Судья 1-й инстанции Ермакова М.И. № 22-1941/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

4 июля 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Морозова С.Л., при помощнике судьи Сержант М.А., с участием прокурора Ченченко А.М., обвиняемого ФИО1, защитника – адвоката Шелковникова А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Шелковникова А.И. на постановление Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 23 июня 2025 года, которым в отношении

ФИО1, родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, 

продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 8 месяцев 28 суток, то есть до 25 августа 2025 года,

УСТАНОВИЛ:

уголовное дело возбуждено 25 октября 2024 года в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. 

28 ноября 2024 года ФИО1 задержан в качестве подозреваемого, и в этот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере.

Постановлениями Благовещенского городского суда Амурской области от 29 ноября и 2 декабря 2024 года в отношении ФИО1, соответственно продлен срок задержания на 72 часа и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 23 суток, то есть до 25 декабря 2024 года.

Срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 продлевался постановлениями этого же суда от 23 декабря 2024 года (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Амурского областного суда от 17 января 2025 года) на 1 месяц 26 суток, всего до 2 месяцев 23 суток, то есть до 20 февраля 2025 года; от 17 февраля 2025 года на 2 месяца 5 суток, а всего до 4 месяцев 28 суток, то есть до 25 апреля 2025 года; от 24 апреля 2025 года на 2 месяца, а всего до 6 месяцев 28 суток, то есть до 25 июня 2025 года.

Срок предварительного следствия по уголовному делу продлен 18 июня 2025 года руководителем Восточного межрегионального следственного управления на транспорте СК РФ (с дислокацией в г. Иркутск) на 2 месяца, всего до 10 месяцев, то есть до 25 августа 2025 года. 

18 июня 2025 года следователь по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел (с дислокацией в г. Иркутск) Восточного межрегионального СУ на транспорте СК РФ вынес согласованное с руководителем Восточного межрегионального следственного управления на транспорте СК РФ постановление о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемого ФИО1 на 2 месяца, всего до 8 месяцев 28 суток, то есть по 25 августа 2025 года включительно.

Постановлением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 23 июня 2025 года по результатам рассмотрения указанного ходатайства срок содержания ФИО1 под стражей продлен 2 месяца, всего до 8 месяцев 28 суток, то есть по 25 августа 2025 года. Ходатайство стороны защиты об изменении меры пресечения на иную (запрет определённых действий) оставлено без удовлетворения.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Шелковников А.И. просит изменить постановление суда и избрать ФИО1 запрет определенных действий, так как судом поверхностно изучены представленные материалы и доводы защиты, нарушено уголовно-процессуальное законодательство, в том числе ч. 4 ст. 7, ч. 1 ст. 97, ст. 99, ч. 1 ст. 108, ст. 109, ч. 1 ст. 110 УПК РФ и постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 мая 2025 года № 1 о порядке рассмотрения ходатайства в отношении члена управления коммерческой организации, которому инкриминируется преступление, связанное с осуществлением предпринимательской деятельности. Тяжесть обвинения и возможность назначения лишения свободы на длительный срок, необходимость производства следствия не могут являться достаточными основаниями для продления срока содержания под стражей. Из обвинения следует, что по мнению следователя ФИО1 являясь генеральным директором ООО «Химресурс», совершил хищение денежных средств при выполнении условий договора между коммерческими организациями, то есть при осуществлении предпринимательской деятельности, поэтому обвиняемый подпадает под запрет применения заключения под стражу согласно ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ. Однако суд исходил из того, что необходимость в мере пресечения не отпала и основания ее избрания не изменились. Выводы суда о возможности ФИО1 скрыться и воспрепятствовать производству путем уничтожения доказательств, воздействия угрозами и уговорами на участников судопроизводства дублируют ходатайство следователя, но ничем не подтверждаются. Срок следствия 8 месяцев свидетельствует о волоките в расследовании. Доказательств особой сложности дела, а также, что ФИО1 угрожал участникам судопроизводства или уговаривал их, и что он может скрыться, не представлено. У ФИО1 имеются стойкие социальные связи, 2 малолетних детей, постоянное место жительства и регистрации, положительные характеристики. Единственным основанием продления срока является лишь тяжесть обвинения, что противоречит уголовно-процессуальному законодательству. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции защитник – адвокат Шелковников А.И. и обвиняемый ФИО1 поддержали апелляционную жалобу, просили ее удовлетворить. Дополнительно защитник сообщил о заключении с обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве, согласно ст. ст. 317.1 – 317.3 УПК РФ.

Прокурор Ченченко А.М. возражал удовлетворению апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения, пояснил, что в настоящее время условия досудебного соглашения о сотрудничестве не выполнены.

Изучив представленные материалы, заслушав стороны, проверив доводы апелляционной жалобы, оснований к ее удовлетворению суд апелляционной инстанции не находит, исходя из следующего. 

Выводы суда о наличии предусмотренных законом оснований для содержания под стражей обвиняемого ФИО1 и необходимости продления его срока для выполнения следственных и процессуальных действий, указанных в ходатайстве следователя, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются исследованными в судебном заседании материалами. 

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену постановления суда либо изменение меры пресечения в отношении ФИО1 на более мягкую, не допущено.

В силу ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 настоящего Кодекса.

Суд апелляционной инстанции полагает, что эти требования закона судом первой инстанции соблюдены.

На момент вынесения судом первой инстанции обжалуемого решения ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, относящегося к категории тяжких преступлений, направленного против собственности, ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей внесено с согласия полномочного руководителя следственного органа, вопросы наличия оснований для избрания меры пресечения и отсутствия их изменения или отпадения, судом обсуждены надлежащим образом.

С доводами апелляционной жалобы о том, что ФИО1 предъявлено обвинение о совершении преступления в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, суд апелляционной инстанции согласиться не может, поскольку такой вывод не следует из содержания предъявленного обвинения. 

Оснований, предусмотренных положениями ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, исключающих применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого в совершении преступления в сфере экономики, в том числе предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, при отсутствии исключительных обстоятельств указанных в законе, в отношении обвиняемого не имеется, что подтверждается исследованными судом материалами.

Как видно из протокола судебного заседания судом исследовалось с участием сторон постановление следователя о привлечении в качестве обвиняемого, а также постановление суда об избрании меры пресечения, предметом которого являлся вопрос о том, связано ли обвинение с совершением преступления в сфере предпринимательской деятельности, постановления суда о продлении срока содержания под стражей и решения вышестоящей судебной инстанции, в которых было констатировано, что обвинение не связано с совершением преступления при осуществлении предпринимательской деятельности.

Вновь приводимая защитником оценка обвинения как связанного с совершением преступления в связи с осуществлением предпринимательской деятельности фактически связана с оспариванием выводов, изложенных в судебных решениях об избрании меры пресечения и продлении срока ее действия, то есть постановлений Благовещенского городского суда Амурской области от 2 и от 23 декабря 2024 года, от 17 февраля 2025 года и апелляционных постановлений Амурского областного суда от 25 декабря и от 17 января 2025 года. 

Однако эти судебные решения вступили в законную силу и предметом проверки в настоящее время не являются.

Суд проверил доводы следователя о невозможности закончить производство расследования в установленный ранее срок ввиду необходимости проведения конкретных следственных и процессуальных действий, направленных на окончание предварительного расследования.

Вопреки доводам жалобы объективных данных о волоките и неэффективности производства предварительного следствия в материалах не имеется, таких сведений не представлено и в суд апелляционной инстанции.

Нельзя не согласиться с выводом суда, что основания, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ, не отпали и не изменились в такой степени, которая влечет отмену или изменение меры пресечения в отношении ФИО1

Обоснованность подозрения ФИО1 в совершении преступного деяния, сомнений не вызывает, с учетом исследованных в судебном заседании материалов. При этом в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению на иных стадиях судопроизводства, в том числе о доказанности обвинения суд первой инстанции не вступал.

Выводы о наличии рисков ненадлежащего поведения ФИО1, заключающихся в возможности последнего скрыться от органов следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу путем угроз или уговоров на участников судопроизводства, мотивированы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» вывод о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Поэтому оснований не согласиться с выводами суда о возможности скрыться в отношении ФИО1, которому предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, наказание, за совершение которого предусмотрено исключительно в виде лишения свободы на длительный срок, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Характер этих выводов о возможности ненадлежащего поведения обвиняемого, не свидетельствует о каком-либо нарушении уголовно-процессуального закона, с учетом того, что сущность любой меры пресечения заключается в предотвращении или минимизации негативного поведения в будущем времени.

Тяжесть обвинения учтена правильно, в соответствии со ст. 99 УПК РФ в совокупности с иными сведениями.

Данные о личности ФИО1, в том числе те, на которые вновь указывается в апелляционной жалобе, учтены. 

Судом принято во внимание, что ФИО1 состоит в браке, имеет двоих малолетних детей, имеет постоянное место жительства и регистрации, ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался, положительно характеризуется. Данные об этих обстоятельствах приведены в судебном решении и проанализированы.

Все полученные судом сведения в их совокупности свидетельствуют о необходимости оставить ранее избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу, поскольку в соответствии со ст. 110 УПК РФ основания, учитываемые судом при избрании указанной меры пресечения, на момент рассмотрения судом ходатайства следователя не отпали и не изменились.

Судом обсуждена возможность применения иной меры пресечения. Вывод суда, что в данном случае менее строгая мера пресечения, в том числе запрет определенных действий, не обеспечит надлежащего поведения обвиняемого, и не будет отвечать интересам судопроизводства, является убедительным, поскольку баланс между публичными интересами, связанными с применением самой строгой меры пресечения и важностью права на свободу ФИО1, в данном случае соблюдается.

Волокиты при производстве расследования, безусловно препятствующей продлению срока содержания под стражей, не усматривается. Согласно представленным материалам, продление срока содержания под стражей объясняется объективными причинами, связанными со спецификой и особой сложностью расследования, ввиду характера и обстоятельств инкриминируемого ФИО1 преступления. Следователем перечислены следственные и иные процессуальные действия, которые запланировано провести. В соответствии с конкретными обстоятельствами, объемом запланированных мероприятий, продление срока содержания ФИО1 под стражей является оправданным.

Мера пресечения в виде заключения под стражу в данном случае соразмерна рискам ненадлежащего поведения обвиняемого и тяжести обвинения, в том числе с учетом сведений, представленных в суд апелляционной инстанции о заключении 1 июля 2025 года досудебного соглашения о сотрудничестве, что не исключает возможности принятия иного решения о мере пресечения в дальнейшем, в том числе до истечения установленного судом срока, при наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 110 УПК РФ. 

Фактически доводы защитника связаны с иной оценкой материалов, однако, нарушений закона при оценке представленных доказательств судом не допущено, выводы сделаны в соответствии с требованиями ст. 17 УПК РФ.

Оснований полагать оценку судом представленных доказательств предвзятой и необоснованной, повлекшей неправильное установление судом фактических обстоятельств, не имеется. 

Обстоятельств, препятствующих содержанию ФИО1 под стражей, суд апелляционной инстанции не усматривает, медицинских документов, свидетельствующих о невозможности содержания обвиняемого в условиях следственного изолятора по состоянию здоровья, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 23 июня 2025 года в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Шелковникова А.И. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово). В случае обжалования обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Л. Морозов