, полученные им в результате хищения, тратились на нужды воинской части. Никаких документов о приобретении необходимых материалов, инструментов, запчастей для нужд воинской части ФИО3 не представлено, не приходовались приобретённые им материальные средства и в воинской части, о чём последний сообщил суду. Учитывает суд и наличие установленного порядка получения материальных ценностей через довольствующие органы.

Разрешая вопрос о квалификации противоправных действий подсудимых, суд исходит из следующего. Группа лиц, которой совершалось хищение как металлолома, так и металлических ворот заранее объединилась для совершения преступлений. В неё входил организатор, основной состав участников являлся стабильным. Между всеми участниками группы как при подготовке к совершению преступлений, так и при их совершении были распределены роли. Кроме того, хищение металлолома осуществлялось продолжительный период времени, неоднократно по определённый схеме, а денежные средства распределялись между всеми членами группы. При таких данных суд приходит к выводу о совершении инкриминируемых подсудимым деяний организованной группой.

С учётом совершения преступных действий организованной группой, на вывод суда о виновности подсудимых не влияет и то обстоятельство, что в отдельные дни вывоза металлолома ФИО3 и ФИО2 не находились на территории воинской части, что усматривается из исследованных судом выписок из приказов командира войсковой части №, поскольку вывоз металлолома осуществлялся по одной и той же оговоренной схеме, а денежные средства, как следует из показаний ФИО235, передавались им участникам организованной группы каждый раз по прибытию отсутствующих участников в воинскую часть, что фактически в суде относительно личного получения денег подтвердил и подсудимый ФИО3.

Также при квалификации действий подсудимых, суд исходит из того, что в организованную группу в случае хищения вверенного по службе ФИО236 имущества – лома черных металлов, входили лица, не обладающие полномочиями по распоряжению, управлению, пользованию таким имуществом.

Таким образом, действия ФИО2, который создал организованную группу и руководил ей, то есть как организатора совершения растраты ФИО237 вверенного тому имущества Министерства обороны РФ - лома черных металлов, организованной группой с последним, а также ФИО3 и ФИО238 на сумму 634645 рублей, то есть в крупном размере и с использованием своего служебного положения - суд квалифицирует по ч.3 ст. 33 – ч. 4 ст.160 УК РФ.

Его же действия как организатора по созданию и руководству организованной группой при 

<

данные изъяты> хищении имущества Министерства обороны РФ - лома черных металлов в виде двухстворчатых металлических ворот общей стоимостью 159335 рублей, организованной группой с ФИО239 и ФИО240, суд квалифицирует по п. «а» ч. 4 ст.158 УК РФ.

Действия ФИО3 по разработке схемы хищения, определению металлолома, подлежащего хищению, а также по осуществлению контроля за погрузкой похищаемого лома черных металлов, то есть как пособника в совершении растраты ФИО241 вверенного тому имущества Министерства обороны РФ - лома черных металлов, организованной группой с последним, а также ФИО2 и ФИО242 на сумму 634645 рублей, то есть в крупном размере и с использованием своего служебного положения - суд квалифицирует по ч.5 ст. 33 – ч. 4 ст.160 УК РФ.

При назначении наказания суд учитывает характер совершённых деяний, степень фактического участия каждого из подсудимых в совершении преступлений и обстоятельства совершённых хищений, а именно то, что действия по изъятию имущества носили продолжаемый характер, в результате чего было похищено значительное количество такого имущества в условиях Вооруженных Сил РФ.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для изменения подсудимым категорий совершенных ими преступлений на менее тяжкие в силу ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вместе с тем суд учитывает положительную служебную характеристику ФИО2, те обстоятельства, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, является участником боевых действий, имеет государственную награду – медаль Суворова. В качестве обстоятельства, смягчающего наказание суд учитывает наличие у него малолетнего ребёнка. Кроме того, суд принимает во внимание влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, а также ходатайства командующего армией и начальника управления технического обеспечения военного округа о смягчении приговора суда.

В связи с этим суд приходит к выводу о возможности исправления ФИО2 без реального отбывания наказания в соответствии со ст. 73 УК РФ.

При назначении наказания ФИО3 суд учитывает, что он впервые привлекается к уголовной ответственности, вину признал частично и частично возместил причинённый имущественный ущерб, что суд признаёт обстоятельством, смягчающим ему наказание. Помимо этого суд принимает во внимание его менее активную роль при совершении преступления, положительную служебную характеристику, участие в боевых действиях, а также учитывает влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

В связи с необходимостью возмещения причинённого государству ущерба, а также с учётом имущественного положения подсудимых суд не находит оснований для назначения подсудимым дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, тем более, что последнее не применяется к военнослужащим.

По делу к подсудимым заявлен гражданский иск о возмещении ущерба, причинённого преступлениями на сумму 634645 рублей (по растрате) и 159335 рублей (по краже). 

Факт причинения потерпевшему материального ущерба от преступленных действий подсудимых, подтверждается установленными в судебном заседании обстоятельствами дела и исследованными доказательствами.

Согласно исследованной квитанции подсудимый ФИО3 возместил часть причинённого ущерба на сумму 108661 рубль 25 копеек.

Таким образом, остаток не возмещённого ущерба, причинённого преступлениями, с учётом сумм взысканных судом с ФИО243 и ФИО244, составляет 471383 рубля 75 копеек и 103335 рублей. В соответствии со ст.1064 ГК РФ его надлежит взыскать в пользу потерпевшего в солидарном порядке с подсудимых, а также осуждённых ФИО245 и ФИО246. В части превышающей указанные суммы заявленный иск удовлетворению не подлежит.

С учетом мнения сторон, на основании ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства: приемо-сдаточные акты 

<

данные изъяты>, диски с результатами контроля и записи переговоров ФИО2, а также диски с информацией о телефонных соединениях ФИО247 и ФИО248 – хранить при уголовном деле; компьютер, находящийся на ответственном хранении в 

<

данные изъяты>», надлежит передать по принадлежности.

С учётом мнения участников судебного разбирательства, для обеспечения исполнения приговора суда меру пресечения подсудимым надлежит оставить прежней.

Руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд, -

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 33 – ч. 4 ст.160 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 года.

Его же признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст.158 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 года.

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 33 – ч. 4 ст.160 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательное наказание ФИО2 назначить по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы на срок 5 лет.

В соответствии со ст. 73 УК РФ ФИО2 и ФИО3 считать осуждёнными к лишению свободы условно, с испытательным сроком: ФИО2- 4 года, ФИО3 – 2 года, в течение которого осуждённые должны доказать своё исправление.

На основании ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на ФИО2 и ФИО3 обязанности в период испытательного срока не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за их исправлением, а на ФИО2, кроме того - трудоустроиться в течение шести месяцев после увольнения с военной службы. 

Меру пресечения каждому из осуждённых в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск Министерства обороны РФ к подсудимым удовлетворить частично. Взыскать с ФИО2 и ФИО3 совместно с ФИО249 (осуждённым Выборгским гарнизонным военным судом 26 июня 2017 года), а также ФИО250 (осуждённым Выборгским гарнизонным военным судом 28 июня 2017 года) в солидарном порядке в пользу Министерства обороны РФ 471383 (четыреста семьдесят одну тысячу триста восемьдесят три) рубля 75 копеек. Также взыскать с ФИО2 совместно с ФИО251 (осуждённым Выборгским гарнизонным военным судом 26 июня 2017 года) и ФИО252 (осуждённым Выборгским гарнизонным военным судом 28 июня 2017 года) в солидарном порядке в пользу Министерства обороны РФ 103335 (сто три тысячи триста тридцать пять) рублей. В удовлетворении заявленных исковых требований, превышающих указанные суммы – отказать.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- приемо-сдаточные акты 

<

данные изъяты>, диски с результатами контроля и записи переговоров ФИО2, а также диски с информацией о телефонных соединениях ФИО253 и ФИО254 – хранить при уголовном деле; 

- компьютер, находящийся на ответственном хранении в 

<

данные изъяты> передать по принадлежности в указанную организацию.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ленинградский окружной военный суд через Выборгский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и поручать осуществление своей защиты избранным им защитникам, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Копия верна:

Судья Р.Э. Шкаликов