Дело № 2-2574/19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2019 года г. Щелково

Щелковский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Кулагиной И.Ю.,

при секретаре судебного заседания Шариповой О.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО14, ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 ФИО15 к ФИО4 ФИО16, ФИО3 ФИО17 о признании незаконным акта о наложении ареста, освобождении имущества от ареста,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 обратились в Щелковский городской суд Московской области с иском к ФИО4, ФИО3 о признании незаконным акта о наложении ареста, освобождении имущества от ареста.

В обоснование требований указано, что 12 февраля 2019 года судебным приставом-исполнителем Щелковского районного отдела судебных приставов УФССП России по Московской области ФИО5 был наложен арест (произведена опись) на движимое имущество, находящееся в квартире по адресу: 

<

адрес>.

Полагают, что арест имущества произведен незаконно по следующим основаниям: перечисленное в акте имущество должнику ФИО3 не принадлежит, поскольку с 2012 года собственником квартиры по указанному адресу и всего находящегося в нем движимого имущества, является несовершеннолетний ФИО2 Ранее данное имущество принадлежало ФИО1 и ФИО10 В качестве одного из понятых при составлении описи имущества участвовал ФИО6, который, являясь постоянным представителем ФИО4 на возмездной основе, не может быть признан незаинтересованным в исходе исполнительного производства лицом. Имущество, перечисленное в описи, является предметами домашнего обихода, к антикварным вещам не относится, используется членами семьи должника в профессиональной деятельности, в связи с чем, на него не может быть наложен арест для последующего обращения во взыскание.

Просят суд:

- признать незаконным акт о наложении ареста (описи имущества) от 12 февраля 2019 года,

- снять арест (исключить из описи) с имущества в соответствии с актом в полном объеме по 34 наименованиям, наложенный судебным приставом-исполнителем постановлением № от 12 февраля 2019 года, а именно: 

<

данные изъяты>

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО7, действующий на основании доверенности, ФИО3, действующая в качестве законного представителя истца ФИО2, заявленные исковые требования поддержали, просили удовлетворить. Настаивали, что все имущество, вошедшее в опись, ФИО3 не принадлежит.

В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования признала, против удовлетворения иска не возражала.

В судебном заседании ответчик ФИО4 и его представитель ФИО8, действующий на основании доверенности, против удовлетворения иска возражали, поскольку принадлежность спорного имущества истцам достоверно ничем не подтверждена.

Третье лицо судебный пристав-исполнитель Щелковского районного отдела судебных приставов УФССП России по Московской области ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещена.

Представитель Управления опеки и попечительства Министерства образования Московской области по Щелковскому муниципальному району, городским округам Лосино-Петровский и Фрязино ФИО9, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала как соответствующие интересам несовершеннолетнего ребенка.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст.80 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника.

Арест на имущество должника применяется:

1) для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации;

2) при исполнении судебного акта о конфискации имущества;

3) при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у него или у третьих лиц.

Арест имущества должника (за исключением ареста, исполняемого регистрирующим органом, ареста денежных средств и драгоценных металлов, находящихся на счетах в банке или иной кредитной организации, ареста ценных бумаг и денежных средств, находящихся у профессионального участника рынка ценных бумаг на счетах, указанных в статьях 73 и 73.1 настоящего Федерального закона) производится судебным приставом-исполнителем с участием понятых с составлением акта о наложении ареста (описи имущества).

Согласно ст.119 Федерального закона "Об исполнительном производстве", в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", по смыслу статьи 119 Федерального закона "Об исполнительном производстве" при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности невладеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста.

Основанием такого иска будет являться то обстоятельство, что арестованное имущество принадлежит истцу на таком праве, которое исключает реализацию имущества по обязательствам должника, обеспеченным арестом.

В соответствии со ст.304 Гражданского кодекса РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к настоящему гражданскому делу бремя доказывания принадлежности спорного имущества возложено на истцов.

В ходе судебного разбирательства установлено, что на исполнении Щелковского районного отдела судебных приставов находится исполнительное производство № в отношении должника ФИО3 в пользу взыскателя ФИО4, предмет исполнения – взыскание денежных средств.

В рамках данного исполнительного производства 12 февраля 2019 года судебным приставом-исполнителем ФИО5 вынесено постановление № о наложении ареста на имущество должника ФИО3 по адресу: 

<

адрес> (л.д.68).

12 февраля 2019 года судебным приставом-исполнителем был составлен акт о наложении ареста (описи имущества), согласно которому аресту (описи) было подвергнуто следующее имущество: 

<

данные изъяты> всего 34 наименования (л.д.69-72).

Перечисленное имущество оставлено на хранение ФИО1 по адресу: 

<

адрес>

Оценивая доводы истцов о принадлежности спорного имущества, суд полагает их несостоятельными в силу следующего.

Из материалов дела следует, что на основании договора купли-продажи от 04 июня 2012 года несовершеннолетний ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является собственником квартиры по адресу: 

<

адрес> (л.д.46).

Ранее собственниками указанной квартиры являлись ФИО1 и ФИО10

В настоящее время в указанном жилом помещении зарегистрированы ФИО1 (с ДД.ММ.ГГГГ), ФИО10 (с ДД.ММ.ГГГГ), ФИО3 (с ДД.ММ.ГГГГ), ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (с ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.41). 

В силу п.2 ст.31 Жилищного кодекса РФ, члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

В обоснование принадлежности имущества, перечисленного в акте об аресте, несовершеннолетнему ФИО2, истцы ссылаются на акт приема-передачи к договору купли-продажи квартиры (л.д.28).

Между тем, сам по себе данный передаточный акт не подтверждает принадлежность спорного имущества истцу на праве собственности. Кроме того, представленный документ противоречит передаточному акту, представленному сторонами в регистрирующий орган для государственной регистрации перехода права собственности (л.д.111). При этом в договоре купли-продажи квартиры отдельно не оговорено условие, что одновременно с передачей права собственности на жилое помещение к покупателю, то есть ФИО2, переходит право собственности на находящееся на момент заключения сделки в квартире движимое имущество (мебель, предметы интерьера, бытовую технику).

Сам по себе факт нахождения спорного имущества в квартире, принадлежащей на праве собственности ФИО2, не исключает возможность принадлежности указанного имущества кому-либо из лиц, проживающих в квартире и имеющих равное право пользования находящимся там имуществом.

Каких-либо чеков, платежных документов, квитанций, иных документов, подтверждающих приобретение перечисленного в акте об аресте имущества истцами, в материалы дела не представлено.

При этом достоверных доказательств того, что описанные предметы необходимы исключительно для удовлетворения потребностей несовершеннолетнего ФИО2, также не представлено.

К представленным на листе дела 105 копиям бирок ювелирных изделий и чеков, суд относится критически, поскольку соотнести данные предметы с имуществом, перечисленным в акте об аресте (

<

данные изъяты>.), не представляется возможным.

К представленной истцом ФИО1 инвентарной карточке (л.д.108) суд также относится критически, поскольку данный документ не подтверждает, что перечисленная в нем оргтехника находилась в квартире по адресу: 

<

адрес> и вошла в акт об аресте (опись имущества).

При этом данные документы представлены в виде незаверенных копий, оригиналы на обозрение суда не предоставлялись, в связи с чем, не могут быть приняты в качестве достоверного доказательства по делу, в соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Довод истцов о том, что акт об аресте является незаконным, поскольку один из понятых - ФИО6 – является заинтересованным в исходе исполнительного производства лицом, судом отклоняется по следующим основаниям.

Согласно ст.59 Федерального закона «Об исполнительном производстве», участие понятых обязательно при совершении исполнительных действий и применении мер принудительного исполнения, связанных с вскрытием нежилых помещений, занимаемых должником или другими лицами либо принадлежащих должнику или другим лицам, жилых помещений, занимаемых должником, осмотром имущества должника, наложением на него ареста, а также с изъятием и передачей указанного имущества.

В качестве понятых могут быть приглашены любые дееспособные граждане, достигшие возраста восемнадцати лет, не заинтересованные в исходе исполнительного производства, не состоящие с лицами, участвующими в исполнительном производстве, в родстве или свойстве, а также не подчиненные и не подконтрольные указанным лицам. Количество понятых не может быть менее двух.

Усматривается, что при составлении акта о наложении ареста 12 февраля 2019 года присутствовали понятые ФИО11 и ФИО6

Сведений о том, что ФИО6 состоит в родстве с взыскателем ФИО4, является подчиненным ему лицом, в материалы дела не представлено. Само по себе то обстоятельство, что ФИО6 является представителем ФИО4 и оказывает ему юридические услуги, не свидетельствует об его заинтересованности в исходе исполнительного производства. Достоверных доказательств того, что ФИО6 получает от истца денежное вознаграждение в зависимости от взысканных судебным приставом-исполнителем с должника сумм, суду не представлено.

При этом отвод понятым должником в ходе исполнительного производства не заявлялся.

Таким образом, оснований считать ФИО6 ненадлежащим понятым не имеется.

Ссылка истцов на положения ст.446 Гражданского процессуального кодекса РФ является необоснованной, поскольку касается имущества, на которое не может быть обращено взыскание, однако в данном случае арест наложен судебным приставом-исполнителем в целях воспрепятствования должнику распорядиться имуществом в ущерб интересам взыскателя. Постановление об обращении взыскания на имущество должника судебным приставом-исполнителем не выносилось.

Кроме того, достоверных и обоснованных доказательств того, что описанное имущество относится к имуществу, на которое не может быть обращено взыскание, в материалы дела не представлено, в нарушение п.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Исходя из изложенного, суд полагает факт принадлежности спорного имущества истцам достоверно не доказанным.

Также суд учитывает, что постановление судебного пристава-исполнителя от 12 февраля 2019 года о наложении ареста на имущество должника (л.д.68) должником не оспаривалось в установленном законом порядке незаконным не признавалось.

Признание исковых требований ответчиком ФИО3 судом не может быть принято на основании п.2 ст.39 Гражданского процессуального кодекса РФ, учитывая, что она одновременно является должником по исполнительному производству и напрямую заинтересована в его исходе.

При таких обстоятельствах, законных оснований для удовлетворения заявленного иска не имеется.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 ФИО18, ФИО2 в лице законного представителя ФИО3 ФИО19 к ФИО4 ФИО20, ФИО3 ФИО21 о признании незаконным акта о наложении ареста, освобождении имущества от ареста – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Московский областной суд через Щелковский городской суд в течение одного месяца.

Председательствующий:

Судья И.Ю. Кулагина.