Дело № 22-1197/2024

УИД 33RS0007-01-2024-000062-09 Судья Миронов Е.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 июня 2024 года г. Владимир

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

Каперской Т.А.,

при секретаре 

ФИО1,

с участием 

прокурора

Лезовой Т.В., 

защитника адвоката

Зевакина О.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Гороховецкого района Е. и апелляционной жалобе адвоката И. в защиту осужденного ФИО2 на приговор Гороховецкого районного суда Владимирской области от 8 апреля 2024 года, которым 

ФИО2, **** года рождения, уроженец ****, не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 год.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 1 год с привлечением осужденного к труду в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

В соответствии с ч.1 ст.60.2 УИК РФ ФИО2 постановлено следовать в исправительный центр самостоятельно за счет государства в порядке, установленном ч. 2 ст. 60.2 УИК РФ. 

Срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислен со дня прибытия осужденного в исправительный центр. 

Приговором также принято решение о судьбе вещественных доказательств.

Доложив материалы дела, существо доводов апелляционных представления и жалобы, выслушав выступления прокурора Лезовой Т.В., поддержавшей апелляционной представление в части, адвоката Зевакина О.М. в защиту осужденного, поддержавшего апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам и просившего о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд апелляционной инстанции 

установил:

согласно приговору ФИО2 признан виновным и осужден за совершение путем поджога умышленного уничтожения и повреждения чужого имущества, повлекших причинение значительного ущерба потерпевшей. 

Преступление совершено 31 октября 2023 года на территории г.Гороховец Владимирской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционном представлении прокурор Гороховецкого района Е. считает приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального законов. Приводя положения ст.15 УПК РФ указывает, что преступление, предусмотренное ч.2 ст.167 УК РФ, отнесено к категории преступлений средней тяжести. Однако в описательно-мотивировочной части приговора судом дважды указана неверная категория преступления, как небольшой тяжести. Отмечает, что в описательно-мотивировочной части суд по личной инициативе исключил из обвинения ФИО2 излишне вмененный ущерб по совместно нажитому имуществу с потерпевшей, констатировав размер данного ущерба в сумме **** рублей. Однако после приведения выводов об исключении суд не указал общий размер ущерба, причиненного потерпевшей с учетом уничтоженного имущества и повреждения квартиры в размере **** рублей. Кроме этого полагает, что судом незаконно и необоснованно исключен квалифицирующий признак преступления в виде причинения иных тяжких последствий со ссылкой на положения п. 33 постановления Правительства РФ от 28 января 2006 года № 47. Указывает, что данное постановление Правительства не регламентирует основания для признания жилого помещения непригодным для проживания вследствие умышленного повреждения имущества путем поджога, в связи с чем судом необоснованно приведена ссылка на него и необходимость наличия заключения соответствующей комиссии. Факт оставления потерпевших без жилья в результате совершенного преступления с квалифицирующим признаком в виде причинения иных тяжких последствий, по мнению апеллянта, подтверждается исследованными доказательствами, протоколами осмотра места происшествия, показаниями потерпевшей и свидетелей, согласно которым квартира была закопченной, в результате тушения обильно пролита водой, разбиты стекла в окнах, что свидетельствовало об оставлении потерпевшей без жилья, как минимум, на время проведения ремонтных работ. Обращает внимание, что суд в описательно-мотивировочной части, указывая характеризующие осужденного сведения, не указал, что ФИО2 не судим. Также не привел мотивы решения относительно назначения удержания в размере 10 % из заработной платы осужденного к наказанию в виде принудительных работ. При признании смягчающими обстоятельствами в соответствии с ч. 2 ст.61 УК РФ учел ****. Привел в приговоре формулировку о повышенном характере общественной опасности совершенного преступления, которая не основана на уголовном законе. Также обращает внимание, что в нарушение положений п.10 ч.1 ст.308 УПК РФ, в резолютивной части обвинительного приговора отсутствует решение по мере пресечения в отношении осужденного, избранной в ходе предварительного расследования. 

На основании изложенного, считая размер назначенного осужденному наказания справедливым, прокурор просит приговор в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части указания на категорию преступления небольшой тяжести, дополнив указанием на категорию преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, средней тяжести, 

- дополнить описательно-мотивировочную часть после исключения излишне вмененного ущерба, что осужденным с учетом уничтожения имущества и повреждения квартиры, потерпевшей причинен значительный материальный ущерб в общей сумме **** рублей,

- исключить из описательно-мотивировочной части указание на постановление Правительства РФ от 28 января 2006 года № 47 « Об утверждении Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом» и необходимости наличия какого-либо заключения комиссии, 

- дополнить описательно-мотивировочную часть указанием на квалифицирующий признак преступления «повлекшие иные тяжкие последствия»,

- исключить из описательно-мотивировочной части формулировку о «повышенном характере общественной опасности», 

- дополнить описательно-мотивировочную часть в обоснование: ч.2 ст.61 УК РФ ****; удержания 10 % из заработной платы в доход государства - семейное и материальное положение осужденного, 

- дополнить резолютивную часть указанием, что меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

В апелляционной жалобе адвокат И. в защиту осужденного считает приговор незаконным. Указывает, что ФИО2 не судим, полностью признал вину, характеризуется положительно, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, явился с повинной, имеет ****, полностью добровольно возместил ущерб потерпевшей, которая ходатайствовала перед судом о прекращении дела за примирением, однако суд отказал в примирении по мотивам того, что преступление совершено при повышенном характере общественной опасности. Отмечает, что ст.25 УПК РФ и ст.76 УК РФ такими ограничениями примирение не отменяет. Обращает внимание, что умысел осужденного был направлен только на уничтожение (повреждение) дивана и ни на что другое. На основании изложенного просит уголовное дело в отношении ФИО2 прекратить на основании ст. 25 УПК РФ. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции о виновности осужденного в совершении путем поджога умышленного уничтожения и повреждения чужого имущества, повлекших причинение значительного ущерба потерпевшей, основанными на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, полно и подробно изложенных в приговоре, которые получены в соответствии с нормами и требованиями уголовно-процессуального закона, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам случившегося, согласуются между собой.

В постановленном приговоре отражены все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, аргументированы выводы, относящиеся к квалификации преступления, разрешены иные вопросы из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ. 

Уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон. Суд оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам равные возможности для реализации своих прав, ограничений которых, в том числе права на защиту осужденного, допущено не было. 

В суде первой инстанции осужденный ФИО2 вину в совершении преступления признал полностью, показал, что 30 октября 2023 года поругался с супругой А.. На следующий день она ушла на работу, в течение дня они созванивались, но конфликт продолжался, супруга требовала, чтобы он покинул квартиру. Из-за ревности, чтобы насолить супруге, он решил поджечь диван в квартире. О том, что могут быть последствия в виде большого пожара, не подумал. Поджег диван с помощью ****. Он вывел **** на улицу и на такси уехал в ****. Ему звонила А., которой он сказал, что поджог квартиру. Сам попыток к тушению пожара не предпринимал, сотрудников МЧС не вызывал. 

Аналогичные обстоятельства были приведены осужденным и в ходе проверки его показаний на месте, в ходе которой он продемонстрировал свои действия, указал место расположения дивана, который он поджег 31 октября 2023 года. 

Помимо признательной позиции, виновность осужденного ФИО2 в совершенном преступлении полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании и положенных в основу приговора доказательств, а именно:

- показаниями потерпевшей А. сообщившей о конфликте с супругом 30 октября 2023 года, что на следующий день с утра она ушла на работу, осужденный оставался в квартире с ****. В течение дня она неоднократно созванивалась с супругом, просила покинуть квартиру. В ходе последнего телефонного разговора осужденный сказал ей, что уехал и поджог квартиру. Через некоторое время ей на телефон позвонила сестра Г., которая сообщила, что горит её квартира. В результате пожара была повреждена квартира и уничтожено имущество: ****. Часть указанного имущества (****) была приобретена в период брака совместно с осужденным и является их совместно нажитым имуществом. Размер причиненного ущерба для нее является значительным. Указала, что в настоящее время ущерб подсудимым возмещен в полном объеме;

- показаниями свидетелей Г. и Ж. о полученном сообщении, что горит квартира, принадлежащая А., передаче информации последней, со слов которой им известно, что квартиру поджег ФИО2;

- показаниями свидетеля К., из которых следует, что она совместно с Ж. и А. выехали на место пожара, от А. ей известно, что поджог квартиру осужденный. Вернувшись домой, она написала сообщение ФИО2, на которое он ответил: «Хотели экшен? Получите»;

- показаниями свидетеля В., согласно которым 31 октября 2023 года ей позвонил сын В1. и пояснил, что он с отцом вернулся из г. Гороховец в ****, на ее вопрос, почему они так рано вернулись обратно, сын ей ответил, что отец поругался со своей женой, и пока ее не было дома, взял **** от чего возникло пламя, которое он направил на диван, тот диван загорелся, возник пожар;

- показаниями несовершеннолетнего В1., который подтвердил, что 30 октября 2023 года вечером между его отцом и А. произошел конфликт. В течение следующего дня отец употреблял спиртные напитки, около 19 часов велел ему собираться. Он стоял, ждал отца в прихожей, в этот момент отец ****, вследствие чего получался сильный огонь. ФИО2 направил огонь на диван в зале, тот загорелся. Он сказал отцу, что нужно звонить 01 и сообщить соседям, но ФИО2 никаких попыток к тушению или вызову пожарных не предпринял, соседей не предупредил. Когда огонь был сильным, ФИО2 бросил в огонь ****, который взорвался. Далее они на улице ждали такси, на котором уехали в ****;

- показаниями свидетеля П., который показал, что 31 октября 2023 года он находился дома, около 20 часов услышал звук бьющегося стекла, увидел, что мимо его окон падают осколки. Вышел в подъезд, на 3 этаж и увидел мальчика ****, который стоял около квартиры № **** и придерживал дверь. Он увидел, что из данной квартиры валит черный дым. Из квартиры вышел хозяин, которому он крикнул, что у них пожар, на что мужчина ничего не ответил, **** и они молча ушли. Заглянув в квартиру, он увидел, что горит диван, начал тушить пожар до приезда пожарных;

- показаниями свидетелей М., Л., Н. об обстоятельствах тушения пожара в квартире ****, на месте было установлено, что горела центральная комната (зал), основным очагом возгорания был диван в левой дальней стороне;

- показаниями свидетеля Д., старшего дознавателя ОНДиПР по Вязниковскому и Гороховецкому районам, о получении сообщения о пожаре в квартире в многоквартирном жилом доме, расположенном по адресу: ****, куда он прибыл в течение 10 минут, пожарно-спасательное отделение уже было на месте, жильцы дома эвакуированы, производилось тушение пожара. После того, как пожар потушили, он прошел в квартиру, производил осмотр места происшествия, в ходе которого было установлено, что наибольшая степень технических повреждений находилась в комнате (зале) вдоль левой стены, где был расположен диван, посередине которого были сквозные прогары. На указанной стене также проходила электропроводка, которая в дальнейшем была изъята, направлена на пожарно-техническую экспертизу, но на электропроводниках видимых повреждений (замыканий) не обнаружено;

- протоколами осмотра места происшествия с фототаблицами, которыми зафиксирована обстановка в квартире после пожара, стены которой покрыты черной копотью, повреждение мебели, изъят пожарный мусор, фрагменты обгоревшего поролона, фанеры, подкладки, электропроводники;

- протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого у потерпевшей А. и свидетеля К. изъяты и осмотрены мобильные телефоны, содержащие запись телефонного разговора с осужденным, при прослушивании которой установлен мужской голос, сообщивший «Я уехал, квартиру поджег и уехал», а также переписка с осужденным о том, что он оставил жену без жилья; 

- заключением о стоимости имущества, поврежденного или уничтоженного в результате пожара, в размере **** рублей;

- сметной документацией о стоимости ремонта квартиры в размере **** рублей.

Кроме того, вина осужденного ФИО2 в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждается и другими исследованными в судебном заседании доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

При этом, в силу положений п.2 ст. 389.15 УПК РФ подлежит исключению из приговора ссылка на показания осужденного ФИО2, как на доказательство его виновности в инкриминируемом деянии, данные им в ходе осмотра места происшествия 31 октября 2023 года (т. 1 л.д. 10-18) исходя из следующего.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются показания подозреваемого, обвиняемого, которые, как и остальные доказательства, подлежат непосредственному исследованию в судебном заседании (за исключением случаев, предусмотренных действующим уголовно-процессуальным законом).

В судебном заседании не могут оглашаться показания подсудимого, ранее данные им при производстве предварительного расследования, когда его допрашивали в качестве свидетеля, поскольку процессуальный статус этого лица изменился.

Согласно ст.276 УПК РФ оглашаются лишь показания подсудимого на предварительном следствии, которые он давал по обвинению, то есть в качестве подозреваемого или обвиняемого.

Несмотря на это, в основу обвинительного приговора судом положены показания ФИО2, данные им до возбуждения уголовного дела в ходе осмотра места происшествия 31 октября 2023 года, при этом ФИО2 подозреваемым по делу, как то предусмотрено ст. 46 УПК РФ, не являлся. Следовательно, ссылка на эти показания, как на доказательство его виновности, следует исключить из приговора.

Однако исключение указанных показаний из числа доказательств на доказанность вины осужденного не отразится, в связи с чем не является основанием для отмены приговора, а влечет лишь его изменение в указанной части, поскольку выводы суда о виновности ФИО2 в совершении инкриминированного деяния подтверждаются совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании и положенных в основу приговора, которым судом дана надлежащая оценка, право осужденного на справедливое судебное разбирательство не нарушено.

Все остальные доказательства, на которые сослался суд, всестороннее исследованы в судебном заседании, проанализированы и оценены с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а также достаточности для разрешения уголовного дела по существу. 

Положенные в основу приговора показания самого осужденного ФИО2, потерпевшей А. и свидетелей, приведенные выше и в приговоре, суд обоснованно признал допустимыми и достоверными, поскольку допросы указанных лиц, в том числе несовершеннолетнего свидетеля, проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, сообщенные ими сведения подробны, последовательны, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, объективно подтверждаются иными доказательствами, приведенными в приговоре. 

Оснований для оговора осужденного, или умышленного искажения фактических обстоятельств дела, чьей-либо заинтересованности в неблагоприятном исходе дела для осужденного, судом установлено не было, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции. 

Порядок производства следственных действий, не нарушен. Протоколы всех следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, содержат сведения о ходе и результатах их проведения, в связи с чем суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав надлежащую оценку.

Каких-либо существенных противоречий в приведенных доказательствах, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда, не имеется. Основания сомневаться в их объективности отсутствуют, каждое из доказательств должным образом было проверено, доказательства были сопоставлены между собой и оценены в совокупности, без придания каким-либо из них заранее установленной силы. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона по делу, как в ходе производства предварительного следствия, так и при судебном рассмотрении, не выявлено.

Верно установив фактические обстоятельства дела, умысел, цель и мотив содеянного, суд первой инстанции сделал правильный вывод о доказанности вины ФИО2 в умышленном уничтожении и повреждении чужого имущества, повлекших причинение значительного ущерба, совершенные путем поджога, и правильно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Все установленные судом квалифицирующие признаки нашли свое полное подтверждение, суд апелляционной инстанции с ними соглашается, полагая квалификацию действий осужденного верной. 

Размер причиненного потерпевшей в результате преступления ущерба, вызванного уничтожением имущества, которое в результате пожара не подлежит дальнейшему использованию, судом определен правильно, с учетом того, что часть данного имущества (****, а всего на сумму **** рублей) была приобретена в период брака с осужденным, в связи с чем является их совместной собственностью. 

В связи с чем из вмененного ФИО2 размера ущерба, причиненного именно уничтожением имущества, судом правомерно исключена половина стоимости совместно нажитого имущества, приобретенного в период брака (1/2 = **** рублей), а размер ущерба, вызванного уничтожением имущества, установлен в сумме **** рублей, а не **** рублей, как это было вменено в обвинительном заключении. 

С данными выводами суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку они соответствуют требованиям закона и правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 года №14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем». 

Вместе с тем, как правильно отмечено в апелляционном представлении, после уточнения вышеуказанного размера ущерба, вызванного уничтожением имущества в результате пожара, судом не указан общий размер ущерба, причиненного потерпевшей А. с учетом как уничтоженного имущества, так и повреждения самой квартиры, который в сумме составляет **** рублей. 

Учитывая, положения ст.307 УПК РФ и что приговор не должен вызывать каких-либо сомнений и неясностей при его толковании, суд апелляционной инстанции считает необходимым дополнить описательно-мотивировочную часть приговора после исключения излишне вмененного Бортнику П.В размера ущерба, причиненного потерпевшей в связи с уничтожением имущества, указанием на размер общего ущерба, причиненного в результате уничтожения имущества и повреждения квартиры. В данной части изменение приговора положение осужденного не ухудшает, указанное также следует из описания преступного деяния, признанного судом доказанным. 

При этом при решении вопроса о значительности ущерба, наступившего в результате уничтожения и повреждения осужденным имущества суд верно исходил из размера реального материального ущерба, установленного заключением о его стоимости и сметной стоимости ремонта, значимости этого имущества для потерпевшей и её материального положения. 

Вопреки доводам апелляционного представления, с выводами суда первой инстанции об исключении из обвинения ФИО2 квалифицирующего признака причинение иных тяжких последствий, суд апелляционной инстанции оснований не согласиться не находит. 

Как правильно указано судом в приговоре, к тяжким последствиям, причиненным по неосторожности в результате умышленного уничтожения или повреждения имущества, относятся, в частности, причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью хотя бы одному человеку либо причинение средней тяжести вреда здоровью двум и более лицам; оставление потерпевших без жилья или средств к существованию; длительная приостановка или дезорганизация работы предприятия, учреждения или организации; длительное отключение потребителей от источников жизнеобеспечения – электроэнергии, газа, тепла, водоснабжения и т.п., о чем разъяснено в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем». 

Вместе с тем, потерпевшая А. без жилья не осталась, что усматривается из ее собственных показаний, квартира в результате пожара не уничтожена, подлежала восстановлению и в настоящее время восстановлена, в ней произведен ремонт, она пригодна для проживания. 

Вопреки доводам прокурора, судом обоснованно сделана ссылка на постановление Правительства РФ от 28 января 2006 года № 47, которым утверждено Положение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания, многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, садового дома жилым домом и жилого дома садовым домом, пунктом 38 которого предусмотрены, в том числе, основания для признания жилых помещений, расположенных в многоквартирных домах, непригодными для проживания, в том числе получивших повреждения в результате пожаров.

Главой IV указанного Положения (в приговоре ошибочно указана глава VI) регламентирован порядок признания жилого помещения непригодным для проживания, который осуществляется соответствующей комиссией по результатам оценки соответствия жилого помещения установленным в настоящем Положении требованиям, по итогам которой принимается решение в порядке, предусмотренном п. 47 настоящего Положения.

Суд первой инстанции при принятии решения правомерно исходил из того, что какое-либо заключение комиссии о выявлении оснований для признания помещения непригодным для проживания, либо заключение эксперта о том, что жилое помещение принадлежащее потерпевшей А., в результате пожара стало непригодным для проживания, в материалах уголовного дела отсутствуют. В связи с этим суд пришел к обоснованному выводу, что вмененный осужденному квалифицирующий признак причинение иных тяжких последствии в виде приведения единственного жилья потерпевшей в непригодное для проживания состояние, подлежит исключению из квалификации деяния ФИО2. 

Доводы апелляционного представления данные выводы суда не опровергают, отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные, оснований для исключения указанных выводов суда из приговора, а также для иной квалификации действий осужденного суд апелляционной инстанции не находит. В этой части доводы государственного обвинителя удовлетворению не подлежат. 

Психическое состояние ФИО2 судом проверено, и он обоснованно признан вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния. Решение суда об этом основано на материалах дела, данных о его личности, поведении до, во время и после совершения преступления, а также ****. Сомневаться в данных выводах у суда апелляционной инстанции основания отсутствуют.

Наказание осужденному также назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, всех известных суду при постановлении приговора данных о личности виновного, в том числе отмеченных в апелляционной жалобе защитника, наличия смягчающих при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Судом при назначении наказания принято во внимание, что ФИО2 совершил преступление средней тяжести, к административной ответственности не привлекался, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства и работы характеризуется положительно.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд первой инстанции обоснованно признал и в полной мере учел при назначении наказания: явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, добровольное возмещение ущерба, причиненного преступлением, наличие ****, а также полное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья ФИО2, который ****. 

Оснований для признания смягчающими наказание каких-либо иных обстоятельств суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п.28 постановления от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами РФ уголовного наказания", в качестве иных смягчающих наказание обстоятельств осужденного, суд вправе признать состояние его здоровья, наличие инвалидности. Таким образом, по смыслу ч. 2 ст.61 УК РФ в качестве иных смягчающих наказание обстоятельств признается именно состояние здоровья осужденного. 

Вопреки доводам апелляционного представления, состояние здоровья ФИО2 было в полном объеме учтено судом при назначении наказания и признано, наряду с иными, смягчающим наказание обстоятельством.

Заслуживающих внимание доводов относительно полноты сведений о личности осужденного, учтенных судом при назначении наказания ФИО2, ни в апелляционном представлении, ни в апелляционной жалобе защитника не содержится. Вопреки доводам апелляционного представления, суду было известно, что ФИО2 не судим, о чем указано во вводной части приговора. Все сведения о личности осужденного были исследованы в судебном заседании, соответственно, без внимания судом не оставлены. 

Оценив все имеющиеся сведения в совокупности, суд пришел к правильному выводу о том, что достижение целей наказания в отношении осужденного возможно при назначении ему наказания в виде лишения свободы. Соответствующие мотивы в приговоре приведены, суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Оснований для освобождения ФИО2 от наказания, либо считать, что в момент совершения преступления он находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения либо потери самоконтроля сознания, судом обоснованно не установлено. Не находит оснований для этого и суд апелляционной инстанции. 

Правила ч. 1 ст. 62 УК РФ при определении размера наказания судом соблюдены. 

Также судом обоснованно сделан вывод об отсутствии каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, являющихся, в свою очередь, основанием для применения положений ст. 64 УК РФ.

С выводами суда об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также о невозможности применения положений ст. 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции оснований не согласиться не находит. 

Вместе с тем в целях индивидуализации наказания в отношении осужденного судом принято решение о возможности замены ФИО2 назначенного вида наказания принудительными работами, что в приговоре убедительно мотивировано. Оснований не согласиться с приведенными выводами у суда апелляционной инстанции нет. 

Препятствий для применения к осужденному принудительных работ, из числа перечисленных в ч.7 ст.53.1 УК РФ, не имеется. Вопреки доводам государственного обвинителя, требования ч. 5 ст. 53.1 УК РФ исполнены, размер удержания установлен исходя из требований закона. Порядок следования осужденного в исправительный центр и исчисление срока отбывания наказания определены судом правильно, каких-либо нарушений не допущено. 

При таких обстоятельствах, назначенное осужденному ФИО2 наказание за совершенное преступление суд апелляционной инстанции признает справедливым, его нельзя признать чрезмерно суровым, оно соразмерно содеянному, соответствует общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, полностью отвечает задачам исправления осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений, установленных в ст. 43 УК РФ, карательной цели не преследует.

Доводы жалобы, что умысел осужденного был направлен исключительно на уничтожение дивана путем его поджога, выводы суда не опровергают, по своей сути направлены на переоценку обстоятельств, которые были исследованы судом и получили надлежащую оценку при постановлении приговора, о незаконности и несправедливости назначенного осужденному наказания они не свидетельствуют.

Каких-либо заслуживающих внимание доводов, подвергающих сомнению законность и справедливость назначенного осужденному наказания, ни в апелляционном представлении, ни в апелляционной жалобе не приведено. 

Вместе с тем, с доводами представления прокурора в части отсутствия решения суда по мере пресечения в отношении осужденного, следует согласиться. 

Исходя из требований п.17 ч.1 ст.299, п.5 ст.307, п.10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ, а также правовой позиции, изложенной в п. 57 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41, при вынесении обвинительного приговора суду первой инстанции надлежит принять решение о мере пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу.

Судом первой инстанции оставлено без внимания, что в отношении ФИО2 в ходе предварительного расследования по уголовному делу была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая судом при назначении дела к слушанию ДД.ММ.ГГГГ была оставлена без изменения. 

Поскольку судом в приговоре не решен вопрос о мере пресечения, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, считает необходимым дополнить описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора указанием, что избранная в отношении ФИО2 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит оставлению без изменения до вступления приговора в законную силу. 

С доводами апелляционной жалобы об оспаривании выводов суда об отказе в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон суд апелляционной инстанции согласиться не может. 

Согласно ст. 76 УК РФ и 25 УПК РФ суд вправе прекратить уголовное дело в отношении лица, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

При этом, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, по буквальному смыслу действующего уголовно-процессуального законодательства, решение вопроса о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон зависит от конкретных обстоятельств уголовного дела, оценка которых является прерогативой судов общей юрисдикции (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2007 года N 5119-О-О, от 28 сентября 2017 года N 2115-О и от 17 июля 2018 года N 2007-О, от 20 декабря 2018 года N 3405-О).

Указанное согласуется с положениями, приведенными в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности".

Соответственно, при решении указанного вопроса принятие мер к возмещению причиненного вреда не влечет обязательного прекращения уголовного дела. Указанное обстоятельство является лишь одним из обязательных условий, которое учитывает суд при решении данного вопроса наряду с другими обстоятельствами по делу. Эти требования закона при принятии решения по уголовному делу в отношении ФИО2 судом выполнены в полной мере. 

Так, судом не оставлено без внимания, что в судебном заседании потерпевшей А. представлено заявление, согласно которому она просила прекратить уголовное дело в отношении ФИО2 в связи с примирением, указала, что претензий к нему не имеет, ей принесены извинения, а причиненный вред полностью заглажен. 

В силу ст. 15 УК РФ, данное преступление отнесено к категории средней тяжести. 

Однако в приговоре при решении вопроса о прекращении уголовного дела, судом дважды указана неверная категория преступления, как небольшой тяжести, на что обоснованно обращено внимание прокурором в апелляционной представлении. В данной части суд апелляционной инстанции считает необходимым внести в приговор соответствующие уточнения. Однако данное обстоятельство изменение наказания не влечет, поскольку при назначении наказания суд исходил из правильной категории преступления, о чем указано в тексте приговора. 

Судом при принятии решения в данной части правильно отмечено, что преступление, за совершение которого осужден ФИО2, совершено путем поджога имущества в квартире многоквартирного жилого дома, то есть, вопреки позиции прокурора, общественно-опасным способом, поэтому степень общественной опасности содеянного, в данном конкретном случае, судом верно определена как повышенная. 

Учитывая все установленные сведения в совокупности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что прекращение уголовного дела в отношении ФИО2 в связи с примирением с потерпевшей целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства соответствовать не будет и пришел к обоснованному выводу о невозможности прекращения уголовного дела на основании ст. 76 УК РФ, ст.25 УПК РФ, мотивировав свое решение. Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для переоценки выводов суда в указанной части.

Таким образом, выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для прекращения уголовного дела в отношении осужденного, суд апелляционной инстанции считает верными, они основаны на правильном применении норм материального права и материалах уголовного дела. Доводы апелляционной жалобы их не опровергают, оснований для прекращения уголовного дела в отношении осужденного и удовлетворения заявленного суду апелляционной инстанции соответствующего ходатайства потерпевшей, а также удовлетворения доводов апелляционной жалобы, не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор Гороховецкого районного суда Владимирской области от 8 апреля 2024 года в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из числа доказательств по делу показания ФИО2, данные им в ходе осмотра места происшествия 31 октября 2023 года (т.1 л.д. 10-18); 

- указать в описательно-мотивировочной части приговора при решении вопроса о прекращении уголовного дела, что ФИО2 совершил преступление, относящееся к категории средней тяжести (т. 2 л.д. 57об. абз. 7; л.д. 58 абз. 2);

- дополнить описательно-мотивировочную часть приговора после исключения излишне вмененного Бортнику П.В размера ущерба, причиненного потерпевшей в связи с уничтожением имущества, указанием, что в результате уничтожения имущества и повреждения квартиры осужденным ФИО2 потерпевшей причинен значительный материальный ущерб на общую сумму **** рублей;

- дополнить описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора указанием, что мера пресечения в отношении осужденного ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения. 

В остальной части приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционное представление прокурора Гороховецкого района Е. – удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката И. – оставить без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, через Гороховецкий районный суд Владимирской области в течение шести месяцев со дня его вынесения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Гороховецкого районного суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Т.А. Каперская

.

.