Дело № 22-123/2025 (22-2724/2024)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 26 февраля 2025 года 

Ленинградский областной суд в составе: 

председательствующего судьи Ивановой Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Корсаковой А.В. и помощником судьи Мусиенко М.А.

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Орлова И.С.,

защитника Козлова А.Н., 

защитника-адвоката Басова И.А., представившего удостоверение №, ордер №,

представителя потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1 – адвоката Болотиной О.Л., представившей удостоверение № и ордера №№, №,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Басова И.А. и защитника Козлова А.Н., действующих в защиту интересов осужденного ФИО2 на приговор 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым,

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин 

<

адрес>, ранее не судимый,

Осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к наказанию в виде ограничении свободы сроком на 2 года 6 месяцев, 

На основании ст. 53 УК РФ установлены ограничения и запреты: изменять место жительства (пребывания), выезжать за пределы территории 

<

адрес> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания, являться в указанный орган не менее 1 раза в месяц для регистрации.

В соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 

<

данные изъяты>.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Исковые требования потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2 удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу ФИО3 №1 в счет компенсации морального вреда взыскан 

<

данные изъяты> рублей, в пользу ФИО3 №2 - 

<

данные изъяты> рублей.

Процессуальные издержки за участие в уголовном деле по назначению суда защитника адвоката Чапаевой М.В. в размере № рублей возмещены из федерального бюджета. 

Процессуальные издержки за участие адвоката Болотиной О.Л. в судебном заседании в качестве представителя потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2 в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) руб. возмещены из федерального бюджета. 

С осужденного ФИО2 взысканы в доход федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки за участие адвоката Болотиной О.Л. в судебном заседании в качестве представителя потерпевших ФИО3 №1 и ФИО3 №2 в размере 

<

данные изъяты> рублей. 

Заслушав доклад судьи Ивановой Т.В., выступление осужденного ФИО2, адвоката Басова И.А., защитника Козлова А.Н., поддержавших апелляционные жалобы, мнение представителя потерпевших – адвоката Болотиной О.Л., прокурора Орлова И.С., возражавших против удовлетворения апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО2 признан виновным в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в период времени с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Басов И.А., действующий в защиту интересов осужденного ФИО2 считает приговор незаконным, необоснованным, не мотивированным, противоречащим требованиям ч. 4 ст. 7, ст. 297 УПК РФ.

В обоснование своей позиции ссылается на ст. 389.15, 389.16 и ч.1 ст. 389.17 УПК РФ и указывает на то, что обжалуемый приговор не содержит надлежащей оценки показаний подсудимого ФИО2 о его невиновности, а также представленных стороной защиты доказательств; имеющиеся в уголовном деле противоречия не устранены. 

Отмечает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защиты о проведении ряда следственных действий, допроса эксперта, чем существенно нарушил право на защиту и принцип состязательности сторон.

Просит отменить приговор, вынести по делу оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе защитник Козлов А.Н., действующий в защиту интересов ФИО2 выражает несогласие с вынесенным приговором. 

Указывает, что приговор постановлен на основании заключения автотехнической экспертизы, назначенной и проведенной в рамках досудебного следствия, при этом перед экспертом был поставлен вопрос технического характера, требующий математических расчетов и/или моделирования, а именно: «имел ли ФИО2 техническую возможность предотвратить указанное ДТП?». Однако, в исследовательской части заключения эксперта отсутствует какие-либо расчеты или формулы, вывод сделан исключительно на основании личного мнения эксперта и не отвечает принципам допустимости и проверяемости. Ссылаясь на ст. 8 ФЗ № 73 от 31.05.2001 года «О Государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» считает, что такому принципу заключение эксперта не отвечает, не поддается проверке/рецензии и не может быть положено в основу приговора.

Ссылаясь на ГОСТР50597-2017 таб. 5.3, утверждает, что при проведении данной экспертизы не были приняты во внимание фактические обстоятельства дела, а именно - наличие дорожного дефекта, несоответствующего требованиям вышеуказанного стандарта.

Отмечает, что в рамках данной экспертизы также не был произведен замер высоты данного дорожного дефекта, коэффициента сцепления колес с дорожным покрытием, не была проверена версия ФИО2 об изменении направления движения из-за дорожного дефекта.

Заявляет о том, что сотрудники ГИБДД при оформлении схемы ДТП правильно указали начало следов неуправляемого юза/заноса, который начинался на указанном дефекте, однако в ходе допроса их склонили к изменению схемы и они сообщили, что следы юза начались после дорожного дефекта, что опровергается показаниями свидетеля защиты.

Указывает, что категория дороги 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> не истребовалась, а полученная схема дислокации технических средств регулирования движения не содержит согласованных и утвержденных знаков отображенных на схеме ДТП, из чего следует, что указанные знаки установлены самовольно, они не соответствуют требованиям ГОСТ 52289-2019 как в части их обзорности, так и расстояний между знаками и расстояния от знака до дорожного дефекта.

Ссылаясь на Постановление Правительства Российской Федерации от 28.09.2009 года № 767 «О классной классификации автомобильных дорог в Российской Федерации», показания свидетелей и фотографии, в приобщении которых ранее было отказано, заявляет о несоответствии схемы ДТП фактическому месту происшествия.

Отмечает, что сотрудники ГИБДД до данного ДТП были более десятка лет/все время службы, осведомлены о наличии данного дорожного дефекта, однако, соответствующих рапортов руководителю не подавали.

Ссылается на приобщенное стороной защиты заключение специалиста-автотехника, которое содержит сведения о причине ДТП и из которого также следует, что размеры дефекта превышали требования ГОСТа, а ФИО2 не мог избежать столкновения.

Приходит к выводу о надуманности и необоснованности выводов суда первой инстанции о превышении ФИО2 скорости движения, поскольку в материалах дела отсутствуют сведения о проведении каких-либо замеров или расчетов скорости, коэффициент сцепления не измерялся, установленные на месте ДТП знаки являются самовольными и согласно свидетельским показаниям, непосредственно после ДТП, не читаемы в результате налипания снега, при этом не установлено, кто и в какое время сделал фотографии дорожных знаков в читаемом виде, тогда как допрошенные участники указали на личное изготовление фото с изображением не читаемых дорожных знаков непосредственно после ДТП. 

Выражает несогласие с ссылкой суда об осведомленности ФИО2 о состоянии проезжей части на основании его неоднократного движения по указанному участку дороги, считает ее не основанной на требованиях закона, поскольку состояние дороги определяется в каждый конкретный момент времени. 

Просит приговор отменить, прекратить уголовное дело в отношении ФИО2 в связи с отсутствием состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника Козлова А.Н., адвокат Болотина О.Л., действующая в защиту интересов потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Козлова А.Н. - без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу защитника-адвоката Басова И.А., адвокат Болотина О.Л., действующая в защиту интересов потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №1 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника-адвоката Басова И.А. - без удовлетворения.

В дополнениях к апелляционной жалобе защитник-адвокат Басов И.А., действующих в защиту интересов осужденного ФИО2, ссылаясь на ч.3 ст. 123 Конституции РФ, ст.ст. 15, 47 УПК РФ, заявляет о нарушении требований законодательства о состязательности и равноправии сторон, права на защиту путем необоснованного отказа суда в удовлетворении ходатайств защитника о предоставлении доказательств, а именно: в ходатайствах о проведении дополнительного осмотра места происшествия и о проведении следственного эксперимента для определения расстояния, с которого возможно обнаружить препятствие в виде неровности проезжей части.

Отмечает, что в ходе предварительного расследования и в суде стороной защиты заявлялись ходатайства о проведении дополнительной автотехнической экспертизы, о допросе эксперта-автотехника, для уточнения вопросов, изложенных в экспертизе, приобщении к материалам дела нотариально заверенного осмотра телефона свидетеля ФИО8, осуществлявшую фото- и видеосъемку места ДТП в тот же вечер, однако, в удовлетворении ходатайств было отказано, чем существенно нарушено право на защиту.

Ссылаясь на ч.2 ст. 307 УПК РФ и п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 года № 55 «О судебном приговоре» утверждает, что без указания оснований и мотивов, в приговоре представленные стороной защиты доказательства признаны не имеющими отношения к делу, тогда как данные доказательства в совокупности с показаниями подсудимого и потерпевшего ФИО3 №1 не только опровергают объективность указанных в схеме к протоколу осмотра места ДТП данных и показания свидетеля Свидетель №1, но и подтверждают необходимость проведения дополнительного осмотра места происшествия, следственного эксперимента с участием ФИО2 и ФИО3 №1, проведения дополнительной автотехнической экспертизы.

Заявляет, что судом первой инстанции необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства о признании ряда доказательств недопустимыми. В дальнейшем суд в приговоре сослался на недопустимые доказательства.

Ссылаясь на материалы уголовного дела, ч.1 ст. 86 УПК РФ, п.56 ст. 5 УПК РФ, п.9 ст. 5 УПК РФ, выражает несогласие с выводом суда о допустимости доказательства - протокола осмотра места происшествия и схемы к нему (

<

данные изъяты>), поскольку оно было получено в рамках дела об административном правонарушении, то есть до начала уголовного судопроизводства, которое было начато с ДД.ММ.ГГГГ, тогда как осмотр места происшествия был произведен ДД.ММ.ГГГГ. Выражает несогласие с оценкой суда указанного доказательства.

Ссылаясь на п.6,7 разъяснение Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», утверждает, что данные разъяснения судом были проигнорированы, поскольку в судебном заседании так и не было установлено расстояние, с которого ФИО2 мог объективно обнаружить опасность для движения в виде неровности на проезжей части.

Указывает, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей ДТП. Опасность для движения возникает в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

Заявляет, что довод ФИО2 о том, что вынос управляемого им автомобиля произошел в результате наезда на неровность дороги, не соответствующую ГОСТу, не опровергнут.

Ссылаясь на показания потерпевшего ФИО3 №1 и свидетеля Свидетель №1, утверждает, что в приговоре судом им не дана надлежащая оценка. 

Также выражает несогласие с оценкой показаний ФИО2, данной судом, настаивает на том, что показания ФИО2 последовательны, а показания в суде более детализированы.

Отмечает, что данные показания опровергнуты не были. 

Ссылаясь на ч.3 ст. 14 УПК РФ, ст. 49 Конституции РФ и ч.3 ст. 15 УПК РФ, заявляет о нарушении судом принципа равенства сторон уголовного судопроизводства и конституционного принципа невиновности.

Ссылаясь на ст. 87 УПК РФ настаивает на том, что приговор основывается лишь на доказательствах, подтверждающих версию стороны обвинения о виновности ФИО2

Ссылаясь на ч.3 ст. 281 УПК РФ и протоколы судебных заседаний, заявляет, что суд в нарушение уголовно-процессуального закона, по собственной инициативе, без наличия об этом ходатайств сторон, на основании наличия существенных противоречий в показаниях, ставил на обсуждение сторон вопрос о возможности оглашения показаний данных при производстве предварительного следствия потерпевших ФИО3 №1, ФИО3 №2 и подсудимого ФИО2

В суде апелляционной инстанции ФИО2, адвокат Басов И.А., защитник Козлов А.Н. просили приговор отменить, уголовное дело вернуть для рассмотрения в суд перовой инстанции.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним и поданных на апелляционные жалобы возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ основаны на полном и всестороннем исследовании совокупности доказательств, подробно и правильно изложенных в приговоре, при этом суд дал надлежащую оценку всем доказательствам и привел мотивы, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Подсудимый ФИО2 вину в совершенном преступлении не признал, показал, что во время движения на автомобиле в направлении от 

<

адрес> до 

<

адрес> он наехал колесами автомобиля на неровность, пересекающую дорогу под углом 

<

данные изъяты> градусов, в результате чего его автомобиль немного подбросило и стало заносить влево, он, ФИО2, попытался выровнять автомобиль, но ему этого сделать не удалось, после чего его автомобиль занесло с выездом на полосу для встречного движения, где произошло столкновение со встречным автомобилем. 

Данные показания осужденного ФИО2 ФИО20 были тщательно проверены судом и не нашли своего подтверждения, поскольку опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, из совокупности показаний потерпевшего ФИО9, данных в ходе предварительного расследования и в суде, следует, что в личной собственности имеет автомобиль «ФИО21», государственный регистрационный знак №. ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ он, управляя технически исправным автомобилем «ФИО22», выехал с 

<

адрес>, следовал со стороны 

<

адрес>, в направлении 

<

адрес>, около ДД.ММ.ГГГГ ехал по участку автодороги между 

<

адрес> и 

<

адрес>, вместе с ним в салоне автомобиля на переднем пассажирском сиденье находилась его супруга ФИО3 №2 Было светлое время суток, дорожное покрытие асфальтированное, ровное, частично по обочинам и разделительной полосе было покрыто снегом со льдом; участок дороги прямой, видимость в направлении движения составляла более 

<

данные изъяты> метров, попутных и встречных автомобилей не было, скорость его движения составляла около 

<

данные изъяты> км/ч. Во время движения по прямому участку автодороги он видел, что во встречном ему направлении следует автомобиль, как в последствии выяснилось «ФИО23». С какой скоростью тот следовал он, ФИО3 №1, сказать не может, но ему кажется не быстро, может около 

<

данные изъяты> км/ч. Когда между его автомобилем и автомобилем «ФИО24» расстояние стало составлять около 

<

данные изъяты> метров, он увидел, что переднюю часть встречного автомобиля стало водить (заносить) из стороны в сторону, но автомобиль следовал в этот момент по своей полосе движения и опасности для его движения не представлял. Когда между автомобилями расстояние было около 

<

данные изъяты> (но не более 

<

данные изъяты>) метров, встречный автомобиль «ФИО25» резко развернуло поперек проезжей части дороги правым боком вперед с выездом на его (ФИО3 №1), и встречную для автомобиля «ФИО26», полосу движения. Увидев опасность для движения он (ФИО3 №1), применил экстренное торможение и инстинктивно попытался повернуть руль влево, но избежать столкновения ему не удалось и он передней частью своего автомобиля произвел столкновение в боковую заднюю правую часть автомобиля «ФИО27». От удара автомобиль «ФИО28» откинуло в правый кювет, а его (ФИО3 №1) автомобиль остановился на правой обочине; столкновение автомобилей произошло на его (ФИО3 №1) полосе движения, сам он сознание не терял. Примерно через час приехали автомобили скорой помощи и их с супругой увезли в 

<

данные изъяты>. Виновным в ДТП считает водителя автомобиля «ФИО29» (как установлено, под управлением ФИО2), который не справился с управлением, допустил занос автомобиля и выехал на полосу встречного движения. С ФИО2 на месте ДТП и после не общался и по какой причине тот выехал на полосу для встречного движения, ему неизвестно. 

Как следует из совокупности показаний потерпевшей ФИО3 №2, данных в ходе предварительного расследования и в суде, ДД.ММ.ГГГГ около ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ они вместе с супругом ФИО3 №1 на автомобиле «ФИО30», государственный регистрационный знак №, выехали с 

<

адрес> и поехали в 

<

адрес>, следовали со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, она находилась на переднем пассажирском сиденье, за рулем находился ее супруг. Было светло, видимость в направлении движения составляла более 

<

данные изъяты> метров, по дороге она уснула, проснулась от того, что их автомобиль стал тормозить, увидела перед ними бок красного автомобиля, как она узнала позднее - встречного автомобиля «ФИО31», после чего сразу же произошло столкновение передней частью их автомобиля в боковую часть автомобиля «ФИО32», который от удара откинуло дальше в правый кювет. Когда она (ФИО3 №2), увидела автомобиль «ФИО33», расстояние между ним и их автомобилем составляло около № метров, как именно автомобиль «ФИО34» выехал на их полосу движения, она не видела, сознание не теряла, столкновение автомобилей произошло на их полосе движения, по какой причине водитель встречного автомобиля (как установлено ФИО2) выехал на их полосу движения не знает, на месте ДТП она с ним не общалась, впоследствии тот приезжал к ней в больницу и звонил по телефону, - извинялся за случившееся, узнавал как ее здоровье, по поводу случившегося ДТП водитель автомобиля «ФИО35» говорил, что ему не повезло, его автомобиль подкинуло на неровности на дороге, после чего он потерял управление своего автомобиля и его занесло и он выехал на их полосу движения.

Из совокупности показаний свидетеля Свидетель №1 – 

<

адрес> России по 

<

адрес> 

<

адрес>, данных в ходе предварительного расследования и в суде, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он совместно с 

<

данные изъяты> ФИО10 заступил на службу, около ДД.ММ.ГГГГ из дежурной части поступило сообщение о ДТП на автодороге «ФИО36» между 

<

адрес> и 

<

адрес> с участием двух автомобилей. Прибыв на место ДТП примерно через 

<

данные изъяты> минут ими было установлено, что столкновение произошло на прямом участке автодороги, водитель автомобиля «ФИО37» (как установлено ФИО2), следуя со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением автомобиля, допустил занос своего автомобиля, после чего выехал боком (поперек проезжей части дороги) на полосу для встречного движения, где создал опасность для движения двигавшемуся во встречном направлении автомобилю «ФИО38», в результате чего произошло столкновение. При этом по ходу движения автомобиля «ФИО39» были установлены дорожные знаки «ограничение скорости движения» (3.24) и «неровная дорога» (1.16), которые были расположены на расстоянии 

<

данные изъяты> метров от начала неровности дороги. По вещно-следовой обстановке можно было сделать вывод, что водитель автомобиля «ФИО40» следовал со скоростью явно более 

<

данные изъяты> км/ч, что тот сам и не отрицал. ФИО2 изначально говорил, что не знает, почему его автомобиль занесло и почему он не удержал его на дороге, а затем уже в ходе осмотра он увидел, что на дороге имеется неровность и стал пытаться свалить вину на данную неровность, однако, место столкновения находится на расстоянии в 

<

данные изъяты> метров от неровности на дороге и водителю автомобиля «ФИО41» она никак не могла помешать в движении, заносить автомобиль стало уже после проезда неровности дороги, на схеме ДТП изменение направления движения изображено прямо на самой неровности, чтобы не загромождать место для изображения участка местности и их размеры непосредственно в месте столкновения. О том, что стрелка, обозначающая направление движения автомобиля «ФИО42» наложилась на схеме на неровность на дороге, он не обратил внимания.

Как следует из показаний свидетеля ФИО10 – инспектора 

<

данные изъяты> по 

<

адрес>, давшего в целом аналогичные свидетелю Свидетель №1 показания об обстоятельствах их выезда на место дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, он сам лично участвовал в замерах с помощью прошедшей поверку рулетки, указанных в схеме места ДТП к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ на 

<

данные изъяты> автодороги «ФИО43», между 

<

адрес> и 

<

адрес>, с участием автомобилей «ФИО44» и «ФИО45». Также сообщил, что фотографировать дорожные знаки, осматривать неровность дороги он ходил вместе с ФИО2 

Тщательно проверив вышеприведенные показания потерпевших и свидетелей, суд обоснованно признал их достоверными и правильно положил в основу приговора, поскольку они последовательны и согласуются, как между собой, так и в совокупности с другими доказательствами, представленными стороной обвинения. 

Оснований для оговора осужденного потерпевшими и свидетелями суд первой инстанции не усмотрел, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Вина осужденного также подтверждается письменными материалами дела.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО3 №2 имелись повреждения: 

<

данные изъяты>. Повреждения 

<

данные изъяты> (как по отдельности, так и в совокупности) влекут длительное расстройство здоровья продолжительностью более 21 дня и по данному признаку квалифицируются, как причинившие вред здоровью средней степени тяжести. Повреждение в виде 

<

данные изъяты> является опасным для жизни и квалифицируется, как причинившее тяжкий вред здоровью. Повреждения в виде 

<

данные изъяты> квалифицируются, как не причинившие вред здоровью.

Из заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что у ФИО3 №1 имелись повреждения: 

<

данные изъяты> Указанные повреждения влекут значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть и по данному признаку квалифицируются, как причинившие тяжкий вред здоровью. Указанные повреждения причинены от действия тупого твердого предмета, как при ударе таковым, так и при ударе о таковой, например, о выступающие части салона автомобиля и могли образоваться, в том числе, в срок и при обстоятельствах, не противоречащих изложенному в постановлении. 

Как следует из заключения судебно-медицинского эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО2 имелись повреждения: 

<

данные изъяты>. Указанные повреждения не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по данному признаку квалифицируются, как не причинившие вред здоровью.

Согласно заключению эксперта, проводившего судебно-автотехническую экспертизу № от ДД.ММ.ГГГГ, водитель автомобиля «ФИО46» ФИО2 должен был вести свое транспортное средство со скоростью, обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением своего автомобиля, руководствуясь в своих действиях требованиями части 1 пункта 10.1 ПДД РФ. В действиях водителя автомобиля «ФИО47» ФИО2 усматриваются несоответствия требованиям части 1 пункта 10.1 ПДД РФ. Водитель автомобиля «ФИО48» ФИО2 располагал возможностью предотвратить столкновение с автомобилем ФИО49», путем соблюдения требований части 1 пункта 10.1 ПДД РФ. Водитель автомобиля «ФИО50» ФИО3 №1 для предотвращения ДТП должен был действовать в соответствии с требованиями части 2 пункта 10.1 ПДД РФ. С технической точки зрения в действиях водителя автомобиля «ФИО51» ФИО3 №1 несоответствий требованиям части 2 пункта 10.1 ПДД РФ не усматривается. Водитель автомобиля «ФИО52» ФИО3 №1 не располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем торможения.

В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ был осмотрен участок дороги, расположенный на 

<

адрес> между 

<

адрес> и 

<

адрес>, где произошло дорожно-транспортное происшествие. Установлено, что автомобиль «ФИО53», государственный регистрационный знак №, находится в левом кювете относительно его движения (

<

данные изъяты>); автомобиль «ФИО54», государственный регистрационный знак №, находится поперек проезжей части на правой полосе движения и правой обочине относительно его движения (

<

данные изъяты>); на левой обочине и левом кювете (относительно своего движения) зафиксированы следы съезда автомобиля «ФИО55»; автомобили имеют механические повреждения - в передней части кузова автомобиля «ФИО56», в правой части кузова автомобиля «ФИО57»; столкновение ТС произошло на полосе движения автомобиля «ФИО58», на которой лежит осыпь грязи и многочисленные обломки частей автомобилей, место столкновения указано, зафиксировано наличие знака 1.16 «неровная дорога» (фото 2). В ходе допроса в суде свидетель ФИО11 пояснил, что на схеме ДТП направление движения от неровности на дороге наложено (красным цветом) на саму неровность из-за отсутствия места на схеме, расстояние от неровности на дороге до места столкновения № № в тоже время след заноса автомобиля «ФИО59» со смещением на встречную полосу движения соответственно в 

<

данные изъяты> от неровности на дороге. 

Из ответа ЛОГП «ФИО60» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что, на участке автодороги «

<

адрес>» на день произошедшего рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия имелась неровность дорожного покрытия, в связи с чем по согласованию с ОГИБДД 

<

адрес> ОМВД по её обе стороны движения были установлены временные дорожные знаки 1.16 «Неровная дорога» и 3.24 «Ограничение максимальной скорости движения», не указанные в ПОДД (проекте организации дорожного движения), как следует из приложенных фотографий, это знаки «Неровная дорога» и «Ограничение максимальной скорости движения - 70», установленные вместе, и знак «Ограничение максимальной скорости движения - 50», далее по направлению движения;

Из телефонограммы № следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ЛО «ФИО61» автомобилем скорой помощи доставлена ФИО3 №2 с диагнозом: «

<

данные изъяты>».

Как следует из телефонограммы №, ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ЛО «ФИО62» автомобилем скорой помощи доставлен ФИО3 №1 с диагнозом: «

<

данные изъяты>».

Не доверять экспертным заключениям, сомневаться в объективности их выводов у суда оснований не имелось. Заключения экспертов оценены судом в совокупности с другими доказательствами и обоснованно признаны допустимыми.

Порядок назначения судебной автотехнической экспертизы с предоставлением эксперту всех необходимых материалов уголовного дела соблюден. Экспертные исследования выполнены лицом, обладающим соответствующим образованием, уровнем квалификации, специальными познаниями, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Вопреки доводам стороны защиты, заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, содержит подробные ответы на поставленные вопросы, ссылки на примененные методики исследования, его выводы аргументированы, основаны на материалах уголовного дела, результатах осмотра места дорожно-транспортного происшествия и транспортных средств, согласуются с другими исследованными в суде доказательствами.

Какие-либо не устраненные судом первой инстанции противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО2, по делу отсутствуют. Какой-либо заинтересованности в исходе дела со стороны потерпевшего, свидетелей, оснований для оговора ими осужденного судом не установлено.

Ошибочное указание инициалов свидетеля ФИО18 ФИО64 ФИО63 основанием для отмены или изменения приговора суда не является. Свидетель был допрошен в судебном заседании, его личность была установлена, кроме того, были оглашены показания данного свидетеля, данные в ходе предварительного расследования, где также была установлена его личность.

Судом обоснованно признана несостоятельной версия осужденного ФИО2 о невиновности в совершении преступления, которая была предметом тщательной проверки и оценки суда первой инстанции.

Показания осужденного ФИО2 о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие наезда колесами его автомобиля на неровность на дороге, в результате чего автомобиль занесло на встречную полосу, были предметом исследования и оценки суда первой инстанции, правомерно признаны непоследовательными, поскольку в ходе предварительного расследования и в суде первой инстанции он давал непоследовательные показания, что суд правомерно расценил как постепенное формирование у осужденного защитной версии, как следствие неправильной правовой оценки своих действий, а также как желание избежать или смягчить ответственность за содеянное, что, как правильно указал суд первой инстанции, является его конституционным правом. Вместе с тем, в той части, в которой показания осужденного согласуются с совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, суд обоснованно признал их допустимыми доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, ему было разъяснено право не свидетельствовать против себя, а так же то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу, в том числе и при последующем отказе от них.

Судом в приговоре дана надлежащая оценка показаниям свидетеля ФИО8, заключению специалиста, оценке отчета № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «ФИО65», представленным стороной защиты, а также сведениям из ГКУ «ФИО66» № от ДД.ММ.ГГГГ. Не согласиться с данной оценкой и выводами суда у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, все доказательства судом проверены в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу и оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ, с точки зрения достоверности, допустимости и относимости к рассматриваемым событиям, а также достаточности для постановления обвинительного приговора. Выводы суда первой инстанции являются, убедительными, основаны на исследованных судом доказательствах, оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит.

Судом правильно установлено, что ФИО1, управляя автомобилем «ФИО67», двигаясь по автодороге «ФИО68 вне населенного пункта между 

<

адрес> и дер 

<

адрес> в направлении к 

<

адрес>, в своей полосе для движения, допустил нарушение правил дорожного движения, следуя со скоростью около 

<

данные изъяты> км/ч, которая не обеспечивала ему постоянный контроль за движением транспортного средства, не учел дорожные и метеорологические условия, потерял контроль за движением и управлением своего автомобиля, выехал на полосу, предназначенную для встречного направления движения, совершил столкновение с двигающимся во встречном направлении автомобилем «ФИО69» под управлением водителя ФИО3 №1, перевозившего пассажирку ФИО3 №2, что находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшим ФИО3 №1 и ФИО3 №2

Предотвращение дорожно-транспортного происшествия полностью зависело от выполнения водителем ФИО2 требований пункта 1.3, 1.5, абзаца 1 п. 10.1 ПДД РФ, так как при их соблюдении столкновение транспортных средств исключалось.

Действиям осужденного ФИО2 судом дана правильная юридическая квалификация по ч. 1 ст. 264 УК РФ, в соответствии с установленными обстоятельствами. Иной правовой оценки действий осужденного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, суд подробно изложил описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины и других обстоятельств, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 КПК РФ.

Анализ материалов судебного следствия позволяет суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что принцип состязательности сторон судом не нарушен, каких-либо преимуществ стороне обвинения, по сравнению со стороной защиты, не предоставлялось, председательствующим были созданы необходимые условия сторонами для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями УПК РФ. Мотивы принятых судом решений по заявленным сторонами ходатайствам в протоколе судебного заседания приведены и являются обоснованными. Представленное стороной защиты заключение специалиста № было приобщено к материалам уголовного дела, исследовано, ему дана соответствующая оценка в соответствии с требованиями ст.ст. 87,88 УПК РФ, следовательно право на защиту и предоставление доказательств нарушено не было. 

Необоснованных отказов в заявленных ходатайствах суд апелляционной инстанции не усматривает. Несогласие стороны защиты с законными решениями об отказе в удовлетворении ходатайств не может расцениваться как основание для изменения или отмены приговора и не свидетельствует о нарушении судом прав осужденного и его защитников, а равно принципов уголовного судопроизводства, предусмотренных ст.ст. 15, 16, 17, 19 УПК РФ.

Оглашение председательствующим судьей, без заявления сторонами соответствующих ходатайств, на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний потерпевших ФИО3 №1, ФИО3 №2 и подсудимого ФИО2, данных ими на предварительном следствии, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, а именно принципа равноправия сторон, не является и не может служить основанием для отмены приговора суда. 

Как следует из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ (

<

данные изъяты>), после допроса указанных лиц, участники процесса, в том числе и со стороны защиты, не возражали против оглашения показаний потерпевших и осужденного, задавали вопросы в связи оглашенными показаниями и никаких возражений против действий председательствующего не высказали; показания оглашались государственным обвинителем.

Кроме того, по ходатайству государственного обвинителя в суде апелляционной инстанции были оглашены показания осужденного ФИО2, данные в ходе предварительного расследования, которые он подтвердил. 

Доводы стороны защиты о самовольной установке не соответствующих ГОСТу знаков, отображенных на схеме ДТП являются несостоятельными, поскольку из ответа ЛОГП «ФИО70» № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на участке автодороги «ФИО71» на день произошедшего рассматриваемого ДТП имелась неровность дорожного покрытия, в связи с чем, для осуществления безопасности движения на данном участке дороги, по согласованию с ОГИБДД 

<

адрес> ОМВД были установлены временные дорожные знаки 1.16 (неровная дорога) и 3.24 (Ограничение максимальной скорости движения). Данные дорожные знаки установлены в обе стороны движения. На момент совершения ДТП временные дорожные знаки были установлены. Временные дорожные знаки в ПОДД (проект организации дорожного движения) не наносятся. Соответствие или несоответствие ГОСТу установленных временных дорожных знаков, а также дефекта дорожного полотна не влияет на доказанность вины осужденного в совершении преступления, за которое он осужден. В ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия, проводившегося с участием ФИО2, было установлено, что место происшествия находится в зоне действия дорожных знаков: ограничение максимальной скорости – 3.23 и неровная дорога – 1.16. Схема к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия также составлялась в присутствии ФИО2, что подтверждается его подписью. Каких-либо замечаний к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия и схеме к нему, он не высказал, правильность составления схемы была подтверждена понятыми. 

Несмотря на доводы стороны защиты, отсутствие в материалах дела сведений о категории дороги, высоты дефекта дорожного полотна и коэффициента сцепления дороги, на которой произошло дорожно-транспортное происшествие, длительный период наличия дефекта дорожного полотна, не влияет на доказанность вины ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден. 

Доводы защитника Козлова А.Н. о несогласии с выводом суда о превышении осужденным скорости движения являются необоснованными, поскольку он признан виновным не в превышении скорости, а в неверно выбранной скорости движения с учетом дорожных и метеорологических условий, которая обеспечивала бы ему возможность постоянного контроля за движением своего транспортного средства. При этом, как правильно установил суд первой инстанции, никаких внезапно возникших, экстремальных погодных условий, повлиявших на состояние дорожного покрытия непосредственно перед ДТП не было.

Оценивая показания свидетеля стороны защиты ФИО8, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что они не опровергают и не подтверждают виновность ФИО2, поскольку на место ДТП свидетель прибыла через продолжительный период после ДТП и давала показания о дорожной и метеорологической, а также вещной обстановке на месте ДТП на момент ее приезда около ДД.ММ.ГГГГ, тогда как само ДТП произошло около ДД.ММ.ГГГГ того же дня. Происхождение находящихся в деле фотографий дорожных знаков (на фототаблице к протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия), сомнений не вызывает.

Вопреки доводам защитника Козлова А.Н., суд обоснованно сослался в приговоре на осведомлённость осужденного о состоянии проезжей части рядом с местом ДТП, поскольку сам ФИО2 не оспаривал, что неоднократно следовал на своем автомобиле по данной дороге, что также подтверждает и тот факт, что ему было известно о наличии на данном участке дороге указанных в схеме ДТП дорожных знаков. В связи с этим, доводы стороны защиты о том, что судом не было установлено расстояние, на котором ФИО2 мог объективно обнаружить опасность в виде неровности на проезжей части, являются несостоятельными.

Также, вопреки доводам стороны защиты суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно процессуального закона при сборе доказательств по делу, при проведении следственных и процессуальных действий, которые давали бы основания для признания полученных доказательств недопустимыми. Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда, которые надлежащим образом мотивированы в приговоре и при разрешении соответствующих ходатайства в ходе судебного разбирательства. Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что исходя из положений ст. 176 УПК РФ, осмотр места происшествия производится не только в целях обнаружения следов преступления, но и выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, при этом, он может быть произведен до возбуждения уголовного дела. 

Из материалов уголовного дела видно, что все следственные действия произведены в соответствии с требованиями закона. Собранные по делу доказательства полно отражают обстоятельства преступления, совершенного осужденным. Признаков фальсификации, в том числе в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия, материалы уголовного дела не содержат. Расстояния, указанные в схеме к протоколу осмотра места ДТП, за исключением расстояния от автомобиля «ФИО72» до места столкновения – 

<

данные изъяты> указаны верно. Ошибочное указание в протоколе расстояния как 

<

данные изъяты> вместо 

<

данные изъяты> метра, на выводы о виновности осужденного не влияют. Ссылка адвоката на расстояние в 

<

данные изъяты> метров от места установки знака «остановка запрещена» до знака «неровная дорога» является несостоятельной, поскольку указанный знак на схеме к протоколу осмотра места ДТП отсутствует. Место столкновения автомобилей было установлено и указано на схеме верно, в том числе со слов ФИО2, что подтверждается его подписью, в протоколе также указано на наличие следов съезда автомобиля ФИО73 на левой обочине. Каких-либо существенный противоречий протокол осмотра места ДТП и схема к нему, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного в нарушении правил дорожного движения, что повлекло столкновение с автомобилем потерпевших и причинение им тяжкого вреда здоровью, не имеется.

Подтверждение полномочий дознавателя, выехавшего в составе оперативной группы на проведение осмотра места дорожно-транспортного происшествия, законом не предусмотрено.

При определении вида и размера наказания судом в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, данные о его личности, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание ФИО2 судом первой инстанции обоснованно не установил, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

При назначении наказания осужденному суд принял во внимание, что ФИО2 впервые привлекается к уголовной ответственности, имеет постоянное место жительства и регистрацию, работает, характеризуется только положительно, также положительно характеризовался в период обучения, холост, лиц, находящихся на его иждивении, не имеет, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, сам пострадал в результате ДТП, 

<

данные изъяты>.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде ограничения свободы с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 53.1, 64, 75, 76, 76.2 УК РФ, подробно аргументированы в приговоре.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО2 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законе принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного, а потому не находит оснований считать назначенное наказание несправедливым. 

Решение по гражданскому иску потерпевших ФИО12 и ФИО3 №2 о компенсации морального вреда принято судом в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, с учетом характера причиненных каждому из потерпевших физических и нравственных страданий, степени вины осужденного, совершившего преступление по неосторожности, данных о личности осужденного, в том числе его материального положения, и его поведения после совершения преступления, а также с учетом требований разумности и справедливости. 

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Таким образом, доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО13, дополнений к ней, апелляционной жалобы защитника ФИО15 в защиту осужденного ФИО2 являются несостоятельными, сводятся к переоценке правильных выводов суда и оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор 

<

адрес> районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 – оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Басова И.А. и защитника Козлова А.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления. Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ. 

Судья