РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 ноября 2017 года город Шуя Ивановской области

Шуйский городской суд Ивановской области в составе

председательствующего судьи Николаенко Е.А., 

при секретаре Березовской О.В., 

с участием представителя административного истца ФИО1, представителя административного ответчика, Управления ФНС России по Ивановской области, ФИО2, представителя административного ответчика, Межрайонной ИФНС России №3 по Ивановской области, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по административному исковому заявлению ФИО4 к Управлению ФНС России по Ивановской области, Межрайонной ИФНС России №3 по Ивановской области о признании незаконными решения МИ ФНС России №3 по Ивановской области №7 от 30 июня 2017 года и решения Управления ФНС России по Ивановской области от 05 сентября 2017 года, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просит признать незаконными решение №7 от 30.06.2017 года Межрайонной инспекции ФНС России №3 по Ивановской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и решение Управления ФНС России по Ивановской области, принятое по апелляционной жалобе 05.09.2017 года. 

Заявленные требования мотивированы следующими обстоятельствами. В период с 29.12.2016 года по 04.04.2017 года в отношении истца была проведена выездная налоговая проверка по вопросам уплаты НДС и НДФЛ за период с 01.01.2013 года по 31.12.2015 года. По результатам налоговой проверки был составлен акт № 5 от 26 мая 2017 года о том, что в результате занижения налоговой базы по налогу на добавленную стоимость за период с 01.01.2013 года по 31.12.2015 года, и по налогу на доходы физических лиц за период 2013-2015 годов, истцом не были уплачены в полном объеме данные налоги в бюджет, определены к начислению пени, а также предложено привлечение к ответственности за совершение налоговых правонарушений, предусмотренных пунктом 1 статьи 122 и пунктом 1 статьи 119 Налогового кодекса РФ (далее – НК РФ). 30.06.2017 года в отношении истца было вынесено решение № 7 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Решением установлена неуплата налога на добавленную стоимость в результате занижения налоговой базы за период с 01.01.2013 года по 31.12.2015 года в общей сумме 580 428 рублей, начислены пени в сумме 97 862 рубля 33 копейки и штраф в сумме 14 463 рубля 45 копеек; установлена неуплата налога на доходы физических лиц за 2015 год в результате занижения налоговой базы в сумме 227 463 рубля, начислены пени в сумме 25 994 рубля 48 копеек и штраф в сумме 5 604 рубля 68 копеек; установлено совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 119 НК РФ, в виде непредставления в срок, установленный НК РФ налоговых деклараций по НДС за 2 квартал 2014 года - 4 квартал 2015 года в налоговый орган по месту учета, назначен штраф в сумме 22 360 рублей 13 копеек. Решением Управления ФНС России по Ивановской области от 05.09.2017 года апелляционная жалоба истца на решение межрайонной инспекции ФНС России №3 по Ивановской области была оставлена без удовлетворения. Истец считает, что оспариваемыми решениями налоговых органов он неправомерно привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения, неправомерно установлена неуплата и определена задолженность по уплате налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц, неправомерно начислены пени и штраф. По мнению истца, вывод налогового органа об осуществлении им предпринимательской деятельности не соответствует обстоятельствам, установленным в результате выездной налоговой проверки, поскольку данный вывод был сделан на основе деятельности ИП Ф., которая использовала спорные объекты в предпринимательских целях. Функциональное назначение недвижимого имущества, по мнению истца, не является самодостаточным условием для признания деятельности собственника такого объекта в качестве предпринимательской, а должно оцениваться наряду с иными обстоятельствами, такими, как основание приобретения имущества, наличие навыков хозяйственной деятельности, хозяйственный учет операций и так далее. Условия договоров аренды АЗС №4… от 30.11.2012 года, №… от 01.11.2013 года, №… от 01.10.2014 года, рассмотренные работниками налогового органа как подтверждающие признаки осуществления истцом предпринимательской деятельности, таковыми не являются, и свидетельствуют об обратном. Указание в пункте 1.4 данных договоров на функциональное назначение арендуемого имущества (розничная торговля нефтепродуктами) определяет вид деятельности арендатора имущества, и не устанавливает каких-либо обстоятельств по отношению к арендодателю и его деятельности. Наличие в договорах аренды условий о сроках их действия, основаниях изменения или расторжения договоров воспринимаются работниками налогового органа как возможные риски, подлежащие учету при осуществлении предпринимательской деятельности. Однако указанные условия договоров являются обычными условиями, присутствующими в иных договорах, в том числе, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Условия договоров аренды, по мнению истца, свидетельствует об отсутствии у него основополагающей цели предпринимательской деятельности - систематического, применительно к арендным правоотношениям, ежемесячного получения прибыли от использования имущества, отсутствии финансовых и хозяйственных рисков, характерных для предпринимательской деятельности, а также непринятии каких-либо минимальных правовых мер для защиты своих интересов. Акты на выполнение работ-услуг (аренда АЗС Остапово) составлены арендатором – ИП Ф., поскольку их наличие было необходимо для документальной отчетности в связи с ее предпринимательской деятельностью. Составление данных актов является обычным требованием, характерным и для иных обязательств, в том числе, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Осуществление ИП Ф. деятельности на автозаправочном комплексе с использованием ККТ и труда наемных работников не имеет к истцу никакого отношения, не подтверждает факт осуществления им предпринимательской деятельности. Декларирование истцом в налоговых декларациях по налогу на доходы физических лиц за 2010-2015 гг. доходов в виде арендной платы не подтверждает факт осуществления истцом предпринимательской деятельности, а свидетельствует о надлежащем исполнении им требований законодательства в отношении представления налоговых деклараций, отражения в них получаемых доходов и уплате соответствующих сумм налога на доходы физических лиц. Также по изложенным выше основаниям истец считает, что он незаконно привлечен к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения при сдаче в аренду ИП Ф. нежилых помещений, расположенных по адресу: …. Истец не согласен с утверждением налогового органа о том, что сделки по сдаче в аренду ИП Ф. АЗС и нежилых помещений взаимосвязаны между собой. Земельный участок и автозаправочная станция были получены истцом в 2006 году в порядке наследования после смерти отца Д. Торговые павильоны были приобретены истцом в 2005 году на основании договора купли продажи от 20.06.2005 года. В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 18.11.2004 года в тех случаях, когда не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя лицо приобрело для личных нужд жилое помещение или иное недвижимое имущество либо получило его по наследству или по договору дарения, но в связи с отсутствием необходимости в использовании этого имущества временно сдало его в аренду или внаем и в результате такой гражданско-правовой сделки получило доход (в том числе в крупном или особо крупном размере), содеянное им не влечет уголовной ответственности за незаконное предпринимательство. Истец при проведении проверки в ходе допросов указывал, что у него не имелось намерений осуществлять предпринимательскую деятельность, поскольку у него была постоянная работа по своей специальности электромонтера в МУП ОК и ТС г.Шуи, он является пенсионером, пожилым человеком и не имеет ни образования, ни навыков предпринимательской деятельности. Имущество истец передал членам своей семьи, а именно Ф., которая, будучи зарегистрированной в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляла фактическую предпринимательскую деятельность с использованием этого имущества. У истца не было намерений получать доход от передачи имущества Ф., поскольку она член семьи истца, близкий человек, в семье они оказывают друг другу помощь, как личную, так и финансовую. Заключение договоров аренды имущества было произведено по просьбе Ф. для надлежащего документального оформления ее деятельности, являлось формальным, поскольку никаких полномочий арендодателя истцом не осуществлялось, он не контролировал использование имущества, полностью доверяя Ф., денежные средства именно в виде арендной платы он также фактически не получал, налоговые декларации заполнялись и предоставлялись с помощью Ф., налог на доходы от аренды также уплачивался ей от имени истца. Факт направления налоговой инспекцией истцу информационного письма №2282 от 21.09.2016 года с предложением регистрации в качестве индивидуального предпринимателя не подтверждает осуществления предпринимательской деятельности. Истец никогда не скрывал от налоговых органов, что принадлежащее ему недвижимое имущество было сдано в аренду, предоставляя налоговые декларации по налогу на доходы физических лиц за 2010-2015 гг., уплачивая соответствующие суммы налога на доходы физических лиц. Со стороны самого налогового органа, рассматривавшего в установленном законом порядке налоговые декларации, никаких претензий не имелось. Также истец полагает, что в данном случае отсутствует взаимозависимость между ним и Ф. на основании пункта 7 статьи 105.1 НК РФ через Д., а также в связи с особыми условиями ведения предпринимательской деятельности, сложившимися в семье между взаимозависимыми лицами. Истец полагает, что факт взаимозависимости может быть установлен судом, а не налоговым органом. Для признания взаимозависимости лиц необходимо установление влияния, заключающегося в возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами (пункт 1 статьи 105.1 НК РФ). Сам по себе факт наличия семейных связей между лицами не предопределяет влияния на принимаемые решения. Кроме этого, истец считает, что налоговым органом неправильно определен размер дохода, полученного от продажи АЗС. В ходе налоговой проверки был представлен договор купли-продажи земельного участка и автозаправочного комплекса, заключенный 01 октября 2015 года между истцом (продавец) и К. (покупатель), по условиям которого К. были проданы данные объекты по цене 3500000 рублей, в том числе автозаправочный комплекс по цене 3200000 рублей, земельный участок - 300000 рублей. Пунктом 6 договора сторонами был предусмотрен следующий порядок расчета: до подписания договора покупатель выплатил продавцу 3000000 рублей, оставшуюся сумму в 500000 рублей покупатель обязался выплатить до 01 ноября 2015 года. При этом определено, что до полного расчета земельный участок и объект недвижимости не считаются находящимися в залоге у продавца. Государственная регистрация перехода права собственности на земельный участок и автозаправочную станцию была произведена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ивановской области 14 октября 2015 года. Однако, фактически автозаправочный комплекс и земельный участок были проданы истцом за 3000000 рублей, наличие платежных документов, подтверждающих уплату покупателем по договору денежных средств в размере 500000 рублей, налоговым органом не установлено. Показания ИП К., полученные при проведении выездной налоговой проверки, не могут подменить собой платежные документы об уплате товара и являются недостаточными для выводов о получении истцом денежных средств по договору в размере 3500000 рублей, а также о занижении налоговой базы, начислении пени и применения штрафных санкций в данной части. Данный свидетель является заинтересованным участником сделки. При этом, истец считает, что налоговым органом неправомерно не приняты доказательства, подтверждающие его расходы, а именно договоры, заключенные с ООО «37 Регион», ИП Я., ООО «Металл-Альянс», ИП Е. В отношениях с указанными лицами истец действовал как добросовестный потребитель, поэтому нарушение требований законодательства с их стороны, по мнению истца, не может являться основанием для непринятия полученных от них документов по расходам.

В судебное заседание административный истец ФИО4, будучи уведомленным надлежащим образом, не явился, доверил представление своих интересов ФИО1 

В судебном заседании представитель административного истца ФИО1 в полном объеме поддержал доводы иска, пояснив, что в ходе рассмотрения дела административными ответчиками не представлено доказательств правомерности вынесенного решения о привлечении ФИО4 к налоговой ответственности. При этом, представитель административного истца настаивал на исковых требованиях к двум ответчикам - Управлению ФНС России по Ивановской области и Межрайонной ИФНС России №3 по Ивановской области. 

В судебном заседании представители административных ответчиков, Управления ФНС России по Ивановской области и Межрайонной ИФНС России №3 по Ивановской области, ФИО2 и ФИО3 возражали против удовлетворения административного иска, в полном объеме поддержали отзывы, представленные в материалы дела. 

В соответствии ст. ст. 150, 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) дело рассмотрено в отсутствие административного истца ФИО4, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства в порядке главы 9 КАС РФ.

Суд, заслушав пояснения лиц, показания свидетелей, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период с сентября 2006 года по октябрь 2015 года ФИО4 являлся собственником автозаправочной станции (далее – АЗС), находящейся по адресу: …, а также земельного участка под АЗС, расположенного по вышеуказанному адресу. Указанные объекты получены ФИО4 в порядке наследования по закону после смерти своего отца Д. (том 1 л.д. 54,55).

Являясь собственником вышеуказанного имущества, ФИО4, в период с 2012 года по 2015 год сдавал его в аренду путем заключения договоров аренды АСЗ с ИП Ф.: № … от 30.11.2012 года (том 1 л.д.48), № … от 01.11.2013 года (том 1 л.д.49), № … от 01.10.2014 года. Стоимость аренды составляла 200 рублей в месяц, могла оплачиваться в любой период действия договора. По указанным договорам ФИО4 в качестве арендной платы были получены денежные средства в общем размере 6600 рублей, что подтверждается актами на выполнение работ-услуг от 30.12.2013 года, от 30.12.2014 года, от 20.09.2015 года (том 1 л.д. 39,40,43).

Кроме этого, с 10 февраля 2009 года ФИО4 на праве собственности принадлежат два торговых павильона, расположенных по адресу: …, общей площадью … кв.м., лит.Б, кадастровый (условный номер) …, № …, общей площадью … кв.м., лит. В, кадастровый (условный номер) …..

Указанные нежилые помещения в период времени с 2012 года по 2015 год, а также в более ранние периоды, по договорам аренды нежилых строений были предоставлены ФИО4 во временное пользование ИП Ф.: № … от 31.10.2012 года (том 1 л.д.45); №… от 01.10.2013 года (том 1 л.д.46); №… от 01.09.2014 года (том 1 л.д.47). Размер арендной платы составлял 500 рублей в месяц, оплата могла производиться единовременно в любой период действия договора и оформлялась соответствующими документами. По указанным договорам ФИО4 в качестве арендной платы была получена денежная сумма в общем размере 18000 рублей, что подтверждается актами на выполнение работ услуг от 30.12.2013 года, от 30.12.2014 года, от 30.12.2015 года (том 1 л.д. 41,42,44). 

Указанные доходы ФИО4 были отражены в налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц (по форме 3-НДФЛ) за 2013,2014,2015 г.г. (том 1 л.д. 25-30).

На основании решения заместителя начальника Межрайонной инспекции ФНС России №3 по Ивановской области от 29.12.2016 года №15 в отношении истца ФИО4 в период с 29.12.2016 года по 04.04.2017 года была проведена выездная налоговая проверка по вопросам уплаты НДС и НДФЛ за период с 01.01.2013 года по 31.12.2015 года.

По результатам проведенной проверки принято решение № 7 от 30.06.2017 года о привлечении ФИО4 к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 НК РФ, а именно: установлена неуплата налога на добавленную стоимость в результате занижения налоговой базы за период с 01.01.2013 года по 31.12.2015 года в общей сумме 580 428 рублей, начислены пени в сумме 97862 рубля 33 копейки и штраф в сумме 14 463 рубля 45 копеек; установлена неуплата налога на доходы физических лиц за 2015 год в результате занижения налоговой базы в сумме 227 463 рубля, начислены пени в сумме 25 994 рубля 48 копеек и штраф в сумме 5 604 рубля 68 копеек; а также установлено совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 119 НК РФ, в виде непредставления в срок, установленный НК РФ налоговых деклараций по НДС за 2 квартал 2014 года - 4 квартал 2015 года в налоговый орган по месту учета, назначен штраф в сумме 22 360 рублей 13 копеек.

Выводы налогового органа о привлечении ФИО4 к налоговой ответственности основаны на установленных в ходе выездной налоговой проверки обстоятельствах о том, что приобретенное ФИО4 недвижимое имущество – АЗС и нежилые помещения, не предназначено для личного семейного и иного подобного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью; имущество сдавалось ФИО4 в аренду индивидуальному предпринимателю; договоры аренды нежилых помещений заключались ФИО4 с одним и тем же индивидуальным предпринимателем неоднократно в течение нескольких налоговых периодов; арендатор в проверяемом периоде нес расходы по содержанию арендованного у имущества; ФИО4 систематически (ежегодно) получал доходы от сдачи в аренду указанных нежилых помещений. С учетом данных обстоятельств, налоговый орган пришел к выводу, что договоры аренды в части использования указанных нежилых помещений и АЗС заключены с целью использования их по прямому назначению, или сдаче в субаренду, то есть для использования в производственной деятельности арендатором, а также на систематическое получение ФИО4 дохода. Учитывая факт использования ФИО4 спорного имущества в предпринимательской деятельности, налоговый орган пришел к выводу о том, что ФИО4 является плательщиком НДС, а доход от сделки купли-продажи АЗС и земельного участка подлежит обложению налогом на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) без применения к нему имущественного налогового вычета. Налоговой проверкой установлен факт получения ФИО4 дохода в сумме 3500000 рублей от продажи АЗС ИП К., в связи с чем налоговая инспекция включила в облагаемую базу при исчислении НДФЛ доход в сумме 3 500 000 рублей. При этом, со стороны ФИО4 в ходе проведения выездной налоговой проверки не было представлено доказательств несения расходов, на сумму которых можно было бы уменьшить полученный доход. 

Не согласившись с решением Межрайонной ИФНС России № 3 по Ивановской области ФИО4 обратился в Управление ФНС России по Ивановской области с апелляционной жалобой, по результатам рассмотрения которой заместителем руководителя Управления 05 сентября 2017 года принято решение об отказе ФИО4 в удовлетворении жалобы ( том 1 л.д. 75-81).

Не согласившись с решением Межрайонной ИФНС России № 3 по Ивановской области, а также с решением Управления ФНС России по Ивановской области, ФИО4 обратился в суд с настоящим административным иском. 

В соответствии с ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В силу толкования части 9 статьи 226, частей 2, 3 статьи 227 КАС РФ основанием для признания оспариваемого решения государственного органа незаконным является его несоответствие требованиям закона или иного нормативного правового акта, регулирующих спорные правоотношения, несоблюдение компетенции и порядка принятия решения, а также нарушение принятым решением прав, свобод и законных интересов лиц, в интересах которых подано заявление.

Нормами ст. 138 НК РФ установлено, что акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц могут быть обжалованы в вышестоящий налоговый орган и (или) в суд в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом и соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

В силу статьи 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

Аналогичная норма содержится в части 1 статьи 3 НК РФ.

Статьей 87 НК РФ налоговые органы проводят камеральные и выездные налоговые проверки налогоплательщиков, целью которых является контроль за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах.

В силу положений п. 1 ст. 45, ст. 228 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Из статьи 608 Гражданского кодекса РФ следует, что право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику, который может являться как физическим, так и юридическим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 23 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

На основании пункта 4 статьи 23 Гражданского кодекса РФ, гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 настоящей статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила настоящего Кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свои риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

На основании ст. 11 НК РФ, индивидуальные предприниматели - физические лица, зарегистрированные в установленном порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, главы крестьянских (фермерских) хозяйств. Физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, но не зарегистрировавшиеся в качестве индивидуальных предпринимателей в нарушение требований гражданского законодательства Российской Федерации, при исполнении обязанностей, возложенных на них настоящим Кодексом, не вправе ссылаться на то, что они не являются индивидуальными предпринимателями.

Таким образом, закон связывает необходимость регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя с осуществлением им особого рода деятельности. Регистрация физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей соответствует целям предпринимательской деятельности и, в свою очередь, обеспечивает контроль за соблюдением индивидуальными предпринимателями законодательства, в том числе и в области налогообложения. Осуществление фактической предпринимательской деятельности без специальной регистрации ставит в заведомо неравное положение осуществляющих такую деятельность граждан с зарегистрированными индивидуальными предпринимателями, с одной стороны, и с другими гражданами, которые такой деятельностью не занимаются. Указанное противоречит как содержанию, так и целям приведенных норм гражданского законодательства, а также принципам равенства участников гражданских правоотношений (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и равенства налогообложения (пункт 1 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации).

Как следует из договоров аренды нежилых строений № … от 31.10.2012 года, № … от 01.10.2013 года, № … от 01.09.2014 года, арендатор (ИП Ф.) вправе использовать нежилые помещения, расположенные по адресу: …, по собственному усмотрению, в том числе заключать договоры субаренды с третьими лицами для получения коммерческой выгоды. Срок указанных договоров аренды составлял 11 месяцев, размер арендной был равен 500 рублей ежемесячно, при этом, оплата могла производиться единовременно в любой период действия договора. Арендная плата за спорный период времени была получена ФИО4 в полном объеме, что подтверждается имеющимися в материалах дела расходными кассовыми ордерами и актами на выполнение работ-услуг (том 1 л.д. 31,34,38,41,42,44). Также в ходе выездной налоговой проверки установлено, что нежилые помещения по указанному адресу были предоставлены ИП Ф. по договору субаренды ИП Т. и ИП Р. Данные обстоятельства стороной истца не оспаривались. 

По договорам аренды АЗС № … от 30.11.2012 года, № … от 01.11.2013 года, № … от 01.10.2014 года ФИО4 во временное пользование ИП Ф. была передана АСЗ, расположенная по адресу: …. АЗС предназначена для розничной торговли нефтепродуктами. Размер арендной платы составил 200 рублей в месяц, оплата могла производиться единовременно в любой период действия договора. Срок указанных договоров аренды составлял 11 месяцев. 

В ходе выездной налоговой проверки установлено, что Ф. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 25.11.2004 года. Основным видом деятельности является торговля розничная, оптовая моторным топливом в специализированных магазинах (ОКВЭД 47.30). Дополнительными видами деятельности являются: производство готовых текстильных изделий, кроме одежды (ОКВЭД 13.92), торговля оптовая галантерейными изделиями (ОКВЭД 46.41.2), торговля розничная предметами культового и религиозного назначения, похоронными принадлежностями в специализированных магазинах (ОКВЭД 47.78.4), аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом (ОКВЭД 68.20.2), операции с недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (ОКВЭД 68.3), аренда и лизинг прочих машин и оборудования и материальных средств (ОКВЭД 77.3). 

В судебном заседании Ф., допрошенная в качестве свидетеля, также подтвердила, что она использовала АЗС для осуществления основного вида предпринимательской деятельности – торговли моторным топливом. Кроме этого, данный свидетель пояснил, что деятельностью АЗС руководила только она, ФИО4 никакого участия в этом не принимал. В то же время, пояснила, что текущим ремонтом АЗС занимался ФИО4, будучи собственником данного объекта. 

С учетом указанного, суд считает, что договоры аренды, заключенные ФИО4 с ИП Ф., предусматривают периодичность платежей за пользование имуществом. При этом, указание административного истца на незначительный размер арендной платы, в данном случае правового значения не имеет. Нежилое помещение, а также автозаправочная станция, в силу своих характеристик не может рассматриваться как объект, использование которого осуществляется для личных нужд. При этом, довод представителя административного истца о том, что налоговым органом не учтено отсутствие в договорах аренды нежилых строений и АЗС мер, связанных с обеспечением исполнения обязательств (глава 23 ГК РФ); мер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по договорам (глава 25 ГК РФ); обязанности арендатора по ежемесячному внесению арендной платы, отсутствуют конкретные сроки ее уплаты, определение сроков и размера платежей отнесены к произвольному усмотрению арендатора (пункт 3.1 договоров), а также то, что обязанности сторон по договорам урегулированы в крайне незначительном объеме, что не соответствует обычным правоотношения аренды недвижимости между субъектами предпринимательской деятельности, не опровергает вывод о систематическом получении ФИО4 дохода от сдачи имущества в аренду, а также не свидетельствует об отсутствии рисков для ФИО4, связанных с осуществлением деятельности по сдаче имущества в аренду. В силу положений ст. 421 Гражданского кодекса РФ стороны свободны в заключении договора. В то же время, ответственность за нарушение условий договора прямо предусмотрена законодательством, а стороны в договоре условия об ответственности, сроках внесения арендной платы, мерах обеспечения исполнения обязательств могут либо предусмотреть применительно к конкретной ситуации, либо не указывать на это. 

Таким образом, судом установлено, что в данном случае имелось решение собственника (ФИО4) о заключении сделки по сдаче имущества в аренду другому лицу (ИП Ф.); получаемая прибыль, связанная с исполнением договора аренды, носила периодический характер. При этом, по мнению суда, риск выражался в связанных с этой деятельностью возможных негативных последствиях в связи с исполнением договора, эксплуатацией арендованного имущества другим лицом и неполучением арендной платы по договору. Доводы об обратном не нашли своего подтверждения в судебном заседании. 

Ссылка в иске на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 2 Постановления Пленума № 23 от 18.11.2004 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем», согласно которой, в тех случаях, когда не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя лицо приобрело для личных нужд жилое помещение или иное недвижимое имущество либо получило его по наследству или по договору дарения, но в связи с отсутствием необходимости в использовании этого имущества временно сдало его в аренду или внаем и в результате такой гражданско-правовой сделки получило доход (в том числе в крупном или особо крупном размере), содеянное им не влечет уголовной ответственности за незаконное предпринимательство, судом признается несостоятельной. Данная ссылка приведена вне контекста рассматриваемых правоотношений. В данном Постановлении Пленума рассматриваются вопросы правильного применения законодательства об уголовной ответственности за преступления в сфере экономической деятельности, предусмотренные статьями 171, 174 и 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, как на то указано в преамбуле данного Постановления Пленума, и не содержатся позиции в связи с гражданско-правовыми или налоговыми правоотношениями, в том числе и привлечением к налоговой ответственности. Порядок и условия привлечения налогоплательщиков к налоговой ответственности, самостоятельной и не сопряженной с другими видами ответственности, определены в главе 15 Налогового кодекса Российской Федерации.

При этом, если исходить из позиции административного истца о том, что в семье истца существует взаимопомощь, денежные средства, получаемые ИП Ф., от использования имущества, принадлежащего ФИО4, остаются в семье и расходуются на нужды семьи, то с этой позицией согласуются показания свидетеля А., допрошенной в ходе проведения выездной налоговой проверки. Данный свидетель пояснила, что изначально АЗС строилась для осуществления предпринимательской деятельности семьей Ф-вых. В создании АЗС участвовала сама А. с бывшим супругом Д. (сыном административного истца), отец А. – С. и административный истец ФИО4 В собственность Д. данный объект попал после расторжения брака между А. и Д., а уже затем по наследству перешел в собственность ФИО4 

В отношении позиции стороны административного истца об отсутствии взаимозависимости в сделках аренды недвижимого имущества суд отмечает следующее. 

В соответствии с п.1 ст. 105.1 НК РФ, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения. Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии с настоящей статьей.

Согласно п.п.11 п.2 ст.105.1 НК РФ взаимозависимыми лицами, в том числе, признаются: физическое лицо, его супруг (супруга), родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры, опекун (попечитель) и подопечный, а в соответствии с п.7 этой же статьи суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 2 настоящей статьи, если отношения между этими лицами обладают признаками, указанными в пункте 1 настоящей статьи.

Как установлено судом и не оспаривалось административным истцом, Ф. в спорный период времени являлась супругой сына административного истца – Д. (том 2 л.д.15-17). С учетом данных обстоятельств, налоговый орган в своем решении пришел к выводу о наличии признака взаимозависимости между ФИО4 и Ф. в договорах аренды нежилых помещений и АЗС. Суд полагает, что данный вывод не противоречит положениям ст. 105.1 НК РФ и основан на собранных налоговым органом доказательствах, полученных в ходе выездной налоговой проверки. 

При этом, суд считает, что экономическая обоснованность при совершении сделок между ФИО4 и Ф. в соответствии с п. 1 ст. 105.1 Налогового кодекса РФ заключается в установлении невысокого размера арендной платы, а также в получении ИП Ф. дохода от сдачи имущества в субаренду третьим лицам (ИП Р. и ИП Т.) за большую плату (1000 рублей в месяц) (том 2 л.д. 160-161, л.д.9, 10 решения МИФНС России № 3 по Ивановской области), и в возможности получать доход от использования АЗС по прямому назначению. 

На основании ст. 143 НК РФ, налогоплательщиками налога на добавленную стоимость (далее в настоящей главе - налогоплательщики) признаются индивидуальные предприниматели.

В соответствии со ст. 146 НК РФ, объектом налогообложения признаются следующие операции: реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

На основании ст. 168 НК РФ, при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик (налоговый агент, указанный в пунктах 4 и 5 статьи 161 настоящего Кодекса) дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму налога.

В соответствии со ст. 208 НК РФ, для целей настоящей главы (налог на доходы физических лиц) к доходам от источников в Российской Федерации относятся доходы от реализации: недвижимого имущества, находящегося в Российской Федерации; иного имущества, находящегося в Российской Федерации и принадлежащего физическому лицу;

На основании ст. 209 НК РФ, объектом налогообложения признается доход, полученный налогоплательщиками от источников в Российской Федерации.

В силу положений ст. 210 п. 1 НК РФ, при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 настоящего Кодекса.

Как следует из содержания пп. 1 п. 1 ст. 223 НК РФ, в целях настоящей главы, если иное не предусмотрено пунктами 2 - 5 настоящей статьи, дата фактического получения дохода определяется как день выплаты дохода, в том числе перечисления дохода на счета налогоплательщика в банках либо по его поручению на счета третьих лиц - при получении доходов в денежной форме.

Таким образом, поскольку спорные помещения использовались ФИО4 в предпринимательской деятельности, то доход, полученный от осуществления предпринимательской деятельности в виде сдачи в аренду и реализации имущества, подлежит обложению налогом на доходы физических лиц и налогом на добавленную стоимость.

То обстоятельство, что ФИО4 не прошел регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя, не исключает определения указанной деятельности как предпринимательской по своему содержанию. Согласно положениям статей 8 и 9 Гражданского кодекса РФ регистрация носит для предпринимателей обязательный, но, в то же время, заявительный характер. 

Также судом установлено, что 01 октября 2015 года ФИО4 по договору купли-продажи продал земельный участок с расположенной на нем автозаправочной станцией К. Стоимость земельного участка согласована сторонами в размере 300000 рублей, стоимость АЗС – в размере 3200000 рублей. Расчет между сторонами определен следующим образом: К. до подписания договора передает ФИО4 денежную сумму в размере 3000000 рублей, оставшуюся сумму в размере 500000 рублей К. обязалась передать до 01.11.2015 года. До полного расчета между сторонами продаваемые объекты не считаются находящимися в залоге у продавца (ФИО4). 

С учетом условий данного договора, принимая во внимание то, что К. в декларации за 2015 год задекларированы расходы в сумме 3500000 рублей, а также принимая во внимание вывод налогового органа о ведении ФИО4 предпринимательской деятельности, административным ответчиком ФИО4 был доначислен НДФЛ на сумму 3500 000 рублей, что также следует из оспариваемого решения МИФНС России № 3 по Ивановской области. 

Административный истец не согласен с данным выводом налогового органа, считает, что им необоснованно в расчет взята сумма в размере 3500 000 рублей, поскольку от К. он получил лишь денежную сумму в размере 3000000 рублей, а сумма в размере 500000 рублей не выплачена до настоящего времени. По мнению представителя административного истца, ответчиком не доказан факт получения ФИО4 дохода в размере 3500 000 рублей. 

Из показаний допрошенной в судебном заедании в качестве свидетеля К. следует, что она полностью расплатилась с ФИО4 за приобретенные объекты по договору купли-продажи от 01.10.2015 года. При этом, денежная сумма в размере 500000 рублей была передана ей ранее установленного в договоре срока – 01.11.2015 года. Деньги передавались в кабинете К. на пилораме х. Мольки Шуйского района. При передаче денег, кроме ФИО4, присутствовал его сын – Д. Передача денег оформлялась распиской, однако данная расписка не сохранилась, поскольку прошел длительный период времени и расчеты были совершены в полном объеме. 

Позиция представителя административного истца в данном случае основана на том, что административным ответчиком не представлена расписка о получении ФИО4 денежной суммы в размере 500000 рублей. Между тем, со стороны административного истца, кроме пояснений о том, что денежные средства им не были получены, других доказательств, опровергающих выводы налоговой инспекции о получении ФИО4 дохода в общей сумме 3500 000 рублей, представлено не было. Вопреки позиции представителя административного истца, обязанность доказать факт нарушения оспариваемым решением прав и законных интересов административного истца, лежит на самом истце. На протяжении почти двух лет с момента заключения договора купли-продажи от 01.10.2015 года со стороны ФИО4 не имелось никаких претензий к К. по поводу непоступления оплаты по договору, с иском в суд о взыскании с К. денежных средств по вышеуказанному договору он не обращался. Представленная стороной административного истца претензия была направлена в адрес К. уже в период рассмотрения дела. При этом, из показаний ФИО4, оформленных в ходе проведения выездной налоговой проверки протоколом № 12 допроса свидетеля от 20.02.2017 года следует, что он не помнит, оформлялись ли расписки при передаче денежных средств, и были ли денежные средства получены им в полном объеме. 

Исходя из условий договора купли – продажи земельного участка с расположенной на нем автозаправочной станцией от 01.10.2015 года относительно стоимости продаваемых объектов недвижимости, заключенного между ФИО4 и К., прошедшего в установленном законом порядке государственную регистрацию, учитывая задекларированный К. размер расходов за 2015 год в сумме 3500 000 рублей, учитывая, в том числе, показания свидетеля К., а также учитывая то, что со стороны административного истца не представлено доказательств неполучения им дохода в сумме 3500 000 рублей, суд приходит к выводу, что решение МИФНС России № 3 по Ивановской области в части доначисления ФИО4 НДФЛ является законным и обоснованным.

Доводы административного истца о неправомерности отказа административного ответчика в принятии расходов по содержанию недвижимого имущества в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения. 

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 210 НК РФ при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды. Для доходов, в отношении которых предусмотрена налоговая ставка, установленная пунктом 1 статьи 224 НК РФ (13 %) налоговая база определяется как денежное выражение таких доходов, подлежащих налогообложению, уменьшенных на сумму налоговых вычетов, предусмотренных ст. ст. 218 - 221 НК РФ.

В силу п.п. 1 пункта 1 статьи 220 НК РФ при определении размера налоговой базы налогоплательщик имеет право на получение имущественных налоговых вычетов, в том числе при продаже имущества, а также доли (долей) в нем. При этом пп. 4 пункта 2 статьи 220 НК РФ установлено, что указанный вычет не применяется в отношении доходов, полученных от продажи недвижимого имущества, которое использовалось в предпринимательской деятельности.

В соответствии со статьей 221 НК РФ при исчислении налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 НК РФ право на получение профессиональных налоговых вычетов имеют налогоплательщики, указанные в пункте 1 статьи 227 НК РФ, в сумме фактически произведенных ими и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов.

При этом состав указанных расходов, принимаемых к вычету, определяется налогоплательщиком самостоятельно в порядке, аналогичном порядку определения расходов для целей налогообложения, установленному главой «Налог на прибыль организаций».

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком, а именно экономически оправданные затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. То есть, условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены. При этом обязанность по доказыванию экономической обоснованности произведенных расходов и их взаимосвязь с деятельностью, направленной на получение дохода, законодателем возложена на налогоплательщика.

Административный истец в иске оспаривает отказ налогового органа в принятии расходов по оплате приобретенных материалов и (или) оплате ремонтных работ со стороны ООО «37 Регион», ИП Я., ООО «Металл-Альянс», ИП К. Между тем, налоговой инспекцией в ходе выездной налоговой проверки было установлено, что ФИО4 не представлено документов, подтверждающих факт оплаты приобретенных товаров у ООО «37 Регион», ИП Я., ООО «Металл-Альянс», ИП К.

Так, налоговой инспекцией при исчислении налоговой базы по НДФЛ в составе профессиональных налоговых вычетов не приняты заявленные ФИО4 расходы в размере 459 877 руб. и 776 140 руб., уплаченные ООО «37 Регион» по квитанциям к приходно-кассовым ордерам № 1 от 01.08.2013г. и № 2 от 03.06.2013г. Во всех вышеназванных документах в качестве руководителя ООО «37 Регион» указан А. Однако в соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении данного общества А. был руководителем только до 05.07.2011 года. В период с 06.07.2011 по 04.05.2016 руководителем ООО «37 Регион» являлся М. На основании ст.90 НК РФ в качестве свидетеля был допрошен бывший руководитель ООО «37 Регион» А. (протокол допроса свидетеля №21 от 16.03.2017), который пояснил, что он являлся учредителем и руководителем общества до 05.07.2011 года. М. доверенности на представление интересов ООО «37 Регион» в период 2013-2015 ему не давал. Договоры подряда №… от 03.06.2013 года и №… от 01.08.2013 года от имени ООО «37 Регион» с ФИО4 он не заключал, поскольку не имел на то никаких полномочий. Соответственно он не подписывал и не составлял локальные сметные расчеты №… от 01.08.2013 года и № … от 03.06.2013 года, акты о приемке выполненных работ №… от 03.06.2013 года и №… от 01.08.2013 года, квитанции к приходным кассовым ордерам №1 от 01.08.2013 года на сумму 459877 рублей и №2 от 03.06.2013 года на сумму 776140 рублей. Работы по договорам подряда №… от 03.06.2013 года и №… от 01.08.2013 года им не выполнялись, никаких документов по выполнению данных работ не составлял и не подписывал, платежных документов по данным работам не составлял и не подписывал.

Из протокола допроса ФИО4 № 38 от 29.03.2017г. следует, что с А. не знаком и его никогда не видел, документы по взаимоотношениям с ООО «37 Регион» ему привозили уже с подписью, после чего он их подписывал, как и где передавал денежные средства, не помнит.

С учетом данных обстоятельств, суд находит вывод налоговой инспекции об отказе в принятии расходов, понесенных ФИО4 по договорам, заключенным с ООО «37 Регион» правомерным. 

Анализируя товарные чеки, выданные ФИО4, при покупке цемента у ИП Я., налоговый орган установил, что на них стоит отметка «кассовый чек не предоставляется на основании Федерального закона № 162-ФЗ от 17.07.2009г.». Между тем, Федеральный закон от 17.07.2009 № 162-ФЗ «О внесении изменения в статью 2 Федерального закона «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» предусматривает не применение ККТ только организациями и индивидуальными предпринимателями, являющихся налогоплательщиками единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности, при осуществлении видов предпринимательской деятельности, установленных пунктом 2 статьи 346.26 НК РФ. В то же время, налоговым органом было установлено, что ИП Я. с 2009 года представляет нулевую налоговую отчетность по УСН и в проверяемом периоде не являлся плательщиком ЕНВД, в связи с чем подтверждением факта оплаты товара, отпущенного ФИО4, является кассовый чек. Кроме этого, Я. относится к категории налогоплательщиков, представляющих нулевую отчетность, доходы от предпринимательской деятельности не заявляет. С учетом того, что в ходе налоговой проверки не подтвержден факт реального осуществления предпринимательской деятельности ИП Я. по реализации цемента, в том числе в д. …, и реализации цемента в 2015 году в адрес ФИО4, соответственно, расходы ФИО4 на приобретение данного цемента на основании п.1 ст.252, п.1 ст.221 НК РФ являются документально не подтвержденными, и не могут быть приняты в качестве расходов в уменьшение налоговой базы по НДФЛ.

ИП К. в проверяемом периоде состоял на учете в налоговом органе, применял общепринятую систему налогообложения и не подпадал под исключения, предусмотренные пунктами 2, 2.1, 3 статьи 2 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием электронных средств платежа» для не применения ККТ. В этой связи, налоговый орган пришел к правомерному выводу о том, что товарный чек №43 от 27.06.2013 от ИП К. без первичного документа (кассового чека) не может подтверждать расходы ФИО4

В ходе проверки аналогичные обстоятельства установлены и в отношении ООО «Металл- Альянс».

Суд соглашается с мнением административного ответчика о том, что ФИО4 не проявил должной осмотрительности и осторожности в ходе осуществления им предпринимательской деятельности при выборе контрагентов, что повлекло неблагоприятные для него последствия. Проявление должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента предполагает в данном случае проверку не только правоспособности самого юридического лица, но и полномочий лица, действующего от имени этого юридического лица, подтвержденных удостоверением личности, решением общего собрания или доверенностью.

Административным истцом не представлено доказательств, опровергающих данные выводы налогового органа. Не являются такими доказательствами и показания свидетелей О. и Ф. При этом, свидетель О. пояснила, что ремонтом АЗС занималась Ф., именно она заключала различные договоры на поставку требуемых материалов, ФИО4 в этом не участвовал. 

Согласно части 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате снижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) ли других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 настоящего Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

На основании п. 5 ст. 174 НК РФ, налогоплательщики (в том числе являющиеся налоговыми агентами), а также лица, указанные в пункте 5 статьи 173 настоящего Кодекса, обязаны представить в налоговые органы по месту своего учета соответствующую налоговую декларацию по установленному формату в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи через оператора электронного документооборота в срок не позднее 20-го числа месяца, следующего за истекшим налоговым периодом, если иное не предусмотрено настоящей главой.

В силу части 1 статья 119 Кодекса непредставление в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговой декларации в налоговый орган по месту учета влечет взыскание штрафа в размере 5 процентов не уплаченной в установленный законодательством о налогах и сборах срок суммы налога, подлежащей уплате (доплате) на основании этой декларации, за каждый полный или неполный месяц со дня, установленного для ее представления, но не более 30 процентов указанной суммы и не менее 1 000 рублей.

Порядок и условия привлечения налогоплательщиков к налоговой ответственности, самостоятельной и не сопряженной с другими видами ответственности, определены в главе 15 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 106 Налогового кодекса Российской Федерации налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое настоящим Кодексом установлена ответственность.

Статьей 110 Налогового кодекса Российской Федерации при этом закреплено, что вина в совершении налогового правонарушения может быть как умышленной, так и неосторожной.

Факты занижения ФИО4 налоговой базы, повлекшие не полную уплату сумм налогов, непредставления в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговой декларации подтверждены указанными выше материалами дела.

Таким образом, основания для привлечения ФИО4 к налоговой ответственности имеются. Фактическое осуществление предпринимательской деятельности без установленной законом регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, занижение налоговой базы свидетельствует о наличии вины ФИО4 

На основании ст. 75 НК РФ за несвоевременную уплату налога на добавленную стоимость и НДФЛ ФИО4 правомерно начислены пени. При этом, на основании п.3 ст. 114 НК РФ по ходатайству ФИО4 налоговым органом размер штрафных санкций был снижен в 8 раз. 

Таким образом, судом установлено, что решение №7 от 30.06.2017 года Межрайонной инспекции ФНС России №3 по Ивановской области о привлечении ФИО4 к ответственности за совершение налогового правонарушения вынесено уполномоченным на то органом, в рамках предоставленных органу полномочий, соответствует требованиям законодательства и не нарушает прав и законных интересов административного истца. 

В соответствии с ч.1 ст. 178 КАС РФ суд принимает решение по заявленным административным истцом требованиям.

В ходе рассмотрения дела представитель административного истца настаивал на исковых требованиях, предъявленных также к Управлению ФНС России по Ивановской области. С учетом вышеизложенных выводов, суд считает, что решение Управления ФНС России по Ивановской области, принятое по апелляционной жалобе 05.09.2017 года, которым вышеуказанное решение Межрайонной инспекции ФНС России №3 по Ивановской области оставлено без изменения также вынесено уполномоченным на то органом, в рамках предоставленных органу полномочий, соответствует требованиям законодательства и не нарушает прав и законных интересов административного истца. 

Таким образом в удовлетворении административных исковых требований ФИО4 следует отказать в полном объеме. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО4 в удовлетворении административного иска к Управлению ФНС России по Ивановской области, Межрайонной ИФНС России №3 по Ивановской области о признании незаконными решения МИ ФНС России №3 по Ивановской области №7 от 30 июня 2017 года и решения Управления ФНС России по Ивановской области от 05 сентября 2017 года отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Шуйский городской суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия данного решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: подпись Николаенко Е.А. 

Решение в окончательной форме изготовлено 07 ноября 2017 года.

Председательствующий: подпись Николаенко Е.А. 

Согласовано.

Судья: Е.А.Николаенко