дело №2-10/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Каширское 19 марта 2021 года

Каширский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего судьи Лесовика А.Ф., 

при секретаре Калекиной Ю.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Каширского районного суда Воронежской области гражданское дело № 2-10/2021 по иску ФИО3 к ФИО6 о расторжении договора цессии, взыскании денежных средств и судебных расходов, 

третье лицо АО «СОГАЗ», -

УСТАНОВИЛ:

В обоснование иска указано, что 30 сентября 2017 г. в 16 ч. 30 мин. на 474 км а/д М4 Дон произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух транспортных средств: ФИО4, №», принадлежащего ФИО1 и под его управлением (ОСАГО ЗАО «МАКС», страховой полис серии № №), и ВАЗ 21703, № принадлежащего ФИО6 (ОСАГО АО «СОГАЗ», страховой полис серии № №), под управлением ФИО2. 26 октября 2017 г. между ФИО6 и ФИО5 был заключен договор уступки права требования (цессии), согласно которому ФИО5 является Цессионарием и в праве обратиться в страховую компанию АО «СОГАЗ» за выплатой страхового возмещения по страховому случаю от 30 сентября 2017 г. Свои обязательства по оплате выкупной стоимости в размере 30300 рублей по Договору Цессионарий исполнил в полном объеме, согласно расписке от 27.10.2017 года. ФИО5 обратилась в АО «СОГАЗ» с заявлением о страховой выплате, однако в выплате было отказано на основании п 22 статьи Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» №40-ФЗ от 25.04.2002 и Решения Воронежского областного суда 09.08.2018 года об отмене постановления по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 По мнению ФИО3 она не смогла реализовать право на получение страхового возмещения по ДТП от 30.09.2017 года из-за существенного изменения обстоятельств дела, в связи с чем просит суд расторгнуть договор уступки права требования (цессии) от 26 октября 2017 года, заключенный между ФИО6 и ФИО5. Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО5 убытки – уплаченную выкупную стоимость по договору уступки права требования (цессии) от 26.10.2017 года в размере 30300 (тридцать тысяч триста) рублей, а так же уплаченную государственную пошлину в размере 1109 (одна, тысяча сто девять) рублей. 

Истец ФИО3 просила суд рассмотреть дело без своего участия, заявленные требования не изменены и не отозваны, дополнительных доказательств не представлено. 

Ответчик ФИО6 и третье лицо АО «СОГАЗ» каждый извещены надлежаще, не явились и представителей не направили, уважительных причин неявки суду не представили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали, отзыв на иск каждым не представлен. Кроме того информация о времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела размещена на сайте Каширского районного суда Воронежской области.

Суд, с учетом изложенного и позиции участвующих лиц, считает возможным рассмотреть дело в соответствии со ст. 167 ГПК РФ при указанной явке.

Изучив материалы дела суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Пунктом 1 ч. 382 ГК РФ предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2).

В силу п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

Согласно положениям ст. 384 ГК РФ кредитор может передать право, которым сам обладает.

В соответствии с п. 1 ст. 956 ГК РФ страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Как разъяснено в п. 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, т.е. возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (п. 1 ст. 307, п. 1 ст. 432, п. 1 ст. 384 ГК РФ).

Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (п. 1 ст. 384 ГК РФ, абз. 2 - 3 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО) (п. 70).

При переходе прав выгодоприобретателя (потерпевшего) к другому лицу (например, уступка права требования, суброгация) это лицо может получить возмещение при соблюдении тех же условий, которые действовали в отношении первоначального выгодоприобретателя (п. 1 ст. 384 ГК РФ), в частности, приобретатель должен уведомить страховую компанию о наступлении страхового случая, подать заявление о страховой выплате с приложением всех необходимых документов, представить поврежденное имущество для осмотра и (или) проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (осмотра), направить претензию, если эти действия не были совершены ранее предыдущим выгодоприобретателем (потерпевшим).

Как следует из представленных материалов и не оспаривается лицами по делу, 26 октября 2017 года между ФИО6 и ФИО7 был заключен договор уступки права требования (цессии), согласно которому ФИО7 является Цессионарием и в праве обратиться в страховую компанию АО «СОГАЗ» за выплатой страхового возмещения по страховому случаю от 30 сентября 2017 года.

Предметом договора явилось право требования от АО "СОГАЗ" установленных действующим законодательством суммы страховой выплаты (стоимости восстановительного ремонта транспортного средства и/или дополнительной величины утраты товарной стоимости транспортного средства), задолженности в размере материального ущерба, а так же неустойки, штрафа и иных платежей в соответствии ФЗ № 40-ФЗ от 25.04.2002 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». 

Как следует из текста раздела 2 договора, цедент ФИО6 обязан сообщить цессионарию ФИО7 все сведения, относящиеся к предмету договора и в случае возникновения спора со страховщиком выступить на стороне цессионария. 

Согласно п. 3.2 договора, цедент ФИО6 отвечает перед цессионарием за недействительность переданного права, но не отвечает за неисполнение этого требования должником АО "СОГАЗ".

Согласно материалов дела ответчик ФИО6 все обязательства по договору исполнил, так же передал цессионарию ФИО7 в рамках данного договора:

- копию справки 36 СС № 045974 о ДТП, заверенная ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Воронежской области;

- копию протокола 36 ТТ № 005139 об административном правонарушении и проведении административного расследования, заверенная ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Воронежской области; 

- копию определения 36 ВП 053563 о возбуждении дела об административном правонарушении, заверенная ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Воронежской области;

- копию постановления УИН: 18810036170006343606 по делу об административном правонарушении, заверенная ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Воронежской области;

- копию свидетельства о регистрации транспортного средства 

<

адрес>;

- копию полиса ОСАГО № Цедента;

- копию паспорта Цедента;

- копию водительского удостоверения № лица, управлявшего автомобилем на момент ДТП. 

ФИО7 свои обязательства по договору выполнила в полном объеме, выплатив ФИО6 П. 27 октября 2017 г. стоимость уступки права требования, определенную по соглашению сторон, в размере 30300 рублей, что подтверждается представленной истцом копией соответствующей расписки ФИО6

В связи с заключением брака ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, присвоена фамилия Куксова (л.д. 16).

Материалами дела подтверждается, что страховая компания АО «СОГАЗ» при обращении ФИО7 признала ДТП 30 сентября 2017 г. страховым случаем. 

Не согласившись с размером страхового возмещения, 10.09.2019 ФИО3 направила в адрес АО "СОГАЗ" претензию.

Однако на претензию ФИО5 20.11.2020 года страховщик АЛО «СОГАЗ» сообщил, что первоначально согласно предоставленным документам из ГИБДД, виновником данного ДТП был признан ФИО1, в отношении которого было вынесено постановление по делу об административном правонарушении №18810036170006343606 от 16.10.2017. Однако впоследствии Решением Воронежского областного суда от 09.08.2018 данное постановление было отменено, в связи с чем по заявленному страховому событию ФИО5 была произведена выплата страхового возмещения в размере 25 700,00 рублей согласно платежного поручения от 18.06.2018 №16902.

30.11.2019 года исходя из ответа АО «СОГАЗ» ФИО3 направила досудебную претензию цеденту ФИО6 о возмещении убытков по договору цессии от 26.10.2017 в сумме 30300 рублей, так как не смогла реализовать свое права вследствии нарушения ФИО6 пунктов 2.1 и 3.1 указанного договора. 

Поскольку направленная в адрес ответчика претензия не была удовлетворена в добровольном порядке, ФИО3 обратился к мировому судье с иском к ФИО6 расторгнуть договор цессии от 26.10.2017 и взыскать понесенные убытки, однако определением мирового судьи судебного участка № 1 Каширского района Воронежской области от 27.03.2020 иск был возвращен заявителю на основании п.2 ч.1 ст. 135 ГПК РФ. 

Обращаясь в суд, истец так же ссылается на нарушение ответчиком п. 2.1 и 3.1 договора, которое выразилось в существенном изменении обстоятельств, в состоянии предвидеть которые ФИО3 не заключила бы 26.10.2017 года с ФИО6 договор цессии.

При этом обстоятельства и фактическое заключение договора цессии от 26.10.2017 года с ФИО6 на указанных в нем и соответствующем дополнительном соглашении от 26.10.2017 условиях истцом по делу ФИО3 не оспаривется.

Верховным Судом Российской Федерации в пункте 3 постановления Пленума от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Согласно положениям ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. В случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

В соответствии со ст. 451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным п. 4 настоящей статьи изменен судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий: 1) в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет; 2) изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру договора и условиям оборота; 3) исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; 4) из обычаев делового оборота или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.

При расторжении договора вследствие существенно изменившихся обстоятельств суд по требованию любой из сторон определяет последствия расторжения договора, исходя из необходимости справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением этого договора.

Материалами дела подтверждается, что ответчик ФИО6 приступил к исполнению договора цессии передав цессионарию все необходимые сведения и документы относительно страхового случая 30.09.2017, обосновывающие и подтверждающие передаваемое право требования страхового возмещения.

Следовательно, ответчиком совершены все необходимые и разумные действия для реализации права истца на получение страхового возмещения.

Вопреки утверждению истца, уступленное ему право являлось действительным, и истец реализовал возникшее у него право, предъявив страховщику соответствующее требование.

То обстоятельство, что сумма удовлетворенного уступленного требования меньше цены договора цессии не свидетельствует о том, что уступленное право являлось недействительным.

Под предметом любого гражданско-правового договора понимаются основные действия сторон в отношении определенного объекта (имущества, в том числе имущественных прав), которые определяют цель заключения договора.

Предметом договора цессии является условие о требовании, которое первоначальный кредитор уступает новому.

Судом установлено, что стороны определили предмет договора, согласовав требование, которое первоначальный кредитор (ответчик) уступает новому кредитору (истцу). Спорный договор уступки права от 26.10.2017 соответствует положениям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержит все существенные для данного вида договора условия, согласованные сторонами, в том числе предмет договора, объем прав, перечень документов, подтверждающих основание их возникновения. Предметом договора являлось право требования со АО "СОГАЗ" суммы страховой выплаты в размере материального ущерба, причиненного ответчику (цеденту) ФИО6 в результате страхового случая от 30 сентября 2017 г.

При этом цедентом ФИО6, исходя из буквального толкования в совокупности с положениями закона, не нарушены пункты 2.1 и 3.1 договора от 26.10.2017, относимых и допустимых доказательств противного ФИО3 суду не представлено.

При заключении договора цессии ответчиком были соблюдены предусмотренные пунктом 2 статьи 380 Гражданского кодекса Российской Федерации требования. Ответчик был правомочен совершать уступку, иных договоров в отношении уступаемого требования он не заключал, и действий, которые могли бы служить основанием для возражений должника против уступленного требования, не совершал, напротив представил поврежденный автомобиль на осмотр. Страховщик АО «СОГАЗ» признал обоснованность притязаний истца-цессионария ФИО3 по страховому событию и наличию у него права требования исполнения обязательств по нему.

При этом наличие или отсутствие фактической выплаты ФИО3 страховщиком АО «СОГАЗ» денежной суммы, оспаривание ее размера, не относятся к предмету настоящего спора с ФИО6 и рассмотрению в рамках настоящего дела не подлежат. Следовательно, неполучение страхового возмещения по ДТП от 30.09.2017 в рассматриваемом случае вызвано бездействием истца при соблюдении ответчиком условий договора цессии от 26.10.2017.

Доводы ФИО3 о том, что ответчиком-цедентом ФИО6 при заключении договора сообщены ложные сведения о его предмете в части наличия собственной виновности в ДТП 30.09.2017, опровергаются материалами дела, в том числе текстом оспариваемого договора, в соответствии с которым его предметом является право требования со АО "СОГАЗ" установленных действующим законодательством суммы страховой выплаты, задолженности в размере материального ущерба, причиненного цеденту в результате страхового случая - ДТП от 30.09.2017 г. и переданы цессионарию все обосновывающие документы, которые имелись на тот момент, в том числе копия постановления УИН: 18810036170006343606 по делу об административном правонарушении, заверенная ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Воронежской области.

При этом суд учитывает, что в соответствии с п. 22 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» № 40-ФЗ от 25.04.2002 в случае, если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред и степень вины участников дорожно-транспортного» происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

По общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 ГПК РФ). Однако такая обязанность не является безграничной. Если ответчик, избрав пассивную позицию, не представляет суду соответствующие документы, то возложение на лицо дополнительного бремени опровержения документально неподтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статья 12 ГПК РФ).

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что приведенные истцом основания для расторжения договора не являются обстоятельствами, предусмотренными ст. ст. 450, 451 ГК РФ, суд приходит к выводу об отказе истцу в удовлетворении требования о расторжении договора уступки права требования, а так же производных требований о взыскании уплаченной по данному договору 30300 рублей. В связи с отказом в удовлетворении иска понесенные истцом ФИО3 судебные расходы в виде государственной пошлины так же возмещению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд – 

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований ФИО3 к ФИО6 о расторжении договора цессии от 26 октября 2017 года, взыскании денежных средств и судебных расходов – отказать.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд в течение месяца через Каширский районный суд Воронежской области 

судья Лесовик А.Ф.

дело №2-10/2021